Постановление от 25 декабря 2017 г. по делу № А41-85432/2016

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-85432/16
26 декабря 2017 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 декабря 2017 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей Мизяк В.П., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Московской области от 16.08.2017, принятое судьей Досовой М.В., по делу № А41-85432/16, по иску ФИО3 к ФИО2, ООО «Гребень», ИФНС по городу Сергиев-Посад по Московской области о признании заявления ФИО3 о выходе из состава участников общества недействительным, восстановлении ФИО3 в правах участника, прекращении права ФИО2 на долю в обществе, признании недействительным решения единственного участника, признании недействительной записи в ЕГРЮЛ и по встречному иску Котрикадзе Е,В. к ФИО3 о признании незаконной регистрации ФИО3 в качестве собственника 75% акций ЗАО «Гребень»,

при участии в заседании:

от ФИО3 – ФИО4, доверенность от 12.04.2017;

от ФИО2 – ФИО2, лично, паспорт; ФИО5, доверенность от 21.02.2017;

от ООО «Гребень» - ФИО6, доверенность от 14.03.2017;

от остальных лиц- не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с иском к ООО «Гребень», ФИО2 о признании недействительным заявления ФИО3 от 07.09.2015 о выходе из состава участников ООО «Гребень», признании недействительным решения № 1 единственного участника ООО «Гребень» ФИО2 от 07.09.2015, прекращении права ФИО2 на долю в уставном капитале ООО «Гребень» в размере 75%, восстановлении ФИО3 в правах участника ООО «Гребень» путем признания права ФИО3 на долю в уставном капитале ООО «Гребень» в размере75%; к ИФНС России по городу Сергиев-Посад по Московской области о признании недействительными решения и совершенную на его основании государственную регистрационную запись № 2155042070764 от 15.09.2015 о внесении изменений в сведения об ООО «Гребень», содержащихся в ЕГРЮЛ), не связанных с внесением изменений в учредительные документы, об обязании ИФНС по городу Сергиев-Посад по Московской области внести соответствующие изменения в ЕГРЮЛ (с учетом принятых уточнений).

ФИО2 подано в Арбитражный суд Московской области встречное исковое заявление к ФИО3 о признании незаконной регистрации ФИО3 в качестве собственника 75% акций ЗАО «Гребень».

Решением Арбитражного суда Московской области от 16.08.2017 первоначальные исковые требования ФИО3 удовлетворены в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, оставить первоначальные исковые требования без рассмотрения, прекратить производство по делу.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ООО «Гребень» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, отказать в удовлетворении первоначальных исковых требований.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителей сторон, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Как усматривается из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ по состоянию на 07.09.2015 ФИО3 принадлежала доля в размере 75% в уставном капитале общества. Вторым участником общества являлась ФИО2, которой принадлежала доля в размере 25%.

ФИО3 в ноябре 2016 года была получена выписка из ЕГРЮЛ, из которой стало известно, что он не входит больше в состав участников общества, а его доля принадлежит ФИО2

Согласно представленным в материалы дела, копии регистрационного дела ООО «Гребень» 07.09.2015 в общество поступило составленное от имени ФИО3 заявление о выходе из состава участников общества, полученное генеральным директором ООО «Гребень» ФИО6

Решением № 1 единственного участника от 07.09.2015 доля ФИО3 в уставном капитале ООО «Гребень», перешедшая к обществу, была распределена в пользу ФИО2 15.09.2015 регистрирующим органом внесены изменения в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, не связанные с внесением изменений в учредительные документы, за ГРН 2155042053770, на основании следующих документов: заявления по форме Р14001; заявления ФИО3 о выходе из Общества; решения от 07.09.2015 № 1 единственного участника общества ФИО2 о распределении перешедшей к обществу доли в размере 75% в пользу ФИО2 В результате внесенных изменений прекращено право ФИО3 на 75% доли в уставном капитале общества. ФИО2 стала единственным участником ООО «Гребень» со 100% долей в уставном капитале Общества.

В обоснованио исковых требований ФИО3 указал на то, что заявление от 07.09.2015 о выходе из состава участников ООО «Гребень» является недействительным по тому основанию, что у истца не было волеизъявления на выход из состава участников общества, указанное заявление он не составлял, не подписывал, и, соответственно, никому не передавал.

В соответствии с пунктом 1 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В течение одного года со дня перехода доли или части доли в уставном капитале общества к обществу они должны быть по решению общего собрания участников общества распределены между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества или предложены для приобретения всем либо некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам (пункт 2 статьи 24 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно пункту 3.1 устава ООО «Гребень» его участник вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других участников, направив об этом извещение всем участникам и директору общества. Моментом выхода участника из общества считается дата подачи обществу заявления о выходе.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Исходя из положений Закона об обществах с ограниченной ответственностью и пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», заявление о выходе участника из состава общества является односторонней сделкой и подчиняется правилам гражданского законодательства, установленным для совершения сделок.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что для уступки принадлежащей истцу доли в уставном капитале общества в пользу общества необходимо наличие волеизъявления истца.

Как усматривается из текста оспариваемого решения, в суде первой инстанции генеральный директор ООО «Гребень» ФИО6 пояснил, что заявление от 07.09.2015 о выходе ФИО3 из состава участников общества истец лично не передавал, заявление было оставлено истцом на АЗС, принадлежащей обществу.

Таким образом, доказательств подачи ФИО3 обществу заявления о выходе из состава участников так же, как и извещения об этом всех участников оОбщества в материалах дела не имеется.

Судом первой инстанции приобщено к материалам дела заключение специалиста от 25.04.2017 № 47ип-17, согласно которому при исследовании изображения подписи от имени истца на представленной на исследование электрофотографической копии заявления от 07.09.2015 выявлены признаки необычности ее исполнения, являющиеся следствием неподлинного исполнения подписи с подражанием оригиналу. В заключении специалиста от 25.04.2017 № 47ип-17 экспертом сделан вывод об исполнении указанной подписи не самим ФИО3, а иным лицом.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истцом было заявлено ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы.

Ввиду не представления в материалы дела оригиналов документов и наличия в материалах истребованного у ИФНС по городу Сергиев-Посад по Московской области регистрационного дела ООО «Гребень» копии заявления от 07.09.2015 определением суда от 03.05.2017 по делу была назначена и проведена судебная экспертиза по электрофотографической копии.

Проведение экспертизы по копиям документа, в силу отсутствия оригиналов, само по себе не противоречит закону, тогда как общество и иные лица не ставили перед судом вопрос о проведении иной (включая повторной) экспертизы, в том числе с использованием оригинала документа (при его наличии), на предмет установления принадлежности подписи истцу и опровержения доводов истца, указывающего на отсутствие своего волеизъявления, в связи с чем, судом первой инстанции правомерно назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 23.05.2017 № 137 подпись в заявлении о выходе из общества от 07.09.2015 от имени ФИО3 выполнена не самим ФИО3, а другим лицом с подражанием какой-то его подлинной подписи.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Из материалов дела также не усматривается, что ООО «Гребень» в срок, установленный законом, осуществлены действия по выплате истцу действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Гребень», перешедшей к обществу и решением единственного участника от 07.09.2015 распределенной в пользу ФИО2

Таким образом, имеющиеся в деле доказательства не свидетельствуют о выражении ФИО3 воли на выход из состава участников общества, вследствие чего требование о признании соответствующего заявления (односторонней сделки) от 07.09.2015 о выходе из ООО «Гребень» недействительным (ничтожным) обоснованно удовлетворено судом первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

В пункте 106 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) либо независимо от такого признания (ничтожное решение). Допускается возможность предъявления самостоятельных исков о признании недействительным ничтожного решения собрания; споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого лица, имеющего охраняемый законом интерес в таком признании. Возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожном решении, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этого решения недействительным.

Учитывая отсутствие в материалах дела иных допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии волеизъявления истца на выход из состава участников общества, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО3 не утратил статус участника общества, в связи с чем последующее распределение его доли в уставном капитале общества произведено неправомерно, а потому решение единственного участника ООО «Гребень» от 07.09.2015 является недействительным.

Согласно пункту 3 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом, а также возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли.

В соответствии с пунктом 17 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, если доля или часть доли в уставном капитале общества возмездно приобретена у лица, которое не имело права ее отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), лицо, утратившее долю или часть доли, вправе требовать признания за ним права на данные долю или часть доли в уставном капитале общества с одновременным лишением права на данные долю или часть доли добросовестного приобретателя при условии, что данные доля или часть доли были утрачены в результате противоправных действий третьих лиц или иным путем помимо воли лица, утратившего долю или часть доли.

Требование о признании за лицом, утратившим долю или часть доли, права на данные долю или часть доли и одновременно о лишении права на данные долю или часть доли добросовестного приобретателя, которое предусмотрено настоящим пунктом, может быть заявлено в течение трех лет со дня, когда лицо, утратившее долю или часть доли, узнало или должно было узнать о нарушении своих прав.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, в соответствии со статьей 302 ГК РФ, пунктом 17 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью суд первой инстанции обоснованно признал за истцом право на долю в размере 75% уставного капитала общества с одновременным лишением права на эту долю ФИО2

Поскольку оспариваемые решение и заявление, не имеющие юридической силы, явились основаниями для внесения сведений в ЕГРЮЛ, в целях устранения правовой неопределенности и восстановления нарушенного права участник общества вправе оспорить такую запись на основании пункта 1 статьи 43 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в суде.

Регистрация соответствующих изменений позволяет лицу, сведения о котором внесены в реестр, действовать от имени юридического лица в отношениях с третьими лицами. Очевидно, что наличие записи в ЕГРЮЛ нарушает права лица, требование которого о признании недействительным заявления признано судом обоснованным.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 Информационного письма от 22.12.2005 № 99, требование о признании недействительным решения общего собрания акционеров акционерного общества или участников общества с ограниченной ответственностью о внесении изменений и дополнений в учредительные документы этого общества может быть соединено в одном заявлении с требованием о признании недействительным акта регистрирующего органа о государственной регистрации этих изменений и дополнений, если доводы о недействительности акта регистрирующего органа основаны на недействительности решения общего собрания и к участию в деле привлечены как регистрирующий орган, так и само общество.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно установлено то обстоятельство, что удовлетворение требований о признании решения единственного участника ООО «Гребень» от 07.09.2015, а также заявления ФИО3 от 07.09.2015 о выходе из общества недействительными, влечет за собой признание недействительными соответствующих решений регистрирующего органа и записей в ЕГРЮЛ.

С учетом положений статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на регистрирующий орган возлагается обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем внесения соответствующих сведений в Единый государственный реестр юридических лиц.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, а также заслушав пояснения сторон, приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении встречных исковых требований в связи со следующим.

В материалы дела представлен договор купли-продажи акций от 03.06.2014 между ФИО3 (покупатель) и ФИО2 (продавец). Согласно договору купли- продажи акций от 03.06.2014 ФИО2 была обязана уведомить ЗАО «Гребень» о состоявшейся смене акционеров, направив акционерному обществу передаточное распоряжение (пункт 2.4 договора).

Как усматривается из материалов дела, в судебном заседании 19.06.2017 представитель ФИО2 заявлено о фальсификации договора купли-продажи акций от 03.06.2014 (т.2 л.д.112).

В тоже время, суд первой инстанции обоснованно указано, что ФИО2 ни письменно, ни устно не указала, ни в чем заключается предполагаемое несоответствие договора (его фальсификация), ни способа проверки заявления о фальсификации договора купли-продажи акций от 03.06.2014, и не обеспечила суду возможность проверки заявления о фальсификации договора купли- продажи акций от 03.06.2014 ни посредством проведения экспертизы, ни посредством оценки спорных доказательств в совокупности с иными представленными в дело доказательствами.

Как усматривается из материалов дела, ФИО2 20.07.2017 через канцелярию суда заявил ходатайство о необходимости осуществить проверку обоснованности заявления о фальсификации договора купли-продажи акций от 03.06.2014 посредством назначения по делу судебной экспертизы.

Как следует из оспариваемого решения суда первой инстанции, неявка самой ФИО2 в отсутствие уважительных причин такой неявки привела к невозможности отобрать экспериментальные образцы ее подписи для проведения сравнительного исследования в случае постановки перед судом вопросов о фальсификации подписи.

Также ответчик не предоставил данных о наличии методик проверки давности изготовления документа, датированного 2014 годом. Ответчик не указал, какого рода техническая экспертиза должна быть выполнена и каким образом.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

Заявление о фальсификации проверено судом посредством исследования оригинала договора купли-продажи акций от 03.06.2014, а также иных материалов дела, в частности протокола о реорганизации ЗАО «Гребень» от 29.08.2014 и ответа ИФНС по городу Сергиев-Посад по Московской области от 11.04.2017 (т. 1 л.д. 95).

Как следует из протокола от 29.08.2014 № 1 общего собрания акционеров ЗАО «Гребень», на котором присутствовали акционеры ФИО3 и ФИО2, а также в качестве секретаря собрания - генеральный директор ФИО6, было принято решение о реорганизации ЗАО «Гребень» в ООО «Гребень». Тем самым, из указанного протокола следует, что и ФИО2 как акционер, и ФИО6 как генеральный директор ЗАО «Гребень» (которое являлось регистратором и держателем реестра акционеров) знали о том, что ФИО3 является акционером общества, владеющим 75% акций.

ЗАО «Гребень» в лице его генерального директора ФИО6 было уведомлено о продаже 75% акций новому акционеру – ФИО3

На основании решения общего собрания акционеров, оформленного протоколом от 29.08.2014 № 1, ЗАО «Гребень» прекратило свое существование, о чем 12.03.2015 внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ. Одновременно 12.03.2015 внесена запись о создании ООО «Гребень» в порядке реорганизации в форме преобразования ЗАО «Гребень». Передаточным актом от 29.08.2014 имущество ЗАО «Гребень» передано ООО «Гребень».

Решение о реорганизации ЗАО «Гребень», о создании ООО «Гребень» ФИО2 в установленном порядке не оспорены и не признаны судом недействительными.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 4 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. В соответствии с пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

ФИО3, исходя из поведения ФИО2 (ФИО2 и генеральный директор ФИО6 участвовали в общем собрании акционеров ЗАО «Гребень от 29.08.2014, регистрацией ФИО3 в качестве участника ООО «Гребень» в ЕГРЮЛ, решением единственного участника ООО «Гребень» от 07.09.2015 о распределении долей), полагался на действительность договора купли-продажи акций от 03.06.2014.

Таким образом, последующее оспаривание сделки по вышеуказанным основаниям свидетельствует о злоупотреблении ФИО2 своим правом, что в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная норма направлена на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить.

Обращение ФИО2 с встречным иском по настоящему делу со ссылкой на недействительность регистрации ФИО3 как акционера ЗАО «Гребень» вступает в противоречие с требованием о добросовестном поведении участника гражданского оборота и в силу принципа эстоппеля, правила «никто не может противоречить собственному предыдущему поведению» и пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации лишает ФИО2 возможности ссылаться на недействительность регистрации ФИО3 как акционера ЗАО «Гребень».

Довод апелляционной инстанции о необходимости приостановления производства по делу до рассмотрения Арбитражным судом Московской области дела № А41-83452/17 судом апелляционной инстанции признается несостоятельным, поскольку рассмотрения иного дела с участием данного круга лиц не делает невозможным рассмотрение данного дела по существу, в связи с чем не является основанием для приостановления производства по делу.

При вышеизложенных обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении встречных исковых требований.

Судом апелляционной инстанции не усматриваются основания для удовлетворения заявления ФИО3 о фальсификации доказательств в связи со следующим.

Как усматривается из текста данного заявления, истцом в обоснованиие данного заявления указаны иные доводы, чем были заявлены при рассмотрении дела в суде первой инстанции, уточненное правовое основание в обоснование данного заявления в суд не представлялось.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены принятого по делу решения, так как не свидетельствуют о несоответствии выводов суда имеющимся в деле доказательствам и о неправильном применении норм права.

На основании вышеизложенного, апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268, частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Московской области от 16.08.2017 по делу № А41-85432/16 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Е.Н. Короткова

Судьи

В.П. Мизяк

В.А. Мурина