Апелляционное определение № 22-104/2026 от 1 марта 2026 г.

Судья Матюшенко А.Н. дело №22-104/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Салехард 2 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе

председательствующего судьи Палея С.А.,

судей Скрипова С.В., Мартыновой Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Пановой Я.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника Гаврилова П.С. и потерпевшего ФИО1 на приговор Муравленковского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24 декабря 2025 года, по которому

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, гражданин России, несудимый

осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания лишения свободы постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, до которого в отношении ФИО2 сохранена мера пресечения в виде заключения под стражу. В соответствии с п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ, время содержания под стражей с 19 мая 2025 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчёта один день стражи за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По приговору разрешён вопрос о вещественных доказательствах.

Огласив существо обжалуемого приговора, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав осуждённого ФИО2, защитника Гаврилова П.С., прокурора Мухлынина А.Л., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 по приговору суда признан виновным в причинении 18 мая 2025 года в г. Муравленко ЯНАО тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, которому ударом острым предметом нанёс проникающее ранение правого глазного яблока с выпадением внутренних оболочек, повлекшее стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (35%).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Гаврилов П.С. просит приговор отменить по мотивам несоответствия выводов суда фактически обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, постановить по делу оправдательный приговор. Приводя собственные видение и оценку исследованных судом доказательств, защитник считает приговор содержащим противоречия в части установления нанесения потерпевшему одного удара ножом в область правого глаза, тогда как экспертом кроме раны собственно глаза обнаружены еще два ранения в надглазничной и подглазничной областях справа. Не соглашается с выводами судебно-медицинского эксперта об определении степени тяжести вреда здоровью, причинённого Потерпевший №1, взявшего в основу остроту зрения здорового глаза 0,8 установленную заключением от 23 июня 2025 года Уфимского научно-исследовательского института глазных болезней ФГБОУ ВО БГМУ, а не 0,5 согласно осмотрам офтальмологов после получения телесных повреждений. Экспертом неправильно применены критерии определения степени тяжести вреда здоровью, не приведены надлежащим образом использовавшиеся методики произведённых исследований, он не был предупреждён об уголовной ответственности руководителем экспертного учреждения, который не поручал эксперту производство экспертизы, для чего постановления следователя не достаточно. По мнению защитника, достоверно механизм получения Потерпевший №1 телесного повреждения, расценённого как тяжкий вред здоровью, не установлен. Сам потерпевший не говорил о нанесении ему кем-то из нападавших ударов ножом, показания потерпевшего в этой части в приговоре суда изложены неверно. По словам потерпевшего, он почувствовал боль в глазу после падения на землю, в тот момент осуждённый рядом с ним не находился. В руках у потерпевшего при этом находились нож и травматический пистолет, от которых и могли образоваться ранения. Показания ФИО2, последовательно отрицавшего нанесение им ударов ножом в область лица Потерпевший №1, не были опровергнуты другими доказательствами, однако в нарушение ст. 14 УПК РФ, отвергнуты судом. Показания свидетеля Свидетель №4 о наличии ножа в руке у ФИО8 являются недостоверными, так как свидетель не мог видеть осуждённого со своего места, ошибочно указал на наличие на одежде последнего белых элементов, которые присутствовали только на одежде ФИО9 Заключение видео-технической экспертизы о запечатленном камерой видеонаблюдения способе удержания ножа ФИО2 и нанесении им ударов Потерпевший №1, последовательности действий осуждённого и потерпевшего опровергается представленным стороной защиты заключением специалиста №023-ВТЭ-нэ-2025 от 1 октября 2025 года. Выводы эксперта научно не обоснованы, определение колющего удара выходит за пределы компетенции эксперта видеотехника, изображение является размытым и достоверно установить нанесение ФИО2 ударов в область лица потерпевшего невозможно, выводы эксперта и суда об этом являются необоснованным предположением. Судом неверно отражены и оценены в приговоре запечатлённые на записи камеры видеонаблюдения действия ФИО2 в момент, когда он поднял нож. Давая собственную трактовку исследованной видеозаписи, показаний свидетелей и заключений экспертов, защитник считает невозможным причинение ФИО2 ранения глаза Потерпевший №1 тем же предметом, которым он перед этим нанёс потерпевшему колющие ранения ягодиц. По подсчётам защитника, к упавшему Потерпевший №1 осуждённый подошел лишь через 2 секунды, между ударами в ягодицы и ударами в область головы прошло ещё около 6 секунд. Потерпевший же показал о болевых ощущениях в области глаза сразу после падения. Стороне защиты было необоснованно отказано судом в приобщении к материалам уголовного дела и исследовании в судебном заседании заключения (рецензии) специалиста №21790 от 2 октября 2025 года, которое защитник прилагает к жалобе и ходатайствует о его исследовании перед судом апелляционной инстанции. ФИО2 действовал находясь в состоянии необходимой обороны от противоправного посягательства Потерпевший №1, первым открывшим стрельбу в него из пистолета, схожего по своему внешнему виду с боевым. Нападение со стороны потерпевшего подтверждается видеозаписью. Выводы же суда о том, что ФИО2 сам спровоцировал конфликт, ни на чём не основаны. Считает, что Потерпевший №1 не мог видеть повреждение ФИО2 колёс его автомобиля, потому что осуждённый разрезал колёса до того, как потерпевший вышел из помещения СТО. Кроме того, при квалификации содеянного ФИО2 суд указал о его виновности в причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённом с применением предметов, используемых в качестве оружия, что не вменялось в вину осуждённому.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1 просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, так как в приговоре неверно отражены его показания. Он не может сказать, чтобы кто-то из нападавших на него наносил ему удары ножом, но в приговоре указано, что он не может сказать кто именно из нападавших наносил ему удары ножом. Как указано в приговоре, он не помнит точного момента получения ранения глаза, однако он давал показания о болевых ощущениях в области глаза сразу после падения. Его искажённые показания не могли использоваться как доказательство, это привело к неправильному установлению судом фактических обстоятельств дела.

В возражениях на апелляционные жалобы защитника и потерпевшего государственный обвинитель Юрьев А.А. считает изложенные в них доводы необоснованными и не подлежащими удовлетворению, просит приговор суда оставить без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Приговор суда полностью соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, целей и последствий преступления, конкретных преступных действий, совершенных осужденным.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО2 в совершении преступления на основе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, получивших всестороннюю объективную оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Допустимость, относимость, достоверность и достаточность взятых в основу приговора доказательств сомнений не вызывает.

В суде первой инстанции ФИО2 признал нанесение им ударов ножом потерпевшему, но только в область ягодиц, защищаясь от действий последнего. Показал, что в день произошедшего проезжал на автомобиле с Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №5 мимо станции технического обслуживания, где увидел автомобиль ФИО12, которого знал, так как являлся потерпевшим по прекращенному уголовному делу в отношении последнего. Он предложил остановиться и зайти на СТО. Когда зашли внутрь, находившийся там Потерпевший №1 сразу стал громко ругаться, потом достал пистолет и произвел выстрелы в Свидетель №1 и в него. Выбежав на улицу, он ножом порезал шины колес автомобиля Потерпевший №1, затем стал отстреливаться. Когда у Потерпевший №1 закончились патроны в обойме, Свидетель №1 и Свидетель №3 подбежали к потерпевшему и повалили его на землю, при этом у Потерпевший №1 оставались в руках нож и пистолет. Он подобрал нож, который ранее выронил, подбежал к дерущимся и нанес несколько ударов ножом по ягодицам, рукояткой ножа по затылку и рукояткой пистолета в область рёбер Потерпевший №1, в область лица не бил. Кроме него и Потерпевший №1 ножей ни у кого не было.

Потерпевший Потерпевший №1 суду показал, что 18 мая 2025 года в вечернее время, когда он находился в помещении ремонтного бокса СТО вместе с мастером Свидетель №4, туда зашли незнакомые ему Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №1 и знакомый ФИО2, с которым у него ранее был конфликт. Вошедшие быстрым шагом двинулись в его сторону, начали обходить его с двух сторон, угрожая на повышенных тонах на чеченском языке причинением телесных повреждений. В руке у осуждённого находился металлический предмет. Опасаясь реального применения насилия со стороны агрессивно настроенных и превосходящих его количеством лиц, он потребовал не подходить. Поскольку прибывшие не остановились, достал травматический пистолет и открыл огонь по тому из них, кто был ближе к нему, а потом и по остальным. От его выстрелов все четверо выбежали из помещения СТО на улицу. Проследовав за ними он увидел, как ФИО2 ножом режет шины колёс его автомобиля, поэтому из травматического пистолета продолжил вести огонь по осуждённому защищая своё имущество, а тот стал отстреливаться. В момент, когда у него закончились патроны, его сбили с ног и повалили на землю, после чего стали наносить удары. Пистолет и находившийся у него в другой руке нож он выронил. Он не видел, кто наносил удары, чем били, потому что закрывал голову от ударов руками. Упав на землю, ощутил боль в правом глазу, который в результате применённого к нему насилия оказался повреждён, утратил свои функции и, после безрезультатного восстановительного лечения в г. Муравленко и в специализированной клинике г. Уфы, был заменён протезом.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №4, он оказывал помощь ФИО13 в ремонте автомобиля в помещении СТО. В это время в помещение зашли незнакомые ему ФИО2, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №1, которые направились в сторону Потерпевший №1 что-то говоря тому на повышенных тонах на чеченском языке. У ФИО2 в руке был острый металлический предмет, похожий на нож. Потерпевший №1 так же на чеченском языке ответил вошедшим, после чего достал пистолет и открыл огонь по продолжавшим подходить к нему мужчинам. Затем ФИО2, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №1 и за ними Потерпевший №1 выбежали на улицу, где раздались новые выстрелы. Свидетель оставался в ремонтном боксе, вышел на улицу уже по приезду скорой медицинской помощи, увидел разрезанные шины на автомобиле Потерпевший №1 При просмотре видеозаписи произошедшего в судебном заседании, свидетель опознал на ней ФИО2 и указал момент, когда у зашедшего в ремонтный бокс СТО осуждённого он увидел металлический предмет, похожий на нож.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что 18 мая 2025 года он вместе с Свидетель №5, Свидетель №3 и ФИО2 передвигались на его автомобиле «Тойота Камри». У СТО ФИО2 увидел машину Потерпевший №1 и попросил остановиться. Когда вчетвером зашли в помещение СТО, заметив их Потерпевший №1 начал стрелять из пистолета. Они выбежали из ремонтного бокса на улицу, где ФИО2 стал отстреливаться. Когда у Потерпевший №1 закончились патроны, Свидетель №3 и Свидетель №1 подбежали к нему, повалили на землю, следом подбежали он и ФИО2, все стали наносить удары ногами и руками по телу потерпевшего. Где у Потерпевший №1 в это время были нож и пистолет, он не видел. ФИО2 нанёс Потерпевший №1 два удара ножом в область ягодиц, затем рукояткой ножа по затылку сверху вниз, потом рукояткой пистолета в область рук и спины.

Судом первой инстанции исследовались в судебном заседании записи камер видеонаблюдения, расположенных на месте происшествия, и заключение эксперта №2547/6-1 от 3 сентября 2025 года (т. 3 л.д. 126- 143). Согласно объективно запечатлённым на видеозаписи данным, в момент происходивших событий ФИО2 был одет черные брюки, черные кроссовки с белыми вставками, черную футболку с белой надписью латинскими буквами на груди. В руках у осуждённого находился похожий на нож предмет, которым он делал колющие движения в направлении шин автомобиля «Тойота» белого цвета, и пистолет, из которого вёл перестрелку с Потерпевший №1, также вооружённым пистолетом. В какой-то момент Потерпевший №1 выронил находившиеся у него в руках предметы, к нему подбежали Свидетель №3 и ФИО14, сбили с ног на ровную поверхность автомобильной стоянки и стали наносить ему удары ногами и руками. В этот момент ФИО2 подобрал выпавший похожий на нож предмет, которым, подбежав к дерущимся, нанёс неоднократные удары сначала в область нижней части тела, а затем и в область головы лежащего на спине лицом вверх Потерпевший №1

На поверхности джинсов и на куртке потерпевшего обнаружены множественные повреждения в виде порезов (т. 1 л.д. 52-56, 182-186), согласно заключению эксперта №51 от 16 июня 2025 года образовавшиеся в результате воздействия колюще-режущим орудием (т. 1 л.д. 190-195).

По результатам осмотра с использованием аппаратных средств Уфимским научно-исследовательским институтом глазных болезней ФГБОУ ВО БГМУ Минздрава России 23 июня 2025 года дано заключение об остроте зрения левого глаза Потерпевший №1 составившей 0,8 (т. 2 л.д. 16).

Заключениями эксперта №06-2025-0123 от 18 июня 2025 года и №06-2025-0157 от 3 июля 2025 года у Потерпевший №1 установлено проникающее ранение правого глазного яблока с выпадением внутренних оболочек, полученное от ударного воздействия острым предметом и повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть — в данном случае 35%; рана верхнего правого века, рана нижнего правого века, раны (2) правой ягодичной области и раны (2) левой ягодичной области (т. 2 л.д. 8-12, 21-26).

Эксперт ФИО15 суду показал, что исходя из медицинских документов и по своим характеристикам ранение правового глаза Потерпевший №1 было получено острым предметом, каким мог являться клинок ножа. Ранение глазного яблока, верхнего и нижнего века не могло образоваться от одного ударного воздействия, исходя из содержания представленных медицинских документов, было 3 ударных воздействия. Приказ Минздрава России от 8 апреля 2025 года №172н правил оценки тяжести вреда здоровью, причинённого Потерпевший №1, не изменил.

В части установления подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УК РФ обстоятельств каких-либо противоречий в доказательствах, не оцененных судом и могущих поставить под сомнение выводы о виновности ФИО2 в совершении преступления, не имеется.

Вопреки доводам жалобы, у суда нет оснований сомневаться в степени тяжести вреда, причинённого здоровью потерпевшего, установленного на основании заключений судебно-медицинских экспертиз. Заключения составлены в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, содержат подробное описание произведённых исследований и сделанных по их результатам выводов. Экспертом обоснованно принято во внимание при производстве экспертизы заключение специализированного лечебного учреждения об остроте зрения сохранившегося левого глаза потерпевшего Потерпевший №1 Со вступлением в силу приказа Минздрава России от 8 апреля 2025 года №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» критерии определения степени тяжести вреда здоровью, причинённого Потерпевший №1, не изменились.

Предусмотренный ст. ст. 195-196 УПК РФ порядок назначения судебно-медицинских экспертиз, обязательных по делам данной категории, соблюдён. Экспертиза произведена государственным экспертным учреждением, эксперт надлежащим образом был предупреждён об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Нет у суда апелляционной инстанции оснований сомневаться и в допустимости и достоверности заключения экспертизы видеозаписей №2547/6-1 от 3 сентября 2025 года. Судебная коллегия удостоверилась в соответствии содержания исследованных видеозаписей их изложению экспертом. В экспертном заключении описаны используемые программные средства, понятийный аппарат, методы исследования, по результатам которых, отобразив ключевые узлы в фототаблице и схемах, эксперт по поставленным вопросам пришёл к выводам, основанным на объективном содержании видеозаписей. Используемые экспертом термины «результативный удар», «нерезультативный удар», «прямой хват», «обратный хват», «колющий удар» и др. не являются узкоспециальными, не требуют от эксперта познаний в области медицины, их смысл понятен и доступен из заключения.

Представленное стороной защиты заключение специалиста №023-ВТЭ-нэ-2025 от 1 октября 2025 года выводов эксперта не опровергает, а является лишь подготовленной по запросу защитника копией сведённых вместе изображений с различных камер видеонаблюдения.

Приобщённое защитником к апелляционной жалобе заключение (рецензия) специалиста №21790 от 2 октября 2025 года обоснованно не было принято судом первой инстанции в качестве доказательства по уголовному делу. К аналогичным выводам приходит и суд апелляционной инстанции, исследовав рецензию в судебном заседании. Так, специалисту ФИО16 было поручено произвести рецензирование заключения эксперта в пределах специальных познаний, оформив свои суждения в виде заключения специалиста (т. 5 л.д. 144). Специалист ФИО16 специальными познания в области фото- видеотехнических экспертиз не обладает (т. 5 л.д. 168-175), однако подготовил заключение, в котором высказался о необоснованности и недостоверности заключения экспертизы видеозаписей №2547/6-1 от 3 сентября 2025 года. При этом, специалист ФИО16 указал, что не предупреждается об уголовной ответственности, поскольку не предупреждён о ней лицами, наделёнными соответствующими процессуальными полномочиями (т. 5 л.д. 145). Следовательно, при подготовке заключения специалистом ФИО16 допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в силу ч. 1 ст. 75 УПК РФ исключающие его использование для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Помимо сказанного, рецензия специалиста ФИО16 по сути является оценкой обоснованности и достоверности другого доказательства — заключения эксперта №2547/6-1 от 3 сентября 2025 года, — что в стадии судебного производства относится к исключительной компетенции суда.

Наличие у ФИО2 похожего на нож предмета и его применение в процессе конфликта с Потерпевший №1 подтверждено показаниями потерпевшего, свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №2, видеоматериалами. При этом показания Свидетель №4 о наличии ножа в руке у человека, с белыми элементами на одежде, соответствуют факту присутствия крупной белой надписи на груди футболки осуждённого. Заявления ФИО2 и стороны защиты о не нанесении ударов ножом Потерпевший №1 в область лица, возможности причинения потерпевшим себе ранений самостоятельно по неосторожности, показания Свидетель №2 и Потерпевший №1 о том, что они не видели чтобы ФИО2 или кто-либо наносили удары ножом в область лица потерпевшего, и последнего о боли в области глаза сразу после падения, опровергаются совокупностью иных исследованных доказательств, поэтому оцениваются судом как недостоверные, данные с целью облегчить положение осуждённого, с которым потерпевший и свидетель являются земляками, и в соответствующих частях отвергаются.

Так, действия ФИО2 по нанесению ударов ножом в область лица Потерпевший №1 объективно запечатлены записью камер видеонаблюдения, детально установлены в заключении эксперта. Они соответствуют обнаруженным повреждениям на одежде и травмам на лице Потерпевший №1, свидетельствующим о неоднократности ударов, что исключает версию о самотравмировании потерпевшим, которому надо было бы в течение короткого времени исчисляемого секундами несколько раз (не менее трёх, с учётом колото-резаных повреждений в области правого глаза) по неосторожности ткнуть себя ножом в глаз. Кроме того, как запечатлено на видеозаписи, нож выпал из руки Потерпевший №1 до того, как его повалили на землю.

Не находит объективных подтверждений и версия о травмировании потерпевшего в результате падения. Местом падения являлась ровная поверхность автостоянки. В ходе осмотра места происшествия каких-либо предметов, о которые Потерпевший №1 мог бы травмироваться при падении, не обнаружено.

Не признается находившимся в состоянии необходимой обороны лицо, которое спровоцировало нападение, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий. Содеянное в этих случаях квалифицируется на общих основаниях (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года №19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»).

Исследованными по делу доказательствами достоверно установлено, что именно ФИО2, увидев на стоянке СТО автомобиль Потерпевший №1, с которым ранее у него был конфликт, предложил своим друзьям остановиться и зайти в помещение, где находился потерпевший. Показания Потерпевший №1 об угрозах физической расправой, последовавших на чеченском языке со стороны вошедших, подтверждаются показаниями свидетеля Свидетель №4 о разговорах на повышенных тонах и предмете, похожем на нож, в руке у ФИО2, последующими действиями осуждённого с товарищами, не покинувшими территорию СТО после оказанного потерпевшим сопротивления, а вступившими в противоборство с ним и ретировавшимися только после достижения ФИО2 цели причинения Потерпевший №1 телесных повреждений.

Указанные обстоятельства исключают наличие в действиях ФИО2 необходимой обороны.

Судебное следствие проведено полно, всесторонне и объективно. При этом судом в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ были созданы необходимые условия для осуществления сторонами предоставленных им прав. Сторона защиты не была лишена возможности оспорить доказательства обвинения, ходатайствовать в установленном ст. 271 УПК РФ порядке о вызове и допросе свидетелей в судебном заседании, о назначении экспертиз, проведении иных судебных действий. Все заявленные в ходе судебного следствия ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями закона.

Наказание ФИО2 назначено судом в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств дела, данных о личности виновного — в том числе его положительных характеристик, — влияния назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Судом правильно установлены смягчающие наказание обстоятельства наличие малолетних детей у виновного (п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ), наличие на иждивении ребёнка-инвалида (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Других, предусмотренных законом и подлежащих обязательному учёту в силу ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающих наказание обстоятельств не имеется. Судебная коллегия не оставляет без внимания благодарственное письмо начальника ФГКУ «УВО ВНГ России по ЧР» ФИО17, представленное стороной защиты суду апелляционной инстанции, но не находит его достаточным, в ряду других положительных характеристик ФИО2 учтённых судом, для смягчения наказания.

С учётом фактических обстоятельств содеянного, суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ, и пришел к выводу о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы, безальтернативно предусмотренного законом за совершенное преступление.

Справедливость назначенного ФИО2 наказания, соответствующего как требованиям закона, так и данным о личности виновного, сомнений не вызывает, оснований для его смягчения не имеется.

Вид исправительного учреждения определён верно.

Вместе с тем, верно квалифицировав действия осуждённого по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, суд первой инстанции допустил техническую ошибку (опечатку) — указал, что ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Техническая природа допущенной ошибки очевидна, поскольку при описании преступного деяния и в других частях приговора верно указано о причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшему по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. В этой связи, судебная коллегия полагает необходимым приговор суда изменить, указав, что ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

С учетом того, что объем предъявленного ФИО2 обвинения не уменьшен, из его осуждения не исключены какие-либо действия, совершенные в отношении потерпевшего, не переоценены в сторону смягчения причиненные Потерпевший №1 телесные повреждения, исправление указанной ошибки не влечет смягчения наказания.

Наличие квалифицирующего признака «с применением предметов, используемых в качестве оружия» установлено судом верно, вносимые изменения его не затрагивают.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Муравленковского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 24 декабря 2025 года в отношении осуждённого ФИО2 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании квалификации содеянного указание о совершении ФИО2 умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Дополнить описательно-мотивировочную часть приговора при квалификации содеянного указанием о совершении ФИО2 умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника и потерпевшего — без удовлетворения.

Кассационная жалоба (представление) на настоящее апелляционное определение может быть подана в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев с момента его провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, — в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения, через суд первой инстанции для рассмотрения по правилам ст. ст. 4017 - 4018 УПК РФ. В случае пропуска указанного срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана непосредственно в тот же суд кассационной инстанции для рассмотрения по правилам ст. ст. 40110 - 40112 УПК РФ.

В случае кассационного обжалования судебного решения, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чём ему следует указать в своей кассационной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий /подпись/

Судьи /подписи/