Приговор № 1-1007/2017 от 26 апреля 2017 г. по делу № 1-1007/2017

Дело № 1-1007/2017 г.


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

27 апреля 2017 года р.п. Базарный Сызган, районный суд

Инзенский районный суд Ульяновской области в составе

председательствующего судьи Родиной Н.Ю.,

с участием государственных обвинителей – старшего помощника прокурора Инзенской межрайонной прокуратуры Ульяновской области Борисовой А.Н. и помощника прокурора Инзенской межрайонной прокуратуры Ульяновской области Арисовой С.С.,

подсудимого - гражданского ответчика ФИО1,

защиты в лице адвоката Серова Д.Ю., представившего удостоверение за № 1016 и ордер за № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретарях Истоминой Н.М. и Завозиной С.В.,

а также с участием потерпевшей – гражданского истца Е.Г.И., представителя потерпевшей Е.Г.И. – адвоката Мясникова В.И., представившего удостоверение № 1117 и ордер за № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца р.п. <адрес>, русского, гражданина Российской Федерации, не работающего, женатого, имеющего на иждивении малолетнего сына, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 виновен в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление им совершено при следующих обстоятельствах:

19.07.2016 около 17 часов 25 минут ФИО1, управляя автомобилем ВАЗ 21140 LADA SAMARA, регистрационный знак №, двигался по проезжей части ул. <адрес>, в направлении от поворота на ул. <адрес> в сторону ул. <адрес>. При этом ФИО1, проявляя преступное легкомыслие, в нарушение требований п.п. 10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ, согласно которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, двигался со скоростью более 70 км/час, которая явно превышала установленное ограничение скорости движения в населенных пунктах.

Двигаясь вышеуказанным образом и продолжая нарушать описанные требования Правил дорожного движения РФ, обнаружив на проезжей части в районе дома № по ул. <адрес> малолетнего пешехода Т., ФИО1 применил торможение, однако ввиду движения с превышением допустимой скорости своевременно остановиться не смог, допустив в результате по неосторожности наезд на Т., причинив ей в результате телесные повреждения, от которых она скончалась в медицинском учреждении ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению комиссионной судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, при судебно-медицинской экспертизе трупа Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружена тупая сочетанная травма тела, проявившаяся повреждениями: ссадина лобной области справа, ссадина теменной области справа, ссадина лобной области слева, ссадина правой скуловой области, кровоподтек на веках правого глаза, кровоизлияние в мягкие ткани теменно-затылочной области в центре, кровоизлияние над твердой мозговой оболочкой головного мозга, справа, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга справа и слева, кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки головного мозга справа и слева, переломы костей свода и основания черепа, перелом костей лицевого скелета, кровоизлияние над и под оболочки спинного мозга, в шейно-грудном отделе; ссадины левой боковой поверхности шеи в верхней трети, ссадина задней поверхности шеи в средней трети; ссадины задней поверхности грудной клетки слева, ссадины поясничной области слева с переходом на верхне-наружный квадрант левой ягодицы, ссадина крестцовой области в центре, ссадины поясничной области справа, ссадина в проекции гребня правой подвздошной кости, кровоизлияние в околопочечной клетчатке правой почки, ссадины верхней поверхности в проекции левого плечевого сустава с переходом на область надплечья и в верхнюю часть лопаточной области, ссадины наружной поверхности левого плеча, в верхней трети, ссадины задней поверхности в проекции левого локтевого сустава, ссадины задней поверхности в проекции правого плечевого сустава с переходом на верхнюю часть правой лопатки, ссадины наружной поверхности правого предплечья в верхней трети, ссадины наружной поверхности правого бедра в верхней трети, ссадины передней поверхности в проекции правого коленного сустава, ссадины передне-наружной поверхности с переходом на наружную поверхность правой голени в верхней трети, осаднение верхне-наружной поверхности тыльной поверхности правой стопы, ссадина внутренней поверхности правой голени в нижней трети, ссадины внутренней поверхности левой голени в средней и нижней трети, ссадины наружной поверхности в верхней трети левого бедра, с переходом на наружную поверхность верхней и средней третьей левой голени, ссадина передней поверхности в проекции левого коленного сустава, ссадина задне-наружной поверхности левой голени в нижней трети, кровоизлияние в мягкие ткани задне-наружной поверхности левого бедра, кровоизлияние в мягкие ткани задней поверхности левой голени. Причиной смерти явилась тупая сочетанная травма тела, проявившаяся ссадинами, кровоподтеками, кровоизлияниями в мягкие ткани, переломами костей свода и основания черепа, лицевого скелета, кровоизлияния над и под оболочки головного и спинного мозга, осложнившаяся восходящим отеком спинного мозга и отеком головного мозга, вклинением полушарий мозжечка в большое затылочное отверстие. Отек головного мозга, отек спинного мозга, вклинение полушарий мозжечка в большое затылочное отверстие явились непосредственной причиной смерти и состоят в прямой причинной связи с повреждениями, выявленными у пострадавшей. Тупая сочетанная травма тела квалифицируется как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни и повлекшая смерть.

Таким образом, данное дорожно-транспортное происшествие стало возможным в результате грубого нарушения водителем ФИО1 требований пунктов Правил дорожного движения РФ, а именно:

п. 10.1. Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

п. 10.2. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях: не более 20 км/ч.

Между нарушениями правил дорожного движения, допущенными водителем ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти Т., имеется причинная связь.

Подсудимый и гражданский ответчик ФИО1 в судебном заседании виновным себя в совершении вышеописанного преступления не признал и показал, что 19.07.2016 года, около 17 часов 25 минут, он, управляя технически исправным автомобилем ВАЗ-21140, государственный регистрационный знак №, двигался по ул. <адрес>, в направлении от ул. <адрес> к переулку <адрес> (железнодорожному переезду). В автомобиле он находился один, был пристегнут ремнем безопасности, ни на что не отвлекался, по телефону не разговаривал и следил за проезжей частью, то есть полностью контролировал дорожную обстановку. Было светлое время суток, асфальтовое покрытие сухое, осадков не было. Автомобилей, двигавшихся ему во встречном или попутном с ним направлении, на проезжей части не было. Проезжая часть на данном участке дороги имеет уклон вниз, по ходу его движения к железнодорожному переезду, то есть, он двигался под гору. Двигался с включенным «ближним» светом фар, с боковым интервалом не менее 1 метра до правого края проезжей части. Скорость движения его автомобиля, полагает, составляла примерно 60 км/ч, а поскольку он не смотрел на спидометр постоянно и не может указать абсолютно точное значение скорости, вполне допускает, что поскольку он ехал под гору, то скорость движения могла составлять 60-65 км/ч, не более. Никаких пешеходов, которые бы двигались по проезжей части, либо по обочине, либо находились бы рядом с проезжей частью, не было. Поскольку он полностью контролировал дорожную обстановку, он продолжил движение в прежнем направлении и с прежней скоростью. Двигаясь таким образом, внезапно для себя, он увидел, что из-за кустов, которые вплотную примыкают к проезжей части слева, по ходу его движения, выбежала девочка, которая, как он понял, хотела перебежать проезжую часть слева-направо, по ходу его движения. В тот момент, когда он увидел данную девочку на проезжей части, расстояние до нее было 31 метр. Данное расстояние было установлено в ходе следственного эксперимента, который проводился с его участием 26 августа 2016 года. Он сразу же применил торможение, однако из-за малого расстояния, наезда на пешехода избежать не удалось. Наезд произошел передней частью его автомобиля, между левым краем и серединой. То есть не точно серединой, а ближе к левому краю автомобиля. От удара девочку забросило на капот его автомобиля, после чего его автомобиль, проехав в заторможенном состоянии около 15-20 метров, остановился. После остановки девочка упала с капота на проезжую часть, перед его автомобилем. В момент наезда на девочку его автомобиль уже двигался в заторможенном состоянии, то есть в тот момент, когда произошел наезд, автомобиль тормозил уже метров 10. Девочка до наезда не переходила дорогу, а именно перебегала. Как именно она ее перебегала, он указал в ходе следственного эксперимента 26 августа 2016 года. Дальнейшие события он помнит не очень хорошо, поскольку находился в стрессовом состоянии. Помнит, что девочку с дороги поднял мужчина из соседнего дома, сам он пытался вызвать «скорую помощь», но у него не получалось. Помнит, что приехали сотрудники ГИБДД, которые делали замеры и возили его на освидетельствование. Место наезда точно сотрудникам ГИБДД не указывал, он лишь пояснил, что оно расположено позади его автомобиля, при этом он просто указал рукой на проезжую часть позади своего автомобиля, на расстоянии 15-20 метров, а не указывал на конкретное место на проезжей части. Так же добавил, что в ходе допроса от 19 октября 2016 года место выхода пешехода от угла дома № по ул. <адрес> он указывал не абсолютно точно, а примерно, как 23-24 м, возможно, в указании этого размера он немного ошибся, поскольку давал показания об этих расстояниях не на месте, а в кабинете следователя и в ходе этого допроса не использовались какие-либо измерительные приборы. Но при этом, особо отметил, что неточность его показаний составила 20 см. Кроме того, переднее левое колесо на его автомобиле не было «лысым» и могло использоваться, поскольку рисунок протектора просматривался, а не был стертым полностью и высота протектора была не менее 1.6 мм. Кроме того, на шинах имелся индикатор износа, по которому он следил за состоянием износа шин.

Сотрудникам ДПС он первоначально давал объяснения, поясняя, что пострадавшая сначала перебежала дорогу слева направо, а потом на обочине резко развернулась и «метнулась» обратно, и в этот момент он ее сбил. Данные показания не соответствуют действительности, поскольку ему кто-то подсказал так говорить, но кто конкретно и зачем он так сказал – не знает. Считает, что ребенок выбежал на дорогу внезапно из кустов, которые вплотную примыкают к проезжей части слева, по ходу его движения. Он предпринял все меры к тому, чтобы наезда не произошло, но расстояние было слишком маленьким и все произошло внезапно, очень быстро. Все, что он успел сделать, это нажать на педаль тормоза. Большего он сделать ничего не смог, поскольку объективно не имел такой возможности. В содеянном раскаивается.

Кроме того, в последнем слове ФИО1 заявил, что он не отрицает того, что возможно к моменту торможения он двигался со скоростью 65-70 км/ч и если бы эксперт указал, что с расстояния 31 м он имел бы техническую возможность при движении со скоростью 60 км/ч избежать наезда, он не стал бы отрицать своей вины, но поскольку эксперт пришел к выводу о том, что с этого расстояния, даже при движении с допустимой скоростью, он не мог избежать наезда. В этой связи превышение на 5-10 км/ч не имеет значения, поскольку нет причинной связи между превышением и наездом.

Гражданский иск Е.Г.И. признал в части возмещения материального ущерба в размере 57362 руб. 15 коп., а иск о взыскании морального вреда в размере 2500000 руб. и оплаты услуг адвоката в размере 10000 руб. оставляет на усмотрение суда.

Несмотря на показания ФИО1, вина его в совершении вышеуказанного преступления подтверждается следующими представленными сторонами и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, допрошенная в судебном заседании потерпевшая и гражданский истец Е.Г.И. показала, что погибшая в дорожно-транспортном происшествии Т. являлась ее дочерью. 19.07.2016 года она находилась дома по адресу: р.п. <адрес>, вместе с дочерью. Примерно в 17 часов 00 минут, последняя отпросилась на улицу к подружке. Примерно через 10-15 минут после этого к ней домой прибежала соседка - Ч.А. и сообщила, что ее дочь сбита машиной. Выбежав на улицу, она увидела соседа - Ч.И.В., который нес на руках ее дочь. На проезжей части стоял легковой автомобиль черного цвета, водителем которого оказался ранее ей незнакомый ФИО1 Приехавшие вскоре врачи скорой помощи госпитализировали ее дочь в районную больницу, откуда ее отвезли в областную детскую больницу в <адрес>, где ее дочь скончалась ДД.ММ.ГГГГ, не приходя в сознание. Со слов Ч.И.В. она узнала, что тот слышал звук торможения на протяжении около 3-х секунд, после чего произошел удар. Данный факт говорит о том, что наезд на ее дочь ФИО1 совершил в конце торможения. После произошедшего ФИО1 к ней не приходил, прощения не просил, помощи не оказывал. Просила суд строго наказать ФИО1 за содеянное, взыскать с него в свою пользу в возмещение морального вреда в связи со смертью дочери денежные средства в размере 2500000 руб., в возмещение материального ущерба расходы на погребение, обрядовые действия по захоронению тела дочери после ее смерти в соответствии с обычаями и традициями, в размере 37862 руб. 15 коп., расходы на подготовку тела в размере 900 руб., на покупку ограды, памятника в размере 18600 руб., а также расходы на оплату услуг адвоката в размере 10000 руб.

Свидетель М.А.С., инспектор ДПС ГИБДД МО МВД России «Инзенский», показал суду, что 19.07.2016 года, в 17 часов 00 минут, он заступил на ночное дежурство в составе автопатруля №, совместно с ИДПС Ц.Д.Ю., с маршрутом патрулирования в Базарносызганском и Инзенском районах. Примерно в 17 часов 25 минут от начальника дежурной смены им поступило задание проехать в р.п. Б.Сызган, где произошло дорожно-транспортное происшествие с пострадавшим. На указанное место происшествия они выехали примерно через минут 50. Он остался в районной больнице для опроса пострадавшей девочки, а Ц.Д.Ю. проехал на место происшествия. Так как пострадавшая находилась в тяжелом состоянии, он опросил ее мать, которая пояснила, что ее дочь отпросилась на улицу, а примерно через 10 минут от соседки она узнала, что ее дочь сбита машиной. После этого за ним заехал Ц.Д.Ю., с которым они проехали на место происшествия, а именно на ул. <адрес>, где на проезжей части обнаружили автомобиль ВАЗ 21140, регистрационный знак №. Водитель указанного автомобиля - ФИО1 находился на месте происшествия.

По прибытии на место происшествия, предварительно установив обстоятельства наезда, он с участием понятых и ФИО1 приступил к составлению протокола осмотра места совершения административного правонарушения, в который он внес сведения о дорожных условиях, обстановку рядом с проезжей частью, марку и размер шин автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №. ФИО1 в ходе осмотра и затем в своих объяснениях указал, что пострадавшую он первоначально увидел в тот момент, когда она перебегала проезжую часть слева направо, перпендикулярно направлению движения автомобиля, в это же время ФИО1 снизил скорость, но торможение не применял. Торможение он начал применять тогда, когда пострадавшая начала перебегать проезжую часть справа-налево, но наезда избежать не смог. В ходе осмотра ФИО1 самостоятельно было указано место наезда на пострадавшую, располагавшееся позади автомобиля, на расстоянии около 0,75 м от заднего бампера и примерно на расстоянии 1,5 м от правого края проезжей части (направления движения автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №). Схема к протоколу осмотра, в которой фиксировались замеренные расстояния, составлялась инспектором ДПС Ц.Д.Ю. Также в ходе осмотра производилось фотографирование.

Видимость проезжей части на момент осмотра составляла не менее 300 метров, имелся небольшой уклон в направлении движения автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак № (в сторону пер. <адрес>). Ширина проезжей части (асфальтированной части) составляла 6 метров. У автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №, шина переднего левого колеса была полностью изношена, но не до металлического корда и не до расслоения, в связи с чем впоследствии был составлен административный протокол, с которым ФИО1 согласился. Далее ФИО1 был освидетельствован на состояние опьянения.

Основания для задержания транспортного средства не имелось, ввиду чего автомобиль ВАЗ 21140, регистрационный знак №, был возвращен ФИО1

О неожиданном появлении пострадавшей на проезжей части ФИО1 ничего не говорил, пояснив, что увидел ее еще до применения торможения, в связи с чем и снизил скорость.

Данным свидетелем подтвержден протокол осмотра места происшествия от 19.07.2016.

Свидетель Ц.Д.Ю., инспектор ДПС ГИБДД МО МВД России «Инзенский», в суде показал, что 19.07.2016 года в 17 часов 00 минут он заступил на ночное дежурство в составе автопатруля № совместно с ИДПС М.А.С., с маршрутом патрулирования в Инзенском и Базарносызганском районах. В 17 часов 25 минут от начальника дежурной смены им поступило задание проехать на место дорожно-транспортного происшествия в р.п. Б.Сызган. На место происшествия они выехали примерно через 45-50 минут, где по прибытии М.А.С. остался в районной больнице для опроса пострадавшей девочки, а он проехал на место происшествия - ул. <адрес>, к д. №. На месте происшествия он обнаружил автомобиль ВАЗ 21140, регистрационный знак №, стоявший на полосе движения в сторону пер. <адрес>, водитель данного автомобиля ФИО1 находился примерно в 50 метрах от автомобиля.

ФИО1 он посадил в патрульный автомобиль, при этом тот пояснил, что пострадавшая сначала перебежала дорогу слева направо, а потом на обочине резко развернулась и «метнулась» обратно, и в этот момент ФИО1 ее сбил. На проезжей части имелось 2 одиночных следа торможения передних колес автомобиля, длиной около 30 метров, оканчивающиеся у передних колес автомобиля, а начинающиеся примерно симметрично относительно краев полосы движения в направлении к пер. <адрес>, их длина затем была указана им в схеме к протоколу осмотра места происшествия. Далее он проехал в больницу, где забрал М.А.С., после чего вновь проехал на место ДТП, где составил схему места ДТП и опросил водителя ФИО1 по обстоятельствам произошедшего. Последний в объяснениях также указывал на то, что пострадавшая пересекала проезжую часть в обоих случаях перпендикулярно проезжей части к направлению движения автомобиля, а в момент наезда находилась в пригнутом состоянии и как бы лицом к автомобилю.

О неожиданном появлении пострадавшей на проезжей части ФИО1 пояснений не давал.

Видимость проезжей части на момент осмотра составляла не менее 300 метров, на месте происшествия имелся небольшой уклон в направлении пер. М.Горького. Ширина асфальтированной проезжей части составляла 6 метров, у автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №, шина переднего левого колеса была изношена до практически «лысого» состояния, о чем был составлен соответствующий административный протокол в отношении ФИО1, с которым он был согласен. Место наезда, указанное ФИО1, располагалось примерно на расстоянии 1-1,5 м от правого края проезжей части, направления движения автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №. Место расположения данного автомобиля и иные размерные данные, в т.ч. место наезда, были отражены в составленной им схеме.

Данным свидетелем подтверждена схема к протоколу осмотра места происшествия от 19.07.2016.

Свидетель Ч.И.В. в суде показал, что 19.07.2016 года, примерно в 17 часов 25 минут, он с супругой находился на улице, возле своего дома и занимался домашними делами. Вдруг со стороны проезжей части по улице <адрес> он услышал звук торможения автомашины и затем удар. Он сразу же побежал в сторону автодороги, чтобы посмотреть, что случилось, где увидел, что на асфальте стоит автомашина марки ВАЗ 21140, регистрационный знак №, черного цвета, которая была в дыму. Примерно на расстоянии 3 метров от данного транспортного средства, на обочине дороги, лежала их соседка - несовершеннолетняя Т., которая была дезориентирована. В этот момент из автомашины ВАЗ 21140 вышел незнакомый ему водитель. Впоследствии он узнал, что это житель р.п. <адрес> ФИО1. Последний тоже подошел к лежавшей на дороге девочке и спросил у него, живая ли она, он ответил, что не знает и сказал, чтобы тот вызывал скорую помощь. Далее он взял Т. на руки и отнес в дом матери, после чего со своего сотового телефона позвонил по номеру 112, сообщив о дорожно-транспортном происшествии. Спустя примерно 10 минут, к месту ДТП подъехала автомашина скорой помощи и Т. госпитализировали. Момент наезда автомашины на Т. он не видел, так как в это время находился возле своего дома.

Свидетель Р.О.Н. в суде показала, что 19.07.2016 года, примерно в 17 часов 25 минут, она с супругом - Ч.И.В. находилась возле своего дома по адресу р.п. <адрес> Ее муж занимался домашними делами, она сидела на лавке с ребенком, спиной к проезжей части. В это же время она увидела, как из дома Е.Г.И., которая проживает в доме № по ул. <адрес>, вышла Т., которая перешла проезжую часть автодороги и подошла к песочнице, где играли дети. Спустя примерно 5 минут своим боковым зрением она увидела, как Т. снова перешла назад дорогу. Переходила дорогу Т. спокойно, никуда не торопилась. В этот же момент на улице в стороне проезжей части автодороги она услышала звук тормозов автомашины и очень сильный удар, настолько сильный, что она подумала, что столкнулись две автомашины. Они с супругом сразу же побежали в сторону автодороги, где она увидела автомобиль черного цвета ВАЗ 21140, регистрационный знак №. Примерно на расстоянии 3 метров от данного автомобиля на обочине лежала Т., без обуви. Она сразу поняла, что водитель указанного автомобиля совершил наезд на Т.. Ее супруг на руках занес Т. в дом Е.Г.И.

Через 10 минут автомобиль скорой помощи Т. отвез в больницу. ДД.ММ.ГГГГ последняя скончалась в больнице в <адрес>. Также впоследствии ей стало известно, что наезд на Т. совершил житель р.п. <адрес> ФИО1 Момент наезда автомобиля под управлением ФИО1 на Т. она не видела, так как в это время сидела спиной к дороге.

Допрошенный по ходатайству представителя потерпевшей Мясникова В.И. в качестве свидетеля М.И.А. показал суду, что погибшая в ДТП Т. приходится ему внучкой, а потерпевшая Е.Г.И. – дочерью. О случившемся дорожно-транспортном происшествии 19.07.2016 ему стало известно от родственников практически сразу. Примерно через полчаса после ДТП он приехал на место происшествия, где увидел, что на перекрестке, с правой стороны дороги, стояла автомашина ВАЗ 2114. Около этой автомашины лежала одна туфля внучки, а другая туфля лежала в метрах пяти от машины. Тормозной след автомобиля ВАЗ 2114 составлял около 29 метров. Считая себя профессиональным водителем, стаж которого с 1979 года, он в последующем проводил эксперименты на месте происшествия, разгоняя автомашину ВАЗ 2107, а затем автомашину ВАЗ 2114, в результате которых при скорости 60 км/ч он остановился через 34 м. Поэтому считает, что ФИО1 в момент ДТП двигался на автомашине со скоростью не менее 90 км/ч.

Вина ФИО1 подтверждается также следующими письменными доказательствами:

Из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Инзенский» Б.Р.Ш. от 19.07.2016, следует, что 19.07.2016 в 18-13 часов в дежурную часть МО МВД России «Инзенский» поступило телефонное сообщение от фельдшера районной больницы З.Т.А. о том, что 19.07.2016 около 17-40 часов в ГУЗ ФИО2 РБ доставлена малолетняя гражданка Т., 11 лет, прож.: р.п. <адрес> д/з СГМ под вопросом, ЗЧМТ, ссадина правого плеча, госпитализирована в хирургическое отделение. Проводится проверка. Травма в ДТП в р.п. Базарный Сызган (л.д.51).

Из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Инзенский» Б.Р.Ш. от 20.07.2016, следует, что 20.07.2016 в 02-33 часов в дежурную часть МО МВД России «Инзенский» поступило телефонное сообщение от медсестры детской областной больницы г. <адрес> К. о том, что 20.07.2016 около 00-40 часов в детскую областную больницу <адрес> доставлена малолетняя гражданка Т., 11 лет, прож.: р.п. <адрес> д/з ЗЧМТ, перелом кости черепа, эпидуральная гематома. Травма в ДТП 19.07.216 в р.п. Базарный Сызган. Проводится проверка. (л.д. 53).

Согласно протокола осмотра места совершения административного правонарушения от 19.07.2016 года со схемой и фототаблицей к нему, установлено, что дорожно-транспортное происшествие в виде наезда автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №, на пешехода Т. произошло на проезжей части по <адрес>, в районе дома № по ул. <адрес>, на капоте автомобиля имеются механические повреждения, тормозной след составил 28,8 метра (т.1, л.д.25-30, 32-37).

Из протокола дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, следует, что дополнительно осмотрено место дорожно-транспортного происшествия, а также определено местонахождение дорожного дефекта, у которого после дорожно-транспортного происшествия располагалась задняя часть автомобиля ВАЗ 21140, регистрационный знак №, и место наезда на Т., указанное ФИО1 в ходе осмотра места совершения административного правонарушения (т.2, л.д. 3-15). Осмотр места происшествия проведен в присутствии понятых, замечаний и заявлений от участвующих лиц не поступило.

В соответствии со свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ Т. умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 63).

Из протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ следует, что перед началом следственного эксперимента следователем при помощи мела на проезжей части дороги, со слов ФИО1, было отмечено место наезда его автомашины на пешехода Т. Расстояние с места видимости ФИО1 пешехода до места наезда на него составило 31 метр. Для установления скорости движения пешехода Т. перед наездом на нее статистом в ходе производства следственного эксперимента были продемонстрированы три попытки, приближенные к темпу движения пешехода перед наездом. При первой попытке статист преодолел 4,30 м за 2,83 с, при второй – 4,30 м за 2,84 с, при третьей – 4,30 м за 1,75 с.

Согласно заключения автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость движения автомобиля ВАЗ-21140 на момент начала торможения была около 65,5 км/ч. В представленной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля ВАЗ-21140 ФИО1 при движении перед ДТП должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1,10.2 Правил дорожного движения РФ. При расположении места наезда на пешехода на расстоянии 0,75 метра от остановившегося автомобиля ВАЗ-21140, его удалённость от места наезда на пешехода в момент когда водитель данного автомобиля, с технической точки зрения, воспринял дорожно-транспортную ситуацию опасной, составила около 43 метров. Сведение, содержащееся в показаниях ФИО1, о скорости движения управляемого им автомобиля (60 км/ч) не соответствует техническим расчётам. Для варианта расположения места наезда на расстоянии 0,75 метра от остановившегося автомобиля ВАЗ-21440 на момент, когда водитель воспринял дорожно-транспортную ситуацию опасной, в случае движения автомобиля с допустимой скоростью 60 км/ч у него имелась бы техническая возможность для предотвращения наезда на пешехода путем остановки автомобиля. В представленной дорожно-транспортной обстановке действия водителя автомобиля ВАЗ-21140, р.з. №, ФИО1 не соответствовали требованиям пунктов 10.1 (абз.1), 10.2 Правил дорожного движения РФ, что с технической точки зрения, находится в причинной связи с ДТП (т.1, л.д.147-159).

Согласно заключения дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, при полном истирании рисунка протектора шины переднего колеса скорость движения автомобиля ВАЗ-21140 на момент начала торможения составила бы не менее 70 км/ч. Поскольку по представленным фотоснимкам левого переднего колеса просматривается рисунок протектора шины, то скорость данного автомобиля на момент начала торможения могла быть более 70 км/ч. В представленной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля ВАЗ-21140 ФИО1 при движении перед ДТП должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1,10.2 Правил дорожного движения РФ. Перед выездом в рейс водитель ФИО1 должен был руководствоваться требованием пункта 2.3.1 Правил дорожного движения РФ и пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения. При расположении места наезда на пешехода сзади остановившегося автомобиля ВАЗ-21140, на расстоянии 0,7-0,75 метра от него, его удалённость от места наезда на пешехода при скорости 70 км/ч в момент, когда водитель ФИО1, с технической точки зрения, воспринял дорожно-транспортную ситуацию опасной, равна около 44,5 метра (не менее). В момент, когда автомобиль ВАЗ-21140 находился от места наезда на расстоянии 44,5 метра, в случае движения с допустимой скоростью 60 км/ч имелась бы техническая возможность для предотвращения наезда на девочку путём остановки автомобиля. Остановочный путь автомобиля ВАЗ-2114 при скорости 60 км/ч при наличии полного истирания рисунка протектора шины переднего колеса равен около 38 метров, а при допустимом износе шин - около 36 метров. Сведение, содержащееся в показаниях ФИО1, о скорости движения управляемого им автомобиля (60 км/ч) не соответствует техническим расчётам. Сведения, содержащиеся в показаниях ФИО1 (п. 11 постановления), о расположении места выхода пешехода на проезжую часть от дома № (23-24 м), о расположении места наезда от дома № (26 м) и от правого края проезжей части (2 м), о пути пешехода по проезжей части (4,3 м) противоречат друг другу: при принятии одного из этих параметров изменяются другие. Исходя из фотоснимка места ДТП, на котором видно расположение следов торможения автомобиля по ширине проезжей части, и с учётом сведения о наезде на девочку серединой передней части автомобиля место наезда на неё не могло быть далее 1,5 метра от правого края проезжей части. В связи с противоречивостью сведений, содержащихся в показаниях ФИО1, о расположении места наезда на девочку вопросы об удалённости автомобиля от места наезда и о технической возможности предотвращения наезда на девочку по этим сведениям не рассматривались. При расположении места наезда на девочку сзади остановившегося автомобиля ВАЗ-21140, на расстоянии 0,7-0,75 метра от него, в причинной связи с ДТП находятся действия водителя ФИО1, не соответствующие требованиям пунктов 10.1 (абз.1), 10.2 Правил дорожного движения РФ.

Дополнительно отмечает, что при расположении места наезда на расстоянии 0,7-0,75 метра от остановившегося автомобиля ВАЗ-21140 время, прошедшее с момента, когда его водитель, с технической точки зрения, воспринял ситуацию опасной, и до момента наезда составляет около 2,9 секунды; большее значение этого времени по сравнению с представленным временем движения пешехода по проезжей части (1,7 с) может объясняться отсутствием кустов в месте обнаружения водителем девочки, что увеличивало путь девочки в поле зрения водителя, и, возможно, более медленным темпом её движения, чем это представлено для проведения экспертизы (4,3 м за 1,75 секунды) (т.1, л.д.179-191).

Порядок назначения и производства указанных автотехнических судебных экспертиз соответствует положениям ст. ст. 195, 199 УПК РФ. При этом при проведении каждой из данных экспертиз эксперту разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, эксперт предупрежден об ответственности за дачу ложного заключения по ст. 307 УК РФ, о чем имеются подписи эксперта в заключениях.

В указанных выше заключениях отражен весь процесс проведения экспертиз, приведена использованная литература, нормативные источники, методика проведения исследований, даны аргументированные ответы на поставленные следователем вопросы, все выводы эксперта мотивированы в исследовательской части заключений с приведением материалов уголовного дела, обоснован вывод о нарушении правил дорожного движения ФИО1 при совершении наезда на Т.

Кроме того, допрошенный по ходатайству государственного обвинителя в качестве эксперта Н.Ю.В. показал суду, что по данному уголовному делу в ноябре 2016 года им проводилась автотехническая судебная экспертиза, а затем, в январе 2017 года, - дополнительная автотехническая судебная экспертиза. Делая вывод в первоначальной экспертизе о том, что скорость движения автомобиля ВАЗ-211440 на момент начала торможения была около 65,5 км/ч, он допустил явную арифметическую ошибку. Подставляя значения параметров в формулу скорости автомобиля, необходимо было суммировать получившиеся значения, однако им технически неверно была определена разница этих значений (на калькуляторе нажал вместо плюса минус). Таким образом, утверждает, что действительная скорость движения автомобиля ВАЗ-211440 на момент начала торможения была около 74 км/ч.

Выводы эксперта не дают суду каких-либо оснований сомневаться в обоснованности выводов заключений автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, и дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку данные экспертизы были проведены квалифицированным сотрудником федерального бюджетного учреждения Ульяновская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ – старшим государственным судебным экспертом Н.Ю.В., имеющим высшее техническое образование по специальности «Механизация сельского хозяйства», квалификацию судебного эксперта по специальности 13.1 «Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия», стаж работы по экспертной специальности с 1961 года.

Таким образом, оснований сомневаться в достоверности заключений экспертиз не имеется, поскольку они даны квалифицированным экспертом и отвечают требованиям, предъявляемым к заключениям экспертов ст. 204 УПК РФ и Федеральным Законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Из заключения судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что при судебно-медицинской экспертизе трупа Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружена тупая сочетанная травма тела: ссадина лобной области справа в 5 см., ссадина теменной области справа, ссадина лобной области слева, ссадина правой скуловой области, ссадина на левой боковой поверхности шеи в верхней трети, ссадина на задней поверхности шеи в средней трети, ссадины на верхней поверхности в проекции левого плечевого сустава с переходом на область надплечья и в верхнюю часть лопаточной области, ссадины на наружной поверхности левого плеча в верхней трети, ссадины на задней поверхности в проекции левого локтевого сустава, с переходом на верхнюю и среднюю трети, ссадины на задней поверхности в проекции правого плечевого сустава с переходом на верхнюю часть правой лопатки, ссадины в проекции гребня правой подвздошной кости, ссадины на наружной поверхности правого предплечья в верхней трети, ссадины на наружной поверхности правого бедра в верхней трети, ссадины на передней поверхности в проекции правого коленного сустава, ссадины на передне-наружной поверхности с переходом на наружную поверхность правой голени в верхней трети, осаднение на верхне-наружной поверхности тыльной поверхности правой стопы, ссадина на внутренней поверхности правой голени в нижней трети, ссадины на внутреней поверхности левой голени в средней и нижней трети, ссадины на наружной поверхности в верхней трети левого бедра с переходом на наружную поверхность верхней и средней третей левой голени, ссадина на передней поверхности в проекции левого коленного сустава, ссадина на задне-наружной поверхности левой голени в нижней трети, ссадины на задней поверхности грудной клетки слева, ссадины на поясничной области слева с переходом на верхне-наружный квадрант левой ягодицы, ссадины на крестцовой области в центре, ссадины на поясничной области справа, кровоподтек на веках правого глаза, кровоизлияние в мягкие ткани теменно-затылочной области к центру, кровоизлияние над твердой мозговой оболочкой головного мозга справа, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга справа и слева, кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки головного мозга справа и слева, переломы костей свода и основания черепа, перелом костей лицевого скелета, кровоизлияние в околопочечной клетчатке правой почки, кровоизлияние в мягкие ткани задне-наружной поверхности левого бедра, кровоизлияние в мягкие ткани задней поверхности левой голени, кровоизлияние над и под оболочки спинного мозга в шейно-грудном отделе. Все повреждения образовались, в срок за несколько часов до поступления в ГУЗ УООДК имени Ю.Ф. Горячева, от действия твердых тупых предметов, индивидуальные особенности которых в повреждениях не отразились. Характер и локализация повреждений, обнаруженных при экспертизе не исключают возможность их образования в условиях дорожно-транспортного происшествия при столкновении потерпевшего с движущимся автомобилем, причем потерпевшая была обращена к транспортному средству левой задне-боковой поверхностью. Все повреждения, в совокупности относятся к тяжкому вреду, причиненного здоровью человека по признаку опасности для жизни, в данному случае повлекшие смерть. (т.1, л.д.202-215)

Из заключения комиссионной судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при судебно-медицинской экспертизе трупа Т., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружена тупая сочетанная травма тела, проявившаяся повреждениями: ссадина лобной области справа, ссадина теменной области справа, ссадина лобной области слева, ссадина правой скуловой области, кровоподтек на веках правого глаза, кровоизлияние в мягкие ткани теменно-затылочной области в центре, кровоизлияние над твердой мозговой оболочкой головного мозга справа, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга справа и слева, кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки головного мозга справа и слева, переломы костей свода и основания черепа, перелом костей лицевого скелета, кровоизлияние над и под оболочки спинного мозга в шейно-грудном отделе; ссадины левой боковой поверхности шеи в верхней трети, ссадина задней поверхности шеи в средней трети; ссадины задней поверхности грудной клетки слева, ссадины поясничной области слева с переходом на верхне-наружный квадрант левой ягодицы, ссадина крестцовой области в центре, ссадины поясничной области справа, ссадина в проекции гребня правой подвздошной кости, кровоизлияние в околопочечной клетчатке правой почки, ссадины верхней поверхности в проекции левого плечевого сустава с переходом на область надплечья и в верхнюю часть лопаточной области, ссадины наружной поверхности левого плеча в верхней трети, ссадины задней поверхности в проекции левого локтевого сустава, ссадины задней поверхности в проекции правого плечевого сустава с переходом на верхнюю часть правой лопатки, ссадины наружной поверхности правого предплечья в верхней трети, ссадины наружной поверхности правого бедра в верхней трети, ссадины передней поверхности в проекции правого коленного сустава, ссадины передне-наружной поверхности с переходом на наружную поверхность правой голени в верхней трети, осаднение верхне-наружной поверхности тыльной поверхности правой стопы, ссадина внутренней поверхности правой голени в нижней трети, ссадины внутреней поверхности левой голени в средней и нижней трети, ссадины наружной поверхности в верхней трети левого бедра с переходом на наружную поверхность верхней и средней третей левой голени, ссадина передней поверхности в проекции левого коленного сустава, ссадина задне-наружной поверхности левой голени в нижней трети, кровоизлияние в мягкие ткани задне-наружной поверхности левого бедра, кровоизлияние в мягкие ткани задней поверхности левой голени. Причиной смерти явилась тупая сочетанная травма тела, проявившаяся ссадинами, кровоподтеками, кровоизлияниями в мягкие ткани, переломами костей свода и основания черепа, лицевого скелета, кровоизлияния над и под оболочки головного и спинного мозга, осложнившаяся восходящим отеком спинного мозга и отеком головного мозга, вклинением полушарий мозжечка в большое затылочное отверстие. Отек головного мозга, отек спинного мозга, вклинение полушарий мозжечка в большое затылочное отверстие явились непосредственной причиной смерти и состоят в прямой причинной связи с повреждениями, выявленными у пострадавшей. Тупая сочетанная травма тела квалифицируется как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни и повлекшая смерть (т.1, л.д.221-234).

Анализируя исследованные в судебном заседании и перечисленные выше доказательства, полученные в соответствии с уголовно-процессуальным законом, относящиеся непосредственно к данному делу, суд признает их достоверными и допустимыми, достаточными для разрешения уголовного дела, совокупность данных доказательств полностью подтверждает виновность ФИО1 в совершении вышеописанного преступления.

Вместе с тем, с учетом установленных обстоятельств в судебном заседании, суд полагает необходимым исключить из объема обвинения ФИО1 нарушение требований п. 2.3.1 Правил дорожного движения РФ и пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, согласно которым водитель обязан перед выездом проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения; при возникновении в пути прочих неисправностей, с которыми приложением к указанным Основным положениям запрещена эксплуатация транспортных средств, водитель должен устранить их, а если это невозможно, то он может следовать к месту стоянки или ремонта с соблюдением необходимых мер предосторожности; запрещается эксплуатация автомобиля, если его техническое состояние и оборудование не отвечают требованиям Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, в частности, для транспортных средств категорий Ml остаточная глубина рисунка протектора шин составляет не более 1,6 мм, была установлена на левом переднем колесе шина с протектором, остаточная глубина рисунка, которого была менее 1,6 мм, относящегося, согласно приложению № 1 к техническому регламенту о безопасности колесных транспортных средств, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 10 сентября 2009 года № 720, к категории транспортных средств М1, - поскольку причинно-следственной связи между истиранием шины одного колеса автомашины и наступлением смерти Т. не имеется.

Каких-либо оснований сомневаться в достоверности вышеизложенных показаний потерпевшей и свидетелей, изобличающих подсудимого в совершенном преступлении, у суда не имеется, показания данных свидетелей объективно согласуются между собой и с другими доказательствами виновности подсудимого.

При этом суд не принимает во внимание показания свидетеля М.И.А., поскольку его суждение о скорости движения подсудимого ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия не менее 90 км/ч, носит субъективный характер и не имеет подтверждения, т.к. он не является очевидцем ДТП, а также лицом, обладающим специальными познаниями в области исследования обстоятельств дорожно-транспортных происшествий. Кроме того, показания данного свидетеля не согласуются с доказательствами, представленными стороной обвинения.

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что он внезапно увидел, что из-за кустов, которые вплотную примыкают к проезжей части слева, по ходу его движения, выбежала девочка, суд считает недостоверными, поскольку они полностью опровергаются вышеизложенными доказательствами, исследованными по инициативе стороны обвинения.

Доводы ФИО1, изложенные в последнем слове, о том, что поскольку эксперт пришел к выводу о том, что даже при движении с допустимой скоростью он не мог избежать наезда, в связи с чем превышение на 5-10 км/ч не имеет значения, поскольку нет причинной связи между превышением и наездом, суд расценивает такие показания ФИО1 как выбранным им способом защиты от предъявленного обвинения, поскольку заключения автотехнических экспертиз, вопреки доводам подсудимого, никак не опровергают доказанность вины осужденного.

Доводы защитника Серова Д.Ю. о том, что следствием место наезда на Т. установлено неверно, показания свидетелей – инспекторов ДПС ОГИБДД М.А.С. и Ц.Д.Ю. не согласуются между собой, в связи с чем считает, что обвинение подсудимого построено на предположениях, суд также не принимает во внимание, поскольку они полностью опровергаются доказательствами по делу, а именно в ходе осмотра места совершения административного правонарушения ФИО1 место наезда было указано инспекторам ДПС ГИБДД, зафиксировано и именно оно в ходе следствия было указано теми же инспекторами в ходе допросов и дополнительного осмотра места происшествия. Нарушений требований УПК РФ при расследовании настоящего уголовного дела, препятствующих рассмотрению дела по существу, не допущено.

Доводы защитника подсудимого Серова Д.Ю. о том, что пешеход Т. не обладала правом преимущества на дороге в момент ДТП, и сама нарушила правила дорожного движения, переходя дорогу в неустановленном месте, суд считает несостоятельными, поскольку водитель, управляя источником повышенной опасности, обязан вести транспортное средство таким образом, чтобы обеспечивалось безопасное дорожное движение. Кроме того, указанные нарушения пешехода не состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ст. 264 ч. 3 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения повлекшем по неосторожности смерть человека.

По делу установлено, что ФИО1 при вышеуказанных обстоятельствах управлял автомобилем, при этом в результате нарушения им Правил дорожного движения РФ произошло дорожно-транспортное происшествие, что повлекло по неосторожности смерть человека.

ФИО1 на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (том 2 л.д. 70-71). В отношении инкриминируемого деяния суд признает подсудимого вменяемым, подлежащим уголовной ответственности. Сомнений в его психическом здоровье у суда не имеется. Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности, либо наказания, суд не находит.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, и личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление виновного и на условия жизни его семьи, все обстоятельства дела.

С учетом установленной категории совершенного преступления, обстоятельств его совершения, оснований для снижения данной категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ на менее тяжкую, не имеется.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает то, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, впервые совершил по неосторожности преступление средней тяжести, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, а также наличие на его иждивении малолетнего ребенка.

Отягчающих наказание обстоятельств суд не усматривает.

По материалам дела ФИО1 характеризуется в целом положительно, к уголовной ответственности не привлекался, однако привлекался к административной ответственности в области дорожного движения (том 2 л.д. 73, 74-78, 82).

Принимая во внимание общественную опасность совершенного подсудимым преступления, обстоятельства совершения преступления, в результате которого наступила смерть человека, основываясь на принципах законности и справедливости, суд приходит к выводу, что наказание подсудимому ФИО1 должно быть назначено только в виде реального лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством.

При этом, оснований не применять дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, суд не находит, поскольку оно является обязательным.

Несмотря на то, что подсудимый ранее не судим, характеризуется положительно, достаточных оснований для назначения наказания с применением ст. ст. 64, 73 УК РФ, в том числе и наличия соответствующей для этого совокупности смягчающих наказание обстоятельств, не имеется.

Поскольку ФИО1 совершил преступление по неосторожности, то в соответствии с пунктом «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, местом отбытия назначенного ему наказания должна быть определена колония-поселения.

Учитывая, что ФИО1 от следствия и суда не уклонялся, меру пресечения не нарушал, имеет постоянное место жительства на территории РФ, под стражей не содержится, суд не находит оснований для изменения ему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу и направления его в колонию-поселение под конвоем.

При определении компенсации морального вреда с учетом требования ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, исходя из степени нравственных страданий, причиненных потерпевшей, связанных с ранней утратой малолетней дочери, наступившей вследствие действий ФИО1, связанных с использованием источника повышенной опасности, при неосторожной форме вины последнего к наступившим последствиям, учитывая материальное положение ФИО1, возраст подсудимого, его трудоспособность, а также учитывая требования разумности и справедливости, принимая во внимание при этом, что компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер, суд удовлетворяет иск о компенсации морального вреда, заявленный на сумму 2500000 руб., частично, на сумму 900000 руб.

Что касается требований потерпевшей – гражданского истца Е.Г.И. о компенсации расходов, связанных с услугами представителя в досудебном и судебном производстве в сумме 10000 рублей, суд полагает необходимым удовлетворить их в полном объеме, согласно представленных суду подтверждающих доказательств понесенных ею расходов.

Разрешая вопрос о размере возмещения материального ущерба потерпевшей – гражданскому истцу в размере 57362 руб. 15 коп., связанных с расходами на похороны, проведением поминальных обедов, установку памятника и ограды, суд находит подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Поминальный обед, а также установка на могиле умершего надгробия и ограды могут быть отнесены к традициям и обычаям, связанным с погребением человека и подлежат возмещению в разумных пределах.

Общеизвестно, что при погребении тела человека, национальными обычаями предусмотрено его поминание, на месте захоронения согласно сложившимся традициям и обычаям предусмотрена установка памятника, ограды. Указанные обстоятельства, как общеизвестные, в силу ч. 1 ст. 61 ГПК РФ не нуждаются в доказывании.

В судебном заседании заявленные потерпевшей Е.Г.И. исковые требования о возмещении материального ущерба в размере 57362 руб. 15 коп. ФИО1 признал, однако учитывая, что надлежаще оформленные финансовые документы потерпевшей представлены лишь на сумму 18600 руб. – стоимость памятника и ограды, суд считает возможным удовлетворить исковые требования на указанную сумму.

Расходы на поминальный горячий обед после похорон потерпевшей Е.Г.И. не подтверждены, в связи с чем в этой части ее требования суд признает необоснованными и оставляет их без удовлетворения.

Поскольку проведение поминальных обедов на 9 и 40 день, а также каждый четверг до 40 дней после смерти лица, выходит за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, возмещение расходов на которое предусмотрено положениями ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований в соответствующей части.

Также отсутствуют основания для удовлетворения иска в части взыскания с подсудимого в пользу потерпевшей расходы за подготовку тела в размере 900 руб., поскольку квитанция об оплате указанных услуг выдана на имя Т.Х.Н. Доказательств, подтверждающих, что данные расходы несла потерпевшая, суду не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (Три) года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством сроком на 2 (Два) года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Обязать ФИО1 после вступления приговора в законную силу явиться в Управление Федеральной службы исполнения наказания по Ульяновской области для получения предписания и дальнейшего самостоятельного следования к месту отбывания наказания.

Срок отбывания наказания ФИО1 в виде лишения свободы исчислять с момента прибытия к месту отбывания наказания. Время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Меру пресечения ФИО1 - подписку о невыезде и надлежащем поведении - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования Е.Г.И. о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с осужденного ФИО1 в возмещение морального вреда в пользу Е.Г.И. 900000 (Девятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей Е.Г.И. в счет возмещения материального ущерба 18600 (Восемнадцать тысяч шестьсот) руб.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу Е.Г.И. в возмещение расходов по оплате услуг представителя ее интересов в досудебном и судебном производстве в размере 10000 (Десять тысяч) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Инзенский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный ФИО1 вправе в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, а также в течение 10 суток со дня вручения ему копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья ______________________ Н.Ю. Родина