Приговор № 1-26/2023 от 19 октября 2023 г. по делу № 1-26/2023

Уголовное дело №Э-1-26/2023

УИД 46RS0007-01-2023-000028-61


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

пос. Золотухино

Курской области 20 октября 2023 года

Золотухинский районный суд Курской области в составе

председательствующего судьи Емельяновой Л.Ф.,

при введении протокола судебного заседания секретарем Умеренковой А.В.,

с участием государственного обвинителя – прокурора

Золотухинского района Курской области ФИО4,

подсудимого ФИО5,

защитника подсудимого ФИО5 адвоката Баленко Е.В.,

потерпевшей (гражданского истца) ФИО6,

представителя потерпевшей (гражданского истца) Потерпевший №1 – ФИО26,

гражданских истцов ФИО1, ФИО2,

представителя гражданского ответчика ООО «<данные изъяты>»

по доверенности ФИО27.,

рассмотрев в общем порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, имеющего <данные изъяты> образование, женатого, работающего <данные изъяты>», невоеннообязанного, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: <адрес>, судимого, осужден:

- приговором Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ по ч.1 ст.264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 360 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на срок 2 года 6 месяцев;

- приговором Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ по ч.2 ст.264.1 УК РФ, с применением ст.ст.53.1 ч.2, 70, 71 УК РФ к наказанию в виде 1 года 20 дней принудительных работ, с удержанием 10% в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на срок 4 года 6 месяцев, срок отбывания наказания в виде принудительных работ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, на основании постановления Курчатовского городского суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ освобожден от отбывания основного наказания условно-досрочно на не отбытый срок 4 месяца 8 дней, ДД.ММ.ГГГГ снят с учета по отбытию срока основного наказания, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ отбытый срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами 5 месяцев 1 день, не отбытый срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами 4 года 30 дней,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК РФ,

установил:

ФИО7, являясь лицом, управляющим механическим транспортным средством(трактором), допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

12 ноября 2020 года примерно в 15 часов 40 минут водитель ФИО5, являясь работником <данные изъяты>», на принадлежащем указанной организации тракторе <данные изъяты> государственный регистрационный знак № (далее трактор <данные изъяты> под управлением ФИО5), оборудованном в передней части отвалом, осуществлял работы по чистке дороги на участке 5 км автодороги «<адрес>», расположенном вне населенного пункта и предназначенном для движения транспортных средств во встречных направлениях, имеющем по одной полосе движения в каждом направлении.

В то же время в попутном направлении с трактором <данные изъяты> под управлением ФИО5, по одной и той же полосе движения, без превышения разрешенного скоростного режима со скоростью в диапазоне 56-64 км/ч в направлении <адрес> осуществлял движение автопоезд в составе грузового самосвала <данные изъяты> государственный регистрационный знак № сцепленного с прицепом <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО11 (далее автопоезд под управлением ФИО11), приближаясь сзади к двигавшемуся с меньшей скоростью трактору <данные изъяты> под управлением ФИО5

В пути следования, в указанное время водитель ФИО5, проявил преступную небрежность при управлении транспортным средством, выразившуюся в том, что он, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия. При этом, ФИО5 своевременно не выявил потенциальную опасность совершения им маневра разворота на данном участке автодороги для приближающегося сзади к трактору <данные изъяты> под его управлением автопоезда под управлением водителя ФИО11, и в нарушение пункта 8.1. Правил дорожного движения РФ, согласно которого водитель обязан: перед разворотом подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, не оценил достаточности расстояния для маневра разворота между трактором <данные изъяты> и автопоездом под управлением ФИО11, пользующимся приоритетным правом на движение. В то же время, водитель ФИО5, продолжая проявлять преступную небрежность, в нарушение пункта 8.8. Правил дорожного движения РФ, согласно которому, если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины), при этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам», приступил на тракторе <данные изъяты> выполнению маневра разворота вне перекрестка от правого края проезжей части (с правой обочины) к центру проезжей части, двигаясь со скоростью в диапазоне 10-12 км/ч.

В сложившейся ситуации проявление при управлении трактором <данные изъяты> преступной небрежности водителем ФИО5 и нарушение им Правил дорожного движения РФ, стало следствием того, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 15 часов 40 минут из-за не предоставления автопоезду под управлением ФИО11 преимущественного права для движения, ФИО5 не смог предпринять мер к предотвращению дорожно-транспортного происшествия, и при совершении маневра разворота на участке 5 км автодороги «<адрес>», практически по середине автодороги на расстоянии 2,9 м от края проезжей части и на расстоянии 0,04 м линии разметки, разделяющей встречные потоки транспортных средств, допустил столкновение трактора <данные изъяты> под его управлением с автопоездом под управлением ФИО11 При этом, последний, двигаясь без превышения разрешенного скоростного режима со скоростью в диапазоне 56-64 км/ч, был вынужден уходить от столкновения с трактором <данные изъяты> под управлением ФИО5, выполняя маневр перестроения, и согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № автотехнической судебной экспертизы, с момента возникновения опасности для движения не имел технической возможности предотвратить столкновение с трактором <данные изъяты> государственный регистрационный знак №. В результате чего, автопоезд под управлением ФИО11, потеряв курсовую устойчивость, опрокинулся за пределами проезжей части автодороги, а водитель ФИО11 получил телесные повреждения.

Не приняв заблаговременно надлежащих мер к предотвращению дорожно-транспортного происшествия, водитель ФИО5 в результате столкновения управляемого им трактора <данные изъяты> с автопоездом под управлением ФИО11, причинил последнему телесные повреждения, повлекшие смерть.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, согласно заключению от ДД.ММ.ГГГГ № судебно-медицинской экспертизы ФИО11 были причинены телесные повреждения:

головы и шеи: ссадина на спинке носа, неинтенсивный кровоподтек в носогубной области, ссадины, сливающиеся между собой, на передней поверхности шеи, в верхней её части,

туловища: ссадина в проекции грудины, прерывистое кровоизлияние, прерывистые царапины на животе справа, ссадины, сливающиеся между собой в нижней части живота слева, ссадины, частично сливающиеся друг с другом, на переднебоковой поверхности живота слева, прерывистая ссадина в правой ягодичной области, поперечный перелом грудины, между местами прикрепления 1 и 2 пар ребер, с кровоизлиянием в мягкие ткани вокруг; переломы ребер справа 3,4 между лопаточной и передней подмышечной линиями; слева: 1 по лопаточной линии, 2 по средней ключичной и задней подмышечной линиям, 3,4,5 по средней ключичной линии, 6 по передней подмышечной и по лопаточной линиям, 7 по лопаточной линии, с повреждением реберной плевры и выстоянием отломков в плевральную полость, 8 между лопаточной и задней подмышечной линиям и между лопаточной и околопозвоночной линиям, 9 между околопозвоночной и лопаточной линиями, с кровоизлияниями темно-красного цвета в мягкие ткани вокруг; линии переломов по наружным поверхностям относительно мелкозубчатые, по внутренним более крупнозубчатые, местами с отщеплением компактной пластинки, левосторонний гемоторакс объемом 0,1 литра; кровоизлияния в корни легких, кровоизлияние прерывистое в клетчатку средостения на уровне бифуркации трахеи, кровоизлияние в околопочечную клетчатку слева; разрыв лонного сочленения с расхождением костей до 1 см с неинтенсивным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани.

конечностей: ссадина на передневнутренней поверхности левого бедра, в нижней его трети, горизонтальная ссадина на наружной поверхности правого бедра.

Смерть ФИО11 наступила от тупой сочетанной травмы тела, с указанными составляющими ее компонентами, которые рассматриваются в совокупности, как единый патоморфологический комплекс и патофизиологический процесс и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. Между тупой сочетанной травмой тела и наступлением смерти пострадавшего имеется прямая причинная связь. Наступившие последствия дорожно-транспортного происшествия в виде причинения смерти ФИО11 находятся в причинно-следственной связи с допущенными водителем ФИО5 нарушениями Правил дорожного движения РФ, а именно: пункта 8.1, согласно которому водитель обязан: перед разворотом подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения»; пункта 8.8., согласно которому если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины). При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

В судебном заседании подсудимый ФИО7 вину в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ не признал частично, пояснив, что не согласен с нарушением им п.п.1.5, 8.1, 8.8 ПДД РФ и показал, что ДД.ММ.ГГГГ он, являясь работником <данные изъяты>», на принадлежащем ООО «<данные изъяты>» тракторе <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, оборудованном в передней части отвалом, исполняя свои трудовые обязанности, осуществлял работы по чистке автодороги «<данные изъяты>» по маршруту: <адрес>, расположенной вне населенного пункта, предназначенной для движения транспортных средств во встречных направлениях.

Примерно на 5 км указанной автодороги в попутном направлении с управляемым им трактором в направлении <адрес> осуществлял движение автопоезд в составе грузового самосвала <данные изъяты> сцепленного с прицепом под управлением водителя ФИО11. Данное транспортное средство он увидел влевое боковое зеркало заднего вида, на расстоянии примерно 100 м от него. Автопоезд начал его обгонять. Когда автомобиль поравнялся с трактором, почувствовал удар в левый край отвала, при этом переднюю левую часть трактора со стороны отвала прижало к асфальту и под тяжестью автомобиля протащило по асфальту. «<данные изъяты>» начало заносить, он перевернулся и съехал в кювет. Трактор проехал какое-то расстояние и остановился. При обгоне «<данные изъяты>» находился близко к трактору, боковой интервал был минимальным.

Полагает, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» совершая маневр обгона, пытался возвратиться в свою полосу движения, ввиду встречного транспорта, которого было невидно из-за того, что дорога имела возвышенность и далее шла под уклон.

Показания ФИО7 суд признает правдивыми в той части, в которой они не противоречат установленным судом обстоятельствам.

Вместе с тем, виновность ФИО7 в совершении преступления при вышеуказанных обстоятельствах подтверждается, а его доводы о невиновности опровергаются, как показаниями потерпевшей, свидетелей, так и другими исследованными судом доказательствами.

Показаниями потерпевшей Потерпевший №1, свидетельствующими, что ФИО11 ее супруг. В тот день он осуществлял перевозку сахарной свеклы на автомобиле <данные изъяты> с прицепом на завод в <адрес>.

Примерно около 16 часов позвонил племянник и сообщил, что супруг погиб. Когда прибыла на место происшествия, обнаружила, что автомобиль «<данные изъяты>» и прицеп перевернуты. Рядом лежал супруг без признаков жизни.

В связи со смертью супруга ей причинен моральный вред. Поддерживает гражданский иск о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи со смертью супруга в размере 2 000 000 рублей и материального ущерба в сумме 52 557 рублей 70 копеек.

Показаниями свидетеля Свидетель №2, свидетельствующими, что в тот день он находился вблизи автодороги «<адрес>». Осадков не было, асфальт был сухой. Примерно в 16 часов прибыл на место происшествия. На автодороге по направлению в <адрес> находился трактор, который впереди был оборудован отвалом. Отвал был замят. На дороге от отвала были повреждения. Водитель трактора находился возле трактора.

Автомобиль <данные изъяты> был опрокинут на крышу, прицеп на борт. Водитель <данные изъяты> был зажат в кабине. Прибывшие сотрудники скорой помощи констатировали смерть водителя <данные изъяты>.

Показаниями свидетеля Свидетель №1, свидетельствующими, что в тот день он осуществлял движение в сторону <адрес> на расстоянии примерно 500 метров от автомобиля «<данные изъяты>» с прицепом, под управлением ФИО11 Ехал со скоростью не более 50 км/ч. Затем увидел, что произошло ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> и трактора. Трактор впереди был оборудован отвалом, стоял на полосе, по которой ехал. <данные изъяты> лежал на крыше, прицеп был опрокинут на борт. Встречных транспортных средств не было.

Дорога в месте ДТП имела две полосы: попутная и встречная. Уклон дороги визуально незаметен, но не исключает, его наличие при измерении. Асфальт был чистый, сухой. Осадков не было. ДТП произошло вне населенного пункта.

Свидетели ФИО12 и ФИО13 также показали, что они были на месте ДТП. Трактор находился на дороге, <данные изъяты> был опрокинут.

При этом свидетель ФИО12 также показал, что осадков в тот день не было.

Кроме того, виновность подсудимого ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ подтверждается письменными материалами дела, а именно сведениями, содержащимися в

протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия и в фото-таблице к нему от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствующими, что профиль автодороги «<адрес>» горизонтальный; дорога имеет асфальтовое покрытие. Дорожное покрытие сухое. Проезжая часть шириной 6.15м предназначена для движения транспортных средств в двух направлениях, по одной в полосе для каждого. Ширина левой полосы (в направлении от <адрес> в сторону <адрес>) -3.11 м, правой - 2.94 м. Слева и справа к проезжей части примыкают обочины шириной 1.46 м левая и 1.9 м правая, за ними поля. Имеется горизонтальная дорожная разметка 1.5, которая разделяет транспортные потоки встречных направлений. Состояние видимости более 100 м. Трактор <данные изъяты> государственный регистрационный знак № оборудованный отвалом и щёткой, под управлением ФИО5 двигался по проезжей части автодороги со стороны <адрес> в сторону <адрес>. Имел загрязнения осветительных и сигнальных приборов, стекол, зеркал.

Автопоезд в составе автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № и прицепа <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО11 двигался по проезжей части автодороги со стороны <адрес> в сторону <адрес> в попутном с трактором направлении. Кузов автомобиля <данные изъяты> и прицепа <данные изъяты> загружены сахарной свёклой.

В результате ДТП транспортные средства получили механические повреждения.(т.1 л.д.1-25)

схеме места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствующими о схематично зафиксированной обстановке на месте дорожно-транспортного происшествия : трактор <данные изъяты> государственный регистрационный знак № (отметка 1) - на расстоянии 103.2 м от линии начала осмотра (от дорожного знака «примыкание второстепенной дороги справа») до заднего левого колеса трактора, расстояние от левого края проезжей части до левого заднего колеса трактора составляет 4.1 м, до левого переднего колеса - 4.5 м, до левой стороны отвала трактора - 4.9 м.

<данные изъяты> государственный регистрационный знак № с прицепом <данные изъяты> государственный регистрационный знак № (отметка 2) - на расстоянии 148.73 м от линии начала осмотра, автомобиль опрокинут на крышу, прицеп на левый борт.

След повреждения асфальта длиной 0.54 м (отметка а) на расстоянии 108.73 м от линии начала осмотра, 2.9 м от края проезжей части и 0.04 м от линии разметки 1.5. Окончание следа на расстоянии 109.63 от линии начала осмотра.

След повреждения асфальта длиной 0.4 м (отметка b) на расстоянии 110.53 м от линии начала осмотра. Начало следа расположено на расстоянии 2.5 м от края проезжей части, окончание на расстоянии 2.9 м от края проезжей части. Расстояние между следами а и b составляет 0.9 м.

След повреждения асфальта длиной 3.44 м (отметка с) - начинается след на расстоянии 2.11 м от края проезжей части, на расстоянии 1.6 м от оси левого переднего колеса трактора, оканчивается в районе отвала трактора. (т.1 л.д.26)

заключении судебно-медицинской экспертизы года № от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствующими, что ФИО11 были причинены телесные повреждения:

головы и шеи: ссадина на спинке носа, неинтенсивный кровоподтек в носогубной области, ссадины, сливающиеся между собой, на передней поверхности шеи, в верхней её части,

туловища: ссадина в проекции грудины, прерывистое кровоизлияние, прерывистые царапины на животе справа, ссадины, сливающиеся между собой в нижней части живота слева, ссадины, частично сливающиеся друг с другом, на переднебоковой поверхности живота слева, прерывистая ссадина в правой ягодичной области, поперечный перелом грудины, между местами прикрепления 1 и 2 пар ребер, с кровоизлиянием в мягкие ткани вокруг; переломы ребер справа 3,4 между лопаточной и передней подмышечной линиями; слева: 1 по лопаточной линии, 2 по средней ключичной и задней подмышечной линиям, 3,4,5 по средней ключичной линии, 6 по передней подмышечной и по лопаточной линиям, 7 по лопаточной линии, с повреждением реберной плевры и выстоянием отломков в плевральную полость, 8 между лопаточной и задней подмышечной линиям и между лопаточной и околопозвоночной линиям, 9 между околопозвоночной и лопаточной линиями, с кровоизлияниями темно-красного цвета в мягкие ткани вокруг; линии переломов по наружным поверхностям относительно мелкозубчатые, по внутренним более крупнозубчатые, местами с отщеплением компактной пластинки, левосторонний гемоторакс объемом 0,1 литра; кровоизлияния в корни легких, кровоизлияние прерывистое в клетчатку средостения на уровне бифуркации трахеи, кровоизлияние в околопочечную клетчатку слева; разрыв лонного сочленения с расхождением костей до 1 см с неинтенсивным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани.

конечностей: ссадина на передневнутренней поверхности левого бедра, в нижней его трети, горизонтальная ссадина на наружной поверхности правого бедра.

Телесные повреждения возникли при контактировании с твердыми тупыми предметами за минуты-десятки минут до наступления смерти.

Причиной смерти ФИО11 явилась тупая сочетанная травма тела, с вышеуказанными ее составляющими компонентами, которые рассматриваться в совокупности, как единый патоморфологический комплекс и патофизиологический процесс и квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни (т.1 л.д.51-57)

заключении комиссионной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствующими, что столкновение автопоезда <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, с прицепом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №(далее <данные изъяты>), с трактором <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №(далее трактор), произошло по середине дороги - в районе начала следа с отметкой «а». При этом трактор двигался по дуге характерной для поворота (разворота) налево, а автопоезд уходил от столкновения, выполняя маневр перестроения.

В момент начала контакта автомобиля с трактором, угол их взаиморасположения был острым, контакт носил перекрестный и эксцентричный характер, за счет преимущественно проникающего движения следообразующей группы поверхностей локальной зоны деформаций автомобиля <данные изъяты> по направлению сзади вперед и несколько слева направо, относительно продольной оси трактора. Угол столкновения транспортных средств был равен углу взаиморасположения, ни одно из транспортных средств не перемещалось с потерей устойчивости.

Непосредственно в момент столкновения величина скорости автомобиля <данные изъяты> находилась в диапазоне 56-64 км/ч, трактора 10-12 км/ч.

С технической точки зрения действия водителя трактора регламентируются требованиями пунктов 1.5, 8.1, 8.5, 8.7, 8.8 ПДД РФ, водителя автомобиля <данные изъяты> требованиями пунктов 1.5, 10.1, 10.3 ПДД РФ.

Фактические действия водителя автомобиля <данные изъяты> соответствовали регламентации ПДД РФ - вёл автопоезд по своей половине проезжей части, без превышения скоростного режима, опасности для движения своими действиями не создавал. С момента возникновения такой опасности не имел технической возможности предотвратить столкновение с трактором.

Действия водителя трактора не соответствовали требованиям пунктов 1.5, 8.1, 8.8 ПДД РФ, а именно: п.1.5 - создал опасность для движения и причинил вред, п.8.1 - при выполнении маневра создал опасность для движения, п.8.8 -при развороте вне перекрестка от правого края проезжей части (с правой обочины) не уступил дорогу попутному транспортному средству.

Маневр трактора не был обоснован сложившейся дорожно-транспортной ситуацией.

Водитель автопоезда не имел технической возможности остановить автопоезд до линии движения трактора. Действия водителя автомобиля <данные изъяты> соответствовали требованиям ПДД РФ, регламентирующих рассматриваемую дорожно-транспортную ситуацию.

Действия водителя трактора не соответствовали требованиям вышеуказанных пунктов ПДД РФ, что привело к созданию опасности для движения водителю автомобиля.

С момента возникновения опасности для движения у водителя <данные изъяты> не было технической возможности предотвратить столкновение с трактором.

С технической точки зрения, именно действия водителя трактора, не соответствующие требованиям пунктов 1.5, 8.1, 8.8 ПДД РФ послужили необходимой и достаточной причиной, чтобы событие необратимо наступило - не было бы несоответствий, не было бы столкновения. (т.2 л.д.220-273)

С учетом сведений об элементах дороги в продольном плане, представленных ОКУ «<данные изъяты>» по участку автодороги «<адрес> в месте ДТП (км 4+000 – км 10+000), трека движения трактора из бортового контроллера мониторинга <данные изъяты>, представленного ООО «<данные изъяты>» согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ дополнительной комиссионной автотехнической судебной экспертизы, по месту ДТП участок дороги в продольном плане прямолинейный спуск, поэтому условия видимости и обзорности для водителей автопоезда и трактора не могли быть ограничены профилем автодороги;

величина продольного уклона дороги по месту ДТП не ограничивала и не оказывала влияние на условия видимости и обзорности для водителей автопоезда и трактора;

условия прямой видимости автодороги по месту ДТП (по ходу движения ТС) не ограничивали техническую возможность наблюдать дорожную обстановку. Водитель автопоезда в условиях происшествия имел техническую возможность (дорожные условия позволяли) обнаружить трактор на расстоянии примерно 385 м. В свою очередь у тракториста при наблюдении за дорожной обстановкой позади трактора также отсутствовали какие-либо факторы, ограничивающие обнаружение автопоезда.

Предоставленные данные трека движения трактора из бортового контроллера мониторинга <данные изъяты> для эксперта-автотехника носят информационный характер и не влияют на результаты раннее проведённого исследования и на выводы, данные в комиссионном заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

По данным трека движения трактора из бортового контроллера мониторинга <данные изъяты>, с учетом комиссионного заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что трактор перед происшествием двигался по проезжей части автодороги «Курск-Поныри-Солнечный», расположенной в <адрес>, со стороны д.Реутово в сторону <адрес> со средней скоростью около 14-17 км/ч. В момент столкновения транспортных средств величина скорости движения трактора находилась в диапазоне 10-12 км/ч.

Непосредственно в момент столкновения величина скорости автомобиля КАМАЗ с прицепом находилась в диапазоне 56-64 км/ч. Перед происшествием автопоезд двигался по проезжей части автодороги «<адрес>», расположенной в <адрес>, сзади трактора со стороны <адрес> в сторону <адрес>.

Действия водителя автомобиля <данные изъяты> в составе автопоезда соответствовали регламентации пунктов 1.5, 10.1, 10.3 ПДД РФ - вёл автопоезд он по своей половине проезжей части, без превышения скоростного режима, опасности для движения своими действиями не создавал, а с момента возникновения такой опасности не имел технической возможности предотвратить столкновение с трактором.

Действия водителя трактора не соответствовали требованиям пунктов 1.5, 8.1, 8.8 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: создал опасность для движения и причинил вред(п.1.5), при выполнении маневра создал опасность для движения(п.8.1), при развороте вне перекрестка от правого края проезжей части (с правой обочины) не уступил дорогу попутному транспортному средству(п.8.8).

Водитель трактора в условиях происшествия не имел преимущественного права для движения в данной ситуации, поэтому решение вопроса о возможности предотвращения столкновения водителем трактора в рассматриваемой ситуации, когда данный водитель должен был согласно требований пунктов 8.1, 8.5, 8.7, 8.8 Правил дорожного движения Российской Федерации уступить дорогу автомобилю <данные изъяты>, пользующемуся приоритетным правом на движение, нецелесообразно с технической точки зрения, поскольку во избежание ДТП указанному водителю достаточно было действовать согласно вышеприведённых пунктов Правил.

Водитель автопоезда в условиях происшествия не имел технической возможности остановить автопоезд до линии движения трактора.

Действия водителя автомобиля в составе автопоезда соответствовали требованиям пунктов ПДД РФ, регламентирующих рассматриваемую дорожно-транспортную ситуацию. Тогда как действия водителя трактора не соответствовали требованиям вышеуказанных пунктов ПДД РФ, что привело к созданию опасности для движения водителю автомобиля.

Установлено, что с момента возникновения опасности для движения у водителя <данные изъяты> в составе автопоезда, не было технической возможности предотвратить столкновение с трактором.

С технической точки зрения действия водителя трактора, не соответствующие требованиям пунктов 1.5, 8.1, 8.8 ПДД РФ, послужили необходимой и достаточной причиной, чтобы событие имело место быть.

Экспертами в ходе проведенных комиссионной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительной комиссионной автотехнической судебной экспертизы № ДД.ММ.ГГГГ учтены все зафиксированные в материалах уголовного дела обстоятельства ДТП, следы, ранее проведенные автотехнические судебные экспертизы, представленные сторонами дополнительные материалы, на основании которых экспертным путем определен механизм ДТП с участием автомобиля <данные изъяты> с прицепом и трактора, дана оценка с технической точки зрения действиям водителей указанных транспортных средств, которая не вызывает сомнений.

По возникшим у стороны защиты неясностям относительно выводов экспертов в судебном заседании допрошены эксперты ФИО24 и ФИО14, которые подтвердили заключения судебных экспертиз.

При этом эксперт ФИО24 по заключению № от ДД.ММ.ГГГГ показал, что данная экспертиза была изготовлена по представленному материалу, без фотографии следов на отвале трактора, что влияло бы на вывод в части места столкновения транспортных средств и угла между транспортными средствами.

Согласно сведениям, содержащимся в постановлениях о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ и протоколов осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ автопоезд в составе грузового самосвала <данные изъяты> государственный регистрационный знак № сцепленного с прицепом <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, трактор <данные изъяты> государственный регистрационный знак № признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела, произведен их осмотр.(т.1 л.д.188-189, 190, 191-192, 193)

Анализируя представленные сторонами и исследованные в суде доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в их совокупности достаточности для разрешения уголовного дела, суд находит доказанным, как событие преступления, так и виновность подсудимого в его совершении.

У суда не возникает сомнений в искренности показаний потерпевшего, представителя потерпевшего, свидетелей, поскольку они подробны, последовательны, логичны, сопоставимы между собой и не противоречат другим доказательствам, собранным по делу.

Доводы защиты о признании заключений экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ АНО «<данные изъяты>» в силу ст.75 УПК РФ недопустимыми доказательствами, являются несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно ст.75 УПК РФ недопустимыми являются доказательства, полученные с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, они не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, подлежащих доказыванию. К недопустимым доказательствам относятся доказательства, полученные с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Как следует из материалов уголовного дела и установлено судом, судебные экспертизы были назначены и проведены с соблюдением требований главы 27 УПК РФ, предусматривающей производство судебной экспертизы и объективных обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав, предусмотренных ст.198 УПК РФ, при их назначении и производстве не установлено.

Напротив, судебные экспертизы, проведены компетентными экспертами, имеющими необходимое образование и стаж работы. Экспертам были разъяснены права, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Сведений, ставящих под сомнение объективность и компетентность результатов проведенных судебных экспертиз, не имеется. Выводы экспертов научно-обоснованы, аргументированы. Неясностей, противоречий экспертизы не содержат.

Исходя из совокупности установленных судом обстоятельств, доводов изложенных в обоснование ходатайств, объективных данных свидетельствующих о необходимости в производстве допроса экспертов по данным заключениям, как и в производстве дополнительной судебной автотехнической экспертизы, производство которой в силу положений ст.195 УПК РФ не является обязательным, проведении следственного эксперимента, не имеется.

Давая правовую оценку действиям подсудимого ФИО5 суд исходит из конкретных обстоятельств, установленных по делу, и подтвержденных имеющимися доказательствами и квалифицирует его действия по ст.264 ч.3 УК РФ – нарушение лицом, управляющим механическим транспортным средством(трактором), правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Судом установлено, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ примерно в 15 часов 40 минут управляя трактором <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, оборудованным в передней части отвалом, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, своевременно не выявил потенциальную опасность совершения им маневра разворота для приближающегося сзади к трактору <данные изъяты> под его управлением автопоезда под управлением водителя ФИО11, и в нарушение пункта 8.1. ПДД РФ, согласно которому, водитель обязан: перед разворотом подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, не оценил достаточности расстояния для маневра разворота между трактором <данные изъяты> и автопоездом под управлением ФИО11, пользующимся приоритетным правом на движение. В то же время, водитель ФИО5, продолжая проявлять преступную небрежность, в нарушение пункта 8.8. ПДД РФ, согласно которому, если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины), при этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам, приступил на тракторе <данные изъяты> к выполнению маневра разворота вне перекрестка от правого края проезжей части (с правой обочины) к центру проезжей части, двигаясь со скоростью в диапазоне 10-12 км/ч.

В сложившейся ситуации проявление при управлении трактором <данные изъяты> преступной небрежности водителем ФИО5 и нарушение им Правил дорожного движения РФ, стало следствием того, что из-за не предоставления автопоезду под управлением ФИО11 преимущественного права для движения, ФИО5 не смог предпринять мер к предотвращению дорожно-транспортного происшествия, и при совершении маневра разворота на участке 5 км автодороги «<адрес>», практически по середине автодороги на расстоянии 2,9 м от края проезжей части и на расстоянии 0,04 м линии разметки, разделяющей встречные потоки транспортных средств, допустил столкновение трактора <данные изъяты> под его управлением с автопоездом под управлением ФИО11 При этом, последний, двигаясь без превышения разрешенного скоростного режима со скоростью в диапазоне 56-64 км/ч, был вынужден уходить от столкновения с трактором <данные изъяты> под управлением ФИО5, выполняя маневр перестроения, и согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № автотехнической судебной экспертизы, с момента возникновения опасности для движения не имел технической возможности предотвратить столкновение с трактором <данные изъяты> государственный регистрационный знак №. В результате чего, автопоезд под управлением ФИО11, потеряв курсовую устойчивость, опрокинулся за пределами проезжей части автодороги, а водитель ФИО11 получил телесные повреждения. Не приняв заблаговременно надлежащих мер к предотвращению дорожно-транспортного происшествия, водитель ФИО5 в результате столкновения управляемого им трактора <данные изъяты> с автопоездом под управлением ФИО11, причинил последнему телесные повреждения, повлекшие смерть.

Наступившие общественно-опасные последствия в виде причинения по неосторожности смерти ФИО11 находятся в прямой причинной связи с нарушением подсудимым ФИО5 пунктов 8.1, 8.8 ПДД РФ, то есть их нарушение является непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия.

При управлении трактором ФИО5 проявил преступную небрежность, выразившуюся в том, что он, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

Рассматривая вопрос о моменте возникновения опасности, суд считает, что момент возникновения опасности в данной дорожной ситуации возник в тот момент, когда ФИО7 не уступив дорогу попутному автомобилю <данные изъяты> под управлением ФИО11 приступил на тракторе к выполнению маневра разворота вне перекрестка от правого края проезжей части(с правой обочины) к центру проезжей части, двигаясь со скоростью в диапазоне 10-12 км/ч, при этом данная опасность была создана самим подсудимым. При этом подсудимый ФИО5 в суде показал, что осуществляя движение, он видел, что в попутном направлении на расстоянии примерно 100 м осуществлял движение автомобиль <данные изъяты>, что также свидетельствует, что ФИО5 видел автомобиль <данные изъяты> в попутном направлении.

О совершении ФИО5 как маневра разворота, так и о его совершении не выявив потенциальную опасность совершения маневра разворота для приближающегося сзади к трактору под управление ФИО5 автопоезда, свидетельствуют как заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, так и заключение № от ДД.ММ.ГГГГ в утвердительной форме свидетельствующие, что траектория движения трактора к моменту контакта была дугообразной, характерной для маневра поворота налево, траектория движения водителя к моменту контакта была близкой к линейной. С момента начала реагирования водителем на опасность для движения траектория движения автомобиля была дугообразной, характерной для маневра смены полосы движения. При совершении маневра разворота не выявив потенциальную опасность совершения маневра разворота для приближающегося сзади к трактору автопоезда ФИО5 приступил к маневру разворота вне перекрестка от правого края проезжей части(с правой обочины) к центру проезжей части, двигаясь со скоростью в диапазоне 10-12 км/ч.

В тоже время суд считает, что из объема обвинения ФИО5 подлежат исключению указания на нарушением им в момент совершения дорожно-транспортного происшествия п.1.5 ПДД РФ, так как он является декларативным, говорит об общих положениях, которые необходимо выполнять всем водителям и другим участникам дорожного движения, в виду чего его нарушение не является непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия.

Суд соглашается с доводами защиты, что по смыслу ст.74, 140, 143 УПК РФ, приведенный стороной обвинения в качестве доказательства виновности ФИО5 в совершении преступления рапорт сотрудника правоохранительных органов об обнаружении в действиях ФИО5 признаков состава преступления, доказательством по уголовному делу не является. Изложенные в рапорте сведения проверялись в ход следственных действий и сами по себе обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ, не доказывают.

Анализируя совокупность исследованных доказательств, суд критически относится к доводам стороны защиты о том, что подсудимый ФИО5 подлежит оправданию, поскольку его виновность в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных доказательств свидетельствующих, что наступившие общественно-опасные последствия в виде причинения по неосторожности смерти ФИО11 находятся в прямой причинной связи с нарушением подсудимым ФИО5 пунктов 8.1, 8.8 ПДД РФ. Факт управления им трактором в момент совершения дорожно-транспортного происшествия не оспаривается.

Вопреки доводам защиты, видеозапись с автографа трактора под управлением ФИО5, подключенного к системе «<данные изъяты>», как и сведения ОКУ «<данные изъяты>» об элементах дороги были в распоряжении экспертов, что явствует как из заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, так и из показаний эксперта ФИО14 в суде, свидетельствующих об их исследовании при производстве экспертизы.

Доводы защиты, что эксперты неверно определили направление движения транспортных средств во время ДТП, противоречат материалам дела: схеме осмотра места происшествия, протоколу осмотра места происшествия, показаниям свидетеля ФИО15(следователя) их составившей, сведениям ОКУ «<данные изъяты>», с учетом которых дано заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которое признано допустимым доказательством. При этом эксперт ФИО14 в суде подтвердил выводы указанного заключения и показал, что транспортные средства двигались под уклон с 6 на 5 км, что согласуется с представленной ОКУ «<данные изъяты>» документацией по автодороге в месте ДТП, свидетельствующей о прямолинейном спуске 400м.

Сами по себе показания свидетелей Свидетель №1, ФИО13 относительно профиля автодороги в месте ДТП, которые не обладают специальными познаниями и приборами для его определения, являются их субъективным мнением, которое носит предположительный характер, и опровергается заключением экспертов и иными материалами дела.

Более того, сами по себе показания свидетелей ФИО13, Свидетель №1, информация с бортового контролера, системы «<данные изъяты>», установленного на тракторе ФИО5, доводы стороны защиты об отсутствии грязевых следов колес трактора, как и заключения автотехнической судебной экспертизы №/з от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.80-102), дополнительной автотехнической судебной экспертизы №.3-1 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.169-173), дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.9-19), дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.129-133) относительно механизма дорожно-транспортного происшествия, с учетом которых даны заключения № от ДД.ММ.ГГГГ и № отДД.ММ.ГГГГ не свидетельствуют о невиновности ФИО5 в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах которые подтверждены совокупностью бесспорных доказательств, напротив, свидетельствующих о нарушении ФИО5 п.п.8.1,8.8 ПДД РФ, находящихся в прямой причинной связи с наступившей смертью ФИО11 в результате дорожно-транспортного происшествия..

Доводы стороны защиты, что ФИО11 управляя автомобилем <данные изъяты> совершал обгон управляемого ФИО5 трактора, полностью опровергаются заключениями экспертов как № от ДД.ММ.ГГГГ и № отДД.ММ.ГГГГ, так и показаниями эксперта ФИО14 в суде, свидетельствующими, что фактически действия водителя <данные изъяты> соответствовали регламентации ПДД РФ, с момента возникновения опасности водитель автопоезда не имел технической возможности предотвратить столкновение с трактором, автопоезд под управлением ФИО11 уходил от столкновения, выполняя маневр перестроения, оснований не доверять которым, не имеется.

Доводы о том, что материалы уголовного дела не содержат сведений, что эксперты ФИО16 и ФИО14, проводившие комплексную автотехническую экспертизу с помощью программы моделирования <данные изъяты>, проходили специальную подготовку для использования в своей деятельности указанной программы моделирования, имеют навыки в работе с программой <данные изъяты>, что имеется только сертификат о прохождении обучения и подготовки по программе моделирования <данные изъяты> только на имя директора АНО «<данные изъяты>» ФИО17, который участие в производстве экспертизы не принимал, что сертификатов, дипломов о прохождении обучения по данной программе в отношении экспертов ФИО16 и ФИО14 не имеется, что они не могли выполнять экспертизу по настоящему уголовному делу с использованием программы <данные изъяты>, опровергаются показаниями эксперта ФИО14 в суде, свидетельствующими, что право применения программных продуктов принадлежит АНО «<данные изъяты>», внутри которого применение и использование этих программ и продуктов сотрудниками определяется необходимостью.

Кроме заключений экспертов виновность ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ подтверждается совокупностью вышеуказанных доказательств, в том числе: сведениями содержащимися в заключении судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствующими о причинении ФИО11 в результате ДТП телесных повреждений, повлекших его смерть, сведениями содержащимися в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия и в фото-таблице к нему от ДД.ММ.ГГГГ, схеме места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ и другими

Доводы стороны защиты о нарушении права на защиту ФИО5 при проведении следственных и процессуальных действий ДД.ММ.ГГГГ опровергаются показаниями старшего следователя ФИО18, начальника СО ОВМД России по <данные изъяты> ФИО19, адвоката ФИО23, свидетельствующими, что все следственные действия по рассматриваемому уголовному делу ДД.ММ.ГГГГ года проводились в <адрес>, они были выполнены следователем ФИО18, с участием защитника по назначению ФИО23. Замечаний не имелось. Сведения, изложенные в процессуальных документах, соответствовали действительности.

Суд принимает во внимание, что как явствует из показаний должностного лица, осуществлявшего допрос ФИО5 в качестве подозреваемого и обвиняемого, и составившего протоколы его допроса следователя ФИО9, допрошенного в качестве свидетеля, при составлении протокола показания последнего были записаны с его слов. ФИО5 и его защитник были с ними ознакомлены, замечаний не имели. ФИО5 были разъяснены его процессуальные права, ст. 51 Конституции РФ.

Протоколы допроса ФИО5 в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также протокол ознакомления с материалами дела составлены правомочным лицом в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в присутствии защитника, при отсутствии замечаний, дополнений к содержанию протоколов, заявлений от участвовавших в их проведении лиц не поступило.

Также суд принимает во внимание, что допрос ФИО5 и оспариваемые протоколы допроса произведены и составлены в рамках возбужденного уголовного дела. При этом сам ФИО5 в суде пояснил, что возможность ознакомления с материалами уголовного дела ему предоставлялась, ограничений по времени ознакомления не было, он не ходатайствовал об отложении назначенных на ДД.ММ.ГГГГ следственных и процессуальных действий, хотя такая возможность у него была.

Какого-либо физического и психологического давления на него никто не оказывал.

Сам по себе факт присутствия при проведении следственных действий начальника СО ОВМД России по <данные изъяты> ФИО19, который как явствует как из его показаний, так и показаний ФИО18, ФИО23, участия в следственных и процессуальных действиях не принимал, суд признает не состоятельными как и доводы стороны защиты, что ФИО19 необходимо было указывать в соответствующих протоколах.

Не свидетельствует о нарушении права подсудимого на защиту и то, что в протоколе об ознакомлении с материалами дела, так и постановление о привлечении в качестве обвиняемого ошибочно указано место проведения следственного действия <адрес>, при этом фактически, как явствует из показаний как ФИО18, так и Потерпевший №1 ознакомление потерпевшей с материалами уголовного дела с участием ее представителя проходило в <адрес>. Там же было вынесено и постановление о привлечении в качестве обвиняемого.

С учетом совокупности установленных обстоятельств, доводы защиты, противоречащие установленным судом обстоятельствам, суд расценивает, как избранный способ защиты с целью уйти от ответственности.

Доводы стороны защиты о виновности иного лица в совершении дорожно-транспортного происшествия на материалах дела не основаны, и суд с учетом установленных обстоятельств, судпризнает их не состоятельными.

По изложенным основаниям, вопреки доводам защиты, подсудимый ФИО5 оправданию не подлежит.

У суда не вызывает сомнений психическая полноценность подсудимого. Согласно сведениям ОБУЗ «Золотухинска ЦРБ» на диспансерном учете у врача-нарколога и врача-психиатра ФИО5 не состоит (т.3 л.д.53). Его поведение в момент совершения преступления, на предварительном следствии, в судебном заседании свидетельствует, что в момент совершения преступления, в совершении которого суд признает его виновными, отчет своим действиям отдавал, мог руководить ими, в каком либо болезненном состоянии не находился, является вменяемым и в настоящее время и подлежит привлечению к уголовной ответственности за совершенное преступление. Оснований для иного вывода у суда не имеется.

Обсуждая вопрос о назначении вида и размера наказания подсудимому ФИО5 в соответствии со ст.60 ч.3 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на его исправление, на условия жизни его семьи.

При назначении наказания подсудимому ФИО5 суд принимает во внимание, что совершенное подсудимым преступление, предусмотренное ч.3 ст.264 УК РФ, в соответствии с ч.3 ст.15 УК РФ, относится к категории преступлений средней тяжести.

В качестве характеризующих личность данных суд учитывает, что по месту жительства и по месту работы характеризуется положительно.

В соответствии со ст.63 УК РФ, суд не усматривает в действиях подсудимого обстоятельств, отягчающих наказание.

Основания для признания наличия у ФИО7 смягчающих обстоятельств – оказание медицинской и иной помощи потерпевшему и противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления отсутствуют, поскольку объективных обстоятельств, свидетельствующих об этом, не установлено.

При этом суд принимает во внимание, что в соответствии с п.«к» ч.1 ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, признается оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Как установлено судом и явствует из показаний самого же ФИО5 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, которые суд признает достоверными в части установленных судом обстоятельств, скорую помощь для оказания ФИО11 медицинской помощи ФИО5 не вызывал, что не оспаривается подсудимым и подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №1, свидетельствующими о данных обстоятельствах

Само по себе, что ФИО5 имел намерения оказать помощь, при которых ограничился лишь тем, что находился на месте ДТП, при этом сам не пытаясь оказать первую медицинскую помощь ФИО11, при нахождении последнего в кабине автомобиля, мер к вызову скорой помощи не принял, суд не расценивает это как обстоятельства, предусмотренные п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ, так как данные действия должны быть соразмерны характеру общественно опасных последствий, наступивших в результате совершения преступления, а признание их иным обстоятельством в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ является правом суда.

Исходя из приведенных фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, принимая во внимание, в том числе, что совершено преступление против безопасности движения и эксплуатации транспорта, учитывая, что причинена смерть человеку, суд при наличии смягчающего обстоятельства и при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, не находит оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую.

С учетом изложенного, суд считает необходимым и справедливым назначить подсудимому ФИО5 за совершенное преступления наказание в виде лишения свободы, поскольку оно будет отвечать целям наказания, предусмотренным ст.43 УК РФ и принципу справедливости, закрепленному в ст.6 УК РФ, а также способствовать его исправлению и перевоспитанию и по изложенным обстоятельствам не усматривает оснований для назначения иного вида наказания, предусмотренного санкцией статьи, с применением ст. 73 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено, в связи с чем, суд не находит оснований и для применения в отношении ФИО5 положений ст.64 УК РФ.

Принимая во внимание, что санкция ст.264.1 ч.3 УК РФ предусматривает лишение свободы с обязательным назначением дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет суд, принимая во внимание, что допущенные ФИО7 нарушения ПДД РФ повлекли смерть человека, после совершения преступления ФИО3 привлекался к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, неоднократно привлекался к уголовной ответственности за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, его профессия в настоящее время не связана с деятельностью по управлению транспортными средствами, полагает необходимым назначить подсудимому дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

ФИО5 осужден приговором Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ по ч.2 ст.264.1 УК РФ, с применением ст.ст.53.1 ч.2, 70, 71 УК РФ к наказанию в виде 1 года 20 дней принудительных работ с удержанием 10% в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством на срок 4 года 6 месяцев за преступление, совершенное ДД.ММ.ГГГГ, на основании постановления Курчатовского городского суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ освобожден от отбывания основного наказания условно-досрочно на не отбытый срок 4 месяца 8 дней. ДД.ММ.ГГГГ снят с учета по отбытию срока наказания, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не отбытый срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами 4 года 8 дней.

Принимая во внимание, что преступление по настоящему делу ФИО5 совершено до его осуждения по приговору Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ., наказание подлежит назначению по правилам ч.4,5 ст.69 УК РФ.

В срок отбытого основного наказания подлежит зачету наказание, отбытое по приговору Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ.

В срок отбытого дополнительного наказания подлежит зачету наказание, отбытое по приговору Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Назначая ФИО5 наказание по совокупности преступлений в соответствии со ст.69 ч.4,5 УК РФ, принимая во внимание, что он совершил преступление средней тяжести, считает возможным применить принцип частичного сложения назначенных наказаний.

Местом отбывания наказания подсудимому ФИО5 в соответствии со ст.58 ч.1 п. «а» УК РФ суд полагает назначить колонию поселения как лицу, совершившему преступление по неосторожности.

Объективных обстоятельств, свидетельствующих, что ФИО5 по состоянию здоровья не может находиться в местах лишения свободы, не имеется.

Срок отбывания наказания следует исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение.

Осужденному ФИО5 следовать к месту отбывания наказания в колонию поселения самостоятельно за счет государства в порядке, установленном ст.75.1 УИК РФ - на основании предписания Федеральной службы исполнения наказания по Курской области, в срок, указанный в предписании.

В срок отбытого наказания в виде лишения свободы следует зачесть время самостоятельного следования к месту отбывания наказания из расчета один день за один день.

В ходе предварительного следствия в отношении ФИО5 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В связи с назначением подсудимому ФИО5 наказания в виде реального лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, а также принимая во внимание, что он совершил преступление средней тяжести по неосторожности, имеет постоянное место жительства, характеризуется положительно, на период апелляционного обжалования меру пресечения ФИО5 оставить прежнюю - подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Рассматривая по существу заявленный потерпевшей Потерпевший №1 гражданский иск о взыскании с ООО «Курск-Агро» компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей и материального ущерба в размере 52 557 рублей 70 копеек, а также гражданские иски ФИО2 и ФИО1 о взыскании с ООО «Курск-Агро» компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей каждому, в связи со смертью ФИО11 суд приходит к следующему.

Гражданский ответчик ООО «<данные изъяты>» в лице представителя ФИО8 полагал гражданский иск удовлетворить частично, снизить размер компенсации морального вреда до 400 000 рублей в пользу каждого, считая данную компенсацию разумной и соразмерной, при этом полагал, что грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению и причинению вреда.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Кроме того, в соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как установлено судом и следует из материалов уголовного дела трактор <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, на момент совершения преступления находился в собственности ООО «<данные изъяты>».

ФИО5 выполнял свои должностные обязанности водителя трактора на основании трудового договора с ООО «<данные изъяты>» и, соответственно, являлся его работником. Ответственность за действия ФИО5 с учетом положений ст. 1068 ГК РФ возложена на ООО «<данные изъяты>».

Согласно ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда может быть взыскана судом, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При разрешении спора о компенсации морального вреда, определении ее размера суд в совокупности оценивает конкретные вышеизложенные действия подсудимого ФИО5, которые были совершены по неосторожности, соотносит их с тяжестью причиненных гражданским истцам Потерпевший №1, ФИО1 и ФИО2 физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности, требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации последствиям нарушения прав как основополагающих принципов, предполагающих установление баланса интересов сторон.

С учетом изложенного заявленные потерпевшей Потерпевший №1 требования о возмещении материального ущерба в размере 52 557 рублей 70 копеек подлежат удовлетворению частично на сумму 16 200 рублей (расходы на погребение ФИО11), а в остальной части 36 357 рублей 70 копеек не подлежат, поскольку данные расходы связаны с проведением автотехнической экспертизы в АНО «Судэкс» в рамках настоящего уголовного дела и являются процессуальными издержками, которые взыскиваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 131, 132 УПК РФ. Требования потерпевшей Потерпевший №1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 500 000 руб., поскольку она испытала психологический стресс, который существенным образом отразился на качестве ее жизни, связан с невосполнимой утратой близкого человека.

Заявленные гражданскими истцами ФИО2, ФИО1, иски о взыскании компенсации морального вреда подлежат также частичному удовлетворению в размере 500 000 рублей каждому, поскольку в результате преступления, совершенного в отношении ФИО11 гражданские истцы ФИО2 и ФИО1, являясь дочерями погибшего ФИО11 испытали психологический стресс, который существенным образом отразился на качестве их жизни, связан с невосполнимой утратой близкого человека.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу суд, руководствуясь положениями ст.81 УПК РФ полагает: автопоезд в составе грузового самосвала <данные изъяты> государственный регистрационный знак № сцепленного с прицепом <данные изъяты> государственный регистрационный знак № хранящийся на территории, прилегающей к домовладению № в <адрес>, возвратить потерпевшей(гражданскому истцу) Потерпевший №1 по вступлению приговора в законную силу; трактор <данные изъяты> государственный регистрационный знак № по вступлению приговора в законную силу оставить по принадлежности «<данные изъяты>».

Руководствуясь ст. ст. 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО5 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч.3 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2(два) года, с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 (два) года.

На основании ч.ч.4,5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и приговору Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ по ч.2 ст.264.1 УК РФ, с применением ст.ст. 53.1, 70,71 УК РФ окончательно к отбытию, с учетом положений п.«а» ч.1 ст. 71 УК РФ назначить наказание в виде лишения свободы на срок 2(два) года 6(шесть) месяцев, с отбыванием наказания в колонии поселения, с лишением права управлять транспортным средством на срок 5 (пять) лет 6(шесть) месяцев.

Меру пресечения осужденному ФИО5 на апелляционный период оставить прежнюю – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Осужденный ФИО5 подлежит направлению в колонию поселения в порядке, установленном ст. 75.1 УИК РФ.

Обязанность по направлению ФИО5 к месту отбывания наказания возложить на орган УФСИН по Курской области.

Срок отбывания основного наказания исчислять со дня прибытия осужденного в колонию –поселение. Время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием засчитать в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Зачесть в срок отбытого основного наказания, наказание, отбытое по приговору Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ в виде принудительных работ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть в срок отбытого дополнительного наказания, наказание, отбытое по приговору Золотухинского районного суда Курской области от ДД.ММ.ГГГГ в виде лишением права управлять транспортным средством.

Взыскать с ООО «<данные изъяты>» (ИНН №, КПП №, ОГРН №) в пользу потерпевшей(гражданского истца) Потерпевший №1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ. отделением <данные изъяты>, ИНН №, реквизиты: <данные изъяты>, БИК №, КПП №, к/с №, ИНН №, р/с №) в счет возмещения причиненного преступлением : морального вреда денежную компенсацию в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, материального ущерба 16 200(шестнадцать тысяч двести) рублей.

Взыскать с ООО «<данные изъяты>» (ИНН №, КПП №, ОГРН №) в пользу гражданских истцов: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ. отделением № <данные изъяты>, ИНН №, реквизиты: <данные изъяты>, БИК №, КПП №, к/с №, ИНН №, р/с №)

ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес> (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ. <данные изъяты>, ИНН №, реквизиты: <данные изъяты>, БИК №, КПП №, к/с №, ИНН №, р/с №) в счет возмещения причиненного преступлением : морального вреда денежную компенсацию в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) рублей в пользу каждого.

В остальной части гражданского иска, отказать.

Вещественные доказательства по делу: автопоезд в составе грузового самосвала <данные изъяты> государственный регистрационный знак № сцепленного с прицепом <данные изъяты> государственный регистрационный знак № хранящийся на территории, прилегающей к домовладению № в <адрес>, возвратить потерпевшей(гражданскому истцу) Потерпевший №1 по вступлению приговора в законную силу; трактор <данные изъяты> государственный регистрационный знак № по вступлению приговора в законную силу оставить по принадлежности «<данные изъяты>».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Курского областного суда через Золотухинский районный суд Курской области в течение 15 суток со дня провозглашения.

Судья: /подпись/ Л.Ф. Емельянова