Апелляционное постановление № 22-10865/2025 от 26 ноября 2025 г. по делу № 1-498/2025

Судья Трунова О.В. Дело <данные изъяты>

<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 ноября 2025 года <данные изъяты>

Московский областной суд в составе председательствующего судьи Дворягиной О.В.,

при помощнике судьи Алексуткине А.С.,

с участием прокурора Проскуриной О.О.,

потерпевшей Потерпевший №1,

представителя потерпевшей – адвоката Щ.,

осужденного ФИО1,

адвоката Петербургского М.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы представителя потерпевшей – адвоката Щ., адвоката Петербургского М.И. на приговор Орехово-Зуевского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым

ФИО1, <данные изъяты>

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 (два) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня прибытия в колонию-поселение, зачтено в срок лишения свободы время следования к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием из расчета один день за один день.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 о компенсации морального вреда оставлен без рассмотрения, сохранено право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Взыскано в пользу потерпевшей Потерпевший №1 процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителей потерпевшей – ИП А. и адвоката Щ. в размере 7 800 (семь тысяч восемьсот) рублей, за счет средств федерального бюджета, с возложением обязанности по оплате на ГУ МВД России по <данные изъяты>.

Взыскано с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителей потерпевшей – ИП А. и адвоката Щ. на предварительном следствии в размере 7 800 (семь тысяч восемьсот) рублей.

Взыскано из средств федерального бюджета в пользу потерпевшей Потерпевший №1 расходы, связанные с выплатой вознаграждения ее представителю в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей.

Взыскано с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 50 000 (пятидесяти тысяч) рублей.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Дворягиной О.В., объяснения потерпевшей Потерпевший №1, представителя потерпевшей – адвоката Щ., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Петербургского М.И., осужденного ФИО1, адвоката Петербургского М.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы представителя потерпевшей – адвоката Щ., мнение прокурора Проскуриной О.О., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб,

установил:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом, и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния не признал.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Потерпевший №1 – адвокат Щ. просит приговор суда изменить, усилить осужденному основное наказание в виде лишения свободы до 5 лет, увеличить размер взысканных процессуальных издержек до 250 000 рублей, поскольку при рассмотрении уголовного дела в суде апелляционной инстанции осужденный вину не признал, в содеянном не раскаялся, гражданский иск не признал, не принес извинений потерпевшей, не помог ей материально, зная, что после трагической гибели ее супруга она осталась одна с двумя детьми и четырьмя кредитами. Только на последнем судебном заседании ФИО1 формально извинился. При этом суд не учел, что у потерпевшей имеется дочь 18 лет и сын 17 лет, которые также хотели бы учиться и жить на том же уровне, на котором жили до совершения осужденным преступления, в результате которого погиб их отец. Назначенное судом наказание не соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного ввиду чрезмерной мягкости. Кроме того, сумма процессуальных издержек, взысканных в пользу потерпевшей чрезмерно занижена.

В апелляционной жалобе адвокат Петербургский М.И., действуя в защиту осужденного ФИО1, просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение, поскольку показания свидетеля Свидетель №2 противоречивы и непоследовательны, он лгал в суде, что ГАЗель не передана ему на ответственное хранение, сообщил о том, что не писал заявления об угоне, а затем сообщил, что следователи сами за него все сделали. Были проведены не все экспертизы – отсутствует экспертиза установки ГБО, пожарная экспертиза, эксперт не уполномочен проводить видеотехническую экспертизу, хотя видео является одним из основных доказательств по делу, отказано в проведении дополнительных экспертиз, отказано в допросе эксперта, суд не исследовал обстоятельства возгорания, не принял во внимание заключение специалиста о том, что причинная связь ДТП состоит в действиях водителя ГАЗели, превысившим скорость. Суд не провел полную оценку доводов защиты, не мотивировал свои доводы, не учел действия обвиняемого по спасению жизни водителя и попытки спасти пассажира, не учел, что ФИО1 получил ожоги верхних частей тела, спасая жертв ДТП из огня. Суд не отразил в приговоре обстоятельство отсутствия отметки в ПТС установки ГБО, что напрямую связано с гибелью пассажира. Суд не дал оценки доводам защиты о возвращении дела на дополнительное расследование для установления вины второго водителя. Водитель ГАЗели двигался на желтый (запрещающий) сигнал светофора при превышении скорости, и видя поворачивающий грузовик, ускорился перед светофором, а не тормозил. Суд признал все доказательства и доводы защиты недопустимыми доказательствами или оставил таковые без рассмотрения и мотивировки, что создает сомнение в объективности и справедливости приговора. Между действиями осужденного и смертью нет прямой причинной связи. Суд первой инстанции не дал мотивированного ответа на ключевые доводы защиты что само по себе является основанием для отмены и изменения приговора.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник Орехово-Зуевского городского прокурора <данные изъяты> считает приговор законным и обоснованным, поскольку показания свидетелей по уголовному делу являются последовательными, логичными, согласуются с исследованными по делу доказательствами, противоречий не установлено. Порядок назначения экспертиз по уголовному делу не нарушен, исследования проведены в соответствии с требованиями закона, квалифицированными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, были подробнейшим образом исследованы. Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, содержит существо обвинения, место и время совершения преступления, его способ, мотивы и цели, последствия, другие обстоятельства, имеющие значение по делу. Доводы защиты о том, что возгорание автомобиля произошло из-за установки на автомобиле ГАЗель газового оборудования не подтверждается материалами уголовного дела. Таим образом, приговором суда вина ФИО1 подтверждается в полном объеме. Нарушений норм УК РФ и УПК РФ при вынесении итогового судебного решения не установлено. Наказание ФИО1 назначено с учетом всех смягчающих обстоятельств, в том числе учтены наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики с места работы и учебы. Судом обоснованно указано, что исправление подсудимого невозможно без изоляции от общества, поскольку данное наказание будет отвечать закрепленным в УК РФ целям исправления и предупреждения совершения новых преступлений. Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ ФИО1 при назначении наказания не имелось, поскольку в результате нарушения им норм ПДД РФ погиб человек. Назначение наказания условно будет противоречить целям ст. 43 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участвующие в деле стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Рассмотрение уголовного дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон, с обоснованием сделанных выводов собранными по делу доказательствами, проверенными на предмет их относимости и законности, оцененными каждое в отдельности и в сопоставлении друг с другом, признанными в совокупности достаточными для установления обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. При этом суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные участниками процесса ходатайства, которые были рассмотрены судом в полном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивировки принятых решений: с учетом, представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости и возможности в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и не выходят за рамки судебного усмотрения, применительно к нормам ст. ст. 7, 17 УПК РФ. Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не имеется.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Нарушений принципа состязательности сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Доказательства, приведенные в приговоре, были проверены в ходе судебного следствия, и суд дал им надлежащую оценку.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не соглашаться с данной оценкой доказательств и выводами суда, поскольку достоверность и допустимость указанных в приговоре доказательств, сомнений не вызывает.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ приговор в отношении ФИО1, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, цели и последствий преступления, при этом в приговоре перечислены доказательства и раскрыто их содержание, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, а также содержит мотивированные выводы о квалификации действий осужденного и назначении ему наказания.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Петербургского М.И., вывод суда о виновности осужденного в совершении инкриминируемого ему деяния является обоснованным, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтвержден совокупностью тщательно исследованных и объективно проверенных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, которые являются допустимыми и достаточными, а именно:

- показаниями свидетеля Свидетель №1, оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых <данные изъяты> он с Ц. и Свидетель №2 на автомобиле марки «Газель» регистрационный знак <данные изъяты> ехали в сторону <данные изъяты>. Он сидел в данном автомобиле на заднем пассажирском сиденье с левой стороны, Ц. сидел справа на переднем пассажирском сиденье, автомобилем управлял Свидетель №2 Когда они выехали на дорогу «Москва-Касимов» проезжая часть была мокрая, двигались они в сторону <данные изъяты>. Автомобиль ехал со скоростью примерно 50-70 км/ч. Они приблизились к перекрестку, который оборудован светофором, когда они проезжали данный светофор, зеленый свет стал моргать, также по встречной полосе ехал автомобиль самосвал, который перед ними стал поворачивать налево, в этот момент Свидетель №2 нажал на педаль тормоза, произошло столкновение автомашин, отчего в газели разбились все стекла и он вылез в окно, возле которого сидел, Ц. был жив, но ему ноги зажало двигателем, Свидетель №2 тоже был жив, его придавило рулем, из-за чего они не могли вылезти из автомобиля. Когда он вылезал, то автомобиль стал гореть. После случившегося ДТП проезжавшие автомобилисты стали тушить автомобиль своими огнетушителями, но огонь не сбивался, также в это время другие автомобилисты, отжав руль, достали Свидетель №2, который был жив и находился в непонятном для него состоянии. После чего автомобиль Газель вспыхнул, и его объяло огнем. В автомобиле оставался Ц., который погиб;

- показаниями свидетеля Свидетель №2, допрошенного в судебном заседании, согласно которых <данные изъяты> он, его брат Ц. и Свидетель №1 ехали на Газели на работу по <данные изъяты>, дорога была влажная, были мелкие осадки, освещение было хорошее. Он ехал со скоростью 60-70 км/час. Перед ними горел зеленый свет, на светофоре цифры были 5-4 на их полосе движения. Они пересекали перекресток, и произошло ДТП, т.к. им не уступила дорогу грузовая машина, он должен был завершить маневр, а машина повернула перед ним. Водитель грузовой машины сидел возле нее, со слов Свидетель №1 его вытаскивал человек, который ехал в машине сзади. Он не видел, чтобы перед завершением маневра, автомобиль встречной полосы включил знак поворотного сигнала;

а также письменными материалами уголовного дела:

- протоколом осмотра места происшествия от <данные изъяты>, согласно которому осмотрен участок местности, являющийся местом ДТП от <данные изъяты> и изъят CD-R диск;

- протоколом осмотра документов от <данные изъяты>, согласно которому осмотрен CD-R диск с видеозаписью ДТП от <данные изъяты>, на котором зафиксирован момент столкновения автомобиля марки «SHACMAN <данные изъяты>», регистрационный знак <данные изъяты> с автомобилем марки «ГАЗ 330232» регистрационный знак <данные изъяты>;

- протоколом осмотра предметов от <данные изъяты>, согласно которому автомобиль марки «ГАЗ 330232» регистрационный знак <данные изъяты> был осмотрен и на нем обнаружены повреждения, полученные в результате ДТП;

- протоколом осмотра предметов от <данные изъяты>, согласно которому осмотрен автомобиль марки ««SHACMAN <данные изъяты>», регистрационный знак <данные изъяты> и на котором обнаружены повреждения, полученные в результате ДТП: повреждения с правой стороны кабины в виде замятия бампера, в котором отсутствует фара, отсутствует металлическая накладка, пассажирская дверь имеет замятие, сколы и царапины;

- заключением эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты> из которого следует, что Ц. причинены следующие телесные повреждения: nермические ожоги IV степени всей поверхности тела (100%). При исследовании трупа установлен термический ожог всей поверхности тела, который возник от воздействия высокой температуры, наличие копоти в дыхательных путях и карбоксигемоглобина в крови в концентрации 29% свидетельствуют о воздействии пламени прижизненно. Термический ожог 4 степени всей поверхности тела по признаку вред здоровью опасной для жизни относится к тяжкому вреду здоровья согласно п. <данные изъяты> медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека утвержденных Приказом <данные изъяты> н Минздравсоцразвития РФ от <данные изъяты> Смерть Ц. наступила от обширного термического ожога всей поверхности тела 4 степени, осложнившейся ожоговым шоком, и находится в прямой причинной связи с причинением тяжкого вреда здоровью;

- заключением судебной автотехнической экспертизы <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно которому водитель автомобиля «SHACMAN <данные изъяты>» в сложившейся дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованием пункта 13.4 ПДД РФ. Водитель автомобиля «ГАЗ 330252» в сложившейся дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться: при выборе скорости движения требованием пункта 10.1 абз.1 ПДД РФ с учетом Приложения 1 к ПДД РФ «Дорожные знаки» в части требования знака 3.24; при проезде перекрестка требованиями пунктов 6.13 и 6.14 абз.1 ПДД РФ; при возникновении опасности требованием п.10.1 абз.2 ПДД РФ. Расстояние, на котором автомобиль «ГАЗ 330232» находился от знака 6.16 «стоп-линия» (светофорного объекта) в момент смены режима работы светофорного объекта на желтый сигнал, при скорости движения 65 км/ч, составляет значение около 24,5 м. Водитель автомобиля «ГАЗ 330232» с учетом п.6.14 абз.1 ПДД РФ мог продолжить движение с выездом на перекресток на желтый сигнал светофора. В действиях водителя автомобиля «SHACMAN <данные изъяты>» в заданной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованию пункта 13.4 ПДД РФ. Поскольку заданная скорость движения автомобиля «ГАЗ 330232» (65 км/ч) превышает максимально разрешенную на данном участке дороги (50 км/ч) согласно дорожному знаку 3.24 ПДД РФ, то в действиях его водителя усматривается несоответствие требованию пункта 10.1 абз.1 с учетом Приложения 1 к ПДД РФ «Дорожные знаки» в части требования знака 3.24. В действиях водителя автомобиля «ГАЗ 330232», с технической точки зрения, не усматривается несоответствия требованиям пунктов 6.13 и 6.14 абз.1 ПДД РФ;

и иными доказательствами, приведенными в приговоре.

В соответствии с требованиями закона в приговоре раскрыто содержание указанных доказательств.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность собранных по делу доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого ему преступления.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ, оценены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, в приговоре содержится их всесторонний анализ, указанные доказательства суд обоснованно признал допустимыми, достоверными, относимыми и, в совокупности достаточными для признания доказанной вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении, при этом, выводы суда мотивированы, в связи с чем, оснований для их пересмотра не имеется.

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает.

Оснований не доверять приведенным показаниям потерпевшей, свидетелей, письменным доказательствам, не имеется, поскольку они без каких-либо существенных противоречий согласуются между собой, соответствуя приведенным в приговоре доказательствам, отражая истинную картину имевших место событий, при этом, оснований для оговора указанными лицами осужденного ФИО1, не установлено.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав им в приговоре надлежащую оценку.

Экспертные исследования в проведенных по делу и положенных в основу приговора экспертизах, выполнены с соблюдением установленных законом норм, необходимых методов экспертных исследований, на основе имеющихся конкретных данных об обстоятельствах преступления, надлежащим образом зафиксированных и находящихся в материалах уголовного дела.

Заключения экспертов мотивированы, в них указано кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны соответствующие выводы.

Сами заключения составлены компетентными лицами, полно, грамотно, в соответствии с требованиями закона, учетом достижений науки, они согласуются с содержащимися в уголовном деле доказательствами, при этом эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, а сами экспертизы назначены в рамках предварительного следствия, должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело.

Нарушений требований УПК РФ при назначении и проведении данных экспертиз не допущено, в связи с чем, оснований для признания экспертных заключений недопустимыми доказательствами не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Петербургского М.И., оснований ставить под сомнение изложенные в экспертных заключениях выводы у суда первой инстанции не имелось, так как они являются непротиворечивыми и понятными, в связи с чем было обоснованно отказано в назначении дополнительной экспертизы и допросе эксперта.

Исходя из совокупности собранных доказательств, судом правильно установлены фактические обстоятельства содеянного, значимые для разрешения дела по существу, и дана правильная юридическая оценка действиям осуждённого ФИО1, в связи с чем, его действия правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, доводы жалобы о незаконной установке газового оборудования на автомашине Газель, поскольку, как обоснованно установлено судом, причиной дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погибший был зажат в автомобиле, после чего произошло возгорание, явилось нарушение водителем ФИО1 п. 13.4 Правил дорожного движения, в связи с чем оснований для назначения пожаротехнической экспертизы и экспертизы установки ГБО, в суде первой инстанции не требовалось.

Факт того, что автомобиль ГАЗель был украден и не предъявлен для ознакомления стороне защиты, не является основанием для отмены обжалуемого решения, учитывая, что в материалах дела имеется протокол осмотра указанного автомобиля, который выбыл из владения собственника по независящим от него причинам, в связи с чем был выделен в отдельное производство материал по факту кражи указанного автомобиля, при этом анализ защитника в суде апелляционной инстанции обоснованности возбуждения уголовного дела, а также показаний свидетеля Свидетель №2 в части утраты автомобиля, написания им заявления, не является предметом рассматриваемого уголовного дела, и не является основанием для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ДТП произошло по вине водителя ГАЗели, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они опровергаются видеозаписью, имеющейся в материалах дела и заключением автотехнической экспертизы, из которых следует, что ФИО1, управляя автомобилем «SH<данные изъяты>», при повороте налево по зеленому сигналу светофора был обязан уступить дорогу «ГАЗ 330232», под управлением Свидетель №2, движущемуся со встречного направления направо, однако, не сделал этого, в результате чего произошло ДТП.

При этом тот факт, что Свидетель №2 проезжал перекресток на мигающий желтый сигнал светофора, не свидетельствует об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, поскольку согласно пункту 6.14 Правил дорожного движения РФ, водителям, которые при включении желтого сигнала не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение. Таким образом, до произошедшего ДТП при разъезде на перекрестке Свидетель №2 имел преимущественное право движения на светофоре, однако, ФИО1, проигнорировав ПДД РФ, не убедился в безопасности совершаемого им маневра, вследствие чего произошло ДТП, при этом доводы жалобы об ускорении автомобиля ГАЗель не подтверждаются исследованной видеозаписью, а превышение скорости не состоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

Доводы стороны защиты о необходимости возвращения дела для дополнительного расследования для установления вины второго водителя, суд апелляционной инстанции не принимает во внимание, поскольку в силу ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, что исключает разрешение вопросов о виновности иного лица в рамках рассматриваемого уголовного дела.

Ссылка апелляционной жалобы на отсутствие полномочий у эксперта на проведение видеотехнической экспертизы, не основана на материалах дела, поскольку такая экспертизы в рамках расследования не проводилась.

Доводы о том, что судом было не принято во внимание заключение специалиста, являются необоснованными, поскольку в силу требований ст. 58, 86 - 88 УПК РФ данное лицо не наделено полномочиями по самостоятельной оценке доказательств по делу, субъектом этой оценки не является и не вправе проводить исследование доказательств и формулировать какие-либо выводы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Петербургского М.И., выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, каких-либо предположительных суждений судом не допущено, а также не установлено и каких-либо не устраненных судом существенных противоречий по обстоятельствам дела и сомнений в виновности осужденного ФИО1, требующих истолкования в его пользу.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе стороны защиты, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены приговора.

Доводы апелляционной жалобы о незаконности и необоснованности приговора, несогласии с оценкой доказательств, их принятием и исследованием, по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией осужденного, его защитника не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для вмешательства в судебное решение.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при расследовании и рассмотрении дела, которые путем лишения либо ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства либо иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Согласно ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание. При этом учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, смягчающие наказание обстоятельства, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, данные о личности осужденного, который не судим, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, по месту жительства и работы характеризуется положительно, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Также, судом учтены цели наказания, указанные в ст. 43 УК РФ, заключающиеся в восстановлении социальной справедливости, исправлении осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1, суд признал наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Петербургского М.И. судом обоснованно не признано в качестве смягчающего наказание обстоятельства оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, учитывая, что данные обстоятельства не подтверждаются показаниями допрошенных по делу свидетелей, а также опровергаются показаниями свидетеля Свидетель №2, который в суде первой инстанции пояснил, что водитель ФИО1 во время возгорания сидел возле своего автомобиля, при этом представленное в материалы дела медицинское заключение об имеющихся ожогах у осужденного, суд апелляционной инстанции не принимает во внимание, поскольку ФИО1 обратился за медицинской помощью непосредственно не в день ДТП, в связи с чем достоверно судить о получении указанных ожогов <данные изъяты>, с учетом показаний свидетелей, не представляется возможным.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденному, суд обоснованно не установил.

С учетом всех обстоятельств, суд первой инстанции сделал правильные выводы о том, что ФИО1 за совершенное преступление следует назначить наказание, связанное с реальным лишением свободы, с назначением дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Решение суда о возможном исправлении осуждённого только в условиях изоляции от общества в приговоре мотивировано и с данным решением соглашается суд апелляционной инстанции.

Все заслуживающие внимание обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному.

Представителем потерпевшего в апелляционной жалобе не приведено обстоятельств, которые судом не были бы учтены при определении вида и размера назначенного судом как основного, так и дополнительного наказания, при этом мнение потерпевшего к таковым действующим уголовным законом не отнесено. Кроме того, моральные и нравственные страдания потерпевшей, ее семьи, неоказание материальной помощи со стороны осужденного, не влияют на определение срока размера наказания в силу ч. 3 ст. 60 УК РФ, установление которого является прерогативой суда.

Приведенные в жалобе доводы представителя потерпевшей о назначении осужденному наказания без учета его непризнания вины, не возмещением ущерба, не являются предусмотренным законом основанием для усиления наказания, назначенного осужденному, тем более, характер и степень общественной опасности, совершенного преступления судом в достаточной степени учтены.

Решение суда о наказании в приговоре мотивировано и с данным решением соглашается суд апелляционной инстанции.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции не имеется.

Каких-либо сведений, свидетельствующих о невозможности отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья, у суда первой инстанции не имелось, и суду апелляционной инстанции не представлено.

Судом первой инстанции не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, в связи с чем, суд обоснованно не нашел оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. ст. 64, 73, 53.1, ч. 6 ст. 15 УК РФ. Решение суда в указанной части мотивировано, и оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется, учитывая данные о личности осужденного, конкретные фактические обстоятельства совершенного преступления, его характере и степени общественной опасности.

Вид исправительного учреждения назначен осуждённому ФИО1 правомерно в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст.58 УК РФ, в виде колнии-поселения.

Все существенные обстоятельства, имеющие значение для дела были известны суду первой инстанции и учтены им при определении вида и размера основного и дополнительного наказания ФИО1, которое является справедливым, соответствующим общественной опасности содеянного и личности виновного, а также закрепленным в уголовном законе принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Таким образом, справедливость назначенного осужденному ФИО1 наказания сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, оно соответствует тяжести, общественной опасности совершенного им преступления, личности виновного, не превышает установленного законом предела, полностью отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям и задачам исправления осуждённого, предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам гуманизма.

При указанных обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего о необходимости усиления наказания осужденному, не основаны как на законе, так и на фактических обстоятельствах дела и не содержат суждений, почему основания, положенные судом при определении срока основного вида наказания, не соответствуют положениям ст. ст. 6, 60, 43 УК РФ.

Решение суда первой инстанции о сохранении права потерпевшей на обращение с гражданским иском в порядке гражданского судопроизводства, принято обоснованно.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из обвинения нарушение ФИО1 требований п. 1.5. ПДД РФ, обязывающих участников дорожного движения действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, так как, указанные нормы являются общими требованиями и по сути предъявленного обвинения не находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями. Исключение из обвинения нарушения ФИО1 п. 1.5 ПДД РФ не увеличивает объем обвинения, не нарушает его право на защиту.

Исключение из объема обвинения нарушений ФИО1 п. 1.5 ПДД РФ, не является основанием для снижения назначенного по УК РФ наказания, поскольку общественная опасность и фактические обстоятельства содеянного не изменились.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшего, принимая решение о возмещении процессуальных издержек в виде расходов потерпевшего на услуги представителя в ходе предварительного следствия, суд учел, что в соответствии с п. 22(3) "Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного суда РФ", утвержденного Постановлением Правительства РФ от <данные изъяты> N 1240, расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения его представителю, возмещаются за счет средств федерального бюджета в ходе досудебного производства на основании постановления дознавателя, следователя, прокурора в размерах, обоснованных подтверждающими документами, но не превышающих 1 560 рублей за один день участия представителя потерпевшего по уголовному делу, в связи с чем с учетом количества следственных действий, проведенных с участием представителей потерпевшей А. и Щ., размер процессуальных издержек определен судом верно.

Вместе с тем, принимая решение о взыскании процессуальных издержек за участие представителя потерпевшей Щ. в суде первой инстанции, суд не учел, что договор, представленный потерпевшей был заключен с представителем и на участие при расследовании дела, и на рассмотрение дела в суде, не выяснил, каким образом разграничивалась эта сумма по стадиям рассмотрения дела, документов, подтверждающих разграничение истребуемой суммы не запросил.

Суд апелляционной инстанции лишен возможности без указанных документов проверить правильность произведенных расчетов, в связи с чем приговор в указанной части подлежит отмене, с передачей на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, влекущих его безусловную отмену, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Приговор Орехово-Зуевского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении ФИО1 – изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании обстоятельств ДТП указание на нарушение ФИО1 п. 1.5 ПДД РФ.

Этот же приговор в части взыскания в пользу потерпевшей Ц. процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг представителя Щ. в суде первой инстанции, с последующим взысканием в пользу федерального бюджета с осужденного ФИО1 - отменить, уголовное дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в Орехово-Зуевский городской суд <данные изъяты> иным составом суда в порядке статей 397, 399 УПК РФ.

В остальном этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционную жалобу представителя потерпевшей – адвоката Щ. – удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Петербургского М.И. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п. 1 ч. 1 и п.1 ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационной жалобы, представления.

В случае подачи кассационных жалоб, либо представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья О.В. Дворягина