Апелляционное постановление № 22-317/2026 от 15 февраля 2026 г.

Судья Гарбар И.Ю. Дело №22-317/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 16 февраля 2026 года

Кемеровский областной суд

в составе председательствующего Рудь Г.Н.,

при секретаре Безменовой А.И.,

с участием прокурора Ларченко Т.А.,

адвоката Кулачихина А.Н.,

осужденного ФИО2,

потерпевшей Потерпевший №4,

представителя потерпевших Потерпевший №5 и Потерпевший №3 - адвоката Андреевой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Кулачихина А.Н. в защиту интересов осужденного ФИО2, на приговор Ленинск – Кузнецкого районного суда Кемеровской области от 21.08.2025, которым

ФИО2, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии – поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен с момента прибытия в колонию – поселение.

Зачтено в срок отбытого наказания, время следования в колонию – поселение из расчета один день пути за один день лишения свободы.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислен с момента отбытия наказания в виде лишения свободы.

Мера пресечения ФИО2 оставлена без изменения, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах, компенсации морального вреда и материального ущерба, взыскании процессуальных издержек.

Выслушав пояснения адвоката Кулачихина А.Н., осужденного ФИО2, потерпевшей Потерпевший №4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, полагавших необходимым приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение, прокурора Ларченко Т.А., адвоката Андреевой О.В., полагавших в удовлетворении апелляционной жалобы защитника отказать,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 осужден за то, что являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и смерть двух или более лиц.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> в направлении от <адрес> в сторону <адрес>, на нерегулируемом участке проезжей части автодороги <данные изъяты>, проходящему по территории <данные изъяты><адрес>-<данные изъяты> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО17 в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что согласно проведенных по делу комплексных видеотехнических и автотехнических экспертиз, действия водителя ФИО2, не соответствовали требованиям п. п. 1.3, 9.1 (1), 11.1 ПДД РФ, и создали условия для дорожно-транспортного происшествия, а водителя ФИО7 абз. 2 п. 10.1 ПДД РФ, что в свою очередь именно ФИО7, имея техническую возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем применения экстренного торможения, не меняя полосу движения, перед моментом столкновения изменил направление своего первоначального движения – применил маневр вправо (по ходу своего движения), куда в свою очередь уже сманеврировал автомобиль <данные изъяты> и столкновение автомобилей произошло за пределами проезжей части – на правовой обочине по ходу направления движения автомобиля ФИО7 Обращает внимание, что экспертом Свидетель №7 не раскрыт вопрос о том, полностью ли в момент столкновения автомобиль <данные изъяты> покинул полосу движения автомобиля <данные изъяты> не установлено технически, где находилась задняя часть автомобиля <данные изъяты>, покинула ли она полностью полосу движения автомобиля <данные изъяты> в момент удара, произошло ли столкновение транспортных средств, если бы автомобиль <данные изъяты> двигался прямолинейно и не применил маневр вправо. Кроме того, экспертом не учтено, что при проведении следственного эксперимента на месте происшествия от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что моментом возникновения опасности для движения для водителя <данные изъяты> было расстояние не 95 метров, а 172, 9 м. Отмечает, что допрошенный в судебном заседании специалист ФИО8 указал каким методом возможно было установить, полностью или нет в момент первичного удара автомобиль <данные изъяты> покинул полосу движения автомобиля <данные изъяты>. Полагает, что суд первой инстанции незаконно отказал в назначении дополнительной автотехнической экспертизы, поскольку для правильного решения по делу необходимо установить истинную причину дорожно-транспортного происшествия, и возможность автомобиля <данные изъяты> его предотвратить. Считает, что судом первой инстанции нарушен принцип состязательности сторон, выразившийся в длительном недопущении в судебное заседание специалиста ФИО8 и неприобщении его заключения, а также в формальном разрешении ходатайств защиты. Отмечает, что водитель ФИО7 мог находиться в алкогольном опьянении. Просит приговор отменить, передать дело на новое судебное разбирательство.

Проверив приговор и материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности виновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления, правильности квалификации его действий основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

В суде первой инстанции осужденный ФИО2 вину в предъявленном обвинении не признал, настаивал, что в ДТП виновен водитель ФИО7, поскольку в нарушение п. 10.1 ПДД ФИО7 не принял мер к снижению скорости, а сманеврировал на обочину, где и произошло столкновение транспортных средств. Он начал обгон до зоны действия знака 3.20 «Обгон запрещен», но после обнаружения опасности в виде встречного автомобиля не успевал вернуться на свою полосу движения и решил съехать на обочину, полностью освободив проезжую часть для встречного автомобиля.

Выводы о виновности осужденного в совершенном преступлении соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, которым суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал в приговоре надлежащую оценку как достоверным и допустимым.

Давая оценку доводам защиты о невиновности ФИО1, суд апелляционной инстанции отмечает, что по делу установлены объективные доказательства, позволившие сделать суду бесспорный вывод о наличии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого преступления.

К числу таких доказательств относятся приобщенная к материалам уголовного дела видеозапись обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, на которой зафиксировано как автомобиль под управлением осужденного ФИО1 двигаясь по своей полосе, выезжает на полосу встречного движения опережая грузовое транспортное средство движущееся впереди него и оказывается в зоне действия знака 3.20 «обгон запрещен», однако мер к возвращению на свою полосу движения не предпринимает и продолжает маневр обгона по встречной полосе по которой навстречу ему в непосредственной близости движется автомобиль <данные изъяты> под управлением водителя <данные изъяты>, последний пытаясь избежать столкновения выезжает на правую обочину, где происходит столкновение с автомобилем <данные изъяты>

Согласно показаниям эксперта Свидетель №7 в судебном заседании он проводил по делу комплексные экспертизы и сделал вывод, что в действиях водителя ФИО2 имеется несоответствие требованиям п.п. 9.1 и 11.1 ПДД РФ, именно он создал условия для ДТП. Выяснить экспертным путем покинул ли водитель ФИО2 полосу встречного движения полностью, не представилось возможным. Не создал бы водитель автомобиля <данные изъяты> конфликтной ситуации, не было бы ДТП. У второго водителя (<данные изъяты>) тоже усматривается несоответствие требований ПДД РФ, поскольку маневр должен быть безопасен, однако, именно первый водитель, который создал аварийную ситуацию, выехав на полосу встречного движения, приведшую к ДТП. Если хоть частично автомобиль ФИО2 был на встречной полосе, столкновение было бы неизбежно.

Кроме данных показаний виновность осужденного в совершении указанного преступления подтверждается также письменными доказательствами, а именно:

- заключениями видеотехнических автотехнических экспертиз (т.2 л. д. 162-179, т.3 л. <...> 128-144) согласно которых действия водителя автомобиля <данные изъяты> не соответствовали требований п.1.3, 9.1.1, 11.1 ПДД РФ. Водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться п.8.1 и ч.2 п.10.1 ПДД РФ. Время с момента выезда автомобиля <данные изъяты> на полосу встречного движения до момента ДТП составляло менее 4 секунд. Установить, покинул ли полностью автомобиль <данные изъяты> проезжую часть к моменту столкновения, не представляется возможным. Средняя скорость автомобиля <данные изъяты> на видеозаписи определяется значением <данные изъяты> Водитель автомобиля <данные изъяты> мог остановиться до линии столкновения с момента выезда автомобиля <данные изъяты> на полосу, предназначенную для встречного движения, однако момент, в который водитель автомобиля <данные изъяты> должен был и мог обнаружить опасность для движения может не совпадать с моментом выезда <данные изъяты> на полосу встречного движения.

- протоколом осмотра места происшествия, схемой места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, фототаблицей, в которых зафиксирована дорожная обстановка и расположение транспортных средств в результате ДТП;

- протоколами осмотра предметов, фототаблица, согласно которых произведен осмотр автомобилей марки <данные изъяты> где зафиксированы повреждения после ДТП;

- протоколом осмотра местности, схемой, фототаблицей, согласно которого на автодороге «Новосибирск-Ленинск-Кузнецкий-Кемерово-Юрга» ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 11 часов 30 минут до 12 часов 10 минут следователем СО Отдела МВД России по Ленинск-Кузнецкому муниципальному округу произведен осмотр местности, находящегося на <данные изъяты> установлено наличие знаков 3.20 «Обгон запрещен»;

- протоколом следственного эксперимента, согласно которому на автодороге «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 22 часов 35 минут до 23 часов 40 минут следователем СО Отдела МВД России по Ленинск-Кузнецкому муниципальному округу, с участием свидетеля ФИО1, адвоката ФИО17, водителя – ФИО9, водителя ФИО10, начальника ОГИБДД Отдела МВД России по Ленинск-Кузнецкому муниципальному округу, в соответствии со ст. 181 УПК РФ, произведен следственный эксперимент по уголовному делу, установлено расстояние между транспортными средствами в момент возникновения опасности и до места столкновения (т.2 л. д. 126-131);

- заключениями судебно-медицинских экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, 22/138 от ДД.ММ.ГГГГ, 23/139 от ДД.ММ.ГГГГ о характере и локализации телесных повреждений у трупов ФИО7, ФИО11, ФИО12, ФИО13, которые могли образоваться в результате воздействий твердого тупого предмета (предметов), возможно, в результате ДТП, в срок незадолго до наступления смерти, находятся в причинной связи с ее наступлением, в совокупности расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- заключением судебно-медицинской экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о характере и локализации телесных повреждений ФИО3, ФИО2, расцененных как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Доказательства, на которые суд сослался в обоснование виновности ФИО1, проверены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, при этом суд в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ привел мотивы, по которым признал достоверными одни доказательства и отверг другие, правильно признав совокупность доказательств достаточной для разрешения дела по существу. Выводы суда первой инстанции являются убедительными, оснований не согласиться с ними, в том числе по доводам жалобы защитника, суд апелляционной инстанции не находит.

Показания свидетелей, которые положены в основу приговора, являются последовательными, логичными, согласуются с исследованными по делу доказательствами и противоречий, влияющих на правильность установления фактических обстоятельств дела, не содержат. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного, не выявлено.

Обоснованно отвергнуты показания потерпевшей <данные изъяты>. не нарушал ПДД РФ, а в ДТП виновен водитель ФИО14, как не достоверные, противоречащие совокупности других исследованных доказательств по делу. С такой оценкой соглашается и суд апелляционной инстанции.

Письменные документы, на которые имеются ссылки в приговоре, получены с соблюдением установленной уголовно-процессуальным законом процедуры.

Судом также дана надлежащая оценка проведенным по делу судебным экспертизам, заключения которых соответствуют требованиям УПК РФ, содержат информацию о проведенных исследованиях и выводах по вопросам, поставленным перед экспертами; указанные выводы согласуются с показаниями свидетелей, а также другими доказательствами, положенными в основу обвинительного приговора.

Вопреки доводам жалобы защиты все ходатайства, заявленные стороной защиты в ходе судебного разбирательства, в т.ч. о назначении судебно-автотехнической экспертизы, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями ст. 256 УПК РФ, по каждому из них судом приняты мотивированные решения, с учетом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий, с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и отказ в их удовлетворении не может быть расценен как нарушение закона и ограничение прав стороны защиты, при этом принятие решений об отказе в удовлетворении ходатайств о назначении экспертиз без удаления председательствующего в совещательную комнату соответствует положениям ч. 2 ст. 256 УПК РФ.

Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов научно обоснованы, каких-либо противоречий и сомнений не содержат, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Заключение специалиста ФИО8 и его показания в судебном заседании о том, что действия водителя ФИО14 явились причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия, обоснованно отвергнуты судом первой инстанции, поскольку суждения специалистов по материалам, представленным заказчиком, без исследования всех имеющихся в материалах уголовного дела доказательств, их оценка (рецензия) на предмет достоверности выводов экспертов находятся за пределами предоставленных им уголовно-процессуальным законом полномочий.

Акт экспертного исследования от ДД.ММ.ГГГГ №, <данные изъяты>, представленный защитником в суд апелляционной инстанции, также не отвечает требованиям доказательств, данное исследование проведено без соблюдения требований уголовно-процессуального закона, и не опровергает относимость и допустимость заключений судебных экспертиз. При составлении указанного акта, специалист об уголовной ответственности не предупреждался, с материалами уголовного дела не ознакомлен.

Материалы дела не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания доказательств недопустимыми. Не установлено также, что суд исследовал недопустимые доказательства, необоснованно исключил из разбирательства по делу допустимые доказательства или отказал сторонам в исследовании доказательств, которые имели существенное значение для правильного и объективного разрешения дела.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО2 в совершении инкриминированного ему преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и достаточно полно приведенных в приговоре доказательствах.

Доводы о невиновности осужденного тщательно проверены судом первой инстанции и отвергнуты им с приведением убедительных мотивов, не соглашаться с которыми оснований не имеется.

Так, бесспорно установлено в судебном заседании и не отрицается стороной защиты, что автомобиль <данные изъяты> под управлением водителя ФИО1 двигался в темное время суток в направлении от <адрес> в сторону <адрес>, по нерегулируемому участку проезжей части автодороги «Новосибирск-Ленинск -Кузнецкий-Кемерово-Юрга», проходящему по территории Ленинск-Кузнецкого муниципального округа <адрес>-Кузбасса, выехал на полосу встречного движения в зоне действия знака 3.20 «Обгон запрещен», таким образом, создал опасность для движения автомобилю <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО7, который двигался во встречном направлении, в результате чего при совершении маневра обгона впереди идущего в попутном направлении транспортного средства, съехал на обочину, расположенную за полосой встречного движения, где совершил передней правой частью, управляемого им автомобиля VOLVO XC 90 столкновение в переднюю левую часть автомобиля <данные изъяты>. В прямой причинно-следственной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием состоят действия водителя ФИО1, который выехал на полосу встречного движения.

Осужденный ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями п.1.3, п.9.1.1, п.11.1 ПДД РФ, т.е. до начала разметки и зоны действия знака «обгон запрещен» ему надлежало вернуться на свою полосу движения, при невозможности выполнения данного требования, он вообще не должен был начинать обгон.

Доводы осужденного и его защитника о неоправданности маневра ФИО7 является их субъективной оценкой произошедшего, которая не ставит под сомнение выводы суда в приговоре.

Доводы защиты о том, что водитель ФИО7 находился в состоянии алкогольного опьянения проверены судом и обоснованно отвернуты за несостоятельностью с учетом показаний, допрошенного в судебном заседании специалиста Свидетель №6, поскольку установленные экспертным путем показатели наличия этилового спирта в крови и моче, не могут с достоверностью свидетельствовать о состоянии алкогольного опьянения, которое устанавливается только на основании медицинского освидетельствования. Вывод о степени алкогольного опьянения по данным показателям не может быть достоверным.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и считая их обоснованными, апелляционный суд обращает внимание на установленный в результате просмотра видеозаписи дорожно-транспортного происшествия, исключительно короткий (не более 4 секунд), промежуток времени между моментом появления света фар встречного автомобиля и моментом столкновения, что, по мнению апелляционного суда, подтверждает как вышеуказанные выводы экспертов, так и основанные на них выводы суда о том, что ФИО1, совершая маневр обгона в условиях ограниченной видимости, не принял никаких мер по выполнению требований п. 10.1, 11.1 ПДД РФ, т.е. избрал скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства в направлении движения для выполнения требований правил, был недостаточно внимателен к дорожной обстановке (темное время суток) и ее изменениям, пренебрег информационным знаком 3.20 и линиями дорожной разметки 1.1., 1.19, не убедился, что полоса встречного движения свободна на достаточном для обгона расстоянии, выехал на полосу встречного движения, таким образом создал опасность для движения автомобилю NISSAN X-Trail под управлением ФИО7, который двигался во встречном направлении по своей полосе, соблюдая правила дорожного движения, не создавал угрозы безопасности другим участникам движения, имел приоритет перед вторым водителем, и при совершении маневра обгона съехал на обочину, расположенную за полосой встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты> под управлением ФИО7, а действия ФИО14 не находятся в причинной связи со столкновением, поскольку даже в случае соблюдения им п. 10.1, установленного ПДД РФ, наличие у него возможности предотвратить столкновение не является однозначной.

Изложенные в жалобе доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, не усматривается. Предварительное следствие и судебное разбирательство по данному уголовному делу проведены с соблюдением требований УПК РФ с достаточной полнотой и объективностью. Все доказательства, представленные сторонами, судом исследованы в соответствии с требованиями закона. Судебное разбирательство было проведено с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе, состязательности и равноправия сторон.

Суд апелляционной инстанции находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств и доводов сторон убедительными, а принятые решения соответствующими закону и материалам дела.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

При изложенных доказательствах в своей совокупности суд, придя к правильному выводу о виновности ФИО2, верно квалифицировал его действия по ч. 5 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, и смерть двух или более лиц.

Между тем, при описании виновности ФИО2 в совершении предъявленного ему обвинения, суд не указал на причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также в описательно-мотивировочной части приговора судом также указано, что ФИО2 виновен в совершении преступления в отношении потерпевших ФИО15, ФИО7, ФИО11, ФИО13, а указание на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей Потерпевший №4 отсутствует. Вместе с тем, указанные обстоятельства не свидетельствуют о наличии юридически значимых противоречий в выводах суда. Расценивая приговор как единый документ, содержащий в описательно-мотивировочной части мотивированные выводы суда о квалификации действий осужденного, суд апелляционной инстанции полагает, что существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела, судом первой инстанции не допущено и оснований для отмены состоявшегося судебного решения не имеется.

Кроме того, указание в описательно-мотивировочной части приговора, в выводах суда на нарушение подсудимым ФИО2 п. 3.1 ПДД РФ, свидетельствует о явной технической ошибке, данные нарушения не влияют на существо принятого судом первой инстанции решения и не влияют на законность и обоснованность приговора.

При разрешении вопроса об определении вида и размера наказания осужденному, суд в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ признал и учел обстоятельства, имеющие значение, а также характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности суд учел, что ФИО2 ранее не судим, на учете в медицинских учреждениях не состоит, официально трудоустроен, по месту жительства охарактеризован положительно, имеет семью.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно учтены: мнение потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №1, Потерпевший №4, не настаивающих на строгом наказании, наличие на иждивении дочери – студента, обучающейся на очном отделении университета, состояние здоровья осужденного и его супруги, также пострадавших в ДТП, а также то обстоятельство, что осужденный потерял в ДТП своего <данные изъяты> сына и тещу, имеет престарелую больную мать.

Таким образом, судом учтены все смягчающие наказание обстоятельства, подлежащие обязательному учету в силу положений ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Оснований для применения к осужденному положений ч. 6 ст. 15, ст.64, 53.1 УК РФ суд первой инстанции мотивированно не усмотрел, с чем соглашается и апелляционная инстанция.

Принимая во внимание изложенное, обстоятельства совершения преступления и данные о личности осужденного, суд пришел к верному выводу о назначении ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы.

Назначенное судом первой инстанции дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством на срок 2 года 6 месяцев суд апелляционной инстанции находит законным, обоснованным и справедливым.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов в ходе судебного разбирательства, влекущих иные изменения, либо отмену приговора по другим основаниям, в апелляционном порядке не установлено.

Кроме того, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приговор подлежит отмене в части взыскания с осужденного ФИО2 в пользу потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №5 процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения представителю в размере 107500 рублей каждой, по следующим основаниям.

Согласно п. ч. 1 ст. 389.15 и ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием для отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Исходя из правовой взаимосвязи положений ч. 3 ст. 42 УПК РФ и ч. 1.1 ст. 131 УПК РФ, и в соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного следствия и в суде, включая расходы на представителя, которые не относятся к предмету гражданского иска, а являются процессуальными издержками и возмещаются в порядке, установленном ст. 131 УПК РФ.

По смыслу закона и в силу п. 25 "Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации", утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации N 1240 от ДД.ММ.ГГГГ (с последующими изменениями), расходы, связанные с производством по делу, возложены на орган, в производстве которого находится уголовное дело, и возмещаются за счет средств предусмотренных федеральным бюджетом на указанные цели.

Таким образом, расходы потерпевшего, связанные выплатой вознаграждения представителю, подлежат возмещению судом за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства. Взыскание процессуальных издержек в пользу конкретных лиц, а не в доход государства противоречит требованиям закона.

Кроме того, как следует из протокола судебного заседания, осужденному ФИО2 судом не разъяснялись положения ст. ст. 131 и 132 УПК РФ в части взыскания процессуальных издержек в виде суммы, выплачиваемой потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Однако, вышеуказанные положения закона не учтены судом первой инстанции, в связи с чем решение о взыскании процессуальных издержек в пользу потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №5 напрямую с осужденного ФИО2 подлежит отмене с передачей дела в этой части на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинск – Кузнецкого районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части взыскания в пользу потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №5 процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения их представителю адвокату ФИО25 с ФИО2 отменить, передать дело в этой части на новое рассмотрение в порядке главы 47 УПК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Кулачихина А.Н., без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Г.Н. Рудь