Приговор № 1-61/2018 от 26 июля 2018 г. по делу № 1-61/2018

Дело № 1–61/2018 год


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Барыш Ульяновской области 27 июля 2018 года

Барышский городской суд Ульяновской области в составе:

председательствующего - судьи Кузьмичевой Н.А.,

с участием государственного обвинителя исполняющего обязанности прокурора Барышского района Ульяновской области - Шундикова А.А.,

подсудимого - ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката Ульяновской областной коллегии адвокатов «Норма-Адвокат» Мустафина Н.Ш.,

при секретаре - Спиридоновой Е.В.,

а также потерпевшего – М*С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1 - <данные изъяты>, ранее судимого:

12 мая 2015 мировым судьей судебного участка № 2 Барышского судебного района Ульяновской области по ч.1 ст.116, ч.1 ст.119 УК РФ, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, – к 8 месяцам лишения свободы. В соответствии со ст.70 УК РФ, с учетом требований ст.71 УК РФ, к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания в виде ограничения свободы, назначенного приговором мирового судьи судебного участка № 3 Барышского судебного района от 12.12.2014, окончательно назначено наказание в виде 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении; освобожден по отбытии срока - 14.04.2016,

03 мая 2018 Барышским городским судом Ульяновской области по ч.4 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 9 лет 6 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 год. В соответствии со ст. 53 УК РФ на осуждённого были возложены определенные ограничения и обязанности,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил покушение на убийство потерпевшего М*С..

Данное преступление совершено им при следующих обстоятельствах:

29 марта 2018, в период времени с 18 часов 00 минут до 19 часов 40 минут, ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, в ходе ссоры, с находившимся там же М*С., возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения смерти последнему, вооружился ножом, обладающим большой поражающей способностью, и, высказывая в адрес последнего угрозы убийством, умышленно, со значительной силой, нанес им один удар в область расположения жизненно важного органа - груди М*С., посчитав, что его действий достаточно для причинения смерти последнему.

Однако, М*С., получив телесное повреждение, смог выбежать из указанной выше квартиры и в последующем обратиться за медицинской помощью, в связи с чем, преступный умысел ФИО1, направленный на убийство М*С., не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам.

Своими умышленными действиями ФИО2 причинил М*С. следующие телесные повреждения: колото-резанное слепое проникающее тороко абдоминальное ранение слева с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей передней поверхности груди слева в 5 межреберном промежутке в 3 см. изнутри от срединно-ключичной линии, пристеночной плевры слева, перикарда, диафрагмы, пристеночной брюшины, левой доли печени, осложнившееся левосторонним гемотораксом, гемоперикардом (около 70мл), гемопенитонеумом (около 2л), которые квалифицируются, как причинение тяжкого вреда здоровью, по признаку опасности для жизни в момент причинения.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении описанного выше преступления признал частично, от дачи показаний отказался, воспользовавшись своим процессуальным правом, предусмотренным ст. 247 УПК РФ.

Будучи допрошенным в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, подсудимый ФИО1 давал следующие показания:

Так, при допросе 31.03.2018 и 01.04.2018 в качестве подозреваемого и обвиняемого подсудимый ФИО1 показывал: 29.03.2018 он с М*С., с которым вместе учился в ГПТУ 12 и потом вместе отбывал наказание в местах лишения свободы, с утра встретился на улице, посидели сначала у него, распили спиртное, потом пошли ближе к вечеру на квартиру к Я*, который проживает по адресу: <адрес> После их прихода, Я* сразу куда-то ушел, они же остались в квартире последнего и продолжили распивать спиртное. Сначала все было нормально, потом они стали о чем-то спорить и в ходе спора, М*С. обозвал его грубым словом, каким именно он не помнит, но оно было нецензурным. Они немного подрались, в ходе драки М*С. его несколько раз ударил по рукам, но не сильно. После этого, он оттолкнул его от себя, затем машинально схватил кухонный нож с табуретки, которым попытался нанести М*С. один удар по левой руке, но тот повернулся в этот момент к нему и нож попал в левую часть груди М*С.. Убивать М*С. он не хотел, просто так все машинально в ходе ссоры получилось. После этого М*С. стал себя чувствовать плохо. Они вышли к подъезду, покурили. М*С. сказал, чтобы скорую помощь он для него не вызывал. Потом М*С. так и остался около подъезда дома, где расположена квартира Ясницкого, а он ушел к своим знакомым. По дороге он зашел к К*С.В., занес ей нож, поскольку нож, которым он нанес удар М*С., принадлежал ей, и он брал его у нее, чтобы в квартире Я* резать продукты питания. О том, что он ударил ножом М*С., К*С.В. он сказал. Ножом М*С. он ударил один раз (т.1 л.д. 81-84, 121-123, 164-167).

При допросе в качестве обвиняемого 15.05.2018, подсудимый ФИО1 показывал, что после того, как он 29.03.2018 ударил ножом М*С., пришел к К*С.В., переоделся, одежду сложил в пакет, который выкинул на улице в мусорный контейнер. Имеющийся у него синяк на плече образовался от удара об косяк двери. М*С. ему никаких ударов не наносил, ранее, когда он говорил о том, что в ходе ссоры М*С. его ударил, это он придумал, чтобы облегчить свое положение (т. 1 л.д. 226-228).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 24.05.2018, подсудимый ФИО1 также показывал, что удар ножом он пытался нанести М*С. в руку, а попал в грудь. Как так получилось, объяснить не может. Во время проведения очной ставки с потерпевшим он подтвердил показания М*С. в той части, что он во время нанесения удара ножом, высказывал в адрес М*С. угрозы убийством. Однако, данные угрозы были высказаны в пылу гнева, чтобы испугать последнего. На самом деле убивать его он не хотел, если бы он хотел убить М*С., то сделать это ему ни что не мешало. Осознав, что он М*С. поранил, он перестал наносить ему удары ножом и предложил позвонить на скорую помощь (т.2 л.д. 5-10).

Согласно протоколу проверки показаний на месте от 31.03.2018, ФИО1 продемонстрировал на манекене, сколько раз и каким образом он нанес удар ножом М*С. (т.1 л.д. 108-116).

Данные показания судом были исследованы в порядке ст. 276 УПК РФ, подсудимый ФИО1 поддержал их частично, а именно в том, что он действительно в ходе ссоры с М*С., в ответ на его оскорбление последним нанес потерпевшему один удар ножом. При этом, ударить он хотел М*С. в руку, но тот повернулся к нему лицом и его (ФИО3) удар пришелся М*С. в область грудной клетки. Угроз убийством он потерпевшему не высказывал и убивать его не хотел.

Несмотря на занятую подсудимым ФИО1 позицию, суд, заслушав показания потерпевшего, свидетелей, проанализировав письменным материалы дела, приходит к выводу, что его виновность в совершении описанного выше преступления, установлена и доказана.

Так, потерпевший М*С. показал суду, что подсудимого ФИО3 он хорошо знает, так как учился с ним в одном училище, а потом вместе отбывали наказание в колоние. После освобождения из колонии, отношения они продолжали поддерживать, периодически встречаясь и употребляя совместно спиртные напитки, так было и 29.03.2018 года. Встретился он с ФИО3 в тот день, примерно около 18 часов, приобрели спиртные напитки, и пошли их распивать в квартиру общего знакомого – Я*. Спиртное они с ФИО3 распивали вдвоем, где в это время находился Я*, сказать не может. Во время распития спиртного он, как-то нехорошо выразился в адрес ФИО3, тем самым оскорбив его, и на этой почве между ними произошла ссора, в ходе которой ФИО3 резко вскочил с дивана, он тоже следом встал, они оказались друг напротив друга, ФИО3 в это время сделался агрессивным и, схватив со стола, за которым они сидели, нож, со словами, что сейчас его убьет, замахнулся этим ножом сверху вниз и нанес им один удар в левую часть грудной клетки. Ему сразу стало плохо, он почувствовал, что у него под одеждой потекла кровь и, полагая, что Катафеев может ему нанести еще удары ножом, выбежал из квартиры. ФИО3 его не преследовал и скорую помощь вызвать не предлагал. На улице ему стало хуже, он стал терять сознание, попросил прохожих вызвать ему скорую помощь и пришел в себя только в реанимационном отделении ФИО4. Полает, что если бы он после нанесенного ему ФИО3 удара не убежал из квартиры, то Катафеев мог еще нанести удары ножом и убить его, поскольку ФИО3 был агрессивным и, кроме того, как и он (М*С.), находился в состоянии алкогольного опьянения.

В ходе предварительного следствия, ФИО3 принес ему свои извинения, он их принял и на строгом наказании не настаивает.

Во время следственного эксперимента потерпевший М*С., используя манекен, наглядно показал - в каком положении он находился по отношении к подсудимому ФИО1 в момент нанесения последним удара ножом, а также обозначил - в какую часть тела данный удар подсудимым был ему нанесен.

Следственный эксперимент органами следствия был проведен в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, регламентирующее его производство. При этом, ход и результаты следственного действия фиксировались с помощью видеокамеры, запись была просмотрена, фототаблица к протоколу приложена, возражений при этом от потерпевшего не поступило (т. 1 л.д. 198-203).

Свидетель С*С.В. показал суду, что он работает врачом –анестезиологом в ГУЗ «Барышская РБ». В конце марта 2018 года к ним в отделение реанимации поступил М*С., последний был в тяжелом состоянии, у него было проникающее ножевое ранение грудной клетки, живота, была задета перикарда. Последнему была проведена операция, после операции состояние М*С. улучшилось. Потерпевший был допрошен следователем. Допрос М*С. проходил в его (С*) присутствии и в ходе допроса М*С. показал, что удар ножом ему нанес его знакомый.

Свидетель М*В.В. показала суду, что она работает фельдшером скорой помощи ГУЗ «Барышская РБ». 29.03.2018 года она дежурила вместе с фельдшером М*Н.А. и, примерно около 19 часов, они выезжали для оказания скорой помощи по адресу <адрес>. По приезду было установлено, что в медицинской помощи нуждался молодой человек, около которого находились сотрудники полиции. При осмотре пострадавшего было установлено, что в области сердца у него имелось одно проникающее ранение. Ему была оказана первая медицинская помощь, затем они его доставили в приемное отделение ФИО4.

Свидетель М*Н.А. дала суду показания, аналогичные показаниям свидетеля М*В.В.

Свидетель М*А.Е. показал суду, что он является полицейским Барышского ОВО филиала ФГКУ «УВО ВНГ по Ульяновской области». Вечером, 29.03.2018 года, вместе с напарником Т*В.Н. они осуществляли патрулирование по г.Барышу. Около 19 часов, следуя по маршруту вдоль улицы <адрес>, их остановил молодой человек, как впоследствии оказалось фамилия его М*С., и попросил вызвать скорую помощь. При этом, они сразу обратили внимание, что одежда у М*С. была вся в крови, он говорил, что ему плохо, что его минут 40 назад ножом ударил какой-то неизвестный. Они вызвали скорую помощь. Когда сотрудники скорой помощи приехали, фельдшера осмотрели М*С. и подтвердили, что у того в области грудной клетки с левой стороны имелось одно проникающее ранение. После того, как скорая помощь увезла М*С. в больницу, они осмотрели место, где их М*С. остановил, а это было недалеко от магазина «Ветеран», расположенного в восточной части г. Барыша. На снегу они обнаружили следы крови, которые вели к среднему подъезду дома <адрес>. Следы крови имелись и в подъезде дома, они вели к квартире №, в которой, как было потом установлено, проживает Я*Д.. Непосредственно в саму квартиру они заходить не стали и вызвали оперативно-следственную группу.

Аналогичные показания в этой части дал суду и свидетель Т*В.Н..

Свидетель Я*Д. показал суду что, он действительно проживает в квартире <адрес>. Как подсудимого ФИО3, так и потерпевшего М*С., хорошо знает, последние неоднократно бывали у него дома и распивали спиртные напитки. 29.03.2018 года М*С. и ФИО3 также находились в его квартире, употребляли спиртное. Сам он с ними спиртное не распивал, поскольку либо уходил в это время из квартиры, либо спал в другой комнате, точно сказать не может. Помнит, что к нему приходили сотрудники полиции, от которых ему стало известно, что в его квартире ФИО3 ударил ножом М*С..

Свидетель П*А.В. показал суду, что в конце марта 2018 года, точную дату назвать не может, от знакомых, от кого именно не помнит, ему стало известно, что ФИО3 ударил ножом М*С. и что тот находится в больнице. Буквально после этой информации ему позвонил сам ФИО3 и сообщил, что он (ФИО3) задержан, находится в МО МВД России «Барышский» и попросил принести ему что-нибудь покушать. Он собрал для него передачку и отвез ее в отдел, при этом ФИО3 он не видел, и по какому поводу тот находился в отделе, сказать не может.

Свидетель К*С.В. подтвердила в судебном заседании свои показания, данные ею в ходе предварительного следствия, в которых она показывала, что 29.03.2018 года подсудимый ФИО1 пришел к ней примерно около 12 часов дня. Последний был трезвый. Они с ним немного пообщались и тот ушел. Куда пошел ФИО3, последний ей не говорил. Затем в тот же день, примерно около 20 часов, когда она вместе со своей матерью – К*Т.М. и своими малолетними детьми находилась дома, ФИО3 пришел второй раз. Одежда у ФИО3 была чистая, видимых телесных повреждений у него не было. В ходе общения ФИО3 рассказал, что он поссорился со своим знакомым по имени Семен. Она поняла, о каком Семене шла речь, поскольку М*С. она знала. Со слов ФИО3 ей было известно, что конфликт начал М*С.. Тот первым начал наносить удары ФИО3, за что и сколько раз ударил ФИО5, тот ей не говорил. ФИО3 же в ответ на это нанес Семену два удара имевшимся у него ножом. При этом в какую часть тела ФИО3 нанес удары, последний ей также не говорил. После этого ФИО3 достал из кармана куртки кухонный нож с черной ручкой, пояснив, что именно им он нанес ножевые ранения С. и положил данный нож на шифоньер в прихожей комнате ее квартиры. Потом она вместе с ФИО3 ходила к их общей знакомой Б*Б.. Когда они уходили к Б., нож ФИО3 из ее квартиры не забирал и данный нож из ее квартиры был изъят сотрудниками полиции в ходе следствия (т. 1 л.д. 62-65).

Свидетель К*Т.М. показала суду, что 29.03.2018 года, она действительно находилась в квартире у своей дочери К*С.В. и видела, что к последней приходил ФИО3. ФИО3 пообщался с дочерью и ушел. Вечером того же дня ФИО3 вновь приходил к ним. Он также пообщался с дочерью, а потом они ушли к кому-то в гости. Когда ФИО3 находился у них в квартире, то никаких разговоров о том, что он в ходе ссоры нанес кому-то ножевые ранения, не было. Никакого ножа она у ФИО3 не видела, нож он в их квартире не оставлял и в последующем нож из их квартиры сотрудники полиции не изымали.

Будучи допрошенной в ходе предварительного следствия свидетель К*Т.М. в этой части давала иные показания.

Так, она показывала, что 29.03.2018, около 20 часов, в то время, когда она находилась в квартире дочери, к ним пришел ФИО3, который рассказал, что он поссорился со своим знакомым по имени С,. Со слов ФИО1, конфликт начал С. и С. первый нанес удары, при этом чем ударял ФИО5 М.Л., последний не говорил. В ответ на удары С. ФИО3 нанес тому не менее двух ударов ножом. После этого ФИО3 достал из кармана куртки кухонный нож с черной ручкой, пояснив, что именно этим ножом он нанес ножевые ранения С.. Затем данный нож он положил на шифоньер в прихожей комнате квартиры дочери. Впоследствии данный нож из квартиры дочери был изъят сотрудниками полиции (т. 1 л.д. 66-69).

От данных показаний свидетель К*Т.М. в судебном заседании отказалась, показав, что следователю она так не говорила, и с чьих слов были изложены ее показания, пояснить не может.

Кроме изложенных доказательств, фактические обстоятельства события преступления и виновность подсудимого в его совершении нашли свое объективное подтверждение в заключениях экспертов, протоколах следственных действий и иных документах, исследованных в судебном заседании.

Так, из рапорта на имя руководителя Барышского МСО СУ СК РФ по Ульяновской области следует, что 31.03.2018 в Барышский МСО СУ СК РФ по Ульяновской области из МО МВД России «Барышский» поступил материал по факту покушения на убийство М*С., имевшего место 29.03.2018, в период с 18 часов до 19 часов, по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 4).

Аналогичная информация содержится в рапорте на имя временного исполняющего обязанности начальника МО МВД России «Барышский», также в данном рапорте указано, что по подозрению в совершении покушения на убийство М*С. задержан подсудимый ФИО1 (т. 1 л.д. 7).

Из рапорта на имя временного исполняющего обязанности начальника МО МВД России «Барышский» следует, что согласно сообщения ГУЗ «Барышская РБ», у потерпевшего М*С. имеется проникающее ножевое ранение грудной клетки слева (т. 1 л.д. 9).

Из протоколов осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 11-16, л.д. 91-102) следует, что была осмотрена <адрес>. При осмотре зала данной квартиры установлено, что напротив дивана расположен табурет, на котором имеются остатки пищи, рюмки, пустые бутылки из-под пива. На полу в месте расположения дивана и табурета обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь.

Из протокола осмотра места происшествия, следует, что в ходе следствия была осмотрена квартира по адресу: <адрес>., в которой проживает свидетель К*С.В.. В ходе осмотра данной квартиры на шифоньере в прихожей комнате был обнаружен нож, на лезвии которого имелись пятна бурого цвета, похожие на кровь. Данный нож был изъят и осмотрен. Присутствующая при осмотре К*С.В. показала, что данный нож 29.03.2018 в ее квартире оставил подсудимый ФИО3 (т.1 л.д.17-20, л.д. 156-159).

Из протокола выемки следует, что у потерпевшего М*С. в ходе следствия была изъята одежда. Изъятая одежда была осмотрена, в ходе осмотра на футболке, трусах, спортивных штанах была обнаружена кровь, принадлежащая М*С..

Согласно заключения эксперта судебно-медицинской медико-криминалистической экспертизы №135 при исследовании куртки и футболки потерпевшего М*С., на куртке обнаружены два сквозных повреждения и два несквозных повреждения, на футболке обнаружены три сквозных повреждения, расположенные по одной линии. Повреждения, условно пронумерованное № 1, на куртке, три повреждения на футболке проекционное послойно совпадают между собой, совпадают с областью расположения повреждений на теле потерпевшего, имеют единый механизм их образования, являются колото-резанными и причинены колюще-режущим предметом типа плоского клинка ножа с максимальной шириной клинка около 24 мм. При причинении повреждений на ткани футболки вероятнее всего, была заложена складка сложной формы, и клинок ножа прошел через слои складки.

Повреждения, условно пронумерованные №2, на куртке является колото-резанным и причинено колюще-режущим предметом типа плоского клинка с максимальной шириной клинка не менее 4,6 мм, около 8 мм. В проекции данного повреждения на куртке на теле потерпевшего каких-либо повреждений не имелось, что можно объяснить тем, что клинок ножа был погружён на небольшую длину, прошел через слои левой полы куртки и не достиг тела потерпевшего.

Возможность причинения колото-резанного повреждения на груди слева у потерпевшего М*С., повреждений №1,2 на его куртке, повреждений на футболке клинком ножа, представленного на экспертизу, не исключается на общем групповом уровне (т. 1 л.д. 146-153, л.д. 240-257, т. 1 л.д. 66-72, т. 2 л.д. 80-87, л.д. 100-108).

Из заключения эксперта судебно-дактилоскопической экспертизы № 02Э/101 от 06.04.2018 следует, что след пальца руки, обнаруженный на поверхности бутылки из-под пива, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 29.03.2018, оставлен ногтевой фалангой среднего пальца правой руки ФИО1 (т. 2 л.д.42-44).

Из заключения эксперта №325 судебно-медицинской экспертизы, следует, что в пятнах на вырезе покрывала, трех марлевых тампонах, смывах, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, обнаружена кровь человека, происхождение которой от потерпевшего М*С. не исключается. От ФИО1 кровь в этих пятнах произойти не могла. Присутствие его крови возможно лишь в качестве примеси (т.2 л.д. 50-55).

Из заключения эксперта № ЭЗ/228 судебно-биологической экспертизы следует, что на клинке ножа обнаружена кровь потерпевшего М*С. (т. 2 л.д.57-63).

Из заключения эксперта судебно - медицинской экспертизы № 093 следует, что у потерпевшего М*С. имелись следующие телесные повреждения: колото-резанное слепое проникающее тороко-абдоминальное ранение слева с повреждением по ходу раневого канала мягких тканей передней поверхности груди слева в 5 межреберном промежутке в 3 см внутри от срединно-ключичной линии, пристеночной плевры слева, перикарда, диафрагмы, пристеночной брюшины, левой доли печени, осложнившееся левосторонним гемотораксом, гемоперикардом, гемопенитонеумом. Колото-резаное ранение причинено предметом обладавшим в момент причинения колюще-режущими свойствами (типа клинка ножа), не менее чем от одного травмирующего воздействия. Направление действия травмирующей силы было спереди назад, сверху вниз, слева на право по отношению к потерпевшему. Образование данного ранения не исключается 29.03.2018, в период времени с 18 до 19 часов. По степени тяжести данные телесные повреждения квалифицируется, как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни (т. 2 л.д. 73-78).

Из заключения эксперта судебно-медицинской экспертизы №101 следует, что учитывая механизм образования, давность причинения повреждений, обнаруженных у потерпевшего М*С., не исключается возможность их образования при обстоятельствах, указанных последним в протоколе его дополнительного допроса от 23.04.2018 и в протоколе следственного эксперимента от 24.04.2018, а также при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1 в протоколе его допроса и при проверке его показаний на месте от 31.03.2018 (т.2 л.д. 91-98).

У суда отсутствуют основания сомневаться в сформулированных в заключениях выводах экспертов, которые являются объективными и научно обоснованными, имеют достаточную ясность, являются мотивированными и полными. Заключения даны экспертами, имеющими соответствующее образование, стаж работы и специальные познания и соответствуют требованиям статьи 204 УПК РФ, в связи с чем, суд принимает их во внимание в качестве доказательств, которые в совокупности со всеми исследованными доказательствами подтверждают виновность ФИО1 в совершенном преступлении.

Таким образом, оценив приведенные доказательства виновности подсудимого, суд признает их относимыми и допустимыми. Они имеют отношение к предмету доказывания и получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, согласуются друг с другом, находят объективное подтверждение в выводах экспертов, в результатах осмотров и их совокупность является достаточной для вывода, что событие преступления имело место так, как изложено в описательной части приговора и что подсудимый ФИО1 виновен в этом преступлении.

Что касается показаний свидетеля К*Т.М., данных ею в судебном заседании о том, что 29.03.2018, когда подсудимый ФИО1 находился у них в квартире, то никаких разговоров о том, что он в ходе ссоры нанес кому-то ножевые ранения, не было и что никакого ножа она у ФИО3 не видела, нож он в их квартире не оставлял и в последующем данный нож из их квартиры не изымался, то суд относится к ним критически и признает их недостоверными, расценивая, что свидетель специально изменила свои показания, желая таким образом помочь подсудимому ФИО1 избежать должной ответственности за содеянное.

Выше в приговоре судом приводились ее показания, которые она давала в ходе предварительного следствия. При допросе следователя она показывала, что она 29.03.2018 весь день находилась в квартире у дочери, сидела с внучкой, и что в ее присутствии ФИО3 рассказал, что он поссорился со своим знакомым по имени Семен, которого он ударил ножом. При этом, она видела как тот достал из кармана своей куртки нож с черной ручкой, пояснив, что именно этим ножом он нанес ножевое ранение Семену и положил его на шифоньер в прихожей комнате (т. 1 л.д. 66-69).

Свидетель К*С.В., дочь К*Т.М., подтвердила в судебном заседании, что действительно ее мать - К*Т.М. находилась в ее квартире, когда подсудимый рассказывал о нанесении М*С. ударов ножом и показывал данный нож.

Показания свидетеля К*Т.М., данные ею в ходе предварительного следствия, объективно подтверждаются и другими доказательствами по делу, они соответствуют установленным обстоятельствам дела, получены органами следствия в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, в связи с чем, именно эти показания суд находит правдивыми и относит их к числу достоверных доказательств виновности подсудимого.

Что же касается доводов подсудимого ФИО1 в части того, что удар ножом он нанес потерпевшему М*С. в область грудной клетки случайно и что умысел его не был направлен на лишение жизни последнего, то суд также находит их несостоятельными, полагая, что такие показания подсудимый дал с целью облегчить свое положение и избежать должной ответственности за содеянное.

Суд считает установленным, что причиной нанесения подсудимым удара ножом М*С. явились личные неприязненные отношения, возникшие на почве предшествовавшей тому ссоры.

Суд также считает установленным, что умысел подсудимого был направлен на лишение жизни потерпевшего.

Об этом свидетельствует следующее:

Потерпевший М*С., как в ходе предварительного, так и судебного следствия показывал, что во время ссоры подсудимый стал агрессивным, и, схватив со стола, за которым они сидели, нож, со словами, что сейчас его убьет, замахнулся этим ножом сверху вниз и нанес им один удар в левую часть грудной клетки, после чего, считая, что Катафеев может ему нанести еще удары ножом, выбежал из квартиры.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего М*С., у суда не имеется. Они логичны, согласуются с другими доказательствами по делу, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что потерпевший оговаривает подсудимого, не имеется, а поэтому показания потерпевшего суд находит достоверными и относит к числу доказательств виновности подсудимого ФИО1

Характер действий ФИО1, интенсивность нападения и локализация нанесения удара, использование подсудимым в качестве орудия преступления ножа, то есть, предмета, обладающего достаточной поражающей способностью, характеристики и конструктивные особенности которого позволяют применить его для поражения живой цели, включая причинение повреждений, безусловно предполагающих наступление смерти, безусловно, свидетельствуют о наличии у подсудимого прямого умысла на лишение жизни потерпевшего.

Об этом свидетельствует и его прямо высказанное в адрес потерпевшего намерение убить последнего. Однако умысел его не был реализован, то есть он не достиг своей цели из-за обстоятельств, от него независящих, поскольку потерпевший выбежал из квартиры, где ему был подсудимым нанесен удар ножом, и потерпевшему была оказана своевременная квалифицированная медицинская помощь.

При этом для правовой квалификации не имеет значение то, что ФИО1, пока потерпевший находился в квартире, больше не наносил ударов, хотя имел такую возможность, и никто не препятствовал ему причинить дополнительные телесные повреждения, чтобы ускорить время наступление смерти потерпевшего. Судом установлено, что ФИО1 ограничился одним ударом, полагая, что совершенных им действий достаточно для наступления смерти, учитывая нанесение ранения ножом, то есть предметом, обладающим большой поражающей способностью, нанесение удара со значительной силой в область расположения жизненно-важных органов, повреждение жизненно-важных кровеносных сосудов и вен, размеры раны и её глубину.

В связи с изложенным выше, суд, вопреки доводам защиты и подсудимого ФИО1 не находит оснований для квалификации действий последнего по ч. 1 ст. 118 УК РФ.

Не установлено судом и оснований для квалификации действий подсудимого, как совершенных в состоянии сильного душевного волнения.

Оскорбление подсудимого в ходе ссоры потерпевшим М*С., суд считает, не могли вызвать у ФИО1 состояние сильного душевного волнения.

Состояние эмоционального возбуждения на фоне простого алкогольного опьянения в ответ на указанные выше действия потерпевшего, суд считает, снизило лишь контроль со стороны подсудимого за своими действиями, но не оказало существенного влияния на его сознание и деятельность в сложившейся ситуации.

Об этом свидетельствует отсутствие у него выраженных изменений сознания, нарушений критичности, в дальнейшем он достаточно подробно воспроизводил все имевшее место события, свои действия и действия потерпевшего.

Кроме того, последующее поведение подсудимого ФИО1, который после нанесения М*С. ножом телесных повреждений, пришел к своей знакомой К*С.В., рассказал ей о ссоре с потерпевшим, оставил в ее квартире нож со следами пятен бурого цвета, также не свидетельствует о его пребывании в состоянии аффекта.

Также не находит суд оснований для вывода о том, что вышеизложенные действия подсудимого в отношении потерпевшего являлись совершенными в состоянии необходимой обороны или с превышением ее пределов, поскольку, как следует из показаний самого подсудимого, показаний потерпевшего, применение ножа и нанесение им удара последнему, явно не вызывалось реальной обстановкой.

Таким образом, судом достоверно установлено, что действия подсудимого ФИО1 по отношению к потерпевшему, являлись умышленными и умысел его был направлен на лишение жизни последнего.

Однако довести свой умысел, направленный на лишение жизни потерпевшего, подсудимый не смог по независящим от его воли обстоятельствам, поскольку потерпевший после нанесенного удара ножом из квартиры убежал, в связи с чем, суд действия подсудимого ФИО1 квалифицирует по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ - как покушение на убийство, то есть покушение на умышленное причинение смерти другому человеку.

Из заключения судебно - психиатрического эксперта от 16.05.2018 № 1396 следует, что подсудимый ФИО1 <данные изъяты> Степень имеющихся нарушений не столь значительна, не сопровождается грубым дефектом памяти и критических функций и не лишает его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В момент совершения преступления он болезненных расстройств психики, в том числе временного характера, не обнаруживал и также мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера он не нуждается (т.2 л.д. 88-90).

Данных, которые ставили бы под сомнение компетенцию комиссии экспертов, а также обоснованность сделанных выводов, не имеется.

Исходя из заключения указанной экспертизы, адекватного поведения ФИО1 в судебном заседании, высказывания мнения по возникающим вопросам, понимания сути происходящего, активной позиции защиты, суд признаёт его вменяемым, а, следовательно, подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

Оснований для освобождения подсудимого ФИО1 от уголовной ответственности или наказания не имеется.

Решая вопрос о наказании подсудимого ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, все обстоятельства дела, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, данные о его семейном и имущественном положении, а также поведении в быту.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, суд учитывает следующее: частичное признание вины по делу, раскаяние в содеянном, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причинённого потерпевшему, выразившиеся в принесении последнему извинений, мнение потерпевшего, не настаивавшего на строгом наказании, состояние здоровья подсудимого, его молодой возраст, то, что он имеет малолетнего ребенка.

Подсудимый ФИО1 в своих показаниях, данным им в ходе предварительного следствия, показывал, что во время распития спиртного потерпевший М*С. оскорбительно выразился в его адрес. Данный факт не отрицал и сам потерпевший. Поэтому суд признает, что действия потерпевшего М*С., выразившиеся в оскорблении подсудимого, были противоправными, аморальными, в связи с чем, поведение потерпевшего, суд также расценивает как обстоятельство, смягчающее наказание подсудимого.

Как личность, по материалам уголовного дела ФИО1 характеризуется следующим образом: ранее он неоднократно привлекался к уголовной ответственности, на учете у врача-нарколога и психиатра не состоит. На территории МО «Барышский район» проживает без регистрации, замечен в употреблении спиртных напитков, привлекался к административной ответственности, имеет неоднократные приводы в МО МВД России «Барышский», с 23.01.2018 года состоит на профилактическом учете в МО МВД России «Барышский», как лицо, в отношении которого установлен административный надзор. Условия административного надзора не соблюдал. Круг общения ФИО1 составляют лица, также отрицательно характеризующиеся в обществе. На проходимую с ним индивидуальную профилактическую работу должным образом не реагирует, правильных выводов для себя не делает, продолжает вести асоциальный образ жизни (т.2, л.д.149, 153, 156).

Принимая во внимание данные о личности подсудимого, который характеризуется как лицо, склонное к злоупотреблению спиртными напитками, учитывая, что данное преступление он совершил также, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в качестве обстоятельства, отягчающего его наказание, суд признает совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно нахождение подсудимого ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения повлияло на противоправность его действий и обусловило их совершение, помешало адекватно оценить сложившуюся ситуацию, предусмотреть возможные негативные последствия своих действий и остановить эти действия.

Таким образом, учитывая данные о личности виновного, принимая во внимание общественную опасность содеянного и конкретные обстоятельства совершенного преступления, которое относится к категории особо тяжких, степень его социальной опасности, суд приходит к выводу, что наказание подсудимому ФИО1 должно быть назначено в виде лишения свободы и его исправление возможно исключительно в условиях изоляции от общества.

Принимая решение о назначении подсудимому ФИО6 наказания за совершенное им преступление в виде лишения свободы, суд исходит из положений ст.43 УК РФ и считает, что иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

По указанным выше обстоятельствам суд не находит оснований для применения в отношении подсудимого ФИО6 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, либо для назначения наказания с применением требований ст. 64 УК РФ, ст. 73 УК РФ.

Оснований для назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы, суд не находит.

При назначении подсудимому ФИО6 наказания по ч. 3ст. 30, ч.1ст.105 УК РФ, суд учитывает требования ч. 3 ст. 66 УК РФ.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы должно отбываться подсудимым ФИО1 в исправительной колонии строгого режима.

Из материалов дела видно, что подсудимый ФИО1, согласно приговора Барышского городского суда Ульяновской области от 03.05.2018, был признан виновным и осуждён по ч. 4 ст. 111 УК РФ к девяти годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на один год.

В соответствии со ст. 53 УК РФ на него были возложены определенные ограничения и обязанности.

Инкриминируемое по настоящему уголовному делу деяние ФИО1 совершил до вынесения указанного выше приговора, в связи с чем, окончательное наказание ему должно быть назначено по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, то есть по совокупности преступлений.

Поскольку по настоящему уголовному делу мера пресечения подсудимому ФИО1 избиралась в виде заключения под стражу на срок два месяца - с 31 марта 2018 по 30 мая 2018, а при провозглашении приговора 03 мая 2018 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, ему мера пресечения по тому делу в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была изменена на заключение под стражу и постановлено срок отбывания наказания исчислять с 03.05.2018, то при назначении наказания, в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 69 УК РФ, срок отбытия наказания подлежит исчислению подсудимому с 31 марта 2018 года.

При решении вопроса о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

Принимая во внимание материальную несостоятельность подсудимого ФИО1, от возмещения процессуальных издержек в размере 6050 рублей, связанных с оплатой вознаграждения за счет средств федерального бюджета адвокату Мустафину Н.Ш., осуществляющему его защиту в ходе предварительного следствия, он подлежит освобождению (т.2 л.д. 166-167).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-300; 303-304; 307- 309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст. 105 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы, сроком на 6 (Шесть) лет 6 (Шесть) месяцев.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору Барышского городского суда Ульяновской области от 03.05.2018, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 13 (Тринадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы, сроком на один год и установлением, на основании ст. 53 УК РФ, следующих ограничений и обязанностей: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 часов до 06 часов следующих суток, кроме случаев, связанных с работой, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённый будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного, государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и являться в специализированный государственный орган, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Срок отбытия наказания исчислять ФИО1 с 31 марта 2018 года, учитывая при этом положения п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, и до вступления приговора в законную силу содержать его в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Ульяновской области.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: куртку, футболку, трусы, штаны потерпевшего М*С., изъятые в ходе выемки 03.04.2018 г. в ГУЗ «Барышская РБ»- возвратить М*С.,

Две бутылки, изъятые в ходе осмотра места пришествия по адресу: <адрес>, нож, изъятый в ходе ОМП по адресу: <адрес>, вырезы с покрывала со следами бурого цвета, смывы на трех марлевых тампонах, изъятые 31.03.2018 г. в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Барышский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, а осуждённым ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённым, апелляционного представления или апелляционной жалобы другими участниками процесса, если они затрагивают его интересы, осуждённый вправе в течение 10 суток со дня вручения копии приговора или копий указанных документов ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем осуждённый должен указать в своей апелляционной жалобе либо в отдельном заявлении, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий: Н.А. Кузьмичева