Решение № 2-369/2020 2-369/2020~М-299/2020 М-299/2020 от 20 октября 2020 г. по делу № 2-369/2020

Дело № 2-369/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Усть-Катав 21 октября 2020 года

Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Баранцевой Е.А.,

при секретаре Логиновой К.С.,

с участием прокурора Кайгородова В.Ю., Падуковой Л.Н., истца ФИО1, представителя ответчика МУП «СМУ-1» ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Усть-Катава в интересах ФИО1 к МУП «Строительно-монтажное управление-1» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

установил:

Прокурор г.Усть-Катава, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к МУП «Строительно-монтажное управление-1» (далее МУП «СМУ-1»), в котором с учетом уточнений просит установить факт трудовых отношений между ФИО1 и МУП «СМУ-1» с 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года; взыскать с ответчика в пользу ФИО1 заработную плату в размере 164 296 руб. 00 коп., отпускные в размере 26 261 руб. 23 коп., компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В обоснование заявленных требований сослался на то, что в прокуратуру города обратилась ФИО1 с заявлением о нарушении её трудовых прав МУП «СМУ-1». Установлено, что в соответствии с договором подряда от 29 апреля 2019 года № 10, заключенным между МУП «СМУ-1» (заказчик) и ФИО1 (подрядчик), подрядчик выполняет работы по уборке подъездов многоквартирных домов по адресу: <адрес>. Договор заключен на срок один месяц, до 29 мая 2019 года. Договор пролонгируется на тот же срок, если за 5 дней до окончания срока действия договора от сторон не поступило заявление о расторжении договора. На основании дополнительного соглашения к договору подряда № 10 от 29 апреля 2019 года указанный договор расторгнут с 20 апреля 2020 года. В соответствии с договором подряда от 01 мая 2019 года № 11, заключенным между МУП «СМУ-1» (заказчик) и ФИО1 (подрядчик), подрядчик выполняет работы по уборке подъездов многоквартирных домов по адресу: <адрес><адрес>. Договор заключен на срок один месяц, до 31 мая 2019 года. Договор пролонгируется на тот же срок, если за 5 дней до окончания срока действия договора от сторон не поступило заявление о расторжении договора.

На основании дополнительного соглашения к договору подряда № 11 от 01 мая 2019 года указанный договор расторгнут с 20 апреля 2020 года. В соответствии с договором подряда от 01 октября 2019 года № 27, заключенным между МУП «СМУ-1» (заказчик) и ФИО1 (подрядчик), подрядчик выполняет работы по уборке подъездов многоквартирных домов по адресу: <адрес>. Договор заключен на срок один месяц, до 31 октября 2019 года. Договор пролонгируется на тот же срок, если за 5 дней до окончания срока действия договора от сторон не поступило заявление о расторжении договора. На основании дополнительного соглашения к договору подряда № 27 от 01 октября 2019 года указанный договор расторгнут с 20 апреля 2020 года. Согласно указанным договорам подряда заказчик обязуется своевременно оплачивать подрядчику работы по уборке подъездов, осуществлять контроль за надлежащей уборкой. Подрядчик обязуется обеспечить качественную уборку подъездов, указанных в договоре. С 29 апреля 2019 года ФИО1 фактически приступила к уборке подъездов многоквартирных домов по адресу: <адрес> и выполняла указанные работы до 20 апреля 2020 года. С 01 мая 2019 года ФИО1 приступила к уборке подъездов многоквартирных домов по адресу: <адрес> и выполняла указанные работы до 20 апреля 2020 года. С 01 октября 2019 года ФИО1 приступила к уборке подъездов многоквартирных домов по адресу: <адрес> и выполняла указные работы до 20 апреля 2020 года. Несмотря на то, что работы по уборке подъездов многоквартирных домов выполнялась ФИО1 в период с 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года, трудовой договор с ней заключен не был.

Истцом выполнялись работы, связанные с уборкой подъездов многоквартирных домов, что является непосредственным выполнением вышеуказанных договорных обязательств. Выполнение в полном объеме функциональных обязанностей ФИО1 подтверждается тем, что при выполнении работ по уборке подъездов в многоквартирных домах она подчинялась мастеру хозяйственного участка непосредственно, в прямом подчинении находилась у начальника участка и заместителя директора МУП «СМУ-1». При осуществлении трудовой функции ФИО1 соблюдала определенный график работы по уборке вышеуказанных объектов, которые выполнялись ежедневно с 8-00 до 14-00 с понедельника по пятницу. Кроме того, при выполнении уборки подъездов ФИО1 имела санкционированный доступ в подъезды многоквартирных домов, использовала в работе предоставленный МУП «СМУ-1» инвентарь. За выполненные работы ФИО1 выдавались расчетные листы по начислению заработной платы. С ФИО1 удерживался налог на доходы физических лиц, что отражено в расчетных листах. Кроме того, в расчетных листах указаны суммы и даты выплаты заработной платы.

Таким образом, согласно представленным документам ответчик фактически подтверждает наличие трудовых отношений и задолженность по заработной плате. ФИО1 прекратила свою трудовую деятельность с 20 апреля 2020 года. Однако в нарушение действующего законодательства ей не выплачена заработная плата, отпускные. Действиями МУП «СМУ-1» ФИО1 причинен моральный вред, который она оценивает в 50 00 рублей.

Определением суда от 28 июля 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена Государственная инспекция труда.

Ст.помощник прокурора г. Усть-Катава Падукова Л.Н., истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика МУП «СМУ-1» ФИО3, действующий на основании доверенности исх. № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что ФИО1 самостоятельно определяла свой график работы по договору подряда, не подчинялась правилам внутреннего трудового распорядка, контроль за уборкой подъездов осуществлялся жителями многоквартирных домов.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом.

Из письменного отзыва государственного инспектора труда в Государственной инспекции труда ФИО7 на исковое заявление следует, что с исковым заявлением прокурора третье лицо согласно. ФИО1 выполнялись работы, связанные с уборкой подъездов многоквартирных домов, что является непосредственным выполнением трудовых обязанностей по профессии уборщика служебных помещений. В договоре подряда имелись в действительности признаки трудовых отношений, т.е. ФИО1 фактически выполнялась работа по профессии уборщика служебных помещений. Выполнение в полном объеме функциональных обязанностей ФИО1 подтверждается тем, что при выполнении работ по уборке подъездов в многоквартирных домах она подчинялась мастеру хозяйственного участка непосредственно, в прямом подчинении находилась у начальника участка и заместителя директора МУП «СМУ-1». При осуществлении трудовой функции ФИО1 соблюдала определенный график работы по уборке подъездов. За выполненные работы ФИО1 выдавались расчетные листы по начислению заработной платы, удерживался налог на доходы физических лиц. Таким образом, ненадлежащее оформление работодателем МУП «СМУ-1» трудовых отношений с ФИО1 не свидетельствует о том, что трудовой договор с ФИО1 фактически не был заключен.

Учитывая наличие сведений о надлежащем извещении неявившегося представителя третьего лица, отсутствие ходатайств об отложении судебного заседания, суд определил рассматривать дело в его отсутствие.

Заслушав стороны, оценив показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем частью 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в абз. 3 п. 2.2 определения от 19 мая 2009 года N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (ч. 1 ст. 1, ст. 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абз. 4 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий "трудовые отношения" и "трудовой договор" не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абз. 5 и 6 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 597-О-О).

Таким образом, по смыслу ст. 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением ч. 2 ст. 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора (абз. 7 п. 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, ч. 3 которой содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В соответствии с ч. 4 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном ч.ч. 1 - 3 данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 8 и в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" указано, что к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 названного постановления Пленума).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 названного постановления Пленума).

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организацией труда 15 июня 2006 г.) (абзац пятый пункта 17 названного постановления Пленума).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (п. 18).

Из материалов дела следует, что МУП «СМУ-1» является управляющей компанией, которая оказывает услуги и выполняет работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирных жилых домах.

Под содержанием общего имущества многоквартирного дома понимается, согласно договора управления многоквартирным домом, комплекс работ и услуг контроля за его состоянием, поддержанию в исправном состоянии, работоспособности, наладке регулированию инженерных систем и т.д. включает: в т.ч. уборку общего имущества многоквартирного дома, в том числе подвала, чердака, мусорокамер, подъезда, лестничных площадок и маршей, кровель, лифта при их наличии.

Истец ФИО1 в ходе производства по делу пояснила, что работала в МУП «СМУ-1» по договору уборщицей служебных помещений, Разницы между договорами подряда и трудовым договором не понимала, ни в тексте договоров, ни в работе. В её обязанности входила уборка подъездов многоквартирных домов. По графику изначально было распределено, когда и где она убирается. ФИО1 контролировал и принимал работы мастер МУП «СМУ-1». Истец работала по дням и по времени, то есть по графику. График не меняла, поскольку уже была договоренность с жителями. Ключи выдавал мастер, он же обеспечивал инвентарем, по договору подряда, так и по трудовому договору, расчетные листы не выдавались.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 суду показала, что оплата труда как по гражданским, как и по трудовым договорам ведется в этой организации, в программе 1С, разница только в чем, налоги также оплачиваются, по трудовым договорам не выплачивается ФСС, то есть больничные. Люди работают по договору, работают от основной работы. Могут прийти в любое время. Работа оплачивается по акту, но заносится в базу 1С, на них подаются сведения в пенсионный фонд. Расчетный листок делается и на те и на другие договора, они могут по гражданским договорам не отдавать расчетный листок, так как там идет акт выполненных работ, но это не говорит, что корешок дали, это трудовой договор. По корешку видно как получали оплату. По другому расчет вести нельзя, не будет оплаты в пенсионный фонд. Эта база общая. Если по другому проводить начисления, нужен подтверждающий договор.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО9 суду показала, что работала с января по июнь 2020 года мастером участка, ей подчинялись уборщики лестничных клеток и придомовых территорий, плотники, кровельщики, подсобные рабочие. За каждым уборщиком подъездов закреплены определенные дома и мыли они их в определенный день. Новый уборщик свой график уборки подъездов составлять не мог. За проделанную работу технички отчитывались перед ней каждый понедельник. Для себя она вела табель, кто, в какой день, какой дом моет. У жителей уборщики подписывали акт-бланк, где указана улица, дом, подъезд, жители вписывают квартиру и свою фамилию. Каждый день невозможно контролировать работу, поэтому она контролировалась подписями жителей. При необходимости или когда проверяется работа дворников, то есть попутно, она проверяла подъезды.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 показала, что работала мастером в управляющей компании МУП «СМУ-1». ФИО1 была принята в МУП «СМУ-1» по договору подряда. По договору подряда учет рабочего времени она не вела. Её инициативой было собирать подписи жителей, чтобы доказать самим жителям, что подъезды помыты. У каждого дома определен день уборки. Она просила мыть в определенной последовательности, если начали этот дом убирать в понедельник, то и продолжать его мыть по понедельникам. Инвентарь выдавался ею раз в месяц, в дальнейшем она не отслеживала, как его используют. ФИО1 убирала подъезды каждый день, инвентарь хранила в конторе, для удобства.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании показала, что занимает должность главного бухгалтера МУП «СМУ-1», задолженность по заработной плате и по договорам подряда перед ФИО1 отсутствует. В программе 1С идет общий учет по договорам на оказание услуг и трудовым договорам. В налоговую инспекцию подаются данные на человека, все его доходы. Расчетный листок по трудовому договору не отличается от расчетного листка по договору подряда.

Доводы истца подтверждены совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:

Из материалов дела следует, что 29 апреля 2019 года на основании заявления ФИО1 между МУП «СМУ-1» и ФИО1 заключен договор подряда № 10.

Согласно вышеуказанному договору истец принял на себя обязательство обеспечить качественную уборку подъездов, указанных в п. 1.1 договора /<адрес>/, с соблюдением периодичности уборки (п. 2.3.1 договора).

Начало выполнения работ по договору определено 29 апреля 2019 года (п. 3.1 договора), срок окончания работ 29 мая 2019 года (п. 3.2 договора).

Указанный договор вступил в силу с момента его подписания и действует до выполнения всех обязательств по договору. Договор заключен на срок один месяц, до 29 мая 2019 года, договор пролонгируется на тот же срок, если за 5 дней до окончания срока действия договора от сторон не поступило заявление о расторжении договора (п. 6.1, п. 6.2 договора)

Пунктом 4.1 договора установлена стоимость работ в размере 6552 рубля, в т.ч. 13 % подоходный налог, к выдаче 5700 рублей, при условии выполнения работ за месяц в полном объеме, согласно приложения к договору.

1 мая 2019 года на основании заявления ФИО1 между МУП «СМУ-1» и ФИО1 заключен договор подряда № 11.

Согласно вышеуказанному договору истец принял на себя обязательство обеспечить качественную уборку подъездов, указанных в п. 1.1 договора /<адрес>/, с соблюдением периодичности уборки (п. 2.3.1 договора).

Начало выполнения работ по договору определено 1 мая 2019 года (п. 3.1 договора), срок окончания работ 31 мая 2019 года (п. 3.2 договора).

Указанный договор вступил в силу с момента его подписания и действует до выполнения всех обязательств по договору. Договор заключен на срок один месяц, до 31 мая 2019 года, договор пролонгируется на тот же срок, если за 5 дней до окончания срока действия договора от сторон не поступило заявление о расторжении договора (п. 6.1, п. 6.2 договора)

Пунктом 4.1 договора установлена стоимость работ в размере 6 552 рубля, в т.ч. 13 % подоходный налог, к выдаче 5 700 рублей, при условии выполнения работ за месяц в полном объеме, согласно приложения к договору.

1 октября 2019 года на основании заявления ФИО1 между МУП «СМУ-1» и ФИО1 заключен договор подряда № 27.

Согласно вышеуказанному договору истец принял на себя обязательство обеспечить качественную уборку подъездов, указанных в п. 1.1 договора /<адрес>/, с соблюдением периодичности уборки (п. 2.3.1 договора).

Начало выполнения работ по договору определено 1 октября 2019 года (п. 3.1 договора), срок окончания работ 31 октября 2019 года (п. 3.2 договора).

Указанный договор вступил в силу с момента его подписания и действует до выполнения всех обязательств по договору. Договор заключен на срок один месяц, до 31 октября 2019 года, договор пролонгируется на тот же срок, если за 5 дней до окончания срока действия договора от сторон не поступило заявление о расторжении договора (п. 6.1, п. 6.2 договора)

Пунктом 4.1 договора установлена стоимость работ в размере 4368 рубля, в т.ч. 13 % подоходный налог, к выдаче 3800 рублей, при условии выполнения работ за месяц в полном объеме, согласно приложения к договору.

На основании актов на выполнение работ-услуг за период с апреля 2019 года по апрель 2020 года, и подписанных ФИО1 и представителем МУП «СМУ-1», работы, выполненные ФИО1, выполнены в полном объеме, в установленные сроки и с надлежащим качеством.

Из анализа договоров подряда, заключенных МУП «СМУ-1» и ФИО1 следует, что на неё фактически на протяжении длительного периода времени было возложено выполнение одной и той же трудовой функции - уборка подъездов. Целью договоров подряда было выполнение самой работы, а не достижение определенного договором результата, который по итогу передается заказчику. В связи с чем в приложении к данным договорам подробно описаны трудовые обязанности, подлежащие выполнению.

К осуществлению работ истец ФИО1 допущена мастером МУП «СМУ-1», то есть уполномоченным на то лицом, в период с 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года ФИО1 была включена в производственную деятельность МУП «СМУ-1», оказывающего услуги и выполняющего работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества.

Истцу был установлен режим рабочего времени, она осуществляла работу ежедневно, с понедельника по пятницу. в определенном конкретном многоквартирном доме.

Согласно ответа МУП «СМУ-1» ФИО1 подчинялась мастеру хозяйственного участка непосредственно, в прямом подчинении находилась у начальника участка и заместителя директора МУП «СМУ-1», что также подтверждается показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО9

Согласно ответа УСЗН администрации Усть-Катавского городского округа при обращении за пособием ФИО1 представила справку о заработной плате из МУП «СМУ-1» за период с 01 мая 2019 года по 29 февраля 2020 года, из анализа данной справки следует, что работодателем в данной справке указаны суммы, выплаченные ФИО1 и по договорам подряд.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, в числе прочего положение ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, суд полагает, что между МУП «СМУ-1» и ФИО1 фактически сложились трудовые отношения, а заключенные МУП «СМУ-1» с ней договоры подряда фактически регулируют трудовые отношения.

Согласно ст.60.1 ТК РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

Оплата труда лиц, работающих по совместительству, производится пропорционально отработанному времени, в зависимости от выработки либо на других условиях, определенных трудовым договором. При установлении лицам, работающим по совместительству с повременной оплатой труда, нормированных заданий оплата труда производится по конечным результатам за фактически выполненный объем работ (абз. 1 и 2 ст. 285 Трудового кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу, что исковые требования об установлении факта трудовых отношений между работодателем МУП «СМУ-1» и ФИО1 подлежат удовлетворению, поскольку между сторонами фактически был заключен трудовой договор на условиях внутреннего совместительства.

Довод представителя ответчика о том, что представленной в суд копией штатного расписания, которым не предусмотрено наличие в штате уборщика подъездов многоквартирных домов, с учетом отсутствия документов, прямо указывающих на наличие между сторонами трудовых отношений: трудового договора, заявления о приеме на работу, подтверждается факт отсутствия между сторонами трудовых отношений суд полагает несостоятельным. Само по себе отсутствие соответствующих документов не исключает возможности признания отношений между сторонами трудовыми.

Утверждения о том, что истец не выполнял работу по определенной должности в соответствии с должностной инструкцией, не подчинялся правилам внутреннего распорядка и распоряжениям ответчика, не пользовался гарантиями, предусмотренными в отношении работника трудовым законодательством, не подтверждаются имеющимися доказательствами.

При этом ссылка ответчика на наличие между сторонами гражданско-правовых отношений по договорам подряда несостоятельна, не основана на нормах ГК РФ о договоре подряда (глава 37), не соответствует содержанию заключенных договоров подряда.

Так, в соответствии со ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику (п. 1 ст. 703 ГК РФ).

Заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику (п. 1 ст. 720 ГК РФ).

Из содержания данных норм ГК РФ следует, что договор подряда заключается для выполнения определенного вида работы, результат которой подрядчик обязан сдать, а заказчик принять и оплатить. Следовательно, целью договора подряда является не выполнение работы как таковой, а получение результата, который может быть передан заказчику. Получение подрядчиком определенного передаваемого (т.е. материализованного, отделяемого от самой работы) результата позволяет отличить договор подряда от других договоров.

От трудового договора договор подряда отличается предметом договора, а также тем, что подрядчик сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; подрядчик работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Как следует из анализа содержания договоров подряда, на истца фактически на протяжении длительного периода времени было возложено выполнение одной и той же трудовой функции, целью договоров подряда было выполнение работы как таковой, а не достижение определенного договором результата, который может быть передан заказчику.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о фактически сложившихся между сторонами трудовых отношениях.

Тот факт, что вышеуказанные договоры подрядов не содержат в себе сведений о предоставлении работнику гарантий, отсутствуют приказы о приеме ФИО1 на работу, должностные регламенты, на обоснованность выводов не влияет, поскольку указанное свидетельствует о допущенных нарушениях норм трудового законодательства со стороны работодателя по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником.

Заявляя требования о взыскании заработной платы, сторона истца указала, что на момент увольнения ФИО1 не выплачена в полном объеме заработная плата по договорам подряда, предоставив соответствующий расчет.

Изучив представленный расчет, суд не может с ним согласиться.

В соответствие со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные данным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с приведенными нормами права, размер заработной платы за конкретный период работы зависит от согласованного между сторонами размера заработной платы, фактического рабочего времени работника в спорный период.

Согласно ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера).

В соответствии со ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Как установлено в судебном заседании и представителем ответчика не отрицалось, что заработная плата ФИО1 установлена в размере <данные изъяты> рублей по договору подряда № 27 от 1 октября 2019 года, в размере <данные изъяты> рублей по договору подряда № 10 от 29 апреля 2019 года, № 11 от 1 мая 20019 года.

Ответчиком предоставлены расчеты по договорам подрядов, заключенными с ФИО1, согласно которым задолженность перед истцом у МУП «СМУ-1» отсутствует.

В соответствии со ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

При разрешении споров о взыскании заработной платы на работодателя возложена обязанность по доказыванию своевременной и в полном объеме выплаты заработной платы работнику, включая предоставление суду всех необходимых для этого первичных документов и расчетов.

В соответствии со статьями 315, 316, 317 Трудового кодекса РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате. Указанные выплаты являются составной частью оплаты труда и по своему характеру относятся к гарантиям и компенсациям, предоставляемым за работу в особых климатических условиях.

Аналогичное правовое регулирование содержится в Законе РФ от 19.02.1993 № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях».

При этом районный коэффициент в размере 15% истцу не начислялся, при увольнении указанные выплаты работодателем выплачены не были.

Ответчиком каких - либо доказательств опровергающие данные доводы истца суду не представлено.

Поскольку в судебном заседании установлен факт трудовых отношений между сторонами, то в соответствии с вышеприведенными нормами закона с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата, исходя из заработной платы, указанной в договорах, заключенных между сторонами, с учетом районного коэффициента.

Постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС от 28 февраля 1974 года № 46/7 «О размерах районных коэффициентов к заработной плате рабочих и служащих предприятий и организаций промышленности, строительства, транспорта и связи, расположенных в районах Урала, для которых эти коэффициенты в настоящее время не установлены, и о порядке их применения» для работников Челябинской области утвержден районный коэффициент 1,15.

Исходя из не оспариваемого сторонами размера выплат, на которые подлежат начислению компенсационные выплаты, ответчик обязан доначислить истцу районный коэффициент, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежат взысканию указанные выплаты за период с 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года в сумме 27 302 рубля 64 копейки из расчета: 182 017 рублей 60 копеек (сумма всех начислений) * 15%.

В соответствии со ст. 114 Трудового кодекса РФ работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

Согласно ч. 1 ст. 115 Трудового кодекса РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В силу ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

За период работы истца в МУП «СМУ-1» с 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года (11 мес. 21 день) истец имел право на использование ежегодного оплачиваемого отпуска общей продолжительностью 28 дней, за которые истцу подлежит выплата компенсации в силу ст. ст. 127, 140 Трудового кодекса РФ.

Доказательств выплаты указанной компенсации ответчик не представил.

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления (ч. 1).

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (ч. 2).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней) (ч. 4).

При определении суммы компенсации суд исходит из заработной платы, установленной истцу договорами подряда, с начислением на неё в установленном порядке районного коэффициента 15%.

Надлежащих, достоверных и бесспорных доказательств получения истцом заработной платы в ином размере в материалах дела не имеется.

Компенсация за неиспользованный отпуск за период 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года составляет 16 669 рублей 42 копейки из расчета: 182 017 руб. 60 коп. + 27 302 руб. 64 коп. = 209 320 руб. 24 коп. (общие начисления) / 12 / 29,3 х 28

Таким образом, с МУП «СМУ-1» в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация за неиспользуемый отпуск в размере 16 669 руб. 42 коп.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Нарушение трудовых прав ФИО1 нашло свое подтверждение в судебном заседании.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, учитывая фактические обстоятельства причинения морального вреда, степень нравственных страданий истца, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышенным, считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, причиненного ответчиком, в сумме 1 000 рублей, полагая ее соответствующей понесенным истцом нравственным страданиям.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, исковые требования имущественного характера, подлежащего оценке, и имущественного характера, не подлежащего оценке, удовлетворены, суд взыскивает с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственную пошлину в размере 1 519 рублей 16 копеек за рассмотрение требований имущественного характера, подлежащего оценке, и 300 рублей за рассмотрение требований неимущественного характера, итого - 1 819 рублей 16 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 191-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования прокурора г. Усть-Катава в интересах ФИО1 к МУП «Строительно-монтажное управление-1» удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и МУП «Строительно-монтажное управление - 1» в период с 29 апреля 2019 года по 20 апреля 2020 года.

Взыскать с МУП «Строительно-монтажное управление - 1» в пользу ФИО1: задолженность по заработной плате в размере 27 302 рубля 64 копейки, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 16 669 рублей 42 копейки, компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, а всего 44 972 рубля 06 копеек.

Взыскать с МУП «Строительно-монтажное управление - 1» в доход местного бюджета Усть-Катавского городского округа расходы по оплате госпошлины в размере 1819 рублей 16 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований прокурора г. Усть-Катава в интересах ФИО1 к МУП «Строительно-монтажное управление-1» отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Усть-Катавский городской суд Челябинской области.

Председательствующий подпись Е.А.Баранцева Решение не вступило в законную силу

Полное мотивированное решение изготовлено 28 октября 2020 года