Апелляционное постановление № 1-99/2017 22-519/2018 от 12 марта 2018 г. по делу № 1-99/2017

Производство № 22-519/2018 Дело № 1-99/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Симферополь 13 марта 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Крым в составе председательствующего судьи - Лебедь О.Д.,

при секретаре – Волокитиной В.Н.,

с участием прокурора – Аметовой Д.С.,

защитника – адвоката Плуттэ Н.В., представившей ордер № 9609 от 07 марта 2018 г.,

осужденного – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и по дополнительным апелляционным жалобам осужденного ФИО4 на приговор Белогорского районного суда Республики Крым от 22 декабря 2017 г., в отношении:

<данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на срок 2 ( два) года, с отбыванием наказания в колонии – поселении.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена по вступлении приговора в законную силу.

Порядок следования к месту отбывания наказания определен за счет государства самостоятельно в порядке, предусмотренном частями 1 и 2 статьи 75.1 УИК РФ.

Срок отбытия наказания исчислен со дня прибытия ФИО2 в колонию – поселение. Время следования к месту отбывания наказания засчитано в срок лишения свободы из расчета один день следования за один день лишения свободы.

Осужденному разъяснено, что в случае его уклонения от получения предписания или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок он будет объявлен в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов. Названный срок может быть продлен судом до 30 суток.

Решен вопрос с вещественными доказательствами.

Гражданский иск потерпевшей ФИО9 удовлетворен частично, взыскано с ФИО2 в пользу ФИО9 в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, сумму в размере 800000 рублей.

Выслушав осужденного и его защитника, поддержавших апелляционную и дополнительные апелляционные жалобы в полном объеме, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, проверив материалы уголовного дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО2 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 10 часов 30 минут на автодороге «Симферополь – Феодосия», со стороны <адрес> в сторону <адрес>, в районе 55 км + 800 м, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 вину не признал, указал, что кратковременно потерял сознание ввиду проблем со здоровьем. Указанное обстоятельство не дало ему возможность предотвратить ДТП. Когда очнулся, то его автомобиль находился в лесополосе. Потом он узнал, что сбил человека.

В апелляционной и дополнительных апелляционных жалобах осужденный просит отменить приговор, и оправдать его.

Свои доводы осужденный мотивирует тем обстоятельством, что судом необоснованно отказано в назначении и проведении повторной комплексной судебно – медицинской экспертизы. При этом, по мнению осужденного, указанное ходатайство было в достаточной степени мотивировано, также были предоставлены надлежащие сомнения в обоснованности заключений экспертов. Указывает, что путем проведения повторной экспертизы он рассчитывал доказать факт потери сознания непосредственно перед дорожно - транспортным происшествием, однако суд отклонил заявленное ходатайство без надлежащей оценки всех содержащихся в нём доводов. Полагает, что отказав в заявленном ходатайстве суд лишил гарантированных УПК РФ прав, что повлияло на решение вопроса о его виновности.

Также указывает, что приговор суда не является законным, обоснованным и справедливым. Суд не в должной мере оценил его показания, которые являются достоверными и последовательными. Сразу после ДТП, на всем предварительном следствии и в суде он пояснял, что ДТП произошло ввиду потери им сознания. При этом, суд не в должной степени оценил, что сразу после ДТП он сообщил о потере сознания сотрудникам полиции, из протокола осмотра места ДТП видно, что отсутствуют следы торможения, зафиксированы следы юза. Из медицинских документов усматривается наличие у него сосудистых и неврологических заболеваний, сопровождающихся нарушением кровоснабжения головного мозга. При этом, его доводы о потере сознания были отвергнуты судом со ссылкой на показания экспертов и заключения судебно – медицинских экспертиз. Полагает, что показания экспертов и заключения экспертиз нельзя принимать во внимание, поскольку врач – невролог не был включен в комиссию, вместо него был включен врач – нейрохирург. Однако данные врачебные специальности являются разными и самостоятельными. Эксперт ФИО8 указала на отсутствие в предоставленной ей документации сведений о наличии у него остеохондроза, тогда как в исследовательской части экспертизы процитирована запись из его амбулаторной карты, согласно которой имеется указание о наличии у него шейного остеохондроза.

Полагает, что кратковременная потеря сознания могла быть вызвана установленной у него врачом – неврологом вертребро – базилярной недостаточности. Указанные обстоятельства вызывали мотивированные сомнения в достоверности заключения экспертов № и 55, однако суд отказал в проведении повторной судебно - медицинской экспертизы, чем нарушил его право на предоставление доказательств. Также указывает на суровость назначенного ему наказания, поскольку суд с учетом данных о его личности, назначил чрезмерно суровое наказание. При этом суд не учел, что он проживает с матерью, которой 93 года и за которой осуществляет уход. Также указывает, что показания потерпевшей, свидетелей ФИО10 и ФИО12, указанные в приговоре, не соответствуют показаниям, данным непосредственно в судебном заседании. При этом их показания, данные на предварительном следствии, в суде не оглашались, а приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной и дополнительных апелляционных жалоб, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции полагает, что апелляционная и дополнительные апелляционные жалобы подлежат оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно статьи 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно – процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Материалами уголовного дела установлено, что судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено полно и всесторонне, с соблюдением требований норм УПК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО2 в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, основаны на доказательствах, имеющихся в материалах уголовного дела, непосредственно и объективно исследованных в судебном заседании. Обстоятельства совершенного преступления установлены с достаточной полнотой, в соответствии с добытыми доказательствами, которые судом проверены и надлежащим образом оценены.

Так, виновность установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Потерпевшая ФИО9, которая являлась супругой погибшего ФИО1, в судебном заседании пояснила, что муж уехал в командировку. Потом ей сообщили, что мужа сбила машина и он умер. Также пояснила, что осужденный ей не звонил, прощения не просил.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что он, ФИО1, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 поехали в командировку в <адрес>. Остановились, не доезжая до <адрес>. Стояли на проезжей части. Мимо на большой скорости пролетел автомобиль и сбил ФИО1. Звука тормозов он не слышал. Также пояснил, что в ходе досудебного следствия давал показания и говорил правду.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании подтвердил свои показания, данные в ходе досудебного следствия. Пояснил, что не видел момент наезда на ФИО1, только слышал удар. По словам водителя машины, сбившего ФИО17, у него лопнуло колесо, но все колеса были целые. Автомобиль двигался по обочине, по встречной полосе. Водитель машины был адекватный, не пьяный.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ они на автомобиле ехали по дороге « Симферополь – Феодосия» в сторону <адрес>. Остановились отдохнуть на обочине. В машине, кроме него находились ФИО17, ФИО5, ФИО18 и ФИО7. Он видел, как ФИО17 поднял руку, тогда он повернулся в том направлении, куда смотрел ФИО17. Увидел, как на них двигался автомобиль, этот автомобиль сбил ФИО17. Видел, как автомобиль проехал по кювету, въехал в дерево и остановился. Следов торможения он не видел, сигналов машина не подавала.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она совместно с ФИО1, ФИО18, ФИО6, ФИО7 ехали по а\д Симферополь – Феодосия в направлении <адрес>. Их автомобиль остановился на обочине. Она пошла в сторону лесного массива, услышала шелест деревьев. Спросила, что произошло. ФИО6 сообщил, что ФИО1 сбила машина. Минут через 10 подошел мужчина, как она поняла, водитель той машины, которая сбила ФИО3. Она слышала, как водитель говорит, что не понимает, по какой причине произошло ДТП, возможно он заснул, возможно потерял сознание.

То обстоятельство, что в приговоре суда показания потерпевшей ФИО9 и свидетелей ФИО10 и ФИО12 изложены в большем объеме, нежели они давали в судебном заседании, не указывает на то обстоятельство, что приговор основан на доказательствах, которые не были исследованы в судебном заседании. Потерпевшая ФИО9, свидетели ФИО10 и ФИО12 допрашивались судом первой инстанции, давали показания, участники судебного разбирательства не были ограничены в праве задавать вопросы потерпевшей и свидетелям, а, следовательно оснований для исключения показаний указанных лиц из числа допустимых доказательств не имеется. При этом указанное обстоятельство не является основанием для вынесения оправдательного приговора.

Помимо показаний потерпевшей и свидетелей, в обоснование доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления, судом первой инстанции положены и другие доказательства, исследованные в ходе судебного следствия и подробно приведенные в приговоре.

Согласно протокола осмотра места дорожно – транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, схемы и таблицы иллюстраций к нему, были зафиксированы факт дорожно – транспортного происшествия на 55 км + 800 м автодороги «Симферополь – Феодосия», следы перемещения колес автомобиля « DATSUNON-DO», следы юза указанного автомобиля, расположение транспортного средства в кювете, повреждения указанного автомобиля (т.1 л.д. 32).

Как следует из заключения судебно – медицинской экспертизы трупа № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. наступила в результате сочетанной механической травмы головы, туловища, конечностей, которые повлекли за собой развитие осложнения в виде травматического шока, то есть обнаруженные повреждения, составляющие комплекс сочетанной травмы, вызвали цепь патологических изменений, и посредством этих осложнений повлекли за собой смерть пострадавшего. Между причинением повреждений и наступлением смерти пострадавшего имеется прямая причинно – следственная связь. ( т.1 л.д. 30-35).

Согласно протокола осмотра автомобиля «DATSUNON –DO», регистрационный знак <***>, таблицы иллюстрации к нему, на автомобиле обнаружены деформации аварийного характера, а именно деформация передней части, деформация правой боковой части автомобиля. Рулевое управление, ходовая часть и тормозная система, отвечающие за безопасность дорожного движения, находятся в исправном состоянии ( т.1 л.д. 38-42).

Как следует из заключения комиссионной судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия экспертов не усматривает наличие у гр. ФИО2 заболеваний, сопровождающихся спонтанной потерей сознания. Судебно – медицинских данных, позволяющих судить о кратковременной потере сознания у ФИО2 перед ДТП ДД.ММ.ГГГГ не имеется (т.1 л.д. 114-124).

Согласно выводов заключения дополнительной комиссионной судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 до ДТП ДД.ММ.ГГГГ страдал хроническими заболеваниями сердечно – сосудистой системы в виде гипертонической болезни с преимущественным поражением сердца. Указанное однократно в амбулаторной карте внезапно возникшее ДД.ММ.ГГГГ состояние, в отношении которого была оказана медицинская помощь больному на улице, не принималось во внимание, как не имеющее авторизированных данных. Комиссия экспертов не усматривает наличие у ФИО2 заболеваний, сопровождающихся потерей сознания. Судебно - медицинских данных, позволяющих судить о кратковременной потере сознания у водителя ФИО2 перед ДТП ДД.ММ.ГГГГ, не имеется ( т. 1 л.д. 218-232).

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО8 подтвердила выводы проведенных комиссионных экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и указала, что в проведении комиссионной экспертизы участвовал врач нейрохирург высшей квалификационной категории отдела сложных судебно – медицинских экспертиз ГБУЗ РК «КРБ СМЭ» ФИО14 Таким образом, привлечение к проведению комиссионной экспертизы дополнительно врача невролога было нецелесообразно. В предоставленных документах отсутствовали дополнительные документально подтвержденные доказательства наличия у ФИО2 хронических заболеваний неврологического характера, сопровождающихся нарушением кровоснабжения головного мозга, до ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании также был допрошен эксперт ФИО15, который подтвердил выводы проведенных комиссионных экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, и дал показания, аналогичные показаниям эксперта ФИО8

В соответствии с заключением судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая заключение комиссии судебно – медицинских экспертов, в общем случае в сложившейся дорожно – транспортной ситуации водитель автомобиля «DATSUNON-DO», регистрационный номер <***> ФИО2, с целью обеспечения безопасности движения должен был руководствоваться требованиями п.1.5, ч.1 п.8.1 и ч.1 п.10.1 ПДД РФ. С технической точки зрения возможность предотвращения данного ДТП для ФИО2 при заданных в постановлении о назначении экспертизы исходных данных и при отсутствии каких – либо помех технического характера (в случае, если изменение направления движения с выездом за пределы дороги было связано с неправильным выбором приемов управления транспортного средства), заключалось в выполнении им в комплексе требований п.п. 1.5, ч.1 п.8.1 и ч.1 п.10.1 Правил дорожного движения РФ. (т.2 л.д. 11-13).

Как следует из показаний эксперта ФИО16, допрошенного в судебном заседании, если изменение направления движения ФИО2 было связано с потерей управления в связи с его состоянием здоровья, то решение данных вопросов не входит в компетенцию эксперта – автотехника. В то же время, учитывая заключение комиссии судебно – медицинских экспертов, в общем случае в такой дорожно – транспортной ситуации ФИО2 с целью обеспечения безопасности движения должен был руководствоваться требованиями п.1.5, ч.1 п.8.1 и ч.1 п.10.1 ПДД РФ. При заданных исходных данных и отсутствии помех технического характера ФИО2 располагал технической возможностью предотвратить указанное ДТП путем выполнения вышеуказанных требований ПДД РФ.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно – процессуального законодательства РФ обоснованно признаны судом допустимыми. Данные доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены судом с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям.

Как видно из протокола судебного заседания и анализа материалов уголовного дела судебное разбирательство проходило в соответствии с принципами уголовного судопроизводства, на основе состязательности и равноправия сторон перед судом, при этом нарушений уголовного или уголовно – процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

При оценке доказательств суд привел убедительные мотивы и основания, по которым признал доказательства, подтверждающие обвинение, достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Судом первой инстанции в достаточной степени были проверены доводы осужденного о кратковременной потере сознания, и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные. С этими выводами суда соглашается и суд апелляционной инстанции, не усматривая при этом каких-либо оснований для переоценки указанных доказательств.

Доводы осужденного о том, что причиной ДТП стала кратковременная потеря сознания, опровергаются результатами проведенных комиссионных судебно – медицинских экспертиз, из выводов которых следует, что судебно - медицинских данных, позволяющих судить о кратковременной потере сознания у водителя ФИО2 перед ДТП не имеется. При этом, из показаний экспертов ФИО15, ФИО8 следует, что они в полном объеме подтвердили выводы проведенных экспертиз.

В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела. Стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств.

Все заявленные стороной защиты ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, их отклонение не препятствовало рассмотрению дела по существу и не влияло на полноту и достаточность представленных доказательств, для установления вины осужденного.

Заявленное ФИО2 ходатайство о назначении повторной судебно – медицинской экспертизы было рассмотрено судом первой инстанции, по указанному ходатайству было принято мотивированное решение (т.2 л.д. 214 оборот).

При этом, судом первой инстанции обоснованно указано, что противоречий в заключениях судебно – медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ не имеется. Утверждения осужденного о том, что указанные экспертизы нельзя принимать во внимание, поскольку в комиссию вместо врача – невролога был включен врач – нейрохирург суд апелляционной инстанции признаёт несостоятельными.

При этом, из показаний эксперта ФИО8 следует, что в комиссии участвовал врач нейрохирург высшей квалификационной категории отдела сложных судебно – медицинских экспертиз ГБУЗ РК «КРБ СМЭ» ФИО14, привлечение к проведению комиссионной экспертизы дополнительно врача невролога было нецелесообразно.

При этом, вопреки доводам осужденного, судом первой инстанции дана оценка отсутствию следов торможения и зафиксированы следы юза. Так, судом первой инстанции обоснованно указано, что зафиксированные следы характеризуют движение автомобиля под управлением ФИО2, при котором водителем могли предприниматься действия, направленные на восстановление курсовой устойчивости управляемого им автомобиля.

Доводы осужденного о том, что возможная потеря сознания вызвана установленной у него врачом – неврологом вертебро – базилярной недостаточностью суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку, как следует из заключения экспертизы № №, судебно – медицинских данных, позволяющих судить о кратковременной потере сознания у водителя ФИО2 перед ДТП ДД.ММ.ГГГГ, не имеется. При этом, в состав комиссии входило 6 специалистов, в том числе врач - кардиолог, врач - нейрохирург.

Указанные экспертизы проводились с учётом требований ст. 195-196 УПК РФ. Заключения экспертиз полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону « О государственной экспертной деятельности в РФ». Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве указанных судебных экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, следователем не допущено. Выводы экспертиз аргументированы и отвечают на поставленные перед ними вопросы. Данные экспертами заключения не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции, равно как не вызывает сомнений и компетентность экспертов.

Доводы осужденного о том, что при допросе в судебном заседании эксперт ФИО8 указала, что в предоставленной документации нет сведений об имеющемся у ФИО2 остеохондрозе, тогда как в заключении экспертизы имеется ссылка на амбулаторную медицинскую карту с указанием на имеющейся у него остеохондроз, не влияет на обоснованность выводов экспертиз и не является основанием для исключения показаний эксперта из числа допустимых доказательств.

На основе исследованных доказательств суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления и квалификации его действий по ч.3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно частей 1,3 статьи 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. При назначении наказания учитывается характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, судом первой инстанции было учтено, что ФИО2 на диспансерном учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, является ветераном труда, ранее к уголовной ответственности не привлекался, неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД, совершил преступление по неосторожности, которое относится к преступлениям средней тяжести.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Оснований для признания обстоятельством смягчающим наказание, проживание совместно с 93- летней матерью и осуществление за ней ухода, не имеется, поскольку материалы дела не содержат сведений, подтверждающих факт совместного проживания осужденного с матерью, а также, что осужденный непосредственно осуществляет за ней уход.

Не предоставлено таких сведений и в суд апелляционной инстанции.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО2, исходя из совокупности данных о его личности, а также обстоятельств дела, отсутствия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, тяжести совершенного преступления, его общественной опасности, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы, и отсутствии оснований для применения ст. 64, 73 УК РФ, свои выводы надлежащим образом мотивировал.

Назначенное ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы соответствует требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ и является справедливым, при этом учтены все данные о личности, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств по делу.

Считать назначенное наказание чрезмерно суровым оснований не имеется.

Каких – либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденному более мягкое наказание или снизить назначенное наказание, суд не усмотрел, как не усматривает их суд апелляционной инстанции.

Нарушений требований уголовного и уголовно – процессуального законов при рассмотрении дела, влекущих за собой изменение или отмену приговора по доводам апелляционной и дополнительных жалоб осужденного не имеется.

Гражданский иск разрешен в соответствии с требованиями закона, сумма компенсации морального вреда определена с учетом причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, в полной мере соответствует требованиям разумности и справедливости.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Белогорского районного суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 - оставить без изменения, апелляционную и дополнительные апелляционные жалобы осужденного ФИО2 – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий: