Апелляционное определение № 22-225/2026 от 11 февраля 2026 г.

Дело № 22-225/2026

Докладчик Судейкина В.О. судья Федорова А.С.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

12 февраля 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего – судьи Судейкиной В.О.,

судей Аноцкой Н.В., Дубоделова М.В.,

при секретаре Литвиненко О.В.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Амурской области ФИО1,

потерпевшей Потерпевший №1,

осуждённой ФИО2,

её защитника – адвоката Битяк В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осуждённой ФИО2 и её защитника – адвоката Битяк В.В. на приговор Зейского районного суда Амурской области от 12 декабря 2025 года, которым

ФИО2 <номер>, родившаяся <дата> в <адрес>, не судимая,

осуждена по:

- ч. 3 ст. 159 УК РФ (по факту хищения денежных средств Потерпевший №1) в виде лишения свободы на срок один год девять месяцев;

- ч. 3 ст. 159 УК РФ (по факту хищения денежных средств Потерпевший №2) в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно назначено три года лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком три года, с возложением обязанностей: встать на учёт в уполномоченный специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за исправлением осужденного; не менять постоянного и временного места жительства без уведомления уполномоченного специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за исправлением осуждённого; являться на регистрацию в уполномоченный специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за исправлением осуждённого, согласно установленному графику.

По делу разрешён гражданский иск: взыскано с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счёт возмещения ущерба, причинённого преступлением, <номер> рублей.

Разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Амурского областного суда Судейкиной В.О., выступления осуждённой ФИО2 и её защитника – адвоката Битяк В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, прокурора Ф.И.О.5, потерпевшей Потерпевший №1, просивших приговор оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 осуждена за совершение двух мошенничеств, то есть хищений чужого имущества (денежных средств в сумме <номер> рубля, принадлежащих Потерпевший №1, и денежных средств в сумме <номер> рублей, принадлежащих Потерпевший №2) путём злоупотребления доверием, в крупном размере.

Преступления совершены <номер> и <дата> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 вину не признала.

В апелляционной жалобе осуждённая ФИО2 и защитник – адвокат Битяк В.В. просят отменить приговор и вынести оправдательный приговор за отсутствием состава преступления. В обоснование указывают, что ФИО2, не осознавая противоправности, стала жертвой мошеннической схемы, замаскированной под легальный инвестиционный проект. Действуя под влиянием неустановленных лиц, она выполняла их указания, в том числе касающиеся банковских карт потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2, без намерения лично завладеть деньгами. Суд не дал оценки субъективной стороне её действий и не установил наличие прямого умысла на хищение. Кроме того, не приняты во внимание показания свидетеля ФИО3 №4, которая подтвердила, что Потерпевший №1 активно участвовала в операциях со своим телефоном, находясь рядом с ФИО2 и следуя инструкциям неизвестного мужского голоса. Однако очных ставок и последовательного допроса свидетеля ФИО3 №4 и потерпевшей Потерпевший №1 в одном судебном заседании с последующим сопоставлением их показаний для устранения существенных противоречий не было проведено. Суд также проигнорировал заинтересованность потерпевшей Потерпевший №1 в исходе дела и факт неприязненных отношений между ней и ФИО2, что могло повлиять на достоверность показаний. Указывает на нарушение принципа состязательности, так как суд, отказав в назначении психолого-психиатрической экспертизы для оценки состояния ФИО2, фактически взял на себя обвинительную функцию, не обеспечив всесторонней проверки доводов защиты.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – старший помощник прокурора <адрес> Ф.И.О.6 просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и поступившие возражения, заслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Обстоятельства, при которых ФИО2 совершила преступления и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию по делу, судом установлены правильно. Выводы суда о её виновности соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

Виновность осуждённой ФИО2 в совершении инкриминируемых ей деяний установлена исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, которые в необходимом объёме приведены в приговоре суда, в том числе:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, данными в судебном заседании, согласно которым <дата> её знакомая ФИО2 попросила помочь получить перевод (<номер> руб.), так как её карта и счета дочери якобы заблокированы. Она, доверяя ФИО2, приехала к ней домой с телефоном. ФИО2 несколько раз заверила её, что это безопасно и деньги не пропадут. В квартире по просьбе ФИО2 она открыла в телефоне приложение «<номер>», где высветились её счета <номер> руб. с продажи квартиры и <номер> руб.). ФИО2 это видела. Телефон без блокировки экрана оставался на столе, пока она несколько раз выходила курить. Вернувшись, застала ФИО2 за переводом денег с её телефона. Проверив приложение, обнаружила пропажу <номер> рублей. ФИО2 сначала обещала вернуть всё через 2 часа, затем на следующий день, но деньги не вернула. При последующем общении выяснилось, что аналогичным образом ФИО2 похитила крупную сумму (около <номер> руб.) у другой знакомой - Потерпевший №2. Данные показания подтверждены потерпевшей в ходе очной ставки с ФИО2 (<номер>);

- показаниями потерпевшей Потерпевший №2, данными в ходе предварительного следствия и в суде, согласно которым <дата> ФИО2 вместе с Ф.И.О.17 приехала к ней в гости. Под предлогом проблем с собственной картой и ожидаемого перевода от инвестиций ФИО2 попросила у неё телефон с открытым приложением «<номер>». Она, доверяя подруге и не подозревая обмана, выполнила просьбу, предупредив, что деньги есть только на кредитной карте (<номер> руб.). Около получаса ФИО2 под диктовку неизвестного мужчины по телефону совершала манипуляции в приложении на её телефоне. Вернувшаяся Ф.И.О.17 спросила, зачем она дала телефон. Проверив баланс, она обнаружила списание <номер> рублей. На её вопросы ФИО2 ответила, что перевела деньги себе и вернёт позже. В этот же момент Ф.И.О.17 заявила, что днём ранее ФИО2 аналогично похитила крупную сумму и у неё. Впоследствии ФИО2 перевела похищенные средства через свою дочь. Ущерб ей был полностью возмещён (сначала ФИО3 №1 (<номер>) вернула <номер> руб., затем остаток вернула сама ФИО2), претензий она не имеет. Ущерб ей причинён на сумму <номер> рублей, поскольку посмотрев выписку по счетам своих карт увидела, что ФИО2 изначально перевела <номер> рублей с кредитной карты на её (Потерпевший №2) дебетовый счёт, а уже после <номер> рублей на счёт своей карты <номер>

- показаниями свидетеля ФИО3 №1, данными в ходе предварительного следствия и в суде, согласно которым вечером <дата> (около <номер> часов) на её счет в <номер>» от матери (ФИО2) поступило <номер> рублей. Мать позвонила и потребовала срочно перевести эти деньги на номер, присланный в мессенджере, объяснив, что это средства Потерпевший №2. Заподозрив мошенничество, Ф.И.О.18 отказалась переводить деньги и вместе с мужем поехала к матери. В квартире находились Ф.И.О.17 и Потерпевший №2. ФИО2 разговаривала по громкой связи с неизвестным мужчиной, который требовал перевода. Ф.И.О.18 попыталась совершить перевод, но банк заблокировал операцию, после чего счёт был заморожен. Она окончательно убедилась, что общение происходит с мошенником. Позже, когда счёт разблокировали и выпустили новую карту, Ф.И.О.18 сняла полученные от матери <номер> рублей и передала их Потерпевший №2. Днём ранее <номер>) Ф.И.О.17 сообщила ей о хищении матерью <номер> рублей <номер>);

- показаниями свидетеля ФИО3 №2, данными в ходе предварительного следствия и в суде, согласно которым вечером <дата> на банковский счёт его супруги ФИО3 №1 от <номер> ФИО2 поступили денежные средства в размере <номер> рублей, принадлежащие, как выяснилось, Потерпевший №2 В ходе телефонного разговора ФИО2 просила его жену перевести эти деньги на неизвестный счёт, однако они отказались это делать и направились к ней для выяснения обстоятельств. По прибытии к ФИО2 также находилась Ф.И.О.16 ФИО2 в этот момент разговаривала по громкой связи с неким мужчиной, который настаивал на переводе денег. Ф.И.О.17 пояснила, что её банковская карта заблокирована, и ранее с неё были списаны крупные денежные средства. Попытка перевода денег была заблокирована службой безопасности банка. Спустя несколько дней, после перевыпуска карты, он совместно с супругой сняли указанные 355 000 рублей и лично передали их Потерпевший №2 (т. 1 л.д. 160-162);

- показаниями свидетеля ФИО3 №3, данными ей в ходе предварительного следствия, согласно которым она работает в <номер>, расположенного в <адрес>. Клиентом банка является Потерпевший №2 <дата> г.р., которой была выдана карта с <номер> № счета <номер> с лимитом <номер> рублей <номер>

фактическими данными, изложенными в:

- протоколе осмотра места происшествия от <дата>, согласно которым зафиксировано содержание телефонов участников: в телефоне Потерпевший №1 обнаружены СМС о переводах <дата> на суммы <номер> руб. в адрес «<номер> в телефоне <номер>. — информация о её счете в <номер> и движении средств <номер>

- протоколах осмотра документов от <дата>, <дата>, <дата> и <дата>, согласно которым установлено движение денежных средств по счетам участников, а именно: <дата> на счёт Потерпевший №1 поступило <номер>., после чего в тот же день с её <номер> осуществлены два перевода <номер>) на общую сумму <номер>) в адрес <номер>. через систему «<номер><дата> на карту ФИО3 №1 в «<номер>» поступили средства: в <номер> руб., в <номер>. (итого <номер> руб.); в этот же день (<дата>) со счетов Потерпевший №2 в <номер>» списано: в 15:38 — 368 000 руб., затем в <номер> руб. с назначением «<номер>»; согласно информации <номер>», <дата> на счёт <номер>. поступили денежные средства в сумме <номер> руб. Указанные обстоятельства также подтверждены представленными чеками <номер> о переводах Потерпевший №1 от <дата> (т<номер>

- а также другими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия и правильно приведёнными в приговоре.

Все изложенные в приговоре доказательства получили надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признаны судом достаточными для разрешения уголовного дела по существу, при этом суд указал в приговоре, почему он принимает одни из доказательств и отвергает другие (в частности, показания свидетеля ФИО3 №4, частично показания <номер>

Выводы суда, касающиеся оценки каждого из доказательств, надлежащим образом мотивированы, приведённые аргументы убедительны, сомнений в своей объективности и правильности у судебной коллегии не вызывают.

Несогласие стороны защиты с приведённой судом оценкой доказательств не может свидетельствовать о неправильном применении уголовного и уголовно-процессуального законов, о допущенных существенных нарушениях УПК РФ и об обвинительном уклоне суда.

Судом были проверены и получили надлежащую и мотивированную оценку все доводы стороны защиты, а несовпадение выводов суда с позицией защиты не влечёт отмену приговора.

Суд первой инстанции дал мотивированную оценку показаниям свидетеля ФИО3 №4, которая является <номер> ФИО2, и что в силу родственных отношений объективно ставит под сомнение её незаинтересованность в исходе дела, на что суд обоснованно указал в приговоре. Её показания содержали существенные противоречия. В судебном заседании она утверждала, что Ф.И.О.17 самостоятельно переводила деньги, следуя указаниям «мужского голоса». Однако, как верно отметил суд, сама ФИО3 №4 не находилась в помещении кухни постоянно, периодически отлучаясь, в связи с чем не могла быть очевидцем всех ключевых действий. Более того, её версия полностью опровергается последовательными и детальными показаниями самой потерпевшей Ф.И.О.17, которая отрицала, что совершала какие-либо переводы самостоятельно. В той части, в которой показания ФИО3 №4 не противоречили другим доказательствам (например, о том, что ФИО2 видела сумму на счёте Ф.И.О.17), они были приняты судом и положены в основу приговора. Остальная часть обоснованно отвергнута как попытка помочь родственнице избежать ответственности.

Сам по себе факт наличия у потерпевшей Потерпевший №1 неприязненных отношений, возникших после совершения преступления (что является естественной реакцией потерпевшей на причинение ей значительного материального ущерба), при отсутствии оснований для оговора (о чём потерпевшая пояснила в судебном заседании), не может служить безусловным основанием для признания показаний потерпевшей недостоверными, поскольку она предупреждалась об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, её показания получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, являются последовательными, логичными и подтверждаются иными доказательствами: банковскими выписками, чеками, протоколами осмотров телефонов, где зафиксированы точные суммы, время и получатели переводов.

Вопреки доводам стороны защиты, судом были созданы все необходимые условия для проверки показаний свидетеля ФИО3 №4 и потерпевшей Потерпевший №1

В силу ст. 240 УПК РФ суд исследует доказательства непосредственно. Судом были допрошены оба участника процесса: потерпевшая Потерпевший №1 дала показания в судебном заседании <дата>, свидетель ФИО3 №4 дала показания в судебном заседании <дата>.

В ходе судебного следствия сторона защиты, заявляя ходатайства о допросе свидетеля ФИО3 №4, не ходатайствовала о проведении какой-либо специальной процедуры «одновременного допроса» или вызова потерпевшей для повторного допроса специально для сопоставления показаний. Сторона обвинения также не настаивала на проведении дополнительных следственных действий.

Более того, суд, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя огласил показания свидетеля ФИО3 №4, данные ею в ходе предварительного следствия, в связи с наличием существенных противоречий. ФИО3 ФИО3 №4 подтвердила правильность своих первоначальных показаний, пояснив, что на момент допроса у следователя она помнила события лучше. Это является законным и достаточным способом устранения противоречий в судебном заседании.

При этом, действующий уголовно-процессуальный закон не содержит такого понятия и такой процедуры, как «одновременный допрос двух лиц в суде с последующим сопоставлением». Каждый участник процесса допрашивается самостоятельно, в присутствии всех сторон, которые имеют право задавать вопросы. В данном случае защитник и подсудимая активно пользовались правом задавать вопросы как потерпевшей, так и свидетелю. Суд исследовал все противоречия в показаниях путём оглашения протоколов предварительного следствия и анализа доказательств в их совокупности. Никаких ходатайств о вызове потерпевшей для дополнительного допроса с целью сопоставления с показаниями свидетеля стороной защиты в ходе процесса не заявлялось.

Само по себе наличие противоречий в показаниях между свидетелем и потерпевшей не влечёт обязанности суда проводить какие-либо дополнительные следственные действия (в том числе и невозможные на стадии судебного разбирательства, как очная ставка). Оценка достоверности показаний и выбор того, каким доказательствам отдать предпочтение, является исключительной прерогативой суда, который должен мотивировать своё решение в приговоре. Суд первой инстанции выполнил требования ст. 88 УПК РФ. В приговоре содержится развёрнутый анализ причин, по которым показания свидетеля ФИО3 №4 в части, противоречащей установленным обстоятельствам (о самостоятельном управлении телефоном Ф.И.О.17), признаны недостоверными и отвергнуты.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения довода жалобы о необходимости проведения очной ставки или иных форм «одновременного допроса» не имеется. Суд первой инстанции действовал в строгих рамках процессуального закона и предоставил сторонам равные возможности для доказывания своей позиции.

Суд первой инстанции обоснованно отверг версию ФИО2 о том, что она действовала исключительно под влиянием мошенников. Установлено, что именно она имела доступ к телефонам потерпевших, лично инициировала банковские переводы и распорядилась похищенными средствами <номер>). Наличие звонков от третьих лиц не освобождает ФИО2 от ответственности, так как она осознанно совершала действия по изъятию чужого имущества и обращению его в свою пользу. То, что в дальнейшем она переводила деньги третьим лицам, свидетельствует лишь о распоряжении похищенным, а не об отсутствии умысла на хищение.

Сама по себе цель дальнейшего перевода (инвестирование, помощь мошенникам) не исключает корыстного мотива на момент изъятия денег у потерпевших. Более того, по первому эпизоду часть похищенных средств осталась заблокированной на счёте ФИО2, что также подтверждает факт их поступления в её распоряжение.

Таким образом, вина ФИО2 в совершении инкриминируемых деяний, подтверждается совокупностью доказательств, а утверждения стороны защиты об обратном носят выборочный характер, игнорируют совокупность представленных доказательств.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, дал верную юридическую оценку действиям ФИО2 по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по факту хищения денежных средств Потерпевший №1), как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём злоупотребления доверием, совершённое в крупном размере, и по ч. 3 ст. 159 УК РФ (по факту хищения денежных средств Потерпевший №2), как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём злоупотребления доверием, совершённое в крупном размере. Квалифицирующие признаки нашли своё подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами.

С учётом изложенного, оснований для иной квалификации действий осуждённой или её оправдания судебная коллегия не находит.

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципом состязательности и равноправия сторон, при этом существенных нарушений уголовного или уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, при производстве по делу допущено не было.

Согласно протоколу судебного заседания, суд создал сторонам равные и необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Стороны обвинения и защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе, исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела с принятием по ним мотивированных убедительных решений. Сам по себе отказ суда в удовлетворении ряда ходатайств при соблюдении процедуры их рассмотрения, а также собственная оценка судом доказательств стороны защиты не свидетельствуют о необъективности суда и нарушении принципа состязательности.

Вопреки доводам стороны защиты, суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении психолого-психиатрической экспертизы.

В соответствии с ч. 1 ст. 196 УПК РФ назначение экспертизы обязательно только в случаях, прямо предусмотренных законом (например, для установления причины смерти, характера и степени вреда здоровью). Вопреки доводам жалобы, необходимость установления психического состояния подсудимой для определения её вменяемости (ч. 3 ст. 196 УПК РФ) возникает лишь при наличии сомнений в её способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

Как следует из материалов дела, ФИО2 на учётах у психиатра и нарколога не состоит, является вменяемым лицом, имеющим среднее профессиональное образование, длительное время пользующимся банковскими приложениями, её поведение в ходе предварительного следствия и в судебном заседании было адекватным, она активно реализовывала свои процессуальные права, давала показания, заявляла ходатайства, что свидетельствует о её способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Более того, осуществляя неоднократные переводы, она не могла не осознавать, что распоряжается не своими денежными средствами.

Само по себе нахождение в стрессовой ситуации не является основанием для назначения психиатрической экспертизы. Действия ФИО2 были целенаправленными и осознанными: она вела переговоры, осуществляла навигацию в мобильных приложениях, вводила суммы и реквизиты, контролировала результат переводов. В частности, её поведение после первого эпизода (попытка вернуть деньги через привлечение нового лица - Потерпевший №2) также свидетельствует о понимании противоправности содеянного и желании скрыть его последствия, а не о добросовестном заблуждении. Вовлечение в схему нового потерпевшего для «разблокировки» и возврата уже похищенных средств является элементом действий, направленным на извлечение выгоды, и не может расцениваться как поведение жертвы мошенников, о котором указывает защита. Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у неё хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, которые могли бы лишить её возможности осознавать свои действия, в материалах дела не имеется и стороной защиты не представлено.

Отказ в назначении экспертизы не может расцениваться как нарушение принципа состязательности или принятие судом на себя обвинительной функции. Суд, в силу ст. 15 УПК РФ, создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Суд оценил заявленное ходатайство, выслушал мнение сторон и принял по нему мотивированное решение, что полностью соответствует требованиям закона.

При назначении ФИО2 наказания суд в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60 УК РФ учёл характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, относящихся к категории тяжких; данные о её личности, согласно которым она не судима, к уголовной ответственности привлекается впервые, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, является пенсионером по возрасту, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, по предыдущему месту работы - положительно, состоит в браке, имеет совершеннолетнюю дочь-инвалида; смягчающее наказание обстоятельство по всем фактам преступлений: наличие на иждивении виновной совершеннолетней дочери-инвалида (ч. 2 ст. 61 УК РФ), по факту хищения денежных средств у Потерпевший №2: добровольное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления; отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на её исправление и условия жизни её семьи.

Судебная коллегия не усматривает иных обстоятельств, кроме указанных в приговоре, которые должны быть признаны смягчающими в силу ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Невозможность применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 53.1, 64 УК РФ судом в приговоре мотивирована правильно.

С учётом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершённых преступлений, данных о личности осуждённой, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённой и предупреждения совершения ей новых преступлений суд пришёл к верному выводу о необходимости назначения ФИО2 за совершённые преступления наказания в виде лишения свободы, применив при этом при определении размера наказания за преступление по факту хищения денежных средств Потерпевший №2 требования ч. 1 ст. 62 УК РФ. Кроме того, суд пришёл к выводу о возможности исправления ФИО2 без реального отбывания ей наказания, применив к ней положения ст. 73 УК РФ с возложением ряда обязанностей. Размер испытательного срока назначен судом в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 73 УК РФ.

Окончательное наказание назначено судом верно на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений с применением принципа частичного сложения наказаний.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному и назначено в соответствии с требованиями закона.

При рассмотрении гражданского иска о возмещении материального вреда, причинённого преступлением, суд первой инстанции обоснованно руководствовался ст. 1064 ГК РФ. Решение суда по иску потерпевшей Потерпевший №1 аргументировано, не согласиться с ним судебная коллегия оснований не усматривает.

Вопрос о вещественных доказательствах судом первой инстанции разрешён верно с соблюдением требований, предусмотренных ст. 81 УПК РФ.

Вместе с тем, во вводной части приговора судом допущена техническая ошибка, указано место рождения ФИО2 как <адрес>, тогда как согласно копии паспорта (т. 1 л.д. 227) осуждённая родилась в <адрес>. В связи с чем, необходимо правильно указать место рождения ФИО2 – <адрес>.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих иные изменения приговора или его отмену по основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УПК РФ, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

приговор Зейского районного суда <адрес> от <дата> в отношении ФИО2 <номер> изменить, уточнив, что местом рождения ФИО2 является <адрес>.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу стороны защиты – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в шестимесячный срок в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд, постановивший приговор, в порядке, установленном ч. 2 ст. 401.3, ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ; в случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы, представления на приговор подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном ч. 3 ст. 401.3, ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 389.28 УПК РФ, осуждённая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.О. Судейкина

Судьи Н.В. Аноцкая

М.В. Дубоделов