Апелляционное определение № 22-120/2026 22-2305/2025 от 25 января 2026 г.

Копия:

Дело № 22 – 120 судья Павлов Р.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 января 2026 года город Тула

Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего судьи Шевелевой Л.В.,

судей: Кузнецовой Е.Б., Турчиной Т.Е.,

при ведении протокола помощником судьи Чуприновой Е.А.,

с участием прокурора Лубкова С.С.

защитника - адвоката Карнаухова Т.А., представившего удостоверение <данные изъяты> и ордер № 003017 от 15.01.2026,

осужденного ФИО11 в режиме использования системы видеоконференц-связи,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора, апелляционной жалобе осужденного на приговор Кимовского районного суда Тульской области от 29 сентября 2025 года, по которому

ФИО11, <данные изъяты> судимый:

07.12.2011 по приговору Кимовского городского суда Тульской области по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы сроком 8 лет 1 месяц, освобожден по отбытии наказания - 16.10.2019;

06.12.2023 по приговору мирового судьи судебного участка №21 Кимовского судебного района Тульской области по ч. 1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком 1 год, освобожден по отбытии наказания - 05.12.2024;

15.04.2025 по приговору мирового судьи судебного участка №81 Кимовского судебного района Тульской области, временно исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка №21 Кимовского судебного района Тульской области по ч. 1 ст. 119 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, к наказанию в виде принудительных работ на срок 8 месяцев с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства;

03.07.2025 по приговору Кимовского районного суда Тульской области по ч. 2 ст. 116.1, ч. 2 ст. 116.1 УК РФ, с учетом апелляционного постановления Тульского областного суда от 08.09.2025, к наказанию в виде принудительных работ на срок 11 месяцев, с удержанием из заработной платы осужденного 10% в доход государства;

осужден

- по ч. 1 ст. 139 УК РФ на 6 месяцев исправительных работ с удержанием 5% заработной платы в доход государства,

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ ( в отношении ФИО1) на - 9 (девять) месяцев лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 116.1 УК РФ (совершенное а в отношении ФИО2) на 6 (шесть) месяцев исправительных работ с удержанием 5% зарплатной платы в доход государства;

- по ч. 2 ст. 116.1 УК РФ (совершенное в отношении ФИО1.) на 6 (шесть) месяцев исправительных работ с удержанием 5% зарплатной платы в доход государства;

- по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (совершенное в отношении ФИО3 на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено 3 (три) года 1 (один) месяц лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 и п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ, путем частичного сложения наказания по настоящему приговору и наказания по приговору Кимовского районного суда Тульской области от 03.07.2025 года, назначено 3 (три) года 4 (четыре) месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО11 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в отношении ФИО11 в виде заключения под стражу сохранена до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания ФИО11 под административным арестом в период с 26.04.2025 года по 03.05.2025 года включительно, а также время содержания ФИО11 под стражей до приговора суда со дня его фактического задержания, с 05.05.2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шевелевой Л.В., выступления участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО11 признан виновным и осужден за то, что при обстоятельствах, указанных в приговоре, 12.04.2025 года незаконно проник в жилище, против воли ФИО4 в квартиру 18 <данные изъяты>

Он же признан виновным и осужден за угрозу убийством потерпевшему ФИО1., совершенную при обстоятельствах, указанных в приговоре, 12.04.2025 года в квартире 18 дома <данные изъяты>, ножом, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Он же, ФИО11, имеющий судимость за преступление, совершенное с применением насилия, по приговору Кимовского городского суда от 7.12.2011 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ, признан виновным и осужден за нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий указанных в статье 115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного статьей 116 УК РФ, в отношении ФИО2 имевших место в квартире 18 <данные изъяты> 12.04.2025 года.

ФИО11, имеющий судимость за преступление, совершенное с применением насилия, признан виновным и осужден за нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий указанных в статье 115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного статьей 116 УК РФ, в отношении потерпевшего ФИО1 имевших место в квартире18 <данные изъяты> 12.04.2025 года.

Он же признан виновным и осужден за кражу при изложенных в приговоре обстоятельствах, телевизора торговой марки «Samsung» стоимостью 7 000 рублей, приставки для телевизора стоимостью 800 рублей и роутера для раздачи интернета торговой марки «Ростелеком» стоимостью 900 рублей, имевшей место в период 22-25 апреля 2025 года, то есть за тайное хищение чужого имущества, принадлежащего ФИО3. с причинением материального ущерба в сумме 8700 рублей, путем незаконного проникновения в жилище, а именно в квартиру 30 <данные изъяты>.

В апелляционном представлении прокурор просит изменить приговор, смягчить наказание по ч.1 ст. 139, ч.2. ст. 116.1, ч. 2 ст. 116.1 УК РФ за каждое из преступлений как лицу, не имеющему основного места работы, до обязательных работ, а так же назначить наказание по ч. 3 ст. 69 УК РФ с учетом п. «г» ч.1 ст. 71 УК РФ, по ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ в виде 3 лет 3 месяцев лишения свободы в колонии строгого режима, в остальной части приговор оставить без изменений.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО11 считает приговор подлежащим изменению, в связи с чрезмерно суровым наказанием.

Указывает, что за время проведения следствия он активно принимал участие в следственных действиях, признал свою вину, в содеянном, полностью возместил ущерб потерпевшему, который претензий к нему не имеет. Полагает, что суд при назначении ему наказания не применил к нему смягчающие наказание обстоятельства.

Просит приговор изменить, смягчив ему наказание.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО11 и его адвокат Карнаухов Т.А. поддержали доводы жалобы об изменении приговора, просили снизить наказание.

Прокурор Лубков поддержал доводы апелляционного представления от 26.01.2026 года, просил о смягчении наказания.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, выслушав участников процесса, судебная коллегия усматривает основания к изменению приговора по основаниям, указанным в ст. 389.15 УПК РФ.

Выводы суда о виновности осужденного, кроме его признательных показаний, полученных в ходе предварительного расследования, в числе которых показания в томе 2 на листах дела 157-163, базируются на оглашенных в судебном заседании 8.09.2025 года, согласно аудиозаписи, на показаниях потерпевших ФИО4 в т.1 л.д. 231-235, ФИО2 в т.1 на л.д. 180-184, ФИО1 в т.1 на л.д. 207-212, свидетеля ФИО5 в т. 2 на л.д. 18023, а так же оглашенных, согласно аудиозаписи, в судебном заседании 16.09.2025 года показаниях потерпевшего ФИО3 в т.2 на л.д. 5-8,9-11, свидетелей ФИО6 в т.2 на л.д. 24-25,26-29, ФИО7 в т.2 на л.д. 30-31,32-36, ФИО8 в т.2 на л.д. 37-40, ФИО9 в т 2 на л.д. 41-44, письменных доказательствах, содержание которых суд подробно изложил в приговоре, дав им надлежащую оценку, отвечающую требованиям ст. 88 УПК РФ.

Согласно показаниям потерпевших ФИО4, ФИО2, ФИО1, свидетеля ФИО5 12.04.2025 года они, а так же ФИО12 распивали спиртное в квартире 18 <данные изъяты>. В ходе распития спиртного, после словесного конфликта ФИО4 выгнала ФИО12 из квартиры, сказала, чтобы тот больше не приходил, но дверь не заперла. Через некоторое время ФИО12 самовольно ворвался в квартиру ФИО4 на кухню, ударил кулаком ФИО2 один раз в лицо, причинив физическую боль, а так же 2 или 3 раза по ногам в области голеней. Схватив нож на кухонном столе, ФИО12 ножом пригрозил находившему рядом с Ч-вым ФИО1 убийством. ФИО1, сцепившись с Ч-вым выбил у последнего нож, а ФИО12 ногами нанес ФИО1 около 3-4 ударов по ногам и голеням, причинив повреждения.

Осужденный ФИО13 в протоколе на листе дела 157-163 в томе 2 подтвердил незаконное, против воли ФИО4, выгнавшей его из квартиры, 12.04.2025 года проникновение в ее квартиру, где он избил ФИО2, нанеся ей один удар кулаком в лицо, а так же 2-3 удара ногой по ее ногам, а когда ФИО1 встал и стал заступаться за ФИО2, он взял со стола нож в правую руку, повернулся к ФИО1, пригрозив убийством в нецензурной форме. Находившийся близко ФИО1 выбил нож, они начали толкаться, то он, ФИО12, нанес несколько ударов ногой по ногам ФИО1.

Данные показания оглашены адвокатом в связи с желанием его подзащитного воспользоваться положениями ст. 51 УК РФ, о чём имеется запись в протоколе и на аудионосителе на л.д. 161 в т оме 3.

Свидетель ФИО5 дал аналогичные показания о событиях 12.04.2025 года в квартире 18 иные данные, куда ФИО12, после того, как его выгнала хозяйка, вернулся в квартиру против воли последней, ударил ФИО14 в лицо и по ногам, схватил нож, угрожал ножом ФИО1, который нож выбил, успокаивая ФИО12, стал с ним бороться.

Согласно аудизаписи к протоколу судебного заседания от 8.09.2025 года показания ФИО4, ФИО2, ФИО1 ФИО5 оглашались в судебном заседании, а поэтому отсутствие записи об этом на бумажном носителе не является нарушением, влекущим отмену приговора.

По договору социального найма ФИО4 подтверждено юридическое владение и пользование квартирой 18 иные данные. А поэтому отсутствие воли ФИО4 на проникновение в ее жилище Ч-вым обоснованно учтеносудом как признак состава преступления, связанного с незаконным проникновением в жилище.

Согласно протоколу осмотра и заключению эксперта № 44 <данные изъяты>, изъятый нож с белой ручкой является ножом хозяйственно-бытового назначения, по протоколу от 23.06.2025 года нож осмотрен, признан вещественным доказательством.

По протоколу осмотра нож имеет длину лезвия 194 мм, ширину у оснований 30мм, максимальную толщину 120мм. Данные измерения в совокупности с показаниями очевидцев событий и самого осужденного о близком нахождении ФИО1 от ФИО12 указывают на обоснованные выводы суда относительно наличия реальных оснований опасаться осуществления Ч-вым угрозы убийством. При этом из тех же показаний видно, что ФИО12 не сам прекратил данное преступление, которое закончилось тем, что ФИО1 выбил нож из руки осужденного.

Относимо к преступлениям, связанным с нанесением побоев, суд обоснованно учел достоверные сведения из заключения экспертиз № 36, 37, которыми установлены характер, локализация, область причинения, время, а так же способ причинения потерпевшей ФИО2 кровоподтеков на голенях, ссадин на левой голени, которые причинены не менее чем двукратным ударным действием и не менее чем однократным действием трения тупых предметов без характерных особенностей, не причинившие вреда здоровью, а ФИО1 - кровоподтеки и ссадины на голенях, причинены не менее чем 6-тью ударными действиями и не менее двух действий тупых твердых предметов без характерных особенностей, не причинившие вреда здоровью.

Эксперт пришел к выводу о том, что повреждения ФИО2, а так же ФИО1, освидетельствование которых проведено 15.04.2025 года причинены давность 2-7 суток от момента освидетельствования, что соотносится с временем преступления 12.0.2025 года.

Следует отметить, что на момент производства экспертиз № 36, 37 по установлению повреждений у потерпевших ФИО2 и ФИО1 эксперт ссылается на критерии определения степени тяжести вреда здоровью, утвержденные приказом от 24 апреля 2008 года № 194н, в которых фигурирует п. 9 о том, что поверхностные повреждения, в том числе ссадины, кровоподтеки, ушибы мягких тканей, включающих гематому и кровоподтек, поверхностные раны и другие повреждения, не влекущие кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не повлекшие вреда здоровью.

На момент рассмотрения дела судом первой инстанции с 1.09.2025 года вступил в силу приказ от 8 апреля 2025 года № 172н «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», в котором в п.6 указывается тот же критерий определения установленных у ФИО2 и ФИО1 повреждения, как не повлекших вреда здоровью по тем же основаниям, что не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, то есть обстоятельств, указанных в ст. 115 УПК РФ.

Порядок определения степени тяжести вреда здоровью, зарегистрированный в Минюсте России 2 июня 2025 года, не содержит оправдывающих ФИО12 позиций, а в связи с тем, что суть п. 6 нового порядка и п. 9 порядка в прежней редакции являются идентичными, не устраняющими уголовной ответственности осужденного ФИО12, оснований к отмене приговора и возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ нет.

Поскольку побоями являются повреждения, не повлекшие вреда здоровью, нанесенные по телу живых людей, кроме заключения экспертиз, они подтверждены показаниями потерпевших и свидетелей.

Нанесение Ч-вым, в числе прочих, ударов по голеням, отраженным в заключении экспертизы № 36 одного удара кулаком в лицо ФИО14, не отраженного в этом заключении, вместе с тем доказано показаниями потерпевших ФИО2, ФИО4, ФИО1 и свидетеля ФИО5, изложенными в приговоре и указанными выше.

Суд обоснованно применил правила оценки доказательств в их совокупности, поскольку повреждения, неотраженные в заключении эксперта, но повлекшие физическую боль для потерпевшего доказываются свидетельскими показаниями, что соотносится с положениями ст. 74, 78,79 УПК РФ.

Противоречий в доказательствах обвинения по преступлениям, связанным с нанесением побоев, не имеется. Экспертом отражены кровоподтеки, в наличии которых он убедился лично, по показаниям ФИО14 -от удара в лицо она ощутила физическую боль, что обоснованно как один из побоев вменен следствием и установлен судом в приговоре.

Согласно данным о личности ФИО12 и приговору Кимовского районного суда Тульской области от 7.12.2011 года он осуждался по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 8 годам 1 месяцу лишения свободы за преступление, связанное с применением насилия. Данная судимость за особо-тяжкое преступление является непогашенной.

Во вводной части приговора при изложении сведений о судимости ФИО12 по приговору т 7.12.2021 года суд указал на наказание 8 лет, тогда как ФИО12 осуждался на 8 лет 1 месяц лишения свободы, которые отбыл полностью.

Данная неточность, не влекущая никаких правовых последствий для осуждённого ФИО12, подлежит уточнению путем внесения их во вводную часть приговора.

Наличие непогашенной судимости по приговору Кимовского районного суда Тульской области от 7.12.2011 года за преступление с применением насилия обоснованно расценено судом относимой к ФИО12, как к субъекту по двум самостоятельным преступлениям, связанным с нанесением побоев ФИО2, ФИО1.

Эти же данные в соотношении с осуждением за незаконное проникновение в жилище потерпевшей ФИО4 как рецидив преступлений, с осуждением за тяжкое преступление за кражу с незаконным проникновением в жилище как опасный рецидив преступлений, расценены судом отягчающими обстоятельствами при назначении ФИО12 наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Виновность ФИО12 по краже имущества потерпевшего ФИО3 с незаконным проникновением в жилище суд доказал в приговоре со ссылкой на показания самого осужденного на л.д. 157-163 в томе 2, которые исследовал в суде без нарушения процедуры и которые не содержат противоречий с другими доказательствами.

Согласно этим показаниям, полученным от ФИО12 в условиях, исключающих применение незаконных методов допроса, в присутствии адвоката, после разъяснения процессуальных прав, в том числе права не свидетельствовать против себя и близких родственников, сообщил о том, что он понял, что в незапертой квартире 30 иные данные никого нет, с лестничной площадки внутрь квартиры ФИО3 проник с целью кражи. Он понимал, что не имеет согласия на доступ в эту квартиру. Решив украсть какое либо имущество, проник в нее, в покрывало с дивана завернул телевизор, роутер и приставку, с похищенным скрылся. Он обратился к знакомому ФИО10 с просьбой продать это имущество, а 25 апреля к нему приехали сотрудники полиции и задержали его за кражу.

Данные показания осужденный подтвердил в ходе судебного рассмотрения уголовного дела, о чем свидетельствует протокол судебного заседания, в котором, в тоже время не отражены обстоятельства оглашения в судебном заседании его же показаний на листе дела 140-143 в томе 2. Нет этих сведений и на аудиозаписи судебного разбирательства.

Ссылки на листе на т.2 л.д. 140-143 в приговоре в этой связи являются незаконными, подлежат исключению из приговора. В тоже время данные обстоятельства, ввиду других, оглашенных в суде показания ФИО12, не нарушает прав осужденного, других участников процесса на справедливое судебное. Поскольку эти обстоятельства о не уменьшают степени общественной опасности содеянного Ч-вым, исключение ссылок на листы дела 140-143 из приговора не является основанием к смягчению наказания, назначенному осужденному за кражу.

Сами показания, изложенные в редакции показания на л.д. 157-163 в томе 2, оглашенные в судебном заседании без нарушения ст. 276 УПК РФ, исключению из приговора, как доказательства, не подлежат.

ФИО12 лично подтвердил момент возникновения умысла на кражу имущества ФИО3. Без какого либо оказания на него давления, в присутствии адвоката ФИО12 сообщил о том, что убедившись в том, что в квартире никого нет, а дверь открыта, он проник в неё с целью кражи, откуда украл телевизор, роутер и приставку, которые отнес к ФИО10 для продажи.

Доводы осужденного ФИО12 о том, что умысел на кражу у него возник после того, как он свободно вошел в незапертую квартиру, озвученные в суде апелляционной инстанции, не нашли своего подтверждения и являются опровергнутыми в приговоре.

Обстоятельства знакомства ФИО12 и ФИО3, распитие спиртных напитков в квартире последнего, наличие ключей у ФИО12 от квартиры ФИО3 не являются основаниями, влияющими на выводы суда о незаконном проникновении в жилище, как квалифицирующем признаке кражи.

Считать, что в указанных выше показаниях, а так же в показаниях, приведенных судом первой инстанции, осужденный ФИО12 себя оговорил, оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, не выявлено.

Об этом свидетельствует протокол допроса от 24 июня 2025 года отвечающий положениям ст. 173, 174, 189 УПК РФ, в котором Ч-вым и адвокатом не внесено никаких исправлений, уточнений, пояснений по содержанию и процедуре допроса.

Внесенные в протокол следователем исправления в части указания еще одной статьи за побои со ссылкой на ч. 2 ст. 116.1 УК РФ не свидетельствуют о недопустимости допроса ФИО12 по обвинению, в том числе относительно кражи имущества ФИО3.

Обращают на себя внимание показания потерпевшего ФИО3 об обстоятельствах кражи телевизора, роутера и приставки на сумме 8700 рублей. Потерпевший сообщил, что до случившегося сам бросал в окно ключи ФИО12 от домофона, к которому был прикреплен ключ от квартиры. ФИО12 ключами в этот день не воспользовался, стучался к нему, но он, ФИО3, не открыл. ФИО12 ушел. Подтвердил, что с 22 по 25 апреля он, ФИО3, в квартире не находился, а когда пришел, понял, что его обокрали, стал подозревать ФИО12, который не отдал ему ключи от его квартиры, но которому он, ФИО3, в его отсутствие никогда не разрешал заходить в квартиру. Потерпевши уточнил дату кражи, а так же тот факт, что ФИО12 мог оставить следы от обуви и другие биологические следы, так как 22.04.2025 года, до кражи, он был в квартире и распивал спиртное, после чего, ушел. 25.04.2025 года от следователя узнал, что его вещи принесенные Ч-вым изъяты у ФИО10, ему, ФИО3, возвращены полностью, материальных претензий он не имеет.

Согласно показаниям свидетеля ФИО10, 23 апреля 2025 года знакомый ФИО12 сначала по телефону, а затем лично принес ему телевизор, роутер и приставку, которые просил продать как принадлежащие ему, оставив вещи у себя сразу реализовать не смог, а затем от ФИО12 узнал о краже этих вещей, о чем сообщил в полицию, сотрудники которой изъяли вещи, украденные Ч-вым.

Показания осужденного ФИО12, потерпевшего ФИО3 свидетеля ФИО10, не содержащие противоречий, соотносятся с показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9. Показания исследованы судом путем их оглашения в судебном заседании 16.09.2025 года, без нарушений процедуры, чем свидетельствует запись в протоколе судебного заседания на листе дела 161 в томе 3, а так же на аудионосителе.

Суд так же обоснованно привел в качестве доказательств протокол осмотра места кражи с изъятием следов обуви и следов пальцев рук, протокол выемки из квартиры ФИО12 кроссовок, заключение эксперта об изъятом с места кражи следе обуви и его принадлежности к кроссовкам ФИО12.

Согласно протоколу осмотра квартиры ФИО10 по адресу г. <данные изъяты> изъят телевизор и две приставки, осмотренные и по принадлежности возвращенные потерпевшему ФИО3.

Стоимость украденного на момент кражи подтверждена справкой в томе 2 на листе дела 107, а так же показаниями потерпевшего ФИО3, ущерб от преступления в сумме 8700 рублей является подтвержденным.

Как указал суд в приговоре, ФИО12, как субъект преступлений, подлежит уголовной ответственности.

С таким решением следует согласиться.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы от 20.06.2025 года врач –эксперт указал на такие расстройства личности от пагубного употребления алкоголя, при наличии которых в момент событий и в настоящее время ФИО12 мог и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается. Как видно из приговора, по поведению осужденного в ходе судебного разбирательства судом не выявлено никаких внешних признаков, по которым следовало бы усомниться во вменяемости осужденного.

При установленных в приговоре фактических обстоятельствах преступлений, доказанных в приговоре, где принцип достаточности доказательств соблюден, а относимость, допустимость, достоверность этих доказательств сомнений не вызывает, суд верно установил в действиях ФИО12 совокупность четырех преступлений, совершенных с самостоятельным умыслом, что отвечает положениям ст. 17 УК РФ и правильно квалифицировал каждое из них.

Так, за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли потерпевшей ФИО4 по ч. 1 ст. 139 УК РФ, за нанесение ФИО14 побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, лицом, имеющим судимость за преступление, совершенное с применением насилия по ч. 2 ст. 116.1 УК РФ, за угрозу убийством ФИО1, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, по ч. 1 ст. 119 УК РФ, за нанесение ФИО1 побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ, лицом, имеющим судимость за преступление, совершенное с применением насилия по ч. 2 ст. 116.1 УК РФ квалификация содеянного судом первой инстанции изменению не подлежит.

За кражу, то есть за тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ действия так же верно квалифицированы судом, несмотря на техническую описку в протоколе судебного заседания в судебных прениях при изложении речи государственного обвинителя, где указана ч. 5 ст. 158 УК РФ. Такое указание на бумажном носителей является тем недостатком протокола судебного заседания, который указывает на техническую описку и не является основанием к отмене приговора. На аудионосителе прокурор просил признать виновным ФИО12 и назначить ему наказание по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Оснований признать совершенные Ч-вым действия малозначительными, исходя из конкретных обстоятельств, не выявлено.

Других оснований освобождения ФИО12 от уголовной ответственности нет.

Вместе с тем приговор в части назначенного наказания подлежит изменению в сторону улучшения правового положения осужденного в связи со вступлением в силу 20.01.2026 года изменений, внесенных в Уголовный Кодекс РФ Федеральным законом от 23 июля 2025 года № 218-ФЗ, в соответствии с которым исправительные работы назначаются лицу, имеющему основное место работы.

Как следует из данных о личности, ФИО12 не имеет постоянного основного места работы. Назначенные по ч. 1 ст. 139 УК РФ, а так же по двум ч. 2 ст. 116.1 УК РФ исправительные работы неработающему лицу подлежат смягчению путем изменения вида наказания на обязательные работы, предусмотренные санкциями указанных выше статей.

Кроме этого из описательно-мотивировочной части приговора следует исключить мотивы по назначению наказания в виде исправительных работ.

При назначении наказания суд обоснованно учел характер и степень общественной опасности содеянного Ч-вым, его личность, состояние здоровья, к смягчающим обстоятельствам отнес признание вины, извинение перед потерпевшими, состояние здоровья, раскаяние.

Неучтенных смягчающих обстоятельств по делу, в том числе связанных с активной помощью в расследовании преступлений, а так же с возмещением ущерба, отсутствием претензий со стороны потерпевшего виду возврата имущества следователем, не выявлено.

Ущерб потерпевшему ФИО3 возмещен в результате оперативных мероприятий путем установления места нахождения краденного, его изъятия и возвращения потерпевшему, действий, указанных в п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ Ч-вым не совершалось, а его признание вины и раскаяние, извинение перед потевшими в приговоре учтены.

Суд, с учетом данных о личности ФИО12 о судимости за особо-тяжкое преступление с насилием к лишению свободы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, принял верное решение об отягчающем наказание обстоятельстве – рецидиве преступлений по ч. 1 ст. 18 УК РФ - по ч. 1 ст. 119 УК РФ.

С учетом этих же данных суд верно установил опасный рецидив преступлений по п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ при осуждении за тяжкое преступление по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к лишению свободы.

Данные выводы суда основаны на правильном применении уголовного закона, а поэтому основанном на уголовном законе является верным вывод суда о назначении наказания по правилам ч. 1,2 ст. 18 УК РФ- при рецидиве преступлений, отсутствие оснований к применению ч. 3 ст. 68 УК РФ суд мотивировал в приговоре фактическими обстоятельствами событий данными о личности виновного.

Наказание, назначенное ФИО12 без нарушений по ч. 1 ст. 119, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, является справедливым, пропорциональным содеянному, смягчению не подлежит.

При назначении наказания за совокупность преступлений путем частичного сложения по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ подлежат учету положения п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ, по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ - п. «а» ч.1 ст. 71 УК РФ.

Решение суда о строгом виде исправительного учреждения изменению не подлежит, так как оно отвечает положениям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Согласно показаниям осужденного ФИО12 в суде апелляционной инстанции он задерживался в административном порядке с 26.04.2025 года по 03.05.2025 года, но административного правонарушения не совершал, а с ним проводились мероприятия по настоящему уголовному делу. При таких обстоятельствах суд обоснованно этот период, как и период содержания под стражей в качестве меры пресечения, зачел в отбытое наказание.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе вследствие недостатков протокола судебного заседания на бумажном носителе, не имеется.

Приходя к данному выводу, суд апелляционной инстанции учитывает сведения протоколов судебных заседаний в уголовном деле с аудионосителем, полученным путем аудиопротоколирования с помощью технических средств, в которых в совокупности усматривается выполнение судом положений ст. 259 УПК РФ.

Руководствуясь ст. 389.15, 389.26, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Кимовского районного суда Тульской области от 29 сентября 2025 года в отношении ФИО11 изменить:

уточнить во вводной части приговора наказание по приговору Кимовского городского суда Тульской области от 7.12. 2011 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ указанием на 8 лет 1 месяц лишения свободы,

исключить из описательно-мотивировочной части приговора при изложении показаний осужденного ФИО11 ссылку на листы дела 140-143 в томе 2, а так же мотивы о назначении наказания по ч. 1 ст. 139, ч. 2 ст. 116.1, ч. 2 ст. 116.1 УК РФ в виде исправительных работ.

По ч. 1 ст. 139, ч. 2 ст. 116.1, ч. 2 ст. 116.1 УК РФ, за каждое из них, смягчить наказание до двухсот сорока часов обязательных работ.

По совокупности преступлений и по правилам ч. 3 ст. 69, п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения наказаний по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 119, ч.2 ст. 116.1, ч.2 ст. 116.1, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ назначить 2 года 10 месяцев лишения свободы.

По совокупности преступления и правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения наказания по настоящему приговору с наказанием по приговору Кимовского районного суда Тульской области от 3.07.2025 года окончательно назначить наказание в виде 3(трех) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор суда оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, осужденным к лишению свободы - в тот же срок, со дня получения копий судебных решений, вступивших в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии, участии защитника в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: подпись

Судьи: подписи

Копия верна: судья Шевелёва Л.В.