Апелляционное определение № 33-4292/2026 от 29 марта 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 30.03.2026

УИД: 66RS0004-01-2025-005763-07

Дело № 33-4292/2026 (№ 2-5098/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 26.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Редозубовой Т.Л.,

судей Ершовой Т.Е., Мурашовой Ж.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Скачковой T.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Тюмень-Торг» о признании незаконным приказа об увольнении, изменении формулировки увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, удержанных денежных средств, компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 13.11.2025.

Заслушав доклад судьи Ершовой Т.Е., объяснения представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ООО «Тюмень-Торг», в котором просила признать незаконным увольнение от 19.03.2025, возложить на ответчика обязанность изменить формулировку увольнения на увольнение по собственному желанию, изменить дату увольнения на дату вынесения решения суда, возложить на ответчика обязанность выдать все документы, связанные с увольнением и трудовую книжку и произвести окончательный расчет, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 19.03.2025 по день вынесения решения суда, взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 150000 руб., взыскать с ответчика незаконно удержанные денежные средства в размере 19000 руб., взыскать расходы по оплате юридических услуг в размере 50000 руб., возместить почтовые расходы.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 состояла в трудовых отношениях с ответчиком, 19.03.2025 под давлением была вынуждена написать заявление об увольнении по соглашению сторон. В тот же день 19.03.2025 издан в отношении нее приказ об увольнении и внесена в ее трудовую книжку соответствующая запись. Вместе с тем, добровольного волеизъявления прекращать трудовые отношения и уволиться у нее не имелось, в связи с чем считает свое увольнение незаконным. Действия сотрудников ответчика, связанные с принуждением написать заявление и подписать соглашение, оказанием психологического давления, причинили моральный вред. Дополнительно указала, что ревизия, проведенная по итогам ее работы, осуществлена не всесторонне, в отсутствие правовых оснований, соответственно произведенные удержания являются незаконными, просила взыскать удержанные из ее заработной платы денежные средства. В нарушение действующего законодательства, окончательный расчет осуществлен не был, трудовая книжка на руки не выдана.

В ходе рассмотрения дела в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец уточнила исковые требования и просила запросить у ответчика справку 2 НДФЛ за 2024 и 2025 год, возложить обязанность выдать оригинал трудовой книжки.

В письменных дополнениях к иску указала, что в период рассмотрения спора, ей получено письмо содержание приказ об увольнении по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, на дату издания указанного приказа находилась в состоянии беременности, однако об этом представителю работодателя не сообщалось, поскольку ранее была внесена работодателем запись об увольнении в трудовую книжку от 19.03.2025. Полагала действия работодателя незаконными.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 13.11.2025 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Признано незаконным увольнение Обществом с ограниченной ответственностью «Тюмень-Торг» ФИО1 19.03.2025.

На ООО «Тюмень-Торг» возложена обязанность изменить формулировку увольнения ФИО1 на увольнение по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, считать датой увольнения 13.11.2025.

На ООО «Тюмень-Торг» возложена обязанность направить почтовым отправлением в адрес ФИО1 оригинал трудовой книжки.

С ООО «Тюмень-Торг» в пользу ФИО1 взыскан средний заработок за время вынужденного прогула с 20.03.2025 по 13.11.2025 в размере 371 795 руб. 27 коп. (за вычетом при выплате 2 НДФЛ), компенсация морального вреда в размере 15000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 25000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

С ООО ««Тюмень-Торг» (ИНН <***>) в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 14795 руб.

В апелляционной жалобе ответчик просит отменить решение суда, в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование доводов жалобы указано, что в связи с не согласием истца на увольнение по соглашению сторон процедура увольнения была прервана и в этот же день работодателем издан приказ об отмене приказа об увольнении. Полагает, что трудовое законодательство не содержит запрета на отмену работодателем приказа об увольнении. После отмены оспариваемого приказа трудовые отношения между сторонами сохранились. Не согласен ответчик с выводом суда о не ознакомлении истца с приказом № 66СПП/3-у от 19.03.2025, поскольку он вынесен исключительно в целях отмены записи в трудовой книжке, соответственно, не порождает у работодателя дополнительной обязанности ознакомления с ним работника. Суд проигнорировал заявление ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации. Полагает, что о нарушении своего права истец знала 19.03.2025, соответственно, 19.04.2025 срок обращения в суд об оспаривании увольнения истек. Иск в суд подан истцом только 20.06.2025. Полагает, что истцом не доказано несение судебных расходов. Взысканная сумма расходов является чрезмерно завышенной. При взыскании среднего заработка судом не учтены периоды нахождения истца на листках нетрудоспособности.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО2 на доводах жалобы настаивала в полном объеме по изложенным в ней основаниям.

Истец ФИО1 в заседание судебной коллегии не явилась, была надлежащим образом извещена о времени и месте судебного заседания путем направления извещения заказным письмом с уведомлением, а также по электронной почте, направила в суд заявление, в котором просила рассмотреть дело без ее участия.

Судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав представителя ответчика, проверив законность решения суда первой инстанции по правилам ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, что ФИО1 с 18.09.2024 принята на должность продавец продовольственных товаров в структурное подразделение Екатеринбург, Первоуральск, что подтверждается трудовым договором от 17.09.2024, приказом от 17.09.2024, сведениями о трудовой деятельности, предоставленными из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по состоянию на 15.07.2025.

19.03.2025 ФИО1 работодателю подано заявление о расторжении трудового договора по соглашению сторон.

В трудовой книжке ФИО1 имеется запись за № 26, согласно которой трудовой договор прекращен по соглашению сторон на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с указанием в качестве основания приказ от 19.03.2025 № 66СПП18-у.

В записи № 27 отмечено, что запись за номером 26 недействительна, внесена ошибочно, с указанием в качестве основания внесения записи приказа от 19.03.2025 № 66СПП/3-25.

На основании приказа № 66СПП/31-у от 18.07.2025 ФИО1 уволена с 18.07.2025 за однократное грубое нарушение работником своих трудовых обязанностей – прогул по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Разрешая заявленные требования и приходя к выводу об их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст.77, 78 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2, установив, что истец изъявила первоначально желание о прекращении трудовых отношений по соглашению сторон, подав заявление от 19.03.2025, в связи с чем были подготовлены проекты документов, а при ознакомление с проектом приказа высказала несогласие с предлагаемой формулировкой увольнение по соглашению сторон, что с учетом доводов истца свидетельствует о незаконности произведенного увольнения.

При этом суд первой инстанции указал, что издание приказа № 66СПП/3-25 от 19.03.2025 об отмене приказа «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), который отражен в журнале учета прочих кадровых приказом, правового значения не имеет, поскольку фактически истец незаконно уволена 19.03.2025, совершенные действия работодателем не свидетельствуют о восстановлении нарушенных прав работника, последующая легализация незаконных действий работодателя недопустима, так как действующий Трудовой кодекс Российской Федерации не предоставляет работодателю право изменять дату увольнения работника, равно как и совершать иные юридически значимые действия, затрагивающие права и интересы работника без его предварительного согласия и после того, как трудовые отношения уже прекращены.

Оснований для применения положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации к заявленным истцом требованиям, суд не установил, указав на отсутствие доказательств вручения копии приказа об увольнении от 19.03.2025 или выдачи трудовой книжки.

С учетом положений ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации суд удовлетворил требований истца об изменении формулировки увольнения с увольнения по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ на увольнение по собственному желанию по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, а также изменении даты увольнения на дату вынесения решения суда – 13.11.2025.

Руководствуясь положениями ст. 234, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд взыскал в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула за период с 20.03.2025 по 13.11.2025 в размере 371795,27 руб. с удержанием при выплате НДФЛ, из расчета 1309 часов (норма часов за период с 20.03.2025 по 13.11.2025) х 284,03 руб. (среднечасовой заработок).

Установив, что до настоящего времени истцу не выдана трудовая книжка, суд в соответствии с положениями ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации возложил на ответчика обязанность направить трудовую книжку истцу почтовым отправлением.

Рассматривая требования истца о взыскании незаконно удержанных ООО «Тюмень-Торг» денежных средств, суд не нашел оснований для их удовлетворения, поскольку доказательств удержания денежных средств в заявленном истцом размере не представлено, указав, что процедура проведения инвентаризации соблюдена, инвентаризация проведена в период осуществления именно истцом трудовых обязанностей, истребованы объяснения, подписано соглашение о добровольном возмещении ущерба.

Также суд не нашел оснований для удовлетворения требования истца о возложении на ответчика обязанности представить справки 2-НДФЛ за 2024 и 2025 годы указав, что запрашиваемые документы переданы суду в период рассмотрения спора, основания для дополнительного возложения обязанности отсутствуют.

С учетом совокупности допущенных работодателями нарушений трудовых прав истца, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств дела, объема и характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, характера допущенного ответчиком нарушения трудовых прав истца, а также требований разумности и справедливости, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Руководствуясь ст. 98, 100, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд взыскал в пользу истца расходы по оплате юридических услуг в размере 25000 руб. Также с ответчика в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 14 795 руб.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении", решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Судебная коллегия, оценив доводы жалобы ответчика, полагает, что оспариваемое решение отвечает указанным выше требованиям, поскольку выводы суда, изложенные в решении, соответствуют обстоятельствам дела и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, доводы сторон нашли в решении должную правовую оценку с учетом совокупности всех представленных доказательств по делу.

Исходя из п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, основанием прекращения трудового договора, в том числе является соглашение сторон.

В соответствии со ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Действительно, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2, при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Между тем, в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 даны разъяснения о том, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Данное разъяснение справедливо и при рассмотрении споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.

Возможность прекращения трудового договора по соглашению сторон как форма реализации свободы труда обусловлена необходимостью достижения такого соглашения на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя, без принуждения кого-либо к подписанию данного соглашения без возможности его дальнейшего аннулирования в дальнейшем в силу закона. Именно такое понимание процедуры увольнения работника по соглашению сторон закреплено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2019 № 1091-О-О.

Таким образом, увольнение по п.1 ч.1 ст.77 и ст.78 Трудового кодекса Российской Федерации возможно лишь при взаимном согласии и договоренности работодателя и работника на прекращение трудовых отношений, основанных на добровольном соглашении сторон трудовых отношений. При этом аннулирование такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя возможно только при достижении изначальной договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольной воли его сторон. Иное бы противоречило принципам трудовых отношений, лишало бы работника, действовавшего под давлением при подписании соглашения, возможности защиты в дальнейшем нарушенного права.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1, возражений ответчика относительно иска и особенностей регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: имелось ли взаимное добровольное согласие сторон трудового договора на его прекращение при подписании соглашения и не оказывалось ли со стороны работодателя давление на работника, принуждение его к увольнению с формулировкой основания увольнения "по соглашению сторон" без возможности его дальнейшей отмены, в том числе понуждение к принятию такого решения истцом в силу конфликтной сложившейся ситуации при реализации трудовых прав работника у данного работодателя.

Суд первой инстанции, признавая незаконным увольнение ФИО1 по п. 1 ч. 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (соглашение сторон), пришел к выводу о том, что сам по себе факт написания истцом заявления о расторжении трудового договора по соглашению сторон от 19.03.2025,безусловно, не свидетельствует о достижении добровольной договоренности между работником и работодателем о прекращении трудового договора на основании п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчик, на которого в соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возложена обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения лица, обратившегося за защитой его трудовых прав, не представил доказательства наличия со стороны работника добровольного волеизъявления на расторжение трудового договора по соглашению сторон, при этом истцом доказан факт вынужденного характера увольнения и факт отсутствия ее воли на подписание соглашения о расторжении трудового договора. Фактически между сторонами не достигнуто соглашение о расторжении трудового договора, что фактически подтверждается изданием приказа № 66СПП/3-25 от 19.03.2025 об отмене приказа «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), который отражен в журнале учета прочих кадровых приказом.

Вопреки доводам жалобы, в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что после проведенной инвентаризации сотрудники работодателя настаивали на увольнении истца, вынуждая ее подписать соглашение о расторжении трудового договора.

Истец же указала, что не имела намерений увольняться, после написания заявления об увольнении по соглашению, поняла, что оснований для ее увольнения не имеется, в связи с чем при подписании приказа указала на свое несогласие на увольнение по соглашению сторон.

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что последующие действия работодателя по реализации процедуры увольнение ФИО1 18.07.2025 по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул правового значения не имеют, поскольку трудовые права истца нарушены 19.03.2025, в связи с чем увольнение истца является незаконным.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что у ответчика не имелось оснований для увольнения ФИО1 за прогул с учетом положений ч. 1 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

Оценивая доводы жалобы ответчика о пропуске истцом срока, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований с учетом заявленного ответчиком ходатайства, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи).

Как следует из материалов дела, 19.03.2025 истец обратилась к работодателю с заявлением об увольнении по соглашению сторон, на основании данного заявления трудовой договор расторгнут 19.03.2025 по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ.

С приказом об увольнении истец была ознакомлен под роспись в день вынесения приказа, однако копия приказа об увольнении истцу не выдавалась, также не выдавалась трудовая книжка.

Первоначально с исковым заявлением о защите своих трудовых прав истец обратилась в Ленинский районный суд г. Екатеринбурга 30.04.2025, однако исковое заявление было возвращено определением суда от 12.05.2025. Повторно иск в суд подан истцом 20.06.2025.

Доводы жалобы ответчика о том, что срок обращения в суд надлежит исчислять с 19.03.2025, отклоняются судебной коллегией как основанные на неправильном понимании норм действующего законодательства, поскольку положения ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривают специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий индивидуальных трудовых споров. К таким спорам отнесены споры работников об увольнении, срок на обращение в суд по которым составляет один месяц, исчисляемый со дня вручения работнику копии приказа об увольнении или со дня выдачи ему трудовой книжки либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки.

Оценивая доводы жалобы ответчика о том, что трудовое законодательство не содержит запрета на отмену работодателем приказа об увольнении, соответственно, после отмены оспариваемого приказа трудовые отношения между сторонами сохранились, судебная коллегия исходит из следующего.

Запись в трудовую книжку и внесение информации в сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) об основании и о причине прекращения трудового договора должны производиться в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

В случае, если в день прекращения трудового договора выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности у данного работодателя невозможно в связи с отсутствием работника либо его отказом от их получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте или направить работнику по почте заказным письмом с уведомлением сведения о трудовой деятельности за период работы у данного работодателя на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом. Со дня направления указанных уведомления или письма работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности у данного работодателя. По письменному обращению работника, не получившего трудовой книжки после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника, а в случае, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом на работника не ведется трудовая книжка, по обращению работника (в письменной форме или направленному в порядке, установленном работодателем, по адресу электронной почты работодателя), не получившего сведений о трудовой деятельности у данного работодателя после увольнения, работодатель обязан выдать их не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника способом, указанным в его обращении (на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом, или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью (при ее наличии у работодателя).

19.03.2025 работодателем принят приказ № 66СПП18-у о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), согласно которого ФИО1 уволена по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Указанный приказ не был вручен ФИО1, однако, как указывает истец в своем исковом заявлении, она была осведомлена о принятии работодателем указанного приказа о ее увольнении.

19.03.2025 ответчик принимает приказ от 19.03.2025 № 66СПП/3-25 об отмене приказа № 66СПП18-у от 19.03.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении).

С указанным приказом ФИО1 не была ознакомлена, своего согласия на отмену приказа № 66СПП18-у от 19.03.2025 о ее увольнении с 19.03.2025 не давала.

В ходе рассмотрения дела установлено, что истец к работодателю с просьбой об отмене приказа № 66СПП18-у от 19.03.2025 об увольнении по соглашению сторон не обращалась, каких-либо действий по исполнению возложенных на нее трудовых обязанностей не производила.

Трудовой кодекс Российской Федерации не предоставляет работодателю право отменять приказ об увольнении, изменять дату увольнения работника, основания увольнения, равно как и совершать иные юридически значимые действия, затрагивающие права и интересы работника, без его предварительного согласия и после того, как трудовые отношения между работодателем и работником уже прекращены по инициативе самого работодателя. Действия работодателя, в одностороннем порядке восстанавливающего трудовые отношения с работником при отсутствии волеизъявления последнего на восстановление трудовых отношений путем отмены приказа об увольнении, юридического значения не имеют.

Действия совершены работодателем в одностороннем порядке, без учета волеизъявления ФИО1 на сохранение трудовых отношений с ответчиком после даты расторжения трудового договора на основании приказа № 66СПП18-у от 19.03.2025.

При таких обстоятельствах, доводы ответчика о том, что приказ об увольнении № 66СПП18-у от 19.03.2025 работодателем реализован не был, увольнение не состоялось, а трудовые отношения не прекратились, не соответствуют нормам материального права и фактически установленным обстоятельствам дела.

Действия работодателя, в одностороннем порядке восстанавливающие трудовые отношения с работником путем отмены приказа об увольнении, юридического значения не имеют.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что работодатель, издавая приказ № 66СПП/3-25 от 19.03.2025 об отмене приказа № 66СПП18-у от 19.03.2025, получил об этом предварительное согласие истца, в то время, как Трудовой кодекс Российской Федерации не предоставляет работодателю право совершать иные юридически значимые действия, затрагивающие права и интересы работника, без его предварительного согласия и после того, как трудовые отношения между работодателем и работником уже прекращены.

В данном случае 19.03.2025 работодатель реализовал свое право на увольнение работника путем издания приказа № 66СПП18-у от 19.03.2025 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), вследствие чего у истца возникло право заявить в суде соответствующие материально-правовые требования.

Право работника на судебную защиту в связи с изданием работодателем приказа об отмене приказа об увольнении не прекращается, в связи с чем, заявленные истцом требования подлежали оценке по существу заявленных истцом требований.

В силу ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Исчисление подлежащего взысканию среднего заработка производится с учетом требований, предусмотренных ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24.04.2025 N 540, в соответствии с пунктами 4, 9 которого расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии, денежные поощрения и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

При определении размера среднего заработка за время вынужденного прогула суд первой инстанции обоснованно произвел расчет среднего заработка исходя из размера среднего часового заработка в сумме 284 руб. 03 коп., руководствуясь п. 13 постановления Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 г. N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы".

Суд принял во внимание, что за период вынужденного прогула с 20.03.2025 года по 13.11.2026 количество рабочих часов составит 1309 дней, соответственно, взыскал в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула в размере 371 795 руб. 27 коп., из расчета 284,03х1309.

Оценивая доводы жалобы ответчика о неверном расчете среднего заработка за время вынужденного прогула, судебная коллегия исходит из следующего.

Согласно части второй статьи 394 Трудового кодекса орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Общие требования относительно исчисления средней заработной платы установлены статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с частями 1 - 3, 7 которой для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Соответствующие нормы содержатся в пункте 2 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.04.2025 N 540, подпунктами "а", "н" и "о" которого к числу выплат, учитываемых для расчета среднего заработка, отнесены заработная плата, начисленная работнику по тарифным ставкам, окладам (должностным окладам) за отработанное время; премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда; другие виды выплат по заработной плате, применяемые у соответствующего работодателя.

В силу пункта 4 указанного Положения расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно подпунктам "а" и "б" пункта 5 Положения при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если: за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам.

В пункте 13 постановления Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 года N 540 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" разъяснено, что при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, используется средний часовой заработок (кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска).

Средний часовой заработок рассчитывается путем деления суммы заработной платы работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, фактически начисленной за отработанные рабочие часы в расчетном периоде, включая премии, денежные поощрения и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество рабочих часов, фактически отработанных таким работником в расчетном периоде.

В соответствии с абз. 4 п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Доводы жалобы ответчика о том, что из периода вынужденного прогула подлежит исключению период временной нетрудоспособности истца, отклоняются судебной коллегией, поскольку согласно разъяснениям пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при определении размера среднего заработка за период вынужденного прогула пособие по временной нетрудоспособности не учитывается и из размера среднего заработка за период вынужденного прогула не исключается.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая факт незаконного увольнения ФИО1, что, безусловно, повлекло нарушение трудовых прав истца, суд правомерно удовлетворил требования истца о взыскании компенсации морального вреда.

Определяя размер присуждаемой денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учел все фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу страданий, характер и степень вины ответчика в нарушении прав истца, индивидуальные особенности истца, длительность допущенных нарушений трудовых прав истца, баланс между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику, верно определил сумму в счет компенсации морального вреда в сумме 15 000 руб.

Судебная коллегия полагает, что определенный судом размер компенсации морального вреда отвечает принципу справедливости, является соразмерным тем нравственным страданиям, которые претерпела и доказала истец в связи изданием в отношении нее неправомерного приказа об увольнении.

Доводов о несоразмерности взысканной судом в пользу истца суммы компенсации морального вреда апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Доводы жалобы ответчика о том, что размер судебных расходов чрезмерно завышен, не свидетельствуют о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку разумность пределов при взыскании таких расходов суд определяет в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела. Степень разумных пределов по конкретному делу определяется судом с учетом объема заявленных требований, представления доказательств по делу, изучения нормативного материала, длительности его рассмотрения, объема оказанной юридической помощи.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Судебная коллегия отмечает, что взысканный судом размер расходов по оплате услуг представителя в сумме 25 000 руб. соответствует объему проделанной представителем работы.

Доводы ответчика об отсутствии в расписке о получении денежных средств суммы, полученной представителем, не принимаются судебной коллегией во внимание, поскольку из заключенного между истцом ФИО1 и ФИО3 договора оказания юридических услуг от 16.04.2025 следует, что стоимость услуг по договору составила 50000 руб. Оплата услуг осуществляется путем передачи наличных денежных средств исполнителю.

В соответствии с п. 3.2.1 предварительная оплата в размере 50% от стоимости оказываемых услуг вносится заказчиком в течение 7 дней с даты подписания сторонами настоящего договора на оказание услуг.

В силу п. 3.2.2 договора оставшаяся часть в размере 50 % от стоимости оказываемых услуг уплачивается заказчиком в течение 14 дней с момента вступления решения в законную силу.

Из представленного в материалы дела акта приема-передачи денежных средств следует, что 20.04.2025 ФИО1 согласно договору об оказании юридической помощи передала ФИО4 денежные средства. Стороны претензий друг к другу не имеют.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции обоснованно взыскал в пользу истца понесенные расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 руб., что соответствует условиям заключенного договора.

В рассматриваемом случае доказательств, подтверждающих явно неразумный (чрезмерный) характер заявленной к возмещению суммы судебных расходов с учетом сложившейся в регионе стоимости оплаты услуг представителя по данной категории дел, ответчиком не представлено.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба ответчика не содержит.

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит. Ее содержание по существу повторяет позицию апеллянта в суде первой инстанции, содержит иную, ошибочную трактовку существа спорных правоотношений и норм материального права их регулирующих, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 13.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий Редозубова Т.Л.

Судьи Ершова Т.Е.

Мурашова Ж.А.