Решение № 2-1125/2018 2-1125/2018~М-831/2018 М-831/2018 от 6 ноября 2018 г. по делу № 2-1125/2018

Дело № 2-1125/2018г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2018 года г.Липецк

Липецкий районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Панченко Т.В.

при секретаре Шарковой М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ИП ФИО2 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, процентов за задержку выплаты, компенсации морального вреда, понуждении произвести перечисления в фонды,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд к ИП ФИО2 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, понуждении произвести перечисления в фонды, мотивируя тем, что он был допущен ИП ФИО2 04.04.2011г. до выполнения должностных обязанностей в должности энергетика, в его обязанности входило обслуживание, монтаж электрооборудования. Первоначально цех ответчицы находился на территории ООО «Липецкий пищевой комбинат» (территория убойного цеха). Для возможного выполнения им обязанностей и прохода на территорию комбината ИП ФИО2 ему был выдан постоянный пропуск № 34. Заработная плата начислялась ему из расчета оклада в 18 000 руб. 18.10.2017г. цех ИП ФИО2 переехал с оборудованием по адресу: с. Ярлуково, здание бывшего консервного завода. В периоды с октября 2017г. по ноябрь 2017г. по указанному адресу им осуществлялся монтаж перевезенного оборудования. Фактически трудовые отношения им выполнялись с соблюдением режима рабочего времени – 8 часовой рабочий день. На неоднократные его просьбы оформить с ним трудовой договор в письменной форме ему было отказано, мотивируя тем, что никакого обмана по оплате не будет и трудовой договор не нужен. В нарушение ст. 136 ТК РФ заработная плата за сентябрь, октябрь и 6 дней в ноябре 2017г. ему не выплачена. Трудовые отношения с ним расторгнуты по собственному желанию 10.11.2017г., заявление о расторжении трудовых отношений принять от него ответчица отказалась. В связи с чем, просит признать его отношения с ИП ФИО2 трудовыми, обязать ИП ФИО2 выплатить ему задолженность по заработной плате в сумме 41 142 руб. 72 коп., произвести перечисления в фонды, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

Впоследствии истец ФИО1 уточнил свои исковые требования и просил дополнительно взыскать с ИП ФИО2 проценты за задержку выплаты заработной платы за период с 11.11.2017г. по 17.09.2018г. в сумме 6 933 руб. 50 коп., данные проценты просил взыскать по день вынесения решения суда.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3 исковые требования поддержали, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении.

При этом истец ФИО1 объяснил, что он работал на пищевом комбинате, потом директор пищевого комбината предложил ему поработать у ИП ФИО2, она с 2011г. стала арендовать помещение на комбинате. Он пришел к ФИО2 и разговаривал с ее мужем В. и с Р. - мужем бухгалтера ФИО19 Они поговорили и сказали ему, что будут платить ему 15 000 руб. Ему платили, но с задержками, потом стали платить 18 000 руб. с 2013г., деньги он получал до сентября 2017г. Заработную плату ему выдавала на руки бухгалтер ФИО19 Также он разговаривал и с ответчицей и она ему сказала, что будет платить 15 000 руб. Он начал работать у нее с апреля 2011г. Договор никакой он не подписывал, трудовую книжку не отдавал. Потом он приболел и устал и сказал им, чтобы они взяли еще одного сотрудника или стали ему платить 20 000 руб., но они отказались. В ноябре 2017г. он заболел, но больничный лист не брал, работодателю о своей болезни он не сказал. Потом он пришел с больничного, а они уже взяли нового работника. В октябре 2017г. он для ИП ФИО2 демонтировал оборудование, потом монтировал его в с. Ярлуково, куда она переехала. Он работал на Липецком пищевом комбинате по трудовому договору, в 2014г. ушел на пенсию, с 2011г. по 2014г. он работал и на комбинате и у ИП ФИО2, а с 2014г. – только у ИП ФИО2 Его рабочее место у ИП ФИО2 было в убойном цехе и колбасном цехе на территории Липецкого пищевого комбината, там была щитовая, у него были ключи от нее. Ему говорили, что будут платить по 15 000 руб. за то, чтобы он работал с электричеством и чтобы работало оборудование. Сотрудники комбината имели доступ к электрическим сетям в помещении, которое арендовала ответчица, они приходили и проверяли, показания счетчиков снимали. При приеме на работу к ИП ФИО2 и при увольнении он заявлений не писал, трудовую книжку тоже не отдавал.

Ответчица ИП ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, ее представитель ФИО4 в судебном заседании против требований истца возражала, ссылаясь на то, что ФИО1 пропустил срок обращения в суд с требованием о признании отношений трудовыми, т.к. из его заявления следует, что он был допущен к исполнению его обязанностей 04.04.2011г., а 10.11.2017г. отношения с ним были расторгнуты по собственному желанию. ФИО1 никогда не работал у ИП ФИО2 ни по трудовому договору, ни по иным гражданско-правовым договорам. ИП ФИО2 арендовала у ООО «Липецкий пищевой комбинат» цех для обработки кишечного сырья и оборудования. Данный цех находился на территории ООО «Липецкий пищевой комбинат» наряду с другими нежилыми помещениями, которыми пользовались общество и другие арендаторы. ИП ФИО2 никогда не обращалась с заявлением к данному обществу о выдаче пропуска на имя ФИО1, т.к. он никакого отношения к ее деятельности не имел. Для обслуживания оборудования между ИП ФИО2 и ИП ФИО5 01.02.2015г. был заключен договор на ремонт и обслуживание торгового холодильного оборудования. ФИО1 не имеет отношения к деятельности ИП ФИО2

Представитель третьего лица – Государственной инспекции труда в Липецкой области, прокурор Липецкого района Липецкой области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав истца, его представителя, представителя ответчицы, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

В ст. 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 61 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Ч. 1 ст. 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее – Постановление) в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (п. 18 Постановления).

Согласно ст. 60.1 ТК РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

Особенности регулирования труда лиц, работающих по совместительству, определяются главой 44 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 282 ТК РФ совместительство - выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время.

Работа по совместительству может выполняться работником как по месту его основной работы, так и у других работодателей.

В трудовом договоре обязательно указание на то, что работа является совместительством.

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца в день, установленный правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором, трудовым договором.

Согласно ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Согласно выписки из ЕГРИП ФИО2 является индивидуальным предпринимателем с 2004г., основным видом ее деятельности является торговля розничная в нестационарных торговых объектах и на рынках, дополнительный вид деятельности – торговля розничная мясом и мясом птицы, включая субпродукты в специализированных магазинах.

Судом установлено, что согласно договора от 14.01.2015г. ИП ФИО2 арендовала у ООО «Липецкий пищевой комбинат» (далее – ООО «ЛПК») недвижимое имущество – цех для переработки кишечного сырья и оборудование в нем, расположенные по адресу: <адрес>, для мясоперерабатывающей деятельности. Срок действия данного договора с 14.01.2017г. по 30.11.2017г.

Согласно условий договора арендодатель имеет право в любое время беспрепятственно получать доступ к помещению и производить его осмотр на предмет соблюдения условий его использования.

Из материалов дела также следует, что ИП ФИО2 арендовала помещения у ООО «ЛПК» и ранее с 2011г.

Из сообщения ООО «ЛПК» от 04.10.2018г. следует, что ИП ФИО2 арендовала помещения на комбинате с 2011г. по 2017г., в целях обеспечения санкционированного прохода сотрудников и посетителей ввоз (вывоз) продукции и материальных ценностей на предприятии создан контрольно-пропускной режим. Для того, чтобы попасть в арендованное помещение арендатору необходимо проследовать через пункт охраны (КПП) ООО «ЛПК» и через его территорию. В связи с этим, ИП ФИО2 подавала списки (заявки) на изготовление пропусков установленного образца для личного транспорта, транспорта контрагентов и физических лиц в целях проезда (прохода) через территорию ООО «ЛПК» к арендованному помещению.

15.09.2017г. ИП ФИО2 уведомила ООО «Новоказинский перерабатывающий комбинат» (ООО «Липецкий пищевой комбинат») о прекращении деятельности на территории данного предприятия с 15.10.2017г., данное уведомление было зарегистрировано обществом 12.10.2017г.

Согласно представленного акта ИП ФИО2 передала ООО «ЛПК» арендованное помещение с имеющимся в нем оборудованием.

Из объяснений истца ФИО1 следует, что он с 04.04.2011г. по 10.11.2017г. состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО2 и являлся ее работником, был фактически допущен к выполнению трудовых функций.

Вместе с тем, в материалы дела не представлено суду относимых и допустимых доказательств, бесспорно подтверждающих, что ФИО1 с 04.04.2011г. был фактически допущен ИП ФИО2 к работе в качестве энергетика и по 10.11.2017г. являлся ее работником.

Так, истец ФИО1 представил суду постоянный пропуск № 34, выданный ему инспектором отдела кадров ООО «ЛПК», в котором указан цех ИП ФИО2, а его должность – энергетик.

Однако, в данном пропуске отсутствует дата его выдачи, период действия данного пропуска.

Согласно сообщению ООО «ЛПК» на территории общества осуществлялась деятельность ИП ФИО2, для входа на территорию ООО «ЛПК» выдавался пропуск ФИО1 в период с апреля 2011г. по октябрь 2017г. на основании заявки ИП ФИО2

Согласно представленного пропуска ООО «ЛПК» разрешен въезд и выезд автомобиля Рено Флюенс, г/н №, на территорию с 01.05.2017г. по 31.12.2017г.

Указанный в пропуске автомобиль принадлежит ФИО1

Однако, в данном пропуске не было указано, что он выдан для работника ИП ФИО2

Списки (заявки), подаваемые ИП ФИО2 на изготовление пропусков, у ООО «ЛПК» не сохранились, что подтверждается сообщением ООО «ЛПК» от 31.10.2018г.

Согласно трудовой книжки ФИО1 он с 01.06.2009г. работал электромонтером по ремонту и обслуживанию оборудования на ООО «Липецкий пищевой комбинат», 16.11.2015г. был уволен по собственному желанию, 18.04.2016г. вновь был принят в ООО «Липецкий пищевой комбинат» на должность ст. электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования, 13.05.2016г. был уволен по его инициативе, с 22.01.2018г. работает в ООО «Липецкптица» электромонтером.

Согласно представленного суду договора № 11 от 01.02.2015г. между ИП ФИО2 и ИП ФИО5 последний выполнял для ИП ФИО2 работы по техническому обслуживанию и ремонту холодильного оборудования промышленного изготовления.

Согласно ответа ОАО «Агропромышленное объединение «Дружба» от 06.11.2018г. (<адрес>) с ИП ФИО2 в 2017г., 6 мес. 2018г. договоров аренды помещений не заключалось.

Из материалов дела также следует, что ФИО1 обращался в прокуратуру с заявлением о нарушении его прав ИП ФИО2

В данном заявлении он указал, что ему не была выплачена заработная плата за сентябрь и октябрь 2017г., у ИП ФИО2 он работал с апреля 2011г. по октябрь 2017г. На предприятии нет проекта на электроснабжение, работы ведутся с нарушением правил, нет контура заземления, его заработная плата составила 18 000 руб.

Данное заявление было направлено для рассмотрения в Государственную инспекцию труда в Липецкой области. Инспекция труда предложила истцу представить информацию об адресе регистрации и фактического нахождения ИП, который указан не был.

ФИО1 при явке в инспекцию 20.06.2018г. не предоставил запрашиваемую информацию, а написал заявление об отказе от ранее поданного обращения в связи с чем, что вопрос рассматривается в судебном порядке. Первичное заявление инспекцией не рассматривалось, контрольно-надзорные мероприятия в отношении ИП ФИО2 не проводились.

Свидетель ФИО6 суду показал, что он работает старшим мастером на Липецком пищевом комбинате, устроился на данную работу 13.01.2017г., в его обязанности входило снимать показания счетчиков в убойном цехе. ИП ФИО2 арендовала на комбинате убойный и колбасные цеха. Когда нужно было снимать показания счетчиков, они брали ключи у ФИО1 и вместе с ним записывали показания счетчиков, он записывал у себя, а ФИО1 - у себя. Больше он с ним никаких работ не проводил, т.к. потом ИП ФИО2 съехала с комбината. Нужных ему (свидетелю) не говорила, что у нее работает ФИО1, ему (свидетелю) было известно, что ФИО1 работает электриком от старшего мастера, но где он работает, он (свидетель) не знал.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании показал, что он с 2009г. работает теплоэнергетиком на Липецком пищевом комбинате, ему известно, что ФИО1 работал на комбинате в 2011-2012гг., потом он перешел к ИП ФИО2 электриком, он у нее постоянно в убойном цеху работал, снимал показания счетчиков, комбинату он тоже помогал, когда была поломка, его вызывали на комбинат. ФИО5 производил обслуживание холодильного оборудования. Он не видел, чтобы кто-то еще, кроме ФИО1, производил электрические работы для ИП ФИО2. Сейчас у ИП ФИО2 арендованного помещения на комбинате нет, с сентября по ноябрь 2017г. было демонтировано оборудование, потом его отвезли в <адрес>. На комбинате были пропуски у рабочих комбината, а у арендаторов были пропуска только у водителей. Нужных ему (свидетелю) не говорила, что ФИО1 работает у нее, но он знал, что работал, он его видел в цехах, которые арендовала ИП ФИО2. Как часто он был в данных цехах, он сказать не может, но ФИО1 он постоянно видел на территории комбината, в обед он к ним заходил.

Свидетель ФИО8 суду показал, что он работал на Липецком пищевом комбинате с 2010г. начальником ремонтно-строительного участка, когда пришел на работу, ФИО1 уже работал на комбинате. ФИО1 работал и на комбинате и у ИП ФИО2, все знали, что он там работал и его видели в убойном цехе, он снимал показания счетчиков, т.к. ИП ФИО2 там арендовала помещения. Он его видел в цехах ИП ФИО2 в рабочей одежде, потом ФИО1 ушел с работы на комбинате, но он его видел на территории комбината. У ФИО1 было рабочее помещение – дежурная мастерская на комбинате. ИП ФИО2 не ставила его (свидетеля) в известность, что ФИО1 работает у нее, но он (свидетель) видел его в цехах, но видел не каждый день.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показал, что он работал у ИП ФИО2 в 2011-2018гг., запись об этом в трудовой книжке имеется, ФИО1 он видел на Липецком пищевом комбинате в цехах, которые арендовала ИП ФИО2, ФИО1 работал у ИП ФИО2 по октябрь-ноябрь 2017г., также он подключал оборудование в <адрес> на старом консервном заводе, но чьи там были помещения, он не знает. Он (свидетель) работал два дня, а два дня отдыхал. Он понял, что ФИО1 работник ИП ФИО2, т.к. он ходил вместе с Романом – мужем ФИО10, также он был и один, делал работы по электричеству. Его (свидетеля) рабочее место было в цеху, а у ФИО1 – комната за бойней, где он оставлял свои вещи. Какой режим работы был у ФИО1, он не знает, работал ли он где-то еще, тоже не знает. Сама ИП Нужных ему не говорила, что ФИО1 ее работник, но он видел его в цехах ИП ФИО2 каждый день, она платила ему зарплату. Кто выдавал зарплату ФИО1 он не видел, но ему (свидетелю) выдавала ИП ФИО2 и ФИО10

Таким образом, показания свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 не подтверждают факт допуска ИП ФИО2 ФИО1 к работе с 04.04.2011г. и осуществления им именно трудовых функций для нее по ноябрь 2017г.

Так, свидетель ФИО6 начал работать в ООО «ЛПК» только с 13.01.2017г. и об обстоятельствах допуска ФИО1 к работе с 04.04.2011г. ничего знать не мог, он показал, что не знал, где истец работал.

Свидетель ФИО7 показывал, что ФИО1 работал в ООО «ЛПК» в 2011-2012гг., а потом перешел к ИП ФИО2 Однако, согласно трудовой книжки ФИО1 он работал в ООО «ЛПК» до ноября 2015г. (первое увольнение), т.е. свидетель точно не знал, чьим работником является истец.

Из показаний указанных свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9 следует, что ИП ФИО2 не представляла и не сообщала им, что ФИО1 является ее работником, они так решили, потому что истец находился на территории цеха, который арендовала ИП ФИО2, как выдавалась истцу заработная плата не видели.

Само по себе снятие показаний со счетчиков в арендованном ИП ФИО2 помещении не подтверждает заключение между сторонами трудового договора, учитывая, что ФИО1 являлся работником ООО «ЛПК» до ноября 2015г. и имел доступ к помещениям комбината.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании показала, что она работает у ИП ФИО2 менеджером, работает у нее с 2004г., трудовой договор с ней заключен, бухгалтером она не работала. ФИО1 она видела на территории Липецкого пищевого комбината, т.к. раньше ИП ФИО2 арендовала там цеха. ФИО1 у ИП ФИО2 не работал и ничего для нее не делал. ИП ФИО2 арендовала убойный цех на Липецком пищевом комбинате с 2011г. до октября 2017г., в августе 2017г. они стали собирать свои вещи, распродавать товар. У ИП ФИО2 было свое оборудование, его после того, как уехали с Липецкого пищевого комбината, отдали друзьям частично, частично нашли место для его хранения, сейчас ИП ФИО2 не осуществляет деятельность в области переработки мяса. Арендованный цех на ключ не закрывался, работа велась всегда и двери были открыты, так что туда любой мог заходить. Потребление электричества списывалось с показаний счетчика, потом выставлялся счет, ходили разные люди, этим занимались работники Липецкого пищевого комбината. Заработную плату выдавала сама ФИО2. Монтирование оборудования для ИП ФИО2 осуществляли те, кто его продавал. Свидетеля ФИО8 и ФИО7 она тоже видела на комбинате.

Свидетель ФИО11 суду показала, что она работает у ИП ФИО2 менеджером, в 2011г. ФИО2 стала арендовать убойный цех на Липецком пищевом комбинате, у нее было свое оборудование, его устанавливали, а потом перевезли в частный гараж, оборудование обслуживали мужья ИП ФИО2 и ФИО10, а холодильники – ИП ФИО5, с октября 2017г. оборудование не используется. ФИО1 она не видела, он не работал у ИП ФИО2, с электрических счетчиков снимали показания работники комбината, они приносили акты, но у ИП ФИО2 не работали, со стороны ИП ФИО2 никто показания счетчиков не снимал. Днем арендованный ИП ФИО2 цех был открыт и работники комбината могли туда пройти, т.к. была единая территория. После комбината ИП ФИО2 не использовала оборудование, т.к. перешла на закупки. ИП ФИО2 оформляла трудовые отношения заключением трудовых договоров, заработную плату она всегда выдавала сама.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показал, что он знаком с супругом ФИО2 Вячеславом, он попросил его перевезти имущество с предприятия в с. Казинка, где у ФИО2 было предприятие. Он помог ему осенью 2017г. перевезти имущество с данного предприятия в г. Липецк, оно уже было отключено и готово к погрузке, имущество перевезли в подсобное помещение и металлический контейнер, которые находились за кафе «Оливье». Имущество перевозил он, водитель, В. и Р. – супруг ФИО10, ФИО1 им не помогал, он его видел на территории Липецкого пищевого комбината, тот на машине там ездил и ходил пешком. Он (свидетель) периодически помогал ФИО2, был на комбинате.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показала, что она работала исполнительным директором на ООО «ЛПК» в 2014-2017гг., где также электриком работал и ФИО1, в 2014г. его уволили, но потом он был принят на работу снова, он занимался обслуживанием оборудования на комбинате. Рабочий день у него был с 08 часов по 17 часов, суббота и воскресенье – выходной. На комбинате ИП ФИО2 арендовала помещения – убойный цех. Работники комбината списывали показания счетчиков в арендованных помещениях, это делал главный инженер, как правило присутствовала ИП ФИО2 или ее представитель. Главный инженер мог поручать списывать показания и электрикам, но отвечал за это он. На комбинате был пропускной режим, те, кто арендовал помещения, давали списки работников и автомобилей, данные списки утверждал директор комбината. Данные списки обсуждались на собрании, решали, кому разрешить, а кому – нет. На пропуске указывалась фамилия, имя и отчество работника, его автомобиль. От ИП ФИО2 были заявки, но ФИО1 был работником комбината.

Свидетель ФИО14 в суде показал, что он является гражданским мужем ФИО2, в браке они не состоят, он помогал ей в делах, ФИО1 работником ИП ФИО2 не являлся, ИП ФИО2 арендовала цех на Липецком пищевой комбинате, ФИО1 работал на комбинате и он приходил списывать показания счетчиков в арендованном помещении, у него был доступ во все помещения комбината. Для ИП ФИО2 ФИО1 работы не делал, раньше он может что-то и делал в убойном цеху для комбината. Он мог прийти и поговорить с кем-то в цехе. Арендовать помещения ИП ФИО2 на комбинате перестала осенью 2017г., оборудование в цехе было демонтировано, демонтаж осуществлял ФИО15, оборудование перевезли в <адрес>, в <адрес> ИП ФИО2 деятельность не осуществляла.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании показал, что он выполнял для ИП ФИО2 работы на Липецком пищевом комбинате около 7 лет, периодически выполнял строительные работы, демонтаж, работы выполнял по разовым договорам. Осенью 2017г. он демонтировал оборудование – пекарню, панели, производственную линию. Он помогал осуществлять демонтаж ФИО14, были еще наемные ребята. ФИО1 он видел на территории комбината, но он им не помогал. Оборудование перевезли в <адрес>, в <адрес> работы не делали. Раньше он видел ФИО1 на комбинате, но не видел, чтобы он что-то делал, территория комбината большая, он его встречал там, он мог подойти к ним и спрашивать, что они делают и как, говорил, что он главный энергетик предприятия. При строительстве для ИП ФИО2 работы делал его (свидетеля) электрик. ИП Нужных ему не говорила, что ФИО1 ее работник.

При рассмотрении настоящего дела суд принимает во внимание и следующие обстоятельства.

Так, в своем иске ФИО1 указал, что работал в ИП ФИО2 полный восьмичасовой рабочий день с апреля 2011г.

Однако, в период до ноября 2015г. он являлся работником ООО «ЛПК» и также работал по 8 часов в день, следовательно, не имел возможности осуществлять в то же время трудовые функции и для ИП ФИО2

В судебном заседании он объяснил, что с 2014г. он работал только у ИП ФИО2, но данное утверждение опровергается его же трудовой книжкой.

Обращаясь в прокуратуру, ФИО1 сообщал, что работал у ИП ФИО2 по октябрь 2017г., а при рассмотрении настоящего дела утверждал, что работал по 10.11.2017г.

Также ФИО1 объяснял, что заявление о приеме на работу и об увольнении он ИП ФИО2 не писал, трудовую книжку ей не отдавал, когда он заболел, то в известность ИП ФИО2 не ставил, хотя на работу не выходил.

Представленную суду аудиозапись с разговором истца и иного лица суд не может принять в качестве надлежащего доказательства, поскольку определить лицо, с которым разговаривал истец, не представляется возможным. По утверждению истца он разговаривал с ФИО16, однако, доказательств этому суду представлено не было.

ФИО16 в судебное заседание не явилась и показаний в качестве свидетеля не давала.

В то же время согласно представленной трудовой книжки ФИО16 работала с 1986г. на Казинском пищекомбинате, с 01.11.2010г. переведена на должность начальника убойного цеха, 01.04.2011г. была переведена на работу к ИП ФИО2 начальником цеха, 15.01.2013г. была уволена по собственному желанию, с 14.10.2016г. работает в ООО «Кривец-Птица».

Таким образом, ФИО16 была уволена с работы у ИП ФИО2 в 2013г., на данный период ФИО1 согласно данных его трудовой книжки работал на ООО «ЛПК», с 14.10.2016г. она работала на другом предприятии и об обстоятельствах работы истца у ИП ФИО2 в последующие периоды знать не могла.

Кроме того, из представленной аудиозаписи следует, что истец в частности обсуждал демонтаж оборудования, однако, ФИО16 в это время работала в ООО «Кривец-Птица» и очевидцем данных событий быть не могла.

Также на представленной аудиозаписи имеется разговор истца и некого Славы, из которой следует, что истец говорил о задолженности перед ним в сумме только 36 000 руб.

Согласно представленной суду детализации с абонентского номера ФИО1 за сентябрь-ноябрь 2017г. между ним и, по его утверждению, ФИО10, ФИО2 и Вячеславом (ее супругом) имелись телефонные переговоры.

Однако, данная детализация сама по себе не подтверждает того, что истец был допущен к работе в 2011г. ИП ФИО2 и по 10.11.2017г. являлся ее работником.

К сообщению ООО «ЛПК» о том, что для входа на территорию ООО «ЛПК» выдавался пропуск ФИО1 в период с апреля 2011г. по октябрь 2017г. на основании заявки ИП ФИО2, суд относится критически, поскольку ФИО1 в 2011-2015гг. являлся работником ООО «ЛПК» и поэтому в пропуске как работник ИП ФИО2 не нуждался, а сами заявки на пропуска от ИП ФИО2 не сохранились.

Каких-либо доказательств получения от ИП ФИО2 заработной платы за рассматриваемый период суду представлено не было.

Анализируя представленные материалы дела, суд приходит к выводу о том, что факт достижения сторонами соглашения о личном выполнении ФИО1 определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением ИП ФИО2, а также фактическое допущение его к работе в интересах ИП ФИО2 с 04.04.2011г., получение истцом заработной платы в рассматривемый период материалами дела не подтверждено.

С учетом представленных доказательств суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании отношений с ИП ФИО2 трудовыми.

Представитель ответчицы ИП ФИО2, возражая против требований ФИО1, просил применить срок давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ.

В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 ГК РФ).

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Из утверждений истца ФИО1 следует, что он с 04.04.2011г. по 10.11.2017г. работал у ИП ФИО2 без заключения трудового договора, следовательно, знал о нарушении его трудовых прав в указанный период.

Учитывая, что истец обратился в суд с заявлением о признании отношений трудовыми только в мае 2018г., суд приходит к выводу о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд с данными требованиями, доказательств наличия уважительных причин пропуска данного срока представлено не было.

Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске о признании отношений трудовыми.

При установленных обстоятельствах, суд не находит также оснований и для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании заработной платы, процентов за задержку выплаты, компенсации морального вреда, понуждении произвести перечисления в фонды.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ИН ФИО2 о признании отношений трудовыми, взыскании заработной платы, процентов за задержку выплаты, компенсации морального вреда, понуждении произвести перечисления в фонды отказать.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Липецкий районный суд в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Т.В.Панченко

Решение в окончательной форме

изготовлено 12.11.2018г.