Апелляционное определение № 33-1917/2026 от 20 апреля 2026 г.

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0002-01-2025-005379-06 33-1917/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Переверзевой Ю.А.,

судей Фурмановой Л.Г., Нессоновой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Лихачевой М.Б.,

с участием прокурора Кирилловой М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к закрытому акционерному обществу «Сокол-АТС» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Белгородского районного суда Белгородской области от 26.01.2026.

Заслушав доклад судьи Переверзевой Ю.А., объяснения представителей закрытого акционерного общества «Сокол-АТС» ФИО2, ФИО3, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора Кирилловой М.А., считавшей решение суда подлежащим отмене с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просил признать незаконным приказ закрытого акционерного общества «Сокол-АТС» (далее – ЗАО «Сокол-АТС») об увольнении от 31.10.2025, восстановить его на работе в ЗАО «Сокол-АТС», взыскать с ЗАО «Сокол-АТС» средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в размере 160 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что с 10.07.2025 работал в ЗАО «Сокол-АТС» в должности оператора станков с программным управлением. На протяжении всего периода работы у ответчика дисциплинарных взысканий не имел, но был уволен 31.10.2025 без объяснения причин. Намерения уволиться у него не было, он желал продолжать трудовую деятельность у ответчика, но на иных условиях.

Решением суда в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, направить дело на новое рассмотрение.

Относительно доводов апелляционной жалобы ответчиком поданы возражения.

В судебное заседание апелляционной инстанции ФИО1 не явился, о его времени и месте извещен своевременно и надлежащим образом, представил ходатайство о рассмотрении дела без его участия, что позволяет в силу положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в его отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав представителей ответчика, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 10.07.2025 между ЗАО «Сокол-АТС» и ФИО1 заключен срочный трудовой договор, согласно которому последний принят на работу на должность оператора станков с числовым программным управлением Цеха изготовления инструмента оснастки и нестандартного оборудования № 321.

Срочный трудовой договор заключен на срок до 31.12.2026.

Согласно пункту 5.2 трудового договора, приказу о приеме на работу истцу установлена заработная плата в размере 40000 руб. в месяц.

Приказом ЗАО «Сокол-АТС» от 31.10.2025 ФИО1 уволен с занимаемой должности по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 были совершены последовательные действия с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию в соответствии со статьей 80 Трудового кодекса Российской Федерации, ввиду чего признал, что увольнение ФИО1 по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника) произведено работодателем с соблюдением требований действующего трудового законодательства на основании поданного им заявления об увольнении по собственному желанию от 30.10.2025. При этом суд первой инстанции указал, что суду не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих вынужденный характер увольнения ФИО1

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на неправильном толковании и применении норм материального права к спорным отношениям и сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Согласно части 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Содержание обжалуемого решения суда дает основание для вывода о том, что нормативные положения, регулирующие порядок увольнения работника по собственному желанию, применены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела неправильно, требования процессуального закона к доказательствам и доказыванию не соблюдены. Вследствие этого спор по иску ФИО1 разрешен с нарушением норм права, регулирующих спорные отношения, при неустановлении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть третья) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: имела ли место подача ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию; являлись ли действия ФИО1 при написании 30.10.2025 заявления о несогласии с размером заработной платы и расторжении трудового договора подачей заявления об увольнении по собственному желанию; было ли заявление об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными; выяснялись ли руководством ЗАО «Сокол-АТС» причины подачи ФИО1 заявления от 30.10.2025; разъяснялись ли ФИО1 работодателем последствия написания им заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.

Разрешая исковые требования ФИО1 о незаконности его увольнения, суд указал, что, подав заявление от 30.10.2025, истец не имел намерения продолжать работу у ответчика, что подтверждается, в том числе нереализацией им права на отзыв заявления об увольнении после получения согласия работодателя на увольнение, оформлением обходного листа 31.10.2025, и свидетельствует о сознательном и добровольном желании ФИО1 уволиться по собственному желанию. Также суд указал, что приведенные истцом в судебном заседании доводы о ссоре с иными работниками, иных конфликтных ситуациях голословны и ничем не подтверждены.

Однако в нарушение положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению суд первой инстанции не учел и не проверил доводы ФИО1, приведенные им в исковом заявлении и в судебном заседании суда первой инстанции, о том, что между ним и работодателем по смыслу части 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации не было достигнуто основанное на добровольном и осознанном волеизъявлении работника соглашение о прекращении трудовых отношений.

Судом первой инстанции не были выяснены обстоятельства, предшествующие написанию ФИО1 заявления о расторжении трудового договора, не дана оценка доводам истца об отсутствии у него причин для принятия решения об увольнении по собственному желанию.

Так, 30.10.2025 ФИО1 подал генеральному директору ЗАО «Сокол-АТС» заявление, в котором выражал несогласие с установленным ему размером заработной платы, указал, что для продолжения работы ему нужны письменные гарантии генерального директора. Просительная часть этого заявления была изложена: «считаю предыдущий срочный трудовой договор № 60 от 10.07.2025 расторгнутым со стороны работника ФИО1».

Однако из буквального толкования как всего заявления в целом, так и его просительной части следует, что ФИО1 считал расторгнутым трудовой договор на условии установления ему заработной платы размере 40000 руб., и это заявление нельзя расценивать как заявление об увольнении.

Кроме того, ФИО1 после подачи указанного заявления был уволен на следующий день, при этом сведений о ее последующем трудоустройстве или иных обстоятельствах, которые могли сформировать его желание уволиться, в материалах дела не имеется. Работодатель без выяснения причин написания данного заявления у работника выразил волю на расторжение трудового договора с истцом, что подтверждает доводы истца о понуждении к увольнению со стороны работодателя при отсутствии личного желания работника.

Кроме того, анализ правовых норм частей 1-3 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации позволяет прийти к выводу, что последствие в виде расторжения трудового договора по инициативе работника наступает по истечении двухнедельного срока после получения работодателем заявления работника об увольнении. Расторжение трудового договора ранее истечения вышеназванного срока возможно только в случае согласования между сторонами иной даты, а также в случаях, когда заявление работника об увольнении обусловлено невозможностью продолжения работы в силу объективных обстоятельств.

В данном случае подтверждения согласования между сторонами даты увольнения ответчик не представил. Приняв решение об увольнении истца 31.10.2025, работодатель нарушил законное право истца до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении в любое время отозвать свое заявление, что прямо предусмотрено частью 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Указанные обстоятельства подтверждают доводы ФИО1 об отсутствии у него волеизъявления на увольнение по собственному желанию.

Сама по себе правовая природа права работника на расторжение трудового договора по статье 80 Трудового кодекса Российской Федерации предполагает отсутствие спора между работником и работодателем по поводу его увольнения, за исключением случаев отсутствия добровольного волеизъявления работника.

Установленные по делу обстоятельства в совокупности с объяснениями истца свидетельствуют о пороке воли работника при выражении намерения на увольнение по собственному желанию, фактически работодатель принимал решение об увольнении работника, а не сам работник.

Неразъяснение работодателем истцу последствий подачи заявления об увольнении, его права отозвать свое заявление, срока такого отзыва также расценивается, как подтверждение доводов истца об инициативе к увольнению со стороны работодателя при отсутствии личного желания работника.

С учетом данных обстоятельств судебная коллегия приходит к выводу о том, что между работодателем и ФИО1 не было достигнуто соглашение об увольнении 31.10.2025 по собственному желанию, последний не имел намерения расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, фактически подачи самого заявления об увольнении не было, а поданное заявление от 30.10.2025 нельзя расценивать как заявление об увольнении по собственному желанию.

Заявленное ответчиком в суде первой инстанции ходатайство о пропуске истцом срока обращения в суд с настоящим иском подлежит отклонению.

В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

С приказом об увольнении истец был ознакомлен 31.10.2025, а с настоящим исковым заявлением обратился в суд 20.11.2025, то есть в установленный законом срок.

В соответствии со статьей 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Это положение закона согласуется с частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу которой в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Установив незаконность увольнения ФИО1, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании в его пользу с ответчика среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии с Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24.04.2025 № 540, расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (пункт 4).

Согласно пункту 5 указанного Положения при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации.

В случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному (пункт 6 Положения).

Из названных норм права следует, что средний заработок за время вынужденного прогула, как правило, исчисляется за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата, при этом принимаются полностью отработанные календарные месяцы. Вместе с тем, указанные нормы не исключают возможность исчисления среднего заработка за период работы, предшествующий периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата, продолжительностью менее 12 месяцев, и состоящий из не полностью отработанных календарных месяцев.

Согласно расчетным листкам за период с 10.07.2025 по 31.10.2025 заработная плата ФИО1 составила 241744 руб. 73 коп. (в июле – 40957 руб. 73 коп., в июле – 68530 руб., в сентябре – 68864 руб., в октябре – 63393 руб. (компенсация отпуска в расчет среднего заработка не учитывается).

Согласно пункту 9 Положения средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии, денежные поощрения и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Из расчетных листков также следует, что за вышеуказанный период истцом отработан 81 день.

Следовательно, размер среднего дневного заработка составит 2984 руб. 50 коп. (241744 руб. 73 коп. / 81 день).

Сумма подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула, исходя из количества рабочих дней в периоде с 01.11.2025 по 21.04.2026 (111 дней) составляет 331279 руб. 50 коп. (2984 руб. 50 коп. х 111 дней).

Своего расчета среднего заработка за время вынужденного прогула ответчик не представил ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции.

Поскольку в судебном заседании нашло свое подтверждение нарушение трудовых прав истца незаконными действиями ответчика, выразившимися в незаконном увольнении истца без волеизъявления последнего, в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», судебная коллегия приходит к выводу о компенсации истцу морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает значимость для истца нематериальных благ, нарушенных ответчиком, а именно его права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которого связана возможность реализации работником ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на справедливую оплату труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

За время отсутствия работы и, как следствие, причитающихся заработанных денежных средств ФИО1 в течение длительного периода перенес значительные физические и нравственные страдания, связанные как с самим фактом незаконного увольнения, так и с неполучением заработной платы. Неполучение им заработной платы за весь период с момента увольнения лишило его возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания жизнедеятельности, что, в свою очередь, отрицательно сказывается на его здоровье, эмоциональном состоянии, затрагивает достоинство личности, при этом за защитой нарушенных трудовых прав истец был вынужден обращаться в прокуратуру, а впоследствии в суд.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, определив ее в размере 60000 руб.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 16782 руб. (10 782 руб. за требование имущественного характера + 6 000 руб. за 2 требования неимущественного характера).

Согласно части 4 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются судом апелляционной инстанции.

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что по смыслу статьи 327 ГПК РФ повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Заявленные в апелляционной жалобе требования о возложении на ответчика обязанности предоставить данные об аттестации работника или подтвердить отсутствие такой аттестации, письменное обоснование отказа в заключении нового трудового договора, признать недействительными условия срочного трудового договора, противоречащие фактическим обстоятельствам (статус ученика при выполнении полноценной работы), оформить трудовой договор в соответствии с требованиями статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации являются новыми материально-правовыми требованиями, которые истцом в суде первой инстанции не заявлялись и не были предметом рассмотрения, в связи с чем они не могут быть рассмотрены судом апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Белгородского районного суда Белгородской области от 26.01.2026 по гражданскому делу по иску ФИО1 (паспорт №) к закрытому акционерному обществу «Сокол-АТС» (ИНН <***>) о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отменить.

Принять новое решение.

Признать приказ закрытого акционерного общества «Сокол-АТС» об увольнении ФИО1 от 31.10.2025 незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в должности оператора станков с числовым программным управлением Цеха изготовления инструмента оснастки и нестандартного оборудования № 321 с 01.11.2025.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Сокол-АТС» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 01.11.2025 по 21.04.2026 в размере 331279 руб. 50 коп. и в счет компенсации морального вреда 60 000 рублей.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Сокол-АТС» в доход бюджета Белгородского муниципального округа государственную пошлину в размере 16782 руб.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Белгородский районный суд Белгородской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21.04.2026.

Председательствующий

Судьи