Решение № 2-2533/2019 2-2533/2019~М-1878/2019 М-1878/2019 от 22 июля 2019 г. по делу № 2-2533/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 июля 2019 года Свердловский районный суд г. Иркутска

в составе: председательствующего судьи Камзалаковой А.Ю.,

при секретаре Карёгиной А.Е.,

с участием: представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2533/2019 по исковому заявлению ФИО5 к Индивидуальному предпринимателю ФИО6 об установлении факта трудовых отношений, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд г. Иркутская обратилась ФИО5 с иском к ИП ФИО6 об установлении факта трудовых отношений, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что истец в октябре 2017 обратилась с целью трудоустройства в кафе автомойки «Дискавери» по адресу: <адрес обезличен>, где ей было предложено пройти стажировку. Никакие документы при этом не подписывались, в том числе трудовой договор, свои документы истец также не предоставляла. При этом, у истца уточнили паспортные данные, отсканировали отпечатки трех пальцев. При трудоустройстве истца известили о почасовой оплате труда – 100 руб. в час, чаевые уходят в доход официанта в полном объеме. Стажировку истец проходила в течение 10 дней. Во время стажировки истец наблюдала за работой официантов, помогала на кухне. Через 10 дней истец приступила к исполнению своих обязанностей по обслуживанию гостей с 08.00 часов до 24.00 часов по графику две через двое. Перерыв на обед предусмотрен не был. Во время прихода и ухода с работы, истец прикладывала пальцы к электронному устройству расположенному в помещении автосервиса СТО «Кузя», принадлежащего ИП ФИО3, данные о времени ухода и прихода в дальнейшем, передавались в офисное помещение на втором этаже автосервиса. Затем данные с компьютера распечатывались и передавались сыну ИП ФИО3 – ФИО26 Павлу. В соответствие с указанными данными, Павел производил начисление и выплату заработной платы. Заработная плата выплачивалась два раза в месяц: с 5 по 7 число месяца и с 20 по 22 число месяца, выдавалась в конвертах. В кафе «Дискавери» истец отработала с октября 2017 по январь 2018. В связи с тем, что в кафе СТО «Кузя» по адресу: <адрес обезличен> уволился бармен, второй бармен указанного кафе предложила работу истцу. По согласованию с управляющей кафе «Дискавери» ФИО6, истец перешла на работу в указанное кафе на должность бармена. Условия труда в кафе СТО «Кузя» были аналогичны условиям работы в кафе «Дискавери» за исключением того, что работа оплачивалась 110 руб. в час. Режим работы с 08.00 часов до 21-22 часов вечера, в зависимости от клиентов. Работая барменом, истец также исполняла обязанности администратора и официанта. Помимо продажи, приготовления напитков, истец занималась оформлением заявок на продукцию фирмы «Пепсико». По телефону истец делала заказ в фирму «Пепсико», представляясь «Вас беспокоит ИП ФИО3», после поступления продукции рассчитывалась с фирмой денежными средствами, предоставленными ФИО26 Павлом, расписывалась в товарной накладной, которую передавала сыну ФИО3 Задолженности по выплате заработной платы у ИП ФИО6 перед истцом не было. Вместе с тем, <Дата обезличена> при обращении на 7 сроке беременности к ФИО6 о выплате денежных средств причитающихся в связи с уходом в отпуск по беременности и родам, ФИО6 пообещала что все выплатят, но надо подождать. ФИО3, его сын ФИО26 Павел также пообещали все выплатить. До настоящего времени денежные средства в связи с отпуском по беременности и родам истцу не выплачены. Также работодатель отказался принять больничный лист от мужа истца. На основании изложенного, увеличив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец просила суд установить факт трудовых отношений с ИП ФИО6 в должности официанта с октября 2017 по январь 2018, в должности бармена с января 2018 по настоящее время, взыскать с ИП ФИО6 в свою пользу пособие по беременности и родам в сумме 182000 руб., взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 руб.

В судебное заседание истец ФИО5 не явилась, письменным заявлением просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца в соответствие с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении.

Ответчик ИП ФИО10 в судебное заседание не явилась, письменным заявлением просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика в соответствие с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, при этом указав, что ее доверитель никогда не состояла в трудовых отношениях с истцом.

Представитель третьего лица ФИО12 разрешение вопроса оставил на усмотрение суда.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, обозрев гражданское дело № 2-1496/2019, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 "О трудовом правоотношении" (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным Графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального Трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме Не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации). Правом на заключение трудового договора с работником обладает не только работодатель, но и его уполномоченный на это представитель.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ответчик ФИО13 является индивидуальным предпринимателем, дата внесения в ЕГРИП записи, содержащей указанные сведения – <Дата обезличена>.

Как следует из искового заявления, пояснений стороны истца, в должности официанта истец работала у ИП ФИО6 в период с октября 2017 по январь 2018 по адресу: <адрес обезличен>, в должности бармена с января 2018 по настоящее время по адресу: <адрес обезличен>.

В обоснование правовой позиции о наличии факта трудовых отношений, суду истцом представлены следующие доказательства.

В соответствие со свидетельством о заключении брака <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, заключен брак между ФИО14 и ФИО16, после заключения брака, жене присвоена фамилия ФИО27.

Из листка нетрудоспособности выданного ОГБУЗ ИГП <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, местом работы ФИО15 указано - ИП ФИО3, листок нетрудоспособности выдан на период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>.

Согласно справке о постановке на учет в раннем сроке беременности выданной ОГБУЗ «ИГП <Номер обезличен>» г. Иркутска, местом работы ФИО5 также указан ФИО3

В связи с чем, в представленных суду медицинских документах местом работы истец указывает ИП ФИО3, а не ИП ФИО6, пояснений сто стороны истца в ходе судебного разбирательства не дано.

От замены стороны ответчика, в ходе судебного разбирательства сторона истца отказалась.

По ходатайству стороны истца судом были направлены запросы в организации с целью истребования счет-фактур, поскольку, как следует из пояснений стороны истца, работая барменом, ФИО5 работала с поставщиками, расписывалась в соответствующих накладных, счетах фактурах.

Судом запросы были направлены в три организации: ООО «Компания Элит Трейд», ООО «Пепсико Холдинг» и ООО «Пятая Армия».

В ходе судебного разбирательства ФИО1, получившая на руки судебные запросы для передачи их в соответствующие организации запрос в ООО «Пятая Армия» не передала, просила суд не направлять указанный запрос, ходатайство сняла.

В поступивших по запросу суда счетах-фактурах / накладных из ООО «Компания Элит Трейд» за период с марта по ноябрь 2018 года, подписи ФИО27 (ФИО8) Л.В. отсутствуют.

В поступивших счетах-фактурах / накладных из ООО «Пепсико Холдинг» за период с марта по ноябрь 2018 года, на двух счетах фактурах – от <Дата обезличена> и <Дата обезличена> в графе получил указано: «Бармен ФИО16, далее идет подпись ФИО8».

Вместе с тем, в качестве покупателя товара, в накладных в качестве покупателя указан ИП ФИО3.

В иных счетах-фактурах / накладных, в том числе, где в качестве покупателя указана ИП ФИО6, подписи бармена ФИО8 или ФИО5 отсутствуют.

Анализируя представленные истцом письменные доказательства, суд приходит к выводу, что из представленных в материалы документов, в том числе, заверенных разными юридическими лицами, работа истца именно у ИП ФИО6, не подтверждается.

Более того, в представленных стороной ответчика аналогичных счетах-фактурах за указанные даты, подпись бармена ФИО16 отсутствует.

В ходе судебного разбирательства суд неоднократно предлагал истцу представить любые доказательства, в том числе, аудиозаписи, СМС переписку, медицинскую книжку с отметками о прохождении медосмотра, в подтверждение факта трудовых отношений с ответчиком, однако таких доказательств истцом в силу ст.56 ГПК РФ не представлено.

Допрошенная в качестве ФИО4 со стороны истца ФИО17, бывшая одноклассница истца, суду показала, что дважды приезжая на СТО «Кузя», в мае 2018 и октябре 2018, видела свою одноклассницу ФИО5 в кафе, где она работала барменом, при этом в какой именно организации работала истец, ФИО4 не известно.

У суда нет оснований не доверять показаниям ФИО4, вместе с тем, из свидетельских показаний установить факт работы истца у ИП ФИО6 не представляется возможным.

Допрошенный в качестве ФИО4 управляющий СТО «Кузя» ФИО18 суду показал, что знает ФИО1, она знакомая ФИО6, дочь ФИО1 – ФИО5 ФИО4 не знает.

У суда нет оснований не доверять показаниям ФИО4, показания которого стабильны, не противоречивы, подтверждаются иными собранными по делу доказательствами, при этом суд учитывает, что с ИП ФИО6 ФИО4 в трудовых либо дружеских отношениях не состоит.

Как следует из пояснений представителя ответчика, ФИО5 у ИП ФИО6 никогда не работала ни в качестве официанта, ни в качестве бармена, в подтверждение чего представила суду следующие доказательства.

Письмом <Номер обезличен> от <Дата обезличена> ФИО6 сообщает, что ФИО19 в трудовых отношениях с ИП ФИО6 никогда не состояла и не состоит. Далее в письме указаны сотрудники ИП ФИО6: ФИО20 – администратор с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, Свидетель №1 – повар с <Дата обезличена>, ФИО21 – шеф-повар с <Дата обезличена>, ФИО22 – бармен с <Дата обезличена>, ФИО23 – бармен с <Дата обезличена>.

Заявленные в качестве ФИО4 Свидетель №1 и ФИО22, явка которых стороной ответчика была обеспечена, после перерыва в судебное заседание не явились, по причине выезда за пределы г. Иркутска, в подтверждение чего суду представлены копии электронных билетов, стороны на допросе ФИО4, в том числе представитель истца, не настаивали.

ФИО4, ФИО9, ходатайство о допросе которых было удовлетворено судом, со слов представителя истца, отказались давать показания в суде.

Как ранее судом было установлено, статус ИП ответчик приобрела <Дата обезличена>.

Контрольно-кассовая техника ИП ФИО6 была зарегистрирована <Дата обезличена>, по адресу <адрес обезличен>, что следует из карточки регистрации контрольно-кассовой техники <Номер обезличен>.

Согласно выписке из ЕГРН об объектах недвижимости от <Дата обезличена><Номер обезличен>, нежилое здание (административно-бытовой корпус) по адресу: <адрес обезличен> принадлежит на праве собственности ФИО24 с <Дата обезличена>.

По договору <Номер обезличен> от <Дата обезличена> ФИО24 предоставил ФИО6 часть помещения под объект по оказанию услуг общепита и проведения досуга клиентов на втором этаже здания, расположенного по адресу: <адрес обезличен>, что также подтверждается актом приема-передачи.

Как следует из пояснений представителя ответчика, до апреля 2018 ФИО6 не являлась арендатором площади по адресу: <адрес обезличен>, в связи с чем, не могла принимать на работу истца барменом в январе 2018.

В соответствие со справкой <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> у ИП ФИО6 отсутствовала штатная единица «официант», в связи с небольшим потоком клиентом, обязанности официанта исполняла ИП ФИО6, что также подтверждается представленными в материала дела: приказом <Номер обезличен>-об от <Дата обезличена> «Об утверждении штатного расписания», приказом <Номер обезличен>-об от <Дата обезличена> «Об утверждении штатного расписания», приказом от <Дата обезличена><Номер обезличен>-об «Об утверждении штатного расписания», приказом от <Дата обезличена><Номер обезличен>-об «Об утверждении штатного расписания», приказом от <Дата обезличена><Номер обезличен>-об «Об утверждении штатного расписания», штатными расписаниями на 2017 год, на период с <Дата обезличена>.

Согласно представленным суду штатным расписанием на период с <Дата обезличена>, введена единица бармена, в штатном расписании с <Дата обезличена>, <Дата обезличена>, также есть единица бармена.

Как следует из пояснений представителя ответчика, с <Дата обезличена> должность бармена в ИП ФИО6 занимает ФИО7 О.Р., до принятия бармена, обязанности бармена исполнял либо администратор, либо сама ФИО6

Должностной инструкцией администратора <Номер обезличен>, утвержденной <Дата обезличена> ИП ФИО6, должностными обязанностями, в том числе предусмотрено: осуществление и обслуживание посетителей и прием предварительных заказов на холодные и горячие блюда, осуществление накрытия и предварительной сервировки столов, замена скатертей, уборка столов, сдача использованной посуды и т.д.

В материалах дела представлен приказ о принятии на работу 17/лс от <Дата обезличена> ФИО7 О.Р.

<Дата обезличена> ИП ФИО6 уведомляла ИФНС России о том, что является плательщиком единого налога на вмененный доход по месту осуществления деятельности: <адрес обезличен> (заявление о постановке на учет по ЕНВД автомойки по адресу: <адрес обезличен>), что подтверждается представленным в материалах дела обращением и копией извещения о получении электронного документа.

Из искового заявления следует, что график работы ФИО5 был с 08.00 часов до 24.00 часов, работа сменная две через двое.

В ходе судебного заседания (протокол судебного заседания от 19, <Дата обезличена>), представитель истца пояснила, что в качестве официанта в кафе «Дискавери» истец работала с 12 часов дня до 02 часов ночи.

В представленных ответчиком правилах внутреннего распорядка, утвержденных ИП ФИО6 <Дата обезличена>, график работы официанта либо бармена не установлен, вместе с тем, для всех сотрудников рабочий день начинается в 09.00 часов, заканчивается либо в 18.00 часов, либо в 19.00 часов, либо в 20.00 часов, установлено обеденное время с 13.00 до 14.00 часов.

Как следует из искового заявления, документы при устройстве на работу ФИО5 не предоставляла, трудовой договор с ней не заключался, заработная плата выплачивалась в конвертах ФИО26 Павлом после поступления с компьютера ИП ФИО3 информации о приходах и уходах истца со считывающего отпечатки устройства.

При работе барменом, как следует из иска, при работе с поставщиками истец представлялась: «Вас беспокоит ИФИО22», что также отражено в отзыве на возражение от <Дата обезличена>.

В соответствие с ответом на запрос суда из ОГБУЗ «Иркутская городская поликлиника <Номер обезличен>» от <Дата обезличена><Номер обезличен>, ФИО5 встала на учет в женскую консультацию по беременности <Дата обезличена> в сроке беременности 6 недель. При постановке на учет ФИО5 сообщила, что является безработной, в связи с чем в сроке беременности 30 недель листок нетрудоспособности не выдавался. <Дата обезличена> ФИО5 сообщила что устроилась на работу, в связи с чем ей был выдан листок нетрудоспособности <Номер обезличен> на период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>.

Судом также обозревались материалы гражданского дела <Номер обезличен> согласно которому, <Дата обезличена> ФИО5 обращалась в суд с иском к ООО Кафе «Дискавери», в котором истец указывала, что исполняла с ноября по январь 2018 обязанности официанта в ООО «Кафе «Дискавери», затем была переведена в кафе СТО «Кузя».

Определение суда от <Дата обезличена> исковое заявление было оставлено без рассмотрения по вторичной неявки сторон.

В силу правовой позиции, отраженной в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <Дата обезличена> N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Разрешая спор, оценив объяснения истца, ответчика, исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что доказательств работы у ИП ФИО6 суду не представлено, при этом факт отсутствия трудовых отношений стороной ответчика доказан.

При таких фактически установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО5 к ИП ФИО6 об установлении факта трудовых отношений удовлетворению не подлежат, как и не подлежат удовлетворению производные от него требования о взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда.

Оценив представленные суду доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО5 в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к Индивидуальному предпринимателю ФИО6 об установлении факта трудовых отношений, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации морального вреда, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд города Иркутска в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Председательствующий: