Апелляционное постановление № 22-562/2024 от 10 марта 2024 г. по делу № 1-310/2023

Председательствующий судья Дело № 22-562/2024

Саматова Н.О.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Чита 11 марта 2024 года

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Аникиной Л.С.,

при секретаре судебного заседания Варанкиной О.О.,

с участием:

осужденного ФИО1,

защитника адвоката Пакулиной А.В.,

прокурора отдела Забайкальской краевой прокуратуры Дамдиновой Б.Ц.,

потерпевшего Пот. №1,

представителя потерпевшего Пот. №1 – К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя Петровск-Забайкалького межрайонного прокурора Ринчинова Б.С., апелляционной жалобе потерпевшего Пот. №1 и его представителя, апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Сосниной С.И. на приговор Петровск-Забайкальского городского суда Забайкальского края от 27 декабря 2023 года, которым

ФИО1, <Дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый:

- осужден по п. б ч.2 ст. 264 УК РФ к 3 годам 2 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года;

- на основании ст.53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменено на наказание в виде принудительных работ на срок 3 года 2 месяца с удержанием 10 % заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч.1 ст.60.2 УИК РФ определен порядок следования осужденного ФИО1 к месту отбывания наказания в исправительный центр самостоятельно за счет средств государства.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислен со дня прибытия осужденного в исправительный центр, с зачетом времени его следования в исправительный центр, в соответствии с предписанием о направлении к месту отбывания наказания, в срок принудительных работ из расчета один день за один день.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, в соответствии с ч.4 ст.47 УК РФ, распространяется на все время отбывания основного вида наказания, и его срок исчисляется с момента отбытия осужденным наказания в виде принудительных работ.

С осужденного ФИО1 взысканы: в счет возмещения морального вреда в пользу Пот. №1 - <данные изъяты> рублей; в федеральный бюджет Российской Федерации в счет возмещения процессуальных издержек, связанных с участием защитника в уголовном судопроизводстве по назначению - <данные изъяты> рубля.

За гражданским истцом Пот. №1 признано право на удовлетворение гражданского иска в части возмещения материального вреда, гражданский иск в этой части по вступлению приговора в законную силу постановлено передать для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Арест, наложенный на автомобиль марки «Mazda Familia», государственный регистрационный знак №, постановлено отменить по вступлению приговора в законную силу, передать по принадлежности владельцу и разрешить к использованию.

Заслушав мнения прокурора, поддержавшей доводы апелляционного представления в полном объеме, доводы апелляционной жалобы потерпевшего частично, возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб осужденного и адвоката, потерпевшего Пот. №1 и представителя потерпевшего К., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, апелляционного представления, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб осужденного и его защитника? осужденного ФИО1 и адвоката Пакулину А.В., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы потерпевшего и его представителя, против апелляционного представления, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л :

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, сопряженное с оставлением места его совершения.

Преступление совершено <Дата> около 16 часов 05 минут в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе потерпевший Пот. №1 и представитель потерпевшего К., ссылаясь на видеозапись с камер видеонаблюдения, полученные тяжкие телесные повреждения в результате ДТП, усматривают в действиях ФИО1 признаки состава преступления, предусмотренного п. б ч.2 ст.264 УК РФ.

Обращая внимание на период, прошедший с момент возбуждения уголовного дела до вынесения приговора, считают, что по делу допущено бездействие со стороны правоохранительных органов.

Считают голословными утверждения ФИО1 о том, что он в момент ДТП не находился в состоянии алкогольного опьянения, поскольку документального подтверждения обратному нет. Со слов потерпевшего присутствовал запах алкоголя изо рта ФИО1, который, по мнению автора апелляционной жалобы, оставил место происшествия, чтобы избежать медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Никакой необходимости не было ФИО1 самому везти пострадавшего в больницу. Он мог вызвать скорую помощь и позвонить в полицию, поскольку авария произошла в жилом секторе, где есть связь, прохожие, рядом находится больница и полиция. К тому же ФИО1 не имел права трогать потерпевшего, который был нетранспортабельный, из раны на ноге хлестала кровь, тем самым он усугубил состояние пострадавшего.

Потерпевший отрицает утверждение ФИО1 о том, что он просил его увезти в больницу, уверял, что претензий к нему не имеет, поскольку сам виноват.

Показания ФИО1 считает ложными, что подтверждается видеозаписью, находящейся в деле, из которой следует, что проезжая часть была чистой, транспортных средств ни с левой, ни с правой стороны дороги не было, обочины были пустыми, все хорошо просматривалось.

Ссылается на Правила дорожного движения, в соответствии с которым пешеходу разрешено переходить дорогу, если рядом нет пешеходных переходов и дорожных знаков. Кроме того Пот. №1 убедился, что переход для него безопасен, что подтверждается видеозаписью.

Вопреки выводам суда считает, что заключение дополнительной экспертизы № к заключению эксперта № от <Дата> противоречит заключению эксперта № от <Дата>. в части имеющихся у пострадавшего телесных повреждений. Ссылаясь на ст.111 УК РФ, указывает, что переломы ребер и ушиб грудной клетки, с учетом оскольчатых переломов обеих ног, причинили не средней тяжести вред здоровью, как указывает суд, а тяжкий вред здоровью. Кроме того указывает, что существенная потеря слуха также относится к тяжкому вреду здоровья.

Полагает, что суд исказил показания свидетелей Св. №2 и Св. №3 Свидетель Св. №2 подъехал к месту происшествия после свидетеля Св. №6, соответственно после того, как был сбит Пот. №1. Свидетель Св. №3 не пояснял, что он слышал три громких сигнала автомобиля.

Вопреки пояснениям ФИО1 о том, что потерпевшая сторона не идет на контакт, указывает, что они наоборот пытались с ним пойти на контакт, хотели заключить мировое соглашение, однако деньги ФИО1 им не предлагал.

Положительные сведения о личности ФИО1, на которые суд ссылается, его раскаяние в содеянном, не дают основание виновному уйти от ответственности.

Свидетель Св. №8 не давал показания о том, что имеющиеся заболевания не влияют на состояние пострадавшего Пот. №1, что он дееспособен. В этой части показания свидетеля искажены.

Кроме того, выражает несогласие с частичным удовлетворением гражданского иска, поскольку взысканная судом сумма никак не соответствует объему перенесенных истцом страданий. Также выражает несогласие с тем, что суд отменил арест, наложенный на автомобиль ФИО1

Просит привлечь ФИО1 по п. б ч.2 ст.264 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы и выплатой сумм потерпевшей стороне. Просит удовлетворить требования потерпевшего в полном объеме, взыскать с ФИО1 <данные изъяты> рублей в счет компенсации за физические, материальные и нравственные страдания, которые до сих пор продолжает переживать потерпевший, а также за причиненный тяжкий вред здоровью.

Кроме того просит обязать виновное лицо выплатить компенсацию материального ущерба в сумме <данные изъяты> рублей, в том числе средства, потраченные: на лечение - <данные изъяты> рубля, на такси - <данные изъяты> рулей, на продукты питания, в которых остро нуждался Пот. №1 и до сих пор нуждается – <данные изъяты> рублей; на проезд до <адрес> и обратно, для чего нанимали водителя – <данные изъяты> рублей, на бензин – <данные изъяты> рублей.

Также просит автомобиль, с которого незаконно был снят арест, выставить на продажу и вырученные средства внести на счет потерпевшего Пот. №1 Оставить за потерпевшим право на обращение в суд в случае неполной выплаты ущерба.

В апелляционной жалобе адвокат Соснина С.И. просит приговор в отношении ФИО1 отменить, как незаконный и необоснованный, дело направить на новое рассмотрение в ином составе.

В дополнении к апелляционной жалобе адвокат Соснина С.И. полагает, что указанный приговор подлежит отмене в апелляционном порядке по следующим основаниям. В приговоре должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Полагает, что приговор не соответствует требованиям ч.4 ст.302 УПК РФ. Дословно излагая установочную часть приговора, считает, что в приговоре не указано с какой скоростью двигался ФИО1, какое ограничение скорости установлено на данном участке дороги, на сколько скорость, с которой ФИО1 двигался на автомашине, превышала установленные ограничения на данном участке дороги, какой маневр совершал ФИО1, а также направление движения автомашины под управлением ФИО1

Из приговора остается неясным, как двигался пешеход Пот. №1, так как в приговоре указано, что он переходил проезжую часть справа налево относительно направления движения автомобиля под управлением ФИО1, а само направление движения автомобиля под управлением ФИО1 не указано.

Отсутствие в предъявленном ФИО1 обвинении указанных сведений, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку приводит к не конкретизации предъявленного обвинения и способу его совершения.

Согласно приговору, ФИО1 вменено нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения РФ. Решая вопрос о виновности либо невиновности водителя ФИО1 в совершении дорожно-транспортного происшествия вследствие превышения скорости движения транспортного средства, следовало исходить из требований пункта 10.1 Правил, в соответствии с которыми водитель должен вести его со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

Исходя из этого, при возникновении опасности для движения, которую водитель ФИО1 в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

В приговоре же отсутствуют какие-либо сведения о скорости автомобиля ФИО1 до и в момент наезда на пешехода Пот. №1, тогда как согласно показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия, и оглашенных в судебном заседании, скорость его движения составляла 40-45 км/ч (л.д. 89-93). Показания в данной части ФИО1 подтвердил в ходе судебного заседания, и они отражены в приговоре.

Не указание в приговоре какое ограничение скорости установлено на участке дороги, где произошло ДТП, и не указание в приговоре скорости, с какой двигался до и в момент наезда ФИО1, делает незаконным и необоснованным вывод суда о том, что ФИО1 двигался со скоростью, которая не обеспечивала ему возможность контроля за движением транспортного средства.

В ходе предварительного и судебного следствия перед экспертами не ставился вопрос, мог ли ФИО1, двигаясь со скоростью 40-45 км./ч., предотвратить наезд на пешехода Пот. №1. Потерпевший Пот. №1 в данной части, согласно оглашенных в судебном заседании показаний (т. 1 л.д.75-79) показал, что водитель автомобиля «Мазда» пытался уйти от столкновения в сторону. Вместе с тем ходатайство стороны защиты о назначении и проведении по делу автотехнической экспертизы с целью получить, в том числе ответ на вопрос, имел ли водитель ФИО1 техническую возможность избежать наезда на пешехода Пот. №1, судом, по мнению защиты, было необоснованно оставлено без удовлетворения.

В приговоре и в обвинении ФИО1 нет сведений о том, какой частью автомобиля ФИО1 совершил наезд на потерпевшего Пот. №1, что также является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку приводит к не конкретизации предъявленного обвинения и способу его совершения.

Таким образом, установлено, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании не были установлены следующие обстоятельства, имеющее существенное значение для данного уголовной дела: направление движения автомашины под управлением ФИО1; направление движения пешехода Пот. №1; скорость транспортного средства под управлением ФИО1 до и в момент наезда на пешехода Пот. №1; какое ограничение скорости установлено на участке дороги, где было совершено ДТП; имело ли место превышение ФИО1 скорости движения, если да, то на сколько; какой частью автомобиля был совершен указанный наезд; имелась ли у ФИО1 техническая возможность по предотвращению указанного наезда. Следовательно, указанные обстоятельства не нашли своего отражения в приговоре при описании деяния ФИО1

Ссылаясь на заключение эксперта №, показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, показания потерпевшего Пот. №1, считает, что в момент наезда, Пот. №1 двигался слева направо.

По мнению защиты, имеет место несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд, не устранив возникшие противоречия, указал в приговоре, что пешеход Пот. №1 переходил проезжую часть справа налево, при этом, не указав в приговоре, какие доказательства были взяты судом в части направления движения пешехода Пот. №1 за основу и какие отвергнуты, в связи с чем и на каком основании.

В обжалуемом приговоре суд ссылается на заключение СМЭ № и заключение дополнительной СМЭ №, однако выводы одного заключения противоречат выводам другого в части имеющихся у Пот. №1 телесных повреждений. Оба заключения даны одним и тем же государственным судебно-медицинским экспертом В., перед экспертом были поставлены одни и те же вопросы, что грубо нарушало положения ст. 207 УПК РФ. В данном случае, следователю необходимо было назначить повторную экспертизу и поручить ее производство другому эксперту, чего сделано не было.

Вышеуказанные противоречия, содержащиеся в заключениях СМЭ № и дополнительной СМЭ №, в ходе предварительного следствия и в судебном заседании устранены не были. Ходатайство защиты о назначении по делу для устранения данных противоречий повторной судебно-медицинской экспертизы судом необоснованно оставлено без удовлетворения. При этом суд при описании деяния ФИО1 взял за основу заключение № и отверг другое, не объяснив почему.

Допущенную неконкретность предъявленного ФИО1 обвинения, при рассмотрении дела по существу суд, по мнению защиты, самостоятельно устранить не мог. Поскольку тем самым были бы нарушены положения ст. 252 УПК РФ, согласно которым изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается лишь в том случае, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Полагает, что требования ч. 1 ст. 74, ч. 1 ст. 220 УПК РФ не были соблюдены органами предварительного следствия при составлении обвинительного заключения, поскольку в обвинительном заключении в качестве доказательств, подтверждающих обвинение ФИО1 фактически приведены только ссылки на источники доказательств, но не приведено краткое содержание самих доказательств.

При указании в обвинительном заключении в перечне доказательств акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (т. 1 л.д.40) и чека алкотектора (т.1 л.д.39) следователем так же не указано когда, кем и где были проведены данные освидетельствования, то есть так же отсутствует краткое содержание этих доказательств.

Все указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что при составлении обвинительного заключения в отношении ФИО1, а также при предъявлении ему обвинения на стадии предварительного следствия были допущены существенные нарушения требований УПК РФ, что исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения по делу, так как в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению и тесно связано с правом обвиняемого на защиту. При этом суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Указанное нарушение исключали возможность постановления судом приговора или иного решения и поэтому в соответствии со ст. 237 УПК РФ суд обязан был возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Однако, вопреки данному обстоятельству, суд в нарушение уголовно-процессуального закона, рассмотрел уголовное дело и вынесен приговор без устранения вышеуказанного препятствия его рассмотрения. Данное обстоятельство является основанием для отмены приговора.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с квалификацией его действий, с наказанием, которое назначил суд. Просит приговор Петровск-Забайкальского городского суда Забайкальского края от 27 декабря 2023 г. года отменить как незаконный и необоснованный, дело направить на новое рассмотрение в ином составе.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не согласен с квалификаций его действий, не согласен с наказанием, который ему назначил суд. Он не скрывался с места ДТП, а по настоятельной и неоднократной просьбе потерпевшего доставил его в больницу. Не согласен с тем, что он проявил преступную небрежность на дороге. Считает, что потерпевший проявил преступную небрежность, т.к. он переходил проезжую часть в неположенном месте, меняя направление движения несколько раз, и перед тем, как произошло ДТП, он резко сделал два шага назад, тем самым создал аварийную ситуацию на дороге, вследствие чего он не имел возможности избежать столкновения. Оценка действиям пешехода не дана, хотя есть видеозапись, подтверждающая, как потерпевший ходит по проезжей части. Пешеход должен переходить дорогу по пешеходному переходу, а если такового нет, то по диагонали, чтобы участники движения его видели. Сторона защиты подавала ходатайство на проведение повторной авто экспертизу, но им отказали. Просит это исправить.

Также не согласен с п. 1.5 ПДД, т.к. он гласит, что запрещается повреждать инфраструктуру дорожного полотна... Пункт 10.1 ПДД гласит, что движение должно составлять не более 60 км/ч, что и было в его случае. Он контролировал свое транспортное средство. Суд вообще не рассматривает поведение и движение пешехода на дороге.

Также выражает несогласие с удовлетворением исковых требований потерпевшего на сумму <данные изъяты> рублей, иск считает необоснованным. Допускает, что тяжкий вред здоровью потерпевшего мог образоваться в связи с наличием у него заболевания, о котором он и его законный представитель говорили в суде, в частности перелом. Сторона защиты ходатайствовала о проведении судебно-медицинской экспертизу, но суд необоснованно отказал. Длительность лечения и его боли вполне могут быть вызваны этим заболеванием.

Также обращает внимание, что у него в связи с этой аварией образовался и моральный, и материальный ущерб. У него арестовали автомобиль, он лишился источника дохода. В ходе судебного процесса на нервной почве в течение года у него ухудшилось здоровье. Считает, что потерпевшие, имея к нему личную неприязнь, давали неправдивые показания, например, о том, что приходил с угрозами в больницу к потерпевшему. Вместе тем, когда потерпевшего опрашивал инспектор ГИБДД, он показал, что упал сам. Он же приходил на следующий день с разрешения врача, предложил оказать материальную помощь в виде лекарств или денег. После этого представитель потерпевшего написала заявление о том, что он приходил с угрозами к потерпевшему. Это заявление не соответствует действительности и не нашло своего подтверждения в ходе следствия. Обращает внимание на то, что Пот. №1 настаивал на том, что он сам виноват, просил доставить его в больницу, указывал, что претензий к нему не имеет, и не будет иметь. То есть они договорились о примирении с учетом того, что Пот. №1 сам виноват в создании аварийной ситуации. В противном случае он бы не стал его доставлять в больницу.

Представитель потерпевшего постоянно кричала на него, угрожала, требовала деньги от <данные изъяты> до <данные изъяты> рублей, ничем это не обосновывая, а от предложенных им денежных средств в размере <данные изъяты> рублей в присутствии адвоката и следователя, отказалась.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ринчинов Б.С., не оспаривая фактические обстоятельства дела, выводы суда о виновности осужденного, квалификации его действий и оценки доказательств, полагает, что приговор суда подлежит изменению в сторону ухудшения положения осужденного, в связи с неправильным применением норм уголовного закона при назначении наказания и существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 непосредственно после совершения ДТП доставил потерпевшего Пот. №1 в больницу для оказания медицинской помощи. Данное обстоятельство судом в соответствии с п. к ч. 1 ст. 61 УК РФ признанном смягчающим наказание обстоятельством – как оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

В то же время, учитывая, что по делу заявлен гражданский иск, что является выражением позиции потерпевшего о недостаточности принятых ФИО1 мер, направленных на заглаживание ущерба, положения п. к ч. 1 ст. 61 УК РФ судом применены необоснованно. Оказание же иной помощи потерпевшему после совершения ФИО1 преступления в смысле данной нормы закона признано быть не может, поскольку данные действия являются не проявлением доброй воли последнего, а предписаны положениями п. 2.6. Правил Дорожного Движения, в соответствии с которыми если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию; в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию.

Тем самым, ФИО1 был обязан предпринять меры к оказанию помощи потерпевшему. В связи с изложенным, из приговора подлежит исключению указание на применение при назначении наказания положений п. к ч. 1 ст. 61 УК РФ и ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Кроме того, правильно исчисляя начало срока наказания в виде принудительных работ со дня прибытия осужденного в исправительный центр, время следования ФИО1 до исправительного центра суд в нарушение положений ч. 2 ст. 60.3 УИК РФ зачел в срок отбытия наказания из расчета один день следования за один день принудительных работ.

Поскольку суд постановил ФИО1 самостоятельное следование к месту отбывания наказания в виде принудительных работ, не взяв его под стражу, то зачет в срок отбытого наказания времени следования до исправительного центра не основан на нормах закона.

При решении вопроса об аресте, наложенном на автомобиль марки «Mazda Familia» с государственным регистрационным знаком №, суд принял решение об его отмене по вступлению приговора в законную силу.

Учитывая положения ч. 9 ст. 115 УПК РФ, частичное удовлетворение исковых требований потерпевшего к ФИО1, а также материальное положение подсудимого, который официально не трудоустроен, считает, что необходимость в применении данной меры процессуального принуждения не отпала и в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, арест, наложенный на автомобиль марки «Mazda Familia», необходимо сохранить. Стоимость автомобиля при этом соразмерна исковым требованиям потерпевшего.

Ссылаясь на положения ст. 389.15 УПК РФ просит приговор Петровск-Забайкальского городского суда Забайкальского края от 27.12.2023 в отношении ФИО1 изменить в сторону ухудшения положения осужденного.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание в соответствии с п. к ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством - оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, исключить применение ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Усилить назначенное ФИО1 наказание по п. б ч. 2 ст. 264 УК РФ до 3 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

На основании ст. 53.1 УК РФ заменить назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы на 3 года 6 месяцев принудительных работ с удержанием 10 процентов заработной платы в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Исключить из резолютивной части приговора указание на применение зачета времени следования осужденного ФИО1 в исправительный центр в срок принудительных работ из расчета один день за один день.

Арест, наложенный на автомобиль марки «Mazda Familia» государственный регистрационный знак №, сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника государственный обвинитель Ринчинов Б.С. указывает, что вывод о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления сделан судом в результате всестороннего, полного исследования собранных доказательств с соблюдением требований ст.15 УПК РФ. Приговор соответствует положениям ст.307 УПК РФ, в предъявленном ФИО1 обвинении описано деяние, признанное судом доказанным, а также содержатся все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, цели и иные данные, позволяющие судить о событиях преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ не имелось, данное ходатайство стороной защиты не заявлялось. Гражданский иск потерпевшего и его представителя считает обоснованным. Просит апелляционные жалобы осужденного и его защитника оставить без удовлетворения.

Выслушав мнения участников процесса, проверив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, представления и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Нарушений норм УПК РФ при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, влекущих отмену приговора в целом, не установлено. Приговор постановлен на основании исследованных в судебном заседании доказательств, которых было достаточно для вынесения обвинительного приговора.

Судебное разбирательство было проведено в строгом соответствии с порядком, установленным разделом 9 УПК РФ, с соблюдением принципов состязательности сторон, непосредственного исследования представленных сторонами доказательств.

Ходатайства сторон были разрешены в соответствии с положениями закона, решения суда по заявленным ходатайствам мотивированы. Суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции убедительными, оснований не согласиться с ними не имеется.

Несогласие лиц, заявивших ходатайства, с принятыми по ним решениями не свидетельствует об их незаконности, о предвзятости суда, о нарушении принципа состязательности.

Судом была обеспечена возможность реализации каждым из участников судебного разбирательства своих прав.

Предварительное расследование, вопреки доводам потерпевшего и его представителя, также проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Данных, свидетельствующих о бездействии органа предварительного следствия не установлено, материалы уголовного дела таких данных не содержат.

Приговор постановлен на основании исследованных судом в судебном заседании доказательств, совокупности которых было достаточно для вынесения обвинительного приговора.

Оценка и анализ доказательств в приговоре приведены, соответствуют положениям ст.88 УПК РФ. С выводами суда первой инстанции соглашается и суд апелляционной инстанции. Несогласие сторон с оценкой доказательств, данной судом в приговоре, не совпадение выводов суда с позицией авторов жалоб, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене.

Также судом первой инстанции соблюдены и положения ст.87 УПК РФ. Положенные в основу приговора доказательства отвечают требованиям относимости, допустимости, достаточности. Данных о недопустимости доказательств материалы уголовного дела не содержат. При этом все положенные в основу обвинительного приговора доказательства согласуются между собой как в целом, так и в деталях, дополняют и подтверждают друг друга, оснований сомневаться в их достоверности не имеется.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены правильно. Выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, которым суд дал надлежащую оценку, а потому доводы жалобы в этой части суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Фактические обстоятельства по делу установлены правильно, им дана надлежащая юридическая оценка.

Осужденный ФИО1 не отрицает сам факт наезда на потерпевшего, оспаривая в суде апелляционной инстанции выводы суда о своей виновности, указывая на виновность самого потерпевшего.

Вместе с тем, вина ФИО1 нашла свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, подтверждается совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств, которые подробно изложены в приговоре, а именно: показаниями потерпевшего Пот. №1, свидетелей К., Св. №1, Св. №2, Св. №3, Св. №4, Св. №5, Св. №6, Св. №7, Св. №8, заключениями двух судебно-медицинских экспертиз, заключением комплексной видео-автотехнической экспертизы, протоколами осмотров мест происшествия и автомобиля, данными записей с камер видеонаблюдения.

Оснований сомневаться в показаниях свидетелей у суда не имелось. Показания их стабильны, согласуются друг с другом, подтверждаются иными объективными доказательствами по делу. Незначительные противоречия в показания свидетелей на достоверность их не влияют.

Приведенные в приговоре доказательства позволили суду правильно установить место, время, иные обстоятельства совершения преступления. С выводами суда соглашается и суд апелляционной инстанции.

Выводы приведенных в приговоре заключений экспертов соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам происшедшего, согласуются с иными доказательствами по уголовному делу, сомнений не вызывают, обоснованно положены в основу приговора и признаны допустимыми.

Экспертизы проведены в рамках процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом и ведомственными нормативными актами, ФЗ "Об экспертной деятельности", с соблюдением методик исследования, заключения содержат ответы на все поставленные перед экспертами вопросы, научно обоснованы, аргументированы, не имеют каких-либо противоречий и не вызывают сомнений в своей объективности, экспертами, имеющими соответствующее образование, длительный стаж работы в экспертной деятельности по соответствующей специальности.

Также нет оснований сомневаться и в полноте проведенных исследований. Выводы логичны и непротиворечивы, сделаны на основании полученных в ходе предварительного следствия и предоставленных следователем данных. Данные, на которых были проведены исследования, сомнений не вызывают.

Суд первой инстанции, придя к выводу о несостоятельности доводов защиты о противоречивости судебных медицинских экспертиз, достаточно полно и убедительно мотивировал в приговоре отсутствие оснований для проведения повторной судебно-медицинской экспертизы. Оснований не согласиться с мнением суда первой инстанции, у суда апелляционной инстанции нет.

Вопреки доводам потерпевшего и его представителя, осужденного и его защитника, заключения положенных в основу приговора двух судебно-медицинских экспертиз, как обоснованно указано в приговоре лишь дополняют другу друга. Дополнительная судебно-медицинская экспертиза была проведена в связи с получением новых дополнительных, уточненных данных после проведения дополнительных обследований потерпевшего, в связи с чем и были скорректированы выводы первоначально проведенной экспертизы.

Данных, которые бы свидетельствовали о наступившем тяжком вреде здоровью потерпевшего вследствие наличия у него заболеваний, как на то указывает осужденный в апелляционной жалобе, материалы уголовного дела не содержат.

Исследованные доказательства по делу в совокупности свидетельствуют, что телесные повреждения у потерпевшего образовались одновременно в результате удара (ударов) о выступающие части движущегося автомобиля в момент столкновения с последующим падением на дорожное покрытие.

Также не имелось и не имеется оснований для проведения дополнительной либо повторной судебной автотехнической экспертизы, как о том ходатайствовали осужденный и его защитник.

Выводы проведенной по делу видео-автотехнической экспертизы, положенной в основу приговора, достаточны для установления вины осужденного.

Оснований для выяснения экспертным путем ответов на вопросы, которые осужденный и его защитник хотели бы поставить перед экспертами, не имеется. Получение ответов на эти вопросы при проведении повторных экспертиз, на выводы суда первой инстанции не повлияли бы.

Осужденный и его защитник, оспаривая выводы суда о виновности, связывают свою позицию с тем, что осужденный не имел технической возможности с учетом скорости автомобиля, предотвратить наезд, скорость допустимую не превышал.

Однако, ФИО1 в совершении преступления вследствие превышения допустимой скорости и не обвинялся.

Выводы проведенной автотехнической экспертизы и установленные обстоятельства по делу не связывали конкретную скорость транспортного средства под управлением ФИО1 с наличием или отсутствием технической возможности предотвратить наезд.

Выяснение данного обстоятельства не повлияло бы на выводы суда, поскольку по делу правильно установлено, что несоответствие действий ФИО1 выразилось в выезде на полосу встречного движения, применении маневра и наезде на пешехода.

Выбранная ФИО1 в нарушение положений п.10.1 ПДД РФ и не измененная скорость движения, которая была установлена в ходе проведения комплексной видео-автотехнической экспертизы, с момента возникновения опасности не позволяла ему обеспечить постоянный контроль за движением транспортного средства, что подтверждается отсутствием тормозного пути, самим фактом наезда, совершением маневра, выездом на встречную полосу движения, вместо того, чтобы снизить скорость либо остановиться.

Вследствие этого оснований для установления наличия или отсутствия технической возможности предотвратить наезд при скорости, избранной осужденным, не имелось.

С учетом этого и несостоятельны доводы защиты и осужденного о необходимости указания в обвинении конкретной скорости движения, о необходимости установления знаков ограничивающих скорость, что на выводы суда, на законность и обоснованность приговора не влияет.

Суд первой инстанции, оценив все установленные обстоятельства по уголовному делу, проанализировав и оценив представленные доказательства, пришел в обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре и квалифицировал его действия по п.б ч.2 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, сопряженное с оставлением места его совершения.

Оснований не согласиться с квалификацией действий осужденного, данной в приговоре, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом первой инстанции, вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, на основании исследованных доказательств, верно установлены место, время, иные обстоятельства совершения преступления, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Действия осужденного ФИО1 и наступившие последствия находятся в прямой причинно-следственной связи.

Доводы осужденного о том, что он не имел возможности избежать столкновения вследствие действий на проезжей части потерпевшего, который менял направление движения, переходил дорогу в неположенном месте, сам создал аварийную ситуацию, а проявление им (ФИО1) преступной небрежности не доказано, он не имел технической возможности избежать столкновения, суд апелляционной инстанции находит не состоятельными.

Исследовав и оценив все представленные доказательства по делу, суд первой инстанции правильно установил, что действия потерпевшего не влияли за возможность ФИО1 избежать наезда? не находились в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствия, что следует из заключения судебной комплексной видео-автотехнической экспертизы, из совокупности иных доказательств по делу.

Сам факт появления в зоне видимости ФИО1 на проезжей части потерпевшего, действия последнего, обязывали осужденного проявить необходимую внимательность и предусмотрительность, оценить сложившуюся обстановку и принять соответствующе сложившейся дорожно-транспортной ситуации меры для предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

Сложившая дорожно-транспортная ситуация с учетом видимости в направлении движения, метеорологических и дорожных условий, поведения потерпевшего на дороге, наличия времени на оценку сложившейся обстановки, позволяла осужденному оценить обстановку и принять меры именно к торможению, вплоть до остановки транспортного средства, что сделано им не было, а не совершать маневр с выездом на полосу встречного движения, что в сложившейся обстановке создавало опасность, поскольку он не убедился в полной безопасности такого маневра.

Вопреки позиции стороны защиты, каких-либо противоречий обвинение не содержит. Обвинение конкретизировано и ясно, соответствует положениям ст.171 УПК РФ, в нем указаны все обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст.73 УПК РФ.

Также, вопреки доводам осужденного и защитника, направление движения пешехода в приговоре указано верно, соответствует исследованным доказательствам.

Моментом возникновения опасности для движения осужденного является момент появления потерпевшего на проезжей части на полосе движения осужденного. В этот момент потерпевший двигался справа-налево относительно направления движения автомобиля под управлением осужденного. Кроме того, на видеозаписи зафиксировано, что и в момент наезда потерпевший также двигался справа-налево относительно направления движения автомобиля под управлением осужденного, несмотря на то, что перед этим делал шаг в другую сторону.

При таких обстоятельствах утверждения защиты о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам по делу, о наличии противоречий в приговоре, о том, что суд не установил направление движения потерпевшего, не состоятельны.

Вопреки доводам защитника, направление движения автомобиля под управлением ФИО1 в приговоре указано, следует из описания обстоятельств совершения преступления.

Необходимости указания в приговоре при описании преступления и в обвинении того, какой частью автомобиля был совершен наезд на потерпевшего, как о том просит защитник в апелляционной жалобе, не имеется.

Защита не конкретизировала, каким образом отсутствие данного обстоятельства влияет на законность и обоснованность приговора. Тем более осужденный не оспаривает сам факт наезда на пешехода.

Оснований для квалификации действий ФИО1 по п.а ч.2 ст.264 УК РФ у суда первой инстанции не имелось, поскольку обвинение ФИО1 фактически по п.а ч.2 ст.264 УК РФ предъявлено не было, так как в резолютивной части постановления о привлечении его в качестве обвиняемого указание на данный пункт отсутствует.

Суд первой инстанции правильно согласился с государственным обвинителем, который исключил из объема обвинения квалифицирующий признак «совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения». Суд пришел к правильному выводу об отсутствии доказательств тому, что осужденный в момент совершения преступления находился в состоянии опьянения, мотивировав свои выводы со ссылкой на конкретные обстоятельства.

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции основания для возвращения уголовного дела прокурору c целью предъявления ФИО1 обвинения также по п.а ч.2 ст.264 УК РФ отсутствовали.

Оснований для утверждения о недоказанности квалифицирующего признака «сопряженное с оставлением места его совершения», как на то указывает осужденный в жалобе, не имеется.

Суд в приговоре дал оценку указанным доводам осужденного и его защитника со ссылкой на конкретные обстоятельства, на положения п.2.6 Правил дорожного движения РФ, подробно и полно мотивировал свои выводы в этой части, пришел к верному выводу о доказанности указанного квалифицирующего признака, о нарушении им п.2.5 ПДД РФ. Не согласиться с ними, оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Состояние потерпевшего, сложившаяся обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия позволяли ФИО1 не покидать место преступления, а решить вопрос с доставлением потерпевшего в больницу иным способом. Рядом находились иные лица на транспортных средствах, которых он мог бы об этом попросить, мог также вызвать скорую медицинскую помощь.

Уважительных причин, исключительных обстоятельств, вызывающих необходимость оставления места дорожно-транспортного происшествия, у ФИО1 не имелось. Просьбы, требования потерпевшего к осужденному о доставлении его в больницу, высказывания потерпевшего о том, что он сам виноват, как на то указывает осужденный? уважительными причинами признаны быть не могу, поскольку осужденный обязан был действовать в соответствии с требованиями правил дорожного движения.

Нарушений ч.1 ст.74, ч.1 ст.220 УПК РФ, вопреки доводам защитника, допущено органом предварительного следствия не было. Обвинительное заключение соответствует требования, предъявляемым к его содержанию и оформлению.

Доказательства в обвинительном заключении приведены с кратким изложением их содержания.

То, что сторона защиты не согласна с тем в каком объеме в обвинительном заключении изложено содержание доказательств, не свидетельствует о допущенных нарушениях при его составлении. И защитник, и осужденный, будучи ознакомленными с материалами уголовного дела, обладая правом повторного ознакомления с ними, имели возможность ознакомиться с указанными в обвинительном заключении доказательствами непосредственно.

Суд со ссылкой на конкретные обстоятельства, пришел к правильному выводу о вменяемости осужденного.

При назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, влияние назначенного наказания на его исправление, на условия его жизни, наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному обоснованно признаны в соответствии с п.г ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ наличие малолетнего ребенка, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшему извинений, положительные характеристики по прежнему месту работы и в быту.

Данных о наличии иных обстоятельств, которые в силу закона являлись бы безусловным поводом к смягчению наказания, судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для оценки поведения потерпевшего как противоправного и признании его смягчающим наказание обстоятельством у суда первой инстанции не имелось? не имеется их и у суда апелляционной инстанции.

По смыслу закона, суд может признать обстоятельством, смягчающим наказание, противоправное поведение потерпевшего, в том случае, если на основании исследованных доказательств установит, что указанные в ст.264 УК РФ последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, Правил дорожного движения, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил.

Вместе с тем, именно действия ФИО1, который нарушил требования пунктов Правил дорожного движения РФ, которые указаны при описании преступного деяния, состоят в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием с наступившими последствиями.

Действия же потерпевшего Пот. №1 не состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и не могут быть рассмотрены как способствование с его стороны совершению осужденным преступления. Тем более, в момент наезда потерпевший находился на полосе движения, по которой осужденный не должен был двигаться.

Суд правильно не усмотрев оснований для применения положений ст.73 УК РФ, с приведением мотивов принятого решения, с учетом семейного положения осужденного, пришел к выводу о возможности его исправления без реального отбывания наказания, и при наличии законных оснований заменил наказание в виде лишения свободы на наказание в виде принудительных работ с назначением дополнительного наказания.

Невозможность снижения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, применения при назначении наказания положений ст.64 УК РФ, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, в приговоре мотивирована. Оснований не согласиться с позицией суда первой инстанции в этой части, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Гражданский иск в части взыскания компенсации морального вреда в пользу потерпевшего разрешен правильно, вопреки доводам потерпевшего, его представителя, осужденного.

Все обстоятельства, на которые потерпевший и его представитель указывают в апелляционной жалобе в подтверждение доказанности причиненного морального вреда, суду первой инстанции были известны, приняты судом во внимание, оценены.

Оснований для уменьшения или увеличения взысканного размера компенсации морального вреда, не имеется.

Размер компенсации морального вреда – <данные изъяты> рублей, соответствует установленным по уголовному делу обстоятельствам, имеющим определяющее значение для разрешения данного вопроса.

Положения ст.151 ГК РФ, ст.1101 ГК РФ при разрешении гражданского иска в части взыскания компенсации морального вреда судом первой инстанции были соблюдены, существенных нарушений, влекущих изменение либо отмену приговора в этой части, судом первой инстанции допущено не было.

Кроме того, вопреки доводам потерпевшего и его представителя, суд апелляционной инстанции находит решение суда в части оставления за потерпевшим права на удовлетворение исковых требований о взыскании материального ущерба в порядке гражданского судопроизводства, обоснованным.

Выводы суда в этой части мотивированы в приговоре, вызваны? как правильно указано в приговоре необходимостью произведения дополнительных расчетов, что соответствует положениям ч.2 ст.309 УПК РФ, поскольку это требовало отложения судебного разбирательства.

Тем более, как следует, предоставленной суду апелляционной инстанции претензии АО «Страховая компания <данные изъяты>» о добровольном возмещении убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, был возмещен ущерб, причиненный имуществу третьих лиц, в сумме <данные изъяты> рублей.

То, обстоятельство, что страховая выплата, связанная с исследуемыми событиями, была произведена страховой компанией, также подтверждает необходимость производства дополнительных расчетов.

Вопреки доводам потерпевшего и его представителя, суд первой инстанции не отказал, а не рассмотрел заявление потерпевшего о возмещении расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю, поскольку действительно суду не были представлены подтверждающие данные расходы документы, к которым соглашение на оказание юридических услуг не относится.

Суд первой инстанции какого-либо решения в этой части не принял, а разъяснил право потерпевшего обратиться с заявлением о возмещении расходов в суд в порядке исполнения приговора.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что права потерпевшего на возмещение расходов на оплату услуг представителя, нарушены не были. Он не лишен права обратиться с аналогичным заявлением в порядке исполнения приговора в соответствии с главой 47 УПК РФ.

Оснований для освобождения осужденного ФИО1 от уплаты процессуальных издержек, связанных с участием защитника по назначению, не имелось. Выводы суда о взыскании с осужденного процессуальных издержек основаны на законе, полно мотивированы в приговоре, с чем оснований не согласиться не имеется у суда апелляционной инстанции.

Вопрос о разрешении судьбы вещественного доказательства – СД-дисков с видеозаписью, разрешен верно.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению.

Суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апелляционного представления в части отсутствия оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п.к ч.1 ст.61 УК РФ оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в доставлении Пот. №1 в медицинское учреждение и исключении при назначении размера наказания применение ч.1 ст.62 УК РФ.

В силу требований п. 2.6 Правил дорожного движения РФ, если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан: принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию; в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документа на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия; освободить проезжую часть, если движение других транспортных средств невозможно, предварительно зафиксировав, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и принять все возможные меры к их сохранению и организации объезда места происшествия; записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции.

Таким образом, оказание помощи потерпевшему является обязанностью водителя, причастного к совершению дорожно-транспортного происшествия, вследствие чего не может расцениваться как смягчающее наказание обстоятельство, поскольку должно быть следствием самостоятельного добровольного желания на оказание такой помощи, а не совершенным в силу предусмотренной обязанности.

При таких обстоятельствах указанное смягчающее наказание обстоятельство подлежит исключению из приговора, что влечет за собой и исключение применения положений ч.1 ст.62 УК РФ при назначении ФИО1 наказания.

Вместе с тем, оснований для усиления размера назначенного наказания суд апелляционной инстанции не находит, полагает его справедливым, соответствующим содеянному с учетом всех установленных по делу обстоятельств.

Кроме того, как правильно обращено внимание в апелляционном представлении, суд первой инстанции без законных к тому оснований произвел зачет в срок наказания в виде принудительных работ времени самостоятельного следования осужденного ФИО1 к месту отбывания принудительных работ из расчета один день за один день.

Ст.60.3 УИК РФ, а также иными нормами закона произведение такого зачета не предусмотрено при назначении наказания в виде принудительных работ лицу, который не заключен под стражу.

При таких обстоятельствах из приговора подлежит исключению данное указание о зачете.

Также приговор подлежит изменению в части принятого решения о разрешении судьбы вещественного доказательства – автомобиля, и в части ареста на него.

В силу п.5 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать обоснование принятых решений по вопросам, указанным в ст.299 УПК РФ.

В соответствии с п.11, 12 ч.1 ст.299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает вопросы: как поступить с имуществом, на которое наложен арест для обеспечения исполнения наказания в виде штрафа, для обеспечения гражданского иска или возможной конфискации; как поступить с вещественными доказательствами.

В нарушение указанных требований уголовно-процессуального закона, принимая решение о передаче автомобиля «Mazda Familia» государственный регистрационный знак № законному владельцу по принадлежности, на разрешение его к использованию и на снятие с него ареста, суд первой инстанции не привел в приговоре мотивы, по которым пришел к такому решению.

Кроме того, данное решение суда противоречит требованиям уголовно-процессуального закона, целям и задачам, направленным на скорое восстановление прав потерпевшего.

В соответствии с ч. 9 ст.115 УПК РФ арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость.

Удовлетворение частично исковых требований потерпевшего о взыскании компенсации морального вреда с осужденного, а также не отказ в удовлетворении требований о возмещении материального ущерба, а передача гражданского иска в этой части для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, признание за потерпевшим право на его удовлетворение, свидетельствуют о том, что необходимость в аресте автомобиля на момент постановления приговора не отпала.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции оснований для принятия решения о снятии ареста, наложенного на автомобиль, и на возвращение его осужденному, не имел.

С учетом изложенного из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора надлежит исключить указание на возврат автомобиля «Mazda Familia» государственный регистрационный знак № законному владельцу по принадлежности, на разрешение его к использованию и на снятие с него ареста, а арест, наложенный на указанный автомобиль надлежит сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

При этом требования потерпевшего и его законного представителя о передаче судом автомобиля на реализацию не основаны на законе. Суд первой инстанции, суд апелляционной инстанции такими полномочиями не наделены, решение данного вопроса находится в компетенции судебных приставов-исполнителей.

Существенных нарушений уголовно-процессуального, уголовного закона, которые повлияли или могли бы повлиять на выводы суда, влекли безусловную отмену либо изменение приговора в иной части, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Петровск-Забайкальского городского суда Забайкальского края от 27 декабря 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание ФИО1 смягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п.к ч.1 ст.61 УК РФ – оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в доставлении Пот. №1 в медицинское учреждение.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение ч.1 ст.62 УК РФ при назначении ФИО1 наказания.

Исключить из резолютивной части приговора указание на зачет в срок принудительных работ времени следования ФИО1 в исправительный центр в соответствии с предписанием о направлении к месту отбывания наказания из расчета один день за один день.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора указание на возврат автомобиля «Mazda Familia» государственный регистрационный знак № законному владельцу по принадлежности, на разрешение его к использованию и на снятие с него ареста, сохранив арест, наложенный на автомобиль «Mazda Familia» государственный регистрационный знак №, до исполнения приговора в части гражданского иска.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление, апелляционную жалобу потерпевшего Пот. №1 и его представителя удовлетворить частично.

Апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Сосниной С.И. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке гл.47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу. Кассационные представление, жалоба подаются через суд, постановивший приговор.

В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст. 401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья