Приговор № 01-0247/2026 1-247/2026 от 5 апреля 2026 г. по делу № 01-0247/2026

Дело №1-247/26

УИД 77RS0019-02-2026-003317-33


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

адрес 6 апреля 2026 года

Останкинский районный суд адрес в составе председательствующего судьи фио,

при секретаре судебного заседания фио,

с участием государственных обвинителей фио, фио,

потерпевшего фио,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Зюзикова П.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданки Российской Федерации, зарегистрированной и фактически проживающей по адресу: адрес, имеющей среднее специальное образование, не замужней, имеющей малолетнего ребенка паспортные данные, трудоустроенной, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Так, ФИО1 в период времени с 17 часов 35 минут по 18 часов

03 минуты 20 сентября 2025 года, более точное время следствием не установлено, находясь в помещении кухни квартиры № 30, расположенной по адресу: адрес, в состоянии алкогольного опьянения совместно с фио, паспортные данные, в ходе внезапно возникшего конфликта и вспышки агрессии во время совместного распития алкогольной продукции на почве личных неприязненных отношений, реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство фио, возникший при точно неустановленных следствием обстоятельствах, в точно неустановленном следствием месте и в точно неустановленное следствием время, но не позднее 18 часов 03 минут 20 сентября 2025 года, действуя умышленно, с целью причинения смерти фио, осознавая, что своими действиями причинит смерть последнему и, желая наступления последствий в виде смерти фио, приискала на кухне вышеуказанной квартиры нож, который, согласно заключению эксперта № 3022 от 25 ноября 2025 года, изготовлен промышленным способом, является ножом хозяйственно-бытового назначения и не относится к холодному оружию, после чего взяла его за рукоять своей правой рукой, тем самым вооружившись, и используя указанный нож в качестве оружия, дерзко, цинично и хладнокровно нанесла удерживаемым в правой руке вышеуказанным ножом, с достаточной силой для причинения смерти, не менее одного удара в область туловища фио, а именно в спину последнего, а также в область головы фио, то есть в область расположения жизненно-важных органов последнего, причинив фио своими вышеуказанными преступными действиями, согласно заключению эксперта № 2511418413 от 21 октября 2025 года, следующие телесные повреждения:

- колото-резаную рану, расположенную в области спины справа, в 12,5 см от срединной линии тела, в проекции 8 и 9 рёбер, по лопаточной линии, на высоте 136,5 см; с повреждением по ходу раневого канала ткани одежды, кожи, подкожной основы, широчайшей мышцы спины, межрёберных мышц, париетальной плевры и нижней доли правого лёгкого; направление раневого канала от раны сзади наперед и снизу вверх, длина его 13,1 см., образовавшуюся от однократного воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, которыми мог быть однолезвийный клинок ножа с односторонней заточкой клинка. Вред здоровью, причинённый колото-резаным ранением спины с повреждением лёгкого, опасный для жизни сам по себе, квалифицируется как тяжкий (п. 5.1.1.9 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённого приказом М3 РФ от 8 апреля 2025 года № 172н) и наступление смерти находится в прямой причинно-следственной связи с причинённым вредом;

- линейную ссадину лобной области справа, причинённую прижизненно, незадолго до наступления смерти, в короткий промежуток времени, предметом

с заострённым краем или концом, возможно, тем же клинком ножа, которая

не имеет анатомических признаков вреда, причиненного здоровью, и отношения к наступлению смерти (п. 6 «Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённого приказом МЗ РФ

от 8 апреля 2025 года № 172н).

Смерть фио наступила в результате вышеописанных противоправных действий ФИО1 на месте происшествия

от проникающего колото-резаного ранения спины с повреждением правого лёгкого, в точно неустановленное следствием время, но не позднее 19 часов

01 минуты 20 сентября 2025 года. Между причиненными ФИО1 телесными повреждениями фио и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

При совершении убийства ФИО1 осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления указанных общественно опасных последствий, и желала их наступления.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершении инкриминируемого преступления признала, заявила о раскаянии.

По существу предъявленного обвинения в судебном заседании показала, что познакомилась с фио зимой 2021 года через общего друга, изначально их связывало употребление марихуаны, а затем они начали встречаться. В начале отношений фио был романтичным, заботливым, дарил подарки, они жили раздельно, но позже его фактически выгнали из дома, после чего фио пришел к ней (ФИО1) с вещами и остался жить у нее. В 2023 году их отношения ухудшились, она узнала, что фио употребляет таблетки «залдиар» и «баклосан» по 10-15 штук. Из-за этого начались ссоры. Родители предоставили фио квартиру в Химках, но он долго не работал и фактически жил за счет пенсии по инвалидности ее сына и детского пособия. Первые побои со стороны фио начались в 2024 году. Она (ФИО1) обращалась в медицинские учреждения из-за побоев, также в отношении фио было уголовное дело за угрозу убийством, которое летом 2025 года было прекращено мировым судьей за примирением сторон. У нее (ФИО1) возникали вспышки агрессии в сторону фио, что было связано с заменой курения на алкоголь, на фоне чего она могла ругаться и обзывать его. Она (ФИО1) хотела, чтобы фио уехал, но он постоянно просился остаться, мотивируя близостью к работе.

19 сентября 2025 года фио позвонил и попросился остаться у нее (ФИО1) из-за боли в животе, пришел вечером после 22 часов. Какого-либо насилия к ней (ФИО1) не применял.

20 сентября в 09 часов 30 минут она (ФИО1) проснулась, встретилась с фио, которая пришла к ней в квартиру по адресу: адрес, они совместно пили кофе примерно до 12 часов, начала 13 часов. Потом сказала фио, что нужно сходить на почту. фио спал. На почте забрала уведомление от ПДН и о суде по квартире. Поскольку она (ФИО1) пропустила срок комиссии, расстроилась, пошла домой, с фио они разошлись возле магазина «Манолия». фио на тот момент уже проснулся, ходил по квартире, искал зарядку. Он дал ей (ФИО1) 250-300 рублей, попросил купить ему зарядное устройство. Они созвонились с фио, она сказала у нее есть зарядка и не нужно ничего покупать, что фио может зайти зарядить телефон. В 14 часов с чем-то фио направился к фио домой на адрес, она (ФИО1) проследовала за ним, потому что созвонилась с фио и она сказала «подходи тогда тоже».

В то время она (ФИО1) пила противоэлептические таблетки по одной в день. Они дошли до фио, которая с фио, зашли в подъезд, а она (ФИО1) пошла в магазин, купила литр пива и продукты. Вернулась к фио домой, а они уже распивали коньяк. Это было в 15 часов, в начале 16 часов. фио и фио пили коньяк, она (ФИО1) пила пиво, потом фио ходил за джином, они пили джин, потом они сходили еще раз. В последующем она (ФИО1) захотела выпить с ними их третью бутылку.

В 17 часов с чем-то они с фио вышли, в 17 часов 35 минут заходили в подъезд дома на ФИО2, д. 26, корп.1, поднялись в кв.30, зашли на кухню, начали разговаривать. Она (ФИО1) и фио были в состоянии опьянения. Темы разговора не помнит, после этого начали ругаться, перешли в стадию конфликта, начали кричать друг на друга. фио толкнул ее (ФИО1), она ударилась спиной о стену на кухне, в этот момент она (ФИО1) отошла от стены, протянула правую руку в банку с кухонными предметами, которая стояла на раковине и получается, что схватила нож. Когда доставала нож фио находился примерно на расстоянии метра. Этот момент был как в «пелене», далее нанесла фио один удар в спину в область где лопатка. фио в этот момент стоял спиной к ней (ФИО1) и возможно развернулся, точно этого момента не помнит, это было «как в тумане». Далее фио сразу упал. После этого она (ФИО1) пришла в себя и помыла нож в раковине, положила нож в раковину или поставила. При нанесении удара никакой цели не было. Какого-либо мотива у нее (ФИО1) не было. Это произошло примерно в 17 часов 50 минут. Далее начала звонить друзьям фио и его отцу, в 18 часов 03 минуты вызвала скорую, которая приехала примерно в 18 часов 25 минут.

Относительно наличия повреждения на голове фио указала, что возможно «царапнула» его, но вообще не помнит.

На момент приезда скорой фио лежал на спине ногами к двери, головой к окну. Под ним изначально не было лужи крови, она появилась тогда, когда начали производить реанимационные действия, надели ему маску и когда надавили из него хлынула кровь. Что конкретно говорила во время звонка в скорую не помнит, поскольку находилась в состоянии шока и не знала что говорить. До приезда скорой она (ФИО1) смотрела дыхание фио, пульс был, она не врач и не умеет оказывать медицинскую помощь, просто проверяла сознание.

Когда приехала скорая она (ФИО1) «металась» по всей квартире, что-то говорила, нервничала, часто курила, была в шоковом состоянии. Врачам скорой вроде ничего не говорила. Далее в квартиру пришел отец фио, потом поднялся фио вместе с фио.

Состояние алкогольного опьянения возможно влияло на ее (ФИО1) действия. Если бы она (ФИО1) в тот день находилась в трезвом состоянии, то не смогла бы совершить такое.

Согласна с обвинением именно в той формулировке, которая изложена в обвинительном заключении при описании деяния.

Вина подсудимой ФИО1 в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами:

- показаниями потерпевшего фио в судебном заседании, а также показаниями последнего на предварительном следствии (т.1 л.д.145-154), которые ФИО3 полностью подтвердил, в соответствии с которыми фио является его сыном. Проблемы в жизни фио начались после знакомства с фиоВ, которая фактически мешала его трудовой деятельности, постоянно звонила, требовала его присутствия и просила деньги на приобретение алкоголя и иные нужды. Также фио проявлял большую привязанность к сыну ФИО1, Кириллу. фио позиционировал ФИО1 как свою девушку. Несмотря на советы друзей и родителей прекратить это общение, фио настаивал на том, что любит её. Взаимоотношения в паре были нестабильными и тяжелыми. фио неоднократно пытался расстаться с ФИО1 Они (родители) выступали против этих отношений, однако не могли повлиять на ситуацию. Ссоры между фио и ФИО1 происходили периодически и принимали вопиющие формы. Хотя фио не любил обсуждать подробности личной жизни, на его руках и ногах неоднократно замечали синяки. Сначала фио отрицал причины их появления, но позже признался, что это результат действий ФИО1 В последний раз видел фио накануне трагедии, 19 сентября. Последний сообщил, что у него всё в порядке, его внешний вид значительно улучшился после месяца стабильной работы. Однако он жаловался на навязчивые звонки со стороны ФИО1, которая требовала его прихода и просила деньги.

20 сентября 2025 года у фио был выходной. Они с супругой знали, что фио останется ночевать по адресу, на адрес. Последний раз мать фио разговаривала с ним по телефону в 13:00. По её словам, фио был трезв и сообщил, что зашел к знакомым зарядить мобильный телефон. В 18 часов 30 минут ему (ФИО3) поступил звонок с незнакомого номера (ФИО1 часто меняла сим-карты). ФИО1 сообщила, что фио «плохо». Затем она передала трубку сотруднику скорой помощи, который пояснил, что у фио ножевое ранение в легкое. Он (ФИО3) прибыл по адресу: адрес, через 5-6 минут, так как проживает неподалеку. На месте он застал четырех медицинских работников, которые завершали реанимационные мероприятия. Врачи констатировали смерть фио ФИО1 находилась в неадекватном состоянии, возможно, под воздействием алкоголя, вела себя отрешенно, как будто ничего серьезного не произошло. Услышав о смерти фио, она начала кричать, обращаясь в пустоту: «Что ты наделал?». Также она упоминала о необходимости выплаты некоего долга в размере сумма и выражала опасения, что ей не вернут сына. фио лежал на полу в кухне, которая была залита кровью.

Вскоре в квартиру прибежал друг погибшего, фио, который в эмоциональном порыве обвинял ФИО1 в убийстве; его пришлось оттаскивать от неё. Он (ФИО3) оставался в квартире до приезда сотрудников полиции и в течение всего времени осмотра. Всё это время ФИО1 не давала никаких пояснений, вела себя неадекватно и непрерывно курила.

- показаниями свидетеля фио в судебном заседании, а также показаниями последней на предварительном следствии (т.1 л.д.197-206), которые фио полностью подтвердила, в соответствии с которыми, знакома с ФИО1 и фио, причем с ФИО1 они долгое время общались, а фио находился с ней в дружеских отношениях. Может охарактеризовать фио как душу компании, позитивного, открытого, доброго, ласкового, надежного друга, а ФИО1 до их ссоры как хорошую мать, хозяйку, ответственную и трудящуюся, но за последнее время она стала более жесткой, требовательной и самолюбивой. Глобальных конфликтов между ФИО1 и фио не видела, были лишь перебранки, инициатором которых всегда была ФИО1 с использованием нецензурной брани и оскорблений, тогда как фио никогда не нападал на неё, ему было свойственно говорить о машинах, животных, даче, друзьях, он не мог сидеть на месте, был «зажигалкой».

В субботу 20 сентября 2025 года около 10:00-10:15 она (фио) созвонилась с ФИО1 и договорилась зайти к ней на кофе во время прогулки с собакой. ФИО1 попросила вести себя тихо, так как фио спал в кресле из-за недомогания, у него было что-то с животом. Она (фио) пробыла у ФИО1 примерно до 12:00, после чего отвела собаку домой и снова встретилась с ФИО1 Последней пришли повестки - одна из органов опеки, вторая в суд, касающиеся сына ФИО1 После этого они направились к почтовому отделению. Перед выходом она (фио) зашла в квартиру к ФИО1, где фио попросил их купить зарядное устройство для айфона, выдав на это около сумма. Около 12:15, после посещения почты, они разошлись в районе магазина «Магнолия»: ФИО1 направилась в сторону МФЦ, а она (фио) домой. Около 13:00 ФИО1 позвонила ей (фио) и сообщила, что фио идет к ней. Сама фио в это время купила себе «чекушку» коньяка, пояснив, что хочет «отойти от работы» и расслабиться. Она (фио) встретила фио у 4-го подъезда дома № 11 по адрес, пригласила его в гости и предложила голубцы. Пока они

с фио употребляли коньяк, в квартиру пришла ФИО1 с пивом. Она (фио) сказала ФИО1, что ей не следует употреблять алкоголь, так как та принимает психотропные таблетки, назначенные ей в наркологическом центре. Однако ФИО1 сказала что все нормально. Позже фио попросил фио поесть. В это время ФИО1 вновь ушла в магазин за пивом. Пока они все вместе находились в квартире, скандалов между ними не было. После совместного употребления спиртных напитков, в период между 17:00 и 17:30, ФИО1 и фио покинули квартиру. Она (фио) видела из окна первого этажа, выходящего на придомовую территорию, как пара проявляла друг к другу нежность, и ничто не предвещало беды. Ранее она (фио) предлагала ФИО1 остаться отдохнуть в маленькой комнате, так как фио жаловался на боли в животе и плохое самочувствие, однако ФИО1 настояла на том, что уйдет вместе с ним. Впоследствии она (фио) легла отдыхать и проснулась в начале седьмого вечера, обнаружив, что находившаяся в углу начатая бутылка коньяка исчезла, она стала звонить фиоВ, но та сбрасывала вызовы. Тогда она (фио) отправила голосовое сообщение, в котором в резкой форме обвинила их в непорядочном поступке и пообещала прийти для выяснения отношений.

Около 19 часов 30 минут от ФИО1 пришло сообщение, в котором она написала, что вопрос с алкоголем не имеет значения, так как у неё возникли серьезные проблемы. Около 20:00 ФИО1 позвонила ей (фио) и спокойным голосом попросила вызвать скорую помощь, сообщив, что фио умирает, от чего конкретно не пояснила, она (фио) ответила, что сейчас оденется и придет к ним вместе с собакой. Одевшись направилась по адресу: адрес. В процессе ходьбы она разговаривала с диспетчером службы скорой помощи. Путь занял около трех-четырех минут. Она (фио) намеревалась пройти в квартиру, чтобы узнать о состоянии фио и передать необходимые сведения медикам. Подойдя к двери, она увидела сотрудников полиции и бригаду скорой помощи. Дверь открыл отец фио, который сообщил, что ФИО1 убила фио

Изначально прибыв по адресу происшествия, поднялась в квартиру, где увидела отца фио, и двух сотрудников скорой помощи. Труп фио она не видела. Позже, когда находилась на улице вместе с оперуполномоченным, она увидела выходящую из дома ФИО1, поведение которой вызвало сильное эмоциональное потрясение: ФИО1 вышла спокойной походкой, с отрешенным («стеклянным») взглядом и попросила у нее (фио) сигарету. Со стороны фио никогда не было проявлений агрессии, рукоприкладства или угроз убийством в адрес ФИО1 Инициатором всех конфликтов и перебранок всегда выступала исключительно ФИО1 ФИО4 избиения со стороны фио она (фио) никогда не видела и не слышала.

- показаниями свидетеля фио на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, в соответствии с которыми с фио они познакомились полтора года назад в общей компании. В этой же компании в последующем, он познакомился с ФИО1 ФИО5 может охарактеризовать как доброго, порядочного молодого человека, но склонного к зависимостям (алкогольной, наркотической). ФИО1 он может охарактеризовать как неадекватную, неприятную женщину. Она была крайне агрессивной в общении с другими людьми, вела себя высокомерно. На сколько ему известно, у нее была алкогольная зависимость, а также зависимость от наркотических веществ. фио и ФИО1 состояли в романтических отношениях. Их отношения он может охарактеризовать как нездоровую зависимость. ФИО1 постоянно вела себя агрессивно по отношению к фио, оскорбляла, унижала и била. Хочет отметить, что фио ни разу не отвечал физически на ее агрессию, наоборот, старался ее успокоить и помириться с ней.

20 сентября 2025 года примерно в 16 часов 30 минут, когда

он вышел из душа он обнаружил 3 пропущенных вывоза от неизвестного ему номера. Он перезвонил, ему ответила ФИО1 и сообщила, что фио больше нет. Она много раз повторяла фразу «все, его больше нет», говорила что-то еще, но что конкретно, он не помнит. После этого он позвонил их общему с фио знакомому, фио и спросил, знает ли он, что произошло. Он тоже ничего не знал, поэтому они приняли решение пойти к дому, где проживали фио и фио, а именно по адресу:

адрес. Когда они пришли, фио поднялся к ним в квартиру, он принял решение остаться, стоял около подъезда. Через некоторое время фио вышел из подъезда и сказал, что на кухне лежит мертвый, уже посиневший фио Также он сообщил, что в квартире находятся ФИО1 и врачи скорой помощи, которые на момент, когда зашел фио сидели и курили. На вопрос о том, будут ли они оказывать медицинскую помощи, врачи сообщили, что фио мертв (т.1 л.д.219-222);

- показаниями свидетеля фио в судебном заседании, в соответствии с которыми, подсудимая ФИО1 знакома ему как девушка покойного фио, с которым он познакомился в 2024 году. фио может охарактеризовать как доброжелательного, положительного молодого человека, всегда готового помочь, доброго и душевного. ФИО1 запомнил как девушку, которая периодически ругалась на фио, буянила, кричала без причины, при этом фио ее успокаивал. Инициатором конфликтов всегда выступала ФИО1 он (фио) старался избегать общения с ФИО1, так как вместе проводить время было неприятно.

20 сентября 2025 года он (фио) находился на Бутырской, около 19:20 ему позвонил фио и сказал, что ФИО1 сообщила об убийстве фио Он (фио) не поверил, встретился с фио, и они пошли к дому на ФИО2. фио остался на улице, а фио забежал на третий этаж, дверь была открыта. В коридоре он повернул голову и увидел на кухне лежащего в луже крови фио Затем заглянул в комнату, где сидели два фельдшера и курили, разговаривая. Он (фио) спросил врачей, почему они ничего не делают, те ответили, что фио скончался и они уже не могут помочь. В этот момент ФИО1 также сидела с врачами, курила, улыбалась и о чем-то разговаривала. Он (фио) вышел на улицу, сообщил товарищу о смерти фио, у него началась истерика. Позже он побежал к своей девушке, вернулся с ней, но уже стояла полиция, и всех забрали в отдел. На ФИО1 он (фио) не видел никаких телесных повреждений, следов крови на ней не было, при нем в квартиру никто не заходил. фио с врачами просто сидела и курила.

- показаниями свидетеля фио, в судебном заседании, в соответствии с которыми, знакома с подсудимой ФИО1 около 10 лет, как знакомая, общались, потом контакт потерялся, иногда пересекались на улице. С фио познакомилась в общей компании 10-12 лет назад, последние полгода общение возобновилось. фио может охарактеризовать как хорошего, доброго парня, который всем помогал, агрессии от него не видела. ФИО1 раньше знала как спокойную, неагрессивную, но за последние полгода, когда она была с фио, у ФИО1 появилась неуправляемая агрессия на фоне алкоголя, выражавшаяся в матах, криках, угрозах, перепадах настроения. Инициатором конфликтов всегда была ФИО1, а фио пытался ее успокоить.

20 сентября 2025 года днем видела фио на площадке, он сказал, что у него сел телефон, предложили выпить пиво, он отказался, сказав, что завязал с алкоголем, и пошел к фио зарядить телефон. Затем фио поругалась со своим молодым человеком – фио, была дома, вечером пришел фио и сообщил, что фио убили. Она не поверила, но он плакал, и они пошли к подъезду ФИО1 Там уже стояли скорая, полиция, следователи, на улице находилась ФИО1 фио спросила у ФИО1, что случилось, та ответила, что у фио заболел живот, и что она никакого отношения к этому не имеет. фио при этом была спокойна, не нервничала, телесных повреждений и следов крови на ней не было.

- показаниями свидетеля ФИО6, на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, согласно которым проживает по адресу: адрес, совместно с фио Примерно в мае 2025 фио познакомила его со своей подругой ФИО1 Может ее охарактеризовать следующим образом, когда она трезвая, то достаточно рассудительна, а как выпьет, начинает себя вести вызывающе и агрессивно, хотел бы пояснить, что ФИО1 злоупотребляет алкогольными напитками. Периодически ФИО1 приходила со своим сожителем фиоА В ходе распития алкогольных напитков ФИО1 неоднократно пыталась фио спровоцировать, а именно говорила в его адрес оскорбительные вещи. Может охарактеризовать фио как человека, который реагировал на оскорбления, но ему казалось достаточно справедливо. Примерно в 11 часов 08 минут 20 сентября 2025 года, ему позвонила фио и спросила у него, может ли к ним домой зайти ФИО1, попить кофе, он ответил согласием. Примерно в 12 часов 43 минут он позвонил фио, ему ответила ФИО1 и спросила, можно ли придет к нему домой фио, он разрешил, а также спросил, почему они (фио, ФИО1) такие пьяные, фио пояснила, что к ним уже пришел фио с бутылкой джина и они выпили. В 16 часов 30 минут он снова набрал фио, которая пояснила, что фио и ФИО1 покинули его квартиру, а фио собирается идти в душ. В 19 часов 15 минут ему позвонила фио и сообщила, что фио умер, он спросил, как умер фио, она пояснить не смогла и сообщила, что узнает и позвонит. В 19 часов 40 минут фио позвонила и сообщила, что фио убили ножом в спину, кто именно она не пояснила по адресу: адрес. Примерно в 20 часов 10 минут он прибыл по вышеуказанному адресу, где увидел скопление людей (т.1 л.д.165-168);

- показаниями свидетеля фио, сотрудника скорой помощи, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, в соответствии с которыми 20 сентября 2025 года, находясь на рабочем месте в пункте по приему вызовов по адресу: за компьютером, она приняла вызов. Поступил звонок по адресу: адрес. Звонившая женщина находилась в состоянии паники и сообщила о кровотечении у мужчины, не уточнив его точное местонахождение. Поскольку вызов касался кровотечения, свидетель экстренно приняла его и немедленно направила на исполнение. Также женщина не предоставила никаких дополнительных данных. Она (фио) проверила адрес, что входит в её должностные обязанности. Информации о каких-либо дополнительных действиях не поступало. Свидетель отметила, что вся поступающая информация фиксируется ею исключительно со слов заявителей (потерпевших или пострадавших), после чего вызов направляется на исполнение. Дополняя свои показания, фио сообщила, что вызов поступил ей в 18 часов 03 минуты, звонившая не сообщила о том, что кровотечение вызвано ножевым ранением в жизненно важные органы (т.2 л.д. 15-21);

- показаниями свидетеля фио, сотрудника скорой помощи, на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, в соответствии с которыми 20 сентября 2025 года находилась на дежурстве. Вечером, в 18 часов 03 минуты поступил вызов с поводом «травма, кровотечение, живот» по адресу: адрес. В составе бригады, с фельдшером фио выехали на указанный адрес. По приезду, поднявшись в квартиру, они увидели, что на кухне над мужчиной стоит женщина, более в квартире никого не было. Мужчина в этот момент лежал на спине, на полу ногами ко входу, головой к окну. Женщина кричала «уберите его отсюда, кто это с ним сделал, у меня итак тысяча проблем» и вела себя не совсем адекватно. Начав осмотр мужчины, было установлено, что травма расположена на спине, а не на животе, как было сказано при вызове скорой помощи. Пострадавший примерно два часа истекал кровью, поскольку кровь на ране уже запеклась. Они поставили капельницу, далее начали производить реанимационные мероприятия: прямой массаж сердца, инфузионная терапия, кардиомониторирование, оксигенотерапию. Спустя 5 минут без эффекта терапии, была набрана кнопка «клиническая смерть». Хочет отметить, что на полу было много крови, дышал два-три раза в минуту, в связи с чем, может сделать вывод о том, что скорая медицинская помощь была вызвана несвоевременно, при своевременном оказании помощи мужчину можно было спасти. Далее приехала вторая бригада скорой медицинской помощи, которая была вызвана по кнопке «клиническая смерть», поднявшись, которая также начала оказывать реанимационные мероприятия. После приезда второй скорой медицинской помощи, в квартиру зашел отец погибшего, который находился

в шоке (т. 1 л.д. 231-233);

- показаниями свидетеля фио, сотрудника скорой помощи, на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, в соответствии с которыми 20 сентября 2025 года находился на дежурстве. В 18 часов 03 минуты поступил вызов с поводом «травма, кровотечение, живот» по адресу: адрес. В составе бригады, с фельдшером фио выехали на указанный адрес, где, зайдя в квартиру, увидели на кухне женщину и мужчину, иных лиц в квартире не было. Мужчина лежал на спине на полу кухни, ногами к двери, головой к окну, под ним растеклась лужа крови. Женщина стояла рядом с мужчиной, когда они вошли начала кричать, чтобы они убрали его отсюда. Девушка мешала осмотру, хотела, чтобы они сразу забрали его, без оказания помощи на месте, примерно 5 минут уговаривали ее, чтобы она вышла из кухни. Также при вызове скорой помощи, девушка отмечала, что они будут виноваты, если он умрет. Осмотрев мужчину, пришли к выводу, что у мужчины раневое ранение в спину, кровь вокруг раны запеклась, мужчина около двух часов пролежал, истекая кровью. Поставив капельницу, начали производить реанимационные мероприятия: прямой массаж сердца, инфузионная терапия, кардиомониторирование, оксигенотерапию. Спустя 5 минут без эффекта терапии, была набрана кнопка «клиническая смерть». Хочет отметить, что на полу было много крови, дышал два-три раза в минуту, в связи с чем, может сделать вывод о том, что скорая медицинская помощь была вызвана несвоевременно, при своевременном оказании помощи мужчину можно было спасти. Далее приехала вторая бригада скорой медицинской помощи, которая была вызвана по кнопке «клиническая смерть», поднявшись, которая также начала оказывать реанимационные мероприятия. После приезда второй скорой медицинской помощи, в квартиру зашел отец погибшего, который находился в шоке (т.1 л.д. 236-238);

- показаниями свидетеля фио, сотрудника скорой помощи, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, в соответствии с которыми, 20 сентября 2025 года поступил вызов, конкретное время которого он не помнит, с поводом «клиническая смерть» по адресу: адрес. Прибыв по адресу, обнаружили на кухне труп мужчины, расположенного на спине головой к окну, под ним образовалась лужа крови. В тоже время сотрудники предыдущей бригады скорой помощи проводили сердечно-легочную реанимацию, рядом находилась женщина, как она сообщила собственница квартиры, которая находилась в возбужденном состоянии (бегала из комнаты в комнату, громко кричала, не помнит что). Спросив у женщины, что произошло внятного ответа он не получил. Женщина изъяснялась непонятно, сумбурно, на конкретные вопросы не отвечала. Со слов последней, незадолго до инцидента они с пострадавшим пили крепкий алкоголь. Женщина, очень нервничая, все причитала, что это не она сделала, что ей нельзя потерять ребенка, после случившегося его ей не отдадут, сообщила, что труп обнаружила она, но как это произошло она не знает. В процессе он совместно с коллегами, кажется фельдшером ФИО7 и другими, продолжили проводить сердечно-легочную реанимацию. На момент их прибытия у пострадавшего ритм на мониторе дефибриллятора показывал асистолию (клиническая смерть), в связи с чем был установлен аппарат «Lucas 3», была продолжена инфузионная терапия, введение адреналина, искусственная вентиляция легких (ИВЛ).

В течение 30 минут ритм также показывал асистолию, в связи с чем

им констатирована биологическая смерть фио Тело мужчины было оставлено на месте, о факте констатации биологической смерти ими было сообщено в Отдел МВД России по адрес и в ГБУ «Ритуал». Хочет отметить, что в процессе осуществления реанимационных мероприятий в квартиру пришел отец пострадавшего, после констатации смерти пришли еще два человека: женщина с собакой и молодой человек, который представился другом. Через некоторое время на место прибыли сотрудники полиции (т.1 л.д.247-249);

- показания свидетеля фио, сотрудника полиции, на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, в соответствии с которыми 20 сентября 2025 года в ОМВД России по адрес от оперативного дежурного поступила карточка происшествия, согласно которой от сотрудников скорой помощи поступила информация о трупе в квартире с ножевым ранением в области ребер через «112», по адресу: адрес. Выехав по адресу в составе следственно-оперативной группы, поднявшись в квартиру, обнаружил труп мужчины, находившийся на полу кухни, лежа на спине, ногами к двери, головой к окну. Над мужчиной располагались сотрудники скорой помощи, в количестве двух человек, которые проводили реанимационные мероприятия. Также в квартире находилась женщина, которая просто стояла в большой комнате. У находившейся в квартире женщины, как позднее стало известно, ФИО1, он стал спрашивать обстоятельства произошедшего, в ходе устного опроса стало известно, что умершим является фио Далее было принято решение задержать и доставить в отдел ФИО1 для дальнейшего разбирательства (т. 2 л.д. 1-4).

Также вина фио в совершении указанного преступления подтверждается следующими доказательствами:

- протоколом осмотра предметов, согласно которому объектом осмотра являлся флеш-накопителя марки «smartbuy», содержащий видеозаписи с камер видеонаблюдения ГИС ЕЦХД, расположенных по адресу: адрес, за 20 сентября 2025 года с промежутком времени с 14 часов 00 минут по 22 часа 00 минут. Осмотром установлено время входа и выхода фио и ФИО1 и других лиц, в частности в 13 часов 52 минуты фио выходит из подъезда; в 13 часов 55 минут ФИО1 выходит из подъезда; в 17 часов 35 минут фио совместно с ФИО1 заходят по подъезд, при этом ФИО1 активно жестикулирует держа в руках бутылку; в 18 часов 14 минут к подъезду приезжает первый наряд скорой помощи, в 18 часов 29 минут второй наряд скорой помощи; в 18 часов 51 минуту в подъезд зашел ФИО3; в 19:40 в подъезд заходит фио (т. 2 л.д. 234-241);

- ответом на запрос из ГБУЗ адрес «СС и НМП им. фио» ДЗМ от 12 ноября 2025 года, согласно которому на СС и НМП им. фио 20 сентября 2025 года в 18 часов 03 минут зарегистрирован вызов № 521613061 к фио, по адресу: адрес, с поводом: «Травма, кровотечение, живот». На вызов выезжала бригада № 128 подстанции № 11 в составе: фио, фио. В 18 час. 22 мин. пациент передан бригаде 491 подстанции № 11 в составе: фио, фио (т. 3 л.д. 207-214);

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому объектом осмотра являлось помещение квартиры № 30, расположенной на этаже № 3 подъезда № 2 дома № 26 по адрес адрес. В ходе осмотра, в том числе обнаружены и изъяты: нож с рукоятью из дерева бежевого цвета, на котором при помощи источника криминалистического света обнаружены наслоения вещества бурого цвета; труп фио, на котором в области задней поверхности грудной клетки справа в подлопаточной имеется рана (т.1 л.д.64-113);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому объектом осмотра являлся нож с деревянной ручкой, изъятый в ходе осмотра места происшествия по адресу: адрес (т. 2 л.д. 248-250);

- заключением эксперта № 3022 от 25 ноября 2025 года, согласно которому нож, представленный на экспертизу, относится к ножам хозяйственно-бытового назначения и к категории холодного оружия не относится. Заготовкой для холодного оружия не является (т.3 л.д.148-151);

- заключением эксперта № 12/6э-368 от 20 октября 2025 года, согласно которому на ноже с деревянной ручкой, представленном на экспертизу, обнаружены кровь, пот, эпительные клетки, произошедшие от фио (т.3 л.д.109-119);

- протоколом выемки от 23 сентября 2025 года, согласно которому из помещения танатологического отделения № 4 Бюро СМЭ ДЗМ, расположенного по адресу: адрес изъято: белый бумажный конверт с содержимым (образцы волос с пяти областей волосистой части головы и лобковой областей, кровь на марле и марле-контроле; пакет с одеждой фио) (т.2 л.д.216-220);

- протоколом осмотра предметов от 21 ноября 2025 года, согласно которому объектом осмотра являлись образцы волос с пяти областей волосистой части головы и лобковой областей, кровь на марле и марле-контроле; пакет с одеждой фио толстовка шерстяная с капюшоном черного цвета, футболка хлопчатобумажная красного цвета, брюки из джинсовой ткани синего цвета, трусы хлопчатобумажные серого цвета, носки хлопчатобумажные красного цвета. На указанных вещах обнаружены следы вещества бурого цвета. Также на тканях толстовки и футболки обнаружены повреждения ткани с ровными краями (т. 2 л.д. 224-227);

- заключением эксперта № 2511418413 от 21 октября 2025 года, согласно которому смерть фио, находившегося в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, насильственная и наступила от обильной кровопотери, развившейся в результате проникающего колото-резаного ранения спины с повреждением правого лёгкого.

При судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены повреждения:

колото-резаная рана расположена в области спины справа, в 12,5 см

от срединной линии тела, в проекции 8 и 9 рёбер, по лопаточной линии, на высоте 136,5 см; с повреждением по ходу раневого канала ткани одежды, кожи, подкожной основы, широчайшей мышцы спины, межрёберных мышц, париетальной плевры и нижней доли правого лёгкого; направление раневого канала от раны сзади наперёд и снизу вверх, длина его 13,1 см.

Установленные повреждения, причинены прижизненно, что подтверждается наличием кровоизлияний в мягкие ткани по ходу раневого канала, большим количеством крови в правой плевральной полости, а также признаками наружного и внутреннего кровотечения и результатом судебно-гистологического исследования, при котором в тканях на уровне повреждений выявлены кровоизлияния без перифокальной лейкоцитарной реакции, свидетельствует о давности образования повреждений - не менее 30-40 минут и не более 40-60 минут до наступления смерти.

Указанные повреждения, образовались от однократного воздействия острого предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, которым мог быть однолезвийный клинок ножа с односторонней заточкой клинка, что подтверждается морфологическими признаками раны на коже: щелевидная, при сопоставлении краёв она приобретает прямолинейную форму, ровные неосадненные края раны, наличие одного острого, другого «П»-образного конца; отсутствие между стенками раны соединительнотканных перемычек, щелевидная форма раневого канала, преобладание глубины раневого канала над длиной кожной раны.

Наибольшая длина погружённой части клинка с учётом толщины поврежденных мягких тканей и толщины ткани одежды составила - 13,1 см, о чём свидетельствует длина раневого канала, а максимальная ширина на уровне погруженной части клинка была ориентировочно около - 2,0 см, что подтверждается длиной кожной раны.

Колото-резаная рана была причинена под углом близким к острому относительно горизонтальной плоскости. В момент погружения (вкола) колото-резаной раны обух клинка был обращён влево по отношению к погибшему. Клинок извлекался из раны с нажимом на лезвие с поворотом лезвийной части несколько вправо, на что указывают морфологические признаки (наличие дополнительного повреждения в области правого конца, отходящего от верхней стенки раны). Наличие в стенках раны текстильных волокон синего и красного цвета свидетельствует о том, что колото-резаная рана была причинена через преграду - одежду. В момент воздействия клинка колюще-режущего орудия погибший был обращён к нему областью спины справа. Повреждения нанесены с силой, достаточной для их образования. Конкретное установление силы (значительной, малой), с которой наносилось повреждение, не входит

в компетенцию судебно-медицинского эксперта. Вред здоровью, причинённый колото-резаным ранением спины с повреждением лёгкого, опасный для жизни сам по себе, квалифицируется как тяжкий (п. 5.1.1.9 Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённого приказом МЗ РФ от 08.04.2025 № 172н) и наступления смерти находится

в прямой причинно-следственной связи с причинённым вредом. Кроме того, при судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружена линейная ссадина лобной области справа, была причинена прижизненно, незадолго до наступления смерти, в короткий промежуток времени, предметом с заострённым краем или концом, возможно, тем же клинком ножа. Местом приложения силы явилась лобная область справа, в которой расположено повреждение, индивидуальные особенности травмирующего предмета не отобразились. Нельзя исключить, что колото-резаное ранение и линейная ссадина причинены одним предметом. Ссадина не имеет анатомических признаков вреда, причинённого здоровью, и отношения к наступлению смерти (п. 6. «Порядка определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённого приказом МЗ РФ от 08.04.2025 № 172н). Обнаруженная при вскрытии трупа постинъекционная рана в левой локтевой ямке, которая образовалась в результате действия тонкого острого предмета, обладающего колющими свойствами (медицинской иглы). Морфологические признаки раны, дают основание считать, что она возникла тотчас перед смертью, либо в агональный период, возможно при проведении реанимационных мероприятий. Определить точную последовательность повреждений не представляется возможным, ввиду их образования в короткий промежуток времени, одного за другим. Нельзя исключить возможность совершения погибшим самостоятельных активных действий (передвигаться, кричать и т. д.) в течение короткого промежутка времени. Однако, достоверно высказаться о подобной возможности после получения колото-резаного ранения спины нельзя ввиду того, что нанесение данного повреждения сопровождалось острым кровотечением из поврежденного лёгкого (шок при острой кровопотере), ведущего к быстрой прогрессирующей утрате сознания и двигательных функций. При экспертизе трупа погибшего и анализе сведений, изложенных в протоколе осмотра места происшествия, данных, указывающих на изменение позы трупа, до его осмотра на месте обнаружения не выявлено. При судебно-химическом исследовании крови и почки обнаружен этанол, в концентрации: в крови - 3,53 %о; в почке - 2,08 %. Такая концентрация этанола в крови, соответствующая алкогольной интоксикации тяжёлой степени, при жизни могла обусловить состояние алкогольного опьянения тяжёлой степени. Растворителей и технических жидкостей (метиловый, пропиловые, бутиловые, амиловые спирты) не обнаружено. При судебно-химическом исследовании в крови обнаружены хинин, трамадол, метадон и его метаболит - EDDP, в концентрации: хинина - 0,028 мкг/мл; трамадола - 0,04 мкг/мл; метадона - 0,03 мкг/мл. Выявленные концентрации обнаруженных веществ хинина, трамадола и метадона, не являются токсическими, свидетельствуют о прижизненном приёме (т.3 л.д.57-66);

- заключением эксперта № 2621400007 от 19 февраля 2026 года, согласно которому учитывая динамику и степень выраженности трупных изменений, зафиксированных на месте происшествия 20.09.2025 в 21:50: «...Кожный покров холодный на открытых участках, тёплый под одеждой, в подмышечных и паховых областях. Мышечное окоченение слабо выражено в жевательных мышцах и отсутствует в других обычно исследуемых группах мышц. При ударе металлическим предметом по передней поверхности правого плеча, тотчас образуется валик мышечного сокращения высотой около 1 см. Трупные пятна расположены на задней поверхности туловища, бледно-фиолетового цвета, островчатые, при надавливании на них исчезают и восстанавливают свой цвет через 10 сек. Температура трупа в прямой кишке измерена спиртовым термометром с диапазоном деления от - 35 до + 50 и ценой деления 0,5°С, составляет +35,5°С. При повторном измерении температуры в прямой кишке в 22:50. Температура составляет +34,5 С, область заднего прохода не изменена...», с учётом литературных данных можно сделать предположительный вывод, что смерть фио наступила в период около 2-2,5 часов до момента осмотра трупа на месте его обнаружения. Однако, учитывая, что имеющиеся в распоряжении современной судебной медицины данные являются ориентировочными, усреднёнными (среднестатистическими), и в каждой конкретной ситуации сроки появления тех или иных трупных изменений определяются многими экзогенными (внешними) и эндогенными (внутренними) факторами, учесть которые в полном объёме невозможно, а также с учётом данных материалов уголовного дела («...во время про-водимой терапии в 18:22 состояние резко ухудшилось: произошла остановка дыхания и сердечной деятельности. Сознание, дыхание отсутствует, пульс на сонных артериях отсутствует. Незамедлительно начаты реанимационные мероприятия. Нажата кнопка клиническая смерть... Пациент в состоянии клинической смерти передан бригаде 491 11 подстанции по номеру наряда 521613296... По прибытии 18:32 бригадой 128 11 пс, проводятся реанимационные мероприятия... Сознание, спонтанное дыхание, пульсация на сонных артериях отсутствует. Тоны сердца не выслушиваются. Зрачки широкие, на свет не реагируют. При кардиомониторировании - асистолия. Незамедлительно продолжены реанимационные мероприятия. В 19:01 реанимационные мероприятия прекращены в связи с неэффективностью.

Стойкая асистолия в течение 30 мин. Кожные покровы бледные. Сознание, спонтанное дыхание, пульсация на сонных артериях отсутствует. Тоны сердца не выслушиваются. АД не определяется. Зрачки широкие, на свет не реагируют. Корнеальных рефлексов нет. Симптом ФИО8 положительный. Тотальная атония, арефлексия. При кардиомониторировании - асистолия... 20.09.25 в 19:01 констатирована биологическая смерть...»), и определением давности наступления смерти по динамике снижения ректальной температуры методом фио (C. Henssge), можно высказаться, что максимальный промежуток времени наступления смерти составляет 5-6 часов до момента осмотра трупа на месте его обнаружения (с доверительной вероятностью 0,95). Таким образом, можно сделать вывод, что смерть фио могла наступить 20.09.2025 в период времени с 18 часов 14 минут до 19 часов 1 минуты (т. 3 л.д.92-100);

- актом медицинского освидетельствования на состояние опьянение от 21 сентября 2025 года, согласно которому у ФИО1 установлено состояние опьянения (т.1 л.д.32);

- заключением комиссии экспертов от 15 декабря 2025 года № 6064, согласно выводам которого ФИО1 в период, относящийся к инкриминируемому ей деянию каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, лишавшими её способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдала, у ФИО1 обнаруживается синдром зависимости от сочетанного употребления нескольких психоактивных веществ (каннабиноиды, стимуляторы, алкоголь) (по МКБ-10: F 19.2). Об этом свидетельствуют данные анамнеза, материалов уголовного дела, медицинской документации о многолетнем и систематическом употреблении ею наркотических средств и алкоголя с формированием психической и физической зависимостей, формировании абстинентного синдрома, тяги к употреблению ПАВ, с психотическими включениями на фоне употребления ПАВ (в виде слуховых обманов восприятия, ощущения «слежки», прослушивания), что в целом послужило поводом лечения у профильного специалиста. Диагностическое заключение подтверждается и данными настоящего клинико-психолого-психиатрического обследования, выявившего у ФИО1 наряду с клиническими признаками синдрома зависимости от ПАВ категоричность и облегченность суждений, конкретность мышления, сужение круга интересов потреблением ПАВ, эмоциональную неустойчивость, раздражительность, морально-этическое снижение. Однако указанные изменения психики выражены не столь значительно, не сопровождаются грубыми когнитивными и эмоционально-волевыми расстройствами, нарушением критических и прогностических способностей, психотической симптоматикой (бред, обманы восприятия и др.) и не лишали ФИО1 способности в полной мере в период инкриминируемого деяния осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Как следует из материалов уголовного дела и данных настоящего обследования, в период инкриминируемого ей деяния у ФИО1 не обнаруживалось признаков какого-либо временного психического расстройства, в том числе патологического аффекта, которое лишало бы ее способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, она находилась в состоянии простого алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют последовательный характер ее действий, отсутствие признаков помрачения сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), результаты медицинского освидетельствования на состояние опьянения. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 может, как могла и ко времени производства по уголовному делу, осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, понимать характер и значение уголовного судопроизводства, своего процессуального положения, самостоятельно совершать действия, направленные на реализацию своих прав и обязанностей, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, давать показания, самостоятельно осуществлять права на защиту, предстать перед следствием и судом. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается. С учетом наличия у ФИО1 синдрома зависимости от ПАВ (наркомании), ей целесообразно прохождение лечения от наркомании и последующей реабилитации, в медицинских организациях системы здравоохранения, противопоказаний нет; принудительное лечение от алкоголизма отменено Федеральным законом № 162-Ф3 от 08.12.2003 г. Ссылки подэкспертной на запамятование ряда событий содеянного не противоречат настоящему заключению, так как имеют место в клинике простого алкогольного опьянения. Психологический анализ материалов уголовного дела, направленная беседа с ФИО1 показали, что в момент инкриминируемого деяния она не находился в состоянии физиологического, кумулятивного аффекта или ином юридически значимом эмоциональном состоянии. Об этом свидетельствует отсутствие характерной динамики и феноменологии протекания эмоциональных реакций: агрессивные действия ФИО1 сопровождались сменой видов деятельности и переключением внимания, не наблюдалось и специфических для постаффективной фазы признаков психической и физической астении, либо проявлений дезорганизации деятельности. Запамятование ряда событий совершенного деяния, могут быть обусловлены состоянием простого алкогольного опьянения (установленного у ФИО1 в ходе медицинского освидетельствования на состоянии опьянения) не является четким диагностическим критерием аффекта и рассматривается в совокупности с другими признаками аффективного состояния. Экспериментально-психологическое исследование, изучение материалов уголовного дела, беседа с ФИО1 выявляют следующие, свойственные индивидуально-психологические особенности: достаточный интеллектуальный уровень со способностью к целостному осмыслению ситуаций с выделением в их содержании социально и объективно значимых аспектов, шаблонность суждений. В личностной сфере обследуемую характеризует достаточная ориентированность в общепринятых нормах и правилах, способность выстраивать в соответствии с ними свое поведение, сформированность трудовых навыков, достаточная активность, при бедности сферы интересов и потребностей, слабости побудительной функции мотивов, облегченности оценок и расплывчатости планов, ориентации на развлекательных характере времяпрепровождения. Подэкспертной также свойственны обидчивость, склонность к сосредоточению на негативно окрашенных переживаниях, настороженность и недоверчивость во взаимоотношениях, негрубая лабильность эмоциональных реакций, раздражительность, при потребности в принятии, поддержке. При достаточной сформированности навыков конструктивного разрешения субъективно сложных конфликтных ситуаций, подэкспертная склонна к облегченности в оценках, вешнеобвиняющему типу реагирования. Критические и прогностические функции личности сформированы достаточно. Выявленные индивидуально-психологические особенности свойственные ФИО1 не оказали существенного влияния на её поведение во время совершения инкриминируемого ей деяния (т. 3 л.д. 181-187).

- протоколом проверки показаний ФИО1 на месте от 21 сентября 2025 года, произведенной с участием защитника и специалиста, согласно которому проследовав по адресу: адрес. Далее находясь в помещении квартиры ФИО1 указала на место, где происходили события, на банку, из которой взяла нож, на положение фио относительно нее (под углом), сообщила, что фио хватал ее «за грудки» и она ударилась о сену, расположенную напротив окна. Далее сообщила, что когда фио ее держал, взяла из банки на ощупь нож с бежевой, коричневой рукояткой, после чего продемонстрировала как наносился удар, демонстрируя занос ножа над левым плечом манекена с заворотом руки, а также указала область нанесения удара в область за рукой манекена в левой нижней части спины, далее указала что вытащила нож, помыла и поставила обратно (т. 2 л.д. 140-157);

- протоколом следственного эксперимента от 6 февраля 2026 года, произведенного, в том числе с участием обвиняемой ФИО1, защитника, эксперта, специалиста согласно которому обвиняемая ФИО1, демонстрируя свои действия, поставила статиста лицом к себе, сымитировала несколько раз удар ножом, который держала в правой руке, через левое плечо в левую лопаточную область статиста (т. 3 л.д. 41-44);

- заключением эксперта № 2546001487 от 10 декабря 2025 года, согласно которому рана на предоставленном препарате кожи является колото-резаной, на что указывают выявленные морфологические признаки: линейная форма, ровные края, гладкие стенки, концы, один из которых «П»-образный,

а противоположный - остроугольный, преобладание глубины раны над другими размерами. Данная рана причинена в результате колюще-режущего воздействия плоского клинкового орудия, типа ножа, имеющего лезвие, острие и «П»-образный на поперечном сечении обух, толщиной около 1 мм, правое ребро которого оставляет более четкий след. Ширина клинка на уровне погружения может соответствовать длине раны и, с учетом усадки кожи в растворе № 1 по прописи фио до 10-16%, приближаться к 19-20 мм. Длина клинка может соответствовать длине отходящего от раны раневого канала и быть не менее 126-131 мм, что подтверждается выявленными морфологическими признаками и сведениями, изложенными в Заключении эксперта № 2511418413.

В механизме образования колото-резаного повреждения имеет место вкол с погружением колюще-режущего предмета в ткани и одновременным их рассечением лезвийной частью, расслоением тканей плоскостями клинка и воздействием тупой частью обушкового края. Удар ножом был осуществлен в правую подлопаточную область в направлении сзади наперед и снизу вверх, на что указывают локализация и направление отходящего от раны раневого канала. Обух клинка при ударе ножом был обращен влево. Рана на предоставленном препарате кожи могла образоваться в результате колюще-режущего воздействия клинка ножа, предоставленного на экспертизу. Это подтверждается следообразующими свойствами клинка ножа, установленными в экспертном эксперименте, а также сходными морфологическими признаками подлинного и экспериментальных колото-резаных повреждений, зафиксированными в ходе экспериментально-сравнительного исследования. Условия травмы, изложенные ФИО1 в протоколе допроса подозреваемого от 21.09.2025

г. и продемонстрированные в ходе проверки показаний на месте 21.09.2025 г., по направлению («... слева направо ... сверху вниз и слева направо ...») и месту приложения травмирующего воздействия («...левая боковая поверхность «шеи» ... задняя поверхность «левого плеча» ... «поясничная область» слева) не соответствуют установленному механизму травмы. Это исключает вероятность образования колото-резаной раны в правой подлопаточной области фио при обстоятельствах, указанных ФИО1 (т. 3 л.д. 157-163);

- заключением эксперта № 2626300151 от 17 февраля 2026 года, в соответствии с которым, согласно данным, изложенным в Заключении эксперта № 2511418413 судебно-медицинской экспертизы трупа фио, паспортные данные, у потерпевшего зафиксирована колото-резаная рана в правой подлопаточной области, в проекции 8 и 9 ребер, от которой в направлении сзади наперёд и снизу вверх распространяется щелевидный раневой канал длиной 131 мм, по своему ходу повреждающий одежду, мягкие ткани спины, межреберные мышцы, париетальную плевру и слепо заканчивающийся в нижней доле правого легкого. Колото-резаная рана в правой подлопаточной области пострадавшего могла образоваться в месте непосредственного травмирующего воздействия плоского клинкового орудия типа ножа, в направлении, соответствующем направлению отходящего от раны раневого канала - сзади наперёд и снизу вверх, относительно вертикальной оси туловища пострадавшего. Клинок ножа был ориентирован горизонтально, его обушковый край был ориентирован влево, а лезвийный - вправо. Условия причинения колото-резаного ранения, изложенные в протоколе допроса обвиняемого от 21.09.2025 г. ФИО1 и продемонстрированные ей в ходе следственного эксперимента 06.02.2026 г. (...взяла имитатор ножа правой рукой и стоя лицом к статисту ... сымитировала удар в левую лопаточную область в направлении слева направо, сзади кпереди и несколько сверху вниз ...») по локализации и направлению травмирующего воздействия, ориентации клинка, расположению его обушкового и лезвийного краев, не соответствуют установленному экспертным путем механизму травмы. Это исключает возможность образования колото-резаного ранения на спине фио при обстоятельствах, продемонстрированных обвиняемой ФИО1 в ходе следственного эксперимента 06.02.2026 г. Однако, изложенные в предоставленном объяснении от 20.09.2025 г. условия травмы (...фио стоял ко мне спиной... я взяла нож ... в правую руку и нанесла ... удар в спину, в область ребер...»), помимо указания на удержание орудия убийства правой рукой, соответствуют характеру ранения, общей анатомической локализации травмы (задняя поверхность грудной клетки) и направлению травмирующего воздействия, что не исключает возможности причинения колото-резаного ранения, имевшегося у фио, при обстоятельствах указанных в объяснении от 20.09.2025 года (т. 3 л.д. 169-172).

Все приведенные выше доказательства обвинения суд признает относимыми, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, достоверными, а в совокупности – достаточными для вывода о виновности подсудимой ФИО1 в совершении преступления.

Вышеизложенные показания потерпевшего фио, свидетелей фио, фио, фио, фио, ФИО6, фио, фио, фио суд признает достоверными и кладет их в основу приговора, поскольку они согласуются друг с другом и подтверждаются иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства. Существенных противоречий, влияющих на доказанность вины подсудимой и квалификацию ее действий, не установлено. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора ФИО1, не выявлено.

Суд признает достоверными и закладывает в основу приговора показания свидетелей фио и фио, только в той части, в которой они не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

Из протокола осмотра предметов (видеозаписи с камер видеонаблюдения, расположенной по адресу: адрес следует, что в 17 часов 35 минут фио совместно с ФИО1 заходят по подъезд; в 18 часов 14 минут к подъезду приезжает первый наряд скорой помощи (т. 2 л.д. 234-241).

Согласно показаниям свидетеля фио вызов скорой помощи поступил ей в 18 часов 03 минуты. Аналогичная информация о времени приема вызова наряда скорой помощи в 18 часов 03 минуты и прибытии бригады скорой помощи в 18 часов 14 минут содержится в карте вызова наряда 521613061 (т.3 л.д.209).

При таких данных показания свидетеля фио о том, что пострадавший примерно два часа истекал кровью, поскольку кровь на ране уже запеклась; скорая медицинская помощь была вызвана несвоевременно, при своевременном оказании помощи мужчину можно было спасти; фио о том, что кровь вокруг раны запеклась, мужчина около двух часов пролежал, истекая кровью; что скорая медицинская помощь была вызвана несвоевременно, при своевременном оказании помощи мужчину можно было спасти, суд признает добросовестным заблуждением, обусловленным субъективным восприятием событий каждым из свидетелей, а также предположением и не принимает во внимание при вынесении приговора. При этом сообщение указанными свидетелями данных обстоятельств не свидетельствует о недостоверности их показаний в остальной части.

В судебном заседании по ходатайству защиты в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, оглашены показания свидетеля фио на предварительном следствии, в соответствии с которыми фио положительно охарактеризовала ФИО1 и указала, что до появления фио у неё всё было хорошо; фио систематически избивал ФИО1, она (фио) видела следы на руках, шее, спине, в том числе бил по лицу, по зубам, ломал дверь, когда она не пускала, угрожал убить, сломать голову, выбить челюсть, называл «женщиной лёгкого поведения», говорил забрать ребёнка, также угрожал ножом, в частности бросался, но не доводил до конца. Родители фио также угрожали ФИО1 по телефону. фио приходил к ФИО1 в наркотическом опьянении, приносил наркотики, его друзья раскручивали их на лестничной площадке. ФИО1 алкоголь употребляла, наркотики – знала, но сама свидетель не видела. Ребёнок ФИО9 жаловался, что «дядя фио» его сильно обижает, ФИО1 любила сына, справлялась с ним после операции. ФИО1 неоднократно вызывала полицию, сотрудники забирали фио, но он возвращался через небольшой промежуток времени, кричал под окнами, угрожал сбросить с этажа. Конфликты между фио и ФИО1 носили бытовой характер, фио не давал расстаться. По мнению ее (фио) мнению, фио довел ФИО1 до критического состояния, ее действия были самозащитой, иначе фио убил бы ее (т. 2 л.д. 26-35).

Как видно из показаний фио очевидцем произошедшего она не являлась, источником ее осведомленности о ранее происходивших событиях в основном являлась ФИО1 Показания фио не содержат сведений об обстоятельствах, подлежащих доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ применительно к исследуемому событию преступления. Показания фио в общем характеризуют взаимоотношений ФИО1 и фио за длительный период до юридически значимого промежутка времени, следовательно не имеют значения для установления события преступления и причастности к нему ФИО1

Мнение фио о том, что фио довел ФИО1 до критического состояния, ее действия были самозащитой, иначе фио убил бы ее, является предположением, которое не может быть принято во внимание в силу п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ.

Суд признает достоверными показания ФИО1 в судебном заседании о полном признании вины и кладет их в основу приговора, не усматривая оснований для самооговора, поскольку они подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств и фактически не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

Суд признает достоверными пояснения ФИО1 о произошедших событиях, данные в ходе проверки показаний на месте и следственного эксперимента в той части, в которой они не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела и приведенным по делу доказательствам.

То, что ФИО1 в ходе проверки показаний на месте и следственного эксперимента показала иной механизм причинения ранения фио, чем тот который был установлен в ходе судебного следствия, не свидетельствует о полной недостоверности сообщенных ей сведений. В целом ФИО1 при проверке показаний на месте и в ходе следственного эксперимента верно указала, что ранение было причинено ей ножом в область спины фио

Имевшее место указание на иное расположение фио в момент нанесения удара ФИО1 обусловлено, по мнению суда, проявлением линии защиты от предъявленного обвинения с целью минимизации последствий привлечения ФИО1 к уголовной ответственности или ее избежания.

Приведенная в протоколе проверки показаний на месте и следственного эксперимента позиция ФИО1 полностью опровергается заключением эксперта № 2546001487 от 10 декабря 2025 года, согласно выводам которого условия травмы, изложенные ФИО1 в ходе проверки показаний на месте 21 сентября 2025 года не соответствуют установленному механизму травмы. Это исключает вероятность образования колото-резаной раны в правой подлопаточной области фио при обстоятельствах, указанных ФИО1; заключением эксперта № 2626300151 от 17 февраля 2026 года, из выводов которого следует, условия причинения колото-резаного ранения, продемонстрированные ФИО1 в ходе следственного эксперимента 6 февраля 2026 года по локализации и направлению травмирующего воздействия, ориентации клинка, расположению его обушкового и лезвийного краев, не соответствуют установленному экспертным путем механизму травмы.

В этой связи пояснения ФИО1, данные в ходе указанных следственных действий в части, противоречащей установленным судом фактическим обстоятельствам дела, суд признает недостоверными.

Анализируя письменные материалы уголовного дела, суд приходит к выводу, что каких-либо нарушений при их получении и составлении допущено не было, признает их допустимыми доказательствами и закладывает в основу приговора.

Суд доверяет заключениям проведенных по делу экспертиз. Порядок назначения и производства экспертиз соблюден, компетенция экспертов сомнений не вызывает, заключения соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, в них приведены содержание и результаты исследований, выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование.

Проанализировав и оценив изложенные доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимой ФИО1 в совершении преступления доказанной полностью, ее действия суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ, так как она совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В действиях ФИО1 отсутствовали признаки необходимой обороны либо превышения ее пределов, поскольку, в момент нанесения удара фио находился спиной к ФИО1; фио в отношении ФИО1 не совершалось насильственных действий, опасных для ее жизни или представляющих для нее какую-либо иную существенную угрозу, которые могли являться основанием для обороны от действий фио

Как следует из заключения эксперта № 2524206448 от 12 января 2026 года при обращении в ГБУЗ «ГКБ им. А. К ФИО10 ДЗМ», 21 сентября 2025 года у ФИО1, каких-либо повреждений (таких как кровоподтёки, гематомы, ссадины, раны или переломы костей скелета), в том числе в области груди, зафиксировано не было. Отмеченный в медицинских документах «ушиб мягких тканей грудной клетки» не подтвержден наличием каких-либо повреждений (таких как кровоподтёки, гематомы, ссадины, раны) в данной анатомической области, поэтому не расценивается как повреждение, поскольку не соответствует определению повреждений (не нарушает анатомической целостности органов и тканей, не нарушает их физиологических функций), в связи с чем судебно-медицинской оценке не подлежит (т.3 л.д.193-195).

Согласно вышеприведенному заключению комиссии экспертов от 15 декабря 2025 года № 6064 психологический анализ материалов уголовного дела, направленная беседа с ФИО1 показали, что в момент инкриминируемого деяния она не находилась в состоянии физиологического, кумулятивного аффекта или ином юридически значимом эмоциональном состоянии.

Принимая во внимание изложенное оснований считать, что ФИО1 совершила убийство фио в состоянии аффекта, не имеется.

Таким образом основания для иной квалификации действий ФИО1 отсутствуют.

Об умысле ФИО1 на умышленное причинение смерти фио свидетельствуют характер и локализация ранения, обнаруженного у фио, умышленное нанесение подсудимой удара ножом фио в область расположения жизненно важных органов, использование ФИО1 ножа для причинения ранения фио, предшествующее преступлению поведение ФИО1 и фио, характер их взаимоотношений.

Избранный ФИО1 способ и предмет, используемый в качестве оружия, локализация телесного повреждения на теле фио, в совокупности свидетельствуют о наличии у подсудимой умысла на причинение смерти фио

Признавая ФИО1 вменяемой в отношении содеянного, суд принимает во внимание вышеназванное заключение экспертизы (т.3 л.д.181-187), а также поведение подсудимой, как в период совершения преступления, предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства, в ходе которого она адекватно реагировала на происходящее в судебном заседании.

При назначении наказания ФИО1 суд учитывает положения ст.ст.6, 43, 60, характер и степень общественной опасности преступления, которое относится к категории особо тяжких, данные о личности подсудимой, которая впервые привлекается к уголовной ответственности, вину в совершении преступления признала, заявила о раскаянии, принесла извинения потерпевшему, оказала медицинскую и иную помощь (выразившуюся в вызове скорой помощи) непосредственно после совершения преступления, явилась с повинной, положительно характеризуется по месту работы, а также со стороны свидетелей фио и фио, страдает заболеваниями, воспитывалась в неполной семье, имеет на иждивении малолетнего ребенка, оказывает помощь родственникам.

Суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1: полное признание вины, раскаяние, принесение извинений потерпевшему, положительные характеристики с места работы, а также со стороны свидетелей фио и фио, наличие у ФИО1 заболеваний, условия воспитания, оказание помощи родственникам, наличие на иждивении малолетнего ребенка, в соответствии с ч.2 ст.61, п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ, явку с повинной, на основании п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Из материалов дела и показаний ФИО1 в судебном заседании следует, что последняя непосредственно после причинения ранения фио оказывала последнему медицинскую и иную помощь (выразившуюся в вызове скорой помощи), то есть непосредственно после совершения преступления.

Указанное поведение суд безусловно расценивает как оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, в соответствии п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ.

По смыслу закона смягчающим наказание обстоятельством признается не любое противоправное поведение потерпевшего, а лишь такое поведение, которое явилось поводом для преступления. Следовательно, для признания обстоятельства, предусмотренного п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ, смягчающим наказание необходимо наличие двух условий: факта противоправного поведения потерпевшего и его провоцирующее влияние на преступное поведение виновного лица.

Из материалов дела следует, что в день произошедших событий каких-либо противоправных либо аморальных действий со стороны фио в отношении ФИО1, не осуществлялось, в то время как предшествующее поведение фио, служившие основанием для обращения в полицию и жалоб друзьям, а также предыдущее привлечение фио к уголовной ответственности по ст.119 УК РФ, не находились в непосредственной причинно-следственной связи с моментом совершения преступления и не являлось поводом к его совершению, поскольку между указанными событиями имел место определенный промежуток времени, при этом непосредственно перед убийством фио противоправных действий не совершал, в связи с чем его поведение не может расцениваться как обстоятельство, спровоцировавшее ФИО1 на совершение преступления.

В этой связи, вопреки доводам подсудимой оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, в соответствии с п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ, не имеется. При этом само по себе нахождение фио в состоянии наркотического и алкогольного опьянения как обстоятельство, явившееся поводом для преступления, в контексте настоящего уголовного дела рассматриваться не может.

Учитывая, что обстоятельством, способствовавшим совершению преступления, явилось алкогольное опьянение ФИО1, суд признает обстоятельством, отягчающим наказание последней, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, согласно ч.1.1 ст.63 УК РФ.

При назначении ФИО1 наказания суд не применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку по делу установлено наличие отягчающего наказание обстоятельства.

Судом также принимается во внимание возраст и состояние здоровья ФИО1, ее родственников, оказание подсудимой помощи родственникам, семейное и имущественное положение ФИО1, влияние назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Суд считает, что исправление и перевоспитание ФИО1 невозможно без изоляции ее от общества, полагая, что назначение наказания, не связанного с лишением свободы, не будет отвечать цели восстановления социальной справедливости, способствовать целям исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, и поэтому не усматривает оснований для применения ст.73 УК РФ.

С учетом данных о личности подсудимой, обстоятельств, смягчающих наказание, суд полагает возможным не назначать дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих общественную опасность содеянного, не установлено, оснований для применения ст.64 УК РФ не имеется.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для применения к ФИО1 положений ч.6 ст.15 УК РФ не усматривается.

Правовых оснований для применения к ФИО1 отсрочки исполнения наказания, исходя из положений ч.1 ст.82 УК РФ, не имеется, в том числе, поскольку ФИО1 осуждается за совершение особо тяжкого преступления против личности, санкция которого предусматривает наказание от 6 лет лишения свободы, при этом оснований для применения положений ст.64 УК РФ, как указано выше, судом не установлено.

На основании п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания подсудимой следует назначить в исправительной колонии общего режима.

Согласно материалам дела, ФИО1 фактически задержана сотрудниками полиции 20 сентября 2025 года, а следовательно, суд считает необходимым зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания нахождение ее под стражей с 20 сентября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу.

С учетом тяжести совершенного преступления, данных о личности подсудимой, меру пресечения ФИО1 следует оставить прежней – содержание под стражей до вступления приговора в законную силу для обеспечения его исполнения.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств по уголовному делу суд разрешает в соответствии со ст.81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. 303-304, 307-309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – содержание под стражей.

Началом срока отбывания наказания осужденной ФИО1 признать день вступления приговора в законную силу.

На основании п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 20 сентября 2025 года до дня вступления приговора суда в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ.

В соответствии со ст.81 УПК РФ вещественные доказательства:

- предметы, указанные в постановлениях о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств в т.2 на л.д.228-229, 232-233; в т.3 на л.д.1-2, 11-12, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств Останкинского МРСО адрес – уничтожить;

- флеш-накопитель, СD-R диск, находящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела на протяжении всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский городской суд через Останкинский районный суд адрес в течение пятнадцати суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии приговора.

Осужденной разъясняется право участвовать в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо сообщить в апелляционной жалобе либо в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Осужденная также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному ей защитнику либо ходатайствовать о назначении защитника, о чем сообщить в суд, постановивший приговор, в письменном виде.

фио ФИО11