Апелляционное постановление № 22-4840/2023 от 7 августа 2023 г. по делу № 1-75/2023

Судья Морозова В.А.

Дело № 22-4840/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 8 августа 2023 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Череневой С.И.,

при секретаре судебного заседания Щербакове Н.Ю.,

с участием прокурора Рапенка А.В.,

осужденного ФИО1,

адвоката Власовой В.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Фефиловой С.В. на приговор Соликамского городского суда Пермского края от 8 июня 2023 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

- 21 апреля 2014 года Березниковским городским судом Пермского края по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 5 годам лишения свободы, освобожденный 19 апреля 2019 года по отбытии срока наказания;

- 4 октября 2021 года Березниковским городским судом Пермского края по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 (2 преступления), ч. 2 ст. 228 УК РФ, в соответствии с ч.ч. 3, 4 ст. 69 УК РФ к 14 годам лишения свободы со штрафом в размере 180 000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден по ч. 2 ст. 321 УК РФ к 3 годам лишения свободы, в силу ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Березниковского городского суда Пермского края от 4 октября 2021 года к 13 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 180000 рублей, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с 8 июня 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены вопросы по мере пресечения, процессуальным издержкам и о судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционных жалоб, заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Власовой В.С. по доводам апелляционных жалоб, мнение прокурора Рапенка А.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в дезорганизации деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, выразившейся вприменении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении сотрудника ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Пермскому краю М1. в связи сосуществлением им служебной деятельности.

Преступление совершено в вечернее время 31 мая 2022 года в г. Соликамск Пермского краю при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, а также неправильным применением уголовного закона. Указывает на отсутствие умысла на совершение дезорганизации деятельности исправительного учреждения и каких-либо активных действий с его стороны в отношении сотрудников ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Пермскому краю. Отмечает, что без сопротивления проследовал совместно с другими осужденными в дежурную часть, где пытался успокоить ФИО2 и прекратить возникший словесный конфликт с сотрудниками учреждения, отрицая применение физической силы к потерпевшему. Обращает внимание, что в результате произошедшего какой-либо угрозы для деятельности учреждения не имелось, все объекты продолжали работать в штатном режиме, другие осужденные в дежурную часть в момент конфликта не приходили. Ссылаясь на данные суточной ведомости от 31 мая 2022 года, полагает, что потерпевший М1. не имел полномочий находиться на территории жилой зоны и производить досмотр осужденных по окончании ими работ на промышленной зоне. Оспаривает факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения, указывая на отсутствие зафиксированного на видеозаписи отказа от прохождения освидетельствования на состоянии опьянения. Находит показания потерпевшего и свидетелей стороны обвинения непоследовательными и противоречивыми в части обстоятельств применения насилия к М1. и оказания осужденными сопротивления другим сотрудникам учреждения, обращая внимание на отказ следователя в проведении очной ставки с указанными лицами. Наличие телесных повреждений у М1. не было зафиксировано в установленном порядке, судебно-медицинская экспертиза не проводилась. Имеющаяся в материалах уголовного дела видеозапись не подтверждает факт применения насилия к потерпевшему, получена в нарушение положений ст. 170 УПК РФ - без участия понятых и эксперта, фото переносного регистратора, с которого была получена данная запись, отсутствует. Вместе с тем, видеозапись с камеры наблюдения, установленной в помещении дежурной части, изъята не была и по запросу суда не представлена, как и не представлена запись с нагрудного регистратора Р., в связи с чем полагает, что сотрудники ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Пермскому краю скрывают факт совершения преступления в отношении осужденного Д. Выражает несогласие с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 23 февраля 2023 года в отношении сотрудников исправительного учреждения по факту применения ими физической силы и спецсредств, поскольку считает, что проверка проведена не в полном объеме. Полагает, что государственный обвинитель Юдин В.В. незаконно принимал участие в судебном заседании и не был извещен судом о поступлении апелляционной жалобы. Оспаривает содержание характеристики, подписанной начальником отряда, заключение амбулаторной психиатрической судебной экспертизы, которая, по его мнению, проведена не была. Отмечает отсутствие в материалах дела подписки о предупреждении свидетелей об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, наличие исправлений в нумерации листов дела и составление описи материалов уголовного дела непонятным почерком. Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении него прекратить за отсутствием события преступления.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Фефилова С.В. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Анализируя показания ФИО1, свидетелей Д. и Т1., считает, что в действиях ее подзащитного отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 321 УК РФ. По мнению автора жалобы, показания представителя потерпевшего Т2. не могли быть использованы в качестве доказательства виновности ФИО1, поскольку судом не установлено, каким образом ей стали известны обстоятельства, о которых она дала показания. Также считает противоречивыми показания потерпевшего М1. относительно того, куда и как ему был нанесен удар, наличия повреждений, а также отсутствия физической боли при нанесении удара. Полагает, что показания потерпевшего опровергаются исследованной в судебном заседании видеозаписью и отсутствием документально зафиксированных сведений о наличии у него телесных повреждений. Полагает, что судом оставлены без внимания доводы о заинтересованности потерпевшего в оговоре ФИО1 Ставит под сомнение показания свидетеля Ш., который не являлся очевидцем произошедшего, доказательственной информации о виновности ее подзащитного в инкриминируемом дейнии его показания не содержат. Кроме того, судом оставлены без внимания показания данного свидетеля в части отсутствия в учреждении возможности проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что подтверждает показания ее подзащитного о том, что пройти такое освидетельствование ему не предлагалось. Также указывает на наличие противоречий в показаниях свидетелей Ц., Е., М2., Р., З. о фактических обстоятельствах произошедшего. Указывает на оговор ФИО1 сотрудниками учреждения, которые пытаются скрыть свои неправомерные действия, выразившиеся в нанесении телесных повреждений осужденному Д. Считает, что к показаниям вышеуказанных лиц следует относиться критически. Полагает, что показания ее подзащитного стороной обвинения не опровергнуты и должны толковаться в его пользу. Также судом оставлены без внимания показания свидетеля Р. в части отсутствия в действиях ФИО1 нарушений нормального функционирования учреждения уголовно-исполнительной системы, поскольку возникшая между осужденными и сотрудниками колонии ситуация не могла повлечь за собой какие-либо негативные последствия, события происходили в изолированном месте, в последствии осужденные были помещены в изолятор. Указывает на необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты о запросе сведений о наличии видеокамеры в дежурной части 31 мая 2022 года, в связи с чем считает нарушенным право ФИО1 на защиту. Просит приговор отменить, ее подзащитного оправдать, признав за ним право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Фефиловой С.В. государственный обвинитель Соликамской городской прокуратуры Карпов В.В. считает приговор законным и обоснованным, вину ФИО1 в совершении преступления доказанной, назначенное ему наказание справедливым, просит приговор оставить без изменения, доводы жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и поступивших возражений, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в дезорганизации деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, выразившейся вприменении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении сотрудника исправительного учреждения в связи сосуществлением им служебной деятельности, а также правильность правовой оценки содеянного, основаны на совокупности доказательств, полученных в порядке, установленном законом, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с правилами ст. 88 УПК РФ.

При этом суд, исследовав обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в соответствии со ст. 307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу выводов положены одни доказательства и отвергнуты другие.

Доводы стороны защиты о непричастности осужденного ФИО1 к совершению преступления, за которое он осужден, как видно из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания, выдвигались и ранее, как на стадии досудебного производства по делу, так и в ходе рассмотрения уголовного дела по существу, были предметом тщательной проверки в суде первой инстанций, в результате которой мотивированно, со ссылкой на установленные обстоятельства, отвергнуты.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции правильно в обоснование виновности осужденного сослался на показания потерпевшего М1., который подробно излагая обстоятельства происшедшего, пояснил о том, что осужденные ФИО1, Т1. и Д., будучи недовольными решением о водворении их в штрафной изолятор за нахождение в состоянии алкогольного опьянения, стали вести себя агрессивно, выражались нецензурной бранью, размахивали руками, после чего ФИО1 нанес ему удар кулаком по лицу, от которого он испытал физическую боль.

Суд обоснованно признал показания потерпевшего М1. достоверными и положил в основу обвинительного приговора, дал им оценку в совокупности с другими собранными по делу доказательствами, привел в приговоре мотивы признания этих показаний соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Показания потерпевшего М1. относительно обстоятельств происшедшего, полностью согласуются с показаниями свидетелей Ц., Е., З., М2., Р. - сотрудников исправительного учреждения, согласно которым в ходе съема с работы у осужденных Д., Т1. и ФИО1 были выявлены признаки нахождения их в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем осужденные были доставлены М1. в дежурную часть, где свидетели Ц. и Е. высказали в их адрес требование пройти в штрафной изолятор, выполнять которое осужденные отказались, стали выражаться нецензурной бранью, кричать и вести себя агрессивно, скидывать бушлаты, затем ФИО1 ударил М1. по лицу, а Д. нанес удар М2., после чего к осужденным была применена физическая сила и спецсредства - наручники.

Свидетель Ш. сообщил, что в дежурной части им был осмотрен, в том числе М1., у которого на лице в области губы слева имелась гематома. Также в помещении штрафного изолятора им на предмет наличия телесных повреждений был осмотрен осужденный Д., по внешним признакам находившийся в состоянии алкогольного опьянения, осужденный ФИО1 от прохождения осмотра отказался, от осужденного Т1., помещенного в приемное отделение больницы, также исходил запах алкоголя из полости рта.

Как следует из показаний свидетеля Т1., данных им в ходе предварительного следствия, он совместно с ФИО1 употребили брагу, которую настаивал Д., в связи с чем они были доставлены в дежурную часть, где ФИО1 и Д. стали пререкаться с сотрудниками исправительного учреждения, из-за чего произошел конфликт, в ходе которого в отношении них была применена физическая сила.

Свидетель Д. в своих показаниях также не отрицал нахождение в состоянии алкогольного опьянения и факт словесного конфликта с сотрудниками исправительного учреждения.

Оспаривая факты нахождения в состоянии алкогольного опьянения и нанесения удара потерпевшему М1., ФИО1 вместе с тем не отрицал наличие конфликтной ситуации с сотрудниками исправительного учреждения, возникшей по причине водворения осужденных в штрафной изолятор.

Вместе с тем, на видеозаписи с регистратора одного из сотрудников исправительного учреждения зафиксировано, что осужденные, доставленные в дежурную часть, среди которых находился ФИО1, имеют шаткую походку, ведут разговор с сотрудниками на повышенных тонах, используя ненормативную лексику, размахивают в их сторону руками, снимают с себя одежду, после чего происходит борьба, в ходе которой действия осужденных ФИО1 и Д. пресекаются.

Полномочия потерпевшего М1., как сотрудника места лишения свободы, следуют из представленных в уголовном деле приказа о его назначении на соответствующую должность Федеральной службы исполнения наказаний, должностной инструкции, других служебных документов, регулирующих его права и обязанности, из которых следует, что он в рамках своих служебных полномочий обязан принимать меры для пресечения со стороны осужденных нарушений установленного порядка отбывания наказания, в связи с чем он на законных основаниях доставил ФИО1 и других осужденных, имевших внешние признаки алкогольного опьянения, в дежурную часть, где им было высказано требование о необходимости проследовать в штрафной изолятор. После чего ФИО1, выражая недовольство законными требованиями сотрудников исправительного учреждения, нанес удар кулаком потерпевшему М1. в область лица.

Поведение и характер действий ФИО1 свидетельствуют о том, что они были совершены умышленно. При этом преступление, за которое осужден ФИО1, имеет формальный состав и считается оконченным с момента совершения предусмотренных в диспозиции статьи действий вне зависимости от того, удалось ли с их помощью дезорганизовать деятельность учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества.

Довод жалобы об отсутствии в материалах дела заключения судебно-медицинской экспертизы, которая бы подтвердила наличие у потерпевшего телесных повреждений суд апелляционной инстанции признает несостоятельным.

В соответствии с п. 2 ст. 196 УПК РФ назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить характер и степень вреда, причиненного здоровью.

Вместе с тем, ФИО1 причинение вреда здоровью потерпевшего М1. не вменялось, а вменялось применение насилия, то есть незаконного физического воздействия, причинившего физическую боль. При этом наличие боли определяется исходя из субъективного восприятия ее потерпевшим.

При таких обстоятельствах, назначение и проведение по данному уголовному делу судебно-медицинской экспертизы не являлось обязательным.

Ссылка на возможность получения потерпевшим телесного повреждения на губе при иных обстоятельствах является несостоятельной и опровергается показаниями свидетелей Ц., Е., З., М2., Р., являвшихся непосредственными очевидцами произошедшего. Именно применение насилия со стороны ФИО1 и осужденного Д., в отношении которого постановлен обвинительный приговор, вступивший в законную силу, послужило основанием для применения к ним физической силы и спецсредств – наручников, что нашло свое подтверждение в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников исправительного учреждения, которое являлось предметом исследования, согласно которому превышения служебных полномочий в действиях сотрудников ФКУ ИК-9 ГУФСИН России по Пермскому краю установлено не было. Доводы ФИО1 о несогласии с данным постановлением рассмотрению в настоящем судебном заседании не подлежат и являются предметом самостоятельного обжалования.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего М1. и указанных выше свидетелей не имеется, поскольку они являются подробными, последовательными, полностью согласуются между собой и с другими доказательствами по уголовному делу, а имевшиеся в них неточности устранены судом первой инстанции как путем оглашения показаний, данных ими в ходе предварительного расследования, так и путем выяснения обстоятельств происшедшего у допрашиваемых лиц в судебном заседании. Данных, свидетельствующих об оговоре осужденного перечисленными свидетелями и потерпевшим, судом первой инстанции обоснованно не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Ссылка в жалобе о недопустимости показаний представителя потерпевшего Т2. в связи с неустановлением судом сведений об источнике ее осведомленности о событиях, по которым она была допрошена, является несостоятельной, поскольку как следует из протокола судебного заседания о событиях, произошедших в дежурной части 31 мая 2022 года, она узнала от заместителя начальника по оперативной работе К.

Вопреки доводам жалоб содержание видеозаписи соответствует обстоятельствам событий, описанных потерпевшим и свидетелями. Отсутствие на данной записи момента непосредственного нанесения удара ФИО1, с учетом ракурса съемки, не может свидетельствовать о неверном установлении судом фактических обстоятельств дела.

Представленная видеозапись получила оценку в приговоре наряду с другими доказательствами. Потерпевший и свидетели дали подробные показания по порядку ведения и хранения записей в видеоархиве исправительного учреждения, указав на наличие доступа к ним лишь у ответственного сотрудника. Иные видеозаписи с камер наблюдения, установленных в учреждении, либо регистраторов сотрудников ФКУ ИК-9, как установлено судом, в видеоархиве отсутствуют, а доводы осужденного ФИО1 об обратном носят предположительный характер, о чем обоснованно указано в приговоре.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона при производстве выемки представленной М1. видеозаписи не допущено. Протокол выемки соответствует требованиям ст. ст. 166, 170, 183 УПК РФ, в нем содержится отметка, что понятые при производстве процессуального действия участие не принимали, в соответствии со ст. 170 УПК РФ использовалось фотографирование. Протокол в установленном порядке был подписан, в том числе самим потерпевшим.

Не опровергают правильность установленных фактических обстоятельств и показания свидетеля Ш. в судебном заседании, высказавшего предположение о том, что покраснение кожных покровов на лице потерпевшего могло образоваться от того, что последний пробежался. Вместе с тем, как следует из показаний указанного свидетеля, данных им в ходе предварительного следствия и подтвержденных в судебном заседании, у М1. имелась гематома в области губы слева. Данные показания полностью согласуются с показаниями как потерпевшего, так и свидетелей – сотрудников исправительного учреждения.

Все обстоятельства, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию, имеющие существенное значение для юридической оценки содеянного и свидетельствующие о совершении ФИО1 инкриминируемого ему преступления, судом установлены и нашли свое отражение в приговоре.

Положенные в основу выводов суда доказательства собраны с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, сомнений в своей достоверности не вызывают.

Каких-либо неясностей и противоречий в доказательствах, ставящих под сомнение обоснованность осуждения ФИО1 и в силу ст. 14 УПК РФ подлежащих толкованию в его пользу, в приговоре не содержится. Данных о необъективной оценке представленных доказательств, повлиявших на правильность выводов суда, не установлено.

Показаниям осужденного ФИО1, свидетелей Д. и Т1. судом дана оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, приведены мотивы, по которым суд расценил данные ими показания, как противоречащие фактическим обстоятельствам, установленным судом на основании достаточной совокупности иных достоверных и допустимых доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Представленное стороной защиты собственное толкование доказательств по делу является субъективным, противоречащим совокупности исследованных судом доказательств, и на правильность выводов о виновности осужденного в содеянном повлиять не может, основанием для отмены или изменения состоявшегося судебного решения не является.

Как верно установлено судом первой инстанции, ФИО1, не желая выполнять законные требования сотрудников исправительного учреждения, умышленно применил вотношении сотрудника исправительной колонии М1., находящегося при исполнении своих должностных обязанностей, насилие, не опасное для жизни и здоровья, и применение насилия было связано сосуществлением потерпевшим своей служебной деятельности.

Таким образом, суд правильно установив фактические обстоятельства дела, дал верную правовую оценку действиям ФИО1 по ч. 2 ст. 321 УК РФ, квалификация содеянного в приговоре мотивирована. Оснований для оправдания ФИО1, о чем ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы лишали или ограничивали гарантированные УПК РФ права участников уголовного судопроизводства, в том числе право ФИО1 на защиту, нарушали процедуру уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, а также на стадии досудебного производства по делу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для возвращения уголовного дела прокурору, а также для признания каких-либо доказательств недопустимыми.

Оснований для проведения предварительного слушания по делу, предусмотренных ст. 229 УПК РФ, не имелось. Согласно материалам дела, подобное ходатайство ФИО1 не заявлялось ни после ознакомления с материалами дела, несмотря на то, что ему разъяснялись положения ч. 5 ст. 217 УПК РФ, ни в течение трех суток со дня получения им копии обвинительного заключения.

Судебное следствие по делу проведено всесторонне и достаточно полно. Председательствующий, руководствуясь ст.ст. 15, 243 УПК РФ, обеспечил состязательность и равноправие сторон в ходе судебного заседания для всестороннего и объективного рассмотрения дела.

Вопреки доводам жалобы осужденного, оснований для отвода прокурора Юдина В.В., предусмотренных ст.ст. 61, 62, 66 УПК РФ, не имелось. Согласно протоколу судебного заседания, право отвода прокурора осужденному разъяснялось, однако этим правом ФИО1 не воспользовался. Утверждения осужденного о заинтересованности прокурора в рассмотрении уголовного дела являются надуманными и не подтверждаются объективными данными.

Все ходатайства стороны защиты были рассмотрены судом с учетом мнения всех участников процесса, по ним принимались мотивированные решения, с занесением их в протокол судебного заседания, а также в соответствии со ст. 256 УПК РФ, в виде отдельных постановлений. Данных, свидетельствующих о необоснованном отказе стороне защиты в удовлетворении ходатайств, не установлено. Сам по себе отказ суда в удовлетворении ходатайства при соблюдении процедуры его рассмотрения не свидетельствует об ущемлении прав осужденного.

Непроведение ряда следственных действий, на которые указывает осужденный в своей жалобе, в частности очных ставок, не свидетельствует о неполноте проведенного следствия и не является нарушением закона, поскольку следователь в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ самостоятельно направляет ход расследования, принимает решение о производстве следственных ипроцессуальных действий. Между тем участникам судебного разбирательства, втом числе осужденному, была предоставлена возможность допросить потерпевшего и свидетелей в ходе рассмотрения дела судом. Своим правом задавать вопросы указанным лицам ФИО1 воспользовался.

Согласно исследованной в суде апелляционной инстанции подписки, потерпевший и свидетели, на которых осужденный сослался в апелляционной жалобе, предупреждались судом об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, что фактически подтвердил и сам ФИО1 в своих пояснениях.

Нарушений требований ст. 389.7 УПК РФ при извещении сторон о принесении апелляционных жалоб судом первой инстанции не допущено.

Наличие исправлений в нумерации листов дела, а также составление описи материалов уголовного дела нечитаемым почерком не может свидетельствовать о незаконности постановленного приговора.

В судебном заседании не выявлено каких-либо обстоятельств, позволяющих сомневаться в психической полноценности осужденного ФИО1 Имеющееся в материалах уголовного дела заключение судебно-психиатрической экспертизы, проведенной в отношении осужденного, отвечает требованиямст.204 УПКРФ, выводы экспертов мотивированы, оснований сомневаться в их правильности у суда первой и апелляционной инстанций не имеется, как и не имеется оснований ставить под сомнение сам факт проведения судебно-психиатрической экспертизы.

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Названные требования уголовного закона судом при назначении ФИО1 наказания были соблюдены.

Судом первой инстанции в полной мере приняты во внимание данные о личности осужденного, отрицательно характеризующегося по месту отбытия наказания и удовлетворительно по месту жительства, характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 деяния, направленного против порядка управления, которое относится к категории преступлений средней тяжести, наличие смягчающего обстоятельства, в качестве которого суд признал состояние здоровья осужденного, имеющего хронические заболевания, а также наличие в его действиях в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидива преступлений, который суд согласно п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ верно признал отягчающим обстоятельством.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных при назначении наказания, судом апелляционной инстанции не установлено.

Считать, что суд при учете данных о личности руководствовался недостоверными сведениями, содержащимися в характеристике, представленной исправительным учреждением, не имеется. Как следует из протокола судебного заседания, сведения, изложенные в ней, были фактически подтверждены ФИО1 в судебном заседании, что не может свидетельствовать о недостоверности данной характеристики. Каких-либо сведений, характеризующих осужденного с иной стороны, суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

Вопреки пояснениям осужденного, суд на основе исследованных доказательств правильно установил, что ФИО1 в момент совершения преступлений находился в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Вместе с тем указанное обстоятельство не признавалось судом отягчающим наказание и не учитывалось при назначении наказания.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, невозможности применения к нему условного осуждения, а также об отсутствии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить положения ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ, надлежаще мотивированы, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Правовые основания для применения к ФИО1 положений ст. 53.1 УК РФ, изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ отсутствуют.

Срок назначенного осужденному наказания правильно определен в пределах, установленных ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Назначенное осужденному ФИО1 наказание отвечает требованиям закона, а так же целям наказания, установленным в ст. 43 УК РФ, соразмерно содеянному, а потому чрезмерно суровым и явно несправедливым не является, оснований к его смягчению суд апелляционной инстанции не усматривает.

Правила назначения наказания, предусмотренные ст. 70 УК РФ, судом соблюдены.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному ФИО1 надлежит отбывать наказание, определен судом правильно, как исправительная колония строгого режима, верно установлены сроки исчисления наказания и зачета в срок лишения свободы времени содержания под стражей.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов суд апелляционной инстанции не находит, оснований для изменения или отмены приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Соликамского городского суда Пермского края от 8 июня 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий. подпись