Апелляционное постановление № 22К-1660/2021 от 20 июля 2021 г. по делу № 3/1-42/2021

Судья Карпычев А.А. Дело 22-1660


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 21 июля 2021 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Мадаминовой Ю.Б.,

при секретаре Парамоновой К.А.,

с участием:

обвиняемого ФИО1, посредством видеоконференц-связи,

адвоката Скворцова А.Н.,

прокурора Горланов А.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу обвиняемого ФИО1 и в его интересах адвоката Скворцова А.Н. на постановление Ленинского районного суда г. Иваново от 29 июня 2021 гола, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу <адрес>, гражданину <данные изъяты>, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст. 158 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы и заслушав участников судебного разбирательства,

установил:

В производстве СО ОМВД России по <адрес> находится уголовное дело, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст.158 УК РФ, совершенного в отношении потерпевшей ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении данного преступления задержан ФИО1 и в этот же день допрошен в качестве подозреваемого с участием защитника.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст.158 УК РФ.

Следователь обратился в суд с ходатайством об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, так как ФИО1 ранее судим, в том числе за умышленные корыстные преступления, не имеет постоянного места жительства на территории <адрес>, не имеет легального и постоянного источника дохода, является гражданином другого государства.

Постановлением суда обвиняемому ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО6 в интересах обвиняемого ФИО1 просит обжалуемое постановление отменить, избрать в отношении обвиняемого меру пресечения в виде домашнего ареста.

Считает, что временем фактического задержания является время объявления постановления о приводе в №:№ часов ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем по истечению № часов он должен был быть освобожден в №:№ часов ДД.ММ.ГГГГ, чего сделано в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ не было. После своего освобождения ДД.ММ.ГГГГ в судебное заседание явился самостоятельно, в связи с чем считает недоказанным факт того, что обвиняемый может скрыться от следствия.

Суд, удовлетворив ходатайство об участии переводчика, обеспечил участие лица, не обладающего требованиями, предъявляемыми к переводчику. У данного лица отсутствует лингвистическое образование, суд не проверил уровень знаний указанного лица, не запросил документы о рождении, образовании, не проверил, осуществлялись ли ранее переводы данным лицом. Переводчик в судебном заседании заявила, что полностью осуществить перевод не сможет, при попытке поговорить на осетинском языке друг друга не поняли. Суд ходатайство защитника об отводе переводчика не удовлетворил, чем нарушил право обвиняемого на участие в уголовном судопроизводстве на родном языке.

Пояснил, что часть денежных средств обвиняемым возвращена потерпевшей, ФИО1 имеет постоянное место жительства, состоит в браке, в случае избрания меры пресечения в виде домашнего ареста, супруга готова обеспечить обвиняемого всем необходимым.

Выводы суда не подтверждены достоверными сведениями, что свидетельствовало о возможности избрания более мягкой меры пресечения.

В апелляционной жалобе обвиняемый ФИО1 просит обжалуемое постановление изменить. Также указал на нарушение его права давать показания на родном языке, непонимании переводчиком осетинского языка, на котором он разговаривает.

В суде апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1 и адвокат ФИО6 поддержали доводы апелляционных жалоб, просили их удовлетворить.

Прокурор Горланов А.Е. считал постановление законным и обоснованным, просил об оставлении доводов жалобы без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнение участников процесса, проверив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, считает обжалуемое постановление суда законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Выводы суда о необходимости заключения ФИО1 под стражу и невозможности применения в отношении него меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, вопреки доводам стороны защиты, в постановлении суда надлежаще мотивированы и основаны на материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения.

Принимая решение об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, судом обоснованно учтено, что указанное ходатайство возбуждено следователем, в производстве которого находится данное уголовное дело, с согласия руководителя соответствующего следственного органа, установленный срок содержания ФИО1 под стражей, при наличии обоснованных подозрений о его причастности к инкриминируемому ему деянию и событиям расследуемого уголовного дела, не превышает 2-х месяцев, полностью соответствует требованиям ч. 1 ст. 108 УПК РФ и вызывается необходимостью проведения расследования в указанный срок.

Выводы суда о необходимости содержания ФИО1 под стражей, мотивированы не только тяжестью предъявленного ему обвинения в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3-х лет, но и наличием по делу указанных в постановлении предусмотренных ст. 97 УПК РФ обстоятельств, при которых суд обоснованно согласился с доводами органов предварительного следствия о том, что находясь на свободе ФИО1 может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, либо оказать давление на потерпевшую, в связи с чем, избрание ему иной меры пресечения не представляется возможным, и суд на законных основаниях удовлетворил ходатайство следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 заболеваний, препятствующих содержанию его под стражей в условиях следственного изолятора в материалах дела не содержится, суду они не представлены.

Вопреки доводам жалобы, постановление суда в отношении ФИО1 принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего условия и порядок избрания данной меры пресечения, при проверке обоснованности его задержания, оснований для вывода о нарушении прав ФИО1 предусмотренных Конституцией РФ и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, влекущих изменение или отмену данного постановления, с избранием ФИО1 меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Доводы адвоката о нарушении порядка задержания ФИО1 являются необоснованными и опровергаются представленными материалами, согласно которым ФИО1 задержан ДД.ММ.ГГГГ в № часов № минут в рамках уголовного дела возбужденного ДД.ММ.ГГГГ. Ссылка адвоката на то, что постановление о приводе ФИО1 к следователю было ему объявлено в № часов № минут ДД.ММ.ГГГГ не может свидетельствовать о его фактическом задержании в данный период времени.

Как следует из протокола судебного заседания, вопреки доводам апелляционных жалоб, в предоставлении ФИО1 переводчика судом было отказано, путем вынесения соответствующего постановления, которое является законным, обоснованным и мотивированным ( лист 11 протокола судебного заседания).

Так, согласно положениям ч. ч. 2 и 3 ст. 18 и ст. 47 УПК РФ подозреваемый, обвиняемый и подсудимый вправе пользоваться услугами переводчика в том случае, если они не владеют либо недостаточно владеют языком, на котором ведется судопроизводство.

Гражданство иностранного государства не влечет за собой обязательное назначение переводчика, если лицо в достаточной мере владеет языком, на котором ведется судопроизводство.

Исходя из конституционно-правового толкования данных уголовно-процессуальных норм, выраженного в Определении Конституционного Суда РФ от 20 июня 2006 года N 243-О, "необходимость обеспечения обвиняемому права на пользование родным языком в условиях ведения уголовного судопроизводства на русском языке не исключает того, что законодатель вправе установить с учетом положений статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, такие условия и порядок реализации данного права, чтобы они не препятствовали разбирательству дела и решению задач правосудия в разумные сроки, а также защите прав и свобод других участников уголовного судопроизводства. В свою очередь, органы предварительного расследования, прокурор и суд своими мотивированными решениями вправе отклонить ходатайство об обеспечении тому или иному участнику судопроизводства помощи переводчика, если материалами дела будет подтверждаться, что такое ходатайство явилось результатом злоупотребления правом".

Как следует из представленных материалов дела, перед допросом ФИО1 в качестве подозреваемого ему в присутствии адвоката разъяснялись права, предусмотренные ст. ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе право давать показания и объяснения на родном языке или языке, которым он владеет, пользоваться помощью переводчика бесплатно; разъяснение указанных прав подтверждено имеющейся в протоколе допроса подписью ФИО1. В ходе данного следственного действия ФИО1 сообщил, что проживает на территории РФ с 1990-х годом, русским языком владеет в полном объеме, в услугах переводчика не нуждается. Не заявил ФИО1 о нуждаемости в переводчике и в ходе последующего его допроса в качестве обвиняемого и в ходе очной ставки с потерпевшей, давал показания на русском языке. Не заявил ФИО1 ходатайства о предоставлении ему переводчика и после разъяснения ему судом первой инстанции прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ в первом судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, при этом он также свободно изъяснялся на русском языке. Суду первой инстанции ФИО1 пояснил, что общается с супругой на русском языке, женат с ДД.ММ.ГГГГ.

Изложенные обстоятельства позволяют заключить, что суд первой инстанции надлежащим образом удостоверились в том, что уровень владения ФИО1 языком, на котором ведется уголовное судопроизводство, со всей очевидностью является достаточным для реализации им своих процессуальных прав и обязанностей.

Судом апелляционной инстанции также установлено, что ФИО1 в достаточной мере владеет языком, на котором ведется производство по уголовному делу, а требование стороны защиты об участии переводчика связано с злоупотреблением своими правами и умышленным затягиванием рассмотрения дела. Что касается разъяснения ФИО1 отдельных юридических терминов, то это входит в обязанность его защитника.

Кроме того, из приобщенных в суде апелляционной инстанции к материалам дела копий предыдущих приговоров в отношении ФИО1 усматривается, что ранее, в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемый осуждался без участия переводчика.

Таким образом, оснований для отмены или изменения постановления, в том числе, исходя из доводов апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не находит.

Руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

Постановил:

Постановление Ленинского районного суда г.Иваново от 29 июня 2021 года в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы обвиняемого ФИО1 и адвоката Скворцова А.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Ю.Б. Мадаминова