Приговор № 1-91/2017 от 28 августа 2017 г. по делу № 1-91/2017

Дело № 1-91/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Удомля 29 августа 2017 года

Удомельский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Галкина С.В.,

при секретаре Еремеевой Н.И.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника Удомельского межрайонного прокурора Окунева В.В.,

подсудимого ФИО7,

защитника подсудимого – адвоката Лобанова А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Удомельского городского суда Тверской области уголовное дело по обвинению

ФИО7, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>, гражданина РФ, получившего средне- профессиональное образование, не состоящего в браке, не имеющего иждивенцев, не трудоустроенного, не имеющего инвалидностей и хронических заболеваний, не военнообязанного, зарегистрированного по адресу: <адрес>, фактически проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации,

установил:

ФИО7 причинил смерть по неосторожности.

Преступление совершено в городе Удомля Тверской области при следующих обстоятельствах:

16 января 2017 года в период времени с 20:00 часов до 21:00 часа, ФИО7, находящийся в состоянии алкогольного опьянения в кухне <адрес>, взял на руки проживавшую в указанной квартире ФИО1, являющуюся инвалидом первой группы, по её просьбе, с целью перемещения её с одного стула на другой, поскольку в силу наличия инвалидности ФИО1 не имела возможности самостоятельного перемещения и ухода за собой. Находящийся в состоянии алкогольного опьянения ФИО7 потерял равновесие, и упал на пол совместно с ФИО1

В результате падения у ФИО1 возникло телесное повреждение в виде закрытого перелома правой бедренной кости в нижней трети со смещением отломков, которое квалифицировано, как причинившее тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

22 марта 2017 года ФИО1 скончалась. Причиной смерти явилась тромбоэмболия ветвей легочной артерии из-за тромбоза вен, огибающих бедренную кость, вследствие перелома правой бедренной кости. Между переломом бедренной кости, развитием тромбоза вен с последующей тромбоэмболией и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

При этом ФИО7 не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью и причинения смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия, так как он находился в состоянии алкогольного опьянения, мог предвидеть потерю равновесия и падение вместе с ФИО1

Таким образом, своими действиями ФИО7 совершил преступление, предусмотренное частью 1 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации – причинение смерти по неосторожности.

В судебном заседании подсудимый ФИО7 вину в совершении преступления признал полностью. Пояснил, что часто бывал в квартире у ФИО1 и часто помогал ей, в связи с тем, что та являлась инвалидом первой группы, и не могла самостоятельно себя обслуживать. 16 января 2017 года в вечернее время ему позвонила ФИО1 и попросила к той прийти. Он предупредил, что находится в состоянии алкогольного опьянения, но ФИО1 всё равно попросила его прийти, так как не могла без его помощи сходить в туалет. Для этого у ФИО1 было оборудовано специальное кресло под горшок, в которое необходимо было пересадить ФИО1.

Когда он пришёл к ФИО1, то вместе с её матерью – ФИО2 попытался пересадить ФИО1 в инвалидное кресло, оборудованное под туалет. Когда приподнял ФИО1, поскользнулся, не удержал равновесие, и вместе с ФИО1 упал на пол. ФИО1 сильно закричала от боли после падения на пол.

Он остался на ночь в квартире ФИО1 на тот случай, если той опять потребуется помощь. ФИО1 жаловалась на боль в ноге, но все думали, что она просто ушибла ногу. Но когда в течение нескольких дней боль не проходила, ФИО1 её мать ФИО2 отвезла в больницу, где врачи установили, что у ФИО1 перелом бедра. Оказав медицинскую помощь, врачи отпустили ФИО1 домой.

В течение последующих двух месяцев он примерно раз в недели приходил домой к ФИО1, и оказывал помощь в уходе за ней.

22 марта 2017 года он также у ФИО1, и оказывал той помощь. В течение дня ФИО1 на состояние здоровья не жаловалась. Однако вечером ФИО1 стало плохо, и мать ФИО1, а также ещё одна женщина, которая была у ФИО1 сиделкой, вызвали скорую помощь. По приезду бригады скорой помощи ФИО1 пытались оказать медицинскую помощь, но ФИО1 скончалась. Все подумали, что ФИО1 умерла из-за своего заболевания.

Кроме признания подсудимого, его виновность в совершении описанного выше преступления, подтверждается следующими доказательствами, собранными предварительным следствием и исследованными в судебном заседании:

Так, из показаний потерпевшей ФИО1, исследованных в судебном заседании в порядке ч.2 ст.281 УПК РФ, усматривается, что она являлась инвалидом 1-й группы с заболеванием «рассеянный склероз». По состоянию здоровья она нуждалась в постоянном уходе и в посторонней помощи. По устной договоренности с ФИО7, ФИО3, ФИО4, указанные граждане ухаживали за ней - мыли, кормили, выводили гулять.

16 января 2017 года за ней должен был ухаживать ФИО3, но тот находился в состоянии алкогольного опьянения, и не пришёл к ней. Около 20:00 часов она позвонила ФИО7, и попросила прийти. Через некоторое время ФИО7 пришёл к ней, и также находился в состоянии алкогольного опьянения. Она сказала ФИО7, что ей необходимо в туалет. ФИО7 стал поднимать ее с инвалидной коляски и пересаживать в другую коляску, оборудованную под туалет. ФИО7 не удержал ее и уронил ее на пол, и сам упал на нее. Когда она упала, то почувствовала боль в правом бедре.

20 января 2017 года она обратилась в больницу, где выяснилось, что у нее имеется перелом правой бедренной кости (л.д.83-84).

Из показаний потерпевшего ФИО5, исследованных в судебном заседании в порядке части 1 статьи 281 УПК РФ, усматривается, что у его матери - ФИО1 было заболевание «рассеянный склероз», по причине чего та являлась инвалидом 1-й группы. Мать не могла самостоятельно ухаживать за собой и передвигаться. За ФИО1 осуществляла уход её мать - ФИО2, а также различные лица, которых его мать и бабушка нанимали по устной договоренности. Среди таких лиц был ФИО7.

В конце января 2017 года в ходе телефонного разговора с бабушкой ФИО2 он узнал, что у матери сломана правая нога. Кроме того, бабушка ему рассказала, что нога у матери сломана в результате падения, так как ФИО7, находясь в состоянии алкогольного опьянения, уронил мать на пол и сам упал на ту, перемещая мать с одного кресла на другое.

22 марта 2017 года он узнал от бабушки, что его мать ФИО1 умерла. Приехав в город <данные изъяты> области на похороны матери, он узнал, что мать умерла из-за тромбоза легочной артерии, который образовался в результате указанного перелома ноги (л.д.92-94).

Из показаний свидетеля ФИО2, исследованных в судебном заседании в порядке части 1 статьи 281 УПК РФ, усматривается, что она проживала по адресу: <адрес>, со своей дочерью ФИО1, у которой имелось заболевание «рассеянный склероз», которая являлась инвалидом 1 группы и нуждалась в посторонней помощи, так как самостоятельно двигаться та не могла. Конечности у дочери обездвижены. Официального договора по уходу у дочери ни с кем заключено не было. По устной договоренности за дочерью ухаживали ФИО7 и ФИО3.

16 января 2017 года она с дочерью находилась дома. В вечернее время они позвонили ФИО7, и попросили того прийти. ФИО7 пришёл к ним, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Около 20:00 часов дочь захотела в туалет. Для этого у них было оборудовано специальное инвалидное кресло, к которому прикреплен горшок. ФИО7 стал поднимать её дочь из одного кресла, чтобы пересадить в специальное. Она в это время отодвинула инвалидное кресло, и стала пододвигать другое. В этот момент ФИО7 не удержал ее дочь, и уронил на пол, и сам упал на ту сверху. Потом к ним пришла ФИО4, которая также помогала ухаживать за дочерью, и они с ФИО4 помогли поднять дочь на кресло. За медицинской помощью они сразу не обратились, так как подумали, что у дочери просто ушиб.

20 января 2017 года они обратились в больницу, где у дочери обнаружили перелом правой бедренной кости (л.д.141-142).

Из показаний свидетеля ФИО4, исследованных в судебном заседании в порядке части 1 статьи 281 УПК РФ, следует, что с 15 декабря 2016 года до 20 февраля 2017 года она проживала у ФИО1 и ФИО2 по адресу: <адрес>. ФИО1 являлась инвалидом 1-й группы с диагнозом «рассеянный склероз», и не могла самостоятельно передвигаться. Она проживала у ФИО1 бесплатно за то, что она оказывала помощь в уходе за инвалидом. Иногда для перемещения ФИО1 по квартире, ФИО1 и её мать привлекали мужчин, так как та не смогла бы сама переносить ФИО1 из одного кресла в другое. Среди таких мужчин был ФИО7.

16 января 2017 года в 20:00 часов по приглашению ФИО1 пришёл ФИО7, который находился в состоянии алкогольного опьянения, но прийти помочь не отказался. После прихода ФИО7 ФИО1 попросила её сходить в магазин за продуктами. Из магазина она вернулась ровно в 21:00 час. Когда она пришла домой, то увидела, что на кухне ФИО7 и ФИО2 пытаются поднять с пола ФИО1 и усадить ту в кресло. Она поняла, что ФИО1 упала на пол. Присутствующие ей рассказали, что ФИО7 на кухне перемещал ФИО1 с одного кресла в другое, которое было специально оборудовано как туалет. ФИО7, подняв ФИО1, не удержал равновесие и вместе с той упал на пол, и сверху еще сам упал на ФИО1. ФИО1 жаловалась на боль в бедре правой ноги. Она помогла поднять и пересадить ФИО1 в кресло. Сначала они все подумали, что у ФИО1 просто ушиб, и в скорую помощь звонить не стали. Однако боль у ФИО1 не проходила, и через несколько дней они отвезли ФИО1 в больницу, где у той выявили перелом бедра правой ноги.

20 февраля 2017 года она уехала с квартиры ФИО1, и более они не виделись. В конце марта 2017 года она узнала, что ФИО1 умерла (л.д.143-145).

Из показаний свидетеля ФИО6, исследованных в судебном заседании в порядке части 1 статьи 281 УПК РФ, усматривается, что она работает в должности <данные изъяты> в ЦМСЧ № г. <данные изъяты>. В марте 2017 года на протяжении двух недель она ежедневно 2 раза в день (утром и вечером) по рецепту врача делала перевязки и уколы обезболивающего препарата на дому ФИО1, которая проживала вместе с матерью ФИО2 ФИО1 являлась инвалидом 1-й группы с диагнозом «рассеянный склероз», и не могла самостоятельно передвигаться и ухаживать за собой.

22 марта 2017 года около 10 часов 30 минут она, как обычно, пришла к ФИО1, сделала той перевязку и укол. ФИО1 сказала ей, что чувствует себя хорошо. После чего она ушла.

Около 18 часов 30 минут ей на мобильный телефон позвонила сиделка ФИО1, и сказала, что ФИО1 плохо себя чувствует, и попросила её прийти. Она сразу же собралась, и пришла к ФИО1 В квартире уже находился фельдшер скорой медицинской помощи, и они вместе стали оказывать ФИО1 необходимую медицинскую помощь. ФИО1 сидела на кухне за обеденным столом и практически находилась в бессознательном состоянии. Она ввела ФИО1 в вену медицинский препарат, повышающий давление, и начала вводить иные необходимые лекарственные препараты. Но ФИО1 спасти не удалось, и та скончалась. После чего она вызвала сотрудников полиции и позвонила в морг. Причина смерти ФИО1 ей не известна (л.д. 147-149)

Виновность подсудимого ФИО7. подтверждается также письменными доказательствами по делу, исследованными в судебном заседании:

- рапортом оперативного дежурного МО МВД России «<данные изъяты>» от 20 января 2017 года (КУСП №), из которого следует, что в 13 часов 25 минут поступило телефонное сообщение из ЦМСЧ № о том, что в приёмное отделение обратилась ФИО1 в диагнозом «закрытый перелом нижней трети правого бедра», травма от 16 января 2017 года (л.д.17);

- протоколом осмотра места происшествия от 22 января 2017 года с приложенной фото-таблицей, из которого следует, что было осмотрено жилое помещение, в котором проживала ФИО1 (л.д.17-25);

- копией карты амбулаторного больного № на имя ФИО1, из которой следует, что 20 января 2017 года у больной зафиксировано телесное повреждение – винтообразный косой перелом нижней трети правого бедра со смещением наружу на 1/2 d кости и нахождением костных отломков на 3,5 см контура правого коленного сустава (л.д.30-31);

- заключением эксперта № от 26 января 2017 года, согласно которому у ФИО1 имелся закрытый перелом правой бедренной кости в нижней трети со смещением отломком. Он возник 16 января 2017 года от действия тупого твердого предмета. Такой перелом относят к тяжкому вреду здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату трудоспособности не менее чем на одну треть (независимо от исхода) и оказания (неоказания) медицинской помощи (л.д.38-39);

- рапортом оперативного дежурного МО МВД России «<данные изъяты>» от 22 марта 2017 года (КУСП №), из которого следует, что в 19 часов 50 минут поступило телефонное сообщение от ФИО6 о том, что в <адрес> умерла гр-ка ФИО1, инвалид 1 группы (л.д.48);

- справкой бюро МСЭ смешанного профиля № ГБ МСЭ ФМБА России от 15 июня 2017 года, согласно которой у ФИО1 с 1999 года установлена первая группа инвалидности, - с 2003 года –бессрочно (л.д.80);

- заключением эксперта № от 05 июня 2017 года, согласно которому много лет ФИО1 страдала тяжелым заболеванием - рассеянным склерозом с множественными изменениями как внутренних органов, так и костей (остеопороз - то есть хрупкость костей), что привело её к инвалидности с невозможностью самостоятельного передвижения и ухода за собой.

16 января 2017 года у ФИО1 возник закрытый перелом правой бедренной кости в нижней трети со смещением отломков. Перелом образовался в результате падения ФИО1 с незначительной высоты, с последующим ударом областью правого бедра о тупой твёрдый предмет. Такой перелом относят к тяжкому вреду здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату трудоспособности не менее чем на одну треть (независимо от исхода) и оказания (неоказания) медицинской помощи (применительно к живому человеку).

22 марта 2017 года ФИО1 умерла. Причиной её смерти явилась тромбоэмболия ветвей лёгочной артерии из-за тромбоза вен, огибающих бедренную кость, вследствие перелома правой бедренной кости. Наличие фонового и множественных сопутствующих заболеваний было одним из факторов, способствующих наступлению смерти. Между переломом бедренной кости, развитием тромбоза вен с последующей тромбоэмболией и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь (л.д.154-156).

Анализируя собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд находит их достоверными, а вину подсудимого ФИО7 установленной и доказанной.

В судебном заседании установлено, что 16 января 2017 года в период времени с 20:00 часов до 21:00 часа, ФИО7, находясь в кухне <адрес>, взял на руки ФИО1, являющуюся инвалидом первой группы, однако, потерял равновесие, и упал на пол совместно с ФИО1

В результате падения у ФИО1 возникло телесное повреждение в виде закрытого перелома правой бедренной кости в нижней трети со смещением отломков, которое квалифицировано, как причинившее тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

22 марта 2017 года ФИО1 скончалась. Причиной смерти явилась тромбоэмболия ветвей легочной артерии из-за тромбоза вен, огибающих бедренную кость, вследствие перелома правой бедренной кости. Между переломом бедренной кости, развитием тромбоза вен с последующей тромбоэмболией и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

При этом ФИО7 не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий в виде тяжкого вреда здоровью и причинения смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия, мог предвидеть потерю равновесия и падение вместе с ФИО1

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями потерпевшей ФИО1, потерпевшего ФИО5, показаниями свидетелей ФИО2, ФИО4, ФИО6, заключением судебно-медицинских экспертиз. Суд находит, что показания указанных лиц являются последовательными, подробными, неизменными, они согласуются между собой, не содержат противоречий и подтверждаются письменными доказательствами по делу. Поэтому суд доверяет показаниям данных свидетелей.

Оценивая, собранные предварительным следствием и исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения достоверности и допустимости, суд находит их достаточными сделать вывод о доказанности вины подсудимого ФИО7 в совершении описанного выше преступления.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд квалифицирует действия ФИО7 по части 1 статьи 109 УК Российской Федерации, как причинение смерти ФИО1 по неосторожности.

Подсудимый подлежит наказанию за совершённое преступление. Оснований для прекращения уголовного дела, постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания не имеется.

При определении вида и меры наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность подсудимого, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

ФИО7 совершил неумышленное преступление, которое в силу статьи 15 УК Российской Федерации относится к преступлениям небольшой тяжести.

Из материалов, характеризующих личность подсудимого, следует, что ФИО7 юридически не судим, на учёте у врача-нарколога и врача-психиатра не состоит, к административной ответственности в течение года не привлекался, по месту жительства характеризуется посредственно, не трудоустроен.

Суд учитывает, что подсудимый вину признал, заявил раскаяние, что в соответствии частью 2 статьи 61 УК Российской Федерации признаётся судом смягчающим обстоятельством.

Тот факт, что подсудимый совершил свои преступные действия в состоянии алкогольного опьянения, суд не может признать в качестве отягчающего обстоятельства.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 года №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных или других одурманивающих веществ, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного.

Преступление, в котором обвиняется ФИО7, в соответствии с частью 2 статьи 15 УК РФ, относится к преступлениям небольшой тяжести, совершенным по неосторожности.

Обстоятельства, при которых было совершено преступление, а также личность подсудимого, его отношение к совершенному преступлению, а также его поведение после совершения преступления, не позволяют признать факт совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения отягчающим обстоятельством.

Иных обстоятельств, отягчающих наказание ФИО7, предусмотренных статьёй 63 УК Российской Федерации по делу не установлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления, поведением виновного, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые позволяли бы при назначении наказания применить положения статьи 64 УК Российской Федерации, по делу также не установлено.

С учётом личности подсудимого, его материального и семейного положения, наличия смягчающих наказание обстоятельств, и отсутствие отягчающих, суд приходит к выводу, что для достижения целей наказания, установленных частью 2 статьи 43 УК Российской Федерации, для восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения новых преступлений, ФИО7 следует назначить наказание в виде исправительных работ в пределах санкции статьи.

При этом, принимая во внимание категорию совершённого преступления, отношение подсудимого к содеянному, его характеризующие данные, суд, с учётом совокупности указанных выше обстоятельств, приходит к выводу, что при назначении наказания следует применить положения статьи 73 УК Российской Федерации, так как приходит к выводу о возможности исправления осуждённого без реального отбывания наказания.

По делу имеются судебные издержки в размере 2200 рублей - сумма, выплаченная адвокату за оказание юридической помощи обвиняемому ФИО7, в связи с участием адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению на досудебной стадии (л.д. 170-171).

При ознакомлении с материалами дела ФИО7 было заявлено ходатайство о постановлении приговора без судебного разбирательства, в связи с согласием с предъявленным обвинением. В связи с отсутствием согласия потерпевшего о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, суд перешёл к рассмотрению дела в общем порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 132 УПК Российской Федерации судебные издержки взыскиваются с осуждённых или возмещаются за счёт федерального бюджета. Согласно части 10 статьи 316 настоящего Кодекса при рассмотрении дела в особом порядке процессуальные издержки взысканию с подсудимого не подлежат. Поэтому суд полагает необходимым отнести вышеуказанные судебные издержки на счёт федерального бюджета.

Гражданский иск по делу не заявлен. Вещественные доказательства по делу отсутствуют.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 296-299, 303-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

ФИО7 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок 6 (шесть) месяцев с удержанием 5% заработка в доход государства.

В соответствии со статьёй 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание в виде исправительных работ считать условным, с испытательным сроком 6 (шесть) месяцев, в течение которого ФИО7 должен своим поведением доказать своё исправление.

В период испытательного срока возложить на ФИО7 обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого; один раз в месяц являться в государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осуждённого для регистрации в дни, установленные указанным органом.

Разъяснить ФИО7, что в случае злостного уклонения от отбывания наказания, суд может отменить условное осуждение.

Меру пресечения ФИО7 до вступления приговора в законную силу не избирать.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката по защите ФИО7 на стадии предварительного расследования, не взыскивать, и отнести их на счёт федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Удомельский городской суд Тверской области в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника при рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции.

Председательствующий С.В. Галкин