Определение № 33-15787/2025 от 17 декабря 2025 г.

Мотивированное
определение изготовлено 18.12.2025

УИД 66RS0062-01-2025-001476-94

Дело №33-15787/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Екатеринбург 11.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Редозубовой Т.Л., Хрущевой О.В.

при ведении протокола помощником судьи ГрунинымС.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» о признании факта трудовых отношений, признании факта незаконного увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ответчика и апелляционному представлению прокурора на решение Академического районного суда города Екатеринбурга от 20.08.2025 (дело №2-990/2025).

Заслушав доклад судьи Зоновой А.Е., объяснения прокурора БеловойК.С., судебная коллегия

установила:

Ч.Н.АБ. обратилась с исковым заявлением к АО«ТБанк» о признании факта трудовых отношений по должности агента по коммерческим продажам с 01.02.2021, признании незаконным факта увольнения с должности агента по коммерческим продажам с 15.02.2023, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период с 01.12.2021 по 31.07.2025 в размере 241884 рублей, взыскании среднего заработка за период незаконного отстранения от работы с 27.06.2023 по 31.07.2025 в размере 1827020 рублей с последующим перерасчетом по дату вынесения решения, компенсации морального вреда в размере 200000 рублей.

В обоснование иска указала, что с ответчиком с 01.12.2021 состоит в правоотношениях, возникших на основании допуска к работе путем заключения договора о присоединении. 27.06.2023 ответчик незаконно отстранил истца от работы. Возникшие правоотношения носят трудовой характер, несмотря на указание ответчика о возникновении отношений на основании договора присоединения об оказании услуг. В функциональные обязанности истца входил выезд на встречи с клиентами, доставка документов, банковских карт, сбор документов для идентификации, осуществление зачисления денежных средств в счет уплаты страховых взносов. Согласно выданным доверенностям (доверенность истца не сохранилась), для осуществления деятельности, доверенное лицо имеет право: подписывать и заверять от имени банка кредитные продукты; совершать иные действия в соответствии с требованиями законодательства, в части идентификации клиентов банка и открытия банковских счетов; подписывать от имени банка договора; представлять банк, действующий от имени и по поручению ООО «Тинькофф Мобил». Страховая деятельность осуществлялась от имени банка. Деятельность осуществлялась как представителем банка. Деятельность носила непрерывный, постоянный характер, не была нацелена на достижение какого-то определенного конкретного результата, а предусматривала выполнений одной и той же трудовой функции. Исполнение трудовой функции осуществлялось в зависимости от усмотрения ответчика, по его распределению и строгом контроле, постоянном мониторинге.

Решением Академического районного суда города Екатеринбурга от 20.08.2025 исковые требования Ч.Н.АБ. удовлетворены частично.

Установлен факт трудовых отношений между АО«ТБанк» и Ч.Н.АБ. в период с 12.12.2021 в качестве агента по коммерческим продажам.

Признан незаконным факт отстранения от работы Ч.Н.АБ. с 27.06.2023.

Ч.Н.АБ. восстановлена в АО«ТБанк» в должности агент по коммерческим продажам с 27.06.2023.

С АО«ТБанк» в пользу Ч.Н.АБ. взыскана сумма среднего заработка за период незаконного отстранения от работы с 27.06.2023 по 20.08.2025 в размере 1876209 рублей с удержанием при выплате НДФЛ, компенсация морального вреда в размере 15000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

С АО«ТБанк» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 36762,09 рублей.

Не согласившись с решением суда, ответчик подал на него апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Указывает, что истец не утверждала, что правоотношения сторон продолжаются, а ссылалась на действия ответчика по фактическому увольнению, выводы суда об обратном не соответствуют обстоятельствам дела. Полагает выводы суда о том, что правоотношения сторон с 2023 года продолжаются и являются длящимися, противоречат фактическим обстоятельствам. Суд неверно применил нормы права при определении даты, с которой следует исчислять срок обращения в суд. Поскольку между сторонами спора имели место гражданско-правовые отношения, у Банка отсутствовали обязанности по увольнению истца и вручению ей приказа об увольнении. Следовательно, невозможно исчислять срок обращения в суд с момента невыполнения Банком обязанности, когда такая обязанность на него не была возложена. О нарушении своих прав в связи с незаконным отстранением от трудовой деятельности истец узнала с 27.06.2023, о чем она сама указывает в исковом заявлении, после указанной даты какие-либо правоотношения между сторонами отсутствовали. Таким образом, в суд истец обратилась с нарушением срока, установленного ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации. Доказательств уважительности пропуска срока в материалы дела не представлено.

В апелляционном представлении прокурор просит решение суда отменить в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела и отказать в удовлетворении требований о восстановлении истца на работе и взыскании среднего заработка за период незаконного отстранения от работы. Прокурор полагает, что оснований для принятия решения о восстановлении истца на работе у суда первой инстанции не имелось, поскольку удовлетворение указанного требования возможно при признании увольнения незаконным, а в ходе рассмотрения дела по существу установлено, что приказ об увольнении истца не издавался.

В отзыве на апелляционное представление ответчик АО «ТБанк» просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Полагает, что исчислять срок для обращения истца в суд следует с даты расторжения договора присоединения, то есть с 27.06.2023, в связи с чем, на момент подачи искового заявления 28.07.2025, то есть более чем через два года, данный срок являлся пропущенный истцом без уважительных причин, в связи с чем требования подлежали отказу в удовлетворении. Кроме того, после расторжения указанного договора и до момента обращения в суд за защитой своих нарушенных трудовых прав, истец имела иные источники дохода, к ответчику с просьбой о продлении договора не обращалась.

Истец в письменных пояснениях, представленных судебной коллегии, выражает несогласие с апелляционной жалобой ответчика, поскольку после совершения ответчиком односторонних действий истец лишилась возможности осуществления деятельности, не согласна с толкованием норм материального права в части сроков на обращение в суд, приведенного ответчиком в жалобе. Полагает, что отсутствуют доказательства прекращения договора присоединения, заключенного между сторонами, путем направления уведомления в письменной форме ответчиком о намерении расторгнуть договор. Указывает, что поскольку характер правоотношений носил явно трудовой характер, то истец имела основания полагать, что сроки обращения в суд ею не пропущены и могут исчисляться с момента прекращения правоотношений.

В заседании судебной коллегии прокурор БеловаК.С. полагала, что оснований для восстановления истца на работе не имеется, поддержала доводы апелляционного представления и доводы жалобы ответчика.

Истец ФИО1 и представитель ответчика АО «ТБанк» в заседание судебной коллегии не явились. В письменных пояснениях истец просила рассмотреть жалобу в свое отсутствие. В материалах дела имеются сведения об извещении сторон о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции (направлены почтовые извещения, истец дополнительно извещена телефонограммой), в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет» (11.11.2025). С учетом изложенного, положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения прокурора, судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав прокурора, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью четвертой ст.11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ч.1 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч.2 ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу ч.4 ст.19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 8 и в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 1 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда (абзац 2 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац 3 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 4 пункта 24 постановления Пленума от 29.05.2018 N 15).

Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Из материалов дела следует и установлено судом, что 12.12.2021 между Ч.Н.АБ. и АО«ТБанк» заключен договор присоединения на выполнение работ, согласно которому истец оказывала Банку услуги по консультированию клиентов, оформлению и сбору документов.

Судебная коллегия отмечает, что в материалы дела истцом представлены два договора присоединения с АО «ТБанк» (л.д.25-32 том 1), который приложен к иску, а также с АО «Тинькофф Банк» (л.д.117-129 том 1), представленный с письменными пояснениями 11.08.2025, отличный от содержания договора, приложенного к иску.

С учетом указания истцом даты возникновения правоотношений 12.12.2021, подлежал учету договор именно с АО «Тинькофф Банк», поскольку смена наименования банка произведена была в 2024 году (согласно данным ЕГРЮЛ из открытых источников запись внесена 04.07.2024).

Из данного договора следует, что АО«Тинкофф Банк» поручил Ч.Н.АБ. выполнять следующие работы: выезд к клиентам и/или потенциальным клиентам заказчика и его партнеров, с целью доставки ему документов, а также банковских карт, sim-карт и оформление соответствующих конкретному продукту заказчика или его партнеров документов, подписания данных документов, консультация по продуктам/услугам заказчика и его партнеров; сбор документов, необходимых для идентификации клиентов заказчика и/или партнеров заказчика и передача их заказчику; осуществление зачисления наличных денежных средств, полученных исполнителем от клиента партнера заказчика в счет уплаты страховой премии по заключенным договорам страхования, на счет партнера заказчика согласно инструкции заказчика; проведение предстрахового осмотра (далее по тексту - ПСО) автомобиля, если это требуется согласно памяткам, полученным Исполнителем от партнера заказчика в процессе выполнения оказания услуг по настоящему договору; осуществление установки дополнительного оборудования при наличии соответствующего поручения от заказчика; составление оптимального маршрута и распределение выездов к клиентам; транспортировка, хранение, выдача и подписание кадровых документов с сотрудниками заказчика; выезд к клиентам заказчика для доставки перевыпущенной или дополнительной карты; иные поручения заказчика, а заказчик обязуется принять результат услуг и оплатить услуги на условиях, указанных в настоящем договоре (п. 1.1. договора присоединения).

С целью заключения данного договора Ч.Н.АБ. предоставила ответчику паспорт гражданина РФ, страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования, свидетельство о постановке на налоговый учет, справку об установлении инвалидности, иные документы и информацию по требованию заказчика (пункт 2.1 данного договора).

В соответствии с пунктом 3.1.1. указанного договора, исполнитель обязан оказывать услуги своими силами, без привлечения к исполнению своих обязанностей третьих лиц, в соответствии с календарным планом оказания услуг, соблюдая обязательные требования к исполнению услуг, установленные Заказчиком в действующих Памятках исполнителя. Памятки исполнителя по услуге с клиентами и внутреннему взаимодействию могут меняться в зависимости от требований бизнес-потребностей. Памятка исполнителя и календарный план оказания услуг размещаются в мобильном приложении Исполнителя.

Исполнитель принимает на себя полную ответственность за сохранность вверенного ему заказчиком имущества банка и иного имущества (пункты 3.1.3 договора).

Исполнитель обязан ежедневно отслеживать обновление Памятки исполнителя, схем и регламентов, расположенных в личном кабинете исполнителя. В случае возникновения проблем с доступом в личный кабинет/мобильное приложение исполнитель обязуется обратиться с проблемой через внутренние каналы обратной связи или к старшему представителю заказчика. Хранить документы, переданные исполнителю в рамках исполнения договора, с соблюдением требований конфиденциальности, в случае утери указанных документов или их распространения среди третьих лиц (разглашения их содержания), исполнитель обязан возместить причиненные в результате таких действий убытки заказчика, а также оплатить заказчику штраф в размере 500000 рублей за каждый факт утери, распространения (разглашения) (пункты 3.1.8, 3.1.9 договора).

В соответствии с пунктами 3.2.1.-3.2.6. договора, заказчик обязуется предоставлять Исполнителю всю необходимую информацию о требуемом результате оказанных услуг, принять результат оказания услуг в срок, предусмотренный настоящим договором, известить исполнителя об обнаруженных недостатках оказания услуг, которые не могли быть выявлены при обычном способе приемки, в течение 1 месяца с момента их обнаружения, Заказчик вправе в любое время проверять ход и качество оказания исполнителем услуг. Заказчик вправе корректировать размер выплаченного вознаграждения Исполнителя, отразив соответствующую сумму вознаграждения в последующем акте приема-передачи выполненных услуг. Заказчик вправе уточнять и корректировать желаемые результаты услуг до их принятия заказчиком, в том числе в случае существенного изменения ситуации.

Заключение указанного договора с истцом ответчик не оспаривал, при этом указывал на прекращение действия данного договора 27.06.2023.

Согласно разделу 4 расчетный период устанавливается равным одной календарной неделе. В случае производственной необходимости даты начала и окончания расчетного периода могут быть изменены, с предварительным уведомлением исполнителя. В случае, если исполнитель оказывал услуги не полный расчетный период, стоимость его услуги рассчитывается пропорционально фактически оказанной услуги в расчетном периоде. НДФЛ включен в сумму вознаграждения. Выплата вознаграждения производится по условиям согласно приложениям к договору на основании акта сдачи-приемки услуг.

Ответчиком представлены акты приема-передачи оказанных услуг за период работы ФИО1 с размером вознаграждения за каждый месяц спорного периода, подлежащего оплате, включая НДФЛ 13%, за период работы с 20.12.2021 по 19.06.2023.

Согласно справкам о доходах и суммах налога физического лица Ч.Н.АБ., за 2022-2024 годы ежемесячно получала от АО «ТБанк» доход по коду – 2010, то есть как выплаты по договорам гражданско-правового характера (том 1 л.д.23-24).

В соответствии со справкой о доходах и страховых взносах, представленной ответчиком, в 2021-2023 годах АО «ТБанк» начислялись страховые взносы за застрахованную Ч.Н.АБ. (том 1 л.д. 217), также в связи с заключением договора гражданско-правового характера.

Письменный трудовой договор между сторонами по делу не заключался, запись в трудовую книжку о приеме Ч.Н.АБ. на работу в период спорных правоотношений не вносилась, приказ о приеме на работу не принимался.

Оценив представленные доказательства и удовлетворяя требование Ч.Н.АБ. об установлении факта трудовых, руководствуясь положениями статей 11, 15, 16, 19.1, 56, 61, 67, Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", суд исходил из того, что Ч.Н.АБ. в течение всего периода работы в АО«ТБанк» лично выполняла обусловленную трудовую функцию в интересах банка, под управлением и контролем работодателя за плату, осуществляла услуги по продаже продуктов банка, работа выполнялась по определенной специальности и квалификации, в связи с чем пришел к выводу о выполнении истцом трудовой функции в качестве агента по коммерческим продажам с 12.12.2021 в АО «ТБанк», не установив оснований для установления факта трудовых отношений с 01.02.2021.

Разрешая требование о восстановлении на работе и о признании незаконным отстранения от работы и приходя к выводу об одновременном удовлетворении обоих требований, суд пришел к выводу, что согласно справкам 2-НДФЛ, Ч.Н.АБ. получала вознаграждение за период после февраля 2023 года, в связи с чем оснований полагать незаконное отстранение с 15.02.2023 не имеется. Однако, учитывая представленные сведения банком о расторжении договора с истцом 27.06.2023, отсутствие волеизъявления истца как работника на прекращение трудовых отношений, суд пришел к выводу об удовлетворении требований о восстановлении истца на работе с 27.06.2023 и о признании незаконным отстранения также с указанной даты.

Удовлетворяя требования о взыскании среднего заработка за период незаконного отстранения от работы с 27.06.2023 по 31.07.2025, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации, постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о нахождении Ч.Н.АБ. в период с 27.06.2023 по 31.07.2025 в вынужденном прогуле по вине работодателя, в связи с чем признал обоснованными требования о взыскании среднего заработка.

Установив факт нарушения ответчиком трудовых прав истца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскал с АО «ТБанк» в пользу Ч.Н.АБ. компенсацию морального вреда в размере 15000 руб.

Одновременно суд не установил оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск, полагая, что с учетом признания незаконным отстранения и восстановления истца на работе, правовые основания для взыскания указанной компенсации отсутствуют.

Разрешая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд с требованиями об установлении факта трудовых отношений, суд, руководствуясь ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что с начала осуществления трудовой деятельности истец добросовестно полагала себя трудоустроенной, трудовые отношения между сторонами не прекращены до настоящему времени, соответственно, срок обращения в суд не пропущен.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что между сторонами спора в период с 12.12.2021 по 27.06.2023 имели место трудовые отношения. Жалоба ответчика содержит доводы о несогласии с выводами суда относительно неприменения последствий пропуска истцом срока на обращение в суд, установленного ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, полагая, что данный срок необоснованно судом не применен с момента прекращения правоотношений сторон 27.06.2023 и судом необоснованно признаны правоотношения продолжаемыми и не прекращенными.

Оценивая доводы жалобы ответчика, судебная коллегия полагает их заслуживающими внимания и в рамках данного спора не может согласиться с выводами суда первой инстанции относительно того, что истцом не пропущен срок на обращение в суд, установленный ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Частью 2 той же статьи установлено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно разъяснениям, которые даны в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано) (п. 13).

Судам также следует иметь в виду, что статьей 392 ТК РФ установлены и специальные сроки обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров, а именно по спорам об увольнении работник вправе обратиться в суд в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть первая статьи 392 ТК РФ), по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, - в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть вторая статьи 392 ТК РФ) (п. 14).

Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (п. 16).

Согласно разъяснениям, которые даны в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из материалов дела следует, что гражданско-правовые отношения между АО«ТБанк» и Ч.Н.АБ. осуществлялись в период с 12.12.2021 по 27.06.2023.

Доводы истца о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства расторжения договора между сторонами в установленном порядке, являются необоснованными, поскольку в соответствии с условиями договора присоединения с АО «ТБанк», который истец просила квалифицировать как трудоправовой, п.п.3.2.11, 8.4 заказчик имеет право в любое время расторгнуть договор в одностороннем порядке по своему усмотрению (л.д.25-32 том 1).

Судебная коллегия отмечает что в соответствии с договором присоединения с АО «Тинькофф Банк» (л.д.117-129 том 1), который, по мнению коллегии, подлежал учету, пунктом 6.1 также предусмотрено право заказчика в любое время расторгнуть договор в одностороннем порядке по своему усмотрению, направив уведомление о расторжении любым способом, датой расторжения договора считается день в который было направлено уведомление.

Представленные акты приема-передачи выполненных услуг подтверждают фактическое выполнение ФИО1 услуг по договору только до 27.06.2023, поскольку акты после указанной даты отражают начисление вознаграждения с указанием как корректировки за прошлые периоды, что не противоречит условиям договора и что истцом не опровергнуто.

Согласно справке (л.д.216 том 1) указано на расторжение договора с ФИО1 27.06.2023. В соответствии с дополнительно представленным судебной коллегии доказательством, уведомлением от 27.06.2023, следует, что истец была уведомлена банком о прекращении договора с 27.06.2023 путем направления уведомления по электронной почте, справочно указано на то, что имущества банка (телефон) был сдан истцом 21.06.2023.

Данные обстоятельства истцом никоим образом не опровергнуты, напротив, сама истец в ходе рассмотрения дела в письменных пояснениях указывала на прекращения отношений 27.06.2023. Доводы истца об отсутствии доказательств уведомления ее надлежащим образом о прекращении правоотношений, также на основании договора гражданско-правового характера и об отсутствии у нее сведений, являются ничем не обоснованными, противоречащими пояснениям самого истца, а также самому характеру правоотношений и взаимодействия между сторонами (дистанционно, по электронной почте, в мессенджерах).

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что 27.06.2023 сложившиеся между сторонами правоотношения были фактически прекращены, о чем неоднократно указывала сама истец в исковом заявлении и письменных объяснениях, подтверждая тем самым свою осведомленность о прекращении правоотношений именно в данную дату.

Соответственно, по крайней мере, с этого момента ФИО1 могла и должна была узнать о нарушении своих прав неоформлением фактически сложившихся между ней и ответчиком трудовых правоотношений.

С данным исковым заявлением Ч.Н.АБ. обратилась в суд только 26.07.2025, то есть по истечении более двух лет с того момента, когда узнала и должна была узнать о нарушении своих прав, тем более, если полагала, что ее незаконно отстранили от работы, лишив возможности получения вознаграждения.

При этом истцом в материалы дела не представлено доказательств того, что после 27.06.2023 она предпринимала какие-либо действия для защиты своих прав, если полагала, как указывала в иске и письменных пояснениях, имело место незаконное отстранение ее от работы и лишение возможности продолжать выполнение работы и получать вознаграждение.

В материалах дела отсутствуют доказательства и истцом не приведены обстоятельства, из которых бы следовало, что истец предпринимала попытки обратиться к работодателю с требованием допустить ее до работы или заключить новый договор после 27.06.2023, тем более заключить или оформить с ней трудовой договор надлежащим образом.

Вопреки утверждениям в исковом заявлении, данных о направлении соответствующей претензии о нарушении права в адрес АО «ТБанк», а главное даты ее направления, в материалы дела не представлено.

Следует отметить, что в материалах дела в принципе отсутствуют доказательства переписки непосредственно самого истца с ответчиком или уполномоченным лицом по вопросу выполнения функций (в данной части по сути требования о наличии правоотношений удовлетворены с учетом того, что сам ответчик наличие договорных отношений с 12.12.2021 по 27.06.2023 не оспаривал). Представленные в материалы дела переписку по ватсап (л.д.48-50 том 1), сведения о трудовой деятельности (л.д.51-53 том 1) невозможно идентифицировать применительно к правоотношениям с ФИО1, поскольку в них содержатся данные о правоотношениях с иным лицом, а именно ( / / )3, письменные пояснения о нарушении прав которой (не истца), приведены на л.д.46 том 1.

Также в материалы дела истцом не представлено доказательств, подтверждающих уважительные причины обращения в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений спустя более двух лет с момента прекращения правоотношений с ответчиком 27.06.2023. В прокуратуру, государственную инспекцию труда, иные органы за восстановлением нарушенных прав истец не обращалась, доказательств тому не представлено.

В материалах дела отсутствуют какие-либо в принципе доказательства, подтверждающие несогласие ФИО1 с прекращением правоотношений 27.06.2023, намерении ее дальше продолжать деятельность в интересах АО «ТБанк», фактического ее продолжения после указанной даты, направление претензий, писем, требований в адрес ответчика о несогласии с односторонним расторжением договора, тем более отказа ответчика в таковом.

При этом судебной коллегией в рамках подготовки дела к судебному заседанию истцу предлагалось дополнительно представить такие доказательства, представлены только письменные пояснения ФИО1, аналогичные ранее представленной позиции, содержащие по сути только общее толкование норм права, регулирующих трудовые правоотношения, выдержки из Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, без конкретизации относительно наличия обстоятельств объективного характера с 27.06.2023 по 28.07.2025, которые препятствовали бы именно истцу обратиться в суд за защитой нарушенного права.

Никаких данных о том, что правоотношения сторон были прекращены в результате какого-либо конфликта с работодателем, а также не были совершены без намерения самого истца прекратить договорные отношения или согласиться с расторжением договора по инициативе заказчика не имеется.

По мнению судебной коллегии, действуя добросовестно и имея намерение защитить свои права в судебном порядке, Ч.Н.АБ. имела возможность своевременно обратиться в суд с момента, когда ей достоверно стало известно о нарушенном праве с момента прекращения договора 27.06.2023 и даже после получения последних выплат после корректировок за прошлые периоды, однако истец этого не сделала, доводов о фактическом продолжении выполнения работы не приводила, о своем несогласии и намерении продолжить правоотношения АО «ТБанк» не уведомляла, доказательств уважительности причин пропуска установленного законом срока для разрешения индивидуального трудового спора, которые бы препятствовали истцу своевременно обратиться в суд, истцом не представлено. Требований о взыскании задолженности именно за фактически выполненную, но не оплаченную работу не заявлено, что свидетельствует о проведении всех расчетов между сторонами в виду прекращения правоотношений 27.06.2023, истец указывала только на взыскание неполученного заработка по вине ответчика по причине незаконного отстранения ее от работы более двух лет назад.

Ссылка истца на неправомерность действий АО «ТБанк» по сокрытию трудовых отношений, их изначальному неоформлению надлежащим образом, что вводило в заблуждение работника, подлежит отклонению, поскольку по материалам дела прослеживается, что АО «ТБанк» никогда не скрывало тот порядок оформления правоотношений, с которым в настоящем иске не согласна истец (договор присоединения содержит ссылки на Гражданский кодекс Российской Федерации, его регламентацию норами гражданского законодательства, истец подписывала регулярно акты выполненных работ для расчета вознаграждения по договору, код дохода отражался в данных налогового учета 2010 - по договору гражданско-правового характера).

Представленные истцом документы в обоснование своей правовой позиции (справки о подтверждении нахождения сотрудников в списках для освобождения от мобилизации л.д.102-105 том 1, разъяснения относительно представления освобождения от мобилизации л.д.107-108 том 1) никакого отношения именно к ФИО1 не имеют, выданы справки в отношении лиц исключительно мужского пола, без указания их должностей, что не позволяет соотнести данные справки с должностью истца и характером выполняемой ею работы, а значит, нельзя утверждать, что данными справками, датированным 2022 годом, АО «ТБанк» ввело истца в заблуждение.

Согласно сведениям, составляющим пенсионные права, представленные страхователями (л.д.231-232 том 1), поступившими после вынесения решения суда и приобщенными судебной коллегией в качестве дополнительного доказательства, в отношении ФИО1 предоставлены сведения АО «ТБанк» об окончании договора гражданско-правового характера 27.06.2023. Кроме того, представлены сведения о прекращении договора гражданско-правового характера от 13.05.2023 с 27.07.2023, заключенного с АО «Совкомбанк страхование».

Более того, согласно данным сведениям Ч.Н.АБ. после прекращения правоотношений с АО«ТБанк» с июня 2023 года по настоящее время состоит в трудовых правоотношениях с ООО«Озон Банк», поскольку последним представлены сведения о приеме истца на работу с 23.06.2023, переводе с 01.02.2024 и с 01.02.2025 на другую должность. Указанные сведения также подтверждают то обстоятельство, что истец не имела намерения продолжать правоотношения с ответчиком после 27.06.2023 и ей было достоверно известно, что они прекращены, истец трудоустроилась к иному работодателю еще в июне 2023.

В соответствии с полученной судебной коллегией выпиской из сведений о трудовой деятельности по форме СТД-СФР, приобщенной в качестве дополнительного доказательства, следует, что внесены АО «ТБанк» сведение о приеме ФИО1 на работу с 12.12.2021. Однако согласно содержанию указанной выписки сведения внесены в августе 2025 и исключительно на основании решения Академического районного суда г. Екатеринбурга от 20.08.2025 по настоящему делу.

В соответствии с дополнительными пояснениями ответчика относительно внесения сведений о трудовой деятельности с представленными дополнительными доказательствами (трудовым договором, формой ЕФС-1, уведомлениями), приобщенными в качестве дополнительных доказательств, следует, что указанные сведения были внесены АО «ТБанк» в отношении ФИО1 исключительно на основании решения суда, которым было удовлетворено требование о восстановлении на работе, подлежащее в силу с.211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации немедленному исполнению. Ответчик был обязан исполнить судебный акт в данной части, несмотря на его оспаривание в том числе прокурором как раз-таки в части восстановления на работе истца. Указанное обусловило необходимость направления истцу для подписания договора и иных документов. Вместе с тем, несмотря на совершение указанных действий ответчиком и представление текстов уведомлений, направленных истцу по электронной почте, никаких действий по подписанию договора и намерению продолжить отношения истцом не было совершено до настоящего времени.

По мнению судебной коллегии, вышеприведенные обстоятельства не свидетельствуют о признании АО «ТБанк» исковых требований, а являются только реализацией решения суда в части обращения его к немедленному исполнению, что однако не исключает проверку доводов жалобы ответчика и апелляционного представления прокурора судебной коллегией.

Пропуск без уважительной причины срока для обращения в суд в соответствии с абз.3 ч.4 ст.198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием отказа в иске.

В связи с пропуском истцом срока обращения в суд по требованиям об установлении факта трудовых отношений, не подлежали удовлетворению и связанные с ними требования истца о признании отстранения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за период лишения возможности трудиться в связи с отстранением от работы (тем более, что никаких доказательств намерения истца продолжить работу и препятствий к тому со стороны ответчика с 27.06.2023 по 28.07.2025 нет), взыскании с ответчика компенсации морального вреда, компенсации за неиспользованный отпуск.

Доводы жалобы ответчика и апелляционного представления прокурора в связи с указанным подлежат признанию обоснованными.

Довод истца о том, что на требования об установлении факта трудовых отношений трехмесячный срок не распространяется, поскольку данный факт устанавливается судом, а до этого времени трудовые отношения не были оформлены, основан на ошибочном толковании заявителем положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Ссылки истца на иную судебную практику рассмотрения аналогичных споров судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку при рассмотрении данного спора установлены иные фактические обстоятельства, имеющие правовое значение для дела. В каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом представленных доказательств по конкретному делу.

Судебная коллегия полагает, что выводы об отсутствии оснований для удовлетворения требования не противоречат разъяснениям Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2025)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.10.2025, согласно которым нормы трудового законодательства, включая нормы, устанавливающие сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, в том числе о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, подлежат применению к отношениям, возникшим на основании гражданско-правового договора, только после признания судом таких отношений трудовыми. В рамках указанного разъяснения имело место признанное судом своевременное обращение работника с требованиями о признании трудовых отношений, возникших на основании гражданско-правовых договоров, что не может свидетельствовать о пропуске срока на обращение в суд по требованиям о взыскании задолженности по оплате труда в случае установления трудовых отношений.

В рамках же настоящего спора истцом без уважительных причин пропущен срок обращения в суд именно по установлению факта трудовых отношений, которые были прекращены 27.06.2023, иск подан 28.07.2025, требований о наличии задолженности именно по заработной плате в период отношений не было заявлено, расчеты произведены все между сторонами еще в 2023 году, материальные требования основаны на взыскании только неполученного заработка в виду неправомерного, по мнению истца, прекращения отношений, то есть как производного требования от установления факта трудовых отношений.

Относительно позиции Верховного Суда Российской Федерации в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2024 N 127-КГ24-14-К4, также следует отменить ее основанной на иных фактических обстоятельствах конкретного дела, в котором изначально работник утверждал о наличии у него подписанного трудового договора и невыдачу ему его экземпляра работодателем, конфликт при прекращении отношений, что отличается от правовой и фактической ситуации в рамках данного дела по вышеизложенным обстоятельствам.

Сама возможность и порядок применения последствий пропуска сроков обращения в суд, в том числе относительно споров о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, закреплены в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15.

Исходя из указанного, судебная коллегия считает, что срок обращения в суд для предъявления истцом требований к ответчику, о применении которого заявлено ответчиком, пропущен истцом по настоящему делу без наличии к тому уважительных причин, а потому в удовлетворении заявленных требований должно быть отказано.

В связи с указанным решение суда подлежит отмене с вынесением по делу нового решения, которым исковые требования ФИО1 к АО «ТБанк» о признании факта трудовых отношений, признании факта незаконного увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда следует оставить без удовлетворения в полном объеме.

Из материалов дела следует, что нарушений, предусмотренных ч.4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Академического районного суда г. Екатеринбурга от 20.08.2025 отменить.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» о признании факта трудовых отношений, признании факта незаконного увольнения, восстановлении на работе, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, взыскании среднего заработка, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения в полном объеме.

Председательствующий А.Е. Зонова

Судьи Т.Л. Редозубова

О.В. Хрущева