Апелляционное постановление № 22К-2828/2020 от 27 ноября 2020 г. по делу № 3/2-8/2020

Судья Жотиков Д.А. Дело №22-2828


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 27 ноября 2020 г.

Судья Воронежского областного суда Матвеев А.Н.,

при секретаре Гавриловой Я.Ю.,

с участием прокурора Крылова С.А.,

обвиняемого ФИО1, участвовавшего в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи,

защитника - адвоката Рощупкина С.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвокатов Рощупкина С.Ю. и Сороколетова А.М. в защиту интересов обвиняемого ФИО1 на постановление Острогожского районного суда Воронежской области от 13 ноября 2020 года, которым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, продлен срок содержания под стражей на 1 месяц 00 суток, а всего до 9 месяцев 28 суток, то есть по 14 декабря 2020 года включительно.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления адвоката Рощупкина С.Ю. и обвиняемого ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, просивших отменить постановление районного суда, изменить меру пресечения в отношении ФИО1 на более мягкую в виде домашнего ареста, выслушав мнение прокурора Крылова С.А., возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, считавшего постановление районного суда законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

уголовное дело №12001200035460013 возбуждено 14.02.2020 года по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ по факту покушения на хищение имущества, принадлежащего ООО «Истобное» в особо крупном размере.

18.02.2020 года по подозрению в совершении вышеуказанного преступления задержан ФИО1

20.02.2020 года Острогожским районным судом Воронежской области в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 28 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

26.02.2020 года ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

07.04.2020 года руководителем следственного органа - первым заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области Бухтияровым А.Н. срок предварительного следствия по уголовному делу № 12001200035460013 продлен до четырех месяцев, то есть по 14.06.2020 года включительно.

Срок содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 неоднократно продлевался, в том числе 09.10.2020 года Острогожским районным судом Воронежской области ФИО1 продлен срок содержания под стражей, сроком на 1 месяц 00 суток, а всего до 8 месяцев 28 суток, то есть по 14.11.2020 включительно.

Срок предварительного следствия не по данному уголовному делу неоднократно продлевался, последний раз ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного органа - первым заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области Бухтияровым А.И. срок предварительного следствия по уголовному делу № 12001200035460013 продлен до десяти месяцев, то есть по 14.12.2020 года включительно.

В Острогожский районный суд г. Воронежа поступило ходатайство следователя СГ ОМВД России по Репьевскому району Воронежской области Мамоновой Т.Ю., согласованное с заместителем начальника ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области Пивоваром А.В., о продлении ФИО1 срока содержания под стражей на 1 месяц 00 суток, а всего до 9 месяцев 28 суток, то есть по 14.12.2020 г. включительно.

Обжалуемым постановлением суда ходатайство следователя удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокаты Рощупкин С.Ю. и Сороколетов А.М. считают обжалуемое постановление незаконным и необоснованным, так как изложенные в постановлении выводы суда о невозможности применения иной меры пресечения, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом при рассмотрении ходатайства следствия. Мотивируют тем, что суд первой инстанции неправомерно посчитал, что основания для избрания ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу не отпали и не изменились, и что они подтверждены фактическими данными, исследованными в судебном заседании, а именно тем, что ФИО1 инкриминируется совершение покушения на тяжкое преступление, он не работает, ранее проходил службу в органах внутренних дел, в связи с чем ФИО1, находясь на свободе, воспрепятствует производству по уголовному делу и скроется от органов предварительного следствия. По их мнению, суд первой инстанции не принял во внимание ряд доводов стороны защиты, и фактически полностью поддержал позицию следственного органа, скопировав текст ходатайства в текст постановления о продлении срока содержания под стражей. Однако, в материалах уголовного дела, представленных в суд для обоснования заявленного ходатайства, отсутствуют объективные доказательства того, что ФИО1 воспрепятствует расследованию уголовного дела и скроется. Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 N41 "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога", тяжесть предъявленного обвинения может служить основанием полагать, что лицо может скрыться от следствия и суда только на начальных этапах расследования уголовного дела. Помимо указанного судом первой инстанции не принято во внимание то, что преступление, инкриминируемое ФИО1, совершено 13 февраля 2020 года, а сам ФИО1 задержан 18 февраля 2020 года, при этом каких- либо попыток скрыться за указанный период не предпринимал. Сторона защиты не согласна с доводами следственного органа и основанным на них мнением суда первой инстанции о том, что ФИО1 может воспрепятствовать производству по делу. Сведения о том, что ФИО1 якобы угрожал иным участникам судопроизводства, основаны только на показаниях этих лиц, с одним из которых заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. Поэтому объективных доказательств этому материалы дела не содержат. Кроме того, расследование дела находится на завершающем этапе. Указанное свидетельствует о том, что показания всех участников уголовного судопроизводства по делу зафиксированы посредством уголовно-процессуальных процедур. Следовательно, на текущем этапе расследования ФИО1 не может оказать какое-либо влияние на участников по делу. Кроме того, ни ходатайство следователя, ни решение суда не содержат в себе сведений о том, что данное дело представляет особую сложность в расследовании. Таким образом, нарушены положения ч. 2 ст. 109 УПК РФ, позволяющей продлевать сроки содержания под стражей свыше 6-ти месяцев только по уголовным делам, расследование которых представляет особую сложность. Также нарушены положения ч. 8 ст. 109 УПК РФ. Так, основанием для продления срока содержания ФИО1 под стражей явилось необходимость выполнения иных процессуальных действий, предусмотренных ст.ст. 215-217 УПК РФ. Вместе с тем, основанием для трех предыдущих продлений срока содержания под стражей ФИО1 от 9 июня 2020 года, 11 августа 2020 года 9 октября 2020 года, было выполнение тех же процессуальных действий. Однако ни постановление следователя, ни постановление суда первой инстанции не содержат в себе сведений о причинах невыполнения этих процессуальных действий. Стороной защиты обращалось внимание на указанные нарушения и сообщалось суду о неэффективной организации расследования дела и о наличии волокиты. Судом первой инстанции на это должного внимания обращено не было. Также не было обращено внимания на то, что процесс ознакомления с материалами уголовного дела не завершен лишь по вине следственного органа, представители которого сами не являются в ФКУ «СИЗО-З» УФСИН России по Воронежской области для предоставления уголовного дела ФИО1 для ознакомления. Также указывают на то, что помимо указанных нарушений, обращает на себя отдельное внимание тот факт, что судом при рассмотрении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей фактически было проигнорировано заявленное стороной защиты ходатайство об избрании иной меры пресечения - домашнего ареста. На обсуждение участников процесса указанное ходатайство не выносилось. Мнение у участников процесса по этому поводу не выяснялось. Кроме того, судом первой инстанции не было предоставлено право реплик и право постановки вопросов инициатору ходатайства. Фактически, суд первой инстанции, вынося постановление о продлении срока содержания ФИО1 под стражей, руководствовался лишь наличием обоснованного подозрения последнего в совершении преступления, но не установил конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости его дальнейшего содержания под стражей. Кроме того, защитники полагают, что при вынесении решения суд первой инстанции не учел данные о личности ФИО1, который ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, имеет крепкие социальные связи в виде родственников, что говорит об отсутствии у ФИО1 отрицательных характеристик личности, которые могли бы позволить отнести его к личности антисоциальной направленности. Соответственно, мнение следствия и суда первой инстанции в этой части носит характер предположений и конкретными, фактическими данными не подтверждено. Фактически вывод о необходимости исключительной меры пресечения основано лишь на факте предъявления ФИО1 обвинения в совершении покушения на умышленное тяжкое преступление. Но даже при наличии оснований применения такой меры пресечения, судом первой инстанции необоснованно отказано в применении меры пресечения виде домашнего ареста. Все опасения следственного органа и суда первой инстанции, о том, что ФИО1 может продолжать заниматься преступной деятельностью, воспрепятствует производству по уголовному делу и скроется, могли бы быть устранены применением меры пресечения в виде домашнего ареста. Также во внимание суда не был взят и тот факт, что жена обвиняемого готова взять на себя обязанности по контролю за соблюдением последним установленных запретов и постоянным нахождением его в месте содержания под домашним арестом. Также судом не учтен тот факт, что для исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста контролирующим органом (уголовно-исполнительной инспекцией) применяются электронные средства контроля. Таким образом, с учетом наличия у обвиняемого постоянного места жительства, отсутствия каких-либо препятствий для проживания там, наличия в ближайшем окружении ФИО1 родственников, готовых взять на себя обязанности, связанные с исполнением меры пресечения в виде домашнего ареста, и отсутствия данных о невозможности применения иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, в совокупности с допущенными и указанными выше нарушениями, сторона защиты полагает возможным избрать ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу его регистрации и фактического проживания: <адрес>. На основании изложенного, просят постановление Острогожского районного суда <адрес> от 13 ноября 2020 года о продлении срока содержания под стражей ФИО1 отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

Проверив представленные материалы, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст.97 и 99 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, принятое судом первой инстанции решение является законным, обоснованным и мотивированным. Суд первой инстанции не формально сослался на предусмотренные законом основания для продления данной меры пресечения, а обосновал свои выводы исследованными в судебном заседании материалами, из которых видно следующее. Предварительное расследование не окончено, срок следствия продлен по 14 декабря 2020 года включительно. В настоящее время по уголовному делу идет выполнение требований ст.217 УПК РФ, ФИО1 не завершил ознакомление с материалами уголовного дела. При этом ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, постоянного источника дохода не имеет. Кроме того, ФИО1 ранее проходил службу в органах внутренних дел Российской Федерации и может использовать связи, полученные им в правоохранительных органах, для оказания давления на свидетелей, а также принять меры по сокрытию следов преступления. Более того, ФИО1 после совершенного преступления и до момента его фактического задержания оказал давление в виде угроз расправой в адрес обвиняемых по данному уголовному делу ФИО11 и ФИО12, которым он угрожал с целью сокрытия ими сведений о его причастности к совершению преступления.

При таких обстоятельствах сохраняют свое значение основания полагать, что находясь на свободе, ФИО1 может скрыться, оказать давление на иных участников уголовного судопроизводства, иным образом препятствовать производству по делу. В силу данных обстоятельств районный суд, обсудив возможность избрания более мягкой меры пресечения, пришел к правильному выводу о наличии достаточных оснований для продления срока содержания ФИО1 под стражей. При этом судом первой инстанции правомерно учтено, что обстоятельства, в связи с которыми в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не изменились.

Поскольку продление срока содержания ФИО1 под стражей обусловлено не проведением следственных действий по собиранию и проверке доказательств, а окончанием ознакомления его с материалами дела, доводы апелляционной жалобы об отсутствии сведений об особой сложности уголовного дела несостоятельны.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, настоящее продление срока содержания под стражей не связано с проведением одних и тех же процессуальных действий. Так, предыдущее продление срока содержания под стражей было вызвано необходимостью ознакомления, помимо ФИО1, иных обвиняемых с материалами уголовного дела.

В силу вышеизложенных обстоятельств, приведенные в апелляционной жалобе данные о личности ФИО1 и об условиях жизни его семьи, не ставят под сомнение вывод районного суда о наличии оснований для продления срока содержания ФИО1 под стражей.

Сведений о заболеваниях, препятствующих содержанию ФИО1 под стражей, суду не представлено.

Вопреки апелляционной жалобе, нарушений норм уголовно-процессуального закона при решении вопроса о продлении срока содержания ФИО1 под стражей, влекущих отмену вышеназванного постановления суда, судом первой инстанции допущено не было.

Объективных данных о неэффективной организации процесса ознакомления ФИО1 с материалами уголовного дела, не имеется.

При таких обстоятельствах апелляционная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого постановления районного суда, которое является законным и обоснованным.

С учетом того, что ФИО1 был задержан 18.02.2020 года, постановление подлежит изменению путем уточнения резолютивной части указанием о том, что срок содержания ФИО1 под стражей продлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 9 месяцев 27 суток, то есть по 14 декабря 2020 года включительно.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Острогожского районного суда Воронежской области от 13 ноября 2020 года в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить резолютивную часть указанием о том, что срок содержания ФИО1 под стражей продлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 9 месяцев 27 суток, то есть по 14 декабря 2020 года включительно.

В остальной части постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Судья Матвеев А.Н.