Апелляционное постановление № 22-418/2023 от 19 июня 2023 г. по делу № 1-2/2023

№22-418/2023 судья ФИО3


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Рязань 20 июня 2023 года

Рязанский областной суд в составе:

председательствующего судьи Савина Ю.Е.,

с участием прокуроров Шкробот А.В., ФИО1

осужденного ФИО3

защитника осужденного – адвоката Субботина А.А.,

представителя потерпевшей ФИО6 – адвоката Егорова М.А.

при секретарях Михайлове Д.Е., Терешиной О.А., Шиловой А.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам (основной и дополнительной) адвоката Субботина А.А. в защиту осужденного ФИО3, возражения на них представителя потерпевшей ФИО6 – адвоката ФИО17, ст.помощника Скопинского межрайонного прокурора Рязанской области ФИО11, приговор Скопинского районного суда Рязанской области от 25 января 2023 года, которым

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец и житель <адрес><адрес>А, <адрес>, гражданин <адрес>, образование <скрыто>, <скрыто>, имеющий сына ДД.ММ.ГГГГ г.р., мать пенсионерку – инвалида 1 группы, не работающий, военнообязанный, ранее не судимый

- осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 10 месяцев.

На осужденного возложена обязанность к месту исполнения наказания следовать самостоятельно, в порядке, предусмотренном частями 1 и 2 статьи 75.1 УИК РФ.

Срок отбывания наказания ФИО3 постановлено исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение, зачтено в него время следования к месту отбывания наказания из расчета один день в пути, за один день лишения свободы.

Разъяснено осужденному ФИО3, что в соответствии с ч.ч. 6 и 7 ст.75.1 УИК РФ, в случае уклонения осужденного от получения предписания, предусмотренного ч.1 ст.75.1 УИК РФ или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов. Данный срок может быть продлен судом до 30 суток. После задержания осужденного суд в соответствии с ч.4 ст. 396 и п. 18.1 ст. 397 УПК РФ принимает решение о заключении осужденного под стражу, а также о направлении осужденного в колонию-поселение под конвоем в порядке, предусмотренном ст.ст.75 и 76 УИК РФ либо об изменении осужденному вида исправительного учреждения в соответствии с ч. 4 ст. 78 УИК РФ. При этом срок отбывания наказания исчисляется со дня задержания.

Мера пресечения в отношении осужденного ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Савина Ю.Е., выслушав осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката Субботина А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших об отмене приговора суда, мнение прокуроров Шкробот А.В., ФИО1, представителя потерпевшей ФИО6 – адвоката Егорова С.А., полагавших приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда первой инстанции ФИО3 признан виновным в том, что он являясь лицом, управляющим другим механическим транспортным средством (автопоездом в составе тягача седельного грузового и прицепа), нарушил правила дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека имевших место ДД.ММ.ГГГГ на участке 257 км автодороги <адрес> (далее по тексту: автодорога «Каспий»), проходящей по территории <адрес>, со стороны <адрес> в направлении <адрес> при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

Подсудимый ФИО3 свою вину в совершении преступления в судебном заседании не признал.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) адвокат Субботин А.А. в защиту осужденного ФИО3 просит приговор отменить и постановить по делу оправдательный приговор в отношении осужденного.

Анализ проведенных экспертиз подтверждает необходимость проведения повторной экспертизы, так как по мнению защиты был установлен ряд противоречий и взаимоисключающих выводов.

Реконструкция не проводилась экспертом, угол столкновения по контактным толчкам не определялся.

С учётом выводов эксперта о месте столкновения ТС, а именно, что столкновение произошло «на некотором расстоянии до начала образования одиночного следа от транспортного средства длиной 8,5 метра», начало которого согласно схеме ДТП находится на расстоянии 1,6 метра и колеи экскаватора «ТО-49», которая согласно его техническим характеристикам составляет 1930 мм, очевидно, что к моменту, столкновения, трактор двигался частично по проезжей части дороги, а частично, правыми колёсами двигался по обочине.

Следствием не установлено, совершал ли манёвр водитель экскаватора «ТО-49» перед столкновением.

Экскаватор «ТО-49» по мнению защиты, в ходе движения смещается на проезжую часть дороги, и в тот момент, когда колёса левой стороны экскаватора «ТО-49» оказались на расстоянии 1,6 метра от правой границы проезжей части, произошло столкновение с тягачом «Ивеко Стралис АТ440 S40T» г.р.з. № с последующим образованием дугообразного следа (заблокированным в результате столкновения) колесом экскаватора «ТО-49».

Водителям транспортных средств, движущимся по проезжей части дороги и имеющим преимущество в движении по отношению к выезжающему с обочины экскаватору, с технической, точки зрения нужно руководствоваться н.10.1 абз.2 ПДД РФ, в связи с чем, защите непонятен вменённый обвиняемому п.9.10 ПДД РФ.

На интересующий следствие вопрос о том, какими частями произошло контактирование между тягачом и экскаватором в первоначальный момент столкновения, эксперт отвечает: между деталями передней правой частью кузова «Ивеко Стралис АТ440 S40T» г.р.з. ОКЕ 190 с деталями и узлами задней левой части экскаватора «ТО-49», поэтому вывод, к которому он пришел при ответе на данный вопрос, является абстрактным и поверхностным умозаключением.

Как видно из выводов эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, численное значение угла между транспортными средствами установить не представляется возможным и одновременно с этим эксперт ФИО14 приходит к выводу о том, что угол между тягачом «Ивеко Стралис АТ440 S40T» г.р.з. № и экскаватором ТО-49» составляет близко ±0. Это указывает на явное противоречие данных экспертом выводов.

В ходе проведения исследования заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, был установлен ряд несоответствий техническим параметрам имевшего место дорожно-транспортного происшествия. При ответе на вопрос относительно скорости движения погрузчика-экскаватора «ТО-49», эксперт приходит к выводу о том, что среднее значение составляет не более 30 км/ч.

Однако, согласно техническим характеристикам установленных о заводом-изготовителем, максимальная скорость по условиям обеспечения опасности дорожного движения грузчика-экскаватора «ТО-49», с которой он мог двигаться составляет не более 18 км/ч.

Установленная экспертным путём скорость 30 км/ч превышающая максимально возможную скорость экскаватора 18 км/ч, указывает на ошибочность выводов эксперта ФИО15 относительно установленного численного значения скорости движения ТС. Вывод эксперта относительно расположения погрузчика экскаватора «ТО-49» на проезжей части дороги, является ошибочным и подтверждается никакими объективными данными. Без какой либо объективной возможности визуально обнаружить, а также идентифицировать горизонтальную линию разметки по видеозаписи, эксперт приходит к выводу о том, что погрузчик-экскаватор «ТО-49» двигался по проезжей части дороги.

Не согласна защита и выводами эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертом автотехником ФИО14 на том основании, что ответ на первый вопрос находится вне компетенции эксперта-автотехника и является исключительной прерогативой органов следствия, суда и дознания.

Экспертом, без какой либо оценки варианта развития ДТП, когда экскаватор «ТО-49» в процессе своего движения смещается с обочины на проезжую часть дороги, где и происходит столкновение, игнорируются пункты правил применимые к водителю экскаватора.

Однако в тоже время, эксперт ФИО14 вменяет пункт 10.1 абз.2 ПДД РФ водителю тягача «Ивеко Стралис АТ440 S4GT» г.р.з. № с полуприцепом «Тонар 99891», что в свою очередь фактически подтверждает то обстоятельство, что водителю тягача была создана опасность для движения.

По заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, что экскаватор двигался по проезжей части дороги. С учётом начала дугобразного следа сдвига оставленного экскаватором и его габаритов, согласно техническим характеристикам завода-изготовителя, к моменту столкновения с тягачом «Ивеко Стралис AT440.S40T» г.р.з. Н510КЕ190, экскаватор своими правыми колёсами должен был двигаться по обочине, однако эксперт в своём заключении делает вывод, одновременно противоречащий техническим параметрам, зафиксированным в первоначальных процессуальных документах и основным техническим характеристикам экскаватора.

Указывает, что согласно акта экспертного исследования № от 15.10.2021 года эксперта автотехника и транспортного трассолога ФИО16 автомобиль «IVECO JJS AT 440 S40T», г/н № в связи с тем, что водитель трактора «МТЗ-82», г/н №, допустил грубое нарушение пункта 9.9 в данной дорожно- транспортной ситуации не располагал возможностью предотвратить столкновение.

В действиях водителя трактора «МТЗ-82» г/н; № усматривается грубое нарушение правил маневрирования (п. 8 ПДД РФ), согласно которым, при перестроении водитель должен уступить дорогу тем транспортным средствам, которые перестроения не совершают. Водитель трактора снизил скорость движения и изменил траекторию движения влево, и при этом водитель не убедился в том, что не создает помеху, движения другим транспортным средствам. Водитель, движущийся по своей полосе, всегда имеет преимущество перед тем, кто только собирается занять эту полосу.

Судом не допрошена следователь ФИО4, не удовлетворено ходатайство о выездном судебном заедании на место ДТП и проведении комплексной экспертизы.

Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, допущены существенные нарушения УПК РФ, суд всесторонне, полно и объективно дело не рассмотрел, чем нарушил ст. 88 УПК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Субботина А.А. в защиту осужденного ФИО3 представитель потерпевшей ФИО6- адвокат ФИО17 м ст. помощник Скопинского межрайонного прокурора ФИО11 просят приговор суда - оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Субботина А.А. в защиту осужденного ФИО3 - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб и возражения на неё, выслушав участников, суд апелляционной инстанции находит приговор суда первой инстанции законным и обоснованным.

Выводы суда о виновности ФИО3 в инкриминируемом ему по приговору преступлении подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Суд, сохраняя беспристрастность, обеспечил проведение судебного разбирательства, всестороннее и полно, исследовав все обстоятельства дела на основе принципов состязательности сторон, их равноправия перед судом, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, как по его форме, так и по его содержанию.

В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку, с приведением её мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросам виновности, квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к настоящему делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ.

Обстоятельства по делу исследованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Допустимость приведенных доказательств сомнений не вызывает, поскольку они добыты в установленном законом порядке.

Доводы жалобы о том, что судом не правильно установлены обстоятельства дорожно – транспортного происшествия, суд апелляционной инстанции считает не обоснованными, так как из приговора видно, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, при которых имело место преступление.

Из материалов уголовного дела видно, что в ходе расследования и судебного рассмотрения уголовного дела достоверно установлено место совершения ФИО3 дорожно-транспортного происшествия, которое согласно протокола осмотра места происшествия, приложенных фотоснимков и схемы к протоколу, а также показаний свидетелей находится на полосе проезжей части дороги, предназначенной для движения под управлением ФИО3, то есть на правой полосе проезжей части при движении в сторону <адрес>.

Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются показаниями потерпевшей ФИО6, свидетелей ФИО18, экспертов ФИО19, ФИО14, ФИО15, допрошенных об известных им обстоятельствах, имеющих значения для уголовного дела и получавших надлежащую оценку в приговоре, и из показаний которых усматривается общая картина совершенного преступления ФИО3

Судом показания потерпевшей ФИО6 и вышеуказанных свидетелей обоснованно признаны достоверными, поскольку они объективно подтверждаются письменными материалами уголовного дела.

Разумных оснований предполагать, что со стороны потерпевшей ФИО6, свидетелей ФИО18, экспертов ФИО19, ФИО14, ФИО15 имел место оговор ФИО3 не имеется. Каких - либо неприязненных отношений между ними по делу не установлено. Их показания подтверждаются иными письменными доказательствами.

Данные ими показания содержат сведения, не ставящие под сомнения их достоверность, противоречий в их показаниях в части совершения ДТП не имеется.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, в том числе в показаниях потерпевшей ФИО6, свидетелей ФИО18, экспертов ФИО19, ФИО14, ФИО15, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, вопреки доводам апелляционной жалобы, по делу отсутствуют.

Показания вышеуказанных свидетелей нашли свое подтверждение и исследованными материалами уголовного дела, а именно:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей и схемой, согласно которых был осмотрен 257 км автодороги «Р-22» «Каспий» сообщение <адрес>, проходящей по территории <адрес> по направлению в сторону <адрес>. Осматриваемый участок дороги имеет две полосы для движения с асфальтовым покрытием, с линиями разметки 1.1, 1.21 ПДД РФ, без выбоин и разрытий, горизонтального профиля. На момент осмотра проезжая часть влажная, обочина покрыта снегом. В правом кювете, на расстоянии 830 м от километрового столбика, по ходу осмотра, 256 км, на правом боку лежит погрузчик-экскаватор «ТО-49», регистрационный знак № с механическими повреждениями, передней частью направлен в сторону <адрес>. На правой обочине, частично на полосе движения предназначенной в сторону <адрес>, находится осыпь стекла и пластмассовых элементов и заканчивается осыпь осколков под правыми, передними и задними, колесами погрузчика-экскаватора. В сторону противоположную осмотра, на правой полосе движения, находится одиночный след от транспортного средства длинной 8,50 метров. Также в сторону противоположную осмотра, на правой полосе движения, находится след сдира асфальтового покрытия длиной 1 метр. На правой обочине находятся два следа от колес погрузчика-экскаватора. На расстоянии 218,10 метров от оси левого заднего колеса погрузчика-экскаватора, в направлении <адрес>, на правой обочине, передней частью направлен в сторону <адрес>, располагается автопоезд в составе тягача седельного грузового марки Ивеко Страйлс AT440 S40T, регистрационный знак № с полуприцепом-контейнеровозом «ТОНАР» модели « 99891» без государственного регистрационного знака, с механическими повреждениями правой передней части тягача, с пробоиной в бензобаке. Автопоезд и экскаватор-погрузчик изъяты с места происшествия. /т. № л.д. №/;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ из которого видно, что ФИО20 добровольно выдал флэш-накопитель объемом 32 GB, на котором имеются записи с камер видеонаблюдения/т. №/;

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, из которого следует, что осмотрен и описан флэш-накопитель, изъятый в ходе выемки от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО20, на накопителе имеется два файла: файл с наименованием «№» и файл с наименованием «№», на которых зафиксирован механизм ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, на данных файлах видно, что погрузчик-экскаватор «ТО-49» движется до столкновения с тягачом Ивеко Страйлс прямолинейно перед ним, не выезжая на проезжую часть с обочины. /т. №/;

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, из которого следует, что осмотрен погрузчик-экскаватор «ТО-49», регистрационный знак №, описаны имеющиеся на нем механические /т. №/;

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей, из которого следует, что осмотрен тягач седельный грузовой IVECO STRALIS AT440S40T, регистрационный знак №, описаны имеющиеся на нем механические повреждения. /т. №/;

-письмом от ДД.ММ.ГГГГ с приложением, из которого следует, ФКУ УПРДОР Москва-Волгоград предоставлена схема организации дорожного движения с указанием дислокации дорожных знаков и горизонтальной дорожной разметки на участке автомобильной дороги Р-22 «Каспий» км 257, <адрес>. Вышеуказанный участок проходит по территории <адрес>, и максимальная разрешенная скорость движения транспортных средств в границах <адрес> – 60 км/ч. /т. 1 л.д. №/;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует что, смерть ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от сочетанной травмы головы, туловища и конечностей с повреждением костей скелета и внутренних органов, осложнившейся развитием острой внутренней кровопотери и постгеморрагической анемии.

При исследовании трупа ФИО2 обнаружены телесные повреждения характера сочетанной травмы головы, туловища и конечностей: черепно – мозговая травма – открытый перелом костей свода и основания черепа слева, повреждение головного мозга с субарахноидальным и субдуральным кровоизлиянием, кровоизлияния в мягкие покровы головы в лобной области, ушибленные раны в лобной области, ссадины лица, кровоподтеки левой ушной раковины и околоушной области слева, переломы ребер слева с 2 по 11, ушиб сердца, разрыв ткани верхней доли левого легкого, разрыв селезенки, кровоизлияния в области корней легких, в клетчатку средостения, разрыв сердечной сорочки, кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки слева, передней стенки живота, отслойка кожи тазовой области слева, открытый перелом левой локтевой кости и открытый внутрисуставной перелом левой плечевой кости с разрывом капсулы левого локтевого сустава и вывихом лучевой кости, рвано-ушибленные раны с отслойкой кожи и кровоподтеком области левого локтевого сустава, кровоподтек паховой области и бедра слева, травматический отек мягких тканей, ссадины, кровоизлияния в кожу области тыла правой кисти, травматический отек мягких тканей, кровоподтек, ссадины тыла левой кисти.

Данные телесные повреждения состоят со смертью в прямой причинной связи и по признаку вреда здоровью опасного для жизни относятся к категории тяжкого вреда, причиненного здоровью человека.

Рассматриваемые телесные повреждения могли образоваться от воздействия тупых твердых предметов незадолго до наступления смерти гр. ФИО2, возможно в срок ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 10 минут, при обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия/т. 1 л.д. 197-199/;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ из котрого следует, что место столкновения автопоезда, в составе седельного тягача «Ивеко Стралис AT440 S40T», рег. знак № с полуприцепом-контейнеровоза «Тонар 99891», без пластины рег. знака, и погрузчика-экскаватора «ТО-49», рег. знак №, находится на некотором расстоянии до начала образования «одиночного следа от тракторного средства длиной 8,5 м», в направлении <адрес>, на правой половине дороги относительно того же направления /т.1 л.д. №/;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что тягач «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак № контактировал деталями и узлами передней правой частью кузова с деталями и узлами задней левой части кузова погрузчика-экскаватора «ТО-49», рег. знак №.

В момент контакта продольная ось тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, могла располагаться близко ± 00 к продольной оси погрузчика-экскаватора «ТО-49», рег. знак №. /т.№/;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ из которого следует, что на видеозаписи в файле «№.mp4» (ВГ1, на участке с кадра № по кадр №) виден автопоезд в составе тягача седельного грузового IVECO STRALIS AT440S40T, государственный регистрационный знак № и полуприцепа «ТОНАР 99891», без государственного регистрационного знака, скорость которого в среднем составляет 76,15 км/ч.

Согласно представленной видеозаписи в файле «ch01_20210226140007.mp4» (ВГ1, на участке с кадра № по кадр №) и представленному материалу проверки, погрузчик-экскаватор «ТО-49», государственный регистрационный знак №, двигался со средней скоростью 30 км/ч.

Согласно представленной видеозаписи в файле «ch01_20210226140007.mp4» (ВГ1) видно, что автопоезд в составе тягача седельного грузового IVECO STRALIS AT440S40T, государственный регистрационный знак № и полуприцепа «ТОНАР 99891», без государственного регистрационного знака, двигался в пределах проезжей части.

Согласно представленной видеозаписи в файле «ch01_20210226140007.mp4» (ВГ1) видно, что погрузчик-экскаватор «ТО-49», государственный регистрационный знак №, двигался в пределах проезжей части. /т. №/;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ из которого следует, что с технической точки зрения место столкновения автопоезда, в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака, и погрузчика-экскаватора «ТО-49», рег. знак №, находится на некотором расстоянии до начала образования «одиночного следа от тракторного средства длиной 8,5 м», в направлении <адрес>, на правой половине дороги относительно того же направления.

Водитель автопоезда в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака, в данной дорожной ситуации, должен был руководствоваться техническими требованиями следующих пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации: 9.10, 10.1 и 10.2.

Руководство какими-либо пунктами ПДД РФ, от водителя погрузчика-экскаватора «ТО-49», рег. знак РУ49-89 62, в данной дорожной ситуации не требовалось.

Только действия водителя автопоезда в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака, не соответствовали требованиям безопасности дорожного движения и могли послужить одной из причин данного ДТП. /т. №/;

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ которым описан механизм данного происшествия. /т. №/.

Давая оценку, вышеприведенным доказательствам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что все доказательства по делу признаны допустимыми и полученными с соблюдением требований УПК РФ.

Обоснованно суд отнесся критически к показаниям подсудимого ФИО3, которые он дал в судебном заседании, как способ его защиты от предъявленного обвинения.

Не оспариваются сторонами выводы судебно-медицинских экспертиз в отношении ФИО2 и тот факт, что полученные им телесные повреждения от которых наступила его смерть находятся в прямой причинной связи с имевшим место дорожно- транспортным происшествием.

В то же время судом сделан обоснованный вывод о том, что утверждения подсудимого ФИО3 об отсутствии у него возможности при движении своего автомобиля исключить наезд на выехавший перед ним с обочины трактор, носят лишь характер предположения, которое не нашло подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО3, повлекшими столкновение автопоезда в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака под его управлением с экскаватором «ТО-49», рег. знак № установлено судом в результате объективной и всесторонней оценки исследованных в судебном заседании доказательств.

Суд апелляционной инстанции относится критически к заключению специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 и его показаниям в судебном заседании относительно механизма развития вышеуказанного дорожно—транспортного происшествия, из которого следует иной механизм дорожно-транспортного происшествия, и невозможность в данной дорожной обстановке ФИО3 предотвратить столкновение, так как данные выводы полностью противоречат заключениям трех экспертов, их показаниям данным в ходе судебного заседания по обстоятельствам ДТП и заключениям автотехнических экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ,

Согласно ч.ч. 3 и 4 ст. 80 УПК РФ заключение специалиста - представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленных перед специалистом сторонами, а показания специалиста сведения, сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснение своего сомнения в соответствии с требованиями ст.ст. 53, 168 и 271 УПК РФ.

В данном случае вопросы, которые исследовал специалист ФИО16 относятся к компетенции автотехнических экспертиз, поскольку касаются выяснения причин, а также механизма ДТП.

По таким вопросам согласно ст. 196 УПК РФ требуется обязательное назначение и производство судебной экспертизы, что органам предварительного расследования и было сделано.

Кроме того, согласно ст. 58 УПК РФ специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, может быть привлечен для содействия в исследовании материалов дела, постановке вопросов эксперту, а также для разъяснения суду и сторонам вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, но не вправе проводить какое-либо исследование, составляющее содержание иного процессуального самостоятельного действия- судебной экспертизы, назначаемой в установленном законом порядке и давать по результатам этого исследования свое заключение.

В п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 года № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» разъяснено, что специалист (в отличие от эксперта) не проводит исследование вещественных доказательств и не формулирует выводы, а лишь высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним сторонами.

Поскольку в материалах уголовного дела уже имелись экспертные заключения по данным вопросам, то необходимости привлечения каких – либо иных специалистов для высказывания ими своего мнения по вопросам экспертизы у суда не было.

Суд в приговоре подробно мотивировал мотивы, по которым он принял выводы автотехнических экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, о наличии у водителя ФИО3 возможности остановить свой автомобиль до места наезда на экскаватор «ТО-49», рег. знак № и об обязанности водителя ФИО3 выполнить требования п.п. 1.3, 1.5, 2.1.1, 9.10, 10.1, 10.2 ПДД РФ.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 (ред. От 24.05.2016) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» разъяснено, что опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

В связи с изложенным, несмотря на то, что в судебном заседании не подтвердилась версия водителя ФИО21 о внезапном выезде с правой обочины на его полосу движения экскаватора «ТО-49», рег. знак РУ49-89 62м под управлением ФИО2, суд пришел к обоснованному выводу о том, что к данному водителю после его столкновения с транспортным средством, двигающимся в попутном направлении, которого он мог избежать, могут быть предъявлены требования Правил дорожного движения РФ в части п. 10.1 ПДД РФ.

Довод апелляционной жалобы защиты о том, что экспертами не на все постановленные вопросы даны ответы и произведена не правильная реконструкция механизма ДТП, основан на разном толковании данного понятия адвокатом и экспертами. Из содержания экспертных заключений следует, что реконструкции механизма ДТП экспертами посвящена практически вся исследовательская часть заключения.

Задачей автотехнической экспертизы, в первую очередь, является ответ на вопрос о том, какими пунктами Правил дорожного движения должен был руководствоваться водитель, принимавший участие в ДТП.

Таким образом, рассматриваемые экспертные заключения полностью соответствует требованиям ст.204 УПК РФ и ст.ст.4, 8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»: в них имеется указание на материалы, представленные для производства судебной экспертизы, в заключении отражены содержание и результаты исследований с указанием примененных методик, они содержат выводы по поставленным вопросам и их обоснование.

В достоверности заключений экспертов оснований сомневаться не имеется, поскольку заключения, в свою очередь, соответствует законодательству РФ регламентирующему порядок проведения экспертиз, а также требованиям объективности, всесторонности и полноты произведенных исследований, и исключают вероятность каких-либо альтернативных версий разрешения поставленных вопросов.

Суд первой инстанции правомерно указал на отсутствие оснований не доверять указанным выше заключениям экспертов, в том числе заключению и видеотехнической экспертизы, о чем судом указано выше.

Правильно оценив показания специалиста ФИО16 и его заключение, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что они не опровергают установленные по делу фактические обстоятельства совершенных ФИО3 преступных действий.

Вышеуказанные протоколы следственных действий, признаны судом допустимыми доказательствами по делу, поскольку они составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, и в ходе их исследования в судебном заседании нарушений уголовно-процессуального законодательства при их составлении не выявлено.

При изложенных обстоятельствах судом первой инстанции обоснованно отклонено ходатайство стороны защиты о проведении по делу дополнительных автотехнических экспертиз, не нашел таковых оснований и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, анализируя приведенные доказательства, достоверно и объективно установлена виновность подсудимого ФИО3 в инкриминируемом ему деянии.

Поскольку приведенные доказательства, в том числе заключения экспертов и показания потерпевшей и свидетелей полностью подтверждают обстоятельства произошедших 26 февраля 2021 года событиях.

Доводы стороны защиты о том, что имеющиеся на автопоезде в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака под управлением ФИО3 с экскаватором «ТО-49», рег. знак №, повреждения якобы не соответствуют установленном в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства механизму ДТП являются несостоятельными, поскольку каких-либо данных свидетельствующих о невозможности образования данных повреждений при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении и приговоре, не получено, кроме того, являются субъективной оценкой защиты и не подтверждены материалами уголовного дела.

Более того, механизм образования повреждений на автомобиле, которым управлял ФИО3 не влияют на квалификацию действий подсудимого, поскольку в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства данного уголовного дела объективно установлено, что повреждения на автомобиле образовались именно от столкновения автопоезда в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака под управлением ФИО3 с экскаватором «ТО-49», рег. знак №, под управлением ФИО2, впрочем, данное обстоятельство стороной защиты не оспаривается.

Доводы защиты о допущенных нарушениях норм уголовно-процессуального законодательства в ходе судебного следствия, а именно ст. 15 УПК РФ суд апелляционной инстанции считает не соответствующими материалам уголовного дела, так как судом рассмотрены все ходатайства заявленные в ходе судебного заседания по которым приняты решения указанные в протоколе судебного заседания, так и в виде отдельных процессуальных документов.

Доводы жалобы о том, что судом нарушены требования ст. ст. 298, 303 УПК РФ, а также то, что в приговоре не дана оценка доводам изложенным подсудимым и защитой, не соответствуют постановленному приговору из которого видно, что судом первой инстанции по всем доводам даны суждения.

Данных, свидетельствующих об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств обвинения, по делу не установлено.

Таким образом, судом установлено, что ФИО3, управляя автопоездом в составе седельного тягача «IVECO STRALIS AT440S40T», рег. знак №, с полуприцепом «Тонар 99891», без пластины рег. знака следуя по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 2.1.1, 9.10, 10.1, 10.2 ПДД РФ превысив установленную скорость движения, двигаясь со скоростью 76,15 км/ч. произвел столкновение с двигающимся в попутном направлении экскаватором «ТО-49», рег. знак № под управлением ФИО2, в результате которого экскаватор «ТО-49», рег. знак № с находящимся в кабине водителем совершил опрокидывание в правый по ходу движения кювет, после чего продолжил движение на расстояние 808 м. от места ДТП.

Указанные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия подтверждаются и показаниями ФИО3 данными в судебном заседании о том, что момент удара его автомобиль дернулся влево, чем объясняется образование механических повреждений только на правой части кабины автопоезда и левой части навесного оборудования трактора (т. 4 л.д. 58).

Судом первой инстанции правильно установлено, что нарушение ФИО3 требований п.п. 1.3, 1.5, 2.1.1, 9.10, 10.1, 10.2 ПДД РФ находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности смерти ФИО2

При таких обстоятельствах доводы защиты о том, что ФИО3 не имел технической возможности предотвратить наезд, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку своими действиями, нарушающими требования вышеуказанных пунктов ПДД РФ, создал опасность для движения, а также условия для причинения вреда.

Вывод суда о том, что у ФИО3 при соблюдении требований п.п. 1.3, 1.5, 2.1.1, 9.10, 10.1, 10.2 ПДД РФ в месте столкновения имелась возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, и между его действиями и наступившими последствиями имеется причинная связь, является верным. С данным выводом суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается.

При изложенных обстоятельствах, показания специалиста ФИО16 об отсутствии у ФИО3 технической возможности предотвратить ДТП обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Квалификация действий осужденного ФИО3 по ч. 3 ст. 264 УК РФ является правильной.

Наказание ФИО3 суд назначил справедливое, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, отсутствия отягчающих обстоятельств, наличия смягчающих, данных о личности виновного, а также влияния наказания на его исправление.

Принимая во внимание принцип справедливости наказания, установленный ст. 6 УК РФ, а именно что наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, учитывая его характеризующие данные; а именно то, что он по месту жительства характеризуется положительно, на учетах у врачей нарколога ГУЗ «ЛОНД» и психиатра ГУЗ «ЛОПНБ» не состоит, обстоятельств, смягчающих наказание на основании ст. 61 ч. 2 УК РФ – совершение преступления средней тяжести впервые, наличие заболевания, несовершеннолетнего ребенка, матери пенсионерки – инвалида 1 группы, его поведение до и после преступления, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости в целях восстановления социальной справедливости и исправления осужденного назначить подсудимому ФИО3 наказание в виде реального лишения свободы с отбыванием в наказания в колонии -поселении с дополнительным наказанием с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

При этом суд правомерно указал на отсутствие оснований для применения положений ст. 64 и ст. 73 УК РФ, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Учитывая конкретные обстоятельства дела и данные о личности ФИО3, осужденного за преступление, совершенное по неосторожности, ранее не отбывавшего наказание в виде лишения свободы, суд первой инстанции правомерно назначил ему отбывание наказания в колонии-поселении на основании п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Оснований сомневаться в психическом или физическом состоянии ФИО3 у суда первой инстанции не имелось, не находит и таковых суд апелляционной инстанции.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, судьбе вещественных доказательств разрешены судом первой инстанции в соответствии с требованиями УПК РФ.

Таким образом, судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену либо изменение обжалуемого приговора по доводам апелляционных жалоб, не имеется.

Суд апелляционной инстанции считает приговор Скопинского районного суда Рязанской области от 25 января 2023 года законным, обоснованным и справедливым, и оснований для его изменения или отмены по доводам апелляционных жалоб не находит.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Скопинского районного суда Рязанской области от 25 января 2023 года в отношении осужденного ФИО3 - оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Субботина А.А. в защиту осужденного ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции (г. Москва) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае рассмотрения дела в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Ю.Е. Савин.