Решение № 2-133/2017 2-133/2017~М-118/2017 М-118/2017 от 30 июля 2017 г. по делу № 2-133/2017

№ 2 – 133/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

31 июля 2017 года п. Вейделевка

Вейделевский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Лобова Р.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шевяковой Я.А.,

с участием: истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, представителя третьего лица администрации Большелипяговского сельского поселения муниципального района «Вейделевский район» Белгородской области ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании незаконным межевания земельного участка, исключении сведений о земельном участке из государственного кадастра недвижимости и установлении местоположения границ земельного участка,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 является собственником земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, местоположение границ которого не определено.

Рядом по <адрес>, располагается многоконтурный земельный участок с установленными границами, принадлежащий на праве собственности ФИО3

По заказу ФИО1 кадастровым инженером проведены кадастровые работы с целью уточнения местоположения границ принадлежащего ему земельного участка, составлен межевой план.

После чего он обратился в Управление Росреестра по Белгородской области с заявлением о государственном кадастровом учете изменений земельного участка в связи с изменением сведений о его площади и описании местоположения границ в соответствии с межевым планом.

Государственный кадастровый учет в отношении сформированного по координатам межевого плана земельного участка был приостановлен, поскольку его границы пересекают контур № 1 многоконтурного земельного участка, принадлежащего ФИО3, границы которого были уточнены ранее.

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, который, с учетом уточнения требований, просит признать незаконным межевание земельного участка, принадлежащего ответчику в части межевания контура № 1 в соответствии с поворотными точками н2 – н3 – н4 – н5 – н6 по ее межевому плану, исключить из государственного кадастра недвижимости сведения о контуре № 1 данного земельного участка в части указанных поворотных точек и установить местоположение границ принадлежащего ему земельного участка в соответствии с межевым планом кадастрового инженера с поворотными точками н8 – н9 – н10 - н1 - н2 – н3. При этом утверждает, что ответчиком при проведении межевания были нарушены положения ст.ст. 39, 40 Федерального закона от 24.07.2007 № 221 – ФЗ от 24.07.2007 № 221 – ФЗ «О кадастровой деятельности» (ранее ФЗ «О государственном кадастре недвижимости»), а именно, не согласовано с заинтересованными лицами местоположение границ земельного участка, результаты согласования не оформлены соответствующим актом, в результате чего были нарушены границы земельного участка истца, определенные по фактическому длительному (более 15 лет) пользованию земельным участком, на земельном участке ответчика оказались принадлежащие истцу объекты недвижимости.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО2 перечисленные требования поддержали по изложенным основаниям.

Ответчик и ее представитель ФИО4 против удовлетворения иска возражали, полагая, что при проведении межевания ФИО3 нарушений действующего законодательства не допущено, границы земельного участка истца по предлагаемому им межевому плану не совпадают с границами участка по фактически сложившемуся порядку пользования и пересекают границы земельного участка ответчика.

Представитель третьего лица администрации Большелипяговского сельского поселения муниципального района «Вейделевский район» Белгородской области ФИО5 по тем же основаниям считает иск не обоснованным.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, сведениями об основных характеристиками объекта недвижимости, выпиской из похозяйственной книги (т. 1 л.д. 5, 86 - 87, т. 2 л.д. 203) подтверждается принадлежность ФИО1 на праве собственности земельного участка с кадастровым номером №, площадью 4500 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, который он приобрел по договору купли – продажи от 05.11.2015.

Ранее земельный участок принадлежал матери истца ФИО12 (свидетельство на право собственности на землю от ДД.ММ.ГГГГ, выписки из похозяйственной книги за 1991 – 2016 г.г. – т. 2 л.д. 198, 199, 200, 201, 202).

Право собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1500 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, следует из представленного ответчиком свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, кадастровой выписки о земельном участке, постановления администрации Болшелипяговского сельского поселения (т. 1 л.д. 55, 56 – 62, т. 2 л.д. 191 - 192). До приобретения права собственности участок принадлежал ответчику на праве пожизненного наследуемого владения (свидетельство от ДД.ММ.ГГГГ, реестр земельных участков – т. 2 л.д. 194, 188 - 190).

По заказу ФИО1 кадастровым инженером подготовлен межевой план (т. 1 л.д. 34 - 43), в соответствии с которым местоположение границ принадлежащего истцу земельного участка со стороны земельного участка, принадлежащего ответчику, предлагается определить по координатам, указанным в исковом заявлении (поворотные точки н8 – н9 – н10 - н1 - н2 – н3).

Заявление истца о государственном кадастровом учете изменений земельного участка в связи с изменением сведений о его площади и описании местоположения границ, поданное в Управление Росреестра по Белгородской области, удовлетворено не было, государственный кадастровый учет приостановлен в связи с тем, что сформированный по координатам межевого плана земельный участок пересекает границы контура № 1 многоконтурного земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ответчику, границы которого были уточнены ДД.ММ.ГГГГ.

Положение ст. 39 Федерального закона от 24.07.2007 № 221 – ФЗ «О кадастровой деятельности» (далее Федеральный закон о кадастровой деятельности) требует обязательного согласования местоположения границ земельных участков, в частности с собственниками смежных участков, в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы. При этом предметом согласования является определение местоположения границы земельного участка, одновременно являющейся границей другого принадлежащего заинтересованному лицу земельного участка.

В силу ст. 40 Федерального закона о кадастровой деятельности, результат согласования местоположения границ оформляется кадастровым инженером в форме акта согласования местоположения границ на обороте листа графической части межевого плана. Местоположение границ земельного участка считается согласованным при наличии в акте согласования местоположения границ личных подписей всех заинтересованных лиц или их представителей.

Из заключения кадастрового инженера ФИО8 (т. 2 л.д. 243), привлеченного для участия в деле в качестве специалиста, следует, что в 2016 году им производились кадастровые работы в отношении земельных участков сторон. Данные земельные участки не имеют общей границы, то есть не являются смежными, разделены между собой землями не разграниченной государственной собственности.

Судом установлено, что межевой план земельного участка ответчика, в соответствии с которым участок был поставлен на кадастровый учет, содержит акт согласования местоположения границы земельного участка (л.д. 59), в котором имеются подписи главы администрации Большелипяговского сельского поселения ФИО5, являющегося собственником смежных с участком ответчика земельных участков.

В связи с этим суд признает неубедительным довод стороны истца о нарушении ответчиком положений ст.ст. 39, 40 Федерального закона от 24.07.2007 № 221 – ФЗ от 24.07.2007 № 221 – ФЗ «О кадастровой деятельности»

В соответствии с ч. 9 ст. 38 Федерального закона о кадастровой деятельности, в редакции Федеральных законов от 22.07.2008 N 141-ФЗ, от 21.12.2009 N 334-ФЗ, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае, если указанные в настоящей части документы отсутствуют, границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Документов, содержащих сведения о точном месторасположении границ земельного участка, принадлежащего истцу, суду не представлено.

Объяснения истца и показания свидетеля ФИО12 о том, что границы представленного истцом к государственному кадастровому учету земельного участка определены по фактическому длительному (более 15 лет) пользованию суд признает недостоверными, поскольку они опровергаются следующими доказательствами.

Согласно заключению кадастрового инженера ФИО8 (т. 2 л.д. 243), при проведении в 2016 году кадастровых работ в отношении земельных участков сторон были определены координаты их границ с точностью до 0.1 м. Координаты каждой точки отражены в чертеже, прилагаемом к заключению (т. 2 л.д. 244). Границы земельных участков были указаны собственниками в соответствии с фактическим использованием ими своих участков, разногласий между ними не имелось. Представленный в настоящий момент ФИО1 чертеж земельного участка, границы которого он просит установить, не соответствуют фактическому использованию земельного участка.

16 мая 2016 года комиссией в составе работников администрации муниципального района «Вейделевский район», администрации Большелипяговского сельского поселения, кадастрового инженера произведено обследование земельного участка, принадлежащего на праве собственности ФИО1, в его присутствии и в присутствии предыдущего собственника ФИО12 (акт обследования – т. 1 л.д. 50 - 53). В ходе обследования произведены замеры земельного участка по фактическому использованию, составлен чертеж. Данный чертеж соответствует чертежу, прилагаемому к заключению кадастрового инженера ФИО8

Представитель третьего лица администрации Большелипяговского сельского поселения ФИО7 и свидетель ФИО9, входившие в состав комиссии, показали, что границы земельного участка ФИО1, отраженные в чертеже, определялись так, как указывал он сам, по фактическому пользованию.

Свидетель ФИО10 – супруг ФИО3 подтвердил, что границы земельного участка, принадлежащего его родному брату ФИО1, который ранее принадлежал их матери ФИО12, существующие более 15 лет, располагаются так, как указано в чертеже, прилагаемом к акту комиссии.

Данные показания подтвердил ФИО11 – родной брат ФИО10, несмотря на то, что находится с ним в неприязненных отношениях.

Кроме того, конфигурация границы представленного истцом к государственному кадастровому учету земельного участка по фасадной линии не соответствует его конфигурации, отраженной в плане земельного участка, имеющемся в инвентарном деле на домовладение, принадлежащее ФИО12 (предыдущему собственнику спорного участка) от 1996 года (т. 2 л.д. 207).

При выезде на место судом установлено, что по фасадной линии земельного участка, границы которого просит установить истец, установлен шиферный забор. Однако, суд не может признать его объектом искусственного происхождения, определяющим границы участка истца по фактическому пользованию свыше 15 лет, поскольку сам ФИО1 пояснил, что данный забор им был установлен после приобретения участка у ФИО12

Сама ФИО12 давала противоречивые показания. Она утверждала, что по указанному забору пролегает граница земельного участка истца, который используется более 60 лет. Вместе с тем, как показал ФИО1 забор был установлен после 2015 года. Кроме того, на месте судом установлено, что забором ограждается также земельный участок, который не входит в земельный участок ФИО1, границы которого он просит установить.

Довод истца о том, что в результате межевания на земельном участке ответчика оказались принадлежащие ему (ФИО1) строения, суд во внимание не принимает, поскольку установленное судом в ходе осмотра на месте состояние данных строений не свидетельствует о возможности их использовании в силу разрушения. Напротив, на земельном участке ФИО3, в той его части, которую просит признать за собой истец, находятся строения, используемые ответчиком.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что границы представленного истцом к государственному кадастровому учету земельного участка по поворотным точкам н8 – н9 – н10 - н1 - н2 – н3, которые он просит установить, не соответствуют его фактическому использованию 15 лет и более, истцом не представлено доказательств нарушения действиями ответчика его прав либо создания угрозы их нарушения (ст. 3 ГПК РФ).

В связи с этим суд признает необходимым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании незаконным межевания земельного участка, исключении сведений о земельном участке из государственного кадастра недвижимости и установлении местоположения границ земельного участка, отказать.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Вейделевский районный суд Белгородской области.

Судья: