Апелляционное постановление № 22-6740/2023 от 4 декабря 2023 г.

Судья Остапенко Е.П. Дело № 22-6740/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Краснодар 05 декабря 2023 года

Краснодарский краевой суд в составе:

председательствующего – судьи Сорокодумовой Н.А.,

при ведении протокола с/з помощником судьи Лисовцовой Н.Н.,

с участием: прокурора Гуляева А.В.,

осужденной ФИО1,

адвоката Минцер А.Н. (удостоверение ........, ордер ........),

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката Минцер А.Н. на приговор Центрального районного суда города Сочи Краснодарского края от 19 декабря 2022 года, которым

ФИО1, ................,

осуждена по ч.1 ст. 238 УК РФ к штрафу в доход государства в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

ФИО1 освобождена от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Гражданский иск З.Р.Ю. о возмещении ущерба оставить без рассмотрения, разъяснено право на обращение в порядке гражданского судопроизводства.

Заслушав доклад судьи Сорокодумовой Н.А., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, выступления осужденной ФИО1 и адвоката Минцер А.Н., поддержавших доводы апелляционных жалоб и просивших приговор суда отменить, уголовное дело прекратить, выслушав мнение прокурора Гуляева А.В., полагавшего приговор суда законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной в совершении оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 не соглашается с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что в судебном заседании на протяжении более двух лет ее вина так и не была доказана. Цитирует постановление о привлечении ее в качестве обвиняемой, УК РФ и считает, что реализация/продажа/ фармацевтических препаратов не относится к оказанию услуг и не может расцениваться, как не отвечающая требованиям безопасности, услуга не была оказана, оценить ее невозможно. Полагает это нарушением ее права на защиту. Ссылается на Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 18 от 25.06.2019 года и отмечает, что если не было причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человека, то такое деяние не образует состава преступления по ст. 238 УК РФ. Делает анализ ст. 238 УК РФ, вышеуказанного Пленума ВС РФ, КоАП РФ и делает вывод об отсутствии в ее действиях состава преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ. Приводит обвинительное заключение, Пленум ВС РФ и акцентирует внимание, что если употребление препаратов могли повлечь смерть или причинение тяжкого вреда здоровью человека, то речь идет о такой реальной опасности товаров и продукции, исходя из качества товаров или услуг. Напоминает, что стороной защиты были направлены запросы в АНО «Консультативный центр независимых судебных экспертов «Мириада» с соответствующими вопросами, экспертам были предоставлены необходимые документы; экспертами Б.Д.П. и М.Ю.В. были произведены заключения специалистов № 21/2022 от 03.10.2022 года и № 22/2022 от 11.02.2022 года. Автор жалобы приводит указанные заключения, ответы на вопросы и выводы о том, что объективных медицинских данных, указывающих на наличие у К., З., К., М. и Я. патологических состояний, характеризующих прогрессирующим угнетением функций центральной нервной системы с угрозой сознания, нарушением функций жизнеобеспечения организма в представленной на экспертизу документации не представлено, как и угрожающих жизни перечисленных лиц, что влечет за собой отсутствие преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ. Указывает, что продажа лекарственных средств без аннотации и в отсутствие рецепта не может создать реальную угрозу жизни и здоровью потребителя, государственным обвинителем в судебном заседании не было доказано, что качество выполнения услуг ООО «Б» в виде продажи лекарственных средств, с имеющейся лицензией, без аннотации или рецепта врача не могло привести к каким-либо тяжким последствиям. Напоминает, что у ООО «Б.» имелись необходимые лицензии на фармацевтическую деятельность. Считает, что обвинением не доказано, что лекарственные средства, реализуемые ООО «Б», а именно – «Б», «Ц» и «П» не отвечают требованиям безопасности, экспертиза по этим препаратам не представлена. Ссылается на Госреестр лекарственных средств, имеющихся в свободном доступе, в котором указанные препараты с номерами регистрации, а сопроводительная документация о приобретении и реализации препаратов, декларации о соответствии и сертификаты были изучены в судебном заседании. Делает сравнительный анализ ст. 238 УК РФ и ст.ст. 14.4 и 14.43 КоАП РФ и полагает, что гособвинитель, в нарушение закона, вместо требования об административной ответственности настаивал на уголовно-наказуемом деянии и необоснованно обвинил ее по ч. 1 ст. 238 УК РФ. Приводит показания потерпевшего М.А.А., З.Р.Ю., противоречия в их показаниях в части приобретения лекарственных средств в аптеке. Цитирует УПК РФ и отмечает, что никто из потерпевших не подтвердил, что они приобретали лекарственные средства именно в аптеках ООО «Б», а потерпевший К.Р.Р. вообще не был допрошен в суде и гособвинитель отказался от него в качестве потерпевшего; аналогично не был допрошен и потерпевший К.Р.Р. Считает, что доводы стороны обвинения о приобретении лекарств несовершеннолетними именно у ООО «Б.» основаны на догадке, 2 потерпевших не смогли в суде назвать адреса аптек, а М. вообще пояснил, что вообще не приобретал лекарства в аптеке. Приводит протокол проверки показаний на месте К.А.В. о покупке лекарств по адресу ............, но в суде не было установлено, что по этому адресу находилась аптека именно ООО «Б», не установлен продавец, не проведено опознание, не проведены очные ставки, хотя в постановлениях о продлении срока следствия указано именно проведение этих следственных действий. Оспаривает акт обследования и историю болезни М., а угнетенные функции центральной нервной системы с утратой сознания могло быть связано с употреблением «К», который не входит в состав лекарства «Б», а связано с симптомами острой правосторонней пневмонии. Полагает, что довод стороны защиты о том, что она дала указание работникам аптек ООО «Б» о необходимости отпуска лекарственных препаратов в нарушение приказа любым лицам любого возраста, при отсутствии рецепта, является недостоверным и изучением дела не доказан. Приводит свои показания и указывает, что она не признает своей вины и считает обвинение по ч.1 ст.238 УК РФ не обоснованным; а ее показания подтверждены показаниями сотрудников сети аптек ООО «Б» Е., С., М., Л. и Б.. Напоминает, что показания свидетелей Н., Л., К., А., П., П., М., Л., Б., А. и К., которые участвовали в обысках в аптеках, но никто из них не свидетельствовал о совершении ею каких-либо противоправных действий; допрошенные же К., Ш., Х., Ф. и С. дали показания только в отношении помощи потерпевшим и не указывали места приобретения лекарственных средств; свидетели Т. и Щ. вообще дали показания только в отношении влияния лекарственных средств на организм несовершеннолетних. Автор жалобы полагает, что протоколы обысков свидетельствуют лишь об изъятии лекарств из аптек и помещений, но не говорят о преступлении, так как хранение лекарств не является общественно-опасным деянием. Напоминает, что стороной защиты заявлялось ходатайство о назначении судебной экспертизы лекарственных средств, но в этом было необоснованно отказано; в деле, же имеется постановление о назначении санитарно-эпидемиологической экспертизы, но ее результаты в суде представлены не были. Автор жалобы перечисляет ряд доказательств, которые считает недопустимыми: протоколы осмотра и прослушивания аудиозаписей; протокол осмотра предметов от 28.02.2019 года; протокол обыска от 06.07.2019 года; постановление о признании М. потерпевшим от 13.12.2019 года; протокол допроса М. от 26.07.2019 года; постановление о признании и приобщении к материалам дела вещественных доказательств; протокол допроса свидетеля С.; протоколы допросов свидетелей Л., А., Л., Л.А.С., К., Б., Л., С., А., А., О., П., Б., П.; вещественные доказательства, которые не были исследованы в судебном заседании. Отмечает, что стороной защиты было заявлено ходатайство об исследовании вещественных доказательств, суд удовлетворил его, но гособвинитель не представил следующие доказательства: 89 накладных с приложениями, блокнот; светокопии документов и трудовых договоров; лицензии; ноутбук и зарядное устройство к нему; светокопии трудовых договоров; тетрадь с вклеенными наклейками, рецепт врач, 12 блокнотов и др. и делает вывод, что отсутствие этих доказательств позволяет суду поставить под сомнение протоколы их осмотров, изученных в ходе судебного заседания. Последняя часть апелляционной жалобы посвящена мере пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, вопрос по которой вынесен в отдельное производство. Просит отменить обвинительный приговор в отношении нее и вынести оправдательный приговор /т. 11 л.д. 194-210, 248-264/.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденная ФИО1 указывает, что следствием были признаны потерпевшими по делу М., З., К., Я. и К., эти потерпевшие на протяжении двух лет не извещались судом о датах и времени судебных заседаний по делу. Отмечает, что уголовное дело в отношении нее было рассмотрено без участия потерпевших М., З., К., Я. и К., не явившихся в судебное заседание, чем нарушено их право участвовать в судебном разбирательстве, а из протокола следует, что суд сразу перешел к прениям без уведомления об этом потерпевших, судом не была предоставлена потерпевшим возможность высказать свое мнение в прениях, тем самым суд допустил нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее отмену приговора. Просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор/т. 11 л.д. 212-213, 244-245/.

В следующем дополнении осужденная цитирует УПК РФ и указывает, что 10.12.2021 года в ходе судебного заседания был допрошен в качестве потерпевшего М.А.А., приводит его показания и акцентирует внимание, что после оглашения показаний М. в судебном заседании, тот заявил, что с ними не согласен, на данный момент осознает, что ранее он не покупал лекарственные вещества в аптеках, он действительно гулял с З., и у него была передозировка. Считает, что М. не является потерпевшим по делу, к его показаниям на следствии следует отнестись критически. Указывает, что хотя суд не смог проверить подлинности подписи М. в протоколе допроса, он привел показания М. в приговоре. Считает участие потерпевшего в процессе путем видеоконференц-связи существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора. Напоминает, что при допросе М. в рамках расследования дела законным представителем М. была признана Б.О.В. – ведущий специалист управления по вопросам семьи и детства, чьи подписи, по ее мнению, являются сфальсифицированными, она не участвовала в производстве следственных действий. Просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор /т. 11 л.д. 216-218, 239-241/.

В очередном дополнении ФИО1 цитирует УПК РФ и напоминает, что стороной защиты были представлены, исследованы и приобщены к материалам дела: заключение специалиста № 21/2022 от 03.10.2022 года и № 22/2022 от 03.10.2022 года с соответствующими ответами на вопросы. Приводит заключения специалистов и акцентирует внимание, что сторона обвинения ни в ходе судебного следствия, ни в прениях не оспаривала допустимость вышеуказанных доказательств, однако суд полностью игнорировал эти доказательства и не описал их в приговоре суда. Ссылается на УПК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 18 от 25.06.2019 года, просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор /т. 11 л.д. 221-227, 230-236/.

В апелляционной жалобе адвокат Минцер А.Н. в интересах осужденной ФИО1 указывает, что приговор суда вынесен с грубейшими нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, в данном приговоре имеется несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Цитирует приговор суда, Постановление Пленума Верховного Суда РФ №18 от 19.08.2020 года, заключение эксперта №456/2020 от 19.08.2020 года и отмечает, что стороной защиты в АНО «Консультативный центр независимых судебных экспертов «Мириада» были направлены запросы с постановкой соответствующих вопросов, экспертам были предоставлены необходимые документы; экспертами Б.Д.П. и М.Ю.В. были произведены заключения специалистов № 21/2022 от 03.10.2022 года и № 22/2022 от 11.02.2022 года. Автор жалобы приводит указанные заключения, ответы на вопросы и выводы о том, что объективных медицинских данных, указывающих на наличие у К., З., К., М. и Я. патологических состояний, характеризующих прогрессирующим угнетением функций центральной нервной системы с угрозой сознания, нарушением функций центральной нервной системы с утратой сознания, нарушением функций жизнеобеспечения организма в представленной на экспертизу документации не представлено, как и угрожающих жизни перечисленных лиц, что влечет за собой отсутствие преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ. В дальнейшем часть жалобы адвоката является копией первоначальной жалобы осужденной ФИО1 Адвокат дополняет, что в обвинительном заключении не были указаны доказательства стороны защиты, но были указаны вещественные доказательства, которые не были исследованы судом и представлены в судебное заседание, в связи с чем считает обвинительное заключение составленным с нарушением действующего законодательства. Далее адвокат перечисляет допущенные нарушения, устранение которых невозможно в судебном заседании: сторона защиты не ознакомлена с постановлением о назначении санитарно-эпидемиологической и фоноскопической экспертиз; решение по ДВД-диску не принято, он не осматривался следователем, в проведении экспертизы было отказано; постановление о разрешении прослушивания заверены не судом, а руководителем УВД; в протоколе обыска значатся 2 системных блока и денежные средства, но при осмотре сведения о них отсутствуют, они владельцу не возвращены. Считает указанные нарушения существенными, мешающими вынесению законного решения. Полагает, что было необходимо вернуть дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, однако суд вынес обвинительный приговор. Адвокат указывает, что в приговоре в качестве доказательства указаны показания потерпевшего М.А.А., хотя его показания отражены не в полном объеме, так как М. отказался от показаний на следствии и не подтвердил свою подпись в протоколе, а показания Л.Е.В. от 15.12.2018 года не оглашались, а были оглашены показания от 06.03.2019 года. Напоминает, что сторона защиты не давала разрешения на оглашение показаний свидетелей М., К., но они были оглашены. Анализирует показания М., свидетелей З., Е., Л., К. и делает вывод, что показаниями не подтверждается приобретение З. каких-либо лекарственных средств 15.10.2018 года в аптеке «Б» в ............. Автор жалобы настаивает, что часть доказательств была получена с существенным нарушением норм УПК РФ: протокол осмотра и прослушивания аудиозаписей, якобы, с голосом ФИО1, хотя фоноскопическая экспертиза не проведена и ее результаты в судебное заседание не представлены; постановление о разрешении прослушивания телефонных переговоров от имени суда заверены руководством УВД; протокол осмотра предметов – телефона «Нокиа», хотя данный телефон в судебное заседание предоставлен не был; не осмотрены два системных блока «Асус» и денежные средства, изъятые в ходе обыска от 06.07.2019 года; постановление о признании М. потерпевшим является незаконным; незаконным является и протокол его допроса от 26.07.2019 года; постановление о признании и приобщении к материалам дела вещественных доказательств являются незаконными; часть медицинских документов – медкарты Я., К. и др. были перечислены в обвинительном заключении, но суд отказал в ходатайстве защиты об их изучении, что ставит под сомнение протокол их осмотра от 10.06.2020 года. Ссылается на УПК РФ и полагает, что добытые с нарушением закона доказательства не могут быть положены в основу обвинительного приговора, они подлежали исключению. Напоминает, что в приговоре имеется фраза об отравлении «возможно Б», что считается предположением, а приговор не может быть основан на предположениях. Повторяет тезис о том, что в ходе судебного заседания исследовались доказательства, представленные стороной защиты, перечисляет их и отмечает, что в приговоре не имеется сведений о том, почему суд отверг вышеуказанные доказательства стороны защиты и не указал их в приговоре. Далее адвокат указывает на то, что судом были допущены существенные нарушения права ФИО1 на защиту: 10.11.2022 года им было подано заявление об ознакомлении с материалами дела и выдачи протоколов судебных заседаний; аналогичное заявление им подано 21.12.2022 года. Утверждает, что до настоящего времени он с материалами дела не ознакомлен, в выдаче протоколов ему было председательствующим отказано, что не позволило произвести подготовку к судебным прениям по настоящему уголовному делу. Просит приговор суда отменить, принять по делу новое решение – возвратить уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения нарушений уголовно-процессуального закона и устранения препятствий для его рассмотрения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального Кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Суд апелляционной инстанции считает, что приговор суда соответствует предъявляемым к нему требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов.

Выводы суда, изложенные в приговоре, о виновности ФИО1 в содеянном, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признала и пояснила, что 07.08.2018 г. было зарегистрировано ООО «К», где ранее она являлась единственным учредителем и директором. Данное общество было зарегистрировано по адресу: ............. До этого деятельность по указанному адресу осуществляло ООО «Б», директором которого она является. Лекарственные препараты приобретались у поставщиков. При этом лекарственный препарата «П» не реализовывался с сентября 2018 г. Считает обвинение необоснованными.

Суд первой инстанции обосновал свое критическое отношение к версии осужденной ФИО1, отрицающей свою вину в совершении преступления. При этом, все доводы осужденной, в том числе, на которые делает ссылку защитник в апелляционной жалобе, проверялись в судебном заседании, получили оценку в приговоре суда и обоснованно были отвергнуты, как не соответствующие установленным обстоятельствам.

Виновность осужденной ФИО1 в совершении оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей подтверждается собранными доказательствами, полно, всесторонне и объективно исследованными судом и приведенными в приговоре, а именно: показаниями потерпевшего М.А.А., свидетелей З.Р.Ю., Е.О.В., Л.Е.В., М.Р.Ш., Щ.А.И., К.И.Т., данными ими как в ходе судебного заседания, так и в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в установленном законом порядке, содержание которых подробно приведены в приговоре суда.

Согласно показаниям потерпевшего М.А.А., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что 15.10.2018 г. в вечернее время суток он встретился со своим знакомым ФИО2, гуляли по городу. После этого, примерно в 23 часа 00 минут, более точное время он не помнит, он и З.Р.Ю. пришли в аптеку, расположенную по адресу: ............, которая работает 24 часа в сутки. Они пришли в указанную аптеку для того, чтобы приобрести и употребить лекарственный препарат «Б». Ему известно о том, что данный препарат должен приобретаться по рецепту врача. Однако у него не было какого-либо рецепта врача, потому что у него нет показаний к его применению, он ничем не болеет. Также ему известно, что указанного рецепта не было и у З.Р.Ю. Они хотели употребить указанный лекарственный препарат, чтобы расслабиться. Действительное назначение указанного лекарственного препарата ему неизвестно. Когда они подошли к аптеке З.Р.Ю. решил, что зайдет туда один и сам приобретет лекарственный препарат, поскольку продавцы аптек не продают лекарственные препараты, которые отпускаются по рецепту группе лиц, не имеющих права на их приобретение. После этого он вошел в аптеку. Описать фармацевта, который находился в аптеке он не может, поскольку не поднимался к двери указанной аптеки, ждал З.Р.Ю. внизу. Примерно через пять минут З.Р.Ю. вышел из аптеки, после чего показал ему лекарственный препарат «Б» и пояснил, что купил его за 700 рублей, при этом ни паспорт, ни рецепт врача у него никто не спрашивал. Аннотация к лекарственному препарату также не прилагалась, З.Р.Ю. сказал, что ему продали лекарственное средство без первичной упаковки. Также З.Р.Ю. пояснил, что кассовый чек ему тоже не выдали. В последующем он и З.Р.Ю. употребили указанный лекарственный препарат. З.Р.Ю. выпил всего две таблетки, а он пять или шесть, более точно он в настоящее время не помнит. О том, сколько фактически нужно пить таблеток и какие были показания к применению указанного препарата ему неизвестно, поскольку аннотация отсутствовала. Через полчаса он почувствовал расслабление, которое выразилось в чувстве сонливости, спокойствия. Далее, он и З.Р.Ю. стали себя плохо чувствовать, а именно его стало трясти, по всему телу у него пошли судороги. В последующем он и З.Р.Ю. были доставлены в МБУЗ г. Сочи «Городская больница № 9». На вопрос следователя о том, приобретались ли им ранее какие-либо другие лекарственные препараты в других аптечных пунктах, и если да, то в каких именно и в какой период времени, он пояснил, что им действительно ранее также в аптеках приобретались лекарственные препараты, отпуск которых должен осуществляться на основании рецепта врача, где ему их продавали без рецепта врача, а именно в аптеках, расположенных по адресу: ............, он приобретал такие лекарственные препараты как «Л», «Т», «Т». Указанные лекарственные препараты он приобретал до того как попал в больницу 16.10.2018 г., на протяжении всего 2018 года, сейчас он уже не может вспомнить сколько он точно раз покупал лекарственные препараты, он приобретал их неоднократно, при этом при покупке указанных лекарственных препаратов ему никогда не передавали чек, подтверждающий факт их приобретения, а также упаковку и инструкцию по применению лекарственных препаратов. Лекарственный препарат «Л» продавалась либо в конвалютах, либо поштучно, в таком случае фармацевт отрезал ножницами от конвалюты необходимое количество таблеток. Одна таблетка «Л» стоит 100 рублей. Аналогично продавались и остальные лекарственные препараты.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции обоснованно положил в основу приговора показания потерпевшего М.А.А., данные им в ходе предварительного следствия, поскольку они являются правдивыми и последовательными, проводились в присутствии защитника, так как он был на тот момент несовершеннолетним, с предварительным разъяснением прав потерпевшего, в связи с чем, обоснованно признаны судом допустимыми доказательствами.

Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона судом при оглашение указанных выше показаний потерпевшего М.А.А. судом согласно протоколу судебного заседания допущено не было. Указанные показания были проанализированы судом, сопоставлены, как между собой, так и с другими доказательствами по делу, оценены и обоснованно признаны достоверными.

Приведенные выше показания потерпевшего М.А.А., согласуются с показаниями свидетеля З.Р.Ю., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании в установленном законом порядке, а именно, что 15.10.2018 г., в ночное время суток, примерно в 23 часа 00 минут, более точное время он не помнит, он и М.А.А. пришли в аптеку, расположенную по адресу: ............, которая работает 24 часа в сутки. Они пришли в указанную аптеку для того, чтобы приобрести и употребить лекарственный препарат «Б». Ему известно о том, что данный препарат должен приобретаться по рецепту врача. Однако у него не было какого-либо рецепта врача, потому что у него нет показаний к его применению, он ничем не болеет. Также ему известно, что указанного рецепта не было и у М.А.А. Они хотели употребить казанный лекарственный препарат, чтобы расслабиться. Действительное назначение указанного лекарственного препарата ему неизвестно. Когда в указанный день и время он зашел в аптеку, там находился продавец - женщина, которая выглядела примерно на 50- 60 лет, волосы черного цвета до плеч, она была в очках, он сможет ее опознать. Он подошел к указанной женщине и попросил ее продать ему лекарственный препарат «Баклосан», на что она пояснила ему, что лекарственный препарат стоит 700 рублей. Он отдал ей 700 рублей, на что она передала ему лекарственный препарат «Б», а именно отдала ему тюбик с таблетками, коробку с аннотацией она ему не отдала. Кассовый чек о том, что он приобрел лекарственный препарат, она ему также не предавала. При этом, при продаже ему указанного лекарственного препарата она не спросила у него рецепт врача, и более того даже не проверила его паспорт, чтобы убедиться, что он совершеннолетний. Когда он вышел из аптеки, он пояснил М.А.А. о том, что он приобрел там препарат «Б», при этом какого-либо рецепта у него не было. В последующем он и М.А.А. употребили указанный лекарственный препарат, так как он употреблял его первый раз, он выпил всего две таблетки, а М.А.А. пять или шесть. О том, сколько фактически нужно пить таблеток и какие были показания к применению указанного препарата ему неизвестно, поскольку аннотация отсутствовала, а продавец в аптеке ему ничего по данному поводу не пояснила. Через полчаса он чувствовал расслабление, которое выразилось в чувстве сонливости, спокойствия. Далее, он и М.А.А. стали себя плохо чувствовать, а именно его стало трясти, по всему телу у него пошли судороги. В последующем он и М.А.А. были доставлены в МБУЗ г. Сочи «Городская больница № 9». Также им ранее также в аптеках приобретались лекарственные препараты, отпуск которых должен осуществляться на основании рецепта, где ему их продавали без рецепта врача, а именно в аптеках, расположенных по адресу: ............, он приобретал такие лекарственные препараты как «Л», «Т», «Т». Указанные лекарственные препараты он приобретал до того как попал в больницу 16.10.2018, на протяжении всего 2018 года, сейчас он уже не может вспомнить сколько он точно раз покупал лекарственные препараты, он приобретал их неоднократно, при этом при покупке указанных лекарственных препаратов ему никогда не передавали чек, подтверждающий факт их приобретения, а также упаковку и инструкцию по применению лекарственных препаратов.

Кроме того, виновность осужденной ФИО1 в совершении оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей подтверждается показаниями свидетелей: Е.О.В., Л.Е.В., М.Р.Ш., Щ.А.И., К.И.Т., С.Д.П., Н.Е.С., содержание которых подробно приведены в приговоре суда.

Показания потерпевшего М.А.А. и указанных свидетелей являются последовательными, логичными, согласуются между собой и не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Существенных противоречий, влияющих на выводы суда, в показаниях допрошенных лиц не имеется, все имеющиеся противоречия были устранены в ходе судебного следствия посредством оглашения показаний, данных в ходе предварительного расследования, с предоставлением сторонам возможности задать потерпевшим и свидетелям все необходимые вопросы. Свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем, их показания правильно были признаны судом достоверными и положены в основу обвинительного приговора. Обстоятельств, каким-либо образом свидетельствующих об оговоре осужденного, судом не установлено. Доказательств заинтересованности указанных лиц в исходе дела также не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Минцер А.Н., каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона судом при оглашении показаний потерпевшего, свидетелей, в том числе свидетеля К.И.Т., судом согласно протоколу судебного заседания допущено не было. Указанные показания были проанализированы судом, сопоставлены, как между собой, так и с другими доказательствами по делу, оценены и обоснованно признаны достоверными.

При этом, к показаниям свидетеля Л.Е.В. данным в ходе предварительного следствия от 06.03.2019 г., суд первой инстанции обоснованно отнесся критически, так как они не согласуются с ранее данными показаниями, а также пояснениями Л.Е.В. данными в ходе производства обыска, а также показаниями свидетеля К.И.Т., который пояснил, то после подписания протокола обыска у лиц, принимавших в нем участия замечаний не было, и которые не противоречат изученным судом письменным доказательствам. Суд принял во внимание, Л.Е.В. находилась в зависимом положении, поскольку ФИО1 была ее работодателем.

Объективным подтверждением совершения ФИО1 инкриминируемого ей преступления также являются письменные и вещественные доказательства по делу, принятые судом как относимые, допустимые и достоверные доказательства вины осужденных, а именно:

- заключение эксперта 456/2020 от 19.08.2020 г., согласно которому 16.10.2018 г. у М.А.А. имелось острое отравление неустановленным веществом (возможно Баксоланом), что подтверждается выявленной у него клинической картиной отравления и данными анамнеза. При поступлении 16.10.2018 г. М.А.А. в городскую больницу г. Сочи состояние его расценено как тяжелое, в связи с чем он был госпитализирован в реанимационное отделение. 16.10.2018 г. имелось угнетение сознания до уровня сопора - кома 1. При поступлении отмечались признаки аспирационной пневмонии. С учетом изложенного, комиссия приходит к выводу, что острое отравление у М.А.А. могло быть обусловлено приемом препаратов, указанных в описательно мотивировочной части постановления. Данное отравление не было опасно для жизни вызвало кратковременное расстройство здоровья, продолжительностью менее трех недель и по этому признаку квалифицируется как легкий вред здоровью. Экспертная комиссия отмечает, что «П», «Ц», «Б» являются лекарственными препаратами, оказывающими влияние на центральную нервную систему и обладает рядом побочных действий. При превышении рекомендованных доз «Ц», а также при приеме препарата внутрь могут наблюдаться тахикардия, возбуждение и нарушение психических реакций, при применении препарата в очень высоких дозах - паралич дыхания и кома. При передозировке «Б» может наблюдаться мышечная гипотония, угнетение дыхательного центра, спутанность сознания, кома. При одновременном применении «Б» усиливает действие препаратов, влияющих на центральную нервную систему. При употреблении больших доз «П» часто наблюдается аффективные - расстройства, сонливость, спутанность сознания, депрессия, ажитация и беспокойство. При одновременном приеме «П» с другими препаратами, угнетающими центральную нервную систему, наблюдались осложнения в виде нарушения дыхания и развития комы. Объективных сведений о развитии у М.А.А. каких-либо последствий употребления, указанных лекарственных препаратов в представленной документации не содержится. У М.А.А. на момент обращения за медицинской помощью имелось угнетение сознания до уровня сопор - кома 1, в связи с чем он был госпитализирован в реанимационное отделение и проведена интенсивная терапия. При отсутствии своевременного оказания медицинской помощи, по мнению экспертной комиссии, имелась возможность более глубокого угнетения сознания, до уровня кома 2-3 степени. Данное состояние опасно для жизни, не может быть с компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью;

- протокол обыска в помещении аптеки, расположенной по адресу: ............, в ходе которого обнаружены и изъяты лекарственные препараты, поименованные как лирика, золдиар, прегабалин, цикломед, нурафен в конвалютах без упаковки, а также пояснения провизора Л.Е.В., согласно которым на протяжении четырех лет по указанию директора ООО «Б» ФИО1 осуществляется безрецептурный отпуск лекарственных средств, с приложением фототаблицы и лицензией на осуществление фармацевтической деятельности;

- и другие доказательства, в том числе протоколы следственных и процессуальных действий, результатами ОРМ, подробно описанные в приговоре суда, в совокупности позволившие суду прийти к выводу о том, что осужденная ФИО1, при указанных в приговоре обстоятельствах, совершила оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей.

При этом, суд первой инстанции, оценив результаты проведенного ОРМ, обоснованно пришел к выводу о том, что ни получены в соответствии с требованиями Федерального закона РФ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 года и ст. 89 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, проведенная по делу экспертиза № 456/2020 от 19.08.2020 г. полностью соответствуетет требованиям Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Заключение эксперта соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, оформлено надлежащим образом, научно обоснованно, его выводы представляются суду ясными и понятными, поэтому суд первой инстанции принял его как допустимое доказательство, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять выводам проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, поскольку она отвечает требованиям УПК РФ, экспертиза проведена экспертом с высшим образованием и необходимым стажем работы. Эксперту, проводившему экспертизу, в соответствии с УПК РФ разъяснены права и обязанности, а также он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Вопреки доводам адвоката Минцер А.Н., предусмотренных ч. 2 ст. 207 УПК РФ оснований для проведения по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, у суда первой инстанции не имелось.

Суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание и не положил в основу обвинительного приговора предоставленное стороной защиты заключение специалиста № 21/2022 от 03.10.2022 г., поскольку суд располагал полученным в соответствии с УПК РФ заключением эксперта № 456/2020, сомневаться в выводах которого законных оснований не имеется. Специалист, давший заключение № 21/2022 с материалами уголовного дела в полном объеме не знаком, на стадии предварительного расследования участия в качестве специалиста не принимал, а его заключение, по сути, является рецензией на заключение экспертизы № 456/2020 и доказательственного значения для данного дела не имеет.

Все доказательства, положенные в основу приговора собраны с соблюдением требований ст.ст. 73, 74 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают. Данных о том, что в судебном заседании исследовались недопустимые доказательства или сторонам было отказано в исследовании доказательств, не установлено. Таким образом, оснований сомневаться в достоверности содержащихся в них фактических обстоятельств у суда перовой инстанции не имелось.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, все заявленные участниками процесса ходатайства, в том числе о назначении повторной судебно- медицинской экспертизы, о назначении судебной экспертизы лекарственных препаратов, о признании недопустимыми доказательств, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями ст.ст. 121, 122, 271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивы принятых решений с учетом представленных по делу доказательств, с целью правильного разрешения дела с учетом положений ст. 252 УПК РФ.

При этом отказы в удовлетворении ходатайств не свидетельствуют о нарушении права на защиту и не являются основанием для отмены состоявшегося по делу итогового судебного решения. Исходя из смысла закона, неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения суда в предвзятости и необъективности.

Судом апелляционной инстанции также не установлено фактов нарушений норм уголовно-процессуального законодательства в ходе предварительного следствия, все протоколы произведенных следственных и процессуальных действий, приведенных в качестве доказательств виновности осужденной ФИО1, в том числе постановления о признании потерпевшим М.А.А. от 13.12.2019 г., протокол допроса потерпевшего М.А.А. и др., соответствуют требованиям ст. 166 УПК РФ, в связи с чем, оснований для признания их недопустимыми, у суда первой инстанции не имелось.

Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Стороны обвинения и защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе, исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Вопреки доводам адвоката Минцер А.Н., обвинительный приговор в отношении ФИО1 в полной мере соответствует требованиям ст. ст. 307-309 УПК РФ. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу оценки доказательств, доказанности виновности, квалификации действий, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденной ФИО1 и ее виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

Судом первой инстанции достоверно установлено и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, что ФИО1, являясь директором ООО «Б», осуществляющего фармацевтическую деятельность, дала указание работникам аптек указанного юридического лица, находящимися от нее в служебной зависимости, об отпуске лекарственных препаратов для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету любым лицам, вне независимости от их возраста, в отсутствие рецепта либо назначения врача в любом количестве.

Давая оценку позиции осужденной ФИО1 о непричастности к инкриминируемому преступлению, суд верно расценил отрицание подсудимой своей вины, как избранный способ защиты, поскольку ее вина в совершении преступления подтверждена в полном объеме доказательствами, представленными стороной обвинения, которые суд обоснованно признал допустимыми.

Иная позиция осужденной и стороны защиты основана не на чем ином, как на собственной интерпретации исследованных доказательств в отрыве от установленных ст. ст. 87, 88 УПК РФ правил их оценки, которыми в данном случае руководствовался суд.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденной и непричастности к вмененным ей преступлениям.

Выводы суда о допустимости доказательств, положенных в основу приговора, мотивированы. В приговоре дана правильная оценка всем исследованным доказательствам, как в отдельности, так и в совокупности, приведены убедительные аргументы принятых решений по этим вопросам, с которыми соглашается и судебная коллегия.

Таким образом, приведенные в апелляционных жалобах осужденной ФИО1 и адвоката Минцер А.Н. доводы, с изложением собственной оценки доказательств по делу, представляющейся авторам жалоб правильной, и являющейся, по сути, их процессуальной позицией, не подлежат удовлетворению, поскольку оценивая доказательства по делу в их совокупности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о виновности осужденной в совершении инкриминируемого преступления и дал правильную юридическую оценку ее действиям. Выводы суда не содержат предположений и противоречий, являются мотивированными как в части доказанности вины ФИО1, так и в части квалификации ее действий, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Все доводы, изложенные в апелляционных жалобах и дополнениях, а также доводы, высказанные в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, указанные доводы также в полном объеме проверены и оценены судом апелляционной инстанции, и признаны не подлежащими удовлетворению.

Вопреки доводам адвоката Минцер А.Н., предусмотренных законом оснований для возвращения уголовного дела прокурору, в порядке ст. 237 УПК РФ, не имеется.

При таких обстоятельствах приговор суда является законным, обоснованным, мотивированным и справедливым, оснований для его отмены, в том числе по доводам апелляционных жалоб осужденной ФИО1 и адвоката Минцер А.Н., не имеется.

Соглашаясь с выводами суда о том, что виновность осужденной подтверждена материалами уголовного дела, признавая правильной квалификацию ее преступных действий, суд апелляционной инстанции считает, что наказание, назначенное ФИО1 соответствует тяжести содеянного и данным личности виновной.

Так, в соответствии со ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-процессуального характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 и ч. 3 ст. 60 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, отнесенного законом к категории небольшой тяжести против здоровья населения и общественной нравственности, данных о личности виновной, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание суд обоснованно учел возраст подсудимой, что она является ................, род ее деятельности, ранее не судима, обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Учитывая установленные обстоятельства, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также характер и способ совершения преступления, цели и мотивы, суд первой инстанции, с учетом требований ст. 46 УК РФ, обоснованно пришел к выводу о возможности назначения осужденной ФИО1 наказания в виде штрафа.

При этом суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для применения к осужденной ФИО1 положений ст.ст. 64, 73 УК РФ.

Вместе с тем, в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли следующие сроки: два года после совершения преступления небольшой тяжести.

Преступление, совершенное ФИО1 отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, и после совершения этого преступления прошло более двух лет (с 15.10.2018 года), в связи с чем суд первой инстанции обоснованно освободил ФИО1 от наказания в связи с истечением сроков привлечения к уголовной ответственности.

Доводы осужденной ФИО1 и адвоката Минцер А.Н. об отмене приговора и прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования, не могут быть удовлетворены судом апелляционной инстанции судом, поскольку данное ходатайство о прекращении уголовного дела в связи истечением срока давности уголовного преследования ФИО1 в суде первой инстанции заявлено не было, в апелляционных жалобах осужденная и ее защитник ставят вопрос о незаконности и необоснованности приговора суда, о невиновности осужденной ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления. Кроме того, судом первой инстанции ФИО1 обоснованно освобождена от наказания в связи с истечением сроков привлечения к уголовной ответственности.

Обжалуемый приговор по своим форме и содержанию отвечает требованиям закона и является должным образом мотивированным.

Нормы материального и процессуального права применены судом правильно, поэтому предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований к отмене либо изменению приговора в апелляционном порядке не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Центрального районного суда города Сочи Краснодарского края от 19 декабря 2022 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной ФИО1, с дополнениями, и адвоката Минцер А.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вынесения. В случае подачи кассационной жалобы, представления, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.А. Сорокодумова