Апелляционное определение № 11-6668/2026 от 20 апреля 2026 г.

Судья Орехова Т.Ю.

Дело № 2-795/2026

УИД 74RS0007-01-2025-007070-92


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-6668/2026
21 апреля 2026 года
город Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Подрябинкиной Ю.В., Соха Т.М.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Бурлаковой Ю.Ю.,

с участием прокурора Германа А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Эковывоз» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Курчатовского районного суда города Челябинска от 23 января 2026 года.

Заслушав доклад судьи Скрябиной С.В. об обстоятельствах дела, объяснения истца ФИО1, ее представителя ФИО2, настаивавших на удовлетворении апелляционной жалобы, представителя ответчика Дубинина М.Ю., заключение прокурора об оставлении решения суда без изменений, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Эковывоз» (далее - ООО «Эковывоз») о признании незаконным приказа о прекращении действия трудового договора с работником от 29 августа 2025 года, увольнении с работы по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации 29 августа 2025 года по инициативе работника, восстановлении на работе в должности <данные изъяты>, аннулировании записи об увольнении в трудовой книжке, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 29 августа 2025 года по день принятия судом решения, взыскании заработной платы за период с 22 по 24 апреля 2025 года, компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., а так же возмещении почтовых расходов в размере 772,88 руб.

В обоснование иска указала, что в период с 22 июля 2019 года по 29 августа 2025 года она работала у ответчика <данные изъяты> В период нахождения в отпуске с 22 по 24 апреля 2025 года она по инициативе работодателя исполняла свои должностные обязанности, но за указанный период ей заработная плата не была начислена и выплачена. 29 августа 2025 года она была уволена по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по собственному желанию, при этом заявление об увольнении ею было написано под давлением ФИО18 в связи с чем полагала увольнение незаконным. Незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО3, действующая на основании устного ходатайства, в судебном заседании суда первой инстанции иск поддержали.

Представители ответчика ООО «Эковывоз» - директор ФИО4, действующие на основании доверенности адвокат Пирих Я.П. и Дубинин М.Ю., иск не признали.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Челябинской области в судебное заседание при надлежащем извещении не явился.

Прокурор, привлеченный к участию в деле для дачи заключения, полагал, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Решением суда в удовлетворении иска ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме, указывая, что судом при принятии решения не приняты во внимание ее пояснения о том, что истинного намерения на увольнение у нее в момент подачи заявления не было, она написала заявление вынужденно, в силу нездоровой психоэмоциональной обстановки в коллективе, которая была вызвана личным неприязненным к ней отношением со стороны представителя работодателя ФИО19 которая создавала невыносимые условия труда для нее, стала проявлять различные виды психологического давления, откровенные оскорбления, насмешки и все это происходило публично, на совещаниях при непосредственном руководителе – ФИО4 Она была публично подвергнута нападкам со стороны ФИО20 После чего была вынуждена обратиться в поликлинику за медицинской помощью, в связи с повышением артериального давления и головными болями. Судом необоснованно приняты во внимание пояснения свидетеля ФИО21 о том, что между ними неприязненных отношений нет. Судом не дана оценка ее пояснениям о том, что она неоднократно сообщала своему непосредственному руководителю ФИО4 о трудностях в работе с ФИО22 и о разъяснении ее полномочий, а также о незаконности многих ее распоряжений, однако мер руководителем принято не было. Суд отказал в удовлетворении ее ходатайства о допросе свидетелей, которые могли подтвердить, что на нее оказывалось постоянное эмоциональное давление со стороны ФИО23 В период ежегодного отпуска с 21 по 27 апреля 2025 года, она привлекалась к работе по просьбе директора для выполнения поручений ФИО24 без официального отзыва из отпуска. При увольнении эти дни не были компенсированы. Кроме того, судом не учтено, что на момент увольнения у нее на иждивении находился несовершеннолетний ребенок, имелись ежемесячные обязательства по возврату кредита, исполнять которые в отсутствие работы для нее затруднительно.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Челябинской области при надлежащем извещении не явился. В соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным провести судебное заседание в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает решение суда первой инстанции об отказе в иске о взыскании заработной платы за период с 22 по 24 апреля 2025 года, компенсации морального вреда подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, а в остальной части – законным и обоснованным.

Как следует из материалов дела, 15 ноября 2018 года между сторонами был заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО1 была принята на работу <данные изъяты> ООО «Эковывоз» на неопределенный срок с испытательным сроком 3 месяца. 22 июля 2019 года между ООО «Эковывоз» и ФИО1 было заключено соглашение, согласно которому она переведена на должность <данные изъяты> (л.д. 117-123, 135, 136,том 1).

Приказом директора ООО «Эковывоз» от ДД.ММ.ГГГГ года № № ФИО1 была уволена с должности <данные изъяты> по инициативе работника, пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Основанием для издания приказа явилось личное заявление работника от 26 августа 2025 года. С указанным приказом работник была ознакомлена в тот же день (л.д. 137, том 1).

Как следует из заявления ФИО1 от 26 августа 2025 года, она просила уволить ее с работы по собственному желанию 29 августа 2025 года (л.д. 138, том 1).

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 1, 2, 77, 80 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", установив, что истцом заявление об увольнении написано добровольно и осознанно, с указанием желаемой даты увольнения, при отсутствии попыток отозвать свое заявление об увольнение вплоть до окончания рабочего дня 29 августа 2025 года, не установив при этом фактов неправомерных действий со стороны работодателя по понуждению ее к написанию данного заявления об увольнении, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований основаны на правильно установленных обстоятельствах, имеющих значение для дела, оценке доказательств, произведенной по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения, мотивированы судом.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором (абзацы второй, третий части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Часть 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Общий порядок оформления прекращения трудового договора регламентирован статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которому прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя, с которым работник должен быть ознакомлен под роспись. Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Работник не может быть лишен права отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию и в случае, если работник и работодатель договорились о расторжении трудового договора по инициативе работника до истечения установленного срока предупреждения. При этом работник вправе отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию до истечения календарного дня, определенного сторонами как окончание трудового отношения.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, с учетом установленных обстоятельств, исходя из того, что увольнение ФИО1 по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации произведено ее работодателем в соответствии с требованиями действующего законодательства и на основании поданного работником заявления об увольнении, которое в установленные законом сроки отозвано не было, факты отсутствия у истца добровольного волеизъявления на подачу заявления об увольнении и наличия со стороны работодателя принуждения и (или) давления к увольнению в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашли, доказательств отсутствия добровольного волеизъявления на подачу данного заявления, а также отзыва своего заявления об увольнении в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом суду не представлено, действий, направленных на увольнение истца помимо ее воли со стороны работодателя, не установлено; после увольнения истец трудоустроилась на аналогичную должность, негативного и предвзятого отношения по отношению к работнику со стороны работодателя не имелось, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком не опровергают выводов суда первой инстанции.

Так, исходя из материалов дела, истец по занимаемой ею должности относилась к руководящему составу: являлась <данные изъяты>. Следовательно, нормы трудового законодательства ей были известны в силу своих должностных полномочий.

Согласно должностной инструкции <данные изъяты> должен знать трудовое законодательство (л.д. 170-174, том 1).

Соответственно, подавая заявление об увольнении по собственному желанию, истец не могла не знать о последствиях подачи такого заявления, о своем праве отозвать заявление об увольнении.

Как следует из объяснений истца в суде апелляционной инстанции, переписки с коллегами по работе, представленной в суд первой инстанции, показаний допрошенного в суде апелляционной инстанции по ходатайству истца свидетеля ФИО25 с апреля 2025 года в ООО «Эковывоз» проводились мероприятия по изменению системы оплаты труда в целях заинтересованности работников в конечных показателях работы организации, организационно-штатные мероприятия, которые планировалось завершить к 01 октября 2025 года. Инициатором таких мероприятий выступило ООО <данные изъяты>», которое именовалось участниками судебного разбирательства «вышестоящей организацией». Для оказания методической помощи в проведении указанных мероприятий в ООО «Эковывоз» и была направлена <данные изъяты> работающая согласно справке ООО «<данные изъяты> (л.д. 49, том 3). В связи с проводимыми мероприятиями нагрузка на работников отдела управления персоналом возросла при том, что штат отдела полностью не был укомплектован. Причиной увольнения с работы как истца, так и допрошенного свидетеля ФИО26., других работников ООО «Эковывоз» из числа административного персонала, как раз и явилась увеличившаяся нагрузка. В переписке истца с коллегами (ФИО27 и др.) употребляются фразы «тоже написали заявление?», «мне мое здоровье дороже», «немного выдохнула, надеюсь не буду увольняться, дел конечно много, меньше не становится», «стала заваливаться в своей работе. Не люблю так», «Мне отпуск не отпуск был. В выходные сяду табель делать», «Вчера в <данные изъяты> была, они план «выкатили» до 24. Не знаю, из каких сил еще тут держаться. ФИО28 вчера говорит, зачем в отпуск ходила и ФИО29 отпустила… Я вчера решила, что сегодня с заявлением пойду к директору. Но знаю, что он уговаривать начнет», «Я не знаю, сколько мы еще продержимся тут. Вот сама сижу и чего-то жду», «Пошли тогда. Пусть остаются сами…», «25 августа пишу и сама пойду к нему (имеется в виду директор)», «Мы с тобой найдем нормальную работу, а они пусть сами работают».

Из материалов дела следует, и указанное было подтверждено свидетелем ФИО30 26 августа 2025 года истцом и ФИО31 одновременно были поданы заявления об увольнении по собственному желанию в один день, что привело к тому, что в ООО «Эковывоз» не осталось сотрудников в <данные изъяты>.

При этом, как пояснила истец, изначально заявления были поданы 26 августа 2025 года с указанием дня увольнения «09 сентября 2025 года». Однако после того, как 29 августа 2025 года ей было предложено как работнику, подавшему заявление об увольнении, передать свой опыт и обучить своим навыкам иного работника, и она от этого отказалась, к концу рабочего дня 29 августа 2025 года директором организации был издан приказ о ее увольнении 29 августа 2025 года. В ответ на эти действия работодателя она написала второе заявление об увольнении ее 29 августа 2025 года и датировала его 26 августа 2025 года. При этом на нее никто давления не оказывал и написания второго заявления не требовал.

Свидетель ФИО32 пояснила, что даже обрадовалась тому, что ей не придется дожидаться наступления 09 сентября 2025 года, узнав, что будет уволена 29 августа 2025 года, почувствовала облегчение.

На вопросы судебной коллегии о том, в чем заключалось психологическое давление, нападки, откровенные оскорбления от ФИО33 из-за действий которой была вынуждена подать заявление об увольнении, истец ответила, что ФИО34 допускала в обращении к ней местоимение «Ты», а не «Вы», загружала работой, характерной не для начальника отдела управления персоналом, а присущей специалисту по кадрам.

В суде первой инстанции ФИО35. была допрошена в качестве свидетеля, которая отрицала факт какого-либо давления на ФИО1, пояснила, что в ее работу не вмешивалась, поручений ей не давала, ее профессиональные качества публично не оценивала, с ней не конфликтовала.

При этом истец, присутствовавшая в судебном заседании при допросе свидетеля ФИО36 вопросов ей не задавала, хотя в апелляционной жалобе указала, что к ее показаниям суду следовало отнестись критически, так как они не соответствовали действительности.

В суде первой инстанции в качестве представителя ответчика принимал участие директор ООО «Эковывоз» ФИО4, считавший приказ об увольнении законным, основанным на заявлении работника, поданным по доброй воле. К ФИО4 у истца также не было вопросов.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 пояснила, что после увольнения из ООО «Эковывоз» в ноябре 2025 года нашла себе другую работу, работает <данные изъяты> где заработная плата выше, чем в ООО «Эковывоз», нагрузка ниже: при численности персонала 160 сотрудников, тогда как в ООО «Эковывоз» численность персонала составляла более 600 человек.

При таких обстоятельствах, руководствуясь приведенным правовым регулированием, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, судебная коллегия исходит из того, что увольнение истца по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации произведено ответчиком в соответствии с требованиями действующего законодательства и на основании поданного истцом собственноручно оформленного заявления об увольнении, которое в установленные законом сроки отозвано не было, факты отсутствия у работника добровольного волеизъявления на подачу заявления об увольнении и наличия со стороны работодателя принуждения к увольнению в ходе судебного разбирательства своего подтверждения не нашли, доказательств отсутствия добровольного волеизъявления на подачу данного заявления в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено, действий, направленных на увольнение истца помимо ее воли, со стороны работодателя не установлено.

Повышение нагрузки работников <данные изъяты> при проведении организационно-штатных мероприятий и изменении системы оплаты труда работников организации являлось временным и само по себе не свидетельствует о понуждении работника к увольнению. Из представленных истцом доказательств в виде переписки следует, что напротив работодатель пытался укомплектовать штат работников отдела <данные изъяты>, разместив объявления о наличии соответствующих вакансий на цифровой платформе hh.ru.

При изложенных обстоятельствах решение суда первой инстанции об отказе в иске о признании незаконным приказа (распоряжения) о прекращении действия трудового договора с работником (увольнении) № № от 29 августа 2025 года, аннулировании записи об увольнении в трудовой книжке, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула является законным и обоснованным.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с решением суда первой инстанции в части отказа ФИО1 в иске о взыскании заработной платы за период с 22 по 24 апреля 2025 года, исходя из следующего.

В статье 106 Трудового кодекса Российской Федерации дается понятие времени отдыха, под которым понимается время, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению. К видам времени отдыха относятся, в частности, отпуска (статья 107 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 125 Трудового кодекса Российской Федерации отзыв работника из отпуска допускается только с его согласия, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Неиспользованная в связи с этим часть отпуска должна быть предоставлена по выбору работника в удобное для него время в течение текущего рабочего года или присоединена к отпуску за следующий рабочий год.

Согласно приказу от 17 апреля 2025 года № 536-о ФИО1 был предоставлен отпуск на 7 календарных дней с 21 по 27 апреля 2025 года на основании утвержденного графика отпусков (л.д. 16, том 1).

Вместе с тем, как следует из сведений системы безопасности Bolid о маршруте сотрудников (первый вход и последний выход) ФИО1 22 апреля с 07 час 58 мин. до 16 час. 52 мин., 23 апреля 2025 года с 07 час 56 мин. до 17 час, 24 апреля 2025 года с 08 час до 17 час 07 мин. находилась на территории ООО «Эковывоз» (л.д. 18, том 1), как утверждала истец, была вызвана руководителем организации с целью выполнения работы.

Как пояснила в суде апелляционной инстанции истец, приказ о ее отзыве из отпуска не издавался, самовольно подготовить проект такого приказа она не могла, так как директор ООО «Эковывоз» такого указания ей не давал. У работодателя сложилась практика, при которой при отзыве работника из отпуска приказ не издавался, но работник впоследствии имел право на другой день отдыха вместо отработанного дня в период отпуска. Поэтому выходя на работу 22, 23 и 24 апреля 2025 года, она планировала использовать другие дни отдыха в любое удобное для нее время. Однако в связи с увольнением 29 августа 2025 года она подала заявление на имя директора ООО «Эковывоз» о компенсации отработанных трех дней в отпуске с 22 по 24 апреля 2025 года (л.д. 62, том 1, л.д. 68, том 2).

На заявлении руководителем организации проставлена резолюция «ОК в приказ. 29 августа 2025 года».

Представитель ответчика пояснил, что проставление такой резолюции директором ООО «Эковывоз» не означает безусловную компенсацию отработанных в период отпуска дней. Изначально перед принятием решения о выплате компенсации следовало провести служебную проверку и установить, действительно ли работник в период отпуска привлекался к исполнению служебных обязанностей. В связи с тем, что своего подтверждения факт работы истца 22, 23 и 24 апреля 2025 года не нашел, оснований для оплаты указанных дней не возникло.

Судебная коллегия находит такие объяснения представителя ответчика противоречащими письменным доказательствам.

Так, истцом помимо сведений системы безопасности о проходе в здание, где располагается ее рабочее место, была предоставлена в чате WhatsApp с группой СОТ (Система оплаты труда Эковывоз) переписка по рабочим вопросам с участниками группы, куда помимо истца входили директор ООО «Эковывоз» ФИО4, ФИО37 и другие сотрудники из числа административного персонала, откуда видно, что переписка с ней осуществлялась и в дни нахождения ее в отпуске, ей давались указания (л.д. 101-102, том 2).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании заработной платы за период с 22 по 24 апреля 2025 года в размере 12 342,9 руб., указал, что в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств, подтверждающих ее выход на работу и осуществление трудовой функции в течение полного рабочего дня в период с 22 по 24 апреля 2025 года.

Вместе с тем суд не дал надлежащей оценки представленным истцом доказательствам в совокупности: заявлению ФИО1 о выплате компенсации с резолюцией директора ООО «Эковывоз» «ОК в приказ», переписке в чате, сведениям системы безопасности.

Ставя на заявлении работника резолюцию «ОК в приказ», руководитель организации выразил свою готовность компенсировать работу в период отпуска. Иного толкования данная резолюция не предполагает. Однако после обращения в суд ФИО1 компенсация не была начислена и выплачена.

Согласно справке ответчика предполагаемый размер заработной платы за работу 22, 23 и 24 апреля 2025 года составляет 14 194,29 руб., за вычетом налога на доходы физических лиц 12 349,29 руб.

При таких обстоятельствах в пользу истца подлежала взысканию денежная сумма в размере 14 194,29 руб. (включающая налог на доходы физических лиц).

Истцом предъявлялась ко взысканию заработная плата, исчисленная ею в размере 12 342,9 руб. Вместе с тем, учитывая, что истец не является бухгалтерским работником, не обладает специальными познаниями о порядке исчисления заработной платы, приходится наиболее слабой стороной в трудовых отношениях, судебная коллегия считает возможным выйти за пределы заявленных ею требований и взыскать в ее пользу причитающуюся ей заработную плату в полном размере, не ограничиваясь заявленной суммой.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Учитывая, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт нарушения права истца на отдых (получения соответствующей денежной компенсации за работу в период отпуска), судебная коллегия считает, что требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

При изложенных обстоятельствах, учитывая длительность нарушения права истца на получение денежной компенсации, степень вины работодателя, принцип разумности и справедливости, судебная коллегия считает, что компенсация морального вреда в размере 15 000 руб. будет соответствовать тем нравственным страданиям, которые были ею перенесены в результате незаконных действий работодателя, установленных при рассмотрении настоящего спора.

Несмотря на то, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания и при этом не допустить его неосновательного обогащения, поэтому оценку компенсации морального вреда в 100 000 руб., о чем заявлено истцом, судебная коллегия считает необоснованно завышенной.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы, признанные судом необходимыми (абзац девятый статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истец просила возместить ей понесенные по ведению дела почтовые расходы.

В подтверждение понесенных расходов она представила почтовые квитанции в приеме заказных писем от 29 сентября 2025 года и 31 октября 2025 года на общую сумму 772,88 руб. (л.д. 9, 21, том 1), которая подлежит взысканию в ее пользу. Принцип пропорциональности судебных расходов, подлежащих возмещению выигравшей в споре стороне, в указанной ситуации не применим, так как помимо требований имущественного характера были удовлетворены и неимущественные требования (компенсация морального вреда).

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 7 000 руб.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Курчатовского районного суда города Челябинска от 23 января 2026 года в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании заработной платы за период с 22 по 24 апреля 2025 года, компенсации морального вреда отменить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Эковывоз» в пользу ФИО1 в счет заработной платы за период с 22 по 24 апреля 2025 года 14 194,29 руб., в счет компенсации морального вреда 15 000 руб., в счет возмещения почтовых расходов 772,88 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Эковывоз» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 руб.

В остальной части это же решение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 06 мая 2026 года.

<данные изъяты>

<данные изъяты>