Постановление от 27 августа 2019 г. по делу № А40-787/2015

№ 09АП-46473/2019

Дело № А40-787/15
г. Москва
28 августа 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2019 г.

Полный текст постановления изготовлен 28 августа 2019 г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А.Комарова,

судей Ю.Л.Головачевой, Д.Г.Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И. Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.07.2019 по делу № А40-787/15, вынесенное судьей Свириным А.А., о привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед его кредиторами в сумме непогашенных требований по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПСК «Зеленоградский»

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 -ФИО4 по дов.от 12.04.2019

Иные лица не явились, извещены.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 18.11.2015 в отношении ООО «Промышленно-складской комплекс «Зеленоградский» (ОГРН <***>, ИНН <***>) открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО5, соответствующие сведения опубликованы 19.12.2015 в газете «КоммерсантЪ» № 235.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2016 суд утвердил конкурсным управляющим ООО «Промышленно-складской комплекс «Зеленоградский» ФИО6 (ИНН <***>).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.04.2019 суд утвердил конкурсным управляющим ООО «Промышленно-складской комплекс «Зеленоградский» ФИО7

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Промышленно-складской комплекс «Зеленоградский» ФИО6 о привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2019 суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника ФИО6, привлек ФИО1, ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить, принять по делу новый судебный акт.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить, принять по делу новый судебный акт.

От конкурсного управляющего должника поступили возражения на апелляционные жалобы.

От кредитора ФИО8 поступил отзыв на апелляционные жалобы.

Рассмотрев апелляционные жалобы в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Как следует из материалов дела, руководителем Должника (генеральным директором) в период с 27.12.2013 по 26.03.2014 являлся ФИО2 (ИНН <***>). Признанные недействительными вышеуказанные сделки совершены 16 и 17 января 2014 года и подписаны от имени Должника генеральным директором ФИО2. Следовательно, ФИО2 являлся лицом, контролирующим должника, и является надлежащим субъектом ответственности.

16 и 17 января 2014 года состоялись общие собрания участников Должника (протокол №01-14 от 16.01.14 и 01-14/А4 от 17.01.14), на которых было принято решение о заключении вышеуказанных сделок, а также определены их существенные условия и цены продажи имущества.

Участниками общества в период с 16.12.13 по 17.03.14 являлись ФИО3 (49%) и ФИО1 (1%).

При этом на момент одобрения и заключения сделки с ООО «Аларес» ФИО1 являлся участником как со стороны Должника, так и со стороны ООО «Аларес» (1% участия - Должник, 80% участия - ООО «Аларес»).

ФИО1 и ФИО3 также признаны судом первой инстанции в качестве контролирующих должника лиц.

Как уже было отмечено выше, основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности послужило совершение сделок по отчуждению должником недвижимого имущества, которые впоследствии были признаны судом в рамках настоящего дела о банкротстве недействительными, а именно.

09.03.2004 право собственности на расположенный на участке объект незавершенного строительства корпус А5 перешло по договору купли-продажи к ООО «Магистраль XXI» (с 25.07.2014 – ООО «Промышленно-складской комплекс «Зеленоградский»), зарегистрировано за № 77-01/30-978/2003-332.

При этом земельный участок под этими объектами не предоставлялся, разрешения на их строительство не выдавались.

В 2014 году ООО «ПСК «Зеленоградский», зная об отсутствии разрешительной документации и прав на землю, совершает ряд сделок по отчуждению недвижимого имущества, а именно: объектов незавершенного строительства корпусов А4 (по договору купли-продажи недвижимого имущества № 17-14/А4 от 17.01.2014г. - ООО «Альянс»), А5, А6 (по договору купли-продажи недвижимого имущества №16-14/А4 от 17.01.2014 - ООО «Аларес»), покупателей об указанных обстоятельствах не уведомляет.

Договоры подписаны действующим на тот момент генеральным директором ООО «Магистраль ХХI» ФИО2 и одобрены действующими на тот момент учредителями Общества ФИО1 и ФИО3

Впоследствии определением Арбитражного суда города Москвы от 23.10.2017 года (вступило в законную силу) по делу А40-787/2015 признаны недействительными сделки должника:

- договор купли-продажи недвижимости № 16-014/1 от 16.01.2014, а также Дополнительное соглашение к нему от 16.01.2014, заключенные между Должником ООО «ПСК «Зеленоградский» и конкурным кредитором ООО «Аларес»;

- договор купли-продажи недвижимости № 17-14/А4 от 17.01.2014, а также Дополнительное соглашение к нему от 17.01.2014, заключенные между Должником ООО «ПСК «Зеленоградский» и конкурным кредитором ООО «Альянс».

Как уже было отмечено выше, определением суда от 23.10.2017 в рамках настоящего дела о банкротстве были признаны недействительными сделками договоры купли-продажи недвижимости по отчуждению должником в пользу ООО «Аларес» и ООО «Альянс».

В рамках указанного судебного акта было установлено, что обе сделки совершены в отношении задолженности покупателей по оплате за недвижимое имущество – объектов незавершенного строительства, расположенных в непосредственной близости друг от друга, использовавшихся Должником для осуществления основной деятельности в соответствии с Уставом, то есть являются однородными. Спорные сделки совершены 16.01.2014 и 17.01.2014, то есть в ограниченный период времени, при этом корпоративное одобрение обоих сделок со стороны органов управления Должника было также осуществлено в один день, то есть сделки совершены в ограниченный промежуток времени. Имущество, переданное по сделке, являлось основным средством получения прибыли Должника и в результате его выбытия произошло прекращение деятельности Должника, прекращение деятельности явилось результатом Спорных сделок; целью совершения сделок являлись вывод имущества Должника, создание фиктивной задолженности для последующего осуществления контроля за ходом банкротства Должника, то есть стороны при совершении Спорных сделок преследовали единую цель.

В рамках указанного судебного акта суд пришел к выводу о доказанности того факта, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При этом из собственности должника, путем совершения недействительных сделок, выбыли единственные активы, которые ранее приносили должнику прибыль.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем доказан круг обстоятельств, подлежащих доказыванию.

При этом судом было принято во внимание указания ответчиков о пропуске заявителем срока исковой давности, между тем, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01 сентября 2017 года.

Таким образом, ссылаясь на пункт 5,6 статьи 61.14 (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), ответчики не учли, что на момент рассмотрения настоящего заявления указанных судебных актов по настоящему банкротному делу не выносилось, в связи с чем ответчики не могли ссылаться на указанные положения закона.

Аналогичный вывод содержится в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 28.12.2018 № Ф05-11966/2012 по делу № А41-4716/11, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 12.09.2018 N Ф05-9459/2015 по делу № А40-155329/14.

На основании изложенного суд первой инстанции привлек ФИО1, ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционных жалоб необоснованными по следующим основаниям.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, ранее заявлялись в суде первой инстанции, были рассмотрены, оценены и правомерно признаны несостоятельными.

По апелляционной жалобе ФИО1 судом установлено следующее.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности.

Указанный довод судом не принимается в силу следующего.

Как верно отметил суд первой инстанции, положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01 сентября 2017 года.

Таким образом, ссылаясь на пункт 5,6 статьи 61.14 (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), ответчики не учли, что на момент рассмотрения настоящего заявления указанных судебных актов по настоящему банкротному делу не выносилось, в связи с чем ответчики не могли ссылаться на указанные положения закона.

Иных доводов в обоснование пропуска срока исковой давности заявитель не указывает.

Довод заявителя о том, что ООО «Аларес» возвратило должнику ранее переданное имущество, судом не принимается, поскольку указанное обстоятельство не снимает ответственности с ответчика за одобрение незаконной сделки.

Довод заявителя о том, что он не являлся контролирующим лицом, не одобрял спорные сделки, судом не принимается в силу следующего.

16 и 17 января 2014 года состоялись общие собрания участников Должника (протокол №01-14 от 16.01.14 и 01-14/А4 от 17.01.14), на которых было принято решение о заключении вышеуказанных сделок, а также определены их существенные условия и цены продажи имущества.

Участниками общества в период с 16.12.13 по 17.03.14 являлись ФИО3 (49%) и ФИО1 (1%).

При этом на момент одобрения и заключения сделки с ООО «Аларес» ФИО1 являлся участником как со стороны Должника, так и со стороны ООО «Аларес» (1% участия - Должник, 80% участия - ООО «Аларес»).

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 53 от 21 декабря 2017 года предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (пп 3 п 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (абз. 3 п.7 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №53 от 21 декабря 2017 года).

Кроме того, предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Таким образом, ФИО1 является контролирующим должника лицом и тот факт, что ему принадлежал только 1 % доли в ООО «ПСК «Зеленоградский» не освобождает его от субсидиарной ответственности.

Указание заявителя на то, что он не одобрял сделку, судом не принимается, поскольку из материалов дела следует, что общими собраниями участников Должника (протокол №01-14 от 16.01.14 и 01-14/А4 от 17.01.14) были приняты решения о заключении вышеуказанных сделок, при этом заявителем не представлено доказательств, что он возражал против заключения сделок или не принимал участия в собраниях участников Должника.

Довод заявителя о том, что на момент совершения спорных сделок, должник не имел признаков банкротства, судом не принимается, поскольку это не имеет значения для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Вступившими в законную силу судебными актами установлена недействительность договоров купли-продажи недвижимости № 16-014/1 от 16.01.2014 и № 17-14/А4 от 17.01.2014, а также дополнительных соглашений к ним, в связи с чем отсутствует необходимость устанавливать данные обстоятельства повторно.

Довод заявителя об отсутствии выгоды от сделок для ООО «Аларес» и лично ФИО1, судом не принимается, поскольку это не имеет значения, поскольку сделки были признаны недействительными в судебном порядке, тогда как в результате совершения сделки ООО «Аларес» было получено имущество на сумму 349 000 000 рублей (по результатам проведенной судебной экспертизы). Данный актив является существенным активом Должника, поскольку его выбытие из владения Должника привело к фактическому прекращению деятельности Должника.

Остальные доводы судом не принимаются, поскольку они не свидетельствуют о неправильности принятого судебного акта и не могут служить основанием для его отмены.

Также судом учтены следующее обстоятельства по делу.

Так, в рамках рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО1 и ФИО2 были подтверждены следующие обстоятельства:

-09.12.2013 года
постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда по делу № А41-35426/12 удовлетворен иск ФИО1, из состава участников Общества исключен ФИО9, обладавший долей в размере 50%. ФИО1 стал единственным участником Общества с долей в размере 50%.

-06.12.2013 года супруга ФИО1 даёт нотариально удостоверенное согласие на дарение ФИО1 части доли в размере 49% ФИО3

-16.12.2013 года ФИО3 становится участником Общества. Доли участия в обществе распределены следующим образом: ФИО3 - 49%, ФИО1 - 1%. 50% доля принадлежала самому Обществу и, как следствие из ст. 24 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не учитывались при определении результатов голосования.

-19.12.2013 года единогласным решением участников Общества генеральным директором избран ФИО2 (подтверждается протоколом 01/13 от 19.12.2013)

-16.01.2014 года и 17.01.2014 года проведены сделки по отчуждению недвижимого имущества (которые позднее были признаны недействительными определением арбитражного суда г. Москвы от 23.10.2017 года по делу А40-787/2015). Корпоративное одобрение указанных сделок происходило так же 16 и 17 января 2014 года, что видно из протоколов № 01-14 от 16.01.14 и №01-14/А4 от 17.01.14. Из протокола № 01-14 от 16.01.14 так же видно, что сделка по отчуждению корпусов А5 и А6 производилась в пользу ООО «Аларес», в котором 80% долей на тот момент владел ФИО1 В качестве обоснования совершения сделки ФИО1 указывал, что в случае перехода права собственности на корпуса А5, А6 к ООО «Аларес», ООО «ПСК «Зеленоградский» сможет обеспечить стабильную финансовую деятельность и для самого Общества данная сделка выгодная и имеет финансовую целесообразность (абз. 3 стр. 3 протокола). Выше (абз. 2 стр. 3 протокола) указано, что ФИО2 и ФИО1 проинформировали собрание о тяжелом финансовом положении ООО «ПСК «Зеленоградский». Но срок выплаты денежных средств за корпуса А5 и А6 Обществу, находящемуся в тяжелом финансовом положении, и единственным источником получения прибыли которого являлось сдачу в аренду указанной недвижимости, установили только 15 мая 2016 года. Осуществление оформления перехода права собственности к покупателям, согласно протоколам, было поручено в обоих случаях ФИО1 единогласным решением участников Общества.

При этом выплаты покупателями ООО «Аларес» и ООО «Альянс» в пользу ООО «ПСК «Зеленоградский» за корпуса А4, А5 и А6 так никогда и не осуществлялись. А заявление о признании ООО «ПСК «Зеленоградский» было поданы самим ФИО1 спустя год после указанных сделок, и принято судом 19.01.2015 года.

Указанные обстоятельства были так же предметом рассмотрения судебного спора о признании сделок купли-продажи корпусов А4, А5 и А6 недействительными в рамках обособленного спора по делу о банкротстве ООО «ПСК «Зеленоградский» №А40-787/1 где наряду с указанными фактами судом были сделаны следующие выводы:

•указанные сделки были признаны взаимосвязанными;

•прекращение деятельности Должника произошло в результате данных сделок, целью сделок являлся вывод имущества Должника;

•цена, установленная в договорах купли-продажи недвижимого имущества, существенно ниже рыночной стоимости;

-16.03.2014 года ФИО1 и ФИО3 одновременно выходят из состава участников Общества. При этом, как видно из решения Арбитражного суда г. Москвы от 26.08.2014 года по делу № А40-58397/14, свои доли они продали по номинальной стоимости ООО «ПРОЕКТИНВЕСТ-СТРОЙ» 06 марта 2014 года за 1 000,00 руб. и 49 000,00 руб. соответственно (абз. 4-6 стр. 4 решения). Данные действия не имеют экономической подоплеки, учитывая, что у ООО «Аларес», и ООО «Альянс» перед Должником после продажи корпусов А4, А5 и А6 была дебиторская задолженность в размере 92 164 352 руб.

-26.03.2014 года ФИО2 перестал быть единоличным исполнительным органом Должника.

Из совокупности указанных фактов видно, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2

1.Являлись группой лиц, которые на момент заключения договоров купли-продажи недвижимости с ООО «Альянс», ООО «Аларес» - 16 и 17 января 2014 года полностью контролировали и определяли деятельность Должника;

2.Имели общую и единственную цель, в течение короткого периода полного корпоративного контроля (с 16.12.2013г. по 16.03.2014г.) вывести активы должника на подконтрольные юридические лица, через взаимосвязанные сделки;

3.Своими действиями причинили существенный вред имущественным правам кредиторов Должника (поскольку на время выбытия активов из собственности Должника (более 3-х лет), тот не имел возможности получать прибыль от своей основной деятельности - сдачи в аренду недвижимого имущества. При этом корпус А6 стоимостью 20 000 000,00 руб. за время выбытия был демонтирован, в связи с чем не может быть возвращен в конкурсную массу. Факт причинения вреда имущественным правам кредиторов Должника так же подтверждается выводами Арбитражного суда г. Москвы, в определении от 23.10.2017 года по обособленному спору в рамках дела А40-787/2015 (абз. 2, 9 стр. 7 определения), имеющими преюдициальное значение для настоящего спора).

При этом ФИО2 являлся контролирующим должника лицом на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве как руководитель должника.

ФИО3 являлся контролирующим должника лицом, обладая 98% голосов в общем собрании участников Должника, на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

ФИО1 являлся контролирующим должника лицом на основании вышеприведенных доказательств, совместно с ФИО3 обладая 100% голосов в общем собрании участников Должника, на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а так же как лицо извлекшее выгоду из незаконного и недобросовестного поведения ФИО3 и ФИО2 при отчуждении корпусов А5 и А6 в пользу ООО «Аларес», в котором ФИО1 владел 80% долей, на основании подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Вышеизложенное свидетельствует об обоснованности заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По апелляционной жалобе ФИО2 судом установлено следующее.

Довод заявителя о пропуске срока исковой давности подлежит отклонению по основаниям, указанным выше.

Довод заявителя о том, что он не является контролирующим должника лицом, подчинялся решению собрания участников должника, судом не принимается на основании следующего.

Согласно п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку не доказано иное ФИО2 считается лицом, контролирующим должника. Так спорные договоры подписывались именно ФИО2, при этом он не мог не знать о незаконности заключаемых сделок.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объёме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционных жалобах.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.07.2019 по делу № А40-787/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.А.Комаров

Судьи: Ю.Л.Головачева


Д.Г.Вигдорчик