Приговор № 1-27/2020 1-443/2019 от 19 ноября 2020 г. по делу № 1-186/2018

Дело № 1-27/2020 ***

УИД ***


Приговор

Именем Российской Федерации

г. Юрга Кемеровской области 20 ноября 2020 года

Юргинский городской суд Кемеровский области в составе

председательствующего Сидориной Н.Г.

коллегии присяжных заседателей,

с участием:

государственных обвинителей – ст. помощников Юргинского межрайонного прокурора Романович Ю.В., ФИО1,

подсудимой ФИО2,

защитников - адвокатов Ленинг М.А., предъявившей удостоверение *** и ордер *** от 12 ноября 2019 года, ФИО3, предъявившей удостоверение *** и ордер *** от 23 октября 2020 года,

потерпевшей ФИО4,

при секретаре судебного заседания Ленковой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, *** несудимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

установил:

Вердиктом коллегии присяжных заседателей от 12 ноября 2020 года ФИО2 признана виновной в том, что 20 февраля 2018 года в период с 13 до 17 часов, находясь в кухне *** в ходе ссоры, на почве личных неприязненных отношений, нанесла Б.Г.И. один удар металлической частью слесарного молотка в область головы справа, отчего Б.Г.И. потеряла сознание, затем вынесла Б.Г.И. из указанной квартиры в бессознательном состоянии в подъезд на лестничный марш между первым и вторым этажами данного дома и бросила на бетонные ступени лестничного марша, в результате чего при падении Б.Г.И. ударилась затылочной областью головы о бетонную поверхность лестничного марша, в результате чего Б.Г.И. была причинена закрытая *** которое явилось непосредственной причиной смерти Б.Г.И. наступившей *** в ***, расположенной по адресу: ***.

Исходя из установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей, обстоятельств уголовного дела, суд квалифицирует действия ФИО2 по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Обстоятельства дела, установленные вердиктом коллегии присяжных заседателей, по мнению суда, свидетельствуют о том, что причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершено подсудимой с прямым умыслом, то есть она, совершая действия, направленные на причинение тяжкого вреда здоровью Б.Г.И., осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления общественно опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью Б.Г.И. и желала их наступления. По отношению к наступившей смерти Б.Г.И. действия подсудимой ФИО2 являлись неосторожными.

Решая вопрос о направленности умысла ФИО2, суд исходит из совокупности обстоятельств дела, установленных вердиктом коллегии присяжных заседателей, и учитывает, в частности, характер последовательность действий, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, причиненных потерпевшей, в жизненно важную часть тела человека.

Таким образом, вопреки доводам стороны защиты, оснований для переквалификации действий подсудимой на менее тяжкие составы, а именно на ч. 1 ст. 109 УК РФ не установлено.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей также установлено, что подсудимая действовала на почве личных неприязненных отношений к Б.Г.Г. Таким образом, установлено, что мотивом совершения преступления подсудимой явилась личная неприязнь к потерпевшей.

Оснований для вынесения оправдательного приговора или роспуска коллегии присяжных заседателей в порядке ч.ч. 4, 5 ст. 348 УПК РФ не имеется.

Из заключения амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 14 марта 2018 года № *** (т. 1 л.д. 180-182) следует, что ФИО2 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает и не страдала. В период времени, относящийся к инкриминируемому ей деянию, в состоянии временного психического расстройства (в т.ч. патологического алкогольного опьянения) не находилась. В юридически значимый период времени ФИО2 пребывала в состоянии простого (не паталогического) алкогольного опьянения и могла осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время также может осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию ФИО2 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В исследуемый, юридически значимый период ФИО2 не находилась в состоянии физиологического аффекта, а также в ином другом значимом эмоциональном состоянии, которое могло оказать существенное влияние на ее поведение. Эмоциональное состояние подэкспертной ФИО2 в исследуемый правовой период определялось грубой гневливой реакцией, возникшей на фоне алкогольного опьянения по механизму ситуационного самовзвинчивания. Выявленное эмоциональное состояние не нарушало свободу волеизъявления и систему целеполагания, и не оказывало существенного влияния на сознание и деятельность ФИО2 в исследуемый юридически значимый период.

С учетом изложенного, обстоятельств совершения преступления, данных о личности подсудимой, ее поведение после совершения преступления, достаточно целенаправленный характер действий, адекватный контакт с окружающими, отсутствие психопатологических расстройств и расстройств сознания, суд признает ее вменяемой в отношении инкриминируемого ей деяния.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, ее личность, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление виновной и на условия жизни ее семьи.

Подсудимая ФИО2 у врачей психиатра и нарколога на учетах не состоит (т.1 л.д. 122, 123), по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно (т. 1 л.д. 121), со стороны Администрации *** поселения *** – посредственно (т. 1 л.д. 128), по месту содержания в СИЗО-4 ГУФСИН России по *** удовлетворительно.

При этом вопреки доводам стороны защиты у суда не имеется оснований подвергать сомнению представленную в материалах дела характеристику участкового уполномоченного полиции, поскольку она дана надлежащим должностным лицом в пределах должностных полномочий в установленном законом порядке.

В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств суд в соответствии с п.п. «г, з, и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает наличие малолетних детей (2007 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения) (т. 1, л.д. 120, 126, 127), противоправность поведения потерпевшей Б.Г.И. по отношению к подсудимой, явившегося поводом для преступления; явку с повинной (т. 1, л.д. 36), активное способствование раскрытию и расследованию преступления путем дачи обстоятельных признательных показаний в период предварительного расследования, участвовала в проверке показаний на месте.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд учитывает отсутствие судимости, нахождение на иждивении троих детей (одного несовершеннолетнего и двоих малолетних), состояние здоровья подсудимой, а также ее малолетней дочери, в том числе наличие у дочери инвалидности, осуществление ухода за ней, частичное признание себя виновной в ходе предварительного расследования, удовлетворительную характеристику, представленную в материалах дела.

Обстоятельства, отягчающие наказание подсудимой, отсутствуют.

Учитывая изложенное, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой ФИО2, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что исправление подсудимой возможно только при назначении наказания в виде реального лишения свободы, что отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений. Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не усматривает.

Применение дополнительного вида наказания, в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ, с учетом совокупности смягчающих обстоятельств, суд находит нецелесообразным.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, фактических обстоятельства преступления, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на более мягкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Не имеется и оснований для применения при назначении наказания правил ст. 64 УК РФ, поскольку в судебном заседании не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления.

Поскольку вердиктом коллегии присяжных заседателей ФИО2 признана заслуживающей снисхождения, то при назначении наказания подлежат применению положения ч. 1 ст. 65 УК РФ, согласно которой срок или размер наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Вопреки доводам стороны защиты, учитывая правила ст. 65 УК РФ, наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, не влечет за собой последовательное применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и ч. 1 ст. 65 УК РФ. Применению подлежат положения ч. 1 ст. 65 УК РФ.

Оснований для применения положений ст. 82 УК РФ суд не усматривает по следующим основаниям. По смыслу закона, основанием предоставления отсрочки отбывания наказания является убеждение суда в правомерности поведения осужденного в период отсрочки и в возможности исправления без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием ребенка. К такому убеждению суд приходит на основе учета характера и степени тяжести совершенного преступления, условий жизни на свободе, анализа данных о самом лице и его поведении.

Применение положений ст. 82 УК РФ является правом суда.

С учетом обстоятельств дела и данных о личности подсудимой, суд не находит оснований для применения положений ст. 82 УК РФ к ФИО2 Суд также учитывает, что у малолетних детей есть родной отец, а также имеются другие близкие родственники – родители супруга подсудимой (бабушка и дедушка детей), способных обеспечить их содержание, которые и в настоящий момент оказывают помощь в воспитании малолетних детей. Доказательств того, что указанные близкие родственники по состоянию здоровья не смогут обеспечить надлежащих уход и воспитание малолетних детей суду не предоставлено.

В соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО2 должно быть назначено в колонии общего режима, поскольку она осуждается за совершение особо тяжкого преступления.

В соответствии с положениями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок наказания подсудимой ФИО2 следует зачесть время содержания ее под стражей в период с 23 ноября 2018 года до 27 февраля 2019 года, а также с 21 октября 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания.

Разрешая заявленные потерпевшей Ю.И.М. исковые требования о возмещение материального ущерба на сумму 10807 рублей и морального вреда на сумму 300000 рублей (т. 1 л.д. 212-213, т. 2 л.д. 214), суд приходит к следующим выводам.

Требования о взыскании, как имущественного вреда, так и морального вреда потерпевшая Ю.И.М. в судебном заседании поддержала, подсудимая возражала против заявленных исковых требований, оспаривая их.

Суд полагает, заявленные потерпевшей Ю.И.М. требования о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением на сумму 10807 рублей, подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 1094 Гражданского кодекса РФ по делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть человека, лицо, фактически понесшее расходы на погребение вправе предъявить гражданский иск об их возмещении. При этом пособие на погребение в случае его выплаты не влияет на размер подлежащих возмещению расходов.

Материалами уголовного дела подтверждается понесенные Ю.И.М. затраты на погребение, а именно ритуальные принадлежности в сумме 5540 рублей, доставка тела в морг в сумме 2877 рублей, оказание ритуальных услуг в сумме 2390 рублей (т. 1 л.д. 214-218). В судебном заседании потерпевшая Ю.И.М. пояснила, что полученное пособие на погребение было потрачено на установление оградки.

Таким образом, суд полагает обоснованными и подлежащими удовлетворению заявленные исковые требования Ю.И.М. о возмещении материального ущерба (расходов, связанных с погребением), поскольку они подтверждены документально, в размере 10807 рублей и подлежат взысканию с виновного лица.

Разрешая исковые требования Ю.И.М. о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что они подлежат удовлетворению на основании ст., ст. 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым моральный вред возмещается в случаях причинения гражданину физических или нравственных страданий. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при этом должны учитываться требования разумности и справедливости и иные заслуживающие внимание обстоятельства, к которым относится и степень вины потерпевшего, действиями которого было вызвано причинение вреда.

В судебном заседании установлено, что преступными действиями подсудимой ФИО2 причинены моральные страдания потерпевшей Ю.И.М., которая по вине подсудимой потеряла родную мать.

С учетом характера причиненных потерпевшей нравственных страданий в связи с потерей близкого человека, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, суд пришел к выводу, что в пользу Ю.И.М. следует взыскать с ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, полагая, что названная сумма не является завышенной.

Вещественные доказательства, а именно, следы рук, хранящиеся в конверте, в материалах уголовного дела (т. 1 л.д. 176), хранить в материалах дела. Поскольку вещественные доказательства: шапка и молоток в настоящее время уничтожены, суд не решает вопрос о судьбе данных вещественных доказательств.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки по уголовному делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату Антоновой А.И. в ходе предварительного расследования в сумме 2431 рубль (т. 2 л.д. 62), а также адвокату Ленинг М.А. в ходе судебного заседания на основании постановлений от 11 марта 2020 года в сумме 22880 рублей и в сумме 22230 рублей (т. 4 л.д. 67. 126), а всего в сумме 47541 рубль, подлежат взысканию с ФИО2 Оснований для освобождения осужденной от возмещения процессуальных издержек, с учетом ее материального положения и состояния здоровья, суд не усматривает, так как ФИО2 в ходе предварительного расследования, судебного заседания не заявляла отказов от защитника, суду не представлено доказательств ее тяжелого материального положения, имущественной несостоятельности и того, что взыскание процессуальных издержек может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на его иждивении., а нахождение ее в местах лишения свободы, само по себе, не может являться основанием для освобождения ее от возмещения процессуальных издержек, так как не свидетельствует о невозможности исполнять данную обязанность.

Поскольку подсудимая осуждается за совершение умышленного особо тяжкого преступления к реальному лишению свободы, учитывая положения ст. ст. 97, 99 и 108 УПК РФ, суд считает невозможным применение в отношении нее иной, более мягкой, меры пресечения, не усматривает оснований для изменения или отмены избранной меры пресечения и полагает необходимым оставить подсудимой до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309, 343, 351 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Назначить ФИО2 наказание по ч. 4 ст. 111 УК РФ в виде лишения свободы на срок 08 (восемь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу оставить без изменения.

В соответствии с положениями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок наказания подсудимой ФИО2 следует зачесть время содержания ее под стражей в период с 23 ноября 2018 года до 27 февраля 2019 года, а также с 21 октября 2019 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня. Период с 27 февраля 2019 года до 21 октября 2019 года зачесть в срок отбывания наказания подсудимой из расчета один день за один день.

Исковые требования Ю.И.М. удовлетворить. Взыскать с осужденной ФИО2 в пользу потерпевшей Ю.И.М.: в возмещение ущерба, причиненного преступлением, 10807 (десять тысяч восемьсот семь) рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) рублей, а всего 310807 (триста десять тысяч восемьсот семь) рублей.

Взыскать с осужденной ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 47541 (сорок семь тысяч пятьсот сорок один) рубль 00 копеек, составляющие вознаграждение адвокатам Антоновой А.И., Ленинг М.А.

Вещественные доказательства: следы рук, хранящиеся в материалах уголовного дела, – хранить в уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Юргинский городской суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденной – в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалобы или представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции и с участием адвоката.

Председательствующий Н.Г. Сидорина