Апелляционное постановление № 22-373/2020 от 17 февраля 2020 г. по делу № 1-9/2019

Судья Саркисян В.С. № 22-373/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 февраля 2020 года г. Ростов-на-Дону

Судья Ростовского областного суда Гаврицкий И.А.,

при секретаре судебного заседания Попове Р.Д.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Ростовской области Ворониной А.О.,

потерпевшего ФИО10,

осужденного ФИО1, посредством видеоконференц-связи,

его защитника – адвоката Воробьева И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Воробьева И.В. и осужденного ФИО1, потерпевшего ФИО10, на приговор Железнодорожного районного суда г. Ростова-на-Дону от 17 октября 2019 года, которым

ФИО1, ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА года рождения, уроженец АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона № 420-ФЗ от 08.07.2011) к 6 годам лишения свободы, с лишением права управлять транспортным средством на срок 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО1 - запрет определенных действий отменена.

Срок наказания исчислен с 17 октября 2019 года. ФИО1 взят под стражу в зале суда немедленно.

Время содержания ФИО1 под стражей в период с 5 августа 2014 года по 9 сентября 2015 года включительно, с 6 февраля 2017 года по 3 мая 2017 года включительно, а также в период с 17 октября 2019 года до дня вступления приговора в законную силу включительно, зачтено в срок отбытия назначенного ФИО1 наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором с ФИО1 в пользу ФИО10 в качестве компенсации морального вреда взыскано: 1 000 000 (один миллион) рублей, расходы на погребение в сумме 73 630 (семьдесят три тысячи шестьсот тринадцать) рублей, а всего 1 073 630 (один миллион семьдесят три тысячи шестьсот тридцать) рублей; решена судьба вещественных доказательств

Заслушав доклад судьи Гаврицкого И.А., мнение осужденного ФИО1 и адвоката Воробьева И.В., поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, мнение потерпевшего ФИО10, поддержавшего только свою апелляционную жалобу, мнение прокурора Ворониной А.О., возражавшей против удовлетворения всех апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц. Преступление совершено 26 июля 2014 года при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Воробьев И.В. выражает несогласие с приговором в отношении ФИО1, просит его отменить и направить дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. По мнению адвоката, указанный приговор является незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В обоснование жалобы, адвокат, ссылаясь на обстоятельства обвинения указывает, что в обвинительном заключении не верно указано место преступления, которое находится на значительном удалении от места ДТП, что подтверждается представленными в суд документами и показаниями свидетеля ФИО7. Указанное в обвинительном заключении время совершения преступления также не соответствует действительности и опровергается детализацией телефонных соединений ФИО1 и показаниями свидетеля ФИО8. Время совершения преступления установлено следствием из видео-регистратора, который на предмет соответствия установленного времени не проверялся, в качестве вещественного доказательства приобщен не был. Адвокат приводит показания свидетеля ФИО8 и указывает, что судом в приговоре показания данного свидетеля были искажены в части расположения автомобиля в момент столкновения. Показания свидетеля ФИО8, данные на предварительном следствии, подтверждаются заключением специалиста №293/16/17 от 13 декабря 2017 года. Кроме того, адвокат приводит показания свидетеля ФИО12 и указывает, что в приговоре не правильно указаны его инициалы. Показания данного свидетеля опровергаются показаниями ФИО1 и видеозаписью камеры видеонаблюдения. Судом не отражены в приговоре показания свидетеля ФИО9, из которых усматривается, что ФИО1 оказывал первую помощь потерпевшим. Суд пришёл к необоснованному выводу о том, что ФИО1 в момент совершения ДТП находился в состоянии опьянения, поскольку это противоречит результатам химико-токсикологического исследования. Протокол осмотра места происшествия от 26 июля 2014 года, заключение авто-технической экспертизы №3335/07-1 от 29 сентября 2014 года, составлены с нарушением норм УПК РФ. Ходатайства стороны защиты о признании данных доказательств недопустимыми, судом немотивированно оставлены без удовлетворения. Заключение эксперта №№ 3615/07-1, 3616/07-1 по своему содержанию является противоречивым и опровергается видеозаписью и является недопустимым доказательством. В заключении специалиста ФИО17 №293/16/17 содержатся сведения в части места совершения ДТП, противоречащие материалам дела. Указанное противоречие в судебном заседании устранено не было. При назначении экспертизы были нарушены права ФИО1, поскольку он был ознакомлен с постановлением о назначении экспертизы и её результатами в день объявления об окончании следственных действий. Протокол осмотра предметов от 28 октября 2014 года также, является недопустимым доказательством, поскольку в нём отражены сведения, не соответствующие действительности. Судом не отражён тот факт, что после ДТП проезжая часть подвергалась уборке. Также, адвокат указывает, что судом были нарушены права ФИО1, суд не предоставил ему время для подготовки к прениям сторон, чем лишил его возможности участия в прениях сторон. Судом необоснованно не учтено в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное участие в оказании помощи потерпевшему при работе медицинской бригады скорой помощи, при этом, данный факт подтверждается показаниями свидетелей. Указание суда на то, что ФИО1 находился в розыске необоснованно, так как ФИО1 самостоятельно прибыл в суд и предоставил оправдательные документы, свидетельствующие об уважительной причине отсутствия в судебных заседаниях по причине болезни, розыскное дело не заводилось. По мнению защитника, постановление о розыске судом вынесено формально с целью приостановления производства по делу. Адвокатом обращено внимание, что судом, при назначении наказания ФИО1 учтены не все смягчающие наказание обстоятельства, что привело к назначению чрезмерно сурового наказания.

В дополнениях к апелляционной жалобе, адвокат Воробьев И.В. указывает, что место происшествия судом значительным образом изменено, установлена непосредственная близость АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, которая никакими материалами дела, в том числе протоколами осмотров мест происшествия, не подтверждена и не установлена, чем существенно нарушено право на защиту, так как суд в нарушение положений ст. 252 УПК РФ, значительно изменил место совершения преступления и указал в приговоре, что дорожно-транспортное происшествие произошло не в том месте, которое было указано в предъявленном ФИО1 обвинении; ни следствием, ни судом не установлено, кто находился момент ДТП за рулем мотоцикла; судом в нарушение ст.ст. 73, 307 УПК РФ в тексте приговора не указано время и место наступления смерти ФИО10 и ФИО18, в то время как в тексте предъявленного ему обвинения эти обстоятельства указаны, что является грубым нарушением уголовно-процессуального закона, так как время наступления смерти потерпевших является одним из составляющих элементов состава инкриминируемого ФИО1 преступления и прямо закреплено в диспозиции ч. 5 ст. 264 УК РФ; потерпевшие ФИО10, ФИО11, свидетели ФИО8, ФИО12, ФИО13, ФИО9 не являлись непосредственными очевидцами ДТП, их показания являются предположительными и вывод о виновности ФИО1 сделан без специальных познаний в данной области, без проведения соответствующих экспертиз; в нарушение положений ст. 281 УПК РФ ввиду наличия существенных противоречий, суд незаконно отказал в оглашении показаний свидетелей ФИО8, данные им на стадии предварительного следствия, а также ФИО7, ФИО13, данные ими в ходе предыдущих судебных разбирательств; судом умышленно не приведены в приговоре показания ФИО12, данные им в ходе судебного разбирательства 04.12.2018. Далее адвокат, ссылаясь на п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» указывает, что в приговоре суд не нашли свое отражение представленные стороной обвинения в ходе судебного разбирательства, имевшего место 22.05.2019 доказательства, отраженные в соответствующем протоколе судебного заседания, а также представленные стороной защиты в ходе судебных разбирательств, имевших место 19.11.2018, 05.09.2019 и 27.09.2019 доказательства, отраженные в соответствующих протоколах судебных заседаний, при этом в жалобе указывается перечень доказательств, которые по мнению адвоката, имеют существенное значение. Не приведение в приговоре показаний свидетелей ФИО14, допрошенного по инициативе стороны обвинения 29.03.2019, оглашенных в ходе судебных разбирательств 30.08.2019, 05.09.2019 показания свидетеля ФИО15, а также указание не в полном объеме показаний свидетелей ФИО7, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, оглашенных в судебном заседании, повлекло за собой вынесение в отношении ФИО1 обвинительного приговора, поскольку в вышеперечисленных материалах уголовного дела содержатся сведения о том, что местом ДТП является не то место, которое вменяется ФИО1, неверно установлено время совершения преступления. Кроме того, адвокат ссылается на применение к ФИО1 недозволенных методов следствия следователем ФИО15, при этом суд факты, отраженные в заявлении ФИО1 о наличии в действиях ФИО15 признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, о наличии в действиях эксперта ФИО35 состава преступления по факту фальсификации заключений автотехнических экспертиз № 3335/07- 1 от 29.09.2014, №№ 3615/07-1, 3616/07-1 от 02.12.2014, не приняты во внимание. Автор жалобы также обращает внимание на то, что суд в нарушение требований уголовно-процессуального закона вынес решение об отказе в вызове и допросе специалистов: ФИО32, ФИО33, ФИО16, ФИО31. В нарушение ч. 2 ст. 274 УПК РФ и ст. 284 УПК РФ, регламентирующей порядок осмотра вещественных доказательств в судебном заседании, незаконно отказано в исследовании непосредственно в судебном заседании вещественных доказательств - мотоцикла и автомобиля, в то время как ходатайство стороны обвинения об осмотре в ходе судебного заседания вещественных доказательств - видеозаписи было удовлетворено. Коме того, адвокат в жалобе приводит следующие нарушения, которые по его мнению повлекло вынесение незаконного приговора: судом в нарушение положений ст. 207, 271, ч. 4 ст. 283 УПК РФ необоснованно отказано в назначении и проведении по делу повторных комплексной транспортно-трассологической и автотехнической судебной экспертизы, комплексной медико-автотехнической судебной экспертизы; в нарушение положений ч. 4 ст. 235 и ст. 271 УПК РФ при рассмотрении ходатайств защиты о признании ряда доказательств по делу недопустимыми и об их исключении из числа доказательств, судом принято решение, не основанное на нормах действующего уголовно-процессуального закона, в соответствии с которым в удовлетворении ходатайств отказано, что прямо противоречит пп. 5, 13 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2017№ 51; в нарушение п. 2 ст. 307 УПК РФ не приведены показания ФИО47, ФИО48, ФИО7 в той части, в которой они подтверждают недопустимость протокола осмотра места происшествия от 26.07.2014, а также о несоответствии места преступления, указанного в обвинительном заключении, реальному месту столкновения. Также в обоснование апелляционной жалобы, защитник приводит доводы о том, что судом необоснованно отказано в удовлетворении письменных мотивированных ходатайств по делу о вызове и допросе свидетелей, от которых отказалась сторона обвинения, о производстве видеотехнической экспертизы по видеозаписи с места ДТП, о производстве следственного эксперимента, о производстве экспертизы по исследованию технического состояния мотоцикла, поскольку его техническое состояние до момента ДТП не проверялось; при допросе эксперта ФИО35 судом были допущены нарушения положений ч. 2 ст. 282 УПК РФ, в соответствии с которой только после оглашения заключения эксперта ему могут быть заданы вопросы сторонами, в то время как в судебном заседании 27.08.2019 эти требования законы были проигнорированы судом, и эксперт был допрошен без оглашения соответствующего заключения; необоснованно отказано судом в оглашении стороной защиты предыдущих апелляционных жалоб и апелляционных постановлений; судом проигнорированы указания Ростовского областного суда, содержащихся в апелляционных постановлениях от 09.09.2015 и 03.05.2017. По окончании судебного следствия ФИО1 не были вручены копии протоколов судебных заседаний, в связи с чем последний не был готов к проведению прений сторон. Прения сторон проведены с грубым нарушением положений ст. 292 УПК РФ, после выступления государственного обвинителя в прениях сторон слово было предоставлено потерпевшему, после чего, суд дал указание государственному обвинителю Соболевской огласить письменную речь потерпевшего, что и было сделано в нарушение уголовно-процессуального закона при наличии потерпевшего в судебном заседании, при этом каких-либо документов, подтверждающих невозможность оглашения потерпевшим своей речи, в суде не исследовано. В ходе судебного разбирательства 10.10.2019 ФИО1 заявил возражения на действия председательствующего в связи с его отказом предоставить ему время для подготовки к прениям сторон, а также заявил о своей неготовности к выступлению в прениях сторон, после чего суд фактически лишил его права выступить в прениях сторон, чем нарушил право на защиту. Вопреки требованиям ч. 6 ст. 292 УПК РФ суд, по окончании прений сторон предоставил право выступить с репликой как прокурору, так и защитнику, которые не пожелали ей воспользоваться, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания от 10.10.2019, но не нашло своего отражения в протоколе судебного заседания. Далее, как следует из протокола судебного заседания от 10.10.2019 ФИО1 воспользовался своим правом на реплику, после чего суд в нарушение п. 36 ст. 5, ч. 6 ст. 292 УПК РФ позволил выступить с репликой прокурору в ответ на реплику подсудимого, что является грубым нарушением закона и нарушает право на защиту подсудимого, поскольку право последней реплики принадлежит именно подсудимому. Нарушение права на защиту выразилось также и в том, что судом оставлены без рассмотрения доводы ФИО1 о виновности в ДТП водителя мотоцикла, который, как и пассажир мотоцикла не имел права эксплуатировать мотоцикл еще с 13 мая 2014 года, поскольку они не зарегистрировали его в установленном законом порядке, не оформили полис ОСАГО, и в тот день, не имея права управления мотоциклом, в состоянии опьянения вдвоем, при наличии лишь одного неустановленного шлема, выехали на дороги общего пользования, где и произошло столкновение, просто проигнорированы судом, что свидетельствует об обвинительном уклоне при рассмотрении уголовного дела. Судом ни ФИО1, ни потерпевшие гражданскими ответчиками и истцами не признавались, такое постановление судом не выносилось, соответствующие права, предусмотренные ст.ст. 44, 54, 268 УПК судом не разъяснялись, гражданский иск потерпевшего ФИО10 в ходе судебного следствия был принят судом, но не рассматривался, отношение к заявленным исковым требованиям у подсудимого судом не выяснялось, при таких обстоятельствах суд не мог принять решение в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ об удовлетворении гражданского иска потерпевшего, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона по делу; судом в описательно-мотивировочной части приговора не приведено обоснований принятого решения по вопросу разрешения гражданского иска, соответствующих расчетов исковых требований, подлежащих удовлетворению, а также норм законов, на основании которых разрешен гражданский иск. В апелляционной жалобе, адвокат указывает, что ни в ходе предварительного следствия по делу, ни в ходе судебного разбирательства так и не решенным остался вопрос о том, с каким именно мотоциклом произошло столкновение, поскольку имеющиеся в деле протоколы следственных действий и другие документы содержат его различное наименование. Фактически суд признал, что мотоцикл имеет разное наименование по всем материалам уголовного дела, умышленно при раскрытии содержания доказательств в приговоре не приводил конкретное наименование мотоциклов в каждом из приведенных доказательств, но принял решение о конкретном его наименовании не основываясь на нормах уголовно-процессуального закона. В ходе проведения осмотров места происшествия и места дорожно-транспортного происшествия от 26.07.2014, автомобиль и мотоцикл не изымались, сведения о направлении куда-либо данных транспортных средств в указанных протоколах отсутствуют, где они находились все это время до последующего их осмотра и изъятия, и какие технические действия с ними могли быть произведены с целью уничтожения следов преступления установить не представляется возможным, что является грубым нарушением ч.ч. 3, 4 ст. 177, ч.ч. 2, 3 ст. 180 УПК РФ, однако судом оценка указанным доводам в приговоре не дана, хотя ФИО1 заявлял об этом в своем последнем слове. В описательно-мотивировочной части приговора от 17.10.2019 суд привел ряд доказательств, не раскрывая их содержания, что является недопустимым. В нарушение положений ст. 58 УК РФ судом ФИО1 необоснованно назначено отбывание наказания в исправительной колонии общего режима. Суд при назначении основного и дополнительного наказания, а также при определении вида исправительного учреждения, не учел в качестве смягчающих обстоятельств, что ФИО1 всю свою сознательную жизнь посвятил борьбе с преступностью, после окончания Ростовского Юридического института МВД России с красным дипломом пришел служить в уголовный розыск, в котором проработал более 15 лет, занимался раскрытием преступлений, постоянно рисковал своей жизнью, за что был удостоен звания лучший сотрудник криминальной милиции и награжден соответствующим знаком отличия, также награжден ведомственными медалями, имеет более 70 поощрений. При назначении наказания ФИО1 судом не учтено, что он всю свою жизнь ни разу не был привлечен к административной ответственности, в том числе за нарушение правил дорожного движения. Не учтено в качестве смягчающих обстоятельств и то, что на его иждивении находится неработающая жена и малолетняя дочь, а он является единственным кормильцем в семье, на его иждивении также находятся отец инвалид второй группы, а также мать пенсионер, которые постоянно нуждаются в его помощи, а также состояние его здоровья. Судом не учтено, что погибшие ФИО38 и ФИО60 в момент ДТП находились в состоянии опьянения и не имели права выезжать на дороги общего пользования. ФИО1 назначено чрезмерно суровое наказание. Судом не принято во внимание, что ФИО1 обвиняется в совершении одного преступления, которое не иначе как по неосторожности повлекло наступление указанных выше последствий, при этом виновным себя он не признает и активно пользуется своим гарантированным Конституцией Российской Федерации правом защищаться любыми способами, не запрещенными законом. ФИО1 от суда не скрывался, а в момент объявления его в розыск в ходе предыдущего судебного разбирательства находился на лечении в медицинских учреждениях, о чем им представлялись соответствующие подтверждающие документы. Также при определении вида исправительного учреждения судом вообще не учтено, что он ранее не судим, и никогда не привлекался к административной ответственности, в том числе по фактам нарушения ПДД РФ, о том, что он, в отличие от погибших в ДТП, управлял транспортным средством находясь в трезвом состоянии. Незаконное избрание судом вида исправительного учреждения в виде колонии общего режима повлекло в дальнейшем и нарушение положений ст. 72 УК РФ. Более того, судом необоснованно указанно о зачете времени содержания под стражей с 05.08.2014 по 09.09.2015 включительно, а также с 06.02.2017 по 03.05.2017 включительно, поскольку согласно справке об освобождении, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Ростовской области он находился с 06.02.2017 по 04.05.2017, что является существенным нарушением материального и процессуального закона. В нарушение п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ суд, принимая решение о зачете времени предварительного содержания его под стражей, не зачел ему срок применения меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105. 1 УПК РФ, поскольку ему была ограничена свобода передвижения с 15 часов текущих суток до 14 часов следующих суток, то есть с 25.09.2018 вплоть до 05.02.2019, когда запрет определенных действий в указанной части был отменен постановлением Ростовского областного суда от 05.02.2019. Судом нарушение действующего законодательства необоснованно принято решение об исчислении ФИО1 срока наказания с 17.10.2019, то есть с даты вынесения приговора. Неправильное исчисление судом начала срока отбывания наказания привело и к необоснованной отмене ФИО1 меры пресечения в виде запрета определенных действий и избрания до вступления приговора в законную силу меры пресечения в виде заключения под стражу, при этом он был взят под стражу в зале суда. Суд, в нарушение взаимосвязанных положений ст.ст. 108, 109, 255, 308 УПК РФ, а также разъяснений Президиума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в «Ответах на вопросы, поступивших из судов, по применению положений ст. 72 УК РФ», утвержденных 31.07.2019, принял не основанное на требованиях процессуального закона решение об избрании ФИО1 до вступления приговора в законную силу меры пресечения в виде заключение под стражу, поскольку предельный срок содержания его под стражей давно истек, поскольку превысил предусмотренные законом максимальные 6 месяцев. Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, направить дело на новое судебное рассмотрение, в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, приводит доводы согласно которым: судом в нарушение требований уголовно-процессуального законна необоснованно отказано в удовлетворении ряда заявленных стороной защиты ходатайств: о вызове для допроса ФИО32, ФИО33, ФИО16, являющихся государственными экспертами, допрос которых позволил бы расширить доказательственную базу, свидетельствующую о его невиновности; об исследовании непосредственно в судебном заседании вещественных доказательств – автомобиля и мотоцикла; о назначении и проведении по делу повторной комплексной транспортно-трассологической и автотехнической судебной экспертизы; представленные им экспертные исследования опровергают выводы имеющихся в деле экспертиз, представленных стороной обвинения; допрошенный в судебном заседании ФИО17 подтвердил выводы сделанного им заключения, доказывающего невиновность его (ФИО1), в связи с чем, суду надлежало назначить и провести повторную транспортно-трассологическую экспертизу. Необоснованно отказано судом; в проведении следственного эксперимента, технической экспертизы видео; о признании протокола осмотра места ДТП недопустимым доказательством; в нарушение положений ст. 252 УПК РФ суд изменил предъявленное обвинение, установив иное место совершения преступления, чем нарушил право на его защиту; предварительное и судебное следствия проведены неполно: не установлено кто находился за рулем мотоцикла в момент ДТП; приговор основан на предположениях потерпевших и свидетелей, которые не являлись очевидцами произошедшего; показания свидетеля ФИО50 искажены в приговоре; его (ФИО1) показания, как непосредственно участника ДТП не приняты судом во внимание. Назначенное ему наказание является чрезмерно суровым; судом при назначении наказания не учтено, что им совершено одно преступление, которое по неосторожности повлекло наступление последствий, он помогал пострадавшим и врачам, в том числе грузить пострадавших на носилки и в автомобиль скорой помощи, что нашло свое подтверждение в ходе исследования вещественного доказательства видеозаписи с места ДТП. В срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с 5 августа 2014 года по 9 сентября 2015 года, с 6 февраля 2017 года по 3 мая 2017 года, вместе с тем из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Ростовской области он был освобожден 10 сентября 2015 года и 4 мая 2017 года. Далее осужденный обращает внимание на то, что не решен вопрос о том с каким именно мотоциклом произошло столкновение, не проверено техническое состояние мотоцикла и его исправность до и в момент ДТП; судебное разбирательство проведено с обвинительным уклоном; суд оставлены без рассмотрения его доводы о виновности в ДТП водителя мотоцикла, который не имел права эксплуатировать мотоцикл и управлять им; По делу имеются существенные обстоятельства имеющие значение для установления истины по делу, в том числе подтверждающие его невиновность и подлежащие расцениванию, как обстоятельства смягчающие наказание; во вводной части приговора не верно указано место его регистрации, так как с 2016 года он зарегистрирован по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное рассмотрение.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ссылаясь на апелляционные постановления Ростовского областного суда, вынесенные ранее по уголовному делу, а также доводы, содержащиеся в ранее поданных апелляционных жалобах, указывает, что судьи Железнодорожного районного суда г. Ростова-на-Дону в течении пяти лет рассмотрения уголовного дела ни разу не изучали доводы, изложенные в апелляционных жалобах защиты, не смотря на конкретные указания Ростовского областного суда; невыполнение Железнодорожным районным судом г. Ростова-на-Дону указаний изложенных в апелляционных постановлениях Ростовского областного суда свидетельствует о грубом нарушении его прав и свидетельствует о произволе и вседозволенности отдельных судей Железнодорожного районного суда г. Ростова-на-Дону, позволяющих не только игнорировать прямые указания вышестоящего суда, но и ставить под сомнение значимость и авторитет Ростовского областного суда. Далее осужденный указывает, что непосредственных свидетелей, а равно и иных доказательств, подтверждающих, что мотоциклом в момент ДТП управлял ФИО18, не имеется, в материалах уголовного дела имеется официальный документ свидетельствующий о том, что мотоциклом управлял именно ФИО10, а не ФИО18, как указано в обвинительном заключении; оба погибших в момент ДТП находились в состоянии алкогольного опьянения, то есть исключить того факта, что за рулем мотоцикла мог находиться ФИО10 нельзя; стороной защиты неоднократно заявлялись доводы о том, что обвинением не доказано, что был за рулем мотоцикла – ФИО10 или ФИО18, однако судом при вынесении приговора доводы защиты не были рассмотрены, а в приговоре судом доводы были безосновательно признаны надуманными; при вынесении приговора в нарушение требований п. 4 ст. 304 УПК РФ неверно указано его место регистрации и жительства; в судебном заседании 22 мая 2019 года была полностью изучена видеозапись камеры наружного наблюдения, продолжительность которой около 1 часа, однако в приговоре изложены только те события видеозаписи, которые не противоречат обвинению; на видеозаписи не запечатлен момент столкновения, что опровергает такие доказательства обвинения, как протокол осмотра места происшествия и схему к нему, а также протокол осмотра видеозаписи; видеозапись не соответствует протоколу осмотра предметов, составленному следователем ФИО15; судом оставлено без рассмотрения заявленное им ходатайство о признании недопустимым данного протокола; в ходе судебного заседания 13 августа 2019 года были изучены фотографии, сделанные экспертом ЭКЦ ГУМВД России по РО ФИО51 в ходе осмотра места происшествия, стороной защиты не протяжении судебного заседания неоднократно обращалось внимание суда на то, что фотоматериалы не только не подтверждают, но и опровергают обстоятельства произошедшего, изложенные в обвинительном заключении; фотоматериалы зафиксировали отсутствие обломков автомобиля, которые должны находиться на месте столкновения, направление царапин на проезжей части, которые не подтверждают версию обвинения о месте столкновения транспортных средств, однако в приговоре данные доказательства вообще не указаны, основания по которым эти доказательства, а именно фотоснимки с места ДТП не приняты и не оценены судом в приговоре.; суд умышленно не включил данные доказательства в приговор. 1 октября 2019 года в судебном заседании было заявлено ходатайство о признании недопустимым и исключении из числа доказательств протокола осмотра места происшествия, в удовлетворении данного ходатайства судом было отказано, однако в приговоре не сказано по поводу таких нарушений в протоколе, как неоговоренные и незаверенные подписями участвующих лиц исправления, неверное указание времени начала и окончания следственного действия с точностью до минуты, не внесение в протокол лиц, участвовавших в производстве следственного действия и соответственно не разъяснение им процессуальных прав. Судом в приговоре не дана оценка его действиям по оказанию на месте помощи пострадавшим в ДТП мотоциклистам. В нарушение уголовно-процессуального закона, а также вопреки ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, участие адвокатов ФИО19 и ФИО20 в судебном заседании обеспечено не было, в связи с чем нарушено право на защиту; адвокаты ФИО19 и ФИО20 по независящим от него обстоятельствам были лишены возможности реализовать свои правомочия направленные на его защиту; исходя из материалов уголовного дела, адвокаты ФИО19 и ФИО20 в судебные заседания не вызывались, участие указанных адвокатов, от которых он не отказывался и судом не принято никаких решений относительно их дальнейшего участия в процессе, убедило бы суд в его невиновности. В приговоре необоснованно и незаконно изменена мера пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, что нарушает его права как участника уголовного процесса и препятствует реализации права на защиту, так как он лишен возможности должным образом доказывать свою невиновность; судом данная мера пресечения избрана исключительно в целях воспрепятствования в надлежащей подготовке к апелляционному обжалованию приговора, что свидетельствует о предвзятом отношении суда в рассмотрении дела. Суд ограничил его во времени ознакомления с материалами уголовного дела, предоставив всего лишь 6 рабочих дней для ознакомления с 18 томами дела, что подтверждает заинтересованность суда в вынесении обвинительного приговора по делу. В ходе предварительного следствия ему необоснованно избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, его несвоевременно знакомили с постановлениями о назначении экспертиз и с заключениями экспертов, допросы свидетелей составлены, как по шаблону и носят обвинительный характер, многие факты указанные в допросах не нашли своего подтверждения в судебных заседаниях, ни его, ни его защитника не ознакомили с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами, в том числе и видеозаписью в порядке ст. 217 УПК РФ. В ходе судебного разбирательства судом неоднократно отстранялись от участия в деле его защитники, проигнорированы доказательства его невиновности, указания суда апелляционной инстанции, впоследствии указанное повлекло отмену двух состоявшихся по делу приговоров. В настоящем судебном разбирательстве судом необоснованно отказано в исследовании вещественных доказательств автомобиля и мотоцикла, в проведении ряда экспертиз; в проведении следственного эксперимента; в его выступлении в прениях сторон. Кроме того на стадии реплик государственный обвинитель отказался выступать с репликой, однако после того как он произнес свою реплику, суд незаконно предоставил возможность выступить прокурору; суд постоянно ограничивал его в предоставлении доказательств, вызове свидетелей и государственных экспертов; не предоставлял ему копии судебных проколов, незаконно изменил ему несуществующую меру пресечения; незаконно ограничил его во времени ознакомления с материалами дела и времени написания апелляционной жалобы. Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО10 выражает несогласие с приговором в отношении ФИО1 в части частичного удовлетворения судом заявленного им гражданского иска, указывает на то, что ФИО1 систематически своим поведением и не явкой срывал судебные заседания, вину в совершении преступления не признал, в содеянном не раскаялся, не пытается за весь период предварительного расследования и судебного разбирательства загладить причиненный моральный и материальный вред, причинял нравственные страдания по поводу гибели его сына – ФИО10, сознательно затягивал срок рассмотрения уголовного дела судом. Основываясь на изложенном, потерпевший ФИО10 просит отменить приговор в части удовлетворения исковых требований, взыскать с ФИО1 сумму в размере 8 386 509 рублей, а именно: затраты на погребение, подтвержденные документально в размере 376509 рублей, услуги защитника в размере 10 000 рублей и моральный вред в размере 8 000 000 рублей.

От государственного обвинителя Соболевской О.А. поступили возражения на апелляционные жалобы адвоката Воробьева И.В. и осужденного ФИО1, в которых она полагает, что приговор Железнодорожного районного суда г. Ростова-на-Дону от 17 октября 2019 года в отношении ФИО1 отмене не подлежит, поскольку является законным и обоснованным, а доводы, изложенные в апелляционных жалобах не нашли своего объективного подтверждения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах осужденного и адвоката, возражениях на них, апелляционной жалобы потерпевшего, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Судебное разбирательство проведено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Судом были соблюдены права участников процесса, обеспечено равенство прав сторон, созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Заявленные сторонами ходатайства, в том числе стороной защиты о назначении повторных комплексной транспортно-трассологической и автотехнической судебной экспертизы, комплексной медико-автотехнической судебной экспертизы, о возвращении уголовного дела прокурору, о признании ряда доказательств по делу недопустимыми и об их исключении из числа доказательств, о вызове и допросе свидетелей, о производстве видеотехнической экспертизы, о производстве следственного эксперимента, о производстве экспертизы по исследованию технического состояния мотоцикла, председательствующим по делу разрешены в установленном ст. 271 УПК РФ порядке, решения по ним мотивированы.

Протоколы судебных заседаний соответствуют требованиям ст. 259 УПК РФ, содержат перечень участников судопроизводства, показания допрошенных лиц и выступления сторон в прениях, подписаны судьей и секретарем.

Каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих за собой безусловную отмену состоявшегося по делу решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Непосредственно в судебном заседании суд первой инстанции, в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, исследовал все доказательства по делу, проверил их в установленном ст. 87 УПК РФ порядке, и в соответствии с положениями ст. 88 УПК РФ оценил с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.

Выводы суда о виновности ФИО1 полностью соответствуют фактическим обстоятельствам и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных судом первой инстанции и приведенных в приговоре – показаниями потерпевших ФИО10, ФИО11 пояснивших о том, что рано утром 26.07.2014 г. им стало известно о дорожно-транспортном происшествии (далее – ДТП) с участием автомбиля ВАЗ полицейского ФИО1, а также ФИО10 и ФИО18, которые передвигались на мотоцикле. На месте происшествия со слов ФИО8 стало известно, что столкновение произошло при движении автомобиля ФИО1 со стороны Кумжинской рощи на полосе движения мотоцикла;

- свидетелей ФИО13, ФИО9, ФИО22, которые двигались на автомобилях по направлению от Кумжинской рощи в сторону г. Ростова-на-Дону, показавших об обстоятельствах ДТП, месте расположения мотоцикла, автомобиля ФИО1, а также ФИО10 и ФИО18,

- свидетеля ФИО8, являющегося очевидцем ДТП о том, что двигаясь на автомобиле с Кумжинской рощи в сторону г. Ростова-на-Дону, впереди него ехал автомобиль ФИО1, который при повороте дороги поехал прямо и выехал на полосу, предназначенную для движения встречных транспортных средств, где произошло столкновение с мотоциклом, двигавшегося во встречном направлении,

- свидетелей ФИО23, ФИО24 (специалистов) об исправности тормозной, рулевой систем автомобиля ВАЗ, на котором передвигался ФИО1,

- эксперта ФИО35, согласно которым он подтвердил выводы проводимых им экспертиз №3335/07-01 от 29.09.2014 г., № 3615/07-1, 3616-07-1, а также нахождение места столкновения на встречной полосе движения мотоцикла, исходя из схемы ДТП по расположению задиров, осколков стёкол, масла.

Также вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами по делу:

- протоколом осмотра места происшествия от 26.07.2014 г., согласно которому осмотр произведен в Железнодорожном районе г. Ростова-на-Дону, Кумжинский мемориал «Донская роща» (т. 1 л.д. 11-15); протоколом осмотра места происшествия с фото-таблицами от 26.07.2014 г. (т. 1 л.д. 16-22, 24-46), схемой места ДТП, где место столкновения обозначено на полосе встречного движения (т. 1 л.д. 23), протоколом осмотра места происшествия - видеозаписи с камер видеонаблюдения (т. 1 л.д. 7-10), протоколом осмотра места происшествия от 06.08.2014 г. – с участием специалистов ФИО39 и ФИО40 автомобиля ВАЗ (т. 1 л.д. 183-187); протоколом осмотра места происшествия от 28.10.2014 г., - мотоцикла, имеющего множественные механические повреждения (т. 2 л.д. 59-62); заключениями судебно-медицинских экспертиз трупов ФИО18, ФИО10 №№ 3182-Э и 3183-Э (т. 1 л.д. 89-100, 121-129); заключениями авто-технической №3335/07-01 от 29.09.2014 г., комплексной автотехнической и транспортно-трассологической судебных экспертиз № 3615/07-1, 3616-07-1 от 2.12.2014 г., согласно которым действия водителя автомобиля ВАЗ не соответствовали п.п. 1.5, 9.1 Правил дорожного движения РФ, водитель ВАЗ имел возможность предотвратить столкновение. Водитель мотоцикла не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем торможения, в его действиях нет оснований усматривать несоответствия требованиям Правил дорожного движения (т. 1 л.д. 197-198, т. 2 л.д. 15-17); протоколом осмотра предметов – видеозаписи дорожно-транспортного происшествия (т. 2 л.д. 56-58) и другими доказательствами, исследованными судом и приведенными в описательно-мотивировочной части приговора.

Оценивая показания свидетелей обвинения, суд обоснованно пришёл к выводу об их достоверности, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств, при этом оснований не доверять их показаниям у суда не имелось.

В материалах уголовного дела не содержится и судом первой инстанции не добыто данных о том, что сотрудники правоохранительных органов искусственно создавали доказательства обвинения, либо их фальсифицировали.

Каких-либо нарушений права осужденного на защиту суд апелляционной инстанции не находит.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, фактов фальсификации следователем ФИО15 при расследовании уголовного дела доказательств, в том числе и протокола осмотра места происшествия, материалы уголовного дела не содержат. В деле имеются сведения о неоднократном отказе в возбуждении уголовного дела в отношении последнего по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ. Кроме того, в судебных заседаниях (т. 16 л.д. 187, 192), были оглашены показания ФИО2 в т. 11 л.д. 60-63, 228-272, согласно которым сведения о фальсификации материалов дела, не подтверждены. Следует также отметить, что свидетель ФИО25 в ходе судебного заседания в суде первой инстанции подтвердил составление протокола осмотра места происшествия, отметив при этом, что схема ДТП отражала ту обстановку, которая была на месте происшествия (т. 16 л.д. 118).

Доводы жалобы о том, что судом не дана надлежащая оценка доказательствам, являются неубедительными, в приговоре суд с достаточной полнотой обосновал вывод о несостоятельности этих доводов. Каждый вывод суда обоснован исследованными в судебном заседании доказательствами в совокупности. Суд первой инстанции дал надлежащую оценку всем доказательствам стороны защиты: заключению специалиста ФИО31 № 44/15 (т. 4 л.д. 228-264); акту экспертного исследования ФИО32, ФИО33 № 1145/09, 1146/09 с фото-таблицей (т. 5 л.д. 84-100); акту экспертного исследования ФИО16 (т. 8 л.д. 128-153); отчету о результатах заключения № 24 специалиста ФИО26 (т. 8 л.д. 154-240); заключению специалиста ФИО17 №293/16/17 (т. 14 л.д. 6-49); заключению специалиста ФИО34 № 24 (т. 12 л.д. 65-90); показаниям специалистов ФИО17, ФИО34, эксперта ФИО25, свидетелям защиты ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, постановлению Правительства № 795, в совокупности с другими доказательствами по делу, привёл мотивы, в соответствии с которыми он положил в основу приговора доказательства, представленные стороной обвинения, и отверг доказательства стороны защиты. Сомнений в том, что исходные данные, изъятые в ходе осмотра места происшествия 26.07.2014г. (т. 1 л.д. 23) следователем ФИО15, установлены верно, у суда апелляционной инстанции не имеется. Последующее изменение фактических исходных данных привело к тому, что специалисты и эксперты ФИО31, ФИО32, ФИО52., ФИО16, ФИО17, ФИО34, определили место столкновение автомобиля ВАЗ под управлением ФИО1 с мотоциклом, на полосе движения автомобиля ВАЗ, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Ссылки осужденного и его защитника о неполноте судебного следствия в суде первой инстанции, а именно о том, что в ходе судебного заседания не были допрошены ряд свидетелей, экспертов, специалистов по данным ими соответствующим заключениям, представленным суду стороной защиты, не исследовании вещественных доказательств, по мнению суда апелляционной инстанции, на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда о виновности осужденного не влияют, и не могут ставить под сомнение достоверность собранных доказательств и достаточность для принятия решения по делу.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции надлежащим образом исследованы все представленные доказательства по делу, им дана надлежащая оценка, которую суд апелляционной инстанции признает правильной. Оснований для иной оценки исследованных судом первой инстанции доказательств, не имеется. В связи с чем, доводы апелляционных жалоб в этой части суд апелляционной инстанции считает несостоятельными.

Та интерпретация показаний свидетеля обвинения ФИО8, свидетелей защиты ФИО53, ФИО57, ФИО55, ФИО56, ФИО58, ФИО59, представленных стороной защиты заключений и актов экспертов, специалистов, приведенных апелляционных жалобах стороны защиты, не может свидетельствовать о недоказанности вины ФИО1 в инкриминированном ему деянии, поскольку выводы осужденного и адвоката Воробьева И.В. относительно этих доказательств направлены на их переоценку, к чему оснований не имеется.

Ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, по ним судом приняты решения с учетом положений ст. 252 УПК РФ, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.

Доводы апелляционных жалоб о том, что экспертные заключения №3335/07-01 от 29.09.2014 г., № 3615/07-1, 3616-07-1 от 2.12.2014 г. достоверными доказательствами не являются, основанные, в том числе, на том, что отмеченное в протоколе осмотра места происшествия и схеме ДТП (т. 1 л.д. 16-46) место столкновения автомобиля с мотоциклом, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Указанные доводы проверялись судом первой инстанции и были обоснованно отвергнуты с учетом исследованных доказательств по делу. Заключения этих экспертиз в совокупности с показаниями свидетелей ФИО13, ФИО9, ФИО8, ФИО22, потерпевших, видеозаписью с камеры видеонаблюдения, другими письменными доказательствами не противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам.

Доводы апелляционных жалоб о несвоевременном ознакомлении с постановлениями о назначении судебных экспертиз, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку указанные обстоятельства не влекут недопустимости заключений экспертов как доказательств по уголовному делу. Все проведенные по делу судебные экспертизы получили надлежащую оценку в постановлении суда и обоснованно признаны допустимыми доказательствами. Экспертизы были назначены следователем в соответствии с законом, проведены квалифицированными экспертами государственных экспертных учреждений, их выводы мотивированы и научно обоснованы.

Доводы о признании заключений эксперта №3335/07-01 от 29.09.2014 г., № 3615/07-1, 3616-07-1 от 2.12.2014 г. недопустимыми доказательствами являются необоснованными. Оснований не доверять выводам указанных экспертиз у суда первой инстанции не имелось, не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции, поскольку выводы даны квалифицированным экспертом ФИО35, в установленном законом порядке разъяснены права, обязанности (ст. 57 УПК РФ) и он предупрежден об уголовной ответственности (ст. 307 УК РФ), о чём имеются его подписи. Заключения получены в соответствии с требованиями УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», составлены в соответствии с предъявляемыми к ним законом требованиями, в связи с чем, оснований сомневаться в объективности выводов экспертов не имеется, каких-либо противоречий, вопреки доводам жалоб, из заключений экспертов суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. Выводы эксперта надлежащим образом мотивированы, согласуются как друг с другом, так и с другими добытыми по делу доказательствами. Противоречий в исходных данных, указанных в протоколах осмотра и схеме осмотра места ДТП, вопреки доводам защиты, не содержится.

Утверждения стороны защиты о неправильном установлении фактических обстоятельств уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку аналогичные доводы были полно и объективно проверены судом первой инстанции и отвергнуты. Выводы суда в этой части полностью подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, признанных судом достоверными.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО35 подтвердил выводы проведенной им авто-технической и комплексной автотехнической и транспортно-трассологической судебных экспертиз, при этом не указал, что предоставленных ему исходных данных было не достаточно для дачи заключения (т. 16 л.д. 170).

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, поскольку содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием времени, места, способа его совершения, формы вины и иных обстоятельств, установленных требованиями уголовно-процессуального закона. Уголовный закон судом применен правильно.

Доводы апелляционных жалоб осужденного и защитника о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку не установлено время, место ДТП, а также название мотоцикла, фальсификации протокола осмотра ДТП, схемы ДТП, протокола осмотра видеозаписи, являлись предметом исследования суда первой инстанции тщательно проверены судом, опровергнуты и отклонены. Свои выводы суд должным образом мотивировал. Ставить под сомнение правильность выводов суда, у суда апелляционной инстанции, не имеется.

Доводы защитника и осужденного о нарушении судом права подсудимого ФИО1 на защиту, не подлежат удовлетворению. Как следует из протокола судебного заседания, право на участие в судебных прениях подсудимому ФИО1 было разъяснено. Судом неоднократно выяснялась возможность и готовность выступления ФИО1 в судебных прениях (т. 17 л.д. 201, 212-214, 67-68), при этом предоставлялось время для его подготовки, однако ФИО1 данным правом не воспользовался, что не свидетельствует о допущенном судом первой инстанции нарушении. Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что ФИО1 выступил с репликой и последним словом. Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора по этим доводам, не допущено.

Доводы апелляционных жалоб стороны защиты, связанные с установлением технического состояния мотоцикла, кто являлся водителем мотоцикла, нахождения водителя и пассажира мотоцикла в состоянии алкогольного опьянения, отсутствием оформленных документов на использование мотоцикла, а также связанные с указанием в описательно-мотивировочной части приговора недочетами в написания инициалов свидетелей, наименовании экспертиз, на законность и обоснованность приговора не влияет, и не опровергает выводов суда о доказанности вины осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ.

Иные доводы, приведенные в апелляционных жалобах осужденного и его защитника о нарушении права ФИО1 на защиту, поскольку не обеспечено участие адвокатов ФИО19 и ФИО20 в судебном заседании, не являются основанием для отмены приговора. Согласно материалам уголовного дела в ходе судебных заседаний 12.10.2018 г. и 23.10.2018 г. (т. 14 л.д. 244-245, т. 15 л.д. 10-12), после отмены предыдущего приговора судом вышестоящей инстанции, судом первой инстанции был выяснен вопрос об участии того или иного адвоката, для защиты прав ФИО1 при новом рассмотрении уголовного дела в суде. В результате чего, такую защиту осуществлял адвокат Воробьев И.В., который участвовал по соглашению на протяжении всего рассмотрения уголовного дела (т. 15 л.д. 5). Таким образом, ФИО1 был обеспечен, квалифицированной помощью защитника, в связи с чем соответствующие доводы о нарушении права на защиту, подлежат отклонению.

При постановлении приговора суд, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, в соответствии с требованиями ст. 151, 1100 ГК РФ, п. 10 ч.1 ст. 299 УПК РФ, п. 5 ст. 307 УПК РФ, п.1 ч.1 ст. 309 УПК РФ, разрешил вопрос о гражданском иске потерпевшего ФИО10. Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего ФИО10, гражданский иск судом разрешен правильно, с учетом представленных суду документов и с учетом характера и степени причиненного ФИО1 ФИО10 нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости.

При этом следует отметить, что вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника, мнения по заявленному гражданскому иску потерпевшего у стороны защиты было выяснено, которые не пожелали высказаться (т. 17 л.д. 188).

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд дал надлежащую оценку действиям ФИО1, обоснованно квалифицировав их по ч. 5 ст. 264 УК РФ (в ред. Федерального закона № 420-ФЗ от 7.12.2011 г.), как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

При назначении наказания виновному суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд учел наличие на иждивении ФИО1 малолетнего ребенка. Кроме того судом учтено, что ФИО1 на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства и прежней работы характеризуется положительно.

Доводы апелляционных жалоб стороны защиты о том, что суд не учёл в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, - оказание помощи потерпевшим после совершения преступления, не подтверждены материалами дела. Объективных данных свидетельствующих об этом не имеется. Показаниями потерпевших ФИО10 и ФИО11, свидетелей ФИО12, ФИО9, ФИО13, данными ими в ходе судебного заседания, а также оглашенными показаниями свидетеля ФИО36 (т. 2 л.д. 105-108), не подтверждено, что ФИО1 оказывал какую-либо помощь пострадавшим.

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства его состояние здоровья, как об этом указано в апелляционных жалобах осужденного и адвоката, не имеется, поскольку состояние здоровья осужденного не относится к числу смягчающих обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не усмотрел, не усматривает и суд апелляционной инстанции.

Оснований считать назначенный вид наказания в виде лишения свободы, не соответствующим характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, а также личности осужденного ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку вывод суда о возможности исправления осужденного только в условиях изоляции от общества мотивирован в приговоре, и оснований не согласиться с ним суд апелляционной инстанции не находит. Оснований для смягчения осужденному ФИО1 наказания, по доводам апелляционных жалоб адвоката и осужденного, не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания.

С учетом фактических обстоятельств преступления, суд обоснованно не применил ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного вид исправительного учреждения для отбывания лишения свободы осужденному назначен, в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ – исправительную колонию общего режима, с приведением мотивов принятого решения, которые суд апелляционной инстанции признает убедительными, в связи с чем оснований для изменения вида исправительного учреждения, суд апелляционной инстанции не находит.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом апелляционной инстанции не установлено, поэтому оснований для применения положений ст. 64, ст. 73 УК РФ не имеется.

Следует отметить, что вопреки доводам апелляционных жалоб о необходимости зачета в срок лишения свободы ФИО1 время применения меры пресечения в виде запрета определенных действий, оснований для зачёта этого срока не имелось.

Вместе тем, доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника о зачете в срок лишения свободы ФИО1 времени нахождения последнего под стражей 4.05.2017 года подлежат удовлетворению. Согласно имеющейся в материалах уголовного дела справки (т. 18 л.д. 176), ФИО1 4.05.2017 года находился в местах лишения свободы, о чем свидетельствует запись о том, что ФИО1 содержался под стражей с 6.12.2017 по 4.05.2017, зачёт с 5.08.2014 по 9.09.2015. Таким образом, один день – 4.05.2017 года, подлежит зачету в срок отбытия наказания ФИО1 в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38914, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Железнодорожного районного суда г. Ростова-на-Дону от 17 октября 2019 года в отношении ФИО1 изменить.

Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания его под стражей – 4 мая 2017 года, из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Воробьева И.В., потерпевшего ФИО10 – оставить без удовлетворения.

Судья

Ростовского областного суда И.А. Гаврицкий