Апелляционное постановление № 22-2035/2025 от 22 сентября 2025 г. по делу № 1-368/2025

судья Магомедов Р.А. дело № 22-2035/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Махачкала 23 сентября 2025 г.

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Пономаренко О.В.,

при секретаре судебного заседания Даниялове Д.Н.,

с участием прокурора Бабаханова Т.Ф. и

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Мустафаева М.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляцион-ной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 16 июня 2025 г. в отношении ФИО1, осужденного по ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Заслушав доклад судьи Пономаренко О.В., изложившего обстоятельства дела, выступление защитника осужденного ФИО1 – адвоката Мустафаева М.Н., поддержавшего доводы апелляционной жалобы и просившего приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор либо направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда,а также мнение прокурора Бабаханова Т.Ф., полагавшего, что приговор суда надлежит оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от <дата>

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, проживаю-щий по адресу: <адрес>, имеющий среднее образование, неженатый, неработающий, военнообязанный, не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год.

На основании положений ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 (один) год с возложением на него обязанности в период испытательного срокане менять постоянное место жительства без уведомления органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыездеи надлежащем поведении судом постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Кроме того, судом в приговоре разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств по уголовному делу.

ФИО1 признан судом виновным в совершении хищения чужого имущества путем обмана с причинением значительного ущерба гражданину при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

На указанный приговор суда осужденным ФИО1 подана апелля-ционная жалоба, в которой он выражает несогласие с судебным решение, полагая его незаконным, необоснованным и несправедливым, что, по его мнению, подтверждается совокупностью допущенных судом процессуальных, правовыхи фактических ошибок, которые нарушили его права.

В обоснование указывает, что существенным нарушением является отсутст-вие у суда объективных данных о размере ущерба, который не установлен ни следствием, ни судом. Размер ущерба определён судом произвольно: без проведения судебной экспертизы, без какой-либо проверки стоимости имущества и его комплектации. Ущерб завышен судом за счёт учёта несуществующих предметов (сумки, игр), о которых в материалах дела отсутствуют сведения. Даже попытка установления актуальной стоимости игровой приставки не сделана. Определив размер ущерба на основе исключительно показаний потерпевшего, суд даже не попытался выяснить, чем подтверждаются утверждения о приобретении им игровой приставки за 60 тысяч рублей. Нет подтверждающих сведений и в следственном деле. Защита представила суду письменные доказательства (справки с торговых организаций и с интернет-агрегатора - сайта «Авито»), документально подтверждающие, что стоимость использованной, то есть не новой, бывшей в употреблении игровой приставки, составляет гораздо ниже, чем 60 тысяч рублей: стоимость новой приставки составляет 59 999 руб. (товарный чек магазина «DNS»); стоимость б/у приставок колеблется от 30 000 до 35 990 руб. (объявления на сайте «Авито»); распечатки сайта магазина «05.ru» показывают цену от 44 550 до 47 950 руб.

Отмечает, что потерпевший на судебном заседании также подтвердил, что за 60 тысяч рублей он покупал абсолютно новую игровую приставку, которую несколько месяцев подряд сдавал в аренду и неоднократно ремонтировал. При таких обстоятельствах, установление размера ущерба по преступлениям о хищениях является обязательным. Однако суд без проведения обязательной судебной экспертизы, исключительно на основании показаний потерпевшего, несмотря на то, что ст. 196 УПК РФ и Пленум Верховного суда России в своем постановлении от 17 декабря 2024 г. № 39 признал существенным нарушением закона, исключающим возможность принятия судом на его основе решения по существу дела, отсутствие в материалах дела соответствующего заключения эксперта и указания на него в обвинительном, счёл возможным вынести приговор. При этом суд по своему усмотрению учёл в составе ущерба стоимость несуществующих и выдуманных аксессуаров — сумки и игр, которые отсутствуют в протоколе осмотра (л.д. 35-37) и в каких-либо иных материалах дела, то есть по своему усмотрению завысил ущерб. Суд фактически воспроизвел голословные утверждения потерпевшего, отказавшись от обязанности исследовать эти обстоятельства с позиций объективности и полноты, как того требует ст. 7 УПК РФ. Подобный подход не только нарушает процессуальный закон, но и ставит под сомнение саму законность и обоснованность судебного решения.

По мнению осужденного, суд исказил в приговоре показания потерпевшего Потерпевший №1, утверждавшего, что он до сдачи игровой приставки в аренду осужденному, неоднократно ее ремонтировал. Эти показания в приговоре суда изложены в двух противоречащих друг другу вариантах: на листе 3 приговора - «Приставка сдавалась в аренду примерно 3-4 месяца, он в ней в основном расходники ремонтировал», а на листе 7 приговора - «ремонта лишь расходных частей», то есть суд не аргументированно и безосновательно улучшил характеристики игровой приставки, завышающие её стоимость.

Отмечает, что определение стоимости имущества, с учётом его состояния, комплектации и рыночной цены, безусловно требует специальных знаний, что многократно подтверждено судебной практикой и разъяснено в Постановлениях Пленума ВС РФ.

Считает, что суд положил в основу обвинения протокол осмотра игровой приставки (л.д. 35-37), составленный без участия понятых и без применения технических средств фиксации, то есть с явным и очевидным нарушением ч. 5 ст. 170 и ст. 177 УПК РФ. Эти нормы прямо обязывают фиксировать ход и результаты следственного действия с участием понятых либо с применением фото или видеосъёмки. В протоколе осмотра следователь прямо указывает, что технические средства фото и видеофиксации не применялись. При этом в дело приобщены фото игровой приставки, которые неизвестно когда, кем и на каком устройстве производились (л.д. 38-41). Тем самым, суд проигнорировав эти пороки в приговоре и признав данное доказательство допустимым, сам грубо нарушил ст. 75 УПК РФ.

Указывает, что в протоколе осмотра, так же как и на фотографиях, нет ни одного упоминания на какие-либо характеристики и свойства приставки, способные как-либо идентифицировать игровую приставку, не указано ее состояние (исправность, пригодность к использованию, дефекты, наличие игр, сумки, gps-трекера, пломбы и т.д.). Постановление о приобщении вещественных доказательств (л.д. 43) основано на указанном недопустимом протоколе, что делает также недопустимым само постановление, как доказательство (п. 16 Пленума ВС РФ № 8 от 31 октября 1995 г.).

Обращает внимание, что в приговоре суд сослался на протоколы опознания по фотографии (л.д. 32-34, 50-53), которые были проведены без предварительного допроса опознающих о приметах лица, без указания причин невозможности личного опознания, что прямо противоречит требованиям ст. 193 УПК РФ. Эти протоколы также незаконно признаны допустимыми без правового обоснования. Суд, принимая эти протоколы в качестве доказательств, вновь поступил вопреки требованиям закона, пренебрёг правами подсудимого на защиту и создал видимость законности, прикрывая грубые процессуальные огрехи следствия.

Считает, что существенное нарушение закона и пробел приговора заключается также в том, что суд, утверждая о наличии умысла на хищение до получения имущества, не установил данный признак на основе анализа фактических обстоятельств: факта внесения арендной платы (л.д. 157-162), передачи осужденным потерпевшему паспорта и контактных данных, уведомлений о затруднениях, переписки с потерпевшим, факта возврата приставки через полицию. Суд ограничился голословным утверждением, не проанализировав материалы дела в их совокупности, что противоречит п. 4 Постановления Пленума ВС РФ № 48 от 30.11.2017 и принципу презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ).

Указывает, что оглашенные в суде показания свидетеля ФИО14 - работника ломбарда, утверждающего, что игровая приставка осужденным ему была не продана, а временно заложена в ломбард, и оглашенные в суде показания свидетеля ФИО15, подтвердившего факт поездки в ломбард именно для временной закладки и своё обещание помочь выкупить приставку, суд не только не учёл, но и фактически проигнорировал в приговоре, что подтверждает обвинительный уклон и отказ от всестороннего исследования доказательств.

Отмечает, что при наличии противоречий в показаниях свидетелей, суд не только не устранил эти противоречия, как того требует ст. 17 и ст. 88 УПК РФ, но и придал преимущественное значение тем показаниям, которые соответствовали обвинительной версии.

Полагает, что суд проигнорировал гражданско-правовой характер правоотношений, которые полностью соответствуют положениям ст. 606 ГК РФ, согласно которым договор аренды может быть заключён в устной форме; ст. 615 ГК РФ – арендатор вправе распоряжаться имуществом по своему усмотрению; ст. 610 ГК РФ – арендатор может временно передать имущество третьим лицам при наличии условий договора.

Осужденный обращает внимание на то, что его действия совершены открыто; подтверждены перепиской; не скрывались от потерпевшего; сопровож-дались оплатой арендной платы и завершились возвратом имущества через органы полиции.

Утверждает, что протокол допроса обвиняемого содержит признаки фальсификации, на которые защита указывала в суде. Бесспорно был установлен в суде факт наличия двух разных протоколов допроса потерпевшего с разным объемом, выраженным в различном количестве листов, один из которых изъят из дела в ходе следствия и заменен другим. Оба протокола, подписанные как следователем, так и потерпевшим, были предоставлены в распоряжение суда, исследованы в судебном заседании. Однако, суд даже не попытался выяснить, какой из протоколов предъявлялся обвиняемому для ознакомления следователем по завершении следствия. Несмотря на установление этого факта, в том числе признание следователя и потерпевшего, суд проигнорировал эти доводы, что свидетельствует об обвинительном уклоне. Прямое нарушение ст. 75 УПК РФ: доказательство, полученное с нарушением закона, не может быть положено в основу приговора. В результате право обвиняемого на ознакомление с материалами дела (ст. 217 УПК РФ) было нарушено. Другой процессуальный документ - протокол ознакомления с материалами уголовного дела содержит подчистки и явные следы исправлений данных о количестве листов, которые якобы предъявлялись обвиняемому по завершении следствия. В судебном заседании суд даже не попытался устранить это нарушение: не выяснил в каком объеме, с каким количеством листов уголовное дело предъявлялось обвиняемому для ознакомления по завершении следствия.

По мнению осужденного суд полностью проигнорировал данные переписки в мессенджере WhatsApp (л.д. 157-162), где он неоднократно выражал намерение вернуть имущество, объяснял временные трудности, предлагал варианты урегулирования спора, договаривался с потерпевшим о рассрочке оплаты за аренду. Эти данные, которые подтвердил в своих показаниях потерпевший Потерпевший №1, прямо опровергают вывод суда о наличии умысла на хищение. Суд не дал надлежащей оценки этим доказательствам, что нарушает ст. 17 и 88 УПК РФ и свидетельствует о необъективности рассмотрения дела.

Считает, что суд вопреки предписаниям п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 55 от 29 ноября 2016 г. не указал в чем заключаются преимущества доказательств обвинения перед доказательствами защиты, почему доказательствам обвинения дан приоритет перед доказательствами защиты. То есть, суд необоснованно дал приоритет обвинительным доказательствам, не мотивировав отказ в принятии доводов защиты, чем нарушил нормы ст.ст. 17 и 302 УПК РФ.

На основании изложенного просит обжалуемый приговор отменить, вынести оправдательный приговор в виду отсутствия в его действиях состава преступления либо направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав выступления участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелля-ционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Согласно ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Судом апелляционной инстанции установлено, что такие нарушения допущены судом первой инстанции.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверж-дена совокупностью исследованных судом доказательств.

В соответствии с ч. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Как следует из содержания положений чч. 1 и 3 ст. 15 УПК РФ, уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Как установлено в заседании суда апелляционной инстанции, приговор суда первой инстанции не содержит сведений о результатах рассмотрения имеющих существенное значение для правильного разрешения уголовного дела доводов стороны защиты относительно отсутствия в материалах уголовного дела объектив-ных данных о размере ущерба, причиненного в результате совершения инкримини-руемого ФИО1 деяния, который не установлен ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства уголовного дела. Как указывает сторона защиты, размер ущерба определён судом произвольно – без проведения судебной экспертизы и без какой-либо проверки стоимости имущества и его комплектации.

Давая оценку данному обстоятельству, суд в приговоре указал, что находит несостоятельными доводы стороны защиты о завышении размера ущерба, то есть стоимости приставки. Из представленных стороной защиты сведений следует, что ими представлены сведения о бывших значительно длительное время в употребле-нии приставок, имеющих одинаковое с приставкой потерпевшего наименования, но разные характеристики и модели. Представленный стороной защиты товарный чек ООО «ДНС Ритейл», расположенного в г. Владивостоке, о стоимости такого же, как у потерпевшего приставки в сумме 59999 руб., достоверно свидетельствует об объективности показаний потерпевшего о стоимости приставки, которую он оценивает в 60 тысяч руб. на момент передачи подсудимому с учетом нахождения ее в пользовании в течение нескольких месяцев после приобретения как нового и приложенных к ней материалов: сумки, комплекта игр и т.д. и ремонта лишь расходных частей.

Также суд указал, что при установленных судом достоверных обстоя-тельствах стоимости приставки не находит необходимым установить ее стоимость путем проведения экспертных исследований, тем более, когда сама сторона защиты подтвердила данную стоимость путем представления доказательств. Доводы стороны защиты о завышении стоимости приставки, неустановления ее подлинной стоимости путем проведения экспертизы, суд находит несостоятельными и выдвинутыми стороной защиты с целью опорочить доказательства стороны обви-нения. Убедившись на основании своих же сведений о стоимости приставки, что действительная стоимость приставки соответствует установленным органами следствия и судом фактической стоимости похищенного, стороной защиты не заявлялось ходатайство о назначении товароведческой экспертизы, что свиде-тельствует о декларативном заявлении о завышении стоимости приставки при отсутствии объективных данных, свидетельствующих о ее завышении или несоот-ветствии фактической стоимости приставки указанной в обвинении сумме. Вопреки доводам стороны защиты проведение товароведческой экспертизы в отношении приставки не является обязательным в соответствии с требованиями ст. 196 УПК РФ, судом на основании достоверных и объективных доказательств установлена ее стоимость, при таких обстоятельствах суд не усматривает необходимости установления стоимости приставки путем назначения и проведения товароведческой экспертизы.

С приведенными выводами суда и их обоснованием суд апелляционной инстанции согласиться не может, поскольку указанное подтверждает доводы стороны защиты в названной части и свидетельствует о том, что размер ущербапо делу – стоимость конкретной игровой приставки, принадлежащей потерпев-шему, на момент инкриминируемого ФИО1 деяния достоверно не установ-лена и не подтверждена надлежащими средствами доказывания, в том числе соответствующим заключением эксперта.

Неустановление судом размера ущерба лишило сторону защиты гарантиро-ванного уголовно-процессуальным законом права на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

При таких обстоятельствах выводы суда в приговоре о доказанности вины осужденного на основе исследованной совокупности доказательств в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ(с квалифицирующим признаком «с причинением значительного ущерба гражда-нину» при неустановлении размера этого ущерба), нельзя признать обоснован-ными, а приговор – справедливым и постановленным по результатам справедли-вого судебного разбирательства на основе принципов равноправия и состязатель-ности сторон.

Допущенные нарушения влекут безусловную отмену приговора с направле-нием уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в новом составе суда.

Отменяя приговор по указанному выше основанию, суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение иных доводов стороны защиты, поскольку они подлежат проверке и оценке при новом судебном разбирательстве судом первой инстанции.

В виду отмены приговора и направления уголовного дела в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство, оснований для отмены либо изменения избранной подсудимому меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестанот 16 июня 2025 г. в отношении ФИО1 отменить, удовлетворив апелляционную жалобу осужденного ФИО1

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же судв ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведениив отношении ФИО1 оставить без изменения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силус момента его провозглашения и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке и сроки, предусмотренные гл. 47.1 УПК РФ.При этом лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участиив рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Пономаренко