Приговор № 1-10/2017 от 26 апреля 2017 г. по делу № 1-10/2017

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 апреля 2017 г. г. Сочи

Сочинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Довлатбекяна Г.С., при секретаре судебного заседания Богомоловой К.О., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Сочинского гарнизона майора юстиции ФИО9, потерпевшего ФИО5., подсудимого ФИО10, защитника-адвоката Соколова В.В., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО10, родившегося ДД.ММ.ГГГГ года в <адрес>, с высшим образованием, женатого, несудимого, проходящего военную службу по контакту с сентября 2009 г.,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

У С Т А Н О В И Л:

14 сентября 2016 г. Баглай, проходящий военную службу по контракту в войсковой части № на должности начальника квартирно-эксплуатационной службы тыла, т.е. являясь должностным лицом, в нарушение ст. 112-114, 119 Устава внутренней службы ВС РФ и ст. 94 ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», действуя умышленно, используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, достоверно зная, что работы по заключенному Государственному контракту не выполнены в полном объеме, из иной личной заинтересованности, желая создать о себе впечатление, как об исполнительном начальнике и опасаясь негативной оценки его деятельности со стороны командования воинской части, будучи членом комиссии по приемке выполненных работ, подписал акт о приемке выполненных работ от своего имени, а также от имени председателя комиссии - ФИО7 и члена комиссии – ФИО1. Продолжая действовать с указанной целью, Баглай выполнил соответствующие резолюции на счете на отплату и в акте «счет проверил, подлежит оплате» и «работы выполнены в полном объеме», заверив их своей подписью. Далее Баглай, введя в заблуждение командира воинской части – ФИО4 относительно выполнения работ по контракту, организовал подписание и утверждение официальных документов, содержащих недостоверные сведения.

21 сентября 2016 г. Баглай, действуя с вышеуказанной целью, представил в финансовую службу воинской части официальные документы, содержащие недостоверные сведения, на основании чего с лицевого счета воинской части на счет подрядчика в качестве оплаты выполненных работ и оказанных услуг по Государственному контракту были перечислены денежные средства, в том числе за якобы приобретенное и поставленное в воинскую часть в августе 2016 г. оборудование и за изготовленные паспорта заземляющих устройств, всего в сумме 1934931 руб.

В судебном заседании Баглай свою вину в предъявленном ему обвинении признал полностью и дал показания, по своему содержанию соответствующие изложенному выше. При этом подсудимый показал, что в апреле 2016 г. воинской частью с ООО «<данные изъяты>» был заключен Государственный контракт на выполнение технического обслуживания и эксплуатацию объектов коммунальной инфраструктуры войсковой части №. На него была возложена обязанность по осуществлению контроля за выполнением заключенного контракта. В мае 2016 г. было принято решение о приобретении 3-х агрегатов марки «<данные изъяты>», 2-х частотных преобразователей марки «<данные изъяты>», мобильного бензинового электрогенератора «<данные изъяты>», 3-х насосов «<данные изъяты> а также об изготовлении паспортов заземляющих устройств на здания и сооружения воинской части. 14 сентября 2016 г. к нему обратился представитель названной фирмы в г. Сочи - ФИО3 и передал для проверки документы на оплату выполненных работ. Понимая, что денежные средства, выделенные по заявке, необходимо реализовать в сентябре 2016 г. и, зная, что в представительных документах указаны недостоверные сведения, поскольку в них были заложены суммы на изготовление паспортов заземляющих устройств и вышеуказанное оборудование, которого в наличии не было, он подписал акты от своего имени, а поскольку не нашел ФИО7 и ФИО1, то подписал и от их имени, а также убедил подписать указанный акт ФИО6. В это время он надеялся, что ООО «<данные изъяты>» выполнит свои обязательства в полном объеме и его обман не будет выявлен, а о нем будут думать, как об исполнительном начальнике КЭС. Далее он выполнил на документах соответствующие резолюции и представил командиру воинской части, заверив последнего, что все указанные в документах работы и услуги выполнены в полном объеме. После подписания документов он представил их в финансовую службу воинской части, после чего была произведена оплата по Государственному контракту. В середине октября 2016 г. его обман был выявлен, в связи с чем в ноябре 2016 г. им за счет личных средств приобретено аналогичное по характеристикам оборудование, которое было установлено на объекты воинской части.

Помимо личного признания своей вины, виновность Баглая подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, в суде потерпевший ФИО5 – командир войсковой части № показал, что в 2016 г. воинской частью с ООО «<данные изъяты>» был заключен Государственный контракт на выполнение технического обслуживания и эксплуатацию объектов коммунальной инфраструктуры воинской части. Обстоятельства совершенного преступления ему известны только из постановления о возбуждении уголовного дела. Действия Баглая повлекли существенное нарушение интересов государства в лице воинской части. В настоящее время причиненный воинской части ущерб Баглаем частично добровольно возмещен.

В суде свидетель ФИО4 показал, что в период с декабря 2014 г. по ноябрь 2016 г. являлся командиром войсковой части №. В апреле 2016 г. воинской частью был заключен Государственный контракт на выполнение технического обслуживания и эксплуатацию объектов коммунальной инфраструктуры войсковой части №. Ответственным за контроль и исполнение данного контракта был Баглай. 14 сентября 2016 г. Баглай представил ему на утверждение пакет документов, подтверждающих выполнение работ и услуг по контракту, заверив, что все указанные в документах работы выполнены в полном объеме. Поскольку не было оснований не доверять Баглаю, он утвердил документы для производства оплаты. В октябре 2016 г. ему от ФИО11 стало известно, что в действительности фирма свои обязательства по контакту не выполнила, а именно не поставила оборудование, оплаченное в сентябре 2016 г. В связи с этим он вызвал к себе главного бухгалтера и членов комиссии, где в ходе беседы Баглай сознался, что, зная о недействительности указанной в документах информации, надеясь, что фирма выполнит свои обязательства, подписал сам документы, а также расписался в них за ФИО11 и ФИО12. В ноябре 2016 г. Баглай выступил с инициативой приобрести за счет собственных средств недопоставленное фирмой оборудование. В дальнейшем оборудование было приобретено и установлено.

В суде свидетель ФИО7 показал, что с августа 2014 г. по апрель 2017 г. проходил службу в войсковой части № в должности начальника тыла. В апреле 2016 г. воинской частью был заключен Государственный контракт на выполнение технического обслуживания и эксплуатацию объектов коммунальной инфраструктуры войсковой части №. Ответственным за контроль и исполнение данного контракта был Баглай. В середине октября 2016 г. ему от ФИО8 стало известно, что оборудование, которое должно было быть поставлено в рамках Государственного контракта, не приобретено. О данном факте он доложил командиру воинской части ФИО4. После этого командир воинской части вызвал к себе главного бухгалтера и членов комиссии, в том числе и Баглая. В их присутствии Баглай пояснил, что, зная о недействительности указанной в документах информации, надеясь на исполнение фирмой своих обязательств, подписал документы, а также расписался в них за него (ФИО7) и ФИО1. В ноябре 2016 г. в ходе беседы с командиром воинской части, Баглай выступил с инициативой приобрести за счет собственных средств недопоставленное фирмой оборудование.

Свидетель ФИО8 – начальник котельной в суде показал, что в сентябре 2016 г. он обратился к Баглаю и сообщил, что котельная не готова к отопительному сезону, на что последний сообщил о выделении денежных средств и скором приобретении необходимого оборудования. В октябре 2016 г. в связи с отсутствием необходимого оборудования он сообщил ФИО7 о данной проблеме, что удивило последнего. В ноябре 2016 г. в воинской части было установлено оборудование схожее с изначальным. Кем приобретено данное оборудование ему не известно.

В судебном заседании свидетель ФИО1 показал, что в апреле 2016 г. воинской частью был заключен Государственный контракт. При этом он был членом комиссии по приему выполненных работ и услуг. В октябре 2016 г. он был вызван к командиру воинской части, где Баглай в присутствии его (ФИО1), ФИО7 и ФИО6 признался, что подписал акты о выполненных работах от его (ФИО1) имени и от имени ФИО7.

В суде свидетель ФИО2 – главный бухгалтер войсковой части № показал, что в апреле 2016 г. воинской частью был заключен Государственный контракт на выполнение технического обслуживания и эксплуатацию объектов коммунальной инфраструктуры. В августе 2016 г. Баглай представил заявку на выделение денежных средств по службе КЭС на сентябрь 2016 г. На основании указанной заявки на счет воинской части были перечислены запрошенные денежные средства. 21 сентября 2016 г. Баглай представил пакет документов для оплаты работ по указанному контракту, в том числе акты приема выполненных работ. На основании данных документов денежные средства были перечислены на счет ООО «<данные изъяты>».

Свидетель ФИО3 в суде показал, что с апреля по начало октября 2016 г. осуществлял трудовую деятельность в должности мастера участка по эксплуатации и являлся доверенным лицом ООО «<данные изъяты>». В апреле 2016 г. войсковой части № был заключен Государственный контракт на выполнение ООО «<данные изъяты>» технического обслуживания и эксплуатацию объектов коммунальной инфраструктуры части. Примерно в середине сентября 2016 г. от ООО «<данные изъяты>» ему поступили документы, которые необходимо было подписать у должностных лиц воинской части. В указанных документах имелись акты приема выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат, фотоотчет и т.д. В данных актах, в том чисел была заложена сумма за изготовление паспортов заземляющих устройств и за приобретение агрегатов, предполагаемых к закупке и изготовлению. Весь пакет документов он передал Баглаю для проверки, а в случае согласия подписания должностными лицами воинской части. Через некоторое время Баглай сообщил ему, что все документы на оплату контракта утверждены. При этом свидетель пояснил, что Баглай имел возможность возразить относительно сведений, указанных в актах, однако этого не сделал. В конце сентября 2016 г. по неизвестным ему причинам ООО «<данные изъяты>» фактически перестало исполнять обязанности по заключенному контракту.

Как следует из протокола осмотра документов от 9 марта 2017 г., осмотрен Государственный контракт № <данные изъяты>, из содержания которого следует, что войсковая часть № и ООО «<данные изъяты>» заключили договор на выполнение работ по техническому обслуживанию и эксплуатации объектов коммунальной инфраструктуры войсковой части №.

Согласно протоколу осмотра от 6 марта 2017 г., в деле № 86, т. 42 «Журнал операций № 4 расчетов с поставщиками и подрядчиками за сентябрь-октябрь 2016 г.» имеется акт от 14 сентября 2016 г., из содержания которого следует, что комиссия произвела приемку выполненных работ по техническому обслуживанию и эксплуатации объектов коммунальной инфраструктуры войсковой части №. Работы по техническому обслуживанию и эксплуатации в августе 2016 г. выполнены ООО «<данные изъяты>» согласно Государственного контракта и подлежат оплате. Также в данном томе имеется акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 31.08.2016 за отчетный период с 01.08.2016 по 31.08.2016, с подписями членов комиссии ФИО7, ФИО1, ФИО6 и Баглая. Далее в этом томе имеется счет на оплату № 94 от 31 августа 2016 г., на котором выполнена резолюция «счет проверил, подлежит оплате» нач. КЭС в/ч № Баглай. Также в названном томе имеется акт № 94 от 31 августа 2016 г., на котором выполнена резолюция «работы выполнены в полном объеме» нач. КЭС в/ч № Баглай.

Согласно акту проверки специальных вопросов коммунального хозяйства войсковой части №, на момент оплаты за выполнение ООО «<данные изъяты>» обязательств по Государственному контракту в воинской части отсутствовали: 1 фекальный насос марки «<данные изъяты>» <данные изъяты>; 3 насоса дождевых и сточных вод марки <данные изъяты>; 2 преобразователя частоты сетевых насосов марки <данные изъяты>; 1 мобильный бензиновый электрогенератор <данные изъяты>, паспорта заземляющих устройств на 14 объектов воинской части, на общую сумму 1934931 руб.

Как следует из заключения эксперта № 1 от 24 марта 2017 г., сумма денежных средств, начисленных войсковой частью № на лицевой счет ООО «<данные изъяты>» в сентябре 2016 г. за приобретение указанной организацией мобильного бензинового электрогенератора <данные изъяты>, 3-х насосов <данные изъяты> 2-х преобразователей частоты <данные изъяты>, насоса фекального <данные изъяты>, а также изготовление паспортов заземляющих устройств на здания и сооружения войсковой части № в августе 2016 г., составляет 1934931 руб.

Согласно платежному поручению № 419421 от 27.09.2016, УФК по Краснодарскому краю, в котором открыт счет войсковой части №, перечислило на счет ООО «<данные изъяты>» 2947779,43 руб., в которую входила и сумма в размере 1934931 руб.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает, что предъявленное Баглаю органами предварительного следствия обвинение является обоснованным и доказанным в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, поскольку судом установлено, что Баглай в сентябре 2016 г., являясь должностным лицом, используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, будучи членом комиссии по приемке выполненных работ по Государственному контракту, зная о том, что работы по контакту не выполнены в полном объеме, подписал акт о приемке выполненных работ от своего имени и от имени членов комиссии, после чего выполнил соответствующие резолюции на счете на отплату и в акте, а также, введя в заблуждение командира воинской части, организовал подписание и утверждение официальных документов, на основании которых с лицевого счета воинской части на счет подрядчика были перечислены денежные средства, в том числе за якобы приобретенное оборудование и изготовление паспортов заземляющих устройств, всего в сумме 1934931 руб., то содеянное подсудимым суд квалифицирует как преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 285 УК РФ, так как считает, что в результате его преступных действий были существенно нарушены охраняемые законом интересы государства.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, в том числе влияние назначенного наказания на его исправление.

Также суд принимает во внимание, что к уголовной ответственности Баглай привлекается впервые, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, командованием характеризуется положительно, является ветераном боевых действий.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, суд признает частично добровольное возмещение Баглаем причиненного имущественного ущерба.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, учитывая фактические обстоятельства и степень общественной опасности содеянного, суд не находит оснований для изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую.

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО10 признать виновным в использовании им, как должностным лицом, своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из иной личной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) руб.

До вступления приговора в законную силу меру процессуального принуждения в отношении ФИО10 в виде обязательства о явке оставить без изменения.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства, перечисленные на л.д. 71-74 т. 4, передать по принадлежности в войсковую часть №.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда через Сочинский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий Г.С. Довлатбекян