Апелляционное определение № 33-105/2026 33-4038/2025 от 19 января 2026 г.

Дело № 2-96/2025 судья Панус К.И. 2026 год

33-105/2026

УИД 69RS0034-01-2025-000010-81


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 года г. Тверь

Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего судьи Пойменовой С.Н.,

судей Климовой К.В., Солдатовой Ю.Ю.,

при секретаре судебного заседания Алиевой Л.А.,

по докладу судьи Солдатовой Ю.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Удомельского городского суда Тверской области от 06 августа 2025 года, которым, с учетом определения об исправлении описки от 13 августа 2025 года, постановлено:

«в удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о признании приказа заместителя Генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)» от 02.02.2024 незаконным, отказать в полном объеме в связи с истечением срока исковой давности.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по заработной плате за период с 02.02.2024 по 11.02.2024 в связи с отстранением от работы и объявлением простоя удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (№) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, задолженность по заработной плате за период с 02.02.2024 по 11.02.2024 в размере 151 (сто пятьдесят один) рубль 47 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за период с 02.02.2024 по 11.02.2024 в связи с отстранением от работы и объявлением простоя в большем размере отказать.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по заработной плате за период нахождения в командировке с 12.02.2024 по 24.02.2024 удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (№) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, задолженность по заработной плате за период нахождения в командировке с 12.02.2024 по 24.02.2024 в размере 172 460 (сто семьдесят две тысячи четыреста шестьдесят) рублей 66 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за период нахождения в командировке с 12.02.2024 по 24.02.2024 в большем размере отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о признании приказа заместителя Генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» № от 03.10.2024 «Об отстранении от работы (недопущении к работе)» незаконным, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о признании незаконными действий работодателя по возврату Разрешения № от 19.08.2019, выданного Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору на право ведения работ в области использования атомной энергии в должности <данные изъяты> филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» при ведении технологического процесса (оперативный персонал) на плавучей атомной станции филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций», отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о возложении обязанности на работодателя допустить ФИО1 к самостоятельной работе при эксплуатации энергетических ядерных установок, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о признании приказа заместителя Генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» № от 17.01.2025 «О внесении изменений в приказы филиала от 03.10.2024 № «Об отстранении от работы (не допущении к работе)», от 09.01.2025 № «О внесении изменения в приказы от 03.10.2024 № «Об отстранении от работы (не допущении к работе) незаконным, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о признании приказов заместителя Генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» № от 25.12.2024 и № от 30.01.2025 «О проведении мероприятий по подготовке комплекта документов для получения ведущим <данные изъяты> ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии» незаконными, отказать.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по заработной плате за октябрь 2024 года удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (№) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, задолженность по заработной плате за октябрь 2024 года в размере 110 133 (сто десять тысяч сто тридцать три) рубля 60 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за октябрь 2024 года в большем размере отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по заработной плате за ноябрь 2024 года (удержанной без согласия истца надбавки за вахтовый метод работы) в размере 23 400 рублей, отказать.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по заработной плате за декабрь 2024 года удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (№ в пользу ФИО1, <данные изъяты>, задолженность по заработной плате за декабрь 2024 года в размере 18 549 (восемнадцать тысяч пятьсот сорок девять) рублей 06 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за декабрь 2024 года в большем размере отказать.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по заработной плате за январь 2025 года удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, задолженность по заработной плате за январь 2025 года в размере 84 760 (восемьдесят четыре тысячи семьсот шестьдесят) рублей 80 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании задолженности по заработной плате за январь 2025 года в большем размере отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании задолженности по выплате премии по ключевому показателю эффективности (КПЭ) за 2024 год в размере 43 238 рублей 31 копейка, отказать.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (№) в пользу ФИО1, <данные изъяты>, компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 181 971 (сто восемьдесят одна тысяча девятьсот семьдесят один) рубль 27 копеек с последующим начислением компенсации в размере 1/150 ключевой ставки ЦБ РФ действующей в соответствующие периоды от суммы основного долга в размере 386 055 рублей 59 копеек за каждый день просрочки начиная с 07.08.2025 и по день фактического расчета включительно.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы в большем размере отказать.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (АО «Концерн Росэнергоатом») о взыскании компенсации морального вреда за несвоевременную выплату заработной платы удовлетворить частично, взыскать с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (<данные изъяты> в пользу ФИО1, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда за несвоевременную выплату заработной платы в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда за несвоевременную выплату заработной платы в большем размере отказать»

Судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала акционерного общества «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС), в котором, с учетом уточнения, просит признать приказы: от 02 февраля 2024 года № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)», от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)», от 17 января 2025 года № «О внесении изменений в приказ от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)», от 25 декабря 2024 года № «О проведении мероприятий по подготовке комплекта документов для получения <данные изъяты> ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии», от 30 января 2025 года № «О проведении мероприятий по подготовке комплекта документов для получения <данные изъяты> ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии», незаконными; признать действия работодателя по возврату разрешения от 19 августа 2019 года № в Северо-Европейское межрегиональное территориальное управление по надзору за ядерной и радиационной безопасностью Ростехнадзора незаконными; обязать работодателя допустить ФИО1 к самостоятельной работе; взыскать задолженность по заработной плате за период простоя с 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года в сумме 78820 рублей 27 копеек; взыскать задолженность по заработной плате за период нахождения в командировке с 12 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года в сумме 232457 рублей 94 копейки; взыскать задолженность по заработной плате за период октябрь, ноябрь, декабрь 2024 года, январь 2025 года, ввиду незаконного отстранения от работы, в размере 927449 рублей 22 копейки; взыскать задолженность в связи с неполной выплатой премии по ключевому показателю эффективности (КПЭ) за 2024 год; взыскать денежную компенсацию за каждый день задержки выплаты заработной платы по состоянию на 30 апреля 2025 года в размере 335988 рублей 94 копейки с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, начиная с 01 мая 2025 года по день фактического расчета включительно; взыскать компенсацию морального вреда за несвоевременную выплату заработной платы в размере 150000 рублей.

В обоснование требований указано, что 20 апреля 2011 года истец принят на работу в реакторный цех в АО «Концерн Росэнергоатом» филиал Калининская АЭС. 01 августа 2019 года ФИО1 переведен на вахтенную службу группы технологического управления филиала АО «Концерн Росэнергоатом» ПАТЭС, с 01 октября 2019 года в город Певек с формой организации работы – вахтовым методом, где он работает по настоящее время. За время работы истец неоднократно направлялся в служебные командировки.

02 февраля 2024 года на основании приказа № со ссылкой на статью 76 Трудового кодекса Российской Федерации и Федеральный закон от 08 марта 2021 года № 35-ФЗ ФИО1 отстранили от работы с даты издания приказа до устранения обстоятельств, явившихся причиной отстранения от работы, то есть со 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года включительно (10 дней). Оплата времени простоя по вине работодателя рассчитана пропорционально времени простоя, на основании пункта 4 приказа.

С указанным приказом ФИО1 не согласен, поскольку ответчик своевременно не оформил ему командировку на медицинский осмотр и психофизиологическое обследование, не уведомив ФИО1 надлежащим образом о необходимости прибыть в назначенное время в медицинское учреждение.

Полагает, что ввиду незаконного отстранения от работы у него возникла задолженность по заработной плате. За период простоя истцу должна быть начислена сумма в размере 226512 рублей. Поскольку истцу выплачена сумма в размере 147691 рубль 73 копейки (код выплаты 3315), что не оспаривается истцом, задолженность по заработной плате за время простоя за спорный период составляет 78820 рублей 27 копеек, которая должна была быть выплачена не позднее 05 февраля 2024 года.

В период с 12 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года (на 13 календарных дней) истец был отправлен в командировку. При начислении заработной платы истцу не доначислили заработную плату за время нахождения в командировке в размере 232457 рублей 94 копейки, поскольку при расчёте командировочных выплат не оплатили 18 и 23 февраля 2024 года и не учли, что указанные дни командировки приходились на период выходных и праздничных дней, что влечёт выплату командировочных в двойном размере исходя из средней заработной платы.

Ссылаясь на требования статей 139, 153, 167 Трудового кодекса Российской Федерации, Положение об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 13 октября 2008 года № 749, а также пункт 6.5 коллективного договора о доплате работникам за многосменный режим работы, полагает, что ему должны быть оплачены как вечерние часы, что составляет 20 % к оплате, так и ночные часы, что составляет 40 % к оплате.

03 октября 2024 года ответчиком издан приказ №, согласно которому истцу объявлен простой в связи с отсутствием разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии, истечения срока действия разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии (разрешение Ростехнадзора от 19 августа 2019 года №) с даты издания приказа до устранения обстоятельств, явившихся причиной отстранения от работы.

Ввиду незаконного увольнения истца 27 сентября 2021 года и прекращения трудовых отношений, в последующем его восстановлении на работе 25 мая 2022 года на основании апелляционного определения Тверского областного суда перерыв в его работе составил более 6 месяцев, из-за чего действие вышеуказанного разрешения прекращено.

09 января 2025 года на основании приказа № в оспариваемый приказ от 03 октября 2024 года № внесены изменения о рабочем месте и графике работы. 17 января 2025 года приказом № пункт 5 приказа от 03 октября 2024 года № изложен в новой редакции; пункт 1 приказа от 09 января 2025 года № признан утратившим силу. 09 апреля 2025 года в ходе судебного заседания указанный приказ представлен истцу, ранее с ним он не был ознакомлен.

С приказом от 17 января 2025 года истец не согласен, считает его незаконным, нарушающим его трудовые права, поскольку рабочее место работника располагается в помещении работодателя по адресу: <адрес> Характер работы и форма организации работ: вахтовый метод. При вахтовом методе работы рабочими местами в ПАТЭС считаются плавучий энергоблок (далее – ПЭБ) и комплекс административных и гидротехнических береговых сооружений, расположенные <адрес> (пункт 3.2 Положения о вахтовом методе работы, являющимся приложением к коллективному договору).

В соответствии с пунктом 1.9 должностной инструкции от 25 января 2019 года №, которая является неотъемлемой частью трудового договора, работник проходит подготовку на должность по рабочему месту в учебно-тренировочном подразделении, практическое обучение на рабочем месте (стажировку). Согласно пункту 7 листа изменений к должностной инструкции от 24 сентября 2020 года зоной обслуживания работника является центральный пункт управления (ЦПУ) ПЭБ (пункт 1.14).

Согласно пункту 4.1 коллективного договора профессиональное обучение, поддержание квалификации работников организуется работодателем на рабочем месте работников, в УТП ПАТЭС и в образовательных организациях в соответствии с требованиями профстандартов, нормативных и руководящих документов в области использования.

Истец полагает, что пункт 1 приказа от 17 января 2025 года об определении местом исполнения индивидуальной программы подготовки на должность (далее - ИПП) является нарушением норм трудового законодательства об установлении рабочего места истца и изменением существенных условий трудового договора, а также самой программы обучения, согласно которой местом обучения является учебно-тренировочное подразделение (далее – УТП).

Пунктом 1 не указано, с какой именно даты истцу определено место исполнения ИПП, что создает противоречия и двусмысленные толкования приказа. Не разъяснено, каким образом исполнять ИПП в условиях отстранения от работы, учитывая, что обучение является одной из должностных обязанностей работника.

Истец в обоснование своих доводов ссылается на статью 2 Федерального закона от 08 марта 2011 года № 35-ФЗ «Устав о дисциплине работников организаций, эксплуатирующих особо радиоционно опасные и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии», которая не содержит таких оснований для отстранения как отсутствие у работника разрешения, истечение срока действия разрешения. Работники отстраняются от работы при совокупности условий, перечисленных в статье 2 Устава, таких как не прошедшие подготовку, переподготовку, проверку знаний, инструктаж и не получившие разрешение на право ведения работ в области использования атомной энергии. В приказе указано два основания. Отсутствие разрешения и истечение срока разрешения, по какому основанию работника отстранили, обжалуемый документ не содержит.

Разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии истец лишился по вине работодателя, который не исполнил судебный акт и намеренно возвратил разрешение.

ФИО1 28 сентября 2021 года восстановлен на работе, все последствия связанные с увольнением судебным актом были нивелированы, перерыва в работе не возникло. ФИО1 сохранил все трудовые права и обязанности, включая и допуск к самостоятельной работе. Но работодатель в одностороннем порядке, не уведомив работника, не выполнив решение суда, до истечения срока действия лицензии (до 19 августа 2024 года) 06 июня 2024 года возвратил разрешение на право ведения работ, чем нарушил не только трудовые права работника, связанные с восстановлением на работе, но и не исполнил решение суда в полном объеме. Истец считает действия работодателя по возврату разрешения незаконными.

25 декабря 2024 года работодателем, в целях устранения обстоятельств, явившихся причиной отстранения ФИО1 от работы был издан приказ № с целью подготовки комплекта документов для получения <данные изъяты> ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии и устранения обстоятельств, явившихся причиной его отстранения от работы. Указанный приказ является незаконным по причине того, что истец уже проходил входной контроль, у него имеется индивидуальная программа подготовки на должность и должностная инструкция, по которой он работает. Чем была обусловлена необходимость повторного прохождения указанных процедур, в приказе не указано, трудовым законодательством не регламентирована необходимость обучения работника повторно. Истец полагает приказ незаконным, ссылаясь на пункт 4.5.4 Правил организации работы с персоналом на атомных станциях (СТО 1.1.1.01.004.1933-2022).

30 января 2025 года издан приказ №, о котором ФИО1 узнал 14 марта 2025 года. С данным приказом не согласен, поскольку место самостоятельной подготовки, предусмотренной ИПП, определено по выбору <данные изъяты> ФИО1, чем изменено его рабочее место, без согласия работника, что является существенным нарушением трудового договора.

Определяя местом подготовки обучения место жительства истца по адресу его регистрации (пункт 3.2 приказа) работодатель ограничил истца в свободе его передвижения, что нарушает уже не только его права в области трудового права, но и его конституционные права на выбор места жительства, фактически определяя его место жительства адресом регистрации.

Истец полагает, что ответчик, издавая приказы, не определился в каком месте должно происходить обучение, поскольку приказы содержат противоречащие распорядительные действия по месту обучения истца. Приказ от 30 января 2025 года как продолжение приказа от 25 декабря 2025 года о подготовке ФИО1 на должность <данные изъяты> является незаконным.

При этом истец ссылается на раздел 4.5 Правил организации работы с персоналом на атомных станциях (СТО 1.1.1.01.004.1933-2022), согласно которым подготовка на должность проводится для вновь принятых или переведенных на другую должность работников АС, а также для работников АС, определенных (в установленном на АС порядке) для замещения каких-либо должностей АС, за исключением работников: имеющих допуск к самостоятельной работе по занимаемой/замещаемой должности соответственно; переведенных на другую должность и/или в другое структурное подразделение АС без изменения их должностных обязанностей, в случае сохранения условий труда и идентифицированных ранее источников опасности. Истец является действующим <данные изъяты>, соответствует квалификационным требованиям, учитывая отсутствие перерыва в работе согласно апелляционному определению судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 25 мая 2022 года.

Ввиду незаконного отстранения истца от работы у него возникла задолженность по заработной плате за октябрь, ноябрь, декабрь 2024 года, январь 2025 года в размере 927449 рублей 22 копейки. Помимо того, что ответчик оплатил работу как 2/3 от среднего заработка, с чем истец не согласен, так не доплатил работу в выходной день – 10 октября 2024 года. За ноябрь 2024 года задолженность составила 23400 рублей, вследствие удержания без согласия истца надбавки за вахтовый метод работы (код выплаты 1042 расчетного листа за ноябрь).

ФИО1 за 2024 год не выплатили премию по ключевому показателю эффективности (далее – КПЭ), о чем ему стало известно из информационного письма от 06 апреля 2025 года личного кабинета работника. Согласно письму премия за 2024 год составляет 87,85%. Указанную премию работник должен получать в соответствии с «Положением об оплате труда работников АО «Концерн Росэнергоатом» и размер премии может быть уменьшен только ввиду дисциплинарных взысканий, к которым ФИО1 не привлекался. Уменьшение размера КПЭ связано с отстранением истца от работы и объявлением простоя.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации ответчик обязан выплатить истцу денежную компенсацию за каждый день задержки выплаты заработной платы.

Сумма морального вреда увеличена до 150000 рублей, поскольку действиями ответчика истцу причинены не только нравственные страдания, но и физические, связанные с состоянием здоровья. Причины, послужившие ухудшению состояния здоровья, связаны исключительно с действиями работодателя, в том числе по вынесению незаконных приказов.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственная инспекция труда в городе Москве и Государственная инспекция труда в Тверской области.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, уточненных исковых заявлениях, письменных пояснениях, за исключением требования о возложении обязанности на работодателя допустить истца к самостоятельной работе. Данное требование не поддержали, сформулировав требование обязать работодателя восстановить ФИО1 на работе на основании решения Тверского областного суда от 25 мая 2022 года и допустить к выполнению прежних трудовых обязанностей, возникающих до незаконного увольнения, включая соблюдение условий допуска к виду деятельности, который предусматривает получение разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии. Неустойку просили взыскать на дату вынесения решения суда с последующей уплатой процентов.

Представитель ответчика АО «Концерн Росэнергоатом» ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

В ранее состоявшихся судебных заседаниях представитель ответчика ФИО3 по заявленным требованиям возражал, основываясь на доводах, изложенных в письменных возражениях.

Представители третьих лиц Государственной инспекции труда в городе Москве и Государственной инспекции труда в Тверской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ходатайств не представили.

Судом постановлено приведенное выше решение. Определением суда от 13 августа 2025 года исправлены арифметические ошибки, допущенные в решении суда.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит отменить решение суда и удовлетворить его требования в полном объеме.

В обоснование жалобы истец указывает на несогласие с решением суда в части отказа во взыскании доплаты в вечернее и ночное время за период командировки с 12 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года; отказа в признании незаконным приказа от 03 октября 2024 года № с последующими изменениями от 17 января 2025 года №; приказов от 25 декабря 2024 года № и от 30 января 2025 года №; отказе во взыскании денежной суммы в размере 23400 рублей, незаконно удержанной работодателем в ноябре 2024 года и взыскании премии КПЭ. Также истец не согласен с применением судом при расчете задолженности по заработной плате среднего часового заработка в размере 2831 рубль 40 копеек и исключении из расчета задолженности праздничных дней 1, 2, 3, 4, 5, 6, 8 января, подлежащих оплате в двойном размере.

Истец полагает, что судом необоснованно разрешались требования в части допуска к самостоятельной работе, которые он не поддержал. При этом, судом необоснованно не приняты уточненные исковые требования.

Истец полагает, что у работодателя не имелось законных оснований для его отстранения от работы и направления на обучение, поскольку он является действующим <данные изъяты>, аттестованным сотрудником, соответствует квалификационным требованиям и имеет допуск к самостоятельной работе. Работодатель не имел права изменять рабочее место сотрудника без его согласия и ознакомления с приказом.

В возражениях на апелляционную жалобу истца ФИО1 ответчиком указано, что решение суда законно и обоснованно, основания для удовлетворения жалобы истца отсутствуют.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 18 ноября 2025 года произведена замена в порядке правопреемства третьих лиц Государственной инспекции труда в городе Москве и Государственной инспекции труда в Тверской области на их правопреемника Центральную межрегиональную территориальную государственную инспекцию труда.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции доводы жалобы поддержали в полном объеме, дав пояснения, аналогичные в ней изложенным.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, в заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы письменных возражений. Дополнительно пояснил, что действия работодателя в части издания приказов о подготовке документов для получения ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии полностью соответствуют требованиям законодательства и локальных нормативных актов АО «Концерн Росэнергоатом». В части расчетов среднечасового заработка истца за февраль, октябрь, декабрь 2024 года и январь 2025 года, представленных в суд апелляционной инстанции, представитель ответчика указал, что данный расчет был произведен с учетом расчетного периода в 12 месяцев, предшествующих месяцу, в котором надлежало выплатить соответствующие суммы задолженности. Выплаченные истцу суммы учтены в расчете помесячно, с соблюдением требований Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", применен коэффициент индексации.

Представитель третьего лица Центральная межрегиональная территориальная государственная инспекция труда в заседание суда апелляционной инстанции не явился, надлежащим образом извещен о рассмотрении дела.

На основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав судью-докладчика, пояснения истца и его представителя, представителя ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, проверив законность и обоснованность вынесенного судом первой инстанции решения в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений, исследовав дополнительно представленные доказательства, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Во исполнение указанных норм закона и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года N 16 судом апелляционной инстанции, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений, предложено сторонам представить дополнительные доказательства.

В ходе рассмотрения спора установлено, что 20 апреля 2011 года между истцом и ОАО «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице директора филиала ОАО «Концерн Росэнергоатом» «Калининская атомная станция» заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО1 принят на должность <данные изъяты> (том 1 л.д. 102-106).

01 октября 2019 года дополнительным соглашением к трудовому договору от 20 апреля 2011 года работодатель перевел работника с его согласия на должность <данные изъяты> (пункт 1). Пунктом 1.1 дополнительного соглашения предусмотрено, что рабочее место работника располагается в помещении работодателя по адресу: <адрес> (том 1 л.д. 116-117).

Режим рабочего времени работника определен как суммированный учет рабочего времени, учетный период – год (пункт 1.4). Характер работы и форма организации работ: вахтовый метод (пункт 1.5). Работнику установлен уровень сложности – 08, должностной оклад в размере 61 806 рублей в месяц и интегрированная стимулирующая надбавка (ИСН) в соответствии с внутренними локальными нормативными актами в размере, установленном соответствующими приказами (пункт 1.7).

20 января 2020 года дополнительным соглашением к трудовому договору от 20 апреля 2011 года определено, что рабочее место работника располагается в помещении работодателя по адресу: <адрес>

01 сентября 2022 года дополнительным соглашением к трудовому договору от 20 апреля 2011 года должностной оклад ФИО1 установлен в размере 79 740 рублей в месяц (том 1 л.д. 119).

Как следует из решения Удомельского городского суда Тверской области от 19 января 2022 года по гражданскому делу № 2-18/2022 27 сентября 2021 года приказом от 17 сентября 2021 года № действие трудового договора от 20 апреля 2011 года с ФИО1 прекращено на основании пункта 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора с выплатой выходного пособия.

Данным решением Удомельского городского суда Тверской области от 19 января 2022 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказано (том 4 л.д. 121-126).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 25 мая 2022 года решение Удомельского городского суда Тверской области от 19 января 2022 года отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования ФИО1 к АО «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» (ПАТЭС) о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворены. Приказ филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» от 17 сентября 2021 года № о прекращении трудового договора с ФИО1 по пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации признан незаконным. ФИО1 восстановлен на работе в должности <данные изъяты> филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» Вахтенная служба группа технологического управления с 28 сентября 2021 года. С АО «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в пользу ФИО1 взысканы средний заработок за время вынужденного прогула за период с 28 сентября 2021 года по 25 мая 2022 года в размере 2 412 800 рублей 31 копейка, компенсация морального вреда в размере 5000 рублей (том 4 л.д. 127-134).

Определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20 октября 2022 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 25 мая 2022 года отменено в части взыскания с АО «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. В отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции - Тверской областной суд. В остальной части апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 25 мая 2022 оставлено без изменения, а кассационные жалобы представителя ФИО1 – ФИО2 и АО «Концерн Росэнергоатом» - без удовлетворения (том 4 л.д. 135-141).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 15 декабря 2022 года с АО «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 50000 рублей (том 4 л.д. 142-145).

В силу части 1 статьи 297 Трудового кодекса Российской Федерации вахтовый метод - особая форма осуществления трудового процесса вне места постоянного проживания работников, когда не может быть обеспечено ежедневное их возвращение к месту постоянного проживания.

Положениями статей 299, 300 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что вахтой считается общий период, включающий время выполнения работ на объекте и время междусменного отдыха.

При вахтовом методе работы устанавливается суммированный учет рабочего времени за месяц, квартал или иной более длительный период, но не более чем за один год.

Учетный период охватывает все рабочее время, время в пути от места нахождения работодателя или от пункта сбора до места выполнения работы и обратно, а также время отдыха, приходящееся на данный календарный отрезок времени.

Работодатель обязан вести учет рабочего времени и времени отдыха каждого работника, работающего вахтовым методом, по месяцам и за весь учетный период.

В силу положений статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника: не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. В случаях отстранения от работы работника, который не прошел обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда либо обязательный медицинский осмотр не по своей вине, ему производится оплата за все время отстранения от работы как за простой.

Согласно статье 157 Трудового кодекса Российской Федерации время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя.

Время простоя по вине работника не оплачивается.

Судом установлено, что 02 февраля 2024 года заместителем генерального директора – директором филиала АО «Концерн Росэнергоатом» издан приказ № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)» (том 1 л.д. 124).

Согласно данному приказу объявлен простой <данные изъяты> ФИО1 в связи с не прохождением обязательного медицинского осмотра и обязательного психофизиологического обследования с даты издания настоящего приказа до устранения обстоятельств, явившихся причиной отстранения от работы (пункт 1). <данные изъяты> ФИО1 отстранен от работы (пункт 2). Главному бухгалтеру приказано производить оплату времени простоя по вине работодателя, рассчитанную пропорционально времени простоя (пункт 4). Рабочим местом <данные изъяты> ФИО1 определено помещение ПЭБ блок-каюта № (пункт 5).

Отношения, связанные с соблюдением повышенных требований дисциплины труда отдельными категориями работников (далее - работники) организаций, эксплуатирующих особо радиационно опасные и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии, в целях обеспечения безопасности таких производств и объектов регулируются Федеральным законом от 08 марта 2011 года N 35-ФЗ "Устав о дисциплине работников организаций, эксплуатирующих особо радиационно опасные и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии".

Разрешая требования истца о признании приказа от 02 февраля 2024 года № незаконным, суд первой инстанции руководствовался частью 2 статьи 2 Федерального закона от 08 марта 2011 года № 35-ФЗ, положениями приказа Минздрава России от 28 июля 2020 года № 749н «Об утверждении требований к проведению медицинских осмотров и психофизиологических обследований работников объектов использования атомной энергии, порядка их проведения, перечня медицинских противопоказаний для выдачи разрешения на выполнение определенных видов деятельности в области использования атомной энергии и перечня должностей работников объектов использования атомной энергии, на которые распространяются данные противопоказания, а также формы медицинского заключения о наличии (отсутствии) медицинских противопоказаний для выдачи разрешения на выполнение определенных видов деятельности в области использования атомной энергии», приказа Минздрава России от 28 января 2021 года № 29н «Об утверждении Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры», пунктом 2.4.7 коллективного договора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» на 2022-2025 годы, пунктами 24, 25 Правил организации работы с персоналом на атомных станциях, утвержденных приказом и.о. генерального директора ОАО «Концерн Росэнергоатом» от 19 мая 2015 года № 9/513-П.

22 января 2024 года заместителем директора по управлению персоналом издан приказ (распоряжение) о направлении работника ФИО1 в командировку в <данные изъяты> сроком на 8 календарных дней с 05 февраля 2024 года по 12 февраля 2024 года с целью прохождения психофизиологического обследования в городе <адрес> и медицинского осмотра в городе <адрес>. В качестве основания указана заявка для направления в командировку от 18 января 2024 года (том 4 л.д. 43).

Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что направление работника ФИО1 в командировку для прохождения периодического медицинского осмотра работодателем осуществлено несвоевременно, уже после истечения года со дня предыдущего медицинского осмотра работника, поскольку ФИО1 должен был пройти очередной медицинский осмотр 11 января 2024 года.

При рассмотрении дела судом первой инстанции ответчиком подано заявление о пропуске истцом срока обращения в суд по оспариванию приказа от 02 февраля 2024 года №

Разрешая заявленные требования в указанной части, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что истцом пропущен срок для обращения в суд по оспариванию приказа об отстранении, поскольку о нарушенном праве истец узнал 02 февраля 2024 года, с иском в суд с данными требованиями обратился 27 декабря 2024 года, то есть с пропуском трехмесячного срока.

Апелляционная жалоба истца не содержит доводов о несогласии с решением суда в указанной части.

Проверяя обоснованность заявленных требований о взыскании задолженности по заработной плате за период с 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года в связи с отстранением от работы и объявлением простоя, суд первой инстанции исходил из того, что оплата времени простоя по вине работодателя произведена пропорционально времени простоя.

Из расчетного листа за февраль 2024 года следует, что ФИО1 за период простоя с 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года начислена заработная плата в размере 147691 рубль 73 копейки (том 1 л.д. 178). В марте 2024 года ФИО1 за период простоя доначислено 1528 рублей (том 1 л.д. 180). В апреле 2024 года ФИО1 за период простоя доначислено 1636 рублей 80 копеек (том 1 л.д. 182). То есть за время простоя по вине работодателя выплачена денежная сумма в размере 150856 рублей 53 копейки.

Проверяя расчет оплаты простоя за спорный период, суд первой инстанции исходил из справки главного бухгалтера филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция», согласно которой средний часовой заработок ФИО1 за период с 01 января 2024 года по 31 декабря 2024 года составляет 2831 рубль 40 копеек с учетом НДФЛ 13% (том 2 л.д. 97).

Размер оплаты за время простоя судом определен исходя из среднего часового заработка (2831 рубль 40 копеек) и количества часов простоя по графику работника (80 часов) по формуле: сумма оплаты за время простоя по вине работодателя = средний часовой заработок х 2/3 х количество часов простоя (2831,40 х 2 / 3 х 80 = 151008 рублей). Поскольку ФИО1 время простоя за период с 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года по вине работодателя оплачено в размере 150856 рублей 53 копейки, задолженность по заработной плате перед работником составляет 151 рубль 47 копеек (150856,53 – 151008 = 151,47).

Судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобе истца о неверном определении судом размера среднечасового заработка истца, поскольку в силу пункта 4 Постановления Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" (действующего в период возникновения спорных отношений) расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Согласно абзацу 2 пункта 16 Положения N 922 при повышении в организации (филиале, структурном подразделении) тарифных ставок, окладов (должностных окладов), денежного вознаграждения средний заработок работников повышается в следующем порядке, если повышение произошло в расчетный период, - выплаты, учитываемые при определении среднего заработка и начисленные в расчетном периоде за предшествующий повышению период времени, повышаются на коэффициенты, которые рассчитываются путем деления тарифной ставки, оклада (должностного оклада), денежного вознаграждения, установленных в месяце последнего повышения тарифных ставок, окладов (должностных окладов), денежного вознаграждения, на тарифные ставки, оклады (должностные оклады), денежное вознаграждение, установленные в каждом из месяцев расчетного периода.

Указанные положения судом первой инстанции при определении размера среднего часового заработка истца учтены не были.

Согласно расчету среднего заработка для оплаты времени простоя за период с 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года, представленному работодателем по запросу судебной коллегии (том 10 л.д. 38-42) размер среднечасового заработка истца ФИО1 составляет 2769 рублей 22 копейки.

Судебная коллегия принимает указанный расчет среднечасового заработка истца в качестве верного, поскольку он соответствует требованиям, установленным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922, учитывает правильный период с февраля 2023 года по январь 2024 года, в который включены выплаченные истцу денежные суммы в соответствии с расчетными листами. Выплаты, произведенные работнику в учитываемом периоде, рассчитаны с учетом индексации оклада с 01 сентября 2023 года на 5,2 % и с 01 ноября 2023 года на 5 %.

Индексация заработной платы подтверждается приказами от 31 августа 2023 года №, от 23 октября 2023 года №, от 21 ноября 2023 года №, приобщенными в качестве дополнительных доказательств к материалам дела.

Истцом представленный расчет не опровергнут, контррасчет среднего заработка не представлен.

При таких обстоятельствах, сумма оплаты за время простоя по вине работодателя с 02 февраля 2024 года по 11 февраля 2024 года составит 147 691 рубль 74 копейки, исходя из расчета - 2769,22 х 2 / 3 х 80.

Работодателем время простоя оплачено в размере 150856 рублей 53 копейки, что свидетельствует об отсутствии задолженности перед работником. Судом довзыскана задолженность по заработной плате в размере 151 рубль 47 копеек.

Вместе с тем, решение суда в указанной части ответчиком не оспаривается, истцом в апелляционной жалобе иных доводов о несогласии с решением суда, кроме неверного расчета среднего заработка не приведено.

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для проверки законности и обоснованности решения в полном объеме, без учета доводов апелляционной жалобы и возражений.

22 января 2024 года заместителем директора по управлению персоналом издан приказ (распоряжение) № о направлении ФИО1 в командировку в город <адрес>, сроком на 8 календарных дней с 05 февраля 2024 года по 12 февраля 2024 года с целью прохождения психофизиологического обследования и медицинского осмотра (том 4 л.д. 43).

27 февраля 2024 года заместителем директора по управлению персоналом издан приказ (распоряжение) № об изменении командировки работника.

Данным приказом в связи с задержкой авиарейса по погодным условиям в городе Певеке, внесены изменения в приказ (распоряжение) от 22 января 2024 года: направить в командировку ФИО1 в <данные изъяты> сроком на 13 календарных дней с 12 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года с целью прохождения психофизиологического обследования в <адрес>. В качестве основания приказа указана служебная записка (том 4 л.д. 42).

С приказом от 27 февраля 2024 года ФИО1 ознакомлен 28 февраля 2024 года.

Проверяя доводы истца о наличии задолженности по заработной плате за период нахождения в командировке с 12 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года в сумме 232457 рублей 94 копейки, в связи с неоплатой 18 и 23 февраля 2024 года, которые являлись выходным и праздничным днями, что влечёт выплату командировочных в двойном размере, суд первой инстанции руководствовался частью 1 статьи 111, абзацем 4 части 1 статьи 112, частью 1 статьи 139, частями 1, 2 статьи 153, частями 1, 2 статьи 166, частью 1 статьи 167, частью 1 статьи 168, Трудового кодекса Российской Федерации, Положением об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 13 октября 2008 года № 749, пунктом 8.6 Положения о работе вахтовым методом персонала филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция», утвержденного приказом филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая теплоэлектростанция» от 05 октября 2021 года № и исходил из того, что с 12 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года (с учетом времени в пути) истец находился в командировке, из которых 23 февраля являлся праздничным днем, 18 февраля – выходным днем, согласно графику работы № 4 дневного персонала ПАТЭС на 2024 год, утвержденному приказом от 11 октября 2023 года №

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оплата за указанные дни должна быть произведена в двойном размере, с учетом всего затраченного работником времени на поездку, включая время проезда, ожидания и регистрации на рейс.

Согласно служебной записке истец 18 февраля 2024 года работал (находился в пути с 12-33 по 18-00 (5,45 часа), с 18-00 по 22-00 (4 часа), с 22-00 по 00-00 (2 часа); 23 февраля 2024 года работал (находился в пути) с 00-00 по 06-00 (6 часов), с 06-00 по 18-00 (12 часов), с 18-00 по 22-00 (4 часа), с 22-00 по 00-00 (2 часа) (том 1 л.д. 27-28).

Всего 18 февраля 2024 года ФИО1 работал (находился в пути): 5,45+4+2 = 11,45 часов, 23 февраля 2024 года: 6+12+4+2=24 часа.

Определяя размер задолженности, суд первой инстанции исходил из того, что за 18 февраля 2024 года оплата должна быть произведена в размере 64839 рублей 06 копеек, исходя из расчета: 11,45 х 2831,40 х 2; за 23 февраля 2024 года - в размере 107621 рубль 60 копеек, исходя из расчета 24 х 2831,40 х 2 = 135 907 рублей 20 копеек - 28285 рублей 60 копеек (оплачены ответчиком). Всего 172460 рублей 66 копеек.

Согласно представленной справке размер среднечасового заработка истца ФИО1, подлежащий применению при расчете спорной задолженности, составляет 2769 рублей 22 копейки, что меньше размера среднечасового заработка истца, примененного при расчете судом первой инстанции.

Вместе с тем решение суда в указанной части ответчиком не обжалуется, оснований для его проверки в полном объеме, без учета доводов жалобы и возражений, у судебной коллегии не имеется.

Пунктом 6.5 коллективного договора установлено, что работникам, работающим в многосменном режиме, осуществляются доплаты: за работу в вечернее время (с 18.00 до 22.00 часов) – в размере не менее 20 % оклада (тарифной ставки); за работу в ночное время (с 22.00 до 06.00 часов) – в размере не менее 40 % оклада (тарифной ставки); за работу в ночную смену (на которую приходится не менее 50 % часов ночного времени) – в размере не менее 40 % оклада (тарифной ставки).

Отказывая в удовлетворении требований истца об оплате периода командировки в повышенном размере с учетом пункта 6.5 коллективного договора, суд первой инстанции исходил из того, что указанный пункт к расчету командировок применяться не может.

Доводы апелляционной жалобы истца ФИО1 об ошибочности выводов суда в указанной части противоречат нормам действующего законодательства.

В соответствии с положениями статьи 154 Трудового кодекса Российской Федерации каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Согласно статье 166 Трудового кодекса Российской Федерации командировка работника не является временем работы по графику, поэтому обычные правила оплаты в ночное время в этот период не действуют.

Пунктом 6.5 коллективного договора не предусмотрена обязанность работодателя по доплате работнику за ночное и вечернее время отъезда в командировку или возвращения из нее.

С учетом изложенного, судом первой инстанции сделан правильный вывод об отказе в удовлетворении требований истца об оплате периода командировки в повышенном размере с учетом пункта 6.5 коллективного договора.

В соответствии с частью 1 статьи 27 Федерального закона от 21 ноября 1995 года N 170-ФЗ "Об использовании атомной энергии" выполнение определенных видов деятельности в области использования атомной энергии осуществляется работниками объектов использования атомной энергии при наличии у них разрешений, выдаваемых органами государственного регулирования безопасности.

Перечень специалистов из числа работников, которые в зависимости от выполняемой ими деятельности должны получать разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии, а также предъявляемые к этим специалистам квалификационные требования определены Постановлением Правительства Российской Федерации от 03 марта 1997 года N 240 "Об утверждении Перечня должностей работников объектов использования атомной энергии, которые должны получать разрешения Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору на право ведения работ в области использования атомной энергии".

В соответствии с указанным Перечнем ведущий инженер (инженер) по управлению блоком атомной станции должен получать разрешение Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору на право ведения работ в области использования атомной энергии.

Судом установлено, что ФИО1 Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору выдано Разрешение от 19 августа 2019 года № на право ведения работ в области использования атомной энергии в должности <данные изъяты> АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» при ведении технологического процесса (оперативный персонал) на плавучей атомной станции филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций».

В Разрешении указано, что срок его действия установлен с 19 августа 2019 года по 19 августа 2024 года, а также, что Разрешение действует при соблюдении прилагаемых условий действия разрешения, являющихся его неотъемлемой частью.

Согласно Условиям действия Разрешения от 19 августа 2019 года № необходимо один раз в год, в установленное администрацией плавучей атомной станции филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» время проходить медицинские осмотры и психофизиологические обследования (пункт 1.4), непрерывно поддерживать и повышать уровень квалификации (пункт 1.6), перерыв в выполнении владельцем разрешения должностных обязанностей не должен превышать 6 месяцев (пункт 1.7), один раз в год, в установленное администрацией плавучей атомной станции филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» время проходить периодическую проверку знаний (пункт 1.8).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 08 марта 2011 года N 35-ФЗ "Устав о дисциплине работников организаций, эксплуатирующих особо радиационно опасные и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии" дисциплина труда работников эксплуатирующих организаций состоит в обязательном подчинении правил поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими Федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, правилами внутреннего трудового распорядка и иными локальными нормативными актами, трудовым договором.

Порядок выдачи разрешений на право ведения работ в области использования атомной энергии работникам объектов использования атомной энергии определяется Административным регламентом по предоставлению Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору государственной услуги по выдаче разрешений на право ведения работ в области использования атомной энергии работникам объектов использования атомной энергии, утвержденным приказом Ростехнадзора от 19 декабря 2018 года № 623.

В соответствии с пунктами 80-82 Административного регламента разрешение выдается сроком на 5 лет.

Разрешение содержит условия действия, являющиеся его неотъемлемой частью, соблюдение которых обязательно для работника организации при ведении им соответствующего вида деятельности, указанного в пункте 75 Регламента.

Условия действия разрешения формулируются с учетом специфики занимаемой и (или) замещаемой должностей владельца разрешения, конкретного ОИАЭ.

Условия действия разрешения включают следующие общие обязательные требования: перерыв в выполнении владельцем разрешения должностных обязанностей не должен превышать 6 месяцев.

06 июня 2022 года начальник учебно-тренировочного подразделения филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС) письмом за № вернул в Северо-Европейское межрегиональное территориальное управление по надзору за ядерной и радиационной безопасностью Ростехнадзора Разрешение от 19 августа 2019 года №, выданное ФИО1, в связи с нарушением условий действия разрешения (перерыв в выполнении должностных обязанностей свыше 6 месяцев) (том 4 л.д. 153).

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца ФИО1, суд первой инстанции верно исходил из того, что указанные действия работодателя соответствуют требованиям действующего законодательства.

Несмотря на то обстоятельство, что 25 мая 2022 года ответчик в судебном порядке был восстановлен на работе в прежней должности, факт неисполнения им своих трудовых обязанностей в период с 28 сентября 2021 года по 25 мая 2022 года свидетельствует о перерыве в выполнении должностных обязанностей более 6 месяцев.

В соответствии с частью 1 статьи 106 Федерального закона "Об исполнительном производстве" содержащееся в исполнительном документе требование о восстановлении на работе незаконно уволенного или переведенного работника считается фактически исполненным, если взыскатель допущен к исполнению прежних трудовых обязанностей и отменен приказ (распоряжение) об увольнении или о переводе взыскателя.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" согласно части 1 статьи 106 Закона об исполнительном производстве исполнительный документ о восстановлении на работе считается исполненным при подтверждении отмены приказа (распоряжения) об увольнении (переводе) взыскателя, а также принятия работодателем мер, необходимых для фактического допуска работника к выполнению прежних трудовых обязанностей, включая меры по соблюдению условий допуска к работе по должностям, при назначении на которые гражданам оформляется допуск к государственной тайне или к работам, при выполнении которых работники проходят обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры, и т.п.

Как верно указано судом первой инстанции, признание в судебном порядке увольнения работника незаконным не влечет автоматическое восстановление утраченного специального права, порядок получения которого регламентирован действующим законодательством.

В случае восстановления судом незаконно уволенного работника на работодателя возложена обязанность принять меры по восстановлению условий допуска работника к работе по прежней должности.

Сведений о том, что ФИО1 либо его представитель обращались в установленном порядке о неисполнении апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 22 мая 2022 года по гражданскому делу о восстановлении на работе не представлено.

В силу части 2 статьи 2 Устава о дисциплине работников организаций, эксплуатирующих особо радиационно опасные и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии работники эксплуатирующих организаций, не прошедшие в установленном порядке медицинские осмотры (обследования) и обязательные психофизиологические обследования в медицинских организациях, подведомственных уполномоченному федеральному органу исполнительной власти, подготовку, переподготовку, проверку знаний, инструктаж и не получившие разрешение на право ведения работ в области использования атомной энергии, не допускаются к ведению работ в области использования атомной энергии и отстраняются от работы в соответствии со статьей 76 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 145, 146 Приказа Ростехнадзора от 04 сентября 2017 года N 351 "Об утверждении федеральных норм и правил в области использования атомной энергии "Общие положения обеспечения безопасности судов и других плавсредств с ядерными реакторами" при эксплуатации ЯЭУ на рабочих местах должен находиться допущенный к самостоятельной работе по соответствующим должностям экипаж судна и специальный персонал, минимальные требования к количеству и составу которых устанавливаются в проекте судна и приводятся в ООБ.

Выполнение определенных видов деятельности в области использования атомной энергии осуществляется членами экипажа судна и специальным персоналом судна при наличии у них разрешений на право ведения работ в области использования атомной энергии, выдаваемых уполномоченным органом государственного регулирования безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии пунктом 1.6 Перечня должностей работников объектов использования атомной энергии, находящихся в ведении Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом», которые должны получать разрешения Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору на право ведения работ в области использования атомной энергии, утвержденного приказом Госкорпорации «Росатом» от 28 августа 2023 года №, <данные изъяты> должен получать разрешение Ростехнадзора.

Согласно должностной инструкции <данные изъяты>, утвержденной директором филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» 25 января 2019 года, допуск к самостоятельной работе работника оформляется распоряжением <данные изъяты>, после успешной сдачи экзаменов, получения разрешения Ростехнадзора, окончания дублирования и прохождения противоаварийных тренировок (пункт 1.10) (том 3 л.д. 20).

Должностной инструкцией <данные изъяты> (группа технологического управления), утвержденной главным инженером-механиком филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» 22 мая 2024 года, определены особые условия допуска к работе – разрешение Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору на право ведения работ в области использования атомной энергии (пункт 1.8). Пунктом 1.13 должностной инструкции предусмотрено, что работник получает разрешение Ростехнадзора на право ведения технологического процесса на ПАТЭС по должности <данные изъяты>. Допуск работника к самостоятельной работе оформляется приказом заместителя Генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Дирекция по сооружению и эксплуатации плавучих атомных теплоэлектростанций» после успешного прохождения этим работником проверки знаний, получения разрешения Ростехнадзора на право ведения технологического процесса по должности, дублирования (пункт 1.16) (том 3 л.д. 113-115).

03 октября 2024 года заместителем генерального директора – директором филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС) издан приказ № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)».

Согласно данному приказу <данные изъяты> ФИО1 отстранен от работы (пункт 1), ему объявлен простой в связи с отсутствием у работника разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии, истечением срока действия разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии (разрешение Ростехнадзора от 19 августа 2019 года № с даты издания приказа до устранения обстоятельств, явившихся причиной отстранения от работы (пункт 2). Главному бухгалтеру приказано производить оплату времени простоя в соответствии со статями 76, 157 Трудового кодекса Российской Федерации по вине работодателя, рассчитанную пропорционально времени простоя (пункт 4). В соответствии с распоряжением «Об установлении рабочего места ФИО1» от 30 августа 2024 года № в период несения вахты установить рабочее место ФИО1 в блок-каюте № (пункт 5).

В соответствии с подпунктом «з» пункта 34 постановления Правительства Российской Федерации от 29 марта 2013 года № 280 «О лицензировании деятельности в области использования атомной энергии» (вместе с «Положением о лицензировании деятельности в области использования атомной энергии») нарушение установленного порядка подбора, подготовки, допуска к самостоятельной работе и поддержания квалификации работников объекта использования атомной энергии является грубым нарушением условий действия лицензии, влекущим для юридического лица приостановление её действия.

Разрешая требования о признании незаконным приказа от 03 октября 2024 года №, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что у ответчика имелись законные основания для издания данного приказа и отстранения истца от работы в соответствии с положениями статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку разрешение на право ведения работ в области использования атомной энергии у него отсутствовало.

Допуск работника к самостоятельной работе без соблюдения установленного порядка подбора, подготовки и поддержания квалификации работников объекта использования атомной энергии признается грубым нарушением условий действия лицензии на использование объекта использования атомной энергии (пункт 34 Положения о лицензировании деятельности в области использования атомной энергии", утвержденный Постановлением Правительства от 29 марта 2013 года N 280), что является основанием для приостановления лицензии юридического лица.

Перерыв в работе ФИО1 составил более 6 месяцев, в то время как в соответствии с условиями действия разрешения в качестве одного из обязательных требований установлена возможность перерыва в выполнении должностных обязанностей, не превышающего шесть месяцев. Отстранение истца от работы было обусловлено соблюдением безопасности ведения работ, связанных с использованием атомной энергии.

Доводы истца о незаконности приказа в связи с тем, что с момента восстановления на работе в 2022 году он был допущен к исполнению своих должностных обязанностей, во внимание приняты быть не могут.

В ходе рассмотрения спора судом апелляционной инстанции достоверно установлено и сторонами не оспаривалось, что к самостоятельной работе по соответствующей должности в составе экипажа судна истец ФИО1 допущен не был, в связи с отсутствием у него разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии.

В судебном заседании истец и его представитель требование о возложении обязанности на работодателя допустить истца к самостоятельной работе не поддержали, сформулировав требование обязать работодателя восстановить ФИО1 на работе на основании решения Тверского областного суда от 25 мая 2022 года и допустить к выполнению прежних трудовых обязанностей, возникающих до незаконного увольнения, включая соблюдение условий допуска к виду деятельности, который предусматривает получение разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии.

Исходя из того, что изложенное новое сформулированное требование является самостоятельным и подлежит оформлению по правилам статей 131, 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом в удовлетворении ходатайства истца о принятии уточненного искового заявления в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказано, в связи с чем данное требование судом не разрешалось.

Поскольку допуск к самостоятельной работе при эксплуатации энергетических ядерных установок предусматривается в данном случае только при наличии у работника разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии, выдаваемого Ростехнадзором в соответствии с законодательством Российской Федерации, требование истца об обязании допустить его к самостоятельной работе судом оставлено без удовлетворения, так как иное решение противоречило бы действующему законодательству, в том числе Федеральному закону от 21 ноября 1995 года № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии», а также приказу Ростехнадзора от 04 сентября 2017 года № 351 «Об утверждении федеральных норм и правил в области использования атомной энергии «Общие положения обеспечения безопасности судов и других плавсредств с ядерными реакторами» (вместе с «НП-022-17.Федеральные нормы и правила...»), которыми регламентированы условия и порядок получения подобных разрешений.

Доводы жалобы истца о процессуальных нарушениях со стороны суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку судом обоснованно разрешено ранее заявленное требование, отказ от которого истцом не оформлен в соответствии с порядком, установленным гражданским процессуальным законодательством.

Доводы апелляционной жалобы о непринятии судом уточненного искового заявления не влекут за собой отмену судебного постановления, поскольку ходатайство о принятии уточненного искового заявления разрешено судом первой инстанции в соответствии с положениями статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с занесением в протокол суда мотивированного определения. Кроме того, отказ в принятии к производству суда уточненного иска не нарушает права ФИО1, который не лишен возможности обратиться в суд с отдельным иском в целях защиты нарушенного, по его мнению, права и тем самым реализовать свое право на судебную защиту.

25 декабря 2024 года и.о. заместителя генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС) издан приказ № «О проведении мероприятий по подготовке комплекта документов для получения <данные изъяты> ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии» (том 4, л.д. 199-200).

Согласно данному приказу <данные изъяты> ФИО1 направлен на подготовку на должность <данные изъяты> (пункт 2). Назначена дата прохождения входного контроля уровня знаний ФИО1 для разработки индивидуальной программы подготовки на должность <данные изъяты> – 26 декабря 2024 года (пункт 5).

Пунктом 6 приказа на ответственных лиц возложена обязанность по результатам входного контроля уровня знаний оформить протокол и ознакомить ФИО1 с результатами входного контроля под роспись. Срок - 27 декабря 2024 года. Обеспечить разработку и передачу на утверждение проект индивидуальной программы подготовки ФИО1 на должность <данные изъяты>. Срок – 28 декабря 2024 года. Передать на исполнение ФИО1 утвержденную индивидуальную программу. Срок – 29 декабря 2024 года.

09 января 2025 года заместителем генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС) издан приказ № «О внесении изменений в приказ от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (не допущении к работе)» (том 4 л.д. 39).

Исходя из данного приказа, пункт 5 приказа от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (не допущении к работе)» изложен в следующей редакции: «С 10 января 2025 года в период несения вахты установить рабочее место ФИО1 в кабинете <адрес> (3-й этаж) по графику N82K_000 (Пн-чт. с 10.00 – 19.00, Пт. с 10.00-17.45) (пункт 1). Отменено распоряжение «Об установлении рабочего места ФИО1» от 30 августа 2024 № (пункт 2).

17 января 2025 года заместителем генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС) издан приказ № «О внесении изменений в приказы от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (не допущении к работе)», от 09 января 2025 года № «О внесении изменений в приказ от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (не допущении к работе)» (том 3 л.д. 185).

Согласно данному приказу, пункт 5 приказа от 03 октября 2024 года № «Об отстранении от работы (не допущении к работе)» изложен в следующей редакции: «С даты издания приказа определить для ФИО1 место исполнения Индивидуальной программы подготовки на должность <данные изъяты> помещение (кабинет № 9), расположенное по адресу: <адрес> (3-й этаж) по графику № 82K_000 (Пн-чт. с 10.00 – 19.00, Пт. с 10.00-17.45) (пункт 1). Пункт 1 приказа от 09 января 2025 года № «О внесении изменений в приказ от 03.10.2024 № «Об отстранении от работы (недопущении к работе)» признан утратившим силу (пункт 2).

30 января 2025 года заместителем генерального директора – директора филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС) издан приказ № «О проведении мероприятий по подготовке комплекта документов для получения <данные изъяты> ФИО1 разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии» (том 4 л.д. 155-156).

В соответствии с данным приказом местом проведения самостоятельной подготовки, предусмотренной ИПП по выбору <данные изъяты> ФИО1, определено: офис, расположенный по адресу: <адрес> место жительства ФИО1 по адресу его регистрации (пункт 3, подпункт 3.1. и 3.2).

Разрешая требования истца о признании незаконными приказов от 25 декабря 2024 года №, от 17 января 2025 года №, от 30 января 2025 года №, суд первой инстанции исходил из того, что они преследуют своей целью обеспечить условия подготовки работника для получения разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии и устранить причины отстранения от работы.

Пунктом 31 Административного регламента установлено, что в числе документов, представляемых заявителем с заявлением о выдаче разрешения, предоставляются следующие документы: справка об аттестации заявителя на соответствие квалификационным требованиям, предъявляемым к занимаемой должности, с копиями документов, подтверждающих прохождение работником курса обучения по занимаемой должности или по профилю работ в области использования атомной энергии в организациях, осуществляющих образовательную деятельность; копия протокола о прохождении заявителем проверки практических навыков (для оперативного персонала), которая должна быть пройдена в соответствии с требованиями к должности, на которую подано заявление.

В соответствии с Методическими указаниями по обеспечению АО «Концерн Росэнергоатом» работниками, имеющими разрешения на право ведения работ в области использования атомной энергии, утвержденными приказом АО от 06 ноября 2020 №, работник, назначенный/переведенный или определенный для замещения лицензируемой должности, должен пройти подготовку на эту должность (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 6.6.2 настоящих Методических указаний). При проведении подготовки на лицензируемую должность работник должен пройти наряду с прочим проверку знаний и проверку практических навыков (если требуется по должности) по должности, получить все необходимые по этой должности разрешения Ростехнадзора. По результатам успешного завершения подготовки должен быть оформлен допуск к самостоятельной работе по лицензируемой должности (пункт 6.6.1).

Согласно пункту 6.6.5 Методических указаний работник, занимающий или замещающий лицензируемую должность, должен в установленные сроки пройти проверку знаний по этой должности (в том числе, при перерыве в работе по этой должности свыше шести месяцев).

Первым заместителем генерального директора АО «Концерн Росэнергоатом» 22 августа 2022 года утверждены Правила организации работы с персоналом на атомных станциях, которыми установлены основные принципы и общие требования к работе с персоналом, направленные на укомплектование атомных станций работниками, имеющими необходимую квалификацию и допущенными к самостоятельной работе в установленном эксплуатирующей организацией порядке (пункт 1.1) (том 2 л.д. 147-196).

В соответствии с пунктами 4.1.8, 4.1.9 Правил (в редакции, действующей на дату утверждения) профессиональная подготовка работников АС включает следующие виды профессиональной подготовки персонала: подготовка на должность; поддержание квалификации; дополнительное профессиональное обучение; профессиональное обучение.

К работам на АС на всех этапах ее полного жизненного цикла, допускаются лица, имеющие необходимую квалификацию, прошедшие подготовку на должность и проверку знаний в установленном эксплуатирующей организацией порядке. Работники АС имеют право выполнять должностные обязанности по занимаемым и/или замещаемым должностям, если они допущены к самостоятельной работе по этим должностям в соответствии с требованиями эксплуатирующей организации.

Пунктом 4.5 Правил установлен порядок подготовки работников АС на должность, который включает в себя следующие этапы: теоретическая подготовка; практическая подготовка (если требуется по должности); подготовка к выполнению работ на оборудовании, подконтрольном органам государственного надзора (если требуется по должности); стажировка на рабочем месте; первичная проверка знаний; проверка практических навыков на получение разрешения Ростехнадзора на право ведения работ в области использования атомной энергии (если требуется по должности); проверка знаний на получение разрешения Ростехнадзора на право ведения работ в области использования атомной энергии (если требуется по должности); дублирование (для оперативного персонала) (пункт 4.5.13).

Разделом 4.10 Правил установлен порядок предэкзаменационной подготовки и проверки знаний работников АС.

В силу пунктов 4.10.3, 4.10.11 Правил проверка знаний работников АС подразделяется на первичную (перед допуском к самостоятельной работе или при перерыве в работе в должности, определенной трудовым договором, более трех лет), очередную и внеочередную.

Внеочередная проверка знаний работников АС проводится, в том числе, при перерыве в работе в должности, определенной трудовым договором, свыше 6 месяцев, но не более трех лет.

Согласно пункту 4.12.2 Правил допуск к самостоятельной работе по должности оформляется распорядительным документом после успешного прохождения работником подготовки на должность и проверки знаний по этой должности, получения всех необходимых разрешений Ростехнадзора (для лицензируемых должностей), успешного прохождения дублирования (для оперативного персонала).

С учетом изложенного, довод истца о том, что подготовка на должность проводится для вновь принятых или переведенных на другую должность работников атомной станции, обоснованно отклонен судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 31 мая 2022 года проведен входной контроль уровня знаний <данные изъяты> ФИО1, по результатам которого установлена необходимость сокращения теоретической подготовки и проведения в полном объеме практической подготовки и стажировки.

Распоряжением от 31 мая 2022 года ФИО1 направлен на подготовку на должность <данные изъяты>.

Как следует из объяснений ответчика и не оспаривалось истцом, в части подтверждения подготовки по индивидуальной программе ИПП 0025.17.22 в 2022 году отсутствует подтверждение этапов «проверка знаний», «проверка практических навыков», «получение разрешения Ростехнадзора», «дублирование».

Доводы истца о незаконности его направления работодателем на обучение в 2022 году не могут быть приняты во внимание.

Указанные действия работодателя были направлены на восстановление права истца на допуск к самостоятельной работе по должности.

Ссылка истца на успешные результаты проверок знаний, подтвержденные удостоверением № от 21 августа 2019 года, срок которых еще не истек на момент восстановления на работе в 2022 году, не имеет правового значения, в связи с наличием перерыва в работе истца более шести месяцев.

При таких обстоятельствах, оспариваемые в рамках настоящего спора приказы не противоречат действующему законодательству, вынесены уполномоченным лицом на основании локальных нормативных актов работодателя, нарушений прав истца не повлекли. Оспариваемые приказы фактически способствовали реализации права истца на допуск к самостоятельной работе по должности <данные изъяты>

Довод о незаконности включения в приказ условия об изменении рабочего места истца судом первой инстанции обоснованно отвергнут.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре обязательно должно быть указано место работы, а в случае, когда работник принимается для работы в обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - место работы с указанием обособленного подразделения и его местонахождения.

В силу статьи 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно части 3 статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации не требует согласия работника на перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.

Дополнительным соглашением от 20 января 2020 года к трудовому договору от 20 апреля 2011 года № рабочее место работника определено в помещении работодателя по адресу: <адрес>

Указанный адрес является местом нахождения филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция» (ПАТЭС).

Фактическое рабочее место истца в период вахтенной службы находилось на ПЭБ «Академик Ломоносов», что не оспаривается сторонами. Помещение, расположенное по адресу: <адрес>, относится к помещениям работодателя и находится в том же населенном пункте.

Поскольку в данном случае перемещение произошло у того же работодателя, изменений трудовой функции работника или других условий трудового договора, не наступило, сведений о том, что имелись противопоказания по состоянию здоровья ФИО1 для перемещения, не представлено, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в данном случае должны применяться правила о перемещении (часть 3 статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Оспариваемым приказом работодателя от 30 января 2025 года на период простоя рабочее место ФИО1 определено по его выбору: офис, расположенный по адресу: <адрес>, либо место жительства ФИО1 по адресу его регистрации.

Как верно указано судом первой инстанции, рабочим местом является не только рабочее место, указанное в трудовом договоре, но и то, на котором работник обязан находиться в силу указания руководителя, что не противоречит требованиям Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе предусматривающим возможность выполнения работником определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя и вне стационарного рабочего места.

Учитывая, что сторона истца не представила доказательств того каким именно образом нарушено трудовое или иное право работника, в том числе право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации, суд обоснованно не установил оснований для признания оспариваемого приказа незаконным по данному основанию.

Доводы истца о нарушении порядка проведения проверки знаний и подготовки на должность, не являются предметом рассмотрения в настоящем споре, в связи с чем обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, в том числе электронные образы документов, связанных со служебной перепиской, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 после издания приказа об отстранении от работы 03 октября 2024 года продолжил выполнять служебные обязанности, что исключает оплату в размере 2/3 среднего заработка как при простое.

Решение суда в указанной части сторонами не обжалуется.

Как пояснил истец ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не имея допуска к самостоятельной работе по управлению блоком плавучей атомной станции, прибывая на вахту, он выполнял иные поручения работодателя.

Проанализировав расчетные листки, табели учета рабочего времени, суд первой инстанции установил, что за период с 03 октября 2024 года по 31 октября 2024 года ФИО1 должна была быть начислена заработная плата в размере 192535 рублей 20 копеек, исходя из расчета: 2831,40 х 68 = 192535,20. Поскольку за октябрь 2024 года ФИО1 по коду 3315 (Простой) выплачено в октябре и ноябре 2024 года 127704 рубля, задолженность по заработной плате перед работником составила 64831 рубль 20 копеек (192535,20 – 127704). Кроме того, судом взыскана оплата работы ФИО1 в выходной день 10 октября 2024 года в двойном размере в сумме 45302 рубля 40 копеек. Всего задолженность за октябрь составила 110133 рубля 60 копеек.

За период с 01 ноября 2024 года по 30 ноября 2024 года ФИО1 находился в отпуске.

Проверяя обоснованность удержания надбавки за вахтовый метод работы в размере 23400 рублей согласно расчётному листу за ноябрь 2024 года, суд первой инстанции исходил из положений части 1 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 8.14 Положения о работе вахтовым методом персонала филиала АО «Концерн Росэнергоатом «Плавучая атомная теплоэлектростанция», утверждённого приказом от 05 октября 2021 года № (в редакции совместного решения работодателя и работников от 02 апреля 2024 года № 4). Установив наличие счетной ошибки, в результате которой работнику была необоснованно начислена и выплачена надбавка за вахтовый метод работы в размере 36270 рублей вместо 12870 рублей, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что удержание денежной суммы в размере 23400 рублей произведено ответчиком обоснованно.

Судебная коллегия соглашается с данным выводом суда первой инстанции.

Частью четвертой статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 Трудового кодекса Российской Федерации) или простое (часть третья статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Счетной ошибкой считается, в частности, арифметическая ошибка, то есть ошибка, допущенная при проведении арифметических подсчетов сумм, подлежащих выплате, в том числе при введении работником организации в компьютерную программу, используемую работодателем для расчета заработной платы работника, сведений о количестве отработанных работником периодов, отличающемся от количества фактически отработанных работником периодов (количества затраченного труда работника).

Неверное применение количества дней пребывания в местах производства работ в период вахты и нахождения в пути привело к ошибочному математическому подсчету надбавки за вахтовый метод работы, выплаченной истцу. Указанное свидетельствует о наличии счетной ошибки, что позволяет работодателю в силу части 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации произвести удержание излишне выплаченной денежной суммы. Указанная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 2025 года № 46-КГ25-8-К6.

Проверяя выплаты за декабрь, суд первой инстанции установил, что ФИО1 при простое должна была быть начислена заработная плата в размере 730501 рубль 20 копеек (2831,40 х 258 = 730501,2). Согласно расчетному листу за декабрь 2024 года ФИО1 за простой начислено 986256 рублей 14 копеек, в связи с чем задолженности перед работником судом не установлено.

Вместе с тем, в расчётном листе указано на удержание денежной суммы в размере 18549 рублей 06 копеек («<данные изъяты>»).

Поскольку ответчик не предоставил суду какого-либо основания удержания применительно к данной сумме, суд первой инстанции посчитал такое удержание необоснованным, взыскав указанную сумму в пользу истца.

Истец ФИО1 в апелляционной жалобе выражает несогласие с размером задолженности, взысканной судом за октябрь, декабрь 2024 года и за январь 2025 года, в связи с неверным определением размера среднего часового заработка.

Проверяя данные доводы истца, судебная коллегия установила, что среднечасовой заработок истца, подлежащий применению при определении задолженности по заработной плате за период с 03 октября 2024 года по 10 октября 2024 года составляет 2817 рублей; средний часовой заработок, подлежащий применению при определении задолженности по заработной плате за период с 04 декабря 2024 года по 31 декабря 2024 года, составляет 2983 рубля 06 копеек.

Судом первой инстанции при расчете был применен размер среднего часового заработка истца в сумме 2831 рубль 40 копеек, что больше размера среднего заработка, подлежащего применению при определении задолженности по заработной плате за октябрь 2024 года.

За декабрь 2024 года, исходя из размера среднего часового заработка истца в сумме 2983 рубля 06 копеек, размер задолженности по заработной плате составит 769629 рублей 48 копеек (2983,06*258). Работодателем выплачена сумма в размере 986256 рублей 14 копеек, что свидетельствует об отсутствии задолженности у ответчика перед истцом.

Согласно расчётному листу за январь 2025 года ФИО1 по коду 0241 «ОплатаВрПутиНаВахИОбр» начислено 4571 рубль 28 копеек; по коду 1042 «Надбавка за ВМР (Сумма)» – 33930 рублей; по коду 1042 «Надбавка за ВМР (Сумма) – 1170 рублей; по коду 3315 «Простой 2/3 СреднЗараб» с 01 января 2025 года по 29 января 2025 года – 361 646 рублей 08 копеек. Всего начислено – 401 317 рублей 36 копеек (том 4 л.д. 60).

Как следует из расчёта среднего заработка для оплаты прочих средних с 01 января 2025 года по 29 января 2025 года количество часов, подлежащих оплате – 192, размер среднедневного/среднечасового заработка – 2825 рублей 36 копеек, всего начислено – 361646 рублей 08 копеек (том 4 л.д. 56).

ФИО1 фактически отстранён от работы с 10 января 2025 года, когда ему был прекращен доступ на рабочее место, в связи с чем за проверяемый период с 01 января 2025 года по 09 января 2025 года заработная плата судом рассчитана исходя из среднечасового заработка.

С учётом того, что с 01 января 2025 года по 09 января 2025 года ФИО1 отработал 9 дней по 10 часов, то средняя заработная плата за этот период судом определена в размере 254282 рубля 40 копеек, исходя из расчета 2825,36 х 9 х 10.

ФИО1 заработная плата начислена из расчета 2/3 среднего заработка в размере 169521 рубль 60 копеек (254282 рубля 40 копеек х 2/3).

Размер недоначисленной заработной платы за январь 2025 года судом первой инстанции определен в сумме 84760 рублей 80 копеек (254282,40 - 169521,60).

Отвергая доводы истца о необходимости оплаты в двойном размере праздничных дней 1, 2, 3, 4, 6, 7 и 8 января 2025 года, суд первой инстанции исходил из того, что согласно индивидуальному графику рабочего времени ФИО1 на 2025 год, в исследуемый период выходной день установлен 5 января 2025 года (том 4 л.д. 53). Аналогичные сведения о выходном дне указаны в табеле учёта рабочего времени с 01 января 2025 года по 31 января 2025 года (том 4 л.д. 35).

Судебная коллегия полагает доводы истца о неверном определении задолженности по заработной плате за январь 2025 года заслуживающими внимания.

Исходя из расчета среднего часового заработка истца, подлежащего применению при определении задолженности за период с 01 января 2025 года по 09 января 2025 года, размер среднего часового заработка истца ФИО1 составляет 2914 рублей.

В силу положений статьи 153 Трудового кодекса Российской Федерации работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: работникам, труд которых оплачивается по дневным и часовым тарифным ставкам, - в размере не менее двойной дневной или часовой тарифной ставки.

Согласно статье 112 Трудового кодекса Российской Федерации нерабочими праздничными днями в Российской Федерации являются, в том числе: 1, 2, 3, 4, 5, 6 и 8 января - Новогодние каникулы; 7 января - Рождество Христово.

Из табеля учета рабочего времени за январь 2025 года следует, что 1, 2, 3, 4, 6, 7, 8, 9 истец работал по 10 часов.

Таким образом, рабочее время истца приходилось на нерабочие праздничные дни, в связи с чем оно подлежит оплате согласно статье 153 Трудового кодекса Российской Федерации не менее чем в двойном размере.

С учетом изложенного, задолженность ответчика перед истцом за период с 01 января 2025 года по 09 января 2025 года составит 267578 рублей 40 копеек, исходя из расчета: 7*10*2914*2 = 407960 рублей + 1*10*2914 = 29140 рублей. Всего сумма, подлежащая выплате истцу, составляет 437100 рублей. Ответчиком за указанный период выплачено истцу 169521 рубль 60 копеек.

Расчет среднего часового заработка истца, истребованный и принятый судом апелляционной инстанции, произведен ответчиком верно, соответствует требованиям, установленным Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922, учитывает правильный период, в который включены выплаченные истцу денежные суммы в соответствии с расчетными листами. Выплаты, произведенные работнику в учитываемом периоде, рассчитаны с учетом индексации заработной платы, которая подтверждена приказами, приобщенными к материалам дела.

Учитывая наличие задолженности по заработной плате, суд первой инстанции с учетом положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации рассчитал в пользу истца компенсацию за нарушение установленного срока выплаты, применив размер ключевой ставки, утвержденный Банком России с 18 декабря 2023 года 16% годовых (Информационное сообщение Банка России от 15 декабря 2023 года), с 29 июля 2024 года - 18% годовых (Информационное сообщение Банка России от 26 июля 2023 года), с 16 сентября 2024 года - 19% годовых (Информационное сообщение Банка России от 13 сентября 2024 года), с 28 октября 2024 года - 21% годовых (Информационное сообщение Банка России от 25 октября 2024 года), с 09 июня 2025 года - 20% годовых (Информационное сообщение Банка России от 06 июня 2025 года), с 28 июля 2025 года - 18% годовых (Информационное сообщение Банка России от 25 июля 2025 года).

С учетом изменения суммы, подлежащей взысканию в пользу работника за январь 2025 года, размер компенсации за задержку выплаты заработной платы в сумме 267578 рублей 40 копеек за январь 2025 года, начиная с 06 февраля 2025 года по состоянию на 06 августа 2025 составит 66 769 рублей 73копейки (267578,40 Х 21 Х 123 (06 февраля 2025 года – 08 июня 2025 года) (46 077) + (267578,40 Х 20 Х 49 (09 июня 2025 года – 27 июля 2025 года) (17481,79) + (267578,40 Х 18 Х 10 (28 июля 2025 года – 06 августа 2025 года) (3210,94).

С учетом изложенного, решение Удомельского городского суда Тверской области от 06 августа 2025 года подлежит изменению в части взыскания задолженности по заработной плате за январь 2025 года с увеличением размера задолженности до 267578 рублей 40 копеек; в части взыскания компенсации за задержку выплаты заработной платы с увеличением размера компенсации до 227590 рублей 35 копеек. Последующее начисление компенсации в размере 1/150 ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, за каждый день просрочки, начиная с 07 августа 2025 года и по день фактического расчета включительно необходимо производить на сумму основного долга в размере 568873 рублей 19 копеек.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, в соответствии со статьями 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции принял во внимание степень вины работодателя, а также характер и объем нравственных страданий, причиненных истцу в связи с допущенными нарушениями его трудовых прав, фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, требования разумности и справедливости, взыскав в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 40 000 рублей.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определенная судом к взысканию сумма в качестве компенсации морального вреда соразмерна тем нравственным страданиям, которые испытал истец в связи с допущенными ответчиком нарушениями его трудовых прав. Оснований для увеличения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО1 о выплате годовой премии по ключевому показателю эффективности (КПЭ) за 2024 год, суд первой инстанции исходил из экспертной оценки индивидуальной результативности в 2024 году <данные изъяты> ФИО1, из которой следует, что ему присвоен низкий уровень эффективности, проявленный в нестабильности качества работы в течение 2024 года, отсутствием результатов фактического исполнения своих должностных обязанностей, не заслуживающего дополнительного вознаграждения. ФИО1 фактически не принимал участие в реализации установленных в карте КПЭ главного инженера-механика основных задач: объём выработки электроэнергии (АЭС); освидетельствование противопожарного оборудования; выполнение замены внутренних устройств ПГ-1,2, ПГ – 2,2, - 4,2 РУ-2 ПЭБ ПАТЭС в ППР-2024. Кроме того, в течение 2024 года у работника отсутствовал допуск к самостоятельной работе в установленном в эксплуатирующей организации порядке, что вылилось в невозможность влияния на указанные показатели по карте КПЭ руководителя, в рамках выполнения поставленных задач перед группой технологического управления. В связи с этим оценка индивидуальной результативности ФИО1 в 2024 году подтверждена на уровне коэффициента «0» (том 5 л.д. 23). Данная оценка повлияла на итоговый коэффициент выполнения КПЭ, составивший для ФИО1 в 2024 году 87,85%.

В соответствии с частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором, в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам (часть 2 статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда может включать помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, что предполагает определение ее размера, условий и периодичности выплаты (премирования) в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах и иных нормативных актах, содержащих нормы трудового права.

В соответствии с пунктом 3.9.1 Положения об оплате труда работников филиала АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция», утвержденного приказом заместителя генерального директора – директора филиала от 30 декабря 2021 года №, премирование по результатам достижения КПЭ за год вводится с целью мотивации работников филиала на достижение конечных результатов, установленных на год производственных заданий (том 2 л.д. 1-94).

Размер годовой премии по КПЭ зависит от уровня должности (профессии) в соответствии с целевым уровнем премирования, участия работника в реализации проектов, а также итогового коэффициента выполнения КПЭ. Принципы и правила расчета годовой премии по КПЭ проведены в Приложении № 6 к настоящему Положению (пункт 3.9.3).

Как следует из пункта 1.8 Условий выплаты, порядка расчетов размеров годовой премии по КПЭ и механизма подведения итогов по результатам года (приложение № 6 к Положению) для работника ФИО1, с учётом его должности, индивидуальные карты не разрабатываются.

Следовательно, порядок расчёта премии в данном случае должен быть произведен по формуле, приведенной в пункте 2.4 Условий выплаты, порядка расчетов размеров годовой премии по КПЭ и механизма подведения итогов по результатам года (приложение № 6 к Положению).

В пункте 2.4 Условий приведена формула расчёта премии по итогам деятельности за год для работников без индивидуальной карты КПЭ: годовая премия по КПЭ = целевой размер годовой премии по КПЭ Х итоговый коэффициент индивидуальной результативности работника Х коэффициент отработанного времени, где итоговый коэффициент индивидуальной результативности работника = корректирующий коэффициент (агрегированный индекс) Х 0,8 Х 0,2 (для работников без индивидуальной карты КПЭ во всех случаях устанавливается следующее долевое распределение показателей: 80% - для сумма показателей КПЭ руководителя (исключая показатель «оценка руководителя» при его наличии у руководителя-владельца карты КПЭ), 20% - для показателя работника без карты КПЭ «оценка руководителя»), где корректирующий коэффициент (агрегированный индекс) = (итоговый коэффициент выполнения КПЭ руководителя – взвешенный коэффициент выполнения КПЭ «Оценка руководителя») Х (100/100 – вес КПЭ («Оценка руководителя)).

Как предусмотрено пунктом 3.2 Условий для работников без индивидуальных карт КПЭ оценка выполнения КПЭ производится путем суммирования коэффициентов выполнения: по показателям индивидуальной карты КПЭ руководителя (кроме показателя «Оценка руководителя»); по показателю «Оценка руководителя», при этом коэффициент выполнения определяется для конкретного работника непосредственным руководителем (или непосредственным руководителем по согласованию с заместителем директора или заместителем главного инженера по направлению деятельности).

Из пункта 1 Методики оценки индивидуальной результативности работников филиала (приложение № 6.2 к Положению об оплате труда работников филиалов АО «Концерн Росэнергоатом» «Плавучая атомная теплоэлектростанция») следует, что эффективность деятельности работника определяется на основе экспертной оценки непосредственного руководителя структурного подразделения и согласовывается с вышестоящим руководителем (по подчиненности).

Как следует из материалов дела, премия КПЭ за 2024 год выплачена истцу двумя частями в общем размере 57631 рубль 43 копейки. С применением районного коэффициента и северной надбавки размер выплаченной премии в декабре 2024 года составил 49200 рублей, в апреле 2025 года – 86090 рублей 63 копейки (с учетом перерасчета и удержания НДФЛ).

Расчет премии истцу производился на основании итогового коэффициента руководителя работника + оценка индивидуальной результативности. Агрегированный индекс руководителя составил 109,82 %, оценка индивидуальной результативности истца – 0 %. Итоговый коэффициент выполнения КПЭ для ФИО1 в 2024 году составил 87,85%.

Вопреки доводам истца спорная выплата не является гарантированной и отнесена к выплатам стимулирующего характера, по условиям локального акта ответчика премирование осуществляется при выполнении определенных условий, в том числе: на основе индивидуальной оценки труда каждого работника. Премирование работников по результатам их труда есть право, а не обязанность работодателя и зависит, в частности, от количества и качества труда работников, финансового состояния работодателя и возможности или невозможности выплаты премии, а также показателей за расчетный период и прочих факторов, которые могут оказывать влияние на сам факт и размер премирования.

Выводы суда в данной части мотивированы, а доводы жалобы истца не содержат указания на какие-либо новые обстоятельства, не учтенные и не проверенные судом, и не свидетельствуют о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета в размере 23929 рублей 27 копеек.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Удомельского городского суда Тверской области от 06 августа 2025 года изменить

в части взыскания с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в пользу ФИО1 задолженности по заработной плате за январь 2025 года, увеличив размер задолженности с 84 760 рублей 80 копеек до 267578 рублей 40 копеек;

в части взыскания с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в пользу ФИО1 компенсации за задержку выплаты заработной платы, увеличив размер компенсации с 181 971 рубль 27 копеек до 227590 рублей 35 копеек; увеличив размер суммы основного долга для последующего начисления компенсации в размере 1/150 ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, за каждый день просрочки, начиная с 07 августа 2025 года и по день фактического расчета включительно с 386 055 рублей 59 копеек до 568873 рублей 19 копеек.

То же решение дополнить указанием на взыскание с акционерного общества «Российский Концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (№ в доход Удомельского муниципального округа Тверской области государственной пошлины в размере 23929 рублей 27 копеек.

В остальной части решение Удомельского городского суда Тверской области от 06 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 03 февраля 2026 года

Председательствующий С.Н. Пойменова

Судьи К.В. Климова

Ю.Ю. Солдатова