Решение № 2-3123/2021 2-3123/2021~М-1490/2021 М-1490/2021 от 14 июля 2021 г. по делу № 2-3123/2021

66RS0001-01-2021-001724-94 №2-3123/2021

мотивированное
решение составлено 15.07.2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08.07.2021 г. Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Патрушевой М. Е., при секретаре Толстых А.О.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Вета» о защите трудовых прав

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором с учетом принятых судом изменений исковых требований, просит:

установить факт трудовых отношений между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Вета» (далее Общество) в должности администратора в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

обязать Общество произвести отчисления в ФСС и ПФР за период выполнения трудовых обязанностей истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

признать незаконным выговор от ДД.ММ.ГГГГ, наложенный директором Общества ФИО2;

признать незаконным приказ от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении);

изменить формулировку основания увольнения истца (прогул) на увольнение по собственному желанию, дату увольнения – на день вынесения решения суда;

взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 66 310,12 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 87 000 руб.

Иск мотивирован тем, что ДД.ММ.ГГГГ истец была трудоустроена в Общество на должность администратора с заработной платой 1 000 руб. в смену. Вместе с тем, трудовой договор между сторонами был заключен только ДД.ММ.ГГГГ, в котором должность истца указана – ветеринарный фельдшер. Трудовой договор истцу выдан не был. ДД.ММ.ГГГГ истец уволена за прогул. Полагает увольнение не законным, поскольку прогул не совершала, так как истца не уведомляли о новом месте работы в связи с изменением места нахождения клиники, ответчиком не было предложено истцу дать письменные объяснения. Также полагает незаконным применение к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора, поскольку не мотивирован его вид, учитывая, что ранее истец не привлекалась к дисциплинарной ответственности. Указанные обстоятельства являются основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Истец и ее представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить, пояснив, что спора между сторонами по выплате заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, пособия по временной нетрудоспособности, не имеется. Полагают, что ответчик обязан перечислить обязательные платежи в соответствующие фонды исходя из минимального размера оплаты труда.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на иск.

Заслушав сторон, исследовав доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации и трудовую дисциплину.

В силу ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка организации и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами относятся к рабочему времени.

Согласно ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, а именно прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 39 постановления от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.

Исходя из положений указанных правовых норм, увольнение по подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации является мерой дисциплинарного взыскания, вследствие чего, помимо общих требований о законности увольнения, юридическое значение также имеет порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренный ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

В силу ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Судом установлено, ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен трудовой договор №, по условиям которого истец принята на работу в Общество на должность фельдшера, место работы определено: г. Екатеринбург, <адрес>; истцу установлено неполное рабочее время: сменный график 2/2, рабочая неделя длительностью 20 часов, время начала работы 12:00, окончание 17:00, продолжительность ежедневной работы 5 часов.

ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № истец уволена с работы по подпункту «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (за прогул). Из приказа от ДД.ММ.ГГГГ № и актов отсутствия на рабочем месте усматривается, что поводом для увольнения истца послужило отсутствие ее на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ.

В данном случае ответчик должен представить доказательства, подтверждающие, в какие из указанных дней прогула у истца были рабочие дни в соответствии с графиком сменности (учитывая, что стороны не оспаривали график работы истца 2/2). Вместе с тем, таких доказательств ответчик суду не представил.

При этом суд отмечает, что в силу положений ст.103 Трудового кодекса Российской Федерации сменная работа - работа в две, три или четыре смены - вводится в тех случаях, когда длительность производственного процесса превышает допустимую продолжительность ежедневной работы, а также в целях более эффективного использования оборудования, увеличения объема выпускаемой продукции или оказываемых услуг; графики сменности доводятся до сведения работников не позднее чем за один месяц до введения их в действие; работа в течение двух смен подряд запрещается.

Согласно производственному календарю на 2021 год нерабочими праздничными днями были дни с 01 по 10 января 2021 года, следовательно, дни 02,04,05, 08 и 09 января 2021 года не могут быть учтены судом в качестве рабочих дней для истца, следовательно, не могут считаться днями прогула.

Кроме того, из ответа ГБУЗ СО «ЦГБ№» от ДД.ММ.ГГГГ № на обращение Общества, усматривается, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец была временно нетрудоспособна. Несмотря на наличие у работодателя сведений об уважительности причин отсутствия истца на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, данные дни вменены истцу в качестве прогула.

Также ответчиком нарушена процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности, поскольку оспариваемый приказ издан ДД.ММ.ГГГГ, то есть до истечения двух рабочих дней предоставленных работнику для дачи объяснений, объяснения истребованы не по всем рабочим сменам, вмененным в качестве прогула в оспариваемом приказе (не затребованы объяснения за дни прогула ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ).

Так, ДД.ММ.ГГГГ ответчик по месту жительства истца направил телеграмму, в которой предложил дать объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, телеграмма не была доставлена истцу в связи с отсутствием доступа в квартиру. ДД.ММ.ГГГГ уведомление о необходимости дать письменные объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ направлены истцу в мессенджере «WhatsApp», ею прочитаны. Следовательно, применить дисциплинарное взыскание ответчик мог не ранее ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, приказ от ДД.ММ.ГГГГ № об увольнении истца за прогул вынесен с нарушением требований трудового законодательства, в связи с чем является незаконным.

Злоупотребление в действиях истца судом не установлено.

С учетом признания увольнения истца незаконным, на основании положений ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежат удовлетворению требования ФИО1 об изменении формулировки основания увольнения с подпункта "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника), даты увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, а также о взыскании в пользу истца оплаты вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в пределах заявленных истцом требований в размере 66 130,12 руб. При этом суд учитывает, что расчет среднего заработка истца, соответствующий положениям ст. 139, 234 Трудового кодекса Российской Федерации и Постановления Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», ответчиком не представлен, равно как и не представлено сведений о начисленной заработной плате за фактически отработанное время, в связи с чем, суд лишен возможности самостоятельно произвести данный расчет, и принимает в данной части в качестве надлежащего доказательства объяснения истца.

Разрешая требование истца о признании незаконным выговора от ДД.ММ.ГГГГ, наложенного директором Общества <ФИО>6, суд приходит к следующему.

Так, выговор наложен на истца ДД.ММ.ГГГГ в письменном виде «за неоказание услуги согласно должностным обязанностям и использование анестезии не по инструкции ДД.ММ.ГГГГ».

Частью 6 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривается, что любое дисциплинарное взыскание объявляется в приказе (распоряжении) работодателя с указанием мотивов его применения, то есть конкретный дисциплинарный проступок, за совершение которого работник подвергается взысканию.

Приказ о наказании работника предназначен для документирования факта наказания (применения дисциплинарного взыскания в отношении) работника, а также оформления и учета дисциплинарных взысканий работников. В общем случае основанием для издания приказа (распоряжения) о наказании работника служит соответствующее представление, отражающее недобросовестное отношение работника к возложенным на него трудовым обязанностям. Содержание приказа (распоряжения) о наказании работника должно соответствовать представлению (ходатайству), при этом вид дисциплинарного взыскания работодатель вправе определить самостоятельно. Унифицированной формы приказа (распоряжения) о наказании работника нет.

Следовательно, в приказе о привлечении работника к дисциплинарной ответственности должно быть указано место, время и обстоятельства совершения дисциплинарного проступка, перечень документов, из которых бы с очевидностью следовало, в чем заключается вмененный в вину работнику проступок.

Оспариваемый документ (поименованный как выговор) не позволяет сделать вывод о составе проступка (конкретных действиях истца, которые расценены работодателем как неисполнение либо ненадлежащее исполнение им трудовых обязанностей), вмененного в вину истцу. Материалы дела не содержат доказательств о соблюдении работодателем положений ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что наложение на истца дисциплинарного взыскания в виде выговора ДД.ММ.ГГГГ, законным признано быть не может, в связи с чем, требование истца в данной части подлежит удовлетворению.

По смыслу взаимосвязанных положений ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Из объяснений истца, следует, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ была принята в Общество на должность администратора с заработной платой 1 000 руб. в смену (с 10:00 до 21:00, график 2 через 2). В ДД.ММ.ГГГГ истцу предложили работать фельдшером, поскольку истец уже ассистировала на приеме, на что она согласилась и ДД.ММ.ГГГГ с ней был заключен трудовой договор по должности фельдшера). В подтверждение трудовых отношений истцом в материалы дела представлена справка, выданная Обществом ДД.ММ.ГГГГ, в которой директор Общества подтверждает, что ФИО1 работает в Обществе в ветеринарной клинике ассистентом ветеринарного врача; Общество относится к организациям, выполняющим неотложные работы в условиях чрезвычайных обстоятельств, в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь и нормальные жизненные условия населения; работники Общества в силу пп. «г» п.2 Указа Президента РФ от 25.03.2020 №206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней» продолжают работать в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Факт работы истца в спорный период в ветеринарной клинике подтвердил свидетель <ФИО>5, оснований доверять показаниям которого у суда оснований не имеется, поскольку они последовательны, согласуются с объяснениями сторон.

Согласно положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Деятельность по предоставлению доказательств, в подтверждение своей правовой позиции по делу напрямую связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В нарушение перечисленных выше положений, на момент рассмотрения дела судом, ответчик не представил доказательств отсутствия между сторонами трудовых отношений, не выполнив тем самым обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств, необходимых для разрешения настоящего иска.

При занятии стороной ответчика пассивной позиции по настоящему делу, суд, исходя из объяснений истца приходит к выводу о наличии совокупности доказательств позволяющих установить наличие трудовых отношений между истцом и Обществом в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы представителя ответчика о том, что в спорный период времени в ветеринарной клинике администратором и фельдшером работал один человек – директор Общества ФИО2, а истец проходила практику и после окончания обучения была принята на работу, суд отклоняет, поскольку надлежащих доказательств этому суду не представлено, а исходя из копии договора № об организации и проведении практики обучающегося ФГБОУ ВО Уральский ГАУ от ДД.ММ.ГГГГ, истец проходила практику в Обществе в ДД.ММ.ГГГГ, диплом о среднем профессиональном образовании по квалификации ветеринарный фельдшер получен истцом ДД.ММ.ГГГГ, что согласуется с ее объяснениями.

Требование о возложении на Общество обязанности произвести отчисления в ФСС и ПФР за период выполнения трудовых обязанностей истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ удовлетворению не подлежит, поскольку факт трудовых отношений установлен только настоящим решением, а доказательств нарушения прав истца не приведено и по материалам дела не установлено.

Поскольку судом установлен факт нарушения трудовых прав истца ответчиком, имеются основания для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в порядке ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации. Оценив степень нравственных страданий истца, обстоятельства, при которых ей были причинены данные страдания, степень вины ответчика, характер допущенных ответчиком нарушений трудовых прав истца, а также требования разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Истцом заявлено требование о взыскании судебных расходов на услуги представителя в размере 87 200 руб.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Из материалов дела усматривается, что интересы ФИО1 при рассмотрении дела представлял ФИО3, действующий на основании доверенности.

Между ФИО1 и ООО «Максимум» ДД.ММ.ГГГГ заключен договор об оказании юридических услуг №, состоящих из: правового анализа ситуации и представленных по делу материалов, выезд представителя в интересах заказчика в Общество по вопросу трудового спора с подготовкой и подачей необходимых документов, консультаций. Согласно условиям договора, стоимость оплаты услуг составила 52 000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен договор № об оказании юридических услуг, состоящих из правового анализа ситуации и представленных по делу материалов, представления интересов заказчика в суде первой инстанции по вопросу трудового спора с подготовкой и подачей необходимых документов, консультация, стоимость услуг составила 35 200 руб.

ФИО3 состоит с ООО «Максимум» в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ в должности юрисконсульта.

Истцом в материалы дела представлены кассовые чеки об оплате услуг в размере 87 200 руб.

Как разъяснено в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы, обусловленные рассмотрением, разрешением и урегулированием спора во внесудебном порядке (обжалование в порядке подчиненности, процедура медиации), не являются судебными издержками и не возмещаются согласно нормам главы 7 ГПК РФ, главы 10 КАС РФ, главы 9 АПК РФ.

С учетом указанных разъяснений, расходы правового анализа ситуации и представленных по делу материалов, выезд представителя в интересах заказчика в Общество по вопросу трудового спора с подготовкой и подачей необходимых документов, консультации возмещению согласно нормам гл. 7 Гражданского процессуального кодекса РФ не подлежат.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1).

Принимая во внимание сложность спора, длительность рассмотрения дела и продолжительность судебного заседания, в котором дело было рассмотрено по существу, значимость защищаемого права, объем оказанных представителем услуг по договору от 22.01.2021, частичное удовлетворение иска, а также принципы разумности и справедливости, суд полагает возможным удовлетворить заявление истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя частично, в сумме 30 000 руб.

С Общества подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета в размере 3 389 руб. (2 189+(300х4)).

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Вета» о защите трудовых прав – удовлетворить частично.

Установить, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с обществом с ограниченной ответственностью «Вета» в должности администратора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Признать незаконным привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора ДД.ММ.ГГГГ.

Признать незаконным увольнение ФИО1 на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №.

Изменить формулировку основания увольнения ФИО1 с увольнения по подпункту «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию), дату увольнения с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вета» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 66 310,12 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

В удовлетворении остальных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вета» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 389 руб.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья М. Е. Патрушева