Постановление от 5 сентября 2022 г. по делу № А07-15325/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-10355/2022
г. Челябинск
05 сентября 2022 года
Дело № А07-15325/2021



Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2022 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Колясниковой Ю.С.,

судей Жернакова А.С., Томилиной В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кадрок» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.06.2022 по делу № А07-15325/2021.

В судебном заседании принял участие представитель:

ФИО2 (удостоверение адвоката, паспорт) – представитель:

индивидуального предпринимателя ФИО3 по доверенности от 06.12.2022 сроком действия на три года;

общества с ограниченной ответственностью «Уруссинские тепловые сети» по доверенности от 15.02.2022 сроком действия до 31.12.2022;

Муниципального унитарного предприятия «Уруссинское предприятие по благоустройству и озеленению» по доверенности от 15.02.2022 сроком действия до 31.12.2022.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет, в судебное заседание представители иных лиц не явились.

С учетом мнения участвующего в заседании лица и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц.

Общество с ограниченной ответственностью «Кадрок» (далее – ООО «Кадрок», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее - ИП ФИО3, ответчик-1), обществу с ограниченной ответственностью «УТС» (далее - ООО «УТС», ответчик-2), муниципальному унитарному предприятию «Уруссинское предприятие по благоустройству и озеленению» (далее - МУП «Уруссинское предприятие по благоустройству и озеленению», ответчик-3) о признании договоров о переводе долга № 2 от 01.07.2019, № 5 от 01.07.2019 недействительными, о применении последствий недействительности сделки по договорам о переводе долга № 2 от 01.07.2019, № 5 от 01.07.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.06.2022 (резолютивная часть от 25.05.2022) в удовлетворении исковых требований отказано.

С указанным решением суда не согласилось ООО «Кадрок» (далее также - податель апелляционной жалобы, апеллянт), подало апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, дело направить для рассмотрения в суд первой инстанции.

Податель жалобы указал, что судом первой инстанции не дана оценка факту того, что на протяжении судебного процесса доказательств направления истцу заявления о зачете встречных требований, доказательства согласования предложения ответчика с истцом о заключении между сторонами договора о зачете взаимных требований ответчик не представил. Ссылается на выводы суда по делу № А07-23636/2020.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не дана оценка отсутствию возмездности в оспариваемом договоре уступки права требования.

Податель жалобы указал, что спорными сделками истцу причинены убытки. Так, внесение денежных средств по дебиторской задолженности позволила бы погасить возникшую в 2020 году у ООО «Кадрок» задолженность по внесению лизинговых платежей ООО «Элемент-Лизинг» и использовать девять транспортных средств, являющихся предметом лизинга, в дальнейшей производственной деятельности. Т.е. ООО «Кадрок» утратило возможность использовать свой автотранспорт и получать прибыль, а также осуществлять деятельность, цели, предмет и виды которых определены Уставом общества - возникли неблагоприятные последствия, (условия, предусмотренные пунктом 5 статьи 45 Федерального Закона от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Данным обстоятельствам суд первой инстанции оценки не дал.

Апеллянт считает, что суд первой инстанции в полном объеме не рассмотрел заявленное стороной истца заявление о фальсификации доказательств. Судом не учтен довод истца о том, что данные договоры аренды отсутствовали в бухгалтерском учете, и ни учредитель общества, ни настоящий директор о их существовании были не осведомлены. Отметил, что результаты почерковедческого исследования документов, из Белебеевского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ, представленных стороной ответчика, доказывают факты фальсификации документов представляемых ответчиком в виде доказательств.

Считает, что судом первой инстанции неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства истца об истребовании документов из Белебеевского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 апелляционная жалоба была принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании 30.08.2022.

От индивидуального предпринимателя ФИО3 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии решения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.05.2022 по делу №А07-23169/2020 и постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2022. Ходатайство удовлетворено и приобщено к материалам дела.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из письменных материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Уруссинские тепловые сети», в лице руководителя ФИО4 (должник), ООО «Кадрок» в лице генерального директора ФИО3, (первоначальный кредитор) и ИП ФИО3 (новый кредитор), был заключен трехсторонний договор уступки прав (цессии) от 01.07.2019 №2.

Согласно пункта 1.1 договора, первоначальный кредитор уступает новому кредитору право требования долга с должника в сумме 7 288 747 руб. 80 коп., в том числе НДС 18% 1 111 842 руб. 89 коп.

В соответствии с пунктом 1.3 договора с момента подписания договора признается погашенной задолженность должника перед первоначальным кредитором на сумму 7 288 747 руб. 80 коп., в том числе НДС 18% 1 111 842 руб. 89 коп.; к новому кредитору переходит право требования долга с должника на сумму 7 288 747 руб. 80 коп., в том числе НДС 18% 1 111 842 руб. 89 коп.

Между МУП «Уруссинское предприятие по благоустройству и озеленению» в лице руководителя ФИО5 (должник), ООО «Кадрок» в лице генерального директора ФИО3 (первоначальный кредитор) и ИП ФИО3 (новый кредитор), был заключен трехсторонний договор уступки прав (цессии) от 01.07.2019 №5.

На основании пункта 1.1 договора, первоначальный кредитор уступает новому кредитору право требования долга с должника в сумме 435 413 руб. 20 коп., в том числе НДС 18% 66 418 руб. 96 коп.

В силу пункта 1.3 договора с момента подписания договора признается погашенной задолженность должника перед первоначальным кредитором на сумму 435 413 руб. 20 коп., в том числе НДС 18% 66 418 руб. 96 коп.; к новому кредитору переходит право требования долга с должника на сумму 435 413 руб. 20 коп., в том числе НДС 18% 66 418 руб. 96 коп.

19.08.2019 в ООО «Кадрок» произошла смена руководителя. Генеральным директором назначен ФИО6

Как указывает истец, при заключении сделки допущено злоупотребление правом со стороны ИП ФИО3 в лице его генерального директора, ИП ФИО3 знала об ущербе для ООО «Кадрок», при совершении сделки имелась фактическая заинтересованность, информация о заключаемом договоре переуступки права требования задолженности не была заблаговременно раскрыта и действия бывшего руководителя истца не были одобрены в установленном законом порядке.

Полагая, что договора уступки № 2, № 5 являются сделками с заинтересованностью, совершенные с нарушением требований статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) об одобрении сделки, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, нарушает права и имущественные интересы ООО «Кадрок», истец обратился в арбитражный суд с требованием о признании договоров уступки недействительными и применении последствий недействительности сделки.

Оценив имеющиеся в деле письменные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Исходя из положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет арбитражный суд, при этом способ защиты нарушенного права лицо, обратившееся с арбитражный суд, избирает самостоятельно. Избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может осуществляться, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с разъяснениями пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закона об обществах с ограниченной ответственностью) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей указанной статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных данной статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника (пункт 5 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно пункту 4 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается советом директоров (наблюдательным советом) общества большинством голосов директоров (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества), не заинтересованных в ее совершении, или общим собранием участников общества большинством голосов (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества) от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

В соответствии с пунктом 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых сделок по заключению договоров о переводе долга № 2 от 01.07.2019, о переводе долга № 5 от 01.07.2019, ответчик являлся заинтересованным (аффилированным) лицом, так как ФИО3, являлась директором ООО «Кадрок».

Таким образом, сделки по заключению договоров о переводе долга № 2 от 01.07.2019, о переводе долга № 5 от 01.07.2019 правомерно признаны судом первой инстанцией сделками, совершенной с заинтересованностью.

Однако само по себе указанное обстоятельство не свидетельствует о наличии оснований для признания сделок недействительными.

Необходимым условием признания таких сделок недействительными является наличие ущерба интересам общества в результате совершения сделки с заинтересованностью и ее участникам.

В обоснование своей позиции по вопросу причинения заключением оспариваемого договора убытков ООО «Кадрок» ссылается на отсутствие встречного предоставления, отсутствие гарантированного наступления обстоятельств, определенных в качестве основания для оплаты приобретенного права требования.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно положениям статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Поскольку цель такой сделки - передача обязательственного права требования одним лицом (первоначальным кредитором, цедентом) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указания на цедента и цессионария, обязательство, являющееся предметом уступки.

Как следует из материалов дела, между ООО «Уруссинские тепловые сети (должник), ООО «Кадрок» в лице генерального директора ФИО3, (первоначальный кредитор) и ИП ФИО3 (новый кредитор), был заключен трехсторонний договор уступки прав (цессии) от 01.07.2019 №2.

Согласно пункту 1.1 договора, первоначальный кредитор уступает новому кредитору право требования долга с должника в сумме 7 288 747 руб. 80 коп., в том числе НДС 18% 1 111 842 руб. 89 коп.

В силу пункта 1.3 договора с момента подписания договора признается погашенной задолженность должника перед первоначальным кредитором на сумму 7 288 747 руб. 80 коп., в том числе НДС 18% 1 111 842 руб. 89 коп.; к новому кредитору переходит право требования долга с должника на сумму 7 288 747 руб. 80 коп., в том числе НДС 18% 1 111 842 руб. 89 коп.

Также между МУП «Уруссинское предприятие по благоустройству и озеленению» (должник), ООО «Кадрок» в лице генерального директора ФИО3 (первоначальный кредитор) и ИП ФИО3 (новый кредитор), был заключен трехсторонний договор уступки прав (цессии) от 01.07.2019 №5.

Согласно пункту 1.1 договора, первоначальный кредитор уступает новому кредитору право требования долга с должника в сумме 435 413 руб. 20 коп., в том числе НДС 18% 66 418 руб. 96 коп.

В силу пункта 1.3 договора с момента подписания договора признается погашенной задолженность должника перед первоначальным кредитором на сумму 435 413 руб. 20 коп., в том числе НДС 18% 66 418 руб. 96 коп.; к новому кредитору переходит право требования долга с должника на сумму 435 413 руб. 20 коп., в том числе НДС 18% 66 418 руб. 96 коп.

Таким образом, из заключенных сделок усматривается, что сторонами было согласовано условие о предмете договора в части определения обязательства, условий и порядка его исполнения. По договору цессии передан весь объем прав и обязанностей первоначального кредитора.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предметом соглашения об уступке права являлось принятие цедентом обязательства передать цессионарию соответствующее право (требование) в качестве отступного с целью прекращения обязательства цедента перед цессионарием. Уступка права носила возмездный характер.

Указание в договорах на механизм расчетов по договору свидетельствует о том, что данные договора не является договорами дарения, поскольку договора не содержат ясно выраженного намерения совершить безвозмездное освобождение цессионария от имущественной обязанности по оплате уступленного права. Анализ положений договоров свидетельствует о том, что в момент подписания договоров о переводе у сторон не имелось намерения совершить безвозмездную передачу прав.

Наличие признаков злоупотребления правом при совершении сделок судом не установлено.

Также суд первой инстанции верно принял во внимание, что задолженность ООО «Кадрок» перед ИП ФИО3 по состоянию на 30.06.2019 составляла 48 638 272, 03 руб., что подтверждается актом сверки взаимных расчетов за период с января 2016 года по июнь 2019 года. Доказательств иного в материалы дела не представлено. В материалы дела представлены доказательства оказания ответчиком обществу услуг по договора перевозки. Сведения об оспаривании договоров в материалах дела отсутствуют. Факт наличия задолженности в самостоятельном порядке не оспорен. В материалах дела имеются сведения об оплате ИП ФИО3 лизинговых платежей за ООО «Кадрок».

Истцом бесспорно не подтверждено, что сделка совершена на невыгодных для ООО «Кадрок» условиях и повлекла неблагоприятные последствия для общества.

Таким образом, истцом в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано совершение оспариваемой сделки с заинтересованностью в ущерб интересам ООО «Кадрок», а также возникновения в результате ее совершения иных неблагоприятных последствий для общества, в связи с чем, суд правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы отклоняются судебной коллегией в силу следующего.

В силу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Обстоятельства передачи документов общества не входят в предмет исследования по настоящему спору.

Довод о том, что суд не оценил, что спорными сделками истцу причинены убытки, подлежит отклонению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Под злоупотреблением правом следует понимать умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 названного Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. В соответствии с презумпцией добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченное лицо употребил свое право исключительно во вред другому лицу.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Между тем доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договоров о переводе долга № 2 от 01.07.2019, о переводе долга № 5 от 01.07.2019 стороны действовали исключительно с целью причинения вреда истцу и с нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалах дела отсутствуют.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом были допущены нарушения при проверке заявления о фальсификации и оценке представленных доказательств, отклоняется апелляционной коллегией, поскольку судом заявление о фальсификации проверено в порядке ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и правомерно отклонено. Оснований для назначения по делу судебной экспертизы, поскольку не имеется оснований для оценки представленных документов как сфальсифицированных.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайств об истребовании документов, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Согласно статье 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Поскольку истец не обосновал невозможность самостоятельно получить необходимого доказательства от лица, у которого оно находится, кроме того, у истца было достаточное количество времени, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства об истребовании документов (часть 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

У суда апелляционной инстанции также не имеется оснований для удовлетворения заявленных истцом ходатайств, так как судом не установлено оснований для признания сделок недействительными по указанным истцом основаниям.

Доводы, заявленные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, как неподтвержденные материалами дела, противоречащие фактическим обстоятельствам дела и основанные на неправильном толковании норм материального права, и им дана надлежащая правовая оценка.

При таких обстоятельствах, апелляционная инстанция приходит к выводу, что судом первой инстанции дана надлежащая оценка фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права. В свою очередь, доводы апеллянта не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

По изложенным мотивам решение суда первой инстанции отмене не подлежит, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относится на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.06.2022 по делу № А07-15325/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кадрок» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

Ю.С. Колясникова



Судьи:

А.С. Жернаков



В.А. Томилина