Постановление от 22 марта 2018 г. по делу № А23-438/2017

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело №А23-438/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 марта 2018 года

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Бычковой Т.В., судей Грошева И.П. и Селивончика А.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» представителя ФИО2 (доверенность от 28.07.2017 и 14.08.2017), от публичного акционерного общества «Калужская сбытовая компания» - представителей ФИО3.(доверенность от 14.06.2017), в отсутствии других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» на решение Арбитражного суда Калужской области от 23.11.2017 по делу № А23-438/2017 (судья Акимова М.М.), принятое по исковому заявлению публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» (г. Нижний Новгород, ОГРН <***>, ИНН <***>) к публичному акционерному обществу «Калужская сбытовая компания» (г. Калуга, ОГРН <***>, ИНН <***>) при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, открытого акционерного общества «Кондровская бумажная компания» (Калужская область, г. Кондрово, ОГРН <***>, ИНН <***>); временного управляющего открытого акционерного общества «Кондровская бумажная компания» ФИО4, о взыскании 3 994 066 руб. 12 коп., установил следующее.

Публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» (далее – истец, ПАО «МРСК Центра») обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к публичному акционерному обществу «Калужская сбытовая компания» (далее – ответчик, ПАО «Калужская сбытовая компания») о взыскании задолженности в сумме 481 595 руб. 99 коп. за ноябрь 2016 года и пени в сумме 2 301 421 руб. 29 коп. за период с 16.12.2016 по 30.01.2017 по договору на оказание услуг по передаче электрической энергии от 26.11.2007 № 07/2145кэ/890.

Заявлением от 15.11.2017 года истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика задолженность в сумме 464 652,84 рублей, пени в сумме 3 529 413,28 рублей с начислением пени по день фактической уплаты долга.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 23.11.2017 с ПАО «Калужская сбытовая компания» в пользу ПАО «МРСК Центра» взысканы пени в размере 2 436 316 руб. 76 коп. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 37 986 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

ПАО «МРСК Центра» обратилось в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Калужской области от 23.11.2017 по делу № А23-438/2017, в которой просит отменить указанное решение в части отказа в удовлетворении требования о взыскании задолженности и в части пени и принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В обоснование своей жалобы заявитель ссылается на следующие обстоятельства.

Заявитель жалобы полагает, что суд первой инстанции, при принятии обжалуемого решения, нарушил нормы материального права в области электроэнергетики, а именно: Федеральный закон «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 № 35-ФЗ, Основные положения функционирования розничных рынков электрической энергии, утв. Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 (далее ОПФРРЭЭ), Правила недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утв. Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее Правила 861).

По мнению заявителя жалобы, вывод суда первой инстанции о том, истец считает необходимым определять объем переданной электроэнергии в пределах уровня аварийной брони из расчета утвержденной в акте аварийной брони электроснабжения нагрузки аварийной брони 710 кВт, не соответствует материалам дела.

Истец указывает, что он определяет объемы потребления ОАО «КБК» по приборам учета, установленным на границе сетей истца и .

По мнению заявителя жалобы, вывод суда первой инстанции о том, что потери в сетях КБК от места установки счетчиков, указанных ответчиком в уведомлении от 04.08.2016 № 1678 об изменении договора энергоснабжения, до границы сетей ПАО «МРСК Центра» - открытого акционерного общества «Кондровская бумажная компания» (далее -ОАО «КБК») должны определяться расчетным способом, применяемым для установления нормативных потерь, сделан без учета фактических обстоятельств дела.

Заявитель жалобы указывает на то, что граница сетей ПАО «МРСК Центра» - ОАО «КБК» оборудована приборами учета, определяющими объем электроэнергии, поступившей в сети ОАО «КБК».

Также оборудованы приборами учета и границы сетей ОАО «КБК» с иными потребителями, имеющими договоры энергоснабжения с ответчиком, ежемесячно данные показания и объемы фиксируются в актах, составляемых между истцом и ОАО «КБК».

Ссылаясь на положения пункта 50 Правил № 861, истец полает, что ответчик обязан оплачивать истцу объем услуг по передаче, составляющий фактические потери в сетях ОАО «КБК».

Истец указывает на то, что ответчик вправе предъявлять к оплате ОАО «КБК» стоимость электроэнергии, объем которой определен по показаниям приборов учета, установленным на границе сетей ОАО «КБК» - ПАО «МРСК Центра» (плюс генерация) за минусом потребления иных потребителей ответчика, присоединенных к сетям ОАО «КБК». Данный объем будет складываться из объемов, непосредственно потребленных объектами аварийной брони, а также объемов фактических потерь в сетях ОАО «КБК».

По мнению истца, суд необоснованно применил cт. 333 ГК РФ при снижении размера взыскиваемой неустойки и не учёл принцип соблюдении баланса и интересов строи.

Заявитель жалобы считает, что, применение судом ст. 333 ГК РФ к обязательствам по оплате услуг по передаче электрической энергии при отсутствии исключительности случая противоречит целевому принятию нормативного акта предписывающего применение неустойки для обеспечения своевременности исполнения обязательств.

Представитель заявителя жалобы в судебном заседании подержал доводы апелляционной жалобы.

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, обжалуемый судебный акт без изменения.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

Третьи лица представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что неявка представителей третьих лиц не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы, в связи с чем, дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц.

В судебном заседании, назначенной на 13 марта 2018 года, объявлялся перерыв до 15 марта 2018 до 9 часов 50 минут.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва, Двадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что обжалуемое решение подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 26.11.2007 между истцом (правопредшественником истца) и ответчиком заключен договор № 07/2145кэ/890 на оказание услуг по передаче электрической энергии и закупке энергии, необходимой для обеспечения передачи электроэнергии по сетям истца (т. 1, л.д. 14-) по условиям которого истец, как получатель платы за услуги по передаче электроэнергии по котловому тарифу, обеспечивает передачу электрической энергии потребителям ответчика на территории Калужской области, несет ответственность перед ответчиком за надежность и качество энергоснабжения потребителей, а также выполнение обязанностей, установленных для сетевых организаций всеми субъектами электроэнергетики розничного рынка Калужской области к сетям которых присоединены энергопринимающие устройства потребителей; ответчик производит расчеты за услуги по передаче электроэнергии всем потребителям независимо от того к электросетям какой из организаций на территории Калужской области присоединены их энергопринимающие устройства, с истцом как с получателем котлового тарифа.

Ссылаясь на то что, ответчиком не в полном объеме и с нарушением установленных договором сроков исполнены обязательства по оплате услуг по передаче электроэнергии в ноябре 2016 года, истец обратился с настоящим иском в суд.

Из материалов дела следует что, на основании норм ст. 450, п. 1 ст. 523 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 37 Закона "Об электроэнергетике", в соответствии с Правилами полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (пункты 10 ,15, 17, 18, 123, 126) договор энергоснабжения от 28.10.2013 № 22 (т. 2, л.д. 31) между ответчиком и третьим лицом ОАО "Кондровская бумажная компания" был расторгнут в одностороннем порядке и договорные отношения прекращены.

Поскольку потребитель ОАО "Кондровская бумажная компания" относится к числу лиц, ограничение режима потребления которых может привести к экономическим, экологическим, социальным последствиям, ограничение режима потребления названными лицами электроэнергии ниже величины аварийной брони недопустимо.

В связи с чем, после прекращения договорных отношений между ответчиком и третьим лицом, поставка электроэнергии последнему продолжает осуществляться, поскольку его полное отключение недопустимо.

Изложенные обстоятельства подтверждаются вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Калужской области от 16.10.2015 по делу № А23-839/2015.

Предъявляя требования к ответчику на сумму 481 595 руб. 99 коп., истец ссылается на то, что ответчиком обязан оплатить электроэнергию, переданную третьему лицу в объеме 113 140 кВтч.

Суд первой инстанции, отказывая истцу во взыскании указанной выше суммы задолженности исходил из следующего.

По условиям договора № 07/2145кэ/890 истец обязан посредством осуществления комплекса организационных и технологических действий осуществлять передачу электроэнергии до точек присоединения энергопринимающих устройств потребителей ответчика (п. 3.3.1.).

Согласно п. 136 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии (утв. Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442) определение объема потребления (производства) электрической энергии (мощности) на розничных рынках, оказанных услуг по передаче электрической энергии, а также фактических потерь электрической энергии в объектах электросетевого хозяйства осуществляется на основании данных, полученных: с использованием указанных в настоящем разделе приборов учета электрической энергии, в том числе включенных в состав измерительных комплексов, систем учета; при отсутствии приборов учета и в определенных в настоящем разделе случаях - путем применения расчетных способов, предусмотренных настоящим документом.

Суд первой инстанции установил, что ответчиком были установлены приборы учета электрической энергии, учитывающие объем потребления электроэнергии непосредственно на очистных сооружениях третьего лица, то есть, на объектах отключение которых недопустимо.

Уведомлением от 23.06.2016№ 2194 ответчик извещал истца о проведении мероприятий по допуску приборов учета.

Акты допуска приборов учета (т. 2, л.д. 43-54) подписаны ответчиком и третьим лицом.

Объем полученной третьим лицом электроэнергии подтвержден подписанным ответчиком и третьим лицом актом приема-передачи от 30.11.2016 (т. 2, л.д. 55).

Положениями ранее действующего между ответчиком и третьим лицом договора № 22 также предусмотрена обязанность потребителя по установке прибора учета на питающих линиях токоприемников аварийной брони (п. 2.3.16).

Учитывая вышеизложенное, судом первой инстанции был сделан вывод о правомерности определения объема потребленной третьим лицом электроэнергии, по установленным на очистных сооружениях приборам учета.

Суд первой инстанции также установил, что при рассмотрении дела № А23-839/2015 судом дана оценка правоотношениям сторон на момент совершения гарантирующим поставщиком действий по одностороннему расторжению договоров с потребителями и, придя к выводу о сохранении режима поставки электроэнергии в отношении объектов отключение которых невозможно, при том обстоятельстве что истцом по делу были заявлены требования о взыскании платы за услуги по передаче электроэнергии, применительно к данному делу объем поставленной электроэнергии был рассчитан по нагрузке аварийной брони ОАО "Кондровская бумажная компания".

Отказывая в удовлетворении иска в части взыскания задолженности, суд первой инстанции исходил из того, что в настоящем же деле, ответчиком представлены доказательства установки приборов учета на очистных сооружениях, позволяющие максимально точно определить объем поставленной электроэнергии.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выше выводами суда первой инстанции, поскольку полагает, что судом первой инстанции не были учтены следующие обстоятельства дела.

Из материалов дела следует, что по факту оказания услуг по передаче электроэнергии в ноябре 2016 года истец составил акт об оказании услуг по передаче электроэнергии от 30.11.2016 года.

В протоколе разногласий к акту об оказании услуг по передаче электроэнергии ответчик указал, что в отношении ОАО «КБК» в полезный отпуск не принято 113 140 кВт/ч - электропотребление свыше уровня аварийной брони (объем электроэнергии, использованной токоприемниками аварийной брони ОАО «КБК» в ноябре 2016г. определен по показаниям приборов учета).

Объем электроэнергии в размере 113 140 кВт*ч ответчик отнес на потери истца.

Из материалов дела следует, что указанный спорный объем фактически составляет разницу между объемом, определенным по приборам учета, установленным на границе сетей истца и потребителя ответчика - ОАО «КБК», и объемом, определенным по приборам учета, установленным у иных потребителей ответчика, присоединенным к сетям ОАО «КБК», а также объемом, определенным по счетчикам на объектах аварийной брони ОАО «КБК».

Ответчик утверждает, что данный спорный объем является бездоговорным потреблением КБК. Истец считает, что данный объем составляют потери в сетях КБК.

В уведомлении от 04.08.2016 № 1678 об изменении договора энергоснабжения ответчик сообщил истцу о том, что «с 01.07.2016 Договор энергоснабжения № 22 от 28.10.2013 с ОАО «КБК» дополнен точками поставки электрической энергии». В качестве дополнительных точек поставки ответчик перечислил трансформаторные подстанции: ТП № 7, ТП № 14, ТП № 15, ТП № 15 А, принадлежащие ОАО «КБК», к которым присоединены объекты аварийной брони (очистные сооружения, насосная станция).

Суд апелляционной инстанции считает правильным довод истца о том, что указанное выше уведомление нельзя расценивать как изменение точек поставки электрической энергии.

Согласно пункту 2 ОПФРРЭЭ "точка поставки на розничном рынке" -место исполнения обязательств по договорам энергоснабжения, купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности), оказания услуг по передаче электрической энергии .., используемое для определения объема взаимных обязательств субъектов розничных рынков по указанным договорам, расположенное, если иное не установлено законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств потребителя, объектов по производству электрической энергии (мощности) производителя электрической энергии (мощности), объектов электросетевого хозяйства сетевой организации, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности, а до составления в установленном порядке акта разграничения балансовой принадлежности - в точке присоединения энергопринимающего устройства потребителя (объекта электроэнергетики) к объектам электросетевого хозяйства смежного субъекта электроэнергетики.

Правилами 861 установлены следующие понятия: «точка поставки» - место исполнения обязательств по договору об оказании услуг по передаче электрической энергии, используемое для определения объема взаимных обязательств сторон по договору, расположенное на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте разграничения балансовой принадлежности электросетей, а до составления в установленном порядке акта разграничения балансовой принадлежности электросетей - в точке присоединения энергопринимающего устройства (объекта электроэнергетики);"точка присоединения к электрической сети" - место физического соединения энергопринимающего устройства (энергетической установки) потребителя услуг по передаче электрической энергии ... с электрической сетью сетевой организации.

Исходя из изложенного, при наличии общей границы сетей истца и ОАО «КБК», оборудованной приборами учета, определение указанных ответчиком в уведомлении трансформаторных подстанций и объектов аварийной брони, расположенных внутри сетей ОАО «КБК» как точек поставки, противоречит указанным выше нормам права.

Суд первой инстанции, отказывая истцу в удовлетворении иска, указал на то, что не принимает доводы истца о необходимости определения объема переданной электроэнергии в пределах уровня аварийной брони из расчета утвержденной в акте аварийной брони электроснабжения нагрузки аварийной брони 710 кВт.

Однако из материалов дела следует, что истец, заявляя рассматриваемый иск, определял объемы потребления ОАО «КБК» не расчетным способом, а по показаниям приборов учета, установленным на границе сетей истца и ОАО «КБК».

Из материалов дела следует, что истец и ОАО «КБК» ежемесячно подписывают двусторонние акты приема-передачи электроэнергии, поступившей в сети ОАО «КБК», а также составляют расчет фактического потребления ОАО «КБК» по данным АСКУЭ на ПС «Кондрово» и приборов учета субабонентов, присоединенных к сетям ОАО «КБК».

Потребление ОАО «КБК» за ноябрь 2016 года исходя из показаний приборов учета, установленных на границе сетей истца и ОАО «КБК», составило 299 802 кВт*ч, не превышает объем, рассчитываемый по нагрузке аварийной брони, ниже которого нельзя вводить ограничение, установленный решением Арбитражного суда Калужской области по делу № А23-839/2015.

Поскольку со стороны ОАО «КБК» превышение уровня аварийной брони отсутствовало, то, введение ограничения для данного потребителя не требовалось, в связи с чем доводы ответчика о том, что со стороны ОАО «КБК» имеется бездоговорное потребление, а истец не производит никаких мероприятий по вводу ограничений для недопущения бездоговорного потребления являются необоснованными.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ответчика о том, что спорный объем энергии является бездоговорным потреблением и по следующим основаниям.

Согласно абзацу 8 пункта 2 Основных положений бездоговорное потребление электрической энергии - самовольное подключение энергопринимающих устройств к объектам электросетевого хозяйства и (или) потребление электрической энергии в отсутствие заключенного в установленном порядке договора, обеспечивающего продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, кроме случаев потребления электрической энергии в отсутствие такого договора в течение 2 месяцев с даты, установленной для принятия гарантирующим поставщиком на обслуживание потребителей.

В силу пункта 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 №35-ФЗ «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии носит однократный характер.

Из материалов дела не следует, что по объектам ОАО «КСК» не осуществлено надлежащее технологическое присоединение, не ведется учет передачи электроэнергии.

В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о самовольном подключении энергопринимающих устройств третьего лица объектам электросетевого хозяйства.

Потребление электрической энергии в отсутствие заключенного договора электроснабжения, само по себе, при условии надлежащим образом произведенного технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям в надлежащем порядке не свидетельствует о факте бездоговорного потребления, так как процедура технологического присоединения, основанная на принципе однократности, соблюдена.

Суд апелляционной инстанции также считает, что доводы ответчика о том, что спорный объем электроэнергии не является потерями в сетях ОАО «КБК», а потреблен другими объектами ОАО «КБК», в отношении которых не была установлена аварийная броня, не подтвержден доказательствами.

Пунктом 4 ст. 26 Закона об электроэнергетике установлено, что владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, обязан оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

В силу пункта 4 ОПФРРЭЭ владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители. Владельцы объектов электросетевого хозяйства оплачивают стоимость потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им объектах электросетевого хозяйства, путем приобретения электрической энергии (мощности) по заключенным ими договорам, обеспечивающим продажу им электрической энергии (мощности).

Пунктом 129 ОПФРРЭЭ установлено, потери электрической энергии, возникающие в принадлежащих иным владельцам объектов электросетевого хозяйства объектах электросетевого хозяйства, приравниваются к потреблению электрической энергии и оплачиваются иными владельцами в рамках заключенных ими договоров, обеспечивающих продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, с учетом оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии.

В соответствии с пунктом 130 ОПФРРЭЭ при отсутствии заключенного в письменной форме договора о приобретении электрической энергии (мощности) для целей компенсации потерь электрической энергии или договора, обеспечивающего продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, сетевые организации (иные владельцы объектов электросетевого хозяйства) оплачивают стоимость электрической энергии в объеме фактических потерь электрической энергии гарантирующему поставщику, в границах зоны деятельности которого расположены объекты электросетевого хозяйства сетевой организации (иного владельца объектов электросетевого хозяйства).

Таким образом, обязанность владельца объектов электросетевого хозяйства по оплате стоимости фактических потерь электрической энергии сбытовой организации установлена законом.

Следовательно, ответчик обязан оплачивать истцу объем услуг по передаче, составляющий фактические потери в сетях потребителя и вправе впоследствии предъявить стоимость указанного объема электроэнергии к потребителю - владельцу электросетевого хозяйства.

Согласно пункту 50 Правил № 861 размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, переданной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, которая поставлена по договорам энергоснабжения (купли-продажи (поставки) электрической энергии (мощности) и потреблена энергопринимающими устройствами, присоединенными к данной электрической сети, а также объемом электрической энергии, которая передана в электрические сети других сетевых организаций.

Довод ответчика о том, что потери в сетях ОАО «КБК» от места установки счетчиков, указанных ответчиком в уведомлении от 04.08.2016 № 1678 об изменении договора энергоснабжения, до границы сетей истца и ОАО «КБК» должны определяться расчетным способом, применяемым для установления нормативных потерь, не может быть принят судом апелляционной инстанции.

Граница сетей истца и ОАО «КБК» оборудована приборами учета, определяющими объем электроэнергии, поступившей в сети ОАО «КБК», что подтверждается копиями договора от 23.12.2004 № 22 технологического присоединения к электрическим сетям, акта аварийной брони и актов по разграничению балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сетей ПАО «МРСК Центра» и ОАО «КБК», а также однолинейной схемой балансового разграничения сетей ПАО «МРСК Центра» и «КБК».

Также оборудованы приборами учета и границы сетей ОАО «КБК» с иными потребителями, имеющими договоры энергоснабжения с ответчиком.

Данные показания и объемы ежемесячно фиксируются в актах, составляемых между истцом и ОАО «КБК».

Исходя из положений пункта 50 Правил № 861, размер фактических потерь в сетях ОАО «КБК» должен определяться как разница между объемом электроэнергии, переданной в сеть ОАО «КБК» из сетей истца или от производителей электрической энергии, и объемом электроэнергии, поставленной иным потребителям ответчика, присоединенными к сетям ОАО «КБК».

Исходя из изложенного, при оборудовании балансовых границ сетей ОАО «КБК» приборами учета электроэнергии как на входе, так и на выходе из сетей, возможно определить фактические потери, и определение нормативных потерь в сетях третьего лица не требуется.

Исходя из изложенного, требования истца о взыскании с ответчика задолженности за потребленную в ноябре 2016 года электроэнергию в сумме 464 652,84 рублей заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению полностью.

Суд апелляционной инстанции также полагает подлежащим изменению обжалуемое решение в части отказа истцу во взыскании неустойки.

На основании ст. 332 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

Такая ответственность предусмотрена пунктом 2 ст. 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике".

Федеральным законом от 03.11.2015 № 307-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением платежной дисциплины потребителей энергетических ресурсов" пункт 2 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" дополнен абзацем следующего содержания: "Потребители услуг по передаче электрической энергии, определяемые правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие оказанные им услуги по передаче электрической энергии, обязаны уплатить сетевой организации пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты".

На основании указанной нормы истцом начислены и предъявлены к взысканию пени за период с 15.12.2016 по 18.12.2016 начисленные на сумму 412 626 841 руб. 63 коп., за период с 19.12.2016 по 31.12.2016 и за период с 01.01.2017 по 15.11.2017 начисленные на сумму 464 652 руб. 84 коп.

Судом первой инстанции была правильно был установлен факт нарушения ответчиком обязательств по своевременной оплате услуг и правильно установлена обязанность ответчика по уплате неустойки.

Однако суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции были необоснованно применены к заявленной истцом неустойки положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении неустойки в связи ее явной несоразмерностью последствиям нарушения обязательства.

Из материалов дела следует, что в обоснование своего ходатайства об уменьшении размера неустойки ответчик ссылался на незначительный период просрочки, наличием разногласий по спорной сумме задолженности, величину ставки начисления неустойки (1/130 составляет 27,45 % годовых) относительно ставки по краткосрочным кредитам (12,63 %, 11,72 %), уровень инфляции за соответствующий период (5 % что в 5,5 раза меньше размера исчисленной неустойки), на то, что возможный размер убытков истца значительно ниже начисленной неустойки (возможность привлечения кредитных денежных средств по ставкам ниже начисленной неустойки), на то, что при взыскании неустойки исходя из 27,45 % годовых истец получает возможность не только компенсировать последствия неоплаты ответчика, но и получить значительную выгоду.

Суд первой инстанции, принимая во внимание незначительные периоды просрочки (4, 5, 3, 2 и 1 дней) относительно сумм начисления 412 626 841,63 руб., 513 703 110,12 руб., 339 091 110,12 руб. и т.д., размер ставки и отсутствие негативных последствий на стороне истца, учитывая разъяснения Верховного суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, удовлетворил ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки и удовлетворил требований истца о взыскании неустойки исходя из двукратной ставки рефинансирования, существовавшей на момент оплаты задолженности, в сумме 2 436 316 руб. 76 коп.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с таким правовым подходом к уменьшению подлежащей уплате законной неустойки при рассматриваемых обстоятельствах ввиду следующего.

Механизм и процентные ставки, подлежащие применению при расчете неустойки, заявленной к взысканию при рассмотрении настоящего спора установлены Федеральным законом от 03.11.2015 №307-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением платежной дисциплины потребителей энергетических ресурсов», необходимость принятия которого, как следует из решения комитета Государственной Думы Российской Федерации по энергетике от 11.12.2013 №3.25-5/58 «О проекте Федерального закона N 348213-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением платежной дисциплины потребителей энергоресурсов» обусловлена необходимостью установления твердого размера законной неустойки за нарушение обязательств в сфере энергоснабжения в целях стимулирования потребителей энергоресурсов и услуг по их передаче к своевременному исполнению денежных обязательств, поскольку ранее существовавшее законодательное регулирование в этой сфере не обеспечивало должный уровень платежной дисциплины, являющийся необходимым для нормального функционирования и развития предприятия энергетического сектора экономики.

В частности в пункте 1 решения комитета Государственной Думы Российской Федерации по энергетике от 11.12.2013 №3.25-5/58 прямо указано, что предлагаемый размер законной неустойки будет стимулом для потребителей и покупателей электрической энергии (услуг по ее передаче) надлежащим образом исполнять обязательства по оплате, поскольку многие покупатели предпочитают несвоевременно исполнять соответствующие обязательства, т.е. фактически кредитоваться за счет гарантирующих поставщиков, энергосбытовых и сетевых организаций, при этом начисленная сумма неустойки по договорам зачастую снижается судами.

В соответствии с пунктами 2.1, 6.1-6.2 Положения о комитете Государственной Думы по энергетике, утвержденном решением Комитета ГД ФС РФ по энергетике от 02.07.2015 №3.25-5/102, одной из основных задач данного комитета является совершенствование законодательного обеспечения в целях устойчивого развития топливно-энергетического комплекса с учетом мнения функционирующего при комитете экспертного совета, обеспечивающего его научно-правовую, экспертную и информационно-аналитическую деятельность и состоящего из высококвалифицированных специалистов в области энергетики, имеющих опыт научной, законопроектной и (или) практической работы в топливно-энергетическом комплексе.

Таким образом, недопустимая к игнорированию при отравлении правосудия воля законодателя, выраженная в рассматриваемом случае в решении профильного комитета Государственной Думы Российской Федерации при одобрении законопроекта в рассматриваемой сфере государственного регулирования, направлена на установление четких пределов ответственности при нарушении срока исполнения денежных обязательств по оплате стоимости энергоресурсов и услуг по их передаче и применение к рассматриваемым правоотношениям положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может иметь место только в случае явной несоразмерности заявленной к взысканию неустойки последствиям нарушенного обязательства. При этом, процентная ставки и базис начисления, исходя из которых подлежит расчету неустойка, установленные законодателем не могут свидетельствовать о такой несоразмерности, за исключением случаев, когда рассчитанная сумма неустойки соотносима с размером просроченного обязательства или составляет значительную его часть.

Снижение размера законной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, нарушившей обязательство, допускается только в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды. С экономической точки зрения необоснованное уменьшение неустойки судами позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам.

В рассматриваемом случае, согласно представленному истцом расчету неустойка начислялась в начальных периодах ее исчисления от размера долга в сумме 513 238 457, 28 рублей.

Заявленная истцом сумма неустойки в размере 3 529 413,28 рублей коп. составляет 0,68% от исходной суммы неисполненного обязательства, что не может свидетельствовать о какой-либо ее несоразмерности, тем более явной, и не возлагает на кредитора, которым в данном правоотношении является сетевая компания в силу части 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанности доказывать причинение ему убытков.

Представленные ответчиком доказательства не являются достаточными для вывода о явной чрезмерности размера неустойки, равно как обстоятельство невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения не может служить основанием ее снижения с учетом разъяснения, изложенного в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7.

В соответствии с пунктом 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Вместе с тем, усмотрение суда при разрешении такого требования ограничено законодателем критериями, которые хоть и имеют оценочный характер, однако не допускают произвольного уменьшения размера подлежащей уплате неустойки.

Более того, примененный судом первой инстанции правовой подход не стимулирует должников к своевременному исполнению денежного обязательства, создавая для них при существующей тенденции к снижению Банком России учетной ставки более выгодной ситуацию уклонения от погашения долга с последующем заявлением в судебном процессе ходатайства о снижении неустойки до двукратной ставки рефинансирования, на удовлетворение которого они рассчитывают, что в итоге не способствует обеспечению стабильности гражданского оборота и не согласуется с принципами добросовестного поведения участников гражданских правоотношений.

Представленное ответчиком в суд первой инстанции оформленное в виде экспертного отчета, подготовленного Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования «Государственный университет управления» (далее по тексту - ФГБОУВО «Государственный университет управления»), исследование и оценка экономических последствий нарушения обязательств по оплате услуги передачи электрической энергии ПАО «КСК» перед ПАО «МРСК Центра и Приволжья», исходит из трех проанализированных вариантов использования сетевой организацией денежных средств: а) вложение денег в расширение собственного бизнеса; б) погашение собственной задолженности, позволяющее уменьшить уплачиваемые проценты; в) помещение денег на депозит.

Вместе с тем, ни один из этих вариантов не учитывает, что примененный в спорных правоотношениях размер неустойки законодательно установлен в сфере электроэнергетики в целях обеспечения своевременного исполнения экономическими субъектами платежной дисциплины, позволяющей нормальным образом осуществлять производственную деятельность в соответствии с планами развития компаний энергетического сектора экономики, в том числе обеспечивая надлежащий уровень технической эксплуатации объектов электросетевого хозяйства, их ремонт и реконструкцию в целях предотвращения возникновения аварийных ситуаций. Более того, устанавливая в законе размер неустойки, законодатель фактически определяет ее соответствие условиям применения в соответствующей сфере экономической деятельности, что само по себе исключает ее несоответствие последствиям нарушенного обязательства и применение к размеру законной неустойки правил статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только в исключительных случаях, когда ее размер в конкретных обстоятельствах не соответствует критериям справедливости по отношению к должнику и одновременно создает безосновательное обогащение на стороне кредитора, однако в рассматриваемом случае надлежащих доказательств этому ответчиком не представлено.

В обоснование своей правовой позиции ответчик ссылается на то, что примененная истцом при расчете неустойки процентная ставка превышает средневзвешенную ставку по кредитам, что, по его мнению, указывает на ее чрезмерный характер. Вместе с тем, получение кредитов на период просрочки исполнения гарантирующим поставщиком своих договорных обязательств влечет для сетевой организации совершенно излишние временные и организационно-финансовые затраты, связанные с подготовкой соответствующей документации, необходимостью обременения залоговыми обязательствами собственного имущества и заключения договоров поручительства, а также принятием на себя ответственности в виде уплаты неустойки за нарушение кредитных обязательств. При этом, ответчик не лишен возможности при нарушении денежных обязательств собственными контрагентами привлечь для обеспечения своевременных расчетов с истцом кредитные и заемные средства на приемлемых для него условиях и в дальнейшем в соответствии с положениями статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринять действия, направленные на возмещение убытков в этой части с лиц, в результате неправомерных действий которых он понес указанные финансовые затраты.

Таким образом, судебная коллегия не находит оснований для уменьшения суммы неустойки, рассчитанной истцом исходя из 1/130 ставки рефинансирования 8,25% годовых.

С учетом изложенной совокупности доказательств судебная коллегия приходит к выводу о том, что исковые требования в сумме 464 652,84 рублей (задолженность), пени в сумме 3 529 413,28 рублей являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки, начисленной на сумму основного долга в размере 464 652,84 рублей по день фактического исполнения обязательства.

Согласно п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Поскольку обязательства по оплате за поставленную в спорный период (ноябрь 2016г.) электрическую энергию в сумме 464 652,84 рублей ответчиком на дату судебного заседания не исполнено, требование истца о взыскании с ответчика неустойки по день фактического исполнения денежного обязательства рассчитанной с учетом механизма начисления, установленного пунктом 2 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" является правомерным.

Пени подлежат начислению сумме 464 652,84 рублей с учетом механизма начисления, установленного пунктом 2 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" начиная с 16.11.2017 года по день фактической уплаты долга.

На основании ст. ст. 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 расходы истца по уплате государственной пошлине в сумме 38 546 рублей за подачу иска и в сумме 3000 рублей за подачу апелляционной жалобы относятся на ответчика.

Учитывая то, что истцом в ходе рассмотрения дела увеличивался размер исковых требований, а государственная пошлина на сумму увеличенных требований не доплачивалась, то с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4424 рублей.

Руководствуясь статьями 266, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд





П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда Калужской области от 23 ноября 2017 года по делу № А23-438/2017 отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции.

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с публичного акционерного общества «Калужская сбытовая компания» в пользу публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» задолженность в сумме 464 652,84 рублей, пени в сумме 3 529 413,28 рублей, взыскивать пени в размере 1/130 ставки рефинансирования, установленной ЦБ РФ на день фактической оплаты, начисленные на сумму задолженности в размере 464 652,84 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 38 546 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Калужская сбытовая компания» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 4424 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Калужская сбытовая компания» в пользу публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра и Приволжья» расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Т.В. Бычкова


Судьи А.Г.Селивончик


И.П. Грошев