Апелляционное определение № 22-5696/2025 от 10 декабря 2025 г.

Судья Спицына Ю.Е.

Дело № 22-5696/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 11 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Жихаревой А.А., Щеклеина А.И.,

при секретаре судебного заседания Ирдугановой Ю.В.,

с участием прокурора Набережной Е.В.,

адвоката Боталова А.С.,

осужденного ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Полежаевой Г.А. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 22 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

22 марта 2023 года Кунгурским городским судом Пермского края по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 90 000 рублей в доход государства (штраф оплачен в полном объеме 6 мая 2024 года),

осужден за совершение семнадцати преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам лишения свободы за каждое, за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, к 10 годам 6 месяцам лишения свободы за каждое, по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ к 11 годам лишения свободы, в силу ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний к 12 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено: срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей 2 мая 2025 года, 3 мая 2025 года и с 7 мая 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств и денежных средств, переданных на хранение в камеру хранения вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Жихаревой А.А., выступления осужденного ФИО1, адвоката Боталова А.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Набережной Е.В. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в семнадцати покушениях на незаконный сбыт наркотического средства – мефедрон (4-метилметкатинон), массой не менее 1,002 грамма, 0,921 грамма, 0,991 грамма, 0,982 грамма, 0,937 грамма, 0,992 грамма, 0,991 грамма, 0,968 грамма, 0,986 грамма, 1,034 грамма, 1, 009 грамма, 1,049 грамма, 1,539 грамма, 0,962 грамма, 1,044 грамма, 0,963 грамма, 1,007 грамма, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой;

в двух покушениях на незаконный сбыт наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон), массой не менее 44,946 грамма и массой не менее 23,762 грамма, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере;

в покушении на незаконный сбыт наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон), массой не менее 17,788 грамма и 12,475 грамма, и производного N-метилэфедрон, массой не менее 3,748 грамма и 251,796 грамма, совершенном с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере.

Преступления совершены в период времени не позднее 2 мая 2025 года в г. Кунгуре Пермского края, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Полежаева Г.А., выражая несогласие с приговором суда, полагает, что 17 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, являются одним составом преступления, поскольку все закладки с наркотическим средством, которые были сделаны ФИО1 в ночь с 1 на 2 мая 2025 года с временным промежутком в 5 минут, взяты из одного источника и составляют единое целое. Данных о предназначении этих закладок одному либо нескольким лицам не имеется. Излагая описание совершенных ФИО1 действий, квалифицированных судом как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, указывает на несоответствие выводов суда относительного данного деяния фактическим обстоятельствам дела, а также на не принятие судом во внимание версии стороны защиты о добровольном отказе ФИО1 от совершения данного преступления. Утверждает, что ФИО1 был намерен 2 мая 2025 года сбыть имевшийся у него на остатке товар (наркотики), полученный накануне от «куратора», при этом получать еще какое-то наркотическое средство на реализацию он не намеревался, поскольку никаких заказов на новую партию наркотика он не делал, «куратор» по своему усмотрению «скинул» ФИО1 наркотическое средство общей массой 251,796 грамма и 12,475 грамма. Просит изменить приговор, квалифицировать действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как единое преступление, исключить из его осуждения ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ ввиду добровольного отказа от совершения этого преступления, с последующим назначением осужденному справедливого наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом с достаточной полнотой установлены фактические обстоятельства по делу.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств основан на имеющихся в деле и проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание и подробный анализ которых с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности содержится в приговоре, в том числе показаниях самого осужденного ФИО1, не оспаривавшего фактические обстоятельства совершенных им преступлений, вид и размер наркотических средств.

Так, осужденный ФИО1 показал, что с февраля 2025 года он официального дохода он не имел, в связи с чем решил в приложении «Телеграмм» найти интернет – магазин «DinoShop» с целью трудоустройства. Он понимал, что его работа будет заключаться в раскладке «тайников-закладок» с наркотиками. Он прошел обучение у куратора, после чего его связали с другим человеком. В приложении «Телеграмм» данный человек ему скидывал координаты нахождения оптового объема наркотиков, которые он забирал, после чего фасовал их на маленькие закладки у себя на съемной квартире, в дальнейшем маленькие свертки с наркотиками он раскладывал по тайникам на территории г. Кунгур. Трудовую деятельность в роли закладчика он осуществлял в период с февраля 2025 года по 2 мая 2025 года, то есть до его задержания. Он осознавал, что сделанные им закладки и тайники с наркотиками предназначались для передачи другим лицам. Так, после получения в конце апреля 2025 года пакета с наркотиками весом около 150 грамм, он фасовал их по отдельным пакетикам по 1-2 грамма. Утром 1 мая 2025 года он упаковал в один сверток три других свертка с 31 закладкой. Указанный сверток он поместил в тайник и скинул координаты куратору. До этого на территории г. Кунгур в различных местах он также сделал ряд закладок с наркотиками массой около 1 грамма, возможно 17 закладок, фото с местами закладок и координатами он отправлял куратору «Макс Макс» в приложении «Телеграмм». Помимо этого в ночное время с 1 мая 2025 года на 2 мая 2025 года по указанным куратором координатам он нашел сверток с наркотическим средством массой примерно 250 грамм и привез его домой для его последующей фасовки и осуществления закладок. 2 мая 2025 года его задержали. В ходе его досмотра в полиции и в ИВС были изъяты наркотические средства, которые планировал сбыть на территории г. Кунгура. Все обнаруженные сотрудниками полиции в его телефоне фотографии с координатами тайников-закладок он делал сам.

Показания осужденного ФИО1 об обстоятельствах совершения им преступлений подтверждаются показаниями:

- свидетелей П., В., являющихся оперуполномоченными ОКОН МО МВД России «Кунгурский», об обстоятельствах наличия оперативной информации о причастности ФИО1 к незаконному обороту наркотических средств, в ходе проверки которой он был задержан 2 мая 2025 года и доставлен в отдел полиции, где при личном досмотре у ФИО1 обнаружен и изъят телефон с имеющимся в нем приложением «Телеграмм», в котором обнаружена переписка с куратором интернет-магазина с ник неймом «Макс Макс», в приложении «Галерея» обнаружены фотографии с изображением и координатами тайников-закладок на территории г. Кунгур. Также у ФИО1 в ходе личного досмотра обнаружены и изъяты наркотические средства. В указанных ФИО1 местах на территории г. Кунгур были обнаружены и изъяты оптовая закладка и ряд тайников-закладок с наркотическими средствами, в ходе обыска в жилище ФИО1 обнаружены и изъяты, в том числе коробка с 11 свертками из изоленты белого цвета с порошкообразным веществом и приспособления, предназначенные для формирования закладок с наркотическим средством;

- свидетеля Ш., являющегося помощником дежурного ИВС МО МВД России «Кунгурски» об обнаружении и изъятии в ходе личного досмотра ФИО1 двух прозрачных полиэтиленовых пакетиков с застежкой типа «зип-лок» с порошкообразным веществом;

- свидетелей К.,Д., Л., С., участвовавших в качестве понятых при проведении осмотров мест происшествий на территории г. Кунгур, личном досмотре, в ходе обыска жилища осужденного;

Показания осужденного ФИО1 и свидетелей также подтверждаются письменными документами, в числе которых:

- протокол личного досмотра ФИО1 от 2 мая 2025 года, в ходе которого обнаружены и изъяты сотовый телефон, пачка сигарет с тремя полиэтиленовыми пакетами с застежкой типа «зип-лок» с порошкообразным веществом, сверток из изоленты черного цвета с полиэтиленовым пакетом с застежкой типа «зип-лок» с порошкообразным веществом;

- протокол личного досмотра от 4 мая 2025 года, в ходе которого в ИВС МО МВД России «Кунгурский» у ФИО1 обнаружены и изъяты, в том числе два пакета с порошкообразным веществом;

- протокол обыска от 3 мая 2025 года, в ходе которого в жилище ФИО1 были обнаружены и изъяты, в том числе сотовый телефон «Redmi Note 8 Pro», коробка с 11 свертками из изоленты белого цвета с порошкообразным веществом, 3 полиэтиленовых пакета с застежкой типа «зип-лок» с порошкообразным веществом, коробка из-под электронных весов с 2 полиэтиленовыми свертками с порошкообразным веществом.

- протокол осмотра предметов, согласно которому в мобильном телефоне обнаружена переписка между ФИО1 и куратором «Макс Макс», также в телефоне имеется личный кабинет «Яндекс Банк», в котором на виртуальную карту ФИО1 «Яндекс Пэй» куратор «Макс Макс» перечислял денежные средства за сбыт наркотических средств. При осмотре мобильного телефона «Samsung A73» обнаружено приложение «Галерея», в котором имеются фотографии с изображениями электронных весов с пакетом с порошкообразным веществом, фотографии с готовыми сверками с наркотическим веществом в изоленте черного цвета, а также переписка между ФИО1 и куратором «Макс Макс» с указаниями последнего по реализации наркотических средств, в приложении «Conota Камера» имеются фотографии от 1 мая 2025 года с координатами тайников-закладок, которые отправлены в приложении «Телеграмм» куратору «Макс Макс»;

- протоколы осмотров мест происшествий, в ходе которых на территории г. Кунгур Пермского края в оборудованных осужденным тайниках обнаружены свертки с наркотическими средствами.

Вид и масса изъятых наркотических средств установлены судом первой инстанции на основании заключений экспертов в соответствии со Списком I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 года № 681, а также Постановлением Правительства РФ № 1002 от 1 октября 2012 года «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации».

Согласно аудиозаписи судебного заседания, все доказательства приведенные в приговоре, судом первой инстанции были исследованы.

Ошибочное указание в протоколе судебного заседания тома и листов дела, на которых находятся показания свидетеля К.: вместо т. 4 л.д. 182-184 указано т. 4 л.д. 82-84, а также указание в приговоре тома и листов дела, в котором находится заключение эксперта № 1499: вместо т. 4 л.д. 78-80 указано т. 1 л.д. 76-81 - являются явной технической ошибкой и на законность приговора не влияет.

Вместе с тем, суд первой инстанции оставил без внимания положения ст. 75 УПК РФ, во взаимосвязи с требованиями ст. 73 УПК РФ, а также правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004 года № 44-О, согласно которой положения ст. 56 УПК РФ, определяющей круг лиц, которые могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключают возможность допроса сотрудников полиции, производивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий.

С учетом изложенного из числа доказательств ввиду недопустимости подлежат исключению показания свидетеля П. – оперуполномоченного ОКОН ОМВД России «Кунгурский» в части обстоятельств, ставших ему известными при исполнении своих служебных обязанностей от осужденного ФИО1

Однако вносимые в приговор изменения не влияют на обоснованность выводов суда о виновности осужденного, которая с достаточной полнотой подтверждается другими доказательствами, приведенными судом в приговоре.

Все доказательства, в том числе указанные выше, и иные, приведенные в приговоре, с учетом внесенных судебной коллегией изменений, судом первой инстанции проверены и оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и, которым суд не дал оценки в приговоре, в материалах дела не имеется.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства совершенных осужденным преступлений, суд пришел к объективному выводу о том, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний доказана и верно квалифицировал действия осужденного по семнадцати преступлениям по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), значительном размере, организованной группой, то есть совершение умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступлений, не доведенных до конца по независящим от осужденного обстоятельствам, по двум преступлениям по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как покушения на незаконный сбыт наркотического средства, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, то есть совершение умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступлений, не доведенных до конца по независящим от осужденного обстоятельствам, и одному преступлению по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотического средства, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере, то есть совершение умышленных действий, непосредственно направленных на совершение преступлений, не доведенных до конца по независящим от осужденного обстоятельствам.

Выводы суда о наличии в действиях ФИО1 квалифицирующих признаков совершения преступлений «организованной группой», «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)», из них по 17 преступлениям - «наркотическое средство в значительном размере», по 2 преступлениям - «наркотическое средство в крупном размере», а по 1 преступлению - «наркотическое средство в особо крупном размере», основаны на установленных обстоятельствах дела и требованиях уголовного закона.

Доводы стороны защиты о необходимости квалификации действий осужденного ФИО1, связанных с размещением наркотических средств для последующего сбыта, как единого продолжаемого преступления, поскольку умысел осужденного был направлен на сбыт всей массы наркотического средства, как видно из протокола судебного заседания, выдвигались защитником в ходе судебного следствия, были предметом проверки в суде первой инстанции, в результате которой обоснованно отвергнуты.

По смыслу закона, единое продолжаемое преступление состоит из ряда тождественных деяний, направленных к достижению одной цели и объединенных единым умыслом (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 года № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях»).

Однако, исходя из установленных обстоятельств, которые подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, следует, чтоФИО1, выполняя указания куратора, извлек наркотическое средство из тайника-закладки, после чего расфасовал в удобные для сбыта упаковки, после чего разложил их в тайники.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что действия осужденного ФИО1 предполагали в данном конкретном случае самостоятельное разрешение по указанию соучастника преступления вопросов, связанных со сбытом хранившегося у осужденного с этой целью наркотических средств.

Умысел на сбыт наркотического средства возникал у ФИО1 при получении конкретных указаний и инструкций от члена организованной группы, который указывал, вес каждой закладки, место ее размещения. При этом, действия осужденного по сбыту наркотических средств через тайники-закладки тождественными не являлись, отличались, в том числе по месту расположения наркотических средств, т.е. он ориентировался в каждом случае с закладкой на потенциального приобретателя, о чем показывал и сам ФИО1

Что касается доводов адвоката о добровольном отказе осужденного ФИО1 от действий, которые квалифицированы судом по ч. 3 ст. 30 ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, то их нельзя признать состоятельными, поскольку они не основаны на материалах уголовного дела.

Согласно ч. 1 ст. 31 УК РФ в действиях исполнителя преступления будет иметь место добровольный отказ от преступления, если он прекратил приготовление к преступлению либо прекратил действия (бездействие), непосредственно направленные на совершение преступления, при том, что осознавал возможность доведения преступления до конца.

Материалы уголовного дела, напротив, свидетельствуют о том, что ФИО1 начал выполнять действия, непосредственно направленные на совершение преступления, в соответствии с отведенной ему в организованной группе ролью в преступлении. Вместе с тем, преступная деятельность осужденного была пресечена сотрудниками полиции.

Согласно материалам уголовного дела, изъятие названных наркотических средств осуществлялось в ходе следственных действий, проведенных после задержания осужденного, при осмотре жилища осужденного, то есть в условиях, когда он осознавал невозможность дальнейшего хранения и распоряжения имевшимися наркотическими средствами. При таких обстоятельствах действия осужденного не могут рассматриваться в качестве добровольного отказа. Доводы о том, что осужденный ФИО1 хотел вернуть найденное у него дома наркотическое средство, опровергаются, в том числе и тем, что часть данного наркотического средства была уже расфасована в удобные для сбыта свертки. Следует также отметить, что освобождение от уголовной ответственности в связи с добровольной выдачей возможно только при совершении лицом действий, указанных в диспозиции ст. 228 УК РФ, а не ст. 228.1 УК РФ, в совершении которых признан виновным ФИО1

Согласно ст. ст. 6, 60 УК РФ наказание является справедливым, когда судом при его назначении в совокупности учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание и его влияние на исправление осужденного.

Названные требования уголовного закона судом при назначении ФИО1 наказания были соблюдены. При назначении наказания суд в полной мере принял во внимание все данные о личности осужденного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, судом не только признаны, но и должным образом учтены по каждому преступлению полное признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, состояние здоровья осужденного, его матери, имеющей группу инвалидности, состояние здоровья родственников осужденного – деда и бабушки.

Иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, подлежащих обязательному учету, суд обоснованно не установил, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Кроме того, на вид и размер назначенного ФИО1 наказания повлияло наличие в его действиях рецидива преступлений, который в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ обоснованно признан обстоятельством, отягчающим наказание, что исключило возможность применения положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также повлекло назначение наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, с учетом требований ч. 3 ст. 66 УК РФ.

При этом суд правомерно не усмотрел оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, а также ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ, по причине отсутствия каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных преступлений, существенно снижающих степень их общественной опасности, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, обстоятельств их совершения и данных о личности осужденного.

Окончательное наказание обоснованно судом назначено по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Исходя из размера и вида назначенного осужденному наказания, судебная коллегия не усматривает оснований для признания его чрезмерно суровым как за каждое преступление, так и по их совокупности, поскольку оно представляется справедливым и достаточным для обеспечения достижения его цели – восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения новых преступлений.

Вид исправительного учреждения определен правильно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции отмене, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 22 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из числа доказательств ссылку на показания свидетеля П. об обстоятельствах, ставших ему известными от осужденного ФИО1

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Полежаевой Г.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке ст.ст. 401.10-401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции

Председательствующий (подпись)

Судьи (подпись)