Апелляционное постановление № 22-5357/2025 от 24 ноября 2025 г.

Судья Карпова А.Е.

дело № 22-5357/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 25 ноября 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Александровой В.И.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой Д.А. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Карелина Е.С. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 17 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата на ****, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 256 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

В силу ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года. На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; один раз в месяц являться на регистрацию в дни, установленные данным органом.

Разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств, гражданском иске.

Изложив краткое содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав выступления адвоката Карелина Е.С., поддержавшего доводы жалобы, а также представителя потерпевшего ФИО2, об оставлении приговора суда без изменения, мнение прокурора Подыниглазовой О.В. об отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором Кудымкарского городского суда Пермского края от 17 сентября 2025 года ФИО1 признан виновным и осужден за незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации) совершенную с применением запрещенных орудий массового истребления водных биологических ресурсов, группой лиц по предварительному сговору, причинившую особо крупный ущерб. Преступное деяние совершено в Юсьвинском муниципальном округе Пермского края в период и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Карелин Е.С. ставит вопрос об отмене приговора суда и оправдании ФИО1 на основании п. 3 ч. 2 ст. 302, п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. При этом считает уголовное дело подлежащим возвращению прокурору, поскольку обвинительный акт составлен дознавателем по истечении установленного шестимесячного срока производства дознания. Указывает, что, вопреки выводам суда, срок дознания не оканчивается датой составления обвинительного акта. Срок дознания на 28 мая 2025 года по делу составил 188 суток, и предельный срок дознания истек 20 мая 2025 года. При истечении максимальных сроков производства дознания уголовное дело подлежало передаче для дальнейшего производства предварительного следствия по делу. Осуществление предварительного расследования в форме дознания за пределами 6 месяцев влечет процессуальную недействительность производства по уголовному делу и не может быть устранено при рассмотрении уголовного дела. 24 июля 2023 года постановлением Кудымкарского городского суда Пермского края уголовное дело было возвращено прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом, поскольку в предъявленном обвинении не были указаны конкретные нормативные акты и нормы отраслевого законодательства Российской Федерации, которые могли бы быть нарушены ФИО1 После устранения недостатков в предъявленное обвинение были добавлены ст. 58 Конституции РФ, ст. 51.1 ВК РФ, ст. 11 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды». То есть, в предъявленном ФИО1 обвинении до настоящего времени отсутствуют указания на нормы федеральных законов, регулирующих осуществление рыболовства и рыбоводства, таких как Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», Федерального закона от 25 декабря 2018 года № 475-ФЗ «О любительском рыболовстве и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федерального закона от 2 июля 2013 года № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которые могли бы быть нарушены ФИО1, и которые могли бы гипотетически образовать состав инкриминируемого преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ. Как следует из обвинительного акта, ФИО1 вменяется только нарушение приказа Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 18 ноября 2014 года № 453. Считает, что обвинительный акт по делу составлен с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключало возможность постановления судом приговора или принятия иного решения на основе данного обвинения. Суд первой инстанции признал ФИО1 виновным и квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 256 УК РФ, как незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации) с применением запрещенных орудий массового истребления водных биологических ресурсов, совершенная группой лиц по предварительному сговору, причинившая особо крупный ущерб. Гипотеза данной нормы изложена следующим образом: незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации), если это деяние совершено с применением... других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов. ФИО1 способ массового истребления водных биологических ресурсов не инкриминировался и виновным в его применении он не признавался. Однако текст предъявленного обвинения и описание преступного деяния, признанного судом доказанным, содержат сведения о совершении ФИО1 преступления незаконными методом и способом массового истребления рыбы. Таким образом, обстоятельства совершения преступления, изложенные в описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора, не соответствуют его квалификации, данной судом первой инстанции, которая в свою очередь не соответствует положениям ст. 256 УК РФ. Кроме этого, суд посчитал, что преступление было совершено в период января 2023 года до 26 января 2023 года. Однако ФИО1 был незаконно обвинен и признан виновным в нарушении Приказа Минсельхоза России от 13 октября 2022 года № 695 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», начавшего действовать лишь 1 марта 2023 года. Отмечает, что п. 29 Приказа Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», за нарушение которого осужден ФИО1, вопреки текстам обжалуемого приговора и предъявленного обвинения, не содержит сведений о том, что рыболовные сети являются способом массового истребления рыбы. При таких обстоятельствах обжалуемый приговор подлежит отмене как незаконный. В соответствии с п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256. 258.1 УК РФ)», под способами массового истребления водных биологических ресурсов понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания (например, прекращение доступа кислорода в водный объект посредством уничтожения или перекрытия источников его водоснабжения, спуск воды из водных объектов, применение крючковой снасти типа перемета, лов рыбы гоном, багрение, использование запруд, применение огнестрельного оружия, колющих орудий). Перегораживание водоема (например, реки, озера) орудиями лова более чем на две трети его ширины было исключено из способов массового истребления водных биологических ресурсов постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 2017 года № 41. Решая вопрос о том, совершено ли преступление с применением способов массового истребления водных биологических ресурсов, судам надлежит не только исходить из того, какой запрещенный вид орудия лова или способ вылова был применен, но и устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия. В необходимых случаях к исследованию свойств таких орудий лова или примененных способов добычи (вылова) водных биологических ресурсов надлежит привлекать соответствующих специалистов либо экспертов. В силу п. 7 указанного постановления Пленума если установлено, что в ходе вылова применялись такие орудия лова, использование которых не могло повлечь массового истребления водных биологических ресурсов при отсутствии способов их массового вылова, в действиях такого лица отсутствует состав преступления, предусмотренный пунктом «б» ч. 1 ст. 256 УК РФ. Выводы суда первой инстанции о том, что сети длиной около 40 м с ячеей 60 мм по своему характеру являются орудием массового истребления рыбы, поскольку создают угрозу вылова значительного количества рыбы, способны причинить значительный ущерб популяции водных биоресурсов являются надуманными и ничем не подтверждены, а председательствующий по делу специальными познаниями в области ихтиологии, экологии и биологии не располагает, сведения о популяции, видовом разнообразии, особенностях среды обитания водных биологических ресурсов в акватории Камского водохранилища вблизи острова Бор Юсьвинского муниципального округа не запрашивались и в материалах дела отсутствуют. Каких-либо экспертных выводов или заключений специалистов о том, что использование сетных орудий лова могло повлечь массовую гибель объектов водного мира и отрицательно повлиять на среду их обитания, с учетом конкретных обстоятельств дела, не имеется. Начальник отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Федерального агентства по рыболовству О. в судебном заседании показала, что сроки были для рыболовства разрешенные, место было для осуществления рыболовства не запретное, в акватории Камского водохранилища в Пермском крае активно осуществляется промышленное рыболовство на специально выделенных рыболовных участках (в районе острова Бор 10 рыболовных участков). Улов ведется в основном с использованием сетей длиной до 250 м. Свидетель Н. показала, что река Кама в этом месте очень широкая. Из протокола осмотра места происшествия и схемы следует, что ширина водоема Камского водохранилища составляет свыше 10 км. Таким образом, длина сети 40 метров + 40 метров по соотношению к ширине акватории Камского водохранилища вблизи острова Бор Юсьвинского муниципального округа Пермского края (свыше 10000 м) составляет 0,8 %. Исходя из таких обстоятельств, стороной обвинения не представлено достаточных и неоспоримых доказательств того, что используемое якобы ФИО1 орудие лова повлекло или могло повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, и ФИО1 подлежит оправданию по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления. Отмечает, что из предъявленного обвинения, из обстоятельств, признанных судом доказанными, следует, что ФИО3 и лицо, в отношении которого производство по делу прекращено, установили 2 рыболовные сети длиной около 40 м, размером ячеи 60 мм. Из протокола осмотра места происшествия от 26 января 2023 года следует, что осмотреть незаконно установленную сеть не представляется возможным ввиду замерзшего состояния. В одном из полиэтиленовых мешков белого цвета, находящегося в прицепе снегохода, была обнаружена сетка рыбацкая, ячейка 60 мм, дель леска ~ 3 м, длина ~ 30-40 м. Из протокола осмотра предметов следует, что дознавателем был осмотрен полиэтиленовый мешок с рыбацкой сетью, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 26 января 2023 года с бурана К3., длина сети составила ~ 55 м, высотой около 4 м, ячея сети 6х6 см. Также была осмотрена «сетка рыбацкая, изъятая в ходе осмотра места происшествия от 26 января 2023 года с участка акватории Камского водохранилища, ЮМО, ПК». Таким образом, следователем на месте происшествия были изъяты сети с одними параметрами, дознавателем осмотрены рыбацкие сети с другими параметрами, а предъявленное обвинение содержит сведения о рыболовных сетях, отличных от вышеуказанных. Таким образом, конкретное орудие лова не установлено, его длина и глубина доподлинно не известны. 27 августа 2025 года в ходе судебного заседания был допрошен засекреченный свидетель под псевдонимом «К1.», личные данные которого были сохранены в тайне. Кудымкарский городской суд Пермского края в обоснование вины ФИО1 положил его показания. Однако К1. показал, что конфликтов с ФИО1 у него не было, ФИО1 он не опасается. Стороной обвинения не представлено сведений о том, что ФИО1 угрожал свидетелю К1., его родственникам или близким, либо кто-то другой предпринимал меры к воспрепятствованию производству по делу по его поручению. В ходатайстве стороны защиты о раскрытии данных этого свидетеля судом первой инстанции отказано без приведения мотивов в отсутствие оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 11 УПК РФ и Федерального закона от 20 августа 2004 года № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства». Считает недопустимым доказательством протокол осмотра предметов от 28 февраля 2023 года, поскольку дознавателем У. была осмотрена рыба, изъятая в ходе осмотра места происшествия 26 января 2023 года, с участием зависимого от потерпевшей стороны специалиста Ф. - государственного инспектора отдела контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-камского территориального управления Федерального агентства по рыболовству. При этом специалист Ф. об уголовной ответственности, предусмотренной ст. ст. 307 и 308 УК РФ, дознавателем не предупреждался. Специалист Ф. на момент привлечения к участию в уголовном деле являлся и является заинтересованным в исходе дела лицом, поскольку является государственным инспектором органа, признанного потерпевшим по настоящему делу. Кроме того, из данного документа следует, что рыбу, находящуюся, в мешках № 4, 6, 7, 8 подсчитать не представилось возможным ввиду замороженности в один хлыст. В силу ч. 1 ст. 75 УПК РФ указанное доказательство считает недопустимым, поскольку оно получено с нарушением требований закона. В связи с этим, выводы дознавателя У. в постановлении о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств о том, что рыба, упакованная в полиэтиленовые мешки, была осмотрена и приобщена в качестве вещественных доказательств: судак (66), лещ (212), окунь (7), плотва (5), налим (1), являются недостоверными и ничем не подтверждены. Выводы стороны обвинения и суда о количестве и породе выловленных рыб также являются надуманными. Считает недопустимыми показания свидетеля П1. - государственного инспектора отдела контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов, в части содержания якобы пояснений ФИО1 и К3. о принадлежности им обнаруженной сети, ставших ему известными при проведении доследственных мероприятий по настоящему уголовному делу. Сообщенные в этой части инспектором П1. сведения не были в дальнейшем подтверждены ни ФИО1, ни К3. Положенные в основу обвинительного приговора доказательства как каждое в отдельности, так и в своей совокупности не подтверждают виновность ФИО1 в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов. Очевидцы преступления отсутствуют, а показания представителя потерпевшего и свидетелей, иные доказательства не указывают на причастность ФИО1 к установке рыболовных сетей в один из дней января 2023 года на территории акватории Камского водохранилища вблизи острова Бор Юсьвинского муниципального округа Пермского края, что согласуется с его последовательной позицией по делу.

В возражениях на апелляционную жалобу и.о. прокурора Юсьвинского района Пермского края Конев К.В. находит приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения.

В судебном заседании прокурор Подыниглазова О.В. просила приговор отменить, возвратить уголовное дело прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку в нарушение положений ч. 1 ст. 223, ст. 162 УПК РФ дознание проведено в срок свыше 6 месяцев.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которые подробно приведены в приговоре.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нем приведены доказательства и указано, по каким основаниям суд признает одни из них достоверными и отвергает другие.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ.

В ходе предварительного расследования осужденный ФИО1 показал, что 25 января 2023 года в дневное время он вместе с К3. поехали на рыбалку удочками на реку Кама. В процессе рыбалки каждый из них зацепил балансиром сеть, кому она принадлежала, ему не известно. Они решили достать обнаруженную рыболовную сеть и забрать себе рыбу. Поскольку приспособлений и инструментов для извлечения сети у них не было, они решили снять ее на следующий день. 26 января 2023 года утром они поехали на отмеченное место с целью извлечения обнаруженной сети и рыбы из нее. К3. взял с собой отрезки стальной проволоки, веревку, пилу для резки льда. Бур и шуруповерт всегда лежали у него (ФИО1) в пластиковых санях. По прибытию на место К3. пилой выпилил лед, они вычистили майну. При помощи проволоки он зацепил конец сети, второй конец сети обнаружили при помощи металлоискателя. Затем они стали доставать сеть и выпутывать из нее рыбу. Обнаружив 2 связанные между собой сети, они достали сначала одну сеть, которую сложили в мешок, а вторую успели достать только наполовину, когда приехали сотрудники рыбинспекции. Оставшуюся часть те извлекали уже сами. Часть рыбы при этом была уже тухлая, что свидетельствовало о давней установке сети. В подсчете рыбы они участия не принимали. Сотрудники полиции осуществляли взвешивание мешков с рыбой. Сеть он не устанавливал, хотел забрать себе только рыбу.

Виновность ФИО1, несмотря на непризнание им вины, в совершении указанного преступления подтверждается следующими доказательствами:

показаниями представителя потерпевшего О., являющейся начальником отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Росрыболовства, о том, что 26 января 2023 года при проведении контрольно-надзорного мероприятия инспекторами отдела П1. и Е. в районе острова Бор на территории Юсьвинского округа Камского водохранилища были установлены ФИО1 и К3., осуществлявшие незаконный вылов водных биологических ресурсов. При них были обнаружены 2 сети, транспортные средства, 5 видов выловленной рыбы в количестве 291 особи. Общий ущерб, причиненный их действиями, составил 327630 рублей. Ранее ФИО1 и К3. неоднократно привлекались к административной ответственности за нарушение правил рыболовства;

показаниями свидетелей П1. и Е., являющихся инспекторами отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Росрыболовства, о том, что 26 января 2023 года в ходе проведения рейда около острова Бор в акватории реки Кама на льду ими были обнаружены 2 мужчин, а именно ФИО1 и К3., которые проверяли рыболовную сеть, доставали из нее рыбу. В их санях были обнаружены мешки с рыбой, рыба также лежала на льду. Примерно в 70 м от проруби, откуда вытаскивали рыболовную сеть, была пробурена лунка, и под воду уходил шнур, его конец был привязан к рыболовной сети, которую доставали мужчины. Они потребовали у ФИО1 и К3. представить документы на вылов рыбы рыболовными сетями, те таких документов не имели. В месте, где была установлена рыболовная сеть, отлов рыбы на удочку не производился. Они пересчитали рыбу, находившуюся в санях, мешках, сети и на льду, определили ее видовой состав. В снегоходах ФИО1 и К3. находились шуруповерт, металлоискатель, бур, рыба, ручная пила. Также в мешке была замороженная сеть, то есть она была только что изъята из воды, поскольку была смерзшаяся в комок. Ими проверялось наличие второй сети, второй сети уже не было, но было видно, что обрезана веревка в этой же майне, что свидетельствовало о наличии второй сети. Всю изъятую рыбу увезли в отдел полиции. Были установлены порода и количество выловленной ФИО1 и К3. рыбы: лещ – 212 особей, судак - 66 особей, окунь – 7 особей, плотва – 5 особей, налим – 1 особь;

показаниями свидетеля Ю. о том, что зимой 2023 года он приехал на рыбалку в район п. Пожва, где встретил Е. и П1. Они увидели на реке 2 снегохода, подъехали к ним, двое мужчин, один из них ФИО1, доставали сеть из майны, рядом с ними лежала рыба, также рыба находилась в санях. В санях лежали проволока, бур, пила. П1. раскладывал рыбу, которой было более ста особей разных пород, в том числе лещ, судак, окунь, налим. Рыба находилась в санях, в мешке, часть рыбы лежала около майны, и часть в рыболовной сети. Были вызваны сотрудники полиции;

показаниями свидетеля Н., являющейся сотрудником полиции, о том, что 26 января 2023 года в составе следственно-оперативной группы по поступившему сообщению она выехала на устье реки Кама, недалеко от острова Бор Юсьвинского района. По приезду на месте находились инспекторы рыбнадзора, а также задержанные мужчины - ФИО1 и К3., у которых имелись 2 снегохода, несколько видов рыболовных сетей. На льду возле майны находилась уже рассортированная рыба и рыболовная сеть. В снегоходах при осмотре были обнаружены: лопаты, шуруповерт с насадкой для бурения, пила, пластиковые бутылки с грузом, сетка и мешки. Ею производился осмотр места происшествия, при этом она осматривала место рядом с майной, а также отходила от обнаруженной майны на значительное расстояние, кроме этой майны других майн обнаружено не было. Рыба была упакована в мешки по видам, также были упакованы рыболовная сеть и иные обнаруженные предметы. Протокол осмотра места происшествия был составлен ею в присутствии ФИО1 и К3. в участковом пункте полиции, в протоколе она отразила размеры майны, рыболовных сетей, количество выловленной рыбы, а также их вес по каждому виду в отдельности. Вместе с тем, измерительные приборы при осмотре не применялись. Замечаний к протоколу осмотра места происшествия от участвующих лиц не поступало;

показаниями свидетеля Ш., являющегося сотрудником полиции, о том, что 26 января 2023 года он в составе оперативно-следственной группы участвовал в осмотре места происшествия в акватории Камского водохранилища вблизи острова Бор. По прибытию там их ожидали инспектора рыбоохраны, задержавшие ФИО1 и К3., занимавшихся незаконной добычей водных биологических ресурсов. На льду лежала рыба, имелась майна для вылова рыбы, где было установлено 2 рыболовные сети. У ФИО1 и К3. имелись 2 снегохода с санями и снастями для вылова рыбы, в том числе, шнуры, пешня, бур. Инспекторами рыбоохраны, а затем следователем был проведен пересчет выловленной рыбы по видам. Протокол осмотра был составлен в пункте полиции, предварительно было проведено фотографирование места происшествия. Замечаний к содержанию протокола от ФИО1 и К3. не поступало;

показаниями свидетеля К1. о том, что в зимний период декабря 2022 и января 2023 года он неоднократно видел ФИО1 и К3. на Камском водохранилище, вблизи острова Бор, они были на снегоходах с санями. У них имелись инструменты и приспособления, необходимые для установления рыбных сетей под лед: лопаты, буры, бензопилы, веревки. ФИО1 и К3. устанавливали сети, после чего проверяли их еженедельно;

показаниями свидетеля М1., данных в ходе предварительного следствия 27 марта 2023 года о том, что он видел, как в зимний период 2022-2023 года ФИО1 и К3., которые всегда работали вдвоем, устанавливали рыболовные сети в районе острова Бор и проверяли их и снова устанавливали, при этом использовали ледорубы, шуруповерт, проволоку, кабель, ручную пилу. 26 января 2023 года он видел, как ФИО1 и К3. производили проверку установленных сетей вблизи острова Бор, там же они были задержаны сотрудниками Рыбоохраны, у них были изъяты мешки с рыбой. Также ему известно, что у К3. имеется промышленная морозильная установка;

показаниями свидетеля М. о том, что в конце 2021 года ФИО1 приобрел в его магазине 2 двигателя марки КП-460, которые устанавливаются на «бураны». В руководстве пользователя двигателя марки КР-460Е им был указан владелец П2.;

показаниями свидетеля П2. о том, что ему известно, что в январе 2023 года ФИО1 и К3. были задержаны сотрудниками рыбинспекции на реке Кама, при этом ФИО1 передвигался на принадлежащем ему снегоходе Буран-640. На регистрационный учет «Буран» он не ставил, разрешал им пользоваться ФИО1;

показаниями свидетеля П3. о том, что в 2021 году он продал Б. 38 рыболовных сетей для добычи водных биологических ресурсов. Б. забирал сети с К3.

Приведенные показания указанных выше лиц согласуются как между собой, так и с письменными доказательствами по делу, а именно:

протоколом осмотра места происшествия от 26 января 2023 года, согласно которому следователем СО ОП (дислокация с. Юрла) МО МВД России «Кудымкарский» Н. с участием инспекторов отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Росрыболовства П1. и Е., а также ФИО1 и К3. был осмотрен участок акватории Камского водохранилища, расположенного на территории Юсьвинского муниципального округа Пермского края, в 14 км в сторону п. Кыласова Ильинского района Пермского края. Установлено, что согласно координатам *** обнаружена незаконно установленная сеть. Место участка незаконной рыбалки, майна, расположено в 2,5 км от острова Бор, 8 км от п. Кыласова, в 8 км до впадения реки Лысь. С места происшествия изъяты: 2 снегохода-бурана с двигателями марок «LIFAN» 192 F-D.17.0 и «KP460E 20.0», с прицепами; 2 лопаты, 2 ледобура, металлическая проволока, катушка с леской зеленого цвета, альпийская веревка, полиэтиленовые мешки, пластиковые бутылки, пила для льда, веревка, шуруповерт, молоток, мешок с рыбацкой сеткой размерами: ячейка 60 мм, длина около 30-40 м, вдоль сетки верхней веревки пропущен полипропиленовый шнур с поплавками, выполненными из пенопласта; мешок с рыбацкой сетью размерами: ячейка 60 мм, длина около 30- 40 м, вдоль сетки верхней веревки пропущен полипропиленовый шнур с поплавками из пенопласта, по верху и низу пропущены два шнура, на нижней веревке находятся кольца из металлической проволоки; рыба: судак в количестве 66 штук, окунь - 7 штук, плотва - 5 штук, лещ - 212 штук, налим - 1 штука. Взвешивание рыбы проведено в УПП п. Пожва, при помощи напольных весов марки «MACDA-M», установлен вес рыбы: судак - 92,14 кг, лещ - 137,12 кг, окунь - 4,40 кг, плотва - 3,08 кг, налим - 1,14 кг;

протоколом осмотра предметов от 18 февраля 2023 года, согласно которому был осмотрен диск с видеозаписями от 26 января 2023 года, установлено, что на видеозаписи зафиксирована обстановка на месте происшествия 26 января 2023 года, в том числе зафиксировано, что 2 мужчин достают из майны рыболовную сеть с рыбой, в сети имеется рыба, живая и мертвая, рядом на снегу имеется большое количество рыбы, из мешков на снег складируется рыба. Высвобожденная из сети живая рыба спущена в майну, мертвая выложена на снег. Рыба сортируется и раскладывается группами по породам, ведется ее подсчет, при этом присутствует, в том числе, ФИО1;

протоколом осмотра предметов от 26 февраля 2023 года, согласно которому были осмотрены, в том числе, изъятые с места происшествия 26 января 2023 года сеть длиной около 55 м, высотой около 4 м, ячея сети 6х6 см с прикрепленными к ней пенопластовыми поплавками белого цвета, металлическими кольцами (грузом); сеть рыбацкая длиной около 55 м, высотой около 4 м, ячея сети 6х6 см, с прикрепленными к ней пенопластовыми поплавками, бутылкой из полимерного материала темно-зеленого цвета с наполнителем внутри в виде гальки и жидкости (груз), и металлическими кольцами (грузом), диаметром 17,5 в количестве 15 штук. Сети имеют характерный запах реки, ила, остатки растений и чешуи рыбы;

протоколом осмотра предметов от 28 февраля 2023 года, согласно которому по адресу: **** была осмотрена изъятая с места происшествия 26 января 2023 года рыба, находящаяся в 9 мешках;

справкой начальника отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Федерального агентства по рыболовству О. от 31 января 2023 года, согласно которому ущерб, причиненный водным биоресурсам Камского водохранилища, составил 327630 рублей. ФИО1 и К3. разрешения на добычу (вылов) водных биологических ресурсов на 2023 год не имели. Использование сетных объячеивающих орудий добычи, к которым относится сеть, является нарушением обязательных требований в области сохранения водных биологических ресурсов. Сетная снасть является для граждан (физических лиц) запрещенным орудием лова. При ловле рыбы сетными снастями, вся рыба, попавшая в зону отлова, погибает от удушья, в связи с тем, что жабры рыб перекрываются ячеей сети. При этом, чем меньше размер ячеи, тем больший вред биологическим ресурсам может быть причинен. При данном способе ловли вся рыба, попавшая в сеть, гибнет с течением времени. При вылове рыбы сетью, в случае установки сети на длительное время, рыба изымается из воды уже мертвой. При использовании сетных снастей любого типа при любительском рыболовстве может быть нанесен существенный ущерб водным биологическим ресурсам, использование сетей при любительском рыболовстве может повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов в месте ловли, так как за короткий промежуток времени сетной снастью вылавливается большое количество рыбы, которая в период воспроизводства могла принести потомство, в связи с чем, на участке водоема нарушается естественное воспроизводство водных биологических ресурсов, наносится ущерб экологии водоема. Кроме того, лов рыбы с применением сетей не является избирательным - в сетное полотно независимо от размера ячейки могут попадаться как взрослые экземпляры рыбы, так и не достигшие половой зрелости особи различных видов, в том числе и занесенных в Красные Книги Пермского края, Российской Федерации. Таким образом, исходя из самого типа орудия лова и способа лова (рыба, двигаясь в водоеме, попадает в ячейку сетного полотна сети, объячеивается различными частями тела, и. при отсутствии возможности двигаться, погибает, отсутствие видовой и размерно-возрастной избирательности в добыче, возможность одномоментно поймать более 1 экземпляра рыбы, что может негативно сказаться на воспроизводстве популяции рыб, обитающих на данном участке водоема, и может повлечь массовую гибель водных биоресурсов, то есть истребление большого количества особей рыбы, и, как следствие, причинение крупного ущерба водным биологическим ресурсам) сеть является способом массового истребления водных биоресурсов;

протоколом обыска от 17 февраля 2023 года, согласно которому по адресу: ****, в жилище и придомовых постройках, принадлежащих К3., изъяты, в том числе, 3 бура, рыболовные сети, катушка с кабелем, полипропиленовый шнур, полипропиленовые поплавки, блокнот и тетрадь с записями. В помещении кладовки обнаружена холодильная камера (промышленная) с объектами водно-биологических ресурсов в мешках;

протоколом осмотра предметов от 20 февраля 2023 года, согласно которому были осмотрены тетрадь и блокнот с записями, установлено, что записи состоят из номеров телефонов с указанием имен владельцев, породы рыбы, цифровые обозначения, указанием государственного номера автомобиля, номера телефона, цифровых обозначений;

протоколами обыска и осмотра места происшествия от 17 февраля 2023 года, согласно которым по адресу: ****, в жилище и придомовых постройках ФИО1, изъят навигатор марки «GARMIN» «etrex 20». ФИО1 выдал металлоискатель в разобранном виде с надписью «METAL DETECTOR».

Всем этим, а также иным, изложенным в приговоре доказательствам, судом дана надлежащая оценка, в соответствии с правилами ст. ст. 87, 88 УПК РФ, они обоснованно признаны достоверными и достаточными для постановления обвинительного приговора, поскольку согласуются между собой, и в своей совокупности устанавливают одни и те же факты, изобличающие ФИО1 в незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации) совершенной с применением запрещенных орудий массового истребления водных биологических ресурсов, группой лиц по предварительному сговору, причинившей особо крупный ущерб, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ. Законных оснований для иной юридической оценки действий осужденного не имеется.

При этом при квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 256 УК РФ суд ошибочно указал на квалифицирующий признак «причинившей особо крупный размер», тогда как согласно уголовному закону верным будет указание на квалифицирующий признак причинения особо крупного ущерба.

В целях устранения сомнений и неясностей допущенная судом техническая описка подлежит устранению путем указания в описательно-мотивировочной части приговора при квалификации действий осужденного на наличие квалифицирующего признака причинения особо крупного ущерба.

Согласно требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привел мотивы, по которым признал достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела одни доказательства и отверг другие.

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям представителя потерпевшего, свидетелей у суда не имелось, они непротиворечивы, дополняют друг друга и объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе протоколом осмотра места происшествия от 26 января 2023 года. Данных о том, что показания указанных лиц были получены с нарушением норм закона, а также о том, что они не отвечают требованиям допустимости и достоверности, материалы дела не содержат. Оснований для оговора представителем потерпевшего и свидетелями осужденного, равно как и их личной заинтересованности в исходе дела, повлиявшей на достоверность их показаний, не установлено, указанные лица были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем суд правомерно признал их достоверными и положил их в основу приговора.

В соответствии со ст. 51.1 Водного Кодекса РФ, использование водных объектов рыбохозяйственного значения для целей рыболовства и аквакультуры (рыбоводства) осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом, законодательством о рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов и законодательством Российской Федерации, регулирующим отношения в области аквакультуры (рыбоводства).

Согласно ст. 11 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», граждане обязаны сохранять природу и окружающую среду; бережно относиться к природе и природным богатствам; соблюдать иные требования законодательства.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» и п. 2.2 «Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», утвержденных приказом Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 определен Волжско-Каспийский рыбохозяйственный бассейн, куда входит Северный рыбохозяйственный район с рекой Волга с бассейнами впадающих в нее рек, в том числе Камское водохранилище.

В соответствии с п. 29, п. 30.13.5 «Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», утвержденных приказом Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 (действующих на 26 января 2023 года), установлены виды запретных орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов во всех водных объектах рыбохозяйственного значения Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна (за исключением водных объектов рыбохозяйственного значения Астраханской области). В том числе при любительском и спортивном рыболовстве запрещается применение сетей всех типов (пп. «а» п. 29). При этом суточная норма добычи (вылова) водных биоресурсов (за исключением случая, если для таких водных биоресурсов установлен постоянный или временный запрет добычи (вылова) при осуществлении любительского рыболовства), в частности, рыбы породы судак, для каждого гражданина при осуществлении любительского рыболовства установлена в 5 кг. Суммарная суточная норма добычи (вылова) для всех видов водных биоресурсов (кроме сома пресноводного), составляет не более 5 кг или один экземпляр в случае, если его вес превышает 5 кг.

Согласно пп. 3, 6, 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ)», под незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК РФ) понимаются действия, направленные на их изъятие из среды обитания и (или) завладение ими в нарушение норм экологического законодательства (в том числе, без полученного в установленном законом порядке разрешения, с использованием запрещенных орудий лова), при условии, что такие действия совершены лицом с применением запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов либо когда такие действия повлекли причинение крупного ущерба.

Под способами массового истребления водных биологических ресурсов понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания.

Решая вопрос о том, совершено ли преступление с применением способов массового истребления водных биологических ресурсов, судам надлежит не только исходить из того, какой запрещенный вид орудия лова или способ вылова был применен, но и устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия. В необходимых случаях к исследованию свойств таких орудий лова или примененных способов добычи (вылова) водных биологических ресурсов надлежит привлекать соответствующих специалистов либо экспертов.

При квалификации действий лица, совершившего незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов с применением способов их массового истребления, суду следует руководствоваться нормативными правовыми актами, регламентирующими порядок добычи водных биоресурсов и устанавливающими запреты, в том числе относящиеся к орудиям лова, способам, местам вылова и другие.

Исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что ФИО1 совместно, по предварительному сговору, с лицом, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, умышленно совершил незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов (рыбы) с применением запрещенных орудий массового их истребления.

К показаниям осужденного ФИО1 о том, что он лишь извлекал обнаруженную чужую сеть, ее не устанавливал, суд обоснованно отнесся критически, поскольку они являются противоречивыми и опровергаются исследованными в судебном заседании и изложенными выше доказательствами, и обоснованно расценены судом как способ защиты.

Об умысле ФИО1 на незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов свидетельствуют способ добычи – с применением запрещенных орудий (сетей) и количество выловленной рыбы.

Так, свидетели П1., Е. и Ю. последовательно поясняли, что 26 января 2023 года в районе острова Бор Юсьвинского муниципального округа во время проведения рыбоохранного рейда были обнаружены ФИО1 и лицо, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, которые производили незаконный вылов рыбы, то есть запрещенными орудиями лова – сетями, при этом разрешения на осуществление лова с использованием сетей у них не имелось. Они проверяли рыболовную сеть, доставали из нее рыбу, в принадлежащих им санях в машках также лежала рыба и уже замерзшая сеть, различные инструменты, в том числе, бур, пила, проволока. В том месте, где была установлена рыболовная сеть, отлов рыбы на удочку никем не производился. Вся обнаруженная рыба в присутствии, в том числе ФИО1, была пересчитана, определен ее видовой состав, были вызваны сотрудники полиции.

Свидетель Н. показала, что ею производился осмотр места происшествия, при этом она осматривала место рядом с майной, а также отходила от обнаруженной майны на определенное расстояние, кроме этой майны других (сторонних) майн, лунок обнаружено не было. Рыба была упакована в мешки по видам. Протокол осмотра места происшествия был составлен ею в присутствии, в том числе, ФИО1 в участковом пункте полиции, в протоколе она отразила размеры майны, количество выловленной рыбы, а также их вес по каждому виду рыбы. Замечаний к протоколу осмотра места происшествия от участвующих лиц не поступало.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 26 января 2023 года, был осмотрен участок акватории Камского водохранилища по координатам *** обнаружена незаконно установленная сеть. С места происшествия изъяты, в том числе, лопаты, ледобуры, металлическая проволока, катушка с леской, веревка, полиэтиленовые мешки, пластиковые бутылки, пила для льда, веревка, шуруповерт, молоток, рыбацкие сети, рыба: судак - 66 штук, окунь - 7 штук, плотва - 5 штук, лещ - 212 штук, налим - 1 штука. Произведено взвешивание рыбы, установлен ее вес по каждому виду: судака - 92,14 кг, леща - 137,12 кг, окуня - 4,40 кг, плотва - 3,08 кг, налим - 1,14 кг. То есть, при задержании ФИО1 и лица, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, при них были обнаружены и изъяты инструменты, используемые для установки и закрепления сетей, а не только лишь для их снятия. Показаниями свидетелей и протоколом осмотра места происшествия установлено непосредственное нахождение сети в фактическом распоряжении, в том числе, ФИО1

Представитель потерпевшего О. указала, что в результате незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов с применением запрещенных орудий массового истребления водных биологических ресурсов водным ресурсам Камского водохранилища был причинен особо крупный ущерб.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель потерпевшего дополнила, что при незаконном использовании при вылове водных биологических ресурсов, рыболовные сети, независимо от их характеристик, является орудиями массового их истребления, поскольку вылов таким образом рыбы производится бесконтрольно, нарушается естественное воспроизводство водных биологических ресурсов, лов рыбы с применением сетей не является избирательным, так как в сетное полотно могут попадаться любые экземпляры рыб, в том числе непромысловые и занесенные в Красные Книги (например, стерлядь), что может повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов в месте ловли. Помимо этого, в зимний период времени условия среды обитания рыбы изменяются. Промышленное же рыболовство предусматривает соблюдение множества ограничений в целях рациональной добычи водных биологических ресурсов без нанесения им ущерба.

Свидетель К1. также последовательно указывал, что в декабре 2022 года и январе 2023 года он видел ФИО1 и лицо, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, на Камском водохранилище вблизи острова Бор, у них имелись инструменты и приспособления, необходимые для установления рыбных сетей под лед. ФИО1 и указанное лицо устанавливали сети, после чего проверяли их еженедельно.

Свидетель М1. в ходе предварительного следствия также указывал, что в зимний период 2022-2023 года ФИО1 и лицо, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, всегда работавшие вдвоем, устанавливали рыболовные сети в районе острова Бор и проверяли их и снова устанавливали. 26 января 2023 года он видел, как они производили проверку установленных сетей вблизи острова Бор.

Таким образом, из исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе последовательных и не противоречащих друг другу показаний свидетелей, достоверно следует, что в январе 2023 года, до 26 января 2023 года, ФИО1 и лицо, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, вступив в предварительный сговор, установили 2 рыболовные сети, и 26 января 2023 года извлекли одну из них, сложив улов в полиэтиленовые мешки, а затем осуществляли извлечение второй сети с уловом, после чего были обнаружены сотрудниками отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Федерального агентства по рыболовству и задержаны.

Количество и порода изъятой рыбы были определены с участием специалистов - П1. и Е., которые имеют соответствующее образование (в сфере экологии, ихтиологии и природопользования), а также значительный опыт работы в Волго-Камском территориальном управлении Росрыболовства. Оснований не довеять произведенному подсчету, определению данными специалистами пород выловленной рыбы, не имеется. В дальнейшем сотрудниками полиции был определен вес изъятой с места происшествия рыбы по каждому виду.

При этом суд верно отнесся критически к показаниям свидетеля М1., данным в судебном заседании о том, что в ходе его допроса дознавателем речь шла только в отношении К3., а не ФИО1, устанавливать сети и в последующем осуществлять вылов рыбы тот мог и с другими работниками, поскольку его показания, данные в ходе судебного заседания, являются непоследовательными и противоречивыми. Показания же, данные им в ходе предварительного расследования, напротив, были последовательны, они подтверждаются иными исследованными доказательствами, суд обоснованно положил их в основу приговора.

Доводы свидетеля М1. о применении к нему недозволенных методов дознания, в том числе составления протокола допроса не с его слов, был проверен судом первой инстанции, однако своего подтверждения не нашел. Каких-либо замечаний от участников уголовного судопроизводства по нарушению процедуры допроса не имеется. Напротив, в протокол внесена собственноручная запись М1. о том, что показания в протоколе с его слов напечатаны верно, протокол им прочитан. Сведений о том, что действия дознавателя свидетелем в установленном законом порядке обжаловались, не имеется.

Суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными доводы апелляционной жалобы защитника о недостоверности и недопустимости в качестве доказательств показаний засекреченного свидетеля К1., поскольку возможность допроса лица в качестве свидетеля без оглашения подлинных данных о его личности и без визуального его наблюдения прямо предусмотрена ч. 5 ст. 278 УПК РФ. В ходе предварительного следствия, в судебном заседании данный свидетель был допрошен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, председательствующим по делу его личность была установлена, ему были разъяснены права и положения ст. 56 УПК РФ, он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307-308 УК РФ, о чем была отобрана подписка, что соответствует требованиям действующего уголовно-процессуального законодательства.

Вопреки доводам жалобы, личные данные свидетеля под псевдонимом «К1.» были сохранены в тайне в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 11 УПК РФ, в целях обеспечения безопасности свидетеля. Оснований для рассекречивания данных свидетеля не имелось. При этом стороны, в том числе осужденный и его защитник, не ограничивались судом в правах задавать вопросы свидетелю по обстоятельствам дела.

Показания данного свидетеля о том, что конфликтов с ФИО1 у него не было, ФИО1 он в настоящее время не опасается, сами по себе не могут ставить под сомнение достоверность его показаний.

Кроме того, показания, данные засекреченным свидетелем, не являются единственным и основным доказательством виновности ФИО1 и были оценены судом первой инстанции в совокупности с другими исследованными доказательствами по делу, с которыми согласуются, в связи с чем, сомнений в своей достоверности не вызывают.

Вопреки доводам защитника о незаконности решения органа предварительного расследования и суда о сохранении данных о личности свидетеля в тайне, они соответствуют требованиям ч. 9 ст. 166 и ч. 5 ст. 278 УПК РФ и направлены на обеспечение безопасности засекреченного лица.

Существенных противоречий в показаниях засекреченного свидетеля, устранение которых требовало бы раскрытия его подлинных данных, не усматривается.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции исключает из числа доказательств показания свидетеля П1. в части обстоятельств дела, известных ему со слов ФИО1 и лица, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, о том, что рыболовная сеть принадлежит им.

По смыслу действующего законодательства, сотрудник надзорного органа при проведении контрольных мероприятий, может быть допрошен в суде лишь по обстоятельствам проведения того или иного действия, при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях выяснения содержания показаний опрошенного лица. Поэтому показания такой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно со слов лица, подозреваемого в совершении преступления или правонарушения, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного. В соответствии с требованиями закона, доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, в силу ст. 75 УПК РФ, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения.

С учетом приведенных положений уголовно-процессуального закона показания инспектора отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Росрыболовства П1. в этой части подлежат исключению из числа доказательств. Вместе с тем исключение его показаний в указанной части не влияет на вывод суда о виновности осужденного в совершении преступления.

Поскольку «Правилами рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», утвержденных приказом Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 (действующих на 26 января 2023 года), установлен запрет на использование сетей всех типов при любительском и спортивном рыболовстве, а суточная норма добычи (вылова) водных биоресурсов, в частности, рыбы породы судак, для каждого гражданина при осуществлении любительского рыболовства установлена в 5 кг, и суммарная суточная норма добычи (вылова) для всех видов водных биоресурсов (кроме сома пресноводного), составляет не более 5 кг или один экземпляр в случае, если его вес превышает 5 кг, суд пришел к обоснованному выводу об осуществлении ФИО1 незаконной добычи (вылове) водных биологических ресурсов, с применением запрещенных орудий массового их истребления.

ФИО1 в нарушение норм экологического законодательства совершил действия, направленные на изъятие водных биоресурсов (рыбы) из среды обитания, применив запрещенные орудия массового истребления водных биологических ресурсов, завладел ими, сложив в мешки, что повлекло причинение особо крупного ущерба водным биологическим ресурсам Российской Федерации.

Давая правовую оценку действиям ФИО1, суд первой инстанции верно исходил из установленных приведенными выше доказательствами обстоятельств дела. Установлено, что между ним и лицом, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, имелся сговор на совершение незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов с применением запрещенных орудий массового их истребления до выполнения действий, направленных на реализацию объективной стороны деяния. Непосредственно при осуществлении незаконного вылова рыбы он с данным лицом действовал совместно и согласованно, в целях осуществления единого преступного умысла, в соответствии с распределенными ролями. Учитывая изложенное, квалифицирующий признак группы лиц по предварительному сговору нашел свое подтверждение в судебном заседании.

В соответствии с действующим законодательством, под способами массового истребления водных биологических ресурсов понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания. При этом суду необходимо исходить из того, какой запрещенный, в том числе, вид орудия лова был применен, а также устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия.

Исходя из предъявленного ФИО1 органом предварительного расследования обвинения, он обвинялся и обжалуемым приговором признан виновным в применении незаконных орудий лова, которые могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, что и является согласно закону одним из способов массового истребления водных биологических ресурсов, в связи с чем доводы стороны защиты о том, что данный квалифицирующий признак (применение способа массового истребления водных биологических ресурсов) осужденному не инкриминировался и виновным в его применении он не признавался, является несостоятельным.

Описание преступного деяния, признанного судом доказанным, содержит сведения о совершении ФИО1 преступления незаконными методом (способом добычи) и способом массового истребления рыбы, то есть, с применением запрещенных орудий. Таким образом, вопреки доводам защитника, обстоятельства совершения преступления, изложенные в описательно-мотивировочной части обжалуемого приговора, соответствуют квалификации деяния, данной судом первой инстанции.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ, судом первой инстанции установлены полно и объективно, в обжалуемом приговоре содержится описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, мотивов и целей преступления.

Свидетели М1. в ходе предварительного расследования и К1. в судебном заседании последовательно показывали, что видели, как ФИО1 и лицо, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, вблизи острова Бор, в том числе в январе 2023 года, устанавливали рыболовные сети, после чего проверяли их. Согласно исследованным в судебном заседании доказательствам, в том числе ФИО1 был задержан сотрудниками ТУ Росрыболовства 26 января 2023 года.

Поскольку судом установлено время совершения преступления – январь 2023 года, из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, подлежит исключению ссылка на нарушение ФИО1 положений Приказа Минсельхоза России от 13 октября 2022 года № 695 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», который действует лишь с 1 марта 2023 года.

Нарушение положений Приказа Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна» вменено ФИО1 обоснованно, в настоящее время действующим законодательством установлены аналогичные требования, в связи с чем вносимое в приговор изменение не ухудшает положение осужденного, не нарушает его право на защиту, объем предъявленного обвинения не уменьшает, на существо приговора не влияет, а лишь устраняет допущенные судом первой инстанции сомнения и неясности.

Согласно п. 29 Приказа Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», к видам запретных орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов во всех водных объектах рыбохозяйственного значения Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна (за исключением водных объектов рыбохозяйственного значения Астраханской области), при любительском и спортивном рыболовстве, относится, в том числе, применение сетей всех типов.

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ)», под способами массового истребления водных биологических ресурсов понимаются действия, связанные с применением таких незаконных орудий лова, которые повлекли либо могли повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов, отрицательно повлиять на среду их обитания. При этом суду необходимо исходить из того, какой запрещенный, в том числе, вид орудия лова был применен, а также устанавливать, может ли их применение с учетом конкретных обстоятельств дела повлечь указанные последствия.

В соответствии со сведениями, представленными начальником отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского ТУ Росрыболовства О., использование физическими лицами сетных объячеивающих орудий добычи, к которым относится сеть, является при любительском рыболовстве нарушением обязательных требований в области сохранения водных биологических ресурсов. Использование сетей при любительском рыболовстве может повлечь массовую гибель водных биологических ресурсов в месте ловли, так как за короткий промежуток времени сетной снастью вылавливается большое количество рыб, которые в период воспроизводства могли принести потомство, в связи с чем, на участке водоема нарушается естественное воспроизводство водных биологических ресурсов, наносится ущерб экологии водоема. Лов рыбы с применением сетей также не является избирательным: в сетное полотно независимо от размера ячейки могут попадаться как взрослые экземпляры рыбы, так и не достигшие половой зрелости особи различных видов, в том числе и занесенных в Красные Книги Пермского края, Российской Федерации. То есть, исходя из самого типа орудия лова и способа лова сеть, независимо от ее характеристик, является способом массового истребления водных биоресурсов, так как может негативно сказаться на воспроизводстве популяции рыб, обитающих на данном участке водоема, и может повлечь массовую гибель водных биоресурсов, то есть истребление большого количества особей рыбы, и, как следствие, причинение крупного ущерба водным биологическим ресурсам.

Исследованными в судебном заседании доказательствами установлено, что ФИО1 в указанный выше период времени осуществлял незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов (леща, судака, окуня, плотвы, налима) с применением запрещенного орудия лова (двух сетей), то есть орудием массового истребления водных биологических ресурсов, своими действиями причинив водным биологическим ресурсам Российской Федерации особо крупный ущерб.

Оснований сомневаться в объективности сведений, представленных представителем потерпевшего О., о том, что незаконный вылов рыбы сетными орудиями может привести к массовому истреблению водных биоресурсов, так как может повлечь подрыв запасов рыбы и снижению воспроизводственного потенциала водного объекта, не имеется, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно положил данные выводы в основу приговора.

Вопреки доводам стороны защиты, специальными познаниями в области ихтиологии, экологии и биологии располагают как представитель потерпевшего О., так и свидетели Е. и П1., поскольку имеют соответствующее образование (биологическое, ихтиологическое, в сфере экологии и природопользования), а также значительный опыт работы в Волго-Камском территориальном управлении Росрыболовства. Оснований не доверять их показаниям, предоставленным ими сведениям у суда не имелось, оснований для оговора ими ФИО1, заинтересованности с их стороны в исходе дела не установлено.

Следует отметить, что данные лица осуществляют функции государственного контроля и надзора за соблюдением законодательства РФ в области рыболовства и сохранении водных биологических ресурсов. Оснований ставить под сомнение наличие у них специальных знаний в данной области не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд, основываясь на сведениях, представленных специалистами ТУ Росрыболовства, исследованных доказательствах, обоснованно пришел к выводу, что применение вышеуказанных сетей, с учетом конкретных обстоятельств дела, могло повлечь массовую гибель водных биоресурсов, то есть истребление большого количества особей рыбы, и, как следствие, причинение крупного ущерба водным биологическим ресурсам.

В зависимость от популяции, видового разнообразия, особенностей среды обитания водных биологических ресурсов в акватории Камского водохранилища вблизи острова Бор Юсьвинского муниципального округа, количества выловленной, в том числе ФИО1, при совершении преступления рыбы данное обстоятельство не ставится, поскольку в соответствии с действующим законодательством ценность природы в наибольшей степени подчеркивается идеей сохранения биоразнообразия, в том числе водных биологических ресурсов.

С учетом наличия соответствующего образования у представителя потерпевшего и свидетелей Е., П1., их опыта работы, необходимости привлекать иных специалистов либо экспертов к разрешению данного вопроса у суда, таким образом, не имелось.

В соответствии с положениями Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», промышленное рыболовство - предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной продукции.

Промышленное рыболовство является разрешенным видом деятельности, который осуществляется при определенных ограничениях, в том числе устанавливается общий допустимый улов видов водных биоресурсов. За выполнением условий, при которых оно разрешено, осуществляется соответствующий контроль.

Правила рыболовства обязательны для исполнения юридическими лицами и гражданами, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность.

Незаконный, массовый же вылов водных биологических ресурсов, запрещенными орудиями (сетями независимо от их характеристик), без получения соответствующего разрешения, вне зависимости от ширины водного объекта, сроков рыболовства, места его осуществления, наличия расположенных рядом выделенных на законных основаниях рыболовных участков, характеристик сетей при промышленном рыболовстве, очевидно ведет к неконтролируемому истреблению водных биологических ресурсов, в связи с чем доводы стороны защиты об отсутствии доказательств того, что используемое ФИО1 орудие лова не могло повлечь массовую гибель водных биоресурсов, являются несостоятельными.

Суд апелляционной инстанции при этом отмечает, что для вывода о том, что незаконный вылов водных биологических ресурсов, с использованием запрещенных орудий (в данном случае сетей), влечет их неконтролируемое истребление, специальных познаний в области ихтиологии, биологии, экологии и природопользования не требуется, поскольку данный факт является очевидным.

Также, согласно протоколу осмотра места происшествия от 26 января 2023 года, при ФИО1 и лице, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, были обнаружены, в том числе, 2 рыбацкие сети, одна из которых частично находилась в майне и с рыбой. Факт осуществления ФИО1 незаконной добычи водных биологических ресурсов с помощью данных, а не иных, сетей был с достоверностью установлен.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что осмотр сетей 26 января 2023 года и 26 февраля 2023 года производился при различных условиях, при осмотре места происшествия 26 января 2023 года измерительные приборы не применялись, при осмотре предметов дознавателем 26 февраля 2023 года сети были измерены с использованием рулетки. Вместе с тем, доказательств, что ФИО1 при совершении преступления были использованы сети менее 40 м, и иные, чем те, которые были изъяты и осмотрены, материалы уголовного дела, вопреки доводам жалобы, не содержат. Факт вменения в вину осужденному использование сетей длиной 40 м его положения не ухудшает, права на защиту от предъявленного обвинения не нарушает.

Доводы стороны защиты о том, что выводы суда о количестве и породе выловленных рыб являются надуманными, несостоятельны.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 26 января 2023 года, был осмотрен участок акватории Камского водохранилища, в 14 км в сторону п. Кыласова Ильинского района Пермского края. В ходе осмотра места происшествия обнаружена незаконно установленная сеть. На месте происшествия обнаружены и изъяты, в том числе, сети, рыба: судак - 66 штук, окунь - 7 штук плотва - 5 штук, лещ - 212 штук, налим – 1 штука. Вылов составил 291 особь. В ходе осмотра рыба была пересчитана, при этом велась фото- и видеозапись, фототаблица приложена к протоколу осмотра. Подсчет производился сотрудниками ТУ Росрыболовства П1. и Е., а также следователем, при данном следственном действии участвовал, в том числе, ФИО1 В судебном заседании просмотрена видеозапись, которая отражает рассматриваемые события, замечаний и дополнений к проведенному данному процессуальному действию, составлению протокола ФИО1 не высказал, подписав его.

При этом количество и порода изъятой рыбы были определены специалистами - Е. и П1., которые имеют соответствующее образование (в сфере ихтиологии, экологии и природопользования), а также значительный опыт работы в Волго-Камском территориальном управлении Росрыболовства. Оснований не довеять произведенному подсчету, определенным специалистами пород выловленной рыбы, не имеется.

В соответствии с протоколом осмотра предметов от 28 февраля 2023 года дознавателем совместно с государственным инспектором отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Федерального агентства по рыболовству Ф. была осмотрена изъятая с места происшествия 26 января 2023 года рыба. С учетом целей и результатов проведенного следственного действия, а именно была осмотрена изъятая с места происшествия рыба определенных пород в мешках, часть рыбы подсчитать не представилось возможным ввиду замороженности в один хлыст, специальных познаний, как и необходимость участия специалиста, при этом не требовалось.

Осмотренная рыба была изъята с места происшествия, где был установлен ее количественный и породный состав, она была там же упакована в мешки. То есть, ее количество и порода были установлены ранее специалистами (П1. и Е.), с участием в данных действиях ФИО1, от которого замечаний не поступало, в связи с чем данная информация была известной на момент осмотра 28 февраля 2023 года.

Учитывая изложенное, основании для признания недопустимым доказательством данного протокола осмотра предметов от 28 февраля 2023 года не имеется, поскольку протокол составлен в соответствии с требованиями ст. 170 УПК РФ надлежащим должностным лицом, при производстве следственного действия нарушений законодательства не допущено.

По тем же основаниям несостоятельны доводы защитника о незаконности постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств - рыбы: судака (66), леща (212), окуня (7), плотвы (5), налима (1).

Свидетели А. и Я. указывали, что в марте 2023 года на колхозном поле М2. и сотрудник полиции сжигали рыбу, которая ранее хранилась в мешках у М2. Они участвовали в качестве понятых. При этом оба свидетеля подтвердили факт уничтожения мешков с рыбой в их присутствии.

Доводы стороны защиты о недостоверности протокола уничтожения вещественных доказательств – рыбы, являются несостоятельными, поскольку данная рыба после ее изъятия с места происшествия была осмотрена, признана вещественным доказательством и передана на ответственное хранение М2. В адрес отдела государственного контроля, надзора и охраны водных биологических ресурсов по Пермскому краю Волго-Камского территориального управления Росрыболовства дознавателем был направлен запрос о возможности приема либо уничтожения данного вещественного доказательства, и получен ответ об отсутствии специализированных условий хранения и с указанием на возможность его уничтожения доступным способом. Только после этого дознавателем было принято законное решение об уничтожении скоропортящегося вещественного доказательства (рыбы) на основании ст. 82 УПК РФ. Доказательств того, что протокол уничтожения вещественного доказательства был составлен в более поздние сроки, либо само вещественное доказательство хранилось после 7 марта 2023 года, в уголовном деле не имеется.

Размер и сумма причиненного совершенным преступлением ущерба определены правильно, с учетом приведенных письменных материалов уголовного дела о виде и количестве выловленной рыбы, на основании «Такс для исчисления размера ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2018 года № 1321, и составил 327630 рублей.

Квалифицирующий признак причинения особо крупного ущерба нашел свое подтверждение в судебном заседании исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, а также примечания к ст. 256 УК РФ, согласно которому особо крупным ущербом признается ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам, исчисленный по утвержденным Правительством Российской Федерации таксам, превышающий двести пятьдесят тысяч рублей.

Показания свидетеля К2. о том, что ФИО1 и лицо, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, рыбу ему не сдавали, об отсутствии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого деяния не свидетельствуют.

Показания лица, в отношении которого уголовное дело (уголовное преследование) прекращено (К3.), аналогичные показаниям осужденного, о непричастности ФИО1 к незаконной добыче водных биологических ресурсов, не свидетельствуют о недостоверности собранных по уголовному делу доказательств. Пояснения ФИО1 о том, что часть выловленной рыбы была уже длительное время погибшей, также об отсутствии в его действиях состава преступления не свидетельствует.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона органом дознания при проведении предварительного расследования, а также после возвращения уголовного дела прокурору, допущено не было.

Вопреки доводам как стороны защиты, так и прокурора, срок дознания по уголовному делу предусмотренные законом 6 месяцев не превысил, в том числе после установления прокурором срока дознания 16 мая 2025 года.

Так, в соответствии со ст. 128 УПК РФ, сроки, предусмотренные настоящим Кодексом, исчисляются часами, сутками, месяцами. При исчислении сроков месяцами не принимаются во внимание тот час и те сутки, которыми начинается течение срока, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Согласно ч. 1 ст. 223 УПК РФ, предварительное расследование в форме дознания производится в порядке, установленном главами 21, 22 и 24 - 29 настоящего Кодекса, с изъятиями, предусмотренными главой 32 УПК РФ.

Действительно, согласно ч. 2 ст. 162 УПК РФ (глава 22), в срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или иным постановлением.

Однако, процессуальным действием, свидетельствующем об окончании производства дознания, является составление обвинительного акта (ч. 1 ст. 225 УПК РФ), что и является изъятием из норм закона о проведении предварительного следствия. В отличие от срока предварительного следствия, время ознакомления сторон с материалами уголовного дела в общий срок дознания не входит.

Согласно ч. 2 ст. 225 УПК РФ, материалы уголовного дела предъявляются обвиняемому, его защитнику, вместе с обвинительным актом. То есть, нормативный механизм ознакомления предполагает, что все следственные действия к его началу должны быть завершены, а обвинительный акт составлен.

Так, уголовное дело № 12301570059000015 возбуждено начальником группы дознания отделения полиции (дислокация с. Юсьва) МО МВД России «Кудымкарский» 5 февраля 2023 года, дважды срок дознания был продлен в установленном законом порядке, всего до 6 мая 2023 года. Обвинительный акт составлен дознавателем и подписан начальником органа дознания 20 апреля 2023 года.

Затем, дважды, 22 апреля 2023 года и 5 июня 2023 года уголовное дело начальником отделения полиции (дислокация с. Юсьва) МО МВД России «Кудымкарский» направлялось для производства дополнительного дознания, и принималось к производству дознавателем соответственно 22 апреля 2023 года и 5 июня 2023 года. При этом срок дознания в установленном законом порядке вновь продлевался уполномоченным должностным лицом. Обвинительный акт был составлен дознавателем и подписан начальником органа дознания соответственно 24 мая 2023 года, затем 16 июня 2023 года, и дело было направлено прокурору 22 июня 2023 года.

Постановлением Кудымкарского городского суда Пермского края от 24 июля 2023 года, вступившим в законную силу 19 сентября 2023 года, уголовное дело было возвращено прокурору Юсьвинского района Пермского края в порядке ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В дальнейшем уголовное дело направлено в орган дознания и принято к производству дознавателем 25 декабря 2023 года, срок дознания вновь был продлен заместителем прокурора Юсьвинского района Пермского края в установленном законом порядке. Обвинительный акт был составлен дознавателем и подписан начальником органа дознания 29 января 2024 года, после чего 2 февраля 2024 года уголовное дело было направлено прокурору для утверждения обвинительного акта и поступило в суд.

Приговором Кудымкарского городского суда Пермского края от 5 июля 2024 года ФИО1 был осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ.

Апелляционным постановлением Пермского краевого суда от 12 сентября 2024 года вышеуказанный приговор был отменен, уголовное дело было возвращено прокурору Юсьвинского района Пермского края в порядке ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Уголовное дело вновь было направлено в орган дознания и принято к производству дознавателем 16 мая 2025 года, срок дознания был установлен прокурором Юсьвинского района Пермского края в 20 суток. Обвинительный акт был составлен дознавателем, после чего подписан начальником органа дознания 21 мая 2025 года. 28 мая 2025 года уголовное дело было направлено прокурору для утверждения обвинительного акта и вновь поступило в суд.

Срок дознания по настоящему уголовному делу, таким образом, прерывался составлением обвинительного акта и возобновлялся со дня принятия уголовного дела дознавателем к своему производству, а кроме того, после возвращения судом уголовного дела прокурору, также был установлен срок проведения дознания.

Таким образом, обвинительный акт был составлен дознавателем в пределах установленного срока дознания, и 21 мая 2025 года был подписан начальником отделения полиции (дислокация с. Юсьва) МО МВД России «Кудымкарский».

При этом указание в справке к обвинительному акту на срок дознания 180 суток, а также в постановлениях о продлении срока дознания иных сроков, фактическому сроку дознания не соответствуют, однако не свидетельствует о его увеличении.

После составления обвинительного акта дознавателем никаких следственных действий по собиранию доказательств не проводилось, а стороны лишь были ознакомлены с материалами уголовного дела.

Учитывая изложенное, доводы сторон о нарушениях уголовно-процессуального закона и составлении обвинительного акта за пределами срока дознания являются несостоятельными и основаны на неверном толковании закона.

Доводы стороны защиты о том, что в предъявленном ФИО1 обвинении отсутствуют указания на нормы федеральных законов, регулирующих осуществление рыболовства и рыбоводства (Федеральный закон от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», Федеральный закон от 25 декабря 2018 года № 475-ФЗ «О любительском рыболовстве и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральный закон от 2 июля 2013 года № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»), также являются несостоятельными.

Исходя из разъяснений п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами регулируются соответствующие экологические правоотношения, и указывать в судебном решении, в чем непосредственно выразились их нарушения со ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть, статья). При этом уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом при отсутствии в обвинительном заключении или обвинительном акте таких данных, восполнить которые в судебном заседании не представляется возможным.

Как следует из обвинительного акта, в нем содержатся ссылки на «Водный кодекс Российской Федерации», Федеральный закон от 10 января 2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», Федеральный закон от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», согласно ст. 43.1 которого основой осуществления рыболовства и сохранения водных биоресурсов являются Правила рыболовства, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства для каждого рыбохозяйственного бассейна, а также ссылки на Приказ Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна», Правительства Российской Федерации, которым утверждаются таксы для исчисления ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам.

Согласно предъявленному ФИО1 обвинению, ему вменено нарушение Правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Минсельхоза России от 18 ноября 2014 года № 453 (действующих на момент совершения инкриминируемого деяния). Незаконным выловом: судака (66 штук), окуня (7 штук), плотвы (5 штук), леща (212 штук), налима (1 штуки) в совокупности ФИО1 причинил Российской Федерации особо крупный ущерб на сумму 327630 рублей.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в предъявленном ФИО1 обвинении содержатся указания на место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели и последствия. Также в обвинительном акте содержатся указания на нормы федерального закона и нормативные правовые акты, регулирующие осуществление рыболовства, которые были нарушены ФИО1, в том числе определяющие наличие состава инкриминируемого преступления, его квалифицирующие признаки.

Наличие таких нарушений требований закона, которые исключали бы возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе предъявленного ФИО1 обвинения, имеющегося в материалах уголовного дела обвинительного акта, не установлено.

При указанных обстоятельствах отсутствие в обвинительном акте указания на Федеральный закон от 25 декабря 2018 года № 475-ФЗ «О любительском рыболовстве и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральный закон от 2 июля 2013 года № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не свидетельствует о нарушении требований уголовно-процессуального закона, не является обстоятельством, препятствующим рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имелось, в связи с чем суд обоснованно постановил обвинительный приговор на основе данного обвинительного акта.

Оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности, прекращения в отношении него уголовного дела, не установлено.

Доводы стороны защиты о том, что осужденного необходимо оправдать по предъявленному обвинению, опровергаются исследованными в судебном заседании и приведенными выше доказательствами.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовного и уголовно-процессуального законов и не является основанием к отмене приговора.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные им права осужденного, нарушали процедуру уголовного судопроизводства на стадии досудебного производства, а также при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, по делу не установлено.

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Указанные требования уголовного закона при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции соблюдены.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ. При определении его вида и размера суд, наряду с характером, степенью общественной опасности преступного деяния в полной мере учел конкретные обстоятельства содеянного, данные о личности ФИО1, который характеризуется положительно, на учете у нарколога и психиатра не состоит, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ и подлежащих обязательному признанию смягчающими наказание, не установлено.

Суд первой инстанции обоснованно не учел в качестве смягчающего наказание обстоятельства – частичного признания вины - фактическое признание ФИО1 обстоятельств, при которых он был задержан (вылова рыбы), поскольку само по себе признание им этих событий в условиях очевидности не является достаточным основанием для признания вышеуказанного обстоятельства смягчающим.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, также не установлено.

Суд первой инстанции надлежащим образом аргументировал необходимость назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку, исходя из положений ст. 43 УК РФ, иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для назначения более мягкого наказания в виде штрафа с учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, личности осужденного. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Назначенное наказание в виде лишения свободы по своему размеру соответствует целям уголовного наказания, справедливо и соразмерно содеянному. При определении его вида и размера суд учел степень общественной опасности совершенного преступления и конкретные обстоятельства содеянного.

Установленные по делу фактические обстоятельства преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности, в связи с чем оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Положения ст. 53.1 УК РФ применению не подлежат в силу прямого запрета уголовного закона.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивами преступления, поведением осужденного после совершения преступления, других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступления и личности, не установлено, поэтому оснований для применения положений ст. 64 УК РФ нет.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств его совершения, данных о личности осужденного ФИО1, отсутствия отягчающих его наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что его исправление возможно без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, в связи с чем постановил на основании ст. 73 УК РФ считать наказание условным. На осужденного возложены обязанности в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ.

Оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что влияющие на наказание обстоятельства и данные о личности осужденного судом учтены всесторонне и объективно, положения уголовного закона о его индивидуализации в полной мере соблюдены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает, что назначенное осужденному наказание по своему виду и размеру соответствует общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и данным о личности, его нельзя признать чрезмерно суровым, поводов для его смягчения не имеется, следовательно, оно является справедливым.

Гражданский иск потерпевшего о взыскании материального ущерба с осужденного разрешен судом в соответствии с требованиями ст. 309 УПК РФ и нормами гражданского законодательства.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», если имущественный вред причинен подсудимым совместно с другим лицом, в отношении которого дело было выделено в отдельное производство, либо это лицо освобождено от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, то суд возлагает обязанность по его возмещению в полном объеме на подсудимого.

Таким образом, суд первой инстанции, руководствуясь требованиями закона, обоснованно взыскал с осужденного сумму причиненного преступлением материального ущерба. Указанное не лишает осужденного при возмещении ущерба впоследствии предъявить исковые требования к лицу, уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство и прекращено.

Иные решения суда, принятые в соответствии со ст. 308, 309 УПК РФ, мотивированы и являются правильными.

Вносимые в приговор вышеуказанные изменения фактически не ухудшают положение осужденного, не нарушает его право на защиту, на существо приговора, квалификацию его действий и справедливость назначенного наказания не влияют, а лишь устраняет допущенные судом первой инстанции сомнения и неясности.

Нарушений конституционных прав осужденного, уголовного, уголовно-процессуального законодательства РФ, которые могли повлиять на объективность выводов суда о доказанности виновности ФИО1, отразиться на правильности решения о квалификации его действий допущено не было, в связи с чем приговор отмене не подлежит, и после внесения указанных выше изменений будет законным, обоснованным, мотивированным и справедливым.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кудымкарского городского суда Пермского края от 17 сентября 2025 года в отношении ФИО1 – изменить:

из описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния исключить ссылку на нарушение ФИО1 положений Приказа Минсельхоза России от 13 октября 2022 года № 695 «Об утверждении правил рыболовства для Волжско-Каспийского рыбохозяйственного бассейна»;

исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на показания свидетеля П1. в части, касающейся обстоятельств совершения преступления, ставших ему известными со слов осужденного;

указать в описательно-мотивировочной части приговора на квалификацию действий ФИО1 по ч. 3 ст. 256 УК РФ, как незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов (за исключением водных биологических ресурсов континентального шельфа Российской Федерации и исключительной экономической зоны Российской Федерации) с применением запрещенных орудий массового истребления водных биологических ресурсов, совершенную группой лиц по предварительному сговору, причинившую особо крупный ущерб.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Карелина Е.С. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись