Решение № 2-2906/2025 2-2906/2025~М-508/2025 М-508/2025 от 1 июля 2025 г. по делу № 2-2906/2025

Дело № 2-2906/2025

74RS0002-01-2025-001087-70


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 24 июня 2025 года

Центральный районный суд г. Челябинска в составе председательствующего Резниченко Ю.Н.,

при секретаре Ахметжановой А.Х.,

с участием прокурора Гурской О.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Фантэль» о взыскании компенсации морального вреда и расходов на приобретение лекарственных препаратов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Фантэль» (далее - ООО «КФ «Фантэль») о взыскании вреда здоровью в соответствии со ст. 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 300000 рублей, компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав в соответствии с ч.7 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 200000 рублей, расходов на приобретение лекарственных препаратов в размере 9508 рублей (л.д. 26-27).

В обоснование иска указала, что работала в ООО «Кондитерская фабрика «Фантэль» с <данные изъяты>. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № уволена с формулировкой причины увольнения по инициативе работника. Считает увольнение незаконным, так как работодатель оказывал психологическое воздействие, направленное на увольнение по собственному желанию, что подтверждается голосовым сообщением от ДД.ММ.ГГГГ. Также оказывалось психологическое давление путем обесценивания выполняемой работы, выразившее в отказе выплаты премии по итогам работы за 2024 год. За весь период работы взысканий производственного и административного характера не имела, неоднократно награждалась почетными грамотами. Незаконным увольнением ей причинен моральный вред, выразившейся в нравственных переживаниях в связи с утратой работы, нарушением имущественных прав (утраченный заработок), что явилось триггерным фактором причинения вреда здоровью, выразившееся в тяжелом обострении хронического заболевания, требующегося оказания стационарной специализированной помощи и последующего восстановительного лечения в отделении реабилитации.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала.

Представитель ответчика ООО «КФ «Фантэль» - ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Прокурор, принимавший участие в деле, полагал, что правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Суд, заслушав стороны, свидетеля, прослушав аудиособщение, исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора, находит исковые требования подлежащими отказу в удовлетворении по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, в том числе вопросы, связанные с материальной ответственностью сторон трудового договора, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве.

В силу ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения- отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «КФ «Фантэль» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО1 принята на должность начальника лаборатории в производственно-технологическую лабораторию с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подано заявление на имя директора ООО «КФ «Фантэль» об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 уволена ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> по п.3 ч. 1 ст. 777 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника на основании заявления об увольнении по собственному желанию от ДД.ММ.ГГГГ.

С приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Порядок и условия расторжения трудового договора по инициативе работника определены ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении (ч. 1).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4).

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет (ч. 5).

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается (ч. 6).

Из совокупного смысла правовых норм, содержащихся в частях с первой по третью статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации, усматривается, что последствие в виде расторжения трудового договора по инициативе работника наступает по истечении двухнедельного срока после получения работодателем заявления работника об увольнении.

В подпункте «а» пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае, если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Из объяснений истца, данных в ходе судебного заседания, а так же доводов, изложенных в исковом заявлении, следует, что ФИО1 не имела желания на прекращение трудовых отношений с ответчиком.

Однако, заявление на увольнение было подано истцом ДД.ММ.ГГГГ, до увольнения ДД.ММ.ГГГГ истец не обращалась к работодателю с заявлением об отзыве поданного заявления об увольнении.

В установленном законом порядке увольнение не было оспорено истцом, с требованиями о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе истец не обращалась.

Как следует из аудиосообщения, представленного истцом, ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты> ФИО1 поступило аудиосообщение от директора по качеству ФИО5, которая ссылаясь на разговор с ФИО9, предложила, чтобы не в отпуск, а написать заявление на увольнение, так она денег получит, т.е. компенсация (отпуска) и плюс заработная плата. При этом, ФИО6 сказала, что не знает, как лучше.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7, на звонок которого ФИО5 ссылается истец в исковом заявлении, пояснил, что работает директором по персоналу в ООО «КФ «Фантэль», по поводу увольнения ФИО5 не звонил, общался с ФИО5 только по рабочим вопросам. Руководителем ФИО1 не является, не может повлиять на ее увольнение, выплату премии, привлечения к дисциплинарной ответственности. Знает, что ФИО1 написала заявление на увольнение ДД.ММ.ГГГГ, видел это в отчете.

Как следует из материалов дела, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ обратилась к ответчику с заявлением о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с ДД.ММ.ГГГГ на 18 календарных дней. Приказом №-о от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставлен отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к ответчику с заявлением о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с ДД.ММ.ГГГГ на 12 календарных дней. Приказом №-о от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставлен отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на листке нетрудоспособности.

В период нахождения на листке нетрудоспособности и в отпуске ДД.ММ.ГГГГ истец написала заявление на увольнение ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств того, что со стороны работодателя после ДД.ММ.ГГГГ были еще звонки с предложениями уволиться либо работодателем предпринимались какие-то действия по ее увольнению, истцом не представлено, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что получив заявление от истца об увольнении по собственному желанию, работодатель не имел оснований для отказа в его удовлетворении в соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.

Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Согласно разъяснений, данных в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В силу пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Судопроизводство по гражданским делам в соответствии с ч.1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, и каждая сторона согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено в законе.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законодатель закрепляет дискреционное полномочие суда по оценке доказательств, необходимое для эффективного осуществления правосудия.

Поскольку стороной истца не представлено доказательств причинения морального вреда со стороны ответчика и доказательств доведении истца до увольнения, как и не представлено суду доказательств причинения действиями ответчика вреда жизни и здоровью истца, что из-за действий ответчика ухудшилось ее состояние здоровья, требования истца о взыскании с ответчика вреда, причиненного здоровью, в размере 300000 рублей и компенсации морального вреда в размере 200000 рублей судом признаются необоснованными, не нашедшими своего подтверждения в ходе рассмотрения дела и подлежащими отказу в удовлетворении.

В силу п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подпункте «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Поскольку истцом не представлено доказательств того, что действиями ответчика в связи с увольнением ее по собственному желанию причинен вред здоровью, ухудшилось состояние здоровья от действий ответчика, что из-за действий ответчика она вынуждена была приобретать лекарственные препараты, у суда не имеется оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов на приобретение лекарственных препаратов в размере 9508 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Фантэль» о взыскании компенсации морального вреда и расходов на приобретение лекарственных препаратов отказать.

На настоящее решение может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий: п/п Ю.Н. Резниченко

Мотивированное решение изготовлено 02 июля 2025 года.

Копия верна.

Судья Центрального районного суда г. Челябинска: Ю.Н. Резниченко

Секретарь: А.Х. Ахметжанова