Апелляционное постановление № 10-1/2024 10-6/2023 от 22 января 2024 г. по делу № 10-1/2024

03MS0177-01-2023-001093-63

№ 10-1/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 января 2024 года с. Ермекеево

Бижбулякский межрайонный суд Республики Башкортостан постоянное судебное присутствие в селе Ермекеево Ермекеевского района Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Шамратова Т.Х.,

при секретаре Файзуллине Р.Р.,

с участием государственного обвинителя Герасимова Д.В.,

потерпевшего ФИО3,

осужденного ФИО4,

его защитника Шарипова Р.Ф.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника ФИО4 - ФИО2, апелляционному представлению и дополнительному апелляционному представлению прокурора <адрес> Республики Башкортостан на приговор мирового судьи судебного участка по <адрес> Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, которым:

ФИО4, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, имеющий среднее профессиональное образование, состоящий в зарегистрированном браке, пенсионер, невоеннообязанный, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 167 УК РФ к штрафу в размере 25 000 рублей;

с ФИО4 в пользу Потерпевший №1 взысканы в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 125 470 рублей, денежная компенсация морального вреда в размере 2 000 рублей;

в части вещественных доказательств постановлено: автомобиль марки ГАЗ 31105, государственный регистрационный знак №, хранящийся у Потерпевший №1, разрешить использовать по назначению; трактор Беларус 82.1, государственный регистрационный знак № оставить на хранение у ФИО1 до исполнения приговора в части гражданского иска,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 осужден за умышленное уничтожения чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба.

Преступление совершено им ДД.ММ.ГГГГ на окраине <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Не соглашаясь с данным приговором, защитник осужденного подал апелляционную жалобу, в которой просил приговор отменить, производство по делу прекратить за отсутствием в действиях ФИО4 состава преступления, полагая, что приговор был постановлен с обвинительным уклоном, судом не была дана надлежащая оценка показаниям свидетелей. Полагал, что судом не доказан факт того, что ФИО4 в тот день находился в состоянии алкогольного опьянения и, что ущерб потерпевшему причинен именно его действиями.

Прокурором Бижбулякского района Республики Башкортостан на указанный приговор принесены апелляционное представление и дополнительное апелляционное представление, в которых он, не оспаривая квалификацию действий ФИО4, полагал приговор подлежащим изменению ввиду его несправедливости, поскольку по нему было назначено чрезмерно мягкое наказание, не соответствующее тяжести преступления и личности осужденного, просил назначить более суровое наказание, при этом в ходе судебного следствия был установлен факт конструктивной гибели автомобиля потерпевшего, в связи с чем, использование его по назначению невозможно, судом необоснованно возвращено осужденному орудие преступления, а также допущена описка в части срока обжалования приговора.

В судебном заседании осужденный ФИО4, его защитник Шарипов Р.Ф. апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней основаниям, возражали относительно удовлетворения представлений прокурора.

В судебном заседании государственный обвинитель доводы апелляционного представления и дополнительного апелляционного представления поддержал, возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы.

Потерпевший ФИО3 в судебном заседании возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и апелляционных представлений, выслушав осужденного, защитника, потерпевшего и государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО4 вину в совершении вменяемого преступления не признал.

Несмотря на оспаривание осужденным своей вины, виновность ФИО4 в совершенном преступлении установлена судом и, подтверждена доказательствами, тщательно исследованными судом первой инстанции, показаниями потерпевшего, свидетелей.

Все представленные доказательства суд в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу. Приведенные в приговоре доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний подсудимого, потерпевшего, свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности. Все представленные сторонами суду доказательства были исследованы в установленном законом порядке.

Вопреки доводам жалобы, противоречий в исследованных доказательствах, в частности, в показаниях свидетелей обвинения которые могли быть истолкованы в пользу осужденного, не установлено. Показания свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7, данные в ходе судебного разбирательства, а также на стадии предварительного расследования, тщательно исследовались судом, выяснялись все подробности произошедшего и обоснованно оценены судом как достоверные и положены в основу приговора, поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются подробными, последовательными, согласуются между собой и с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Оснований для оговора осужденного не установлено.

Заключение эксперта № 421/5-1-13.4 от 22 февраля 2023 года, на основании которого определен размер причиненного потерпевшему материального ущерба, не имеет каких-либо противоречий, отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписью эксперта записи, удостоверяющие то, что ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы, содержащиеся в экспертизе, понятны, конкретны и аргументированы. Оснований для признания экспертного заключения недопустимыми доказательством, не имеется, как и не имеется оснований полагать, что автомобиль потерпевшего был уничтожен не в результате действий ФИО4

Оснований для повторной экспертизы у суда первой инстанции не имелось, поскольку несогласие стороны защиты с выводами экспертов приведенными в заключении не является поводом для признания их порочными, требующими проведения других экспертных исследований.

Утверждения защитника в жалобе о том, что автомобиль потерпевшего мог иметь повреждения, полученные до действий ФИО4, и также получить их после, в том числе, в период его хранения, и, что на тракторе осужденного был установлен КУН, в связи с чем, он не мог наехать на теленка, являются несостоятельными, поскольку носят предположительный характер и ничем объективно не подтверждены.

Наличие у потерпевшего большого долга перед осужденным, как и обстоятельства его возникновения, не влияют на законность приговора и доказанность вины ФИО4 в уничтожении имущества потерпевшего.

Вопреки доводу апелляционной жалобы факт нахождения ФИО4 в состоянии опьянения в момент совершения преступления установлен вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка по Бижбулякскому району Республики Башкортостан от 10 июня 2022 года, которым он признан виновным совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, судом установлены и выполнены все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, а действия осужденного квалифицированы правильно по ч. 1 ст. 167 УК РФ как умышленное уничтожения чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства судом первой инстанции верно признано совершение ФИО4 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, смягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Каких-либо иных смягчающих обстоятельств, прямо предусмотренных законом, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом первой инстанции, в апелляционной инстанции не установлено.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения правил ст. 64 УК РФ в приговоре приведены, не соглашаться с ними оснований не имеется, поскольку судом не установлено наличие исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, относящиеся к личности осужденного ФИО4 и известные суду, при назначении наказания учтены в полном объеме и указаны в приговоре.

При определении вида наказания суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО4 наказания в виде штрафа и надлежаще мотивировал соответствующие выводы в приговоре, с чем суд апелляционной инстанции также соглашается.

Каких-либо нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, как на досудебном производстве, так и в судебном заседании, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Утверждения стороны защиты о том, что в совещательной комнате судьей был изготовлен не полный текст приговора, а лишь его вводная и резолютивная части, суд находит несостоятельными и основанными лишь на домыслах, не подтвержденных объективно.

Ходатайство защитника о направлении копии протокола судебного заседания, вопреки доводам жалобы, было судом первой инстанции разрешено, вручение ему копии приговора по истечении срока, установленного ст. 312 УПК РФ, не нарушило право на обжалование и ознакомление стороны защиты с приговором.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Так, в соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ при вынесении приговора должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. При этом орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации.

Транспортные средства (трактора, самоходные машины), с использованием которых совершалось преступление, признаются орудиями преступления, если будет установлено, что они непосредственно использовались в процессе посягательства для достижения преступного результата, то есть при реализации действий, образующих объективную сторону преступления.

Как следует из материалов дела, трактор Беларус 82.1, 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, признан по делу вещественным доказательством, собственником указанного имущества является ФИО4

Из обстоятельств преступного деяния, совершенного ФИО4, усматривается, что данный трактор использовался непосредственно при выполнении объективной стороны преступления, именно с его помощью было уничтожено имущество потерпевшего. Без указанного трактора осужденный не смог бы совершить указанные действия, в связи с чем, трактор подлежал конфискации.

Суд первой инстанции мотивировал не применение конфискации необходимостью возмещения ущерба потерпевшему.Вместе с тем, при наличии у потерпевшего задолженности перед осужденным на сумму свыше 4 000 000 рублей вопрос о возмещении ущерба может быть разрешен путем взаимозачета однородных требований, притом, что конфискация имущества является не наказанием, а мерой уголовно-правового характера, применяемой к лицу, совершившему преступление, в том числе в целях устранения условий, способствующих совершению новых преступлений.

При таких обстоятельствах, учитывая, что в момент совершения преступления ФИО4 управлял трактором в состоянии опьянения, и возвращение ему трактора может повлечь совершение им нового преступления, данный трактор подлежит конфискации.

Принимая во внимание, что в ходе судебного следствия был установлен факт конструктивной гибели автомобиля потерпевшего, из приговора подлежат исключению выводы суда о разрешении потерпевшему использовать его по назначению, автомобиль подлежит возвращению собственнику.

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, ст. 151 ГК РФ не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.

Закрепляя в ч.1 ст. 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (постановление от 26 октября 2021 года № 45-П, постановление от 08 июня 2015 года № 14-П, определение от 27 октября 2015 года № 2506-О и др.).

В частности, Конституционным Судом Российской Федерации указано, что действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года № 45-П).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» также разъяснено, что по общему правилу гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу в тех случаях, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).

Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что посягательством на имущественные права гражданина могут одновременно нарушаться и его неимущественные права, и принадлежащие ему нематериальные блага.

Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения ст. 137 ГК РФ, тем не менее, отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.

Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со ст. 245 УК РФ, находящейся в главе 25 этого кодекса «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности».

Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности.

Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм, свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности, в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложения на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.

Наличие или отсутствие таких оснований должно устанавливаться в каждом конкретном случае с учетом всех обстоятельств дела (п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2023 года).

Разрешая гражданский иск, суд первой инстанции указал, что гибель теленка нарушила психическое благополучие гражданского истца, является неприятным событием в его жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания, и пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 2 000 рублей.

Между тем, в исковом заявлении истцом не указано, в чем конкретно выражен моральный вред, причиненный ему в результате смерти теленка. При разрешении спора нельзя не учитывать, что ФИО3, будучи заводчиком животных сферы мясной промышленности, относится к выращиваемому им скоту исключительно как к имуществу, приносящему ему доход. Доказательства наличия эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению именно к погибшему теленку, суду не представлено, в связи с чем, в удовлетворении искового заявления ФИО3 к ФИО4 о взыскании денежной компенсации морального вреда надлежит отказать.

В резолютивной части приговора судом первой инстанции ошибочно указано, что апелляционные жалоба, представление на приговор могут быть поданы в течение десяти суток со дня постановления приговора, изложенное является явной опиской и подлежит исправлению, при этом данная описка не влияет на существо приговора и не влечет его отмену.

Вышеуказанные нарушения, допущенные судом первой инстанции, подлежат устранению путем внесения соответствующих изменений в приговор.

Также заслуживают внимания приведенные в апелляционном представлении доводы о чрезмерной мягкости назначенного осужденному наказания, то есть о несправедливости приговора.

Согласно ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в частности, несправедливость приговора.

В соответствии с ч. 2 ст. 389-18 несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Аналогичный подход к справедливости приговора содержится и в ст. 6 УК РФ, согласно которой наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру, степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

По смыслу закона, при учете характера общественной опасности преступления следует иметь в виду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред, а степень общественной опасности преступления зависит от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, от вида умысла. При этом обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание (ст. ст. 61 и 63 УК РФ) и относящиеся к совершенному преступлению, также учитываются при определении степени общественной опасности преступления.

Вместе с тем, судом первой инстанции при назначении наказания ФИО4 не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, обстоятельства его совершения и личность осужденного.

Так, согласно приговору, при назначении ФИО4 наказания суд установил отсутствие смягчающих наказание обстоятельств и наличие отягчающего обстоятельства, притом, что осужденным материальный ущерб, причиненный потерпевшему, не возмещен.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, фактические обстоятельства, установленные судом, при отсутствии смягчающих наказание обстоятельств, и наличии отягчающего обстоятельства свидетельствуют о том, что назначенное ФИО4 наказание в виде штрафа в размере 25 000 рублей является явно несправедливым вследствие чрезмерной мягкости, в связи с чем, оно подлежит усилению.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного по представлению прокурора либо по жалобам потерпевших и их представителей, а согласно п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ, суд апелляционной инстанции вправе и усилить назначенное осужденному наказание.

Поэтому, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений в соответствии с пп. 4 ст. 389.15, ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ необходимо изменить приговор, а назначенное наказание усилить.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.26, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное представление и дополнительное апелляционное представление прокурора Бижбулякского района Республики Башкортостан удовлетворить.

Приговор мирового судьи судебного участка по Ермекеевскому району Республики Башкортостан от 20 октября 2023 года в отношении ФИО4 изменить.

Назначенное ФИО4 по ч. 1 ст. 167 УК РФ наказание в виде штрафа усилить до 40 000 рублей.

В удовлетворении искового заявления Потерпевший №1 к ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда отказать.

Разрешить вопросы о вещественных доказательствах:

автомобиль марки ГАЗ 31105, государственный регистрационный знак №, - возвратить Потерпевший №1;

трактор Беларус 82.1, 2012 года выпуска, № двигателя №, государственный регистрационный знак №, - конфисковать.

Исправить описку в резолютивной части приговора, указав, что апелляционные жалоба, представление на приговор могут быть поданы в течение пятнадцати суток со дня постановления приговора вместо ошибочно указанного десяти суток.

В остальной части приговор мирового судьи судебного участка по Ермекеевскому району Республики Башкортостан от 20 октября 2023 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника ФИО4 - ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий п/п Т.Х. Шамратов

копия верна:

судья Шамратов Т.Х.

Мотивированное постановление составлено 26 января 2024 года