Постановление № 22-4422/2024 от 23 сентября 2024 г.

судья ФИО7 дело №

А П Е Л Л Я Ц И Н Н О Е
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Нижний Новгород 24 сентября 2024 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Удаловой Н.П.,

при секретаре судебного заседания Палаткиной М.А.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Госенова Т.М.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Котковой А.Ю., представившего удостоверение и ордер,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Федосеева П.Ю., потерпевшей ФИО30 на приговор Чкаловского районного суда <адрес> от 14 июня 2024 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, ранее не судимый,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года.

На основании ст.53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено на принудительные работы на срок 2 года с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Срок отбывания основного наказания исчислен со дня прибытия ФИО1 в исправительный центр, а дополнительного - с момента отбытия основного наказания.

Разъяснен порядок следования к месту отбывания наказания, последствия уклонения от отбывания наказания в виде принудительных работ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

приговором Чкаловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным и осужден за нарушением лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

ФИО1 в суде первой инстанции вину в совершении инкриминируемого преступления не признал.

В апелляционной жалобе (основной) осужденный ФИО1 выражает несогласие с постановленным приговором, полагая его незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, по делу имеются существенные противоречия между выводами судебной автотехнической экспертизы и данными, установленными осмотром места происшествия, расположением транспортных средств после дорожно-транспортного происшествия, фрагментов осколков, разлитых технических жидкостей. Полагает, что данная экспертиза не могла быть признана допустимой, относимой и достоверной. Данное обстоятельство подтверждено актом экспертного исследования, выполненного экспертом ФИО10, в котором отражен иной механизм развития дорожно-транспортного происшествия, который в свою очередь согласуется с физическими законами при взаимодействии транспортных средств. Дает критическую оценку показаниям свидетеля Свидетель №4, поскольку данные показания находятся в противоречии с данными о характере движения транспортного средства марки «Скания» и механизме возникновения аварийной ситуации.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО1 отмечает, что вывод суда о столкновении транспортных средств на полосе движения транспортного средства «Скания» основан исключительно на показаниях очевидцев ДТП, а не по следовым и физическим данным, оставшихся на дорожном полотне после такого столкновения. По мнению автора жалобы, показания водителей, допросы свидетелей не могут считаться объективными источниками информации о дорожно-транспортном происшествии, поскольку данное событие характеризуется неоднозначностью признаков восприятия, а оценка происшествия его участниками и свидетеля может быть субъективной ввиду его скоротечности. В этой связи ссылается на показания свидетеля Свидетель №6 и его ответы на вопросы государственного обвинителя, а также на показания свидетеля Свидетель №7, и делает вывод, что утверждение свидетеля Свидетель №7 о том, что автомобиль «Скания» стал резко уходить влево, осталось без внимания суда первой инстанции. При этом из показаний свидетеля Свидетель №4 следует иной механизм развития событий дорожно-транспортного происшествия, раскрывает их подробное содержание, и отмечает, что данные показания существенно противоречат показаниям свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №6. Так, в своих показания Свидетель №4 утверждает, что он предпринял маневр вправо для уклонения от столкновения, но избежать столкновения ему помешал отбойник, его отбросило на встречную полосу. В свою очередь, показания свидетеля Свидетель №7 согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №6, согласно которым автомобиль «Скания» стал резко уходить влево. Полагает, что показания свидетеля Свидетель №4 опровергаются показаниями Свидетель №7 и Свидетель №6 и обстоятельствами ДТП, поскольку повреждений отбойника зафиксировано в процессе предварительного следствия не было. Обращает внимание также на следующие обстоятельства. Согласно план-схемы к протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ ширина дорожного полотна составляет 7,1 метра, отражен снежный отвал, отбойник по ходу движения транспорта в сторону <адрес>. Габариты транспортных средств «Скания» и «МАН» тягач в ширину равна 2,55 метра, а в совокупности – 5,1 метра. Данные машины согласно пояснениям очевидцев разъехались во встречном направлении, то есть безопасный осевой интервал составляет около 1 метра, соответственно, оставшийся 1 метр распределяется по 0,5 метра от каждой обочины. При таких обстоятельствах, делает вывод, что вероятность маневра на обочине невозможна, более того, крайне опасна для такого маневра, так как сцепления на дороге и на обочине разная, момент кручения при выезде будет направлен на съезд с дороги, описанный маневр свидетелем Свидетель №4 должен был оставить заметный след на отбойнике, однако этого не произошло. Показания Свидетель №4 в данной части также опровергаются результатами судебной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что неочевидность механизма ДТП должна была проверяться следствием путем проведения соответствующих следственных действий, чего сделано не было. Отмечает, что судом не дано какой-либо оценки вещным доказательствам – следам шин качения, расположению обломков, следов на отбойнике. Обращает внимание, что согласно план-схемы ДТП, протокола осмотра места происшествия следы качения автомобиля «Скания» длиной 12,8 метров заканчиваются под задними колесами указанного автомобиля. Между следами качения отмечено расположение осколков и фрагментов автомобиля. Начало следов качения практически совпадает с отметкой следов соприкосновения с отбойником, то есть находятся в одной проекции. Из чего следует, что автомобиль «Скания» какое-то время двигался в прямолинейном направлении до образования данных следов качения, что исключает как касание а/м «Скания» с отбойником, так и движение от отмеченного следа соприкосновения на отбойнике до места расположения транспортных средств на схеме ДТП. Акцентирует внимание на расположение транспортных средств после ДТП на дорожном полотне, в частности, на расположение тягача автомобиля «Скания», который расположен под 90 градусов к полуприцепу «Шмитц». Подобное, по утверждению осужденного, возможно при условии, когда полуприцеп движется со значительной инерциальной скоростью по сравнению с тягачом. Во избежание указанного на подобных транспортных средствах применяется особая система торможения, которая на автомобиле «Скания» не проверялась, как и протектор на колесах. В своих показаниях Свидетель №4 заверил об исправности системы торможения. Обращает внимание на рельеф дороги на месте ДТП, который имеет уклон влево, то есть в нормальном состоянии колеса автомобиля «Скания» были повернуты влево, чтобы вписаться в поворот. Изложенные обстоятельства, по мнению апеллянта, свидетельствуют о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что протокол дополнительного осмотра места происшествия не обладает процессуальной допустимостью, а лишь отражает обстановку на месте ДТП по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. Отмечает, что в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ отражены множественные осколки на левой полосы движения в сторону <адрес>, два государственных регистрационных знаков, следы качения в сторону <адрес>, на фотографиях видны заснеженные дорожное покрытие с изменениями по цвету, что в свою очередь в протоколе не отражено. При осмотре место ДТП было огорожено конусами, однако сотрудники ДПС на допросе показали, что место ДЖТП установлено по показаниям свидетелей Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель №5 и Свидетель №6, дополнив свою версию утверждением о работе дорожной техники, при этом в своих показаниях заверили, что изначально на место ДТП приехали они, а после – проехала дорожная техника. Каких-либо уточняющих вопросов, в том числе на предмет соблюдения должностных обязанностей, от следователя данным свидетелям не поступало. Кроме того, обстоятельства ДТП были заведомо установлены следствием, поскольку не был проведен осмотр технического состояния автомобиля «Скания» и не назначалась транспортно-технологическая экспертиза. Полагает, что при проведении автотехнической экспертизы существенно искажены данные о моменте возникновения опасности, когда водитель Свидетель №4 увидел автомобиль на его полосе движения за 70 метров, поскольку следователь в своем постановлении о назначении экспертизы содержанием своих вопросов уже установил механизм ДТП. Судом первой инстанции была принята данная субъективная оценка о моменте возникновения опасности, чем существенно нарушено его право на защиту, поскольку немотивированно признаны одни доказательств и отвергнуты другие. Полагает, что оценка действий Свидетель №4 не производилась, при том, что его позиция вызывает сомнения, не согласуется с показаниями свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №7, а также с данными автотехнической экспертизы. По мнению автора жалобы, расположение транспортных средств после ДТП, следы качения автомобиля «Скания» подтверждают, что Свидетель №4 допустил маневрирование транспортного средства на проезжей части, то есть нарушил п.8.8 ПДД, абз.2 п.10.1 ПДД. Полагает, что предъявленное ему обвинение не содержало полных сведений, являлось односторонним. Изложенные в приговоре доказательства не образуют совокупности доказательств, достаточной для выводов о его виновности в совершении вмененного преступления.

Резюмируя изложенное, просит приговор суда первой инстанции отменить, вынести по делу оправдательный приговор.

В апелляционных жалоб адвокат ФИО4 П.Ю. приводит доводы о невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. В обоснование своей позиции сторона защиты приводит тезисно основания, послужившие поводом к обжалованию постановленного в отношении ФИО1 приговора, в число которых входят: наличие по делу явного обвинительного уклона, выразившегося в изложении в приговоре показаний части свидетелей в сторону обвинения; ошибочное признание судом показаний свидетелей Потерпевший №1 и Свидетель №8 как основанных на предположениях; необоснованном принятии в качестве достоверных показаний свидетелей, данных на предварительном следствии; оставление без надлежащей оценки обстоятельств осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, письменных документов, оформленных специалистом ФИО10; неосновательном принятии в качестве достоверных доказательств протокола дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, положений комиссионного заключения экспертов; неверное соотнесение письменных документов, касающихся времени уборки проезжей части дорожной техникой, не с показаниями соответствующих свидетелей на предмет разрешения вопросов достоверности возможного изменения обстановки места происшествия. Раскрывая детально каждое из описанных выше оснований, ссылается на факт опровержения версии стороны обвинения о действиях обоих участников дорожно-транспортного происшествия, то есть правомерности действий водителя Свидетель №4 и нарушении ПДД самим ФИО1

Акцентирует внимание, что автотехническая экспертиза по уголовным делам, связанным с безопасностью дорожного движения, имеет разрешающее значение для установления механизма ДТП, которая проводится экспертами, имеющими должную компетенцию. В этой связи указывает на стаж экспертов ФИО22, ФИО21 и специалиста ФИО10, привлеченного стороной защиты. Полагает, судом необоснованно допрос данного специалиста проведен в качестве свидетеля, поскольку участником ДТП он не являлся, а сообщенные им сведения связаны с наличием у него профильного образования и познаний в области автомобильной техники. Приводит анализ заключения экспертов, и отмечает, что эксперт ФИО22, разрешая вопросы №№, констатировал невозможность определения механизма образования ДТП и места столкновения транспортных средств ввиду недостаточности для этого объема представленной информации, при этом определил угол первичного столкновения и программно реконструировал их взаимное местоположение относительно друг друга. При допросе эксперт пояснил, что угол столкновения он не проецировал, поскольку такой задачи ему не ставилось, а также у него отсутствовали исходные данные. На основании этого, приходит к выводу, что соотнесение экспертом угла столкновения с вещной обстановкой является действием напрашиваемым, напрямую связано с разрешение вопросов №№,11, в то время как в качестве рабочей версии местоположения транспортных средств на месте происшествия эксперт должных был подтвердить или опровергнуть сведения, изложенные в постановлении о назначении экспертизы. Отмечает, что эксперт ФИО21 в своем заключении не разрешил возникающие условиях определения остановочного пути автомобиля «ФИО2» и самостоятельно рассчитал такие параметры для автомобиля «Скания», допустив при этом неверность расчетов. Так, в качестве одного из условий произведенного расчета и принятия вида дорожного покрытия «заснеженного, обработанного противоскользящими средствами» эксперт взял значение коэффициента сцепления 0,30, однако в соответствии с методической он составляет 0,3-0,4, что в свою очередь влияет на выбор значения «установившего замедления», которые экспертом принят 2,9 м/с кв., а в действительности данный диапазон равен 39,-2,9 м/с кв., что влияет на расчет остановочного пути автомобиля «Скания». По мнению стороны защиты, эксперт, некорректно рассчитав остановочный путь автомобиля «Скания», самоустранился от расчета остановочного пути автомобиля «ФИО2» и соотнес действия ФИО1 с выполнением требований п.11.1 ПДД, что относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование. При этом, специалист ФИО5 в своем исследовании установил техническую возможность, не исключающую факт предотвращения столкновения с автомобилем «ФИО2» со стороны водителя Свидетель №4, и исключил аналогичность данных действий со стороны ФИО1 Далее, специалист ФИО5 пришел к выводу, что автомобиль «Скания» выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем «ФИО2». При определении места ДТП по отношению к проезжей части и дорожной инфраструктуре специалист признал таковым полосу движения автомобиля «ФИО2», то есть без выезда данного автомобиля на полосу встречного движения. Смоделированным специалистов ФИО5 дорожно-транспортным происшествием опровергается позиция стороны обвинения о местонахождении транспортных средств перед столкновением. По результатам такого моделирования специалист выяснил, что конечное положение транспортных средств является схожим с их положением, зафиксированном в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, однако эксперт от собственной реконструкции ДТП уклонился. Указывает, что специалист ФИО5, в противоречие выводов эксперта о фактическом исключении из объема доказанности признака столкновения транспортных средств – зоны осыпи осколков и деталей автомобилей, обозначил, что согласно текста протокола смотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и местоположения объектов на план-схеме, зона осыпи множественных осколков находится на левой стороне дороги в направлении от <адрес> в <адрес>, а ее схематичное изображение на плане не пересекает прерывистую линию разметки, разделяющую встречные транспортные потоки, и не затрагивает правую сторону дороги, то есть полосу движения автомобиля «Скания». Указывает на местонахождение пятна розлива охлаждающей жидкости на месте ДТП, расположенного на полосе движения автомобиля «ФИО2». Отмечает, что согласно выводам специалиста ФИО5, траектория автомобиля «Скания» была связан с перемещением с права на лево, по диагонали – со своей полосы движения на полосу движения автомобиля «ФИО2». Вопреки версии свидетеля Свидетель №4 о попытке съехать на обочину, чему помешало металлическое дорожное ограждение, каких-либо повреждения правый диск транспортного средства и выступающий на нем колпак не имели, отсутствуют также и признаки наезда автомобиля «Скания» на снежный вал, тянущийся вдоль ограждения. В этой связи отмечает, что данные показания свидетеля Свидетель №4 не согласуются с характером повреждений металлического ограждения, поскольку согласно выводам специалиста ФИО5 ограждение могло повредиться лишь от юза задних колес полуприцепа автомобиля «Скания», поскольку в ином случае последний не успел бы переместиться на противоположную часть дороги. Делает вывод, что до столкновения автомобиль «Скания» уже выехал на встречную полосу движения и полуприцеп находился под углом относительно осевой линии разметки, перемещаясь в левую сторону по ходу своего движения. По мнению автора жалобы, произведенный специалистом ФИО5 анализ криминалистической обстановки является достаточным для установления механизма развития ДТП, опровергает версию стороны обвинения о производимых ФИО1 маневрах и назначенном месте столкновения транспортных средств. Дает критическую оценку показаниям экспертов ФИО22 и ФИО21, поскольку они прямо опровергаются Актом исследования и Рецензией (за исключением установления угла столкновения), протоколом осмотра мест происшествия с прилагаемой План-схемой, показаниями ФИО5, свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, потерпевшей Потерпевший №1, показаниями свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, самого осужденного ФИО1

Обращает внимание на протокол дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, которым составлен в отсутствие понятых, в котором отражен осмотр разрушенных деталей автомобилей – участников ДТП ДД.ММ.ГГГГ – в том числе и на обочине, прилегающей к полосе движения в направлении «<адрес> – <адрес>», то есть полосе движения автомобиля «Скания». В этом аспекте ссылается на показания следователя Свидетель №9, согласно которым, потребность в дополнительном осмотре была обусловлена конкретизацией повреждений металлического отбойника, отсутствие понятых было восполнено производством фотографирования, для чего был приглашен специалист, а осмотренные предметы ею не изымались и не идентифицировались на предмет принадлежности к автомобилям участников ДТП. Анализ процессуальных документов, составленных в процессе доп.осмотра, позволяют сделать вывод, что письменное содержание протокола доп.осмотра в части описания местонахождения материальных объектов в снежном откате за металлическим ограждением не соотносится с их отображением в фототаблице, поскольку такие части не просматриваются на фотографиях. Отмечает, что описание осматриваемых объектов как пластиковых частей автомобиля является предположением, так как у сотрудников правоохранительных органов отсутствовали специальные познания в области автотехники, данные части не измерялись, детально не описывались и не изымались. Обращает внимание на представленные стороной защиты документы, из которых следует, что участок дороги, на котором имело место столкновение транспортных средств, подвергалось многократной уборке, что, безусловно, изменяло его обстановку. Отмечает также интенсивность движения на данном участке дороги. Полагает, что следователем нарушены требования ст.170 УПК РФ, а содержание протокола доп.осмотра построен на предположениях, что исключает его из объема достоверных и допустимых доказательств.

Обращает внимание, что в процессе осмотра места происшествия его участники, в частности, Свидетель №4 не выразили каких-либо замечаний по поводу возможного перемещения осыпи осколков с полосы движения автомобиля марки «ФИО2» на полосу движения автомобиля «Скания». Однако, спустя время, ДД.ММ.ГГГГ, Свидетель №4, сообщил на очной ставке с ФИО1, что переместил государственный регистрационный знак со своего автомобиля. К таким сведениям следует относиться критически, поскольку они заявлены по истечении длительного времени и опровергаются иными доказательствами по делу, в том числе представленными стороной защиты.

По мнению апеллянта, свидетельские показания Свидетель №4 о месте столкновения транспортных средств не согласуются с экспертными сведениями установленного угла столкновения транспортных средств, с результатами моделирования развития механизма ДТП, со сведениями протокола осмотра места происшествия и План-схемы о местонахождении зоны осыпи осколков, а также с показаниями потерпевшей, свидетелей и осужденного о местонахождении пятна разлива охлаждающей жидкости. Показания данного свидетеля о том, что при обнаружении опасности он стал уводить транспортное средство вправо, пытался съехать на обочину, опровергаются исследованием специалиста ФИО5, а также показаниями Свидетель №7 и Свидетель №6.

Приводит показания свидетеля Свидетель №5, который показал, что в левом зеркале разово увидел, как едущий позади него автомобиль выехал на встречную полосу, больше за легковым автомобилем он не наблюдал, и после того, как сам разъехался со встречным автомобилем, через небольшой промежуток времени услышал хлопок. Из чего сторона защиты делает вывод, что версия стороны обвинения о том, что Беркутов совершал маневр обгона, опровергается приведенными показаниями. Отражая содержания показаний свидетеля Свидетель №6, указывает, что до момента столкновения транспортных средств данный свидетель увидел, как тягал начал смещаться влево и также до столкновения полуприцеп пересек осевую линию разметки, что означает выезд автомобиля «Скания» на встречную полосу движения. Данный свидетель при этом не сообщал о выезде автомобиля «ФИО2» на встречную полосу.

Ссылается на незаконное оглашение государственным обвинителем показаний с очной ставки, поскольку они оглашены без соответствующего ходатайства при наличии возражений со стороны защиты в отсутствие свидетеля Свидетель №6 в судебном заседании и без его предварительного вызова. Полагает, что в силу изложенного показания свидетеля Свидетель №6, содержащиеся на л.д.186-194 тома 1 должны быть отнесены к числу недопустимых доказательств.

Обращает внимание на недостоверность оглашенных показаний свидетеля Свидетель №7, поскольку данный свидетель сообщил суду о внепроцессуальном общении со следователем.

Не соглашаясь с выводами суда относительно недостоверности показаний потерпевшей и свидетеля Свидетель №8, обращает внимание на то, что данные лица были на месте происшествия непосредственно после ДТП, а их пояснения относительно места розлива охлаждающей жидкости, очитки дорожного полотна от осадков и отношения ФИО5 к произошедшему являются взаимосвязанными, согласующимися с показаниями свидетеля Свидетель №6, а также подтверждаются наличием произведенных Потерпевший №1 и ФИО5 фотографий места происшествия и иной совокупностью доказательств.

По утверждению стороны защиты, о невиновности ФИО1 в целом свидетельствуют: содержание Акта исследования и Рецензии, протокол осмотра места происшествия с прилагаемой План-схемой (в части фиксации обстановки МП, влияющей на определение механизма ДТП), судебные показания специалиста ФИО5, свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, потерпевшей Потерпевший №1, а также показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3 и самого ФИО3 И.Е.

Полагает, что судом необоснованно в вину ФИО1 вменено нарушение скоростного режима, выразившееся в нарушении требований п.10.1 ПДД РФ.

По мнению автора жалоб, судом необоснованно в качестве допустимых и достоверных доказательств признаны показания свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, не разрешив при этом имеющиеся разногласия между этими показаниями относительно обозревания ими местонахождения наибольшего скопления осколков автомобилей на месте происшествия. В этой связи, сторона защиты полагает достоверными показания данных свидетелей на предварительном следствии, как соотносящиеся с иными доказательствами по делу. Отмечает, что показания данных лиц в части воспроизводства пояснений очевидцев происшествия следует отнести к недопустимым, поскольку они не обладают признаками процессуальной нейтральности в силу занимаемой должности, а сообщенные ими сведения могут являться предвзятыми.

Не соглашается с решением суда по вопросу о назначении в рамках дела повторной комиссионной автотехнической экспертизы, поскольку отказ в удовлетворении такого ходатайства стороны защиты является незаконным.

На основании изложенного, просит приговор суда первой инстанции отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 ставит вопрос об отмене постановленного в отношении ФИО1 приговора и вынесения оправдательного приговора, поскольку виновность ФИО5 в совершении вмененного преступления в ходе судебного следствия своего подтверждения не нашла, что подтверждается показаниями свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №7, которые согласуются с показаниями ФИО1, а также определенным экспертом углом столкновения транспортных средств при условиях движения автомобиля «Скания», сообщенных, в том числе, свидетелем Свидетель №4, наряду с иными значимыми обстоятельствами, указывающими на то, что столкновение транспортных средств произошло на правой полосе движения.

Иных жалоб и возражений не поступало.

Стороны по делу извещены о месте, дате и времени судебного заседания суда апелляционной инстанции с соблюдением требований ч.2 ст.389.11 УПК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции:

осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат ФИО38 доводы принесенных по делу апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, просили приговор суда первой инстанции отменить, ФИО1 – оправдать,

прокурор Госенов Т.М. возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, просил приговор суда первой инстанции оставить без изменения, полагая его законным, обоснованным и мотивированным.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обжалуемый приговор в полной мере отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к приговору ст.ст.297-299, 302-309 УПК РФ. Вопреки доводам апелляционных жалоб, в соответствии с требованиям ст.307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора изложены описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа, формы его вины и мотивов, характера вреда, причиненного преступлением.

Обвинительное заключение по данному делу составлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо существенных противоречий, не позволяющих суду рассмотреть дело по существу, не установлено. Установленных ст.237 УПК РФ оснований для возвращения дела прокурору, из материалов настоящего дела также не усматривается.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью исследованных надлежащим образом в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, которым суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал оценку как каждому в отдельности, так и в совокупности с точки зрения относимости, достоверности и допустимости.

Дело судом рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст.15 УПК РФ. Судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты исследованы, им дана надлежащая правовая оценка. Заявленные сторонами ходатайства, в том числе и о назначении повторной экспертизы в рамках уголовного дела, разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы. Вследствие чего, доводы стороны защиты о наличии по данному делу обвинительного уклона признаются несостоятельными.

Приговор вынесен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, нарушений требований ст.252 УПК РФ при описании преступного деяния судом не допущено.

Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу последнего, судом апелляционной инстанции по делу не установлено.

Предварительное расследование в рамках данного уголовного дела проведено полно, всесторонне и эффективно в строгом соблюдении уголовно-процессуального закона. В материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции не добыто данных о том, что сотрудники правоохранительных органов искусственно создавали доказательства обвинения, либо их фальсифицировали, наоборот, их действия осуществлялись в соответствии с требованиями закона и были направлены на исполнение своих служебных обязанностей. Выносимые в ходе предварительного расследования процессуальные документы составлены в строгом соответствии с УПК РФ, оснований сомневаться их правильности и законности не имеется.

Вина осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается совокупностью исследованных судом надлежащих образом доказательств:

- показаниями свидетеля Свидетель №6, данными им в судебном заседании, а также оглашенными судом в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, согласно которым в день происшедших событий он был в рейсе на грузовом автомобиле марки «Мерседес», на обратном пути из <адрес> в <адрес> он стал свидетелем дорожно-транспортного происшествия. С ним в машине ехал экспедитор Свидетель №7 Все время Свидетель №7 сидел рядом на пассажирском сиденье. Его машину обогнала фура «Скания», и он ехал за ней до самого места ДТП. На повороте примерная скорость была 40 км/час, после поворота скорость была выше. После этого поворота проехали метров 500, и произошло ДТП. Он увидел фары за автомашиной марки «Скания», водитель «ФИО2» выехал на полосу встречного движения. Дорога была скользкая, был снег. Водитель «Скании» стал резко выворачивать, чтобы уйти от удара, но не успел. Произошел удар. После удара «Сканию» потащило, и она задела фурой автомобиль «ФИО2». И далее машины утащило на левую часть обочины. «ФИО2» была на обочине, на левой стороне. Изначально вышел водитель «Скании», они вытащили водителя «ФИО2», супруга водителя данного автомобиля признаков жизни не подавала. По приезду сотрудников ДПС с него взяли объяснения, и отпустили. Перед «ФИО2» ехала фура «Ман». Когда «Скания» их обгоняла, ее скорость была около 90 км/час. Маневр обгона по времени длился секунд 20. После обгона они ехали за ней на расстоянии около 50 метров, а у поворота около 30 метров. Перед поворотом водитель «Скании» снижал скорость, загорались стоп-сигналы. Они тоже снижали скорость перед поворотом, скорость была около 40 км/час. После поворота «Скания» начала ускоряться, дистанция между ними стала около 50 метров. Они ускорились до 60 км/час. После поворота дистанция между автомобилями оставалась неизменной. Дорога, где произошло ДТП, имела изгиб в левую сторону, с правой стороны были отбойники, с левой стороны – не помнит. Поворот был почти 90 градусов. Автомобиль «Скания» двигался по своей полосе. Он понял, что произошло ДТП, когда загорелись стоп-сигналы. Задние колеса «Скании» заблокировались и пошли на юз, передняя часть полуприцепа «Скания» стала перемещаться влево, в этот момент он увидел одну фару «ФИО2», поскольку там был небольшой поворот. Все произошло очень быстро, когда автомобиль (Скания) начал смещаться, тогда произошел хлопок. С левой стороны он видел и голову и всю заднюю часть «Скании», а с правой стороны ему было видно «ФИО2». Он увидел фару на своей полосе, с правой стороны, предполагает, что фару «ФИО2», так как других машин не было. Прицеп «Скании» в этот момент уже пересек разметку. Как он понял, что водитель ФИО2 хотел уйти с дороги, чтобы удара не было, но помешал железный отбойник. Фура ударила «ФИО2» правой стороной тягача, затем полуприцепом и утащила ее на другую обочину, на левую сторону по ходу движения. Когда они остановились, тягач «Скании» был в сугробе параллельно дороге, фургон стоял на встречной полосе, поперек дороги. «ФИО2» стояла впереди, на левой обочине. Перёд машины был направлен в сторону <адрес>. Авария произошла на полосе движения автомобиля «Скания». У ФИО2 были повреждены капот, бампер, радиатор кипел, лобовое стекло лопнуло. Передняя часть была сильно разбита. У «Скании» была повреждена правая часть кабины, вылетел бачек стеклоомывателя, на фургоне он повреждений не видел. Где была осыпь осколков, не помнит, по все дороге было все разбросано. Пятно разлива жидкости было на левой полосе по ходу его движения. После первого хлопка «Скания» начала складываться, второй удар он не видел, только предположил. До момента столкновения он видел только фары. Перед «Сканией» ехал автомобиль Ман навстречу ему, проехал перед моментом аварии. Перед автомобилем «Ман» других автомобилей не видел. Как он понял, водитель автомобиля «ФИО2» хотел обогнать автомобиль «Ман». Как ему показалось, большегрузы стали прижиматься к своим обочинам, наверное, для того, чтобы легковой автомобиль как-то смог проехать между ними. Дорожную технику после ДТП не видел. Движение транспорта после ДТП не останавливалось. Ограждалось ли место ДТП, не видел. Когда он выходил из автомобиля после остановки, Свидетель №7 находился в кабине, но чем тот занимался, он не знает.

После оглашения следственных показаний свидетель Свидетель №6 дополнительно пояснил, что непосредственно перед моментом ДТП Свидетель №7 спал в спальной кабине, но может ошибаться по данному поводу;

- показаниями свидетеля Свидетель №5, допрошенного непосредственно в заседании суда первой инстанции, который показал, что он ехал на автомобиле «Ман 18460», (тягач с полуприцепом) из <адрес> в сторону <адрес>. Из <адрес> выехал в 14-15 часов, дорога была скользкая, шел снег, поэтому снизил скорость. Движение транспорта было неплотное. При подъезде к повороту, ему навстречу двигался автомобиль с полуприцепом «Скания», увидел его метров за 500. За «Сканией» шел грузовой автомобиль примерно на расстоянии 100 метров. За 50-100 метров в боковое левое зеркало заднего вида он увидел, что на обгон идет легковой автомобиль. Увидел две фары и силуэт легкового автомобиля. У «Скании» был включен ближний свет, противотуманные фары не горели. Там был изгиб дороги вправо, обзора нет. Он стал прижиматься вправо к обочине, на легковой автомобиль больше не смотрел. «Скания» тоже прижималась к обочине, там был снежный бордюр и расстояние между автомобилем и бордюром менялось. Там был отбойник, доехала ли «Скания» до отбойника, не знает. Они сравнялись со «Сканией», и он услышал хлопок. Б-вым зрением он видел прицеп, но не до конца. Хлопок обычно слышно с задержкой. Где в этот момент находился легковой автомобиль, не знает. Когда его увидел, он был в задней части прицепа. Автомобиль «Скания» на полосу встречного движения не выезжал. Он остановился и пошел на место аварии, увидел, что «Скания» перегородила его полосу, за ней стояла легковая машина. Затем приехали сотрудники ГАИ, скорая помощь. Из <адрес> выехал пустой, ехал со скоростью 60-65 км/час. Какая была скорость у «Скании», не знает, но не сильная, наверное, не меньше 60 км/час. Сам момент столкновения он не видел, слышал только хлопок. Когда вышел, столкнувшиеся автомобили видел, подходил. Осколки были везде на проезжей части, но на какой стороне проезжей части, не обратил внимания. Под «Сканией» был разлив какой-то жидкости, но что именно, не знает. Сотрудники ГИБДД приезжали на служебном автомобиле двое или трое, но что конкретно они делали, он не видел;

- показаниями свидетеля Свидетель №7, полученными в судебном заседании, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ около 16-17 часов они вместе с водителем Свидетель №6 возвращались из <адрес> в <адрес> на грузовом автомобиле Мерседес. Он сидел на пассажирском сиденье, рядом с водителем. Перед их автомобилем ехал грузовой автомобиль Скания. В районе поворота на <адрес> автомашина Скания стала резко уходить влево ближе к сугробам, потому что на встречную полосу вылетела ФИО2, которую он (Свидетель №7) увидел. Горели ли у нее фары, не помнит. Сам удар не видел. После этого машина Скания остановилась. Когда они остановились, Скания находилась на левой стороне дороги, в сугробе. ФИО2 находилась с правой стороны по ходу своего движения. С правой стороны по ходу их движения был отбойник. Врезалось ли какое-либо из транспортных средств в этот отбойник, не помнит. Он видел сначала заднюю часть Скании, потом тягач. То, что Скания начала тормозить, понял по стоп-сигналам. Сначала загорелись стоп-сигналы, потом Скания стала уходить влево. Направление дороги не помнит. Он вышел из машины, посмотрел. Подходил к задней части полуприцепа Скания. Сзади Скании были осколки фар. Что где было еще, не всматривался. По его мнению, осколки везде находились, но точно не помнит. Возможно, автомашина ФИО2 выехала на встречную полосу после столкновения, точно не помнит. ФИО2 была в той же стороне, что и Скания. По дороге был небольшой изгиб. Они перед ДТП ехали со скоростью около 60 км/час. Были ли на встречном направлении, кроме ФИО2, еще автомобили, обгоняла ли ФИО2 какой-то автомобиль, не помнит;

В связи с наличием существенных противоречий по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля Свидетель №7 на предварительном следствии, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов он по работе находился в г.Н.Новгород вместе с водителем Свидетель №6 Загрузив продукцию в служебный автомобиль Мерседес Бенц, они выдвинулись обратно в <адрес>. Видеорегистратора в их автомобиле нет. В кабине Свидетель №6 сидел на водительском кресле, а он рядом на пассажирском кресле. Выехав из г.Н.Новгорода, он задремал. Проснулся он на территории <адрес>. Около 16 часов 20 минут, может чуть раньше, он с Свидетель №6 на вышеуказанном автомобиле проехали АЗС у д.Яковлево г.о.<адрес>. На улице смеркалось, но видимость была хорошая. Дорога была заснеженная, посыпана противогололедной смесью, под снегом в колеях был лед. Ехали они по своей полосе движения со скоростью не более 70 км/час. С какой именно скоростью они ехали, он не знает, так как на спидометр не смотрел. В попутном им направлении, впереди них ехал автомобиль Скания с прицепом. Между их автомобилями была необходимая дистанция. Приблизительно в метрах 150 от них он увидел, что во встречном для них направлении, по своей полосе движения едет грузовой автомобиль МАН, государственный регистрационный знак он не разглядел, да и не запомнил бы. Затем он увидел, что из-за автомобиля МАН на встречную полосу движения, то есть на их полосу движения выезжает легковой автомобиль (как позже выяснилось марка данного автомобиля ФИО3). Что это был легковой автомобиль, это было понятно по фарам. Расстояние от легкового автомобиля до тягача автомобиля Скания было небольшое. В этот момент грузовой автомобиль МАН и грузовой автомобиль Скания, каждый идущий по своей полосе движения, разъезжаются, и почти сразу же после этого происходит столкновение автомобиля ФИО3 и автомобиля Скания. Столкновение автомобилей произошло на полосе движения автомобиля Скания. Передняя часть автомобиля ФИО3 врезалась в переднюю правую часть автомобиля Скания. В результате столкновения автомобиль Скания стало складывать, развернуло на дороге. Автомобиль ФИО3 автомобиль Скания протащил еще несколько метров вперед. Оба автомобиля после столкновения оказались в снежном откате на противоположной стороне движения, то есть на полосе движения автомобиля ФИО3, хотя столкновение и произошло на полосе движения автомобиля Скания, то есть на правой полосе движения по направлению движения г.Н.Новгород – <адрес>. После случившегося ДТП Свидетель №6 остановил их автомобиль на правой обочине, потом вышел из машины. Он вышел чуть позже. Выйдя из машины, он увидел, что водитель автомобиля МАН тоже остановился. Об аварии они не разговаривали, все и так было понятно. В этот же вечер с него и Свидетель №6 взяли объяснения. В объяснении он рассказал, что авария произошла по вине водителя ФИО3, который пошел на обгон, и столкновение произошло на полосе движения автомобиля Скания. До приезда сотрудников полиции на дороге работала дорожная техника.

После оглашения следственных показаний свидетель Свидетель №7 заверил в их достоверности, и дополнил, что первый раз его допрашивали в автомобиле сотрудников полиции, где находился следователь и еще один сотрудник полиции. Перед ним следователь допрашивал водителя Свидетель №6. Что при допросе говорил Свидетель №6, не слышал, так как разговаривал по телефону на улице около часа. О том, какие пояснения давал Свидетель №6, полагает, что следователь ему говорила, но их не помнит. После допроса со следователем не общался, следователь звонила ему, говорила о необходимости его явки в судебное заседание. О его показаниях разговора не было;

- показаниями сотрудников ДПС Свидетель №2 и Свидетель №3

В своих показаниях свидетель Свидетель №2 показал, что примерно в пятом часу вечера им из дежурной части сообщили о случившемся ДТП в районе д.Яковлево. На место приехали минут через 10, увидели на дороге несколько машин, в том числе, фуры. Одна фура стояла по направлению к <адрес>, сам тягач был в левой обочине, полуприцеп на проезжей части, на встречной полосе по направлению к <адрес>. Впереди этой фуры стояла автомашина ФИО2 с разбитой передней частью, она была на обочине, на снежном отвале. На правой обочине находились 2 большегрузные автомашины. Дорога в данном месте была в состоянии «снежной каши», посыпана противогололедной смесью. В автомобиле ФИО35 на пассажирском сиденье находился пассажир пристегнутый ремнем, завалившийся ближе к рулю, без признаков жизни. Позже подъехала скорая помощь, и ее сотрудник пояснил, что пассажир погиб. Рядом с автомобилем ходил водитель ФИО2, он находился в шоке, ко всему относился спокойно. Водители фур говорили, что ФИО2 выехала на встречную полосу движения для обгона и совершила столкновение с большегрузом. Они дождались следственно-оперативную группу, которые опрашивали свидетелей. Они провели только осмотр транспортных средств и провели освидетельствование водителей на состояние алкогольного опьянения, составили справку о ДТП и акты освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Оба водителя были трезвые. Было темно. В этот день шел снег, шел ли снег в момент ДТП, не знает. ДТП произошло возле д.Яковлево, на 284 км трассы Шопша-Иваново-Нижний Новгород. Там есть заправка, если ехать со стороны <адрес>, ДТП произошло в 150 метрах от заправки. Дорога в этом месте имеет плавный изгиб. С одной стороны стоит металлический отбойник. Движение транспорта было, пробок не было. Левая полоса по направлению <адрес> – <адрес> была перекрыта, поскольку на ней был хвост от фуры. В этом месте работала дорожная техника с песко-соляной смесью. Место ДТП огородили конусами сразу, как только приехали. МЧС или скорая помощь приехали вместе с ними. Там был отбойник, на нем были следы соприкосновения, предположительно фуры, так как на ней такие следы тоже имеются. Водитель фуры пояснил, что когда ФИО2 выехала на встречную полосу, он пытался уйти вправо, но ему не дал уйти отбойник. Отбойник находился с противоположной стороны от машин. Осколки пластика от столкновения лежали на обеих полосах. Следов жидкости на дороге не видел, может только предположить, что они там были. Следственно-оперативная группа приехала в течение 20-30 минут. Приехали начальник отдела полиции ФИО12, начальник следствия Свидетель №9, следователь, кто именно, не помнит. Они с напарником принимали участие в осмотре места происшествия, помогали производить замеры рулеткой. Замеры фиксировали следователи, он только держал рулетку. Понятые присутствовали. Действий по нарушению следов происшествия никто не предпринимал. Пока следственная группа была на месте, дорожная техника точно проходила. Он разговаривал с водителем фуры, которая участвовала в ДТП, и с водителями автомобилей, которые были свидетелями аварии. Один из них пояснил, что ехал за фурой, с которой произошло столкновение, он увидел удар, и фура резко пошла влево. Другой водитель пояснил, что двигался впереди ФИО2, и в какой-то момент водитель ФИО2 стал выполнять маневр обгона. На месте были два автомобиля – участники ДТП и два больших грузовика. Один стоял в сторону <адрес> на правой обочине, второй стоял в сторону <адрес> на правой обочине, их было видно с места ДТП. Передняя часть Скании была вся разбита. Какие были конкретно на Скании световые приборы, не помнит. По регламенту, если установлены дополнительные световые приборы, то возбуждается дело об административном правонарушении, либо выноситься постановление, либо составляется протокол. Разметку не было видно, на дороге была «снежная каша» вперемешку с противогололедной смесью, на обеих полосах. С места ДТП они уехали в 3 часа ночи;

В связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, по ходатайству защитника в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ судом были оглашены показания свидетеля Свидетель №2 от ДД.ММ.ГГГГ в части, данные им при производстве предварительного расследования, из которых следует, что на проезжей части, на полосе движения автомобиля ФИО3 было наибольшее скопление осколков, пластика, стекла автомобиля.

После оглашения указанных показаний, свидетель Свидетель №2 их подтвердил;

Из показаний свидетеля Свидетель №3 следует, что по приезду к месту ДТП они с Свидетель №2 увидели, что слева на обочине стояла фура и легковая машина по направлению в сторону <адрес>. Чудь дальше справа по ходу движения стояла фура грузовая. Он вышел, подошел к легковой машине, там ходил водитель, он попросил у него документы. Далее он стал осматривать легковую машину ФИО3, там справа на переднем сиденье сидела женщина и была пристегнута ремнем безопасности. На месте уже была скорая помощь, пожарные. Доктор скорой помощи сообщил, что женщина скончалась. Они вызвали следственно-оперативную группу. Водителя машина ФИО3 он освидетельствовал на состояние алкогольного опьянения, состояние алкогольного опьянения не было установлено. Далее они регулировали движение автотранспорта, следственно-оперативная группа собирала необходимые материалы. В тот день шел снег. Когда они приехали, дорожники уже прочищали это направление и обрабатывали дорогу песчано-соляной смесью. Когда они приехали, вся дорога была уже обработана. На дороге везде была «каша». ДТП произошло в районе д.Яковлево, если ехать со стороны <адрес> в сторону <адрес>, не доезжая АЗС метров 500-700. По ходу движения <адрес> – <адрес> справа стояла фура, слева на обочине стояла фура, 2 машины были в кювете, легковая и грузовая слева по направлению <адрес> – <адрес>. На обеих машинах были многочисленные повреждения. Когда они приехали, то сразу место ДТП огородили конусами. Он освидетельствовал водителя ФИО1, и разговаривал только с ним. Тот был в шоке, разговаривал с женой. Следственно-оперативная группа подъехала минут через 20-25. Сотрудники СОГ с понятыми производили замеры, составляли протокол осмотра. Он понял, что столкновение произошло на полосе движения грузовой машины, то есть автомобиль Шкода выехал на встречную полосу. Это он понял, судя по повреждениям, поскольку у автомобиля ФИО3 была повреждена лобовая часть. Возможно из-за погодных условий, водитель не убедился в безопасности своего маневра и пошел на обгон. У тягача была повреждена передняя часть и немного правая подножка. Осколки были по всей проезжей части и в кювете, где стояли машины - участники ДТП. Конусами огородили и пострадавшие автомобили, и осколки. Они приехали через 15 минут, там ездили другие машины, возможно, растащили какие-то осколки. Скопления осколков не было. В измерении расстояний участвовал напарник, сам он сидел в патрульном автомобиле. На месте ДТП они находились до 2 часов ночи. На данном участке дороги проходила дорожная техника. Административных материалов на водителей в связи с нарушение ПДД он не оформлял. Оформлял ли административный материал на Свидетель №5, не помнит. Освидетельствовали обоих водителей – участников ДТП. Было ли видно разметку, не помнит;

В связи с наличием существенных противоречий в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ судом были оглашены показания свидетеля Свидетель №3 от ДД.ММ.ГГГГ в части, из которых следует, что на проезжей части на полосе движения автомобиля ФИО3 было наибольшее скопление осколков, пластика, стекла автомобиля.

После оглашения данных показаний свидетель Свидетель №3 их подтвердил. Дополнил, что составлял административный материал на водителя Свидетель №4 по ст.12.5 КоАП РФ за установленные дополнительные осветительные приборы сзади, где расположен государственный номер. Водитель эти приборы при них не включал, но объяснил, что установил их для того, чтобы освещалось пространство сзади, когда он заезжает на разгрузку при включении задней передачи. Горели ли эти огни при движении, не знает. Кроме ФИО5 он еще разговаривал с водителем машины Скания Свидетель №4, который ему сказал, что автомашина ФИО3 выехала на встречную полосу, Свидетель №4 попытался уйти правее, но там был отбойник;

оглашенными в порядке п.5 ч.2 ст.281 УПК РФ показаниями свидетеля Свидетель №4, согласно которым он работает водителем в ООО «Камышинский текстиль». Его водительский стаж составляет 29 лет. Непосредственно в ООО «Камышинский текстиль» он работает водителем с 2016 года. Работает он на технически исправном автомобиле «Скания R 400 LA 4X 2HNA», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с прицепом «SCHMITZ SKO24L», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, перевозит свою текстильную продукцию на отбелевку в <адрес>, так как своей отбелевки у них в <адрес> нет. В автомобиле имеется самый простой видеорегистратор. Карта памяти в видеорегистраторе небольшая всего на 2 гб. Когда он в пути, то видеорегистратор у него включен. ДД.ММ.ГГГГ он выехал из <адрес> в <адрес>. Его автомобиль был гружен текстильной продукцией. По пути следования он останавливался 2 раза в п.г.т. <адрес> и на обводной дороге г.Н.Новгорода, напротив автостоянки «Окская гавань». ДД.ММ.ГГГГ около 16 часов 17 минут этих же суток он проезжал 284 км автодороги <адрес>-г.Н.Новгород в районе д. Яковлево г.о.<адрес>. На улице смеркалось, но было ясно. Видимость была хорошая. Дорожное покрытие было скользкое, хотя и посыпано противоскользящей смесью. Двигался он по своей полосе движения со скоростью около 60 км/час с включенным ближним светом фар. Скорость движения он знает, так как смотрел на спидометр. За ним, в попутном направлении, на определенной дистанции ехал автомобиль Mercedes-Benz. После того как он проехал около 600 метров от АЗС д.Яковлево последовал затяжной поворот. Данный участок дороги он хорошо знает, так как его маршрут в <адрес> проходит здесь. Метров за 300 от себя он увидел, что во встречном ему направлении, по своей полосе движения двигается автомобиль MAN. Водитель автомобиля MAN ехал со скоростью не более 55-60 км/час. Скорость движения он определил по опыту своей работы. Когда между его автомобилем и автомобилем MAN было не более 70 метров, то он увидел, что из-за автомобиля MAN на встречную полосу движения выехал легковой автомобиль, то есть водитель легкового автомобиля пошел на обгон большегруза. Скорость легкового автомобиля он точно сказать не может, но больше 80 км/час. Чуть позже он увидел, что это легковой автомобиль марки ФИО3. Чтобы избежать прямого столкновения лоб в лоб, так как автомобиль ФИО3 двигался уже по его полосе движения, он стал притормаживать и уходить ближе к отбойнику, расположенному с его стороны движения. В лобовое стекло он увидел, что водитель автомобиля MAN делает тоже самое. Он пытался избежать столкновения автомобилей, но отбойник с его стороны не дал ему съехать в кювет. Отбойником он оторвал дюралюминиевую подножку и крыло с правой стороны своего автомобиля Скания. Но из-за того, что расстояние было очень мало, или водитель автомобиля ФИО3 просто растерялся и неправильно сориентировался, избежать столкновения не удалось. Столкновение автомобилей произошло на его полосе движения лоб в лоб. От столкновения автомобилей была повреждена центральная коса питания его автомобиля, в связи с чем его автомобиль стал неуправляем. От отбойника его автомобиль начало складывать и выкинуло на полосу встречного движения. Автомобиль «ФИО3» он протащил несколько метров, пока не произошла остановка его автомобиля Скания в снежном откате. Передняя часть тягача была в снежном откате, а тягач на полосе встречного для него движения. Автомобиль ФИО3 находился на своей полосе движения, то есть по пути движения <адрес>-г.Н.Новгород, находился в метре от его автомобиля, его передняя часть была направлена в сторону г.Н.Новгорода. В связи с тем, что удар был очень сильный, лоб в лоб по инерции часть пластика, государственные регистрационные номера, осыпь их автомобилей выкинуло на полосу встречного движения, то есть на полосу движения автомобиля ФИО3. Множественные осколки пластика (декорации) и другие части автомобилей разбросало по проезжей части и за отбойник с его стороны движения, то есть в направлении г.Н.Новгород-<адрес>. По дороге разлился антифриз с его автомобиля. После того как автомобили остановились он сразу же, через пассажирскую дверь своего автомобиля выбрался на улицу и подбежал к легковому автомобилю. Он боялся возгорания автомобилей. Подбежал он к автомобилю ФИО3 со стороны водителя. Стекла в водительской дверце не было, в автомобиле сработали подушки безопасности. Он спросил у водителя живой ли он, и нужна ли помощь. Водитель автомобиля ФИО3 был жив. Был ли пассажир в автомобиле ФИО3, он не знает, он его не видел. После этого, он побежал к остановившемуся автомобилю «Mercedes-Benz», который двигался в попутном с ним направлении, то есть за ним. Он попросил водителя вызвать специализированные службы. Водитель ему ответил, что он уже звонит. Он позвонил своему механику и сказал о случившемся дорожно-транспортном происшествии. После звонка он направился к автомобилю MAN, водитель которого остановился и шел ему навстречу. Он попросил всех водителей, очевидцев дорожно-транспортного происшествия не разъезжаться и дождаться сотрудников ГИБДД. Водитель автомобиля MAN сказал, что услышал сильный удар и сразу остановился. Карета скорой помощи приехала очень быстро, вслед за ней прибыл наряд сотрудников ГИБДД. Фельдшер скорой помощи осмотрела водителя автомобиля ФИО3, он от госпитализации он отказался. Ему медицинская помощь была не нужна. Телесных повреждений в результате ДТП, он не получил. В это же время он узнал, что в машине с мужчиной была его супруга. Женщину он не видел. Фельдшер констатировал биологическую смерть женщины. По приезду сотрудников ГИБДД они освидетельствовали его на состояние алкогольного опьянения. На момент ДТП он был абсолютно трезв. С сотрудниками ГИБДД и подъехавшей следственно-оперативной группой они осмотрели место ДПТ, произвели замеры. В ходе осмотра места происшествия из его автомобиля Скания был изъят видеорегистратор. В случившемся дорожно-транспортном происшествия его вины нет. Он считает, что водитель автомобиля ФИО3 просто не убедился в безопасности совершения маневра. В ходе следствия он предоставил чек с тахографа от ДД.ММ.ГГГГ. Это день, когда именно произошло дорожно-транспортное происшествие на 284 км автодороги <адрес>-г.Н.Новгород. Его пройденный километраж в тот день составил 413 километров, хотя допустимый километраж составляет 700 километров, то есть он двигался, соблюдая все остановки, согласно времени и был не уставшим. На представленном чеке с тахографа знаком «молоточек» обозначен заведённый двигатель автомобиля без движения, знаком «колесико-0» обозначается движение автомобиля, знаком «стульчик- h» обозначается отдых водителя, то есть полная стоянка автомобиля. Хочет сразу отметить, что распечатка чека с тахографа взята с другого автомобиля Вольво. Государственный регистрационный знак <данные изъяты>, так как автомобиль Скания находится в поврежденном аварийном состоянии и распечатать с него чек было невозможно. С автомобиля Скания был снят тахограф для изъятия личной карты водителя. Проверка тахографа осуществляется каждые 3 года. Карта водителя также выдается на 3 года. Последняя проверка тахографа была ДД.ММ.ГГГГ. Тахограф в исправном состоянии. ДД.ММ.ГГГГ с его участием была проведена очная ставка с водителем автомобиля ФИО3, который, не оценив дорожную ситуацию, при совершении маневра обгона совершил столкновение с его автомобилем. Столкновение автомобиля ФИО3 и его автомобиля произошло на его полосе движения по пути направления г.Н.Новгород-<адрес>. Дорожно-транспортное происшествие произошло в нескольких сотнях метров от автозаправки, распложённой у д.Яковлево г.о.<адрес>. В ходе проведения очной ставки он дал правдивые показания;

свидетель Свидетель №4 в ходе проведения очной ставки с ФИО1 подтвердил свои показания, данные ранее в ходе допроса, и пояснил, что около 16 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ на 284 км автодороги <адрес>-г.Н.Новгород произошло дорожно-транспортное происшествие с участием его автомобиля и автомобиля ФИО3. Двигался он по своей полосе движения по пути направления г. Н.Новгород - <адрес>, в направлении последнего со скоростью не более 50-60 км/час. Дорога была немного скользкая, но ехать было нормально. Видимость была хорошая. Проехав АЗС у д. Яковлево г.о.<адрес> на затяжном повороте, метров за 100 или чуть меньше он увидел, что во встречном ему направлении двигается автомобиль МАН, из-за автомобиля МАН на встречную полосу движения для обгона выехал какой-то легковой автомобиль, марку он узнал позже. Так как расстояние было очень небольшим между их автомобилями, то столкновение его автомобиля и автомобиля, выехавшего на встречную полосу движения, избежать не удалось. Столкновение произошло «лоб в лоб» на его полосе движения.

Суд апелляционной инстанции не усматривает противоречий в показаниях свидетелей по обстоятельствам дела, которые бы не были устранены судом первой инстанции и ставили данные показания под сомнение, а также могли повлиять на выводы и решения суда о виновности, в связи с чем доводы жалоб в данной части признаются несостоятельными.

Показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №6, Свидетель №7 и Свидетель №5, а также сотрудников ГИБДД, выехавших на место дорожно-транспортного происшествия, обоснованно взяты судом в основу при принятии обжалуемого приговора, поскольку указанные лица являлись непосредственными очевидцами произошедшего, свои показания по факту ДТП дали на месте такого происшествия спустя непродолжительный промежуток времени, их показания недостоверными в установленном порядке не признавались. Именно показаниями данных лиц и подтверждается факт того, что выезд на встречную полосу движения был произведен автомобилем под управлением ФИО1, а Свидетель №4, управлявший автопоездом марки «Скания», непосредственно перед столкновением предпринял попытку избежать столкновения путем съезда на обочину.

В этой части судом первой инстанции показания свидетелей Потерпевший №1 и Свидетель №8, направленные на оспаривание вины ФИО1 в совершении вмененного преступления, аргументировано признаны основанными на предположениях, поскольку данные лица непосредственными очевидцами дорожно-транспортного происшествия не являлись, приехали на место столкновения спустя время, вследствие чего не могли в полном объеме воспроизвести истинную картину движения транспортных средств, совершения водителями маневров на дорожном покрытии, момента столкновения и поведения участников ДТП после такого столкновения.

При этом необходимо учитывать, что показаниями данных лиц выводы о виновности именно ФИО1 в совершении преступления не опровергаются, поскольку такие выводы судом сделаны на основании иных доказательств, собранных органом предварительного следствия в установленном уголовно-процессуальном законом порядке.

Непосредственно по обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия свидетели - очевидцы заверили, что видели фары машины легкового типа марки «ФИО2», а также маневр автопоезда марки «Скания», который стал прижиматься по движению своей полосы вправо. Оснований утверждать, что свидетели говорят о фарах машины, не принадлежащих автомобилю марки «ФИО2», не имеется, поскольку на участке дороги в момент движения находились транспортные средства «Скания», «Мерседес» (в сторону <адрес>) и автомобили марки «Ман», «ФИО2» (в сторону <адрес>). В своих показаниях свидетели не упоминали об ином автомобиле легкового типа, следовавшего по дороге.

Достоверными показаниями свидетелей установлен факт того, что маневр обгона совершал именно водитель, управлявший автомобилем марки «ФИО2» - ФИО1 – а также тот факт, что водитель Свидетель №4 стал вынужденно прижиматься к правой стороне дороги по своему движению именно по причине совершения указанного маневра ФИО1

Позиция осужденного и стороны защиты об обратном, в том числе и о виновнике ДТП Свидетель №4, тщательным образом проверялась судом первой инстанции и обоснованно отвергнута как противоречащая совокупности доказательств. Данная позиция, как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции признается как избранный способ защиты, направленный на избежание предусмотренной законом ответственности.

В частности, утверждение стороны защиты о том, что ДТП произошло не по вине ФИО1, поскольку осколки от столкновения транспортных средств располагались на полосе движения автомобиля марки «ФИО2», сделано без учета всей совокупности доказательств по делу, поскольку из показаний допрошенных свидетелей и письменных доказательств достоверно установлен механизм столкновения ТС, согласно которому первичное соприкосновение транспортных средств произошло на полосе движения дороги в сторону <адрес>, после чего имело место повторное взаимодействие транспортных средств, в результате чего оба а/м оказались на полосе движения в сторону <адрес>.

При этом суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания показаний Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №7 недопустимыми доказательствами по доводам жалоб стороны защиты, поскольку показания получены в соответствии с требованиями УПК РФ.

Довод стороны защиты об отсутствии оценки действий Свидетель №4 входит в противоречие с положениями ст.252 УПК РФ.

Протокол очной ставки на л.д.186-194 от ДД.ММ.ГГГГ вопреки доводу стороны защиты был оглашен государственным обвинителем в соответствии с ч. 2 ст. 274 УПК РФ при представлении доказательств стороной обвинения в соответствии с определенным судом порядком исследования доказательств.

Несмотря на занятую стороной защиты позицию, суд первой инстанции при наличии к тому оснований обоснованно огласил показания на стадии предварительного следствия и в ходе проведения очной ставки неявившегося в суд свидетеля Свидетель №4, с учетом предпринятых исчерпывающих мер по установлению его местонахождения, что не может являться основанием для того, чтобы подвергать сомнению их достоверность и допустимость.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО1 не был лишен возможности на оспаривание показаний свидетеля Свидетель №4 непосредственно в ходе очной ставки, задавать ему соответствующие вопросы.

Вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, также подтверждена и совокупности письменных доказательств: протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с план-схемой и фототаблицей; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ; протоколами выемки и осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ; заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что протокол дополнительного осмотра места происшествия соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, процедура проведения дополнительного осмотра является легитимной, проведена с участием эксперта, оснований для признания данного доказательства недопустимым, в том числе и по доводам апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Помимо показаний свидетелей, место столкновения транспортных средств и образование повреждений удостоверены заключением экспертов.

Так, согласно заключению экспертов ФБУ Приволжский РЦСЭ Минюста России № от ДД.ММ.ГГГГ возможность у водителя автомобиля ФИО3 ФИО1 не совершать столкновение с автомобилем «Скания» с п/прицепом «SCHMITZ» зависела не от технических характеристик (возможностей) управляемого им транспортного средства, а от выполнения данным водителем следующих требований пункта 11.1 Правил дорожного движения РФ. И при выполнении водителем автомобиля «ФИО3» ФИО1 требований пункта 11.1 Правил дорожного движения РФ рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия не произошло бы. То есть в действиях водителя автомобиля «ФИО3» ФИО3 И.Е. имеются несоответствия требованиям пункта 11.1 Правил дорожного движения РФ, находящиеся, с технической точки зрения, в причинной связи с фактом рассматриваемого столкновения. Водитель автомобиля «Скания» с п/прицепом «SCHMITZ» Свидетель №4, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ. В действиях воителя автомобиля «Скания» с п/прицепом «SCHMITZ» Свидетель №4 несоответствий требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, находящихся, с технической точки зрения, в причинной связи с фактом рассматриваемого столкновения, ее имеется. Столкновение автомобиля «Скания», государственный регистрационный знак <данные изъяты> с п/прицепом «SCHMITZ» и автомобиля «ФИО3», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в момент начала их контакта, произошло передней частью автомобиля «Скания», государственный регистрационный знак <данные изъяты> с передней частью автомобиля «ФИО3», государственный регистрационный знак <данные изъяты> при этом в этот момент угол между продольными осями транспортных средств составлял 170 градусов. Столкновение автомобиля «Скания», государственный регистрационный знак <данные изъяты> с п/прицепом «SCHMITZ» и автомобиля «ФИО3», государственный регистрационный знак <данные изъяты> носило характер перекрестного, встречного, косого, блокирующего, левоэксцентричного переднего для автомобиля «ФИО3», государственный регистрационный знак <данные изъяты> и правоэксцентричного переднего правого для автомобиля «Скания», государственный регистрационный знак <данные изъяты>. После первоначального столкновения рассматриваемых транспортных средств, имело место повторное взаимодействие передней правой угловой части автомобиля «Скания», государственный регистрационный знак <данные изъяты> с п/прицепом «SCHMITZ» с правой боковой задней частью автомобиля «ФИО3», государственный регистрационный знак <данные изъяты>. Установить с технической точки зрения «Какое из транспортных средств в момент столкновения двигалось с большей скоростью?» не представилось возможным, поскольку на представленных на экспертизу транспортных средствах не отобразились достаточные признаки для решения указанного вопроса. Установить с технической точки зрения «На какой полосе движения проезжей части или месте дорожной инфраструктуры произошло ДТП?», «По какой траектории двигались транспортные средства до, во время и после столкновения?», «Как располагались транспортные средства относительно границ проезжей части во время столкновения?», «Какова последовательность образования следов на месте происшествия?» и «Каков в целом механизм ДТП?» - не представилось возможным ввиду недостаточной для этого криминалистической информативности вещной и следовой обстановки, зафиксированной в представленных материалах, в частности, поскольку следов торможения, упавших в ходе столкновения частиц грязи, следов вытекших жидкостей, следов оставленных отброшенными объектами в процессе происшествия, а также сведений о ширине, конфигурации и детальном расположении зафиксированной осыпи пластиковых осколков и деталей транспортных средств, протяженности, конфигурации, траектории, положении начала и/или окончания зафиксированных следов скольжения и качания колес, относительно границ проезжей части и конечного положения транспортных средств, протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и план-схема к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ не содержат.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии с данным заключением являются несостоятельными, поскольку каких-либо нарушений, которые влекли бы признание данного доказательства недопустимым суд первой инстанции не установил, в связи с чем обоснованно сослался на него, как на доказательство, при установлении обстоятельств, указанных в ст.73 УПК РФ, так как данное доказательство в полной мере соответствует положениям главы 27 УПК РФ.

Анализируя заключение экспертизы, суд обоснованно указал, что оно соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ и требованиям, которые предъявляются к экспертизам, содержат подробные данные, расчеты, формулы, которые положены в основу их выводов. При этом выводы эксперта непротиворечивы, научно обоснованы, объективно подтверждены доказательствами, которые непосредственно исследовались в судебном заседании. Экспертное заключение основано на полных и объективных данных, каких-либо сомнений в квалификации экспертов и обоснованности выводов, изложенных в заключении у суда не имелось, противоречий выводы эксперта не содержат. Указанное заключение эксперта не вызывают сомнений и у суда апелляционной инстанции, равно как не вызывает сомнений и компетентность экспертов.

Допрос экспертов в судебном заседании проведен в предусмотренном законом порядке.

Учитывая, что положения закона при назначении, проведении и процессуальном оформлении экспертизы соблюдены, заключение экспертов согласуется с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в нем выводам не имеется. Несогласие с выводами экспертного заключения не является основанием для признания его недопустимым и не ставит под сомнение законность и обоснованность обжалуемого приговора.

Вопреки доводам жалоб, в соответствии со ст.58 УПК РФ специалист, как лицо, обладающее специальными познаниями, может быть привлечен для содействия в исследовании материалов дела, постановки вопросов эксперту, либо для разъяснения суду и иным участникам процесса вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию; при этом специалист не вправе проводить какое-либо исследование, относящееся к содержанию иного процессуального самостоятельного действия, в частности, судебной экспертизы, которая назначается в установленном уголовно-процессуальном законе порядке; он не может давать по результатам такого исследования свое заключение и оценку; выводы заключения опровергаются собранными по делу доказательствами.

При таких обстоятельствах, заключение специалиста ФИО5, представленное стороной защиты, содержит собственное исследование и ответы по тем вопросам, которые являются предметом именно судебных экспертиз; что заключение специалиста фактически направлено на оспаривание тех выводов, которые содержаться в проведенном по делу экспертном исследовании и иных доказательствах, признанными судом достоверными, допустимыми и относимыми.

Вопреки позиции стороны защиты, по обстоятельствам изъятия и проверки памяти видеорегистратора судом заслушивались пояснения специалиста ФИО23, которая подробно описала процедуру участия при осмотре видеозаписи со следователем и оказания технической помощи следователю в осмотре видеорегистратора и флеш-накопителя. Каких-либо противоречий в показаниях допрошенного специалиста суд обоснованно не выявил, поскольку ФИО23 на задаваемые в судебном заседании вопросы отвечала четко, ее показания согласуются с показаниями, данными при осмотре видеорегистратора. Каких-либо ходатайств о назначении в рамках уголовного дела экспертизы по установлению причин удаления или прерывания записи с видеорегистратора стороной защиты ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства не заявлялось.

Специалист ФИО23 допущена для участия в производстве осмотра предметов постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ в качестве специалиста в области осмотра компьютерной техники и ее составных с применением специального программного обеспечения. Специалисту разъяснены права и обязанности, о чем у нее отобрана подписка. Какого-либо исследования специалист в силу имеющихся у нее познаний не подготавливала. Кроме того, квалификация специалиста выяснялась судом при установлении личности ФИО23 и каких-либо сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

При установлении истины по делу судом также принимались доказательства, представленные стороной защиты, в том числе и по уборке участка дороги спец.техникой. Данным документы, как отмечено судом первой инстанции, выводов суда о совершении преступления именно ФИО1 не опровергают. С данной оценкой представленных документов стороной защиты соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку виновность ФИО1 установлена доказательствами, собранными органом предварительного расследования, которые признаны судом достаточными для постановления обвинительного приговора.

Таким образом, совокупность доказательств, достаточная для выводов о виновности ФИО1, получена надлежащим должностным лицом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением гарантированных Конституцией Российской Федерации основных прав и свобод гражданина.

Все принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела.

Право на защиту осужденного реализовано, ст.51 Конституции РФ ему разъяснена. Допрос произведен в присутствии защитника.

Мотивов для оговора осужденного свидетелями не установлено.

На основании всей совокупности доказательств, суд первой инстанции достоверно установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в дневное время водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, двигался по проезжей части автодороги <адрес>-г.Н.Новгород в направлении последнего, перевозя пассажира ФИО6, пристёгнутую ремнем безопасности, двигаясь со скоростью, не превышающей 90 км/ч, по 284 км автодороги <адрес>-г.Н.Новгород, расположенному на участке местности в районе д.Яковлево г.о.<адрес>, ФИО1 догнал движущийся впереди него в попутном направлении автомобиль MAN, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, и решил его обогнать, и, проявляя преступную небрежность при управлении автомобилем, ФИО1 должным образом не убедился в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии, и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, приступил к маневру обгона, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был предвидеть, с учетом скорости потока и состояния дорожного покрытия (заснеженное), что он не сможет безопасно совершить обгон и в процессе обгона не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, при появлении встречного транспорта. Совершая маневр обгона, ФИО1, проявляя преступную небрежность при управлении автомобилем, выехал на полосу встречного движения, по которой в это время со скоростью не более 60 км/час двигался автомобиль Scania <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> с полуприцепом SCHMITZ SKO24L, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя Свидетель №4, и, не завершив маневр обгона, совершил столкновение с вышеуказанным автомобилем, чем нарушил требований пунктов 11.1., 10.1., 1.5., 1.3. ПДД РФ. Нарушение указанных пунктов ПДД находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями – причинением по неосторожности смерти ФИО3 Л.В.

На основании изложенного, суд пришел к обоснованному выводу о квалификации действий ФИО1 по ч.3 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Оснований для иной квалификации действия осужденного не установлено.

Иные доводы апелляционных жалоб в части отрицания причастности ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, были предметом тщательной проверки судом первой инстанции и получили надлежащую оценку.

Приведенный в апелляционных жалобах собственный анализ доказательств, не свидетельствует об их недостоверности, не опровергает выводы судов о виновности осужденного в совершении преступления. Судом первой инстанции исследованные доказательства правильно рассмотрены и оценены во всей их совокупности, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными в основу приговора, не имеется, поэтому доводы апелляционных жалоба в этой части также не состоятельны. Тот факт, что данная судом оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требования ст.88 УПК РФ и не является основанием для признания обжалуемого приговора порочным ввиду его незаконности и необоснованности.

Невыясненных обстоятельств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности или невиновности осужденного из материалов дела не усматривается.

Назначая наказание осужденному ФИО1, суд руководствовался общими принципами назначения наказания, предусмотренными уголовным законом, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность осужденного, условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, состояние его здоровья, иные особенности личности, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его вину обстоятельств.

Данные о том, что суд оставил без внимания какие-либо обстоятельства, которые в соответствии с положениями ч. 1 ст. 61 УК РФ подлежали обязательному учету при назначении наказания, отсутствуют, а в силу положений ч. 2 данной статьи признание других обстоятельств смягчающими отнесено к компетенции суда и, соответственно, является его правом, а не обязанностью.

В соответствии с требованиями закона, суд привел в приговоре мотивы решения всех вопросов, связанных с определением вида и размера наказания.

Суждение суда о невозможности применить к назначенному наказанию правил ст.ст.64 и 73 УК РФ в приговоре отражено. Оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ обоснованно не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения осужденному ФИО1 наказания в виде лишения свободы с его заменой в соответствии со ст.53.1 УК РФ на принудительные работы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами в приговоре мотивированы надлежащим образом и соответствуют предписаниям уголовного закона.

Вид и размер назначенного наказания соответствует закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам справедливости, отвечает задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, в связи с чем, назначенное наказание является справедливым, соразмерным содеянному, данным о личности виновного и отвечает требованиям ст. 6, 60 УК РФ. Оснований для изменения приговора по мотивам несправедливости наказания, не имеется.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, а также озвученные участниками процесса в суде апелляционной инстанции, решающими для исхода дела не являются, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены либо дальнейшего изменения приговора.

Таким образом, существенных нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора по делу не установлено, в связи с чем в удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Чкаловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 ФИО37 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Федосеева П.Ю. и потерпевшей Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно после его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Н.П. Удалова