Апелляционное постановление № 22-6884/2025 от 22 октября 2025 г. по делу № 1-378/2025

Председательствующий судья – ФИО4 №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> 23 октября 2025 года

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего судьи ФИО15,

при секретаре ФИО5,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры <адрес> ФИО6,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ФИО7,

потерпевшего ФИО3,

представителя потерпевшей ФИО2 - адвоката ФИО8,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката ФИО14 на приговор Октябрьского районного суда <адрес> от <дата>, которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, в браке не состоящий, детей не имеющий, работающий у ИП «ФИО9», зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес><адрес>» <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

Определен порядок следования осужденного в колонию-поселение - самостоятельно за счет государства.

Срок отбывания основного наказания постановлено исчислять с момента прибытия ФИО1 в колонию-поселение в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы, с зачетом в срок наказания времени следования к месту его отбывания из расчета один день за один день. Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания.

Гражданские иски ФИО2 и ФИО3 постановлено удовлетворены частично, с ФИО1 взыскано:

в пользу ФИО3 25000 рублей в счет компенсации морального вреда, и 108700 рублей в счет возмещения расходов на погребение;

в пользу ФИО2 500000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств, вопрос о мере пресечения в виде запрета управления автомобилем или иным транспортным средством, которую постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, а также сохранен арест на автомобиль «<данные изъяты>» до исполнения ФИО1 приговора в части гражданских исков.

Изложив краткое содержание приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденного и его защитника, настаивавших на удовлетворении апелляционных жалоб, мнение прокурора, потерпевшего, представителя потерпевшей, возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено <дата> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного - адвокат ФИО14, выражает несогласие с приговором, считая его необоснованным и подлежащим отмене.

В обоснование жалобы указывает, что суд положил в основу обвинительного приговора заключение комплексной видео-автотехнической экспертизы, с выводами которого осужденный не согласен, в связи с чем просил о назначении повторной автотехнической экспертизы для определения скорости движения его автомобиля в момент возникновения опасности и наличия у ФИО1 технической возможности избежать столкновения с пешеходом, ввиду того, что обзор дороги ФИО1 перекрывал неустановленный внедорожник, двигавшийся в левом ряду в попутном направлении, в чем судом было отказано, что лишило возможности установить истину по делу.

Полагает, что судом неверно истолкована возможность ФИО1 предотвратить ДТП. ФИО1 не нарушал Правила дорожного движения, двигался он со скоростью не более 55 км/ч и принял меры к торможению.

Кроме того, судом дана неверная оценка гражданских исков потерпевших в части удовлетворения компенсации морального вреда.

Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 также выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

Ссылаясь на положения ст.ст. 389.15, 389.16 УПК РФ считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Не согласен с выводами суда о том, что он мог избежать столкновения с пешеходом, считает, что судом данный вывод сделан исходя из личного опыта и знаний судьи и недопустимы в качестве доказательств его вины, поскольку судья не имеет специальных познаний. Суд не учел отсутствие в силу физиологических причин беспрепятственного обзора вокруг автомобиля, который сужается при скорости в 60 км/ч до 70-90 градусов относительно центральной линии зрения. На уменьшение угла зрения также влияют погодные условия и дорожная обстановка. При его движении слева от него постоянно с той же скоростью, что и он двигался автомобиль внедорожник, который перекрывал ему видимость и он фактически мог только ту часть дороги, что находилась непосредственно впереди него.

Считает проведенную по делу экспертизу неполной, необъективной, не отражающей реальную скорость его автомобиля в момент наезда на пешехода, так как она была проведена на участке дороги длиною порядка 50 метров, находящейся на удалении от пешеходного перехода, в связи с чем, им заявлено ходатайство о проведении дополнительной экспертизы с целью установления скорости его автомобиля как в момент возникновения опасности в виде начала торможения названного неустановленного внедорожника, так и в момент столкновения с пешеходом, а также с целью установления наличия у него технической возможности избежать столкновения с пешеходом, в чем судом отказано.

Полагает не доказанным факт того, что он был в состоянии обнаружить возникшую опасность заблаговременно и принять меры для предотвращения ДТП. Согласно видеозаписи его автомобиль начал торможение через секунду после того, как начал тормозить неустановленный внедорожник, за данную секунду остановить автомобиль невозможно. При этом данный внедорожник закрыл ему обзор, пешехода он не видел, а в действиях пешехода ФИО10 имелась грубая неосторожность при движении по пешеходному переходу, что не учтено судом. Водитель внедорожника заблаговременно не предпринял мер к остановке автомобиля, и затормозил лишь в последний момент, избегая столкновения с пешеходом, и как результат пешеход ФИО10 внезапно для него выскочил из-за внедорожника на его автомобиль.

Автор жалобы считает, что в ходе рассмотрения дела был нарушен принцип презумпции невиновности, а именно сомнения в его возможности предотвратить ДТП не устранены путем проведения дополнительной автотехнической экспертизы, истолкованы не в его пользу.

Кроме того, выводы суда о его виновности в совершении преступления повлияли на решение суда при определении размера компенсации морального вреда при удовлетворении гражданских исков. При разрешении гражданских исков суд не учел предоставленные им отзывы, проигнорировал его мнение по поводу исков, а также в нарушение положений ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» зачел выплату, произведенную согласно данному закону только в счет одного из потерпевших - ФИО3, тогда как все потерпевшие в равных долях имеют право на получение данных выплат, таким образом суд создал ситуацию, в которой один из пострадавших фактически получил компенсацию в большем размере, чем нарушил положения ст. 151, ст. 1101 ГК РФ.

Просит приговор отменить, его оправдать в связи с его непричастностью к совершению преступления, решение в части гражданских исков направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе суда.

На апелляционные жалобы государственным обвинителем – помощником прокурора <адрес> ФИО11 принесены возражения, в которых указывается на необоснованность доводов жалоб и законность приговора.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит приговор не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности ФИО1 в нарушении им при управлении автомобилем, правил дорожного движения РФ, повлекшем по неосторожности смерть ФИО10, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым дана правильная оценка в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 своей вины в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, не признал, показал, что он не нарушал правила дорожного движения, не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода, в связи с чем, просил его оправдать. ФИО1 суду пояснил, что у него в собственности имеется автомобиль марки «<данные изъяты><данные изъяты>», регистрационный знак №, 2012 года выпуска, с расположением руля с правой стороны. <дата> около 06 часов 45 минут он управлял своим технически исправным автомобилем, и двигался по крайней правой полосе проезжей части проспекта Свободный со стороны <адрес> в сторону <адрес> со скоростью около 55 км/ч. На заднем пассажирском сиденье сидел пассажир. На улице было темно, было искусственное освещение. Впереди него, в крайнем левом ряду в попутном направлении двигался автомобиль «кроссовер» черного цвета, который ограничивал ему (ФИО16) обзорность с левой стороны, в том числе и проезжую часть в противоположном направлении. Он (ФИО16) знал, что на данном участке проезжей части имеется пешеходный переход, так как ранее неоднократно проезжал по нему, кроме того, пешеходный переход был обозначен соответствующими знаками и дорожной разметкой, которую он видел. Приближаясь к пешеходному переходу, примерно в 2 метрах от него, он заметил, что впереди движущийся автомобиль в крайнем левом ряду в попутном направлении немного притормозил, и он (ФИО16) в этот же момент увидел на пешеходном переходе мужчину (ФИО10), который быстрым шагом, переходящим в бег, переходил проезжую часть слева-направо относительно его движения, уклоняясь от столкновения с вышеуказанным автомобилем «кроссовер». Как только он (ФИО16) увидел пешехода ФИО10, то сразу же стал тормозить, и понимая, что не сможет полностью остановиться, вывернул руль вправо, предпринял попытку уйти вправо, но расстояние было небольшое, в связи с чем, он допустил наезд на пешехода ФИО10 Удар пришелся в переднюю часть его автомобиля в районе левой передней фары. Автомобиль «кроссовер», который двигался по крайней левой полосе, не остановился, а продолжил движение и скрылся с места происшествия. Именно из-за данного автомобиля он (ФИО16) не видел, как пешеход ФИО10 стал переходить проезжую часть, и данный автомобиль не остановился перед пешеходом. Он (ФИО16) считает, что не нарушал п. 14.1 и 14.2 ПДД, обязывающие уступить дорогу пешеходу и принять меры к торможению при торможении рядом следующего автомобиля. Также он не нарушал п. 10.2 ПДД, поскольку двигался непосредственно перед пешеходным переходом со скоростью не более 55 км/ч. Считает необоснованными выводы эксперта о том, что его скорость была 61 км/ч. Эксперт при расчете скорости принял во внимание неверные значения расстояния и времени. При указанных обстоятельствах он (ФИО16) не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, что могло быть подтверждено заключением экспертизы, но ему необоснованно было отказано в проведении такой экспертизы.

После наезда на пешехода ФИО10, он (ФИО16) остановился, вышел из своего автомобиля, подошел к ФИО10, который лежал на проезжей части. Пешеход ФИО10 подавал признаки жизни. Он (ФИО16) подстелил под ФИО10 коврик, и сразу же позвонил в службу «112», сообщив о ДТП. Через несколько минут на место прибыли сотрудники ГАИ и скорая помощь, которая забрала пешехода ФИО10 в больницу. Ему (ФИО16) было проведено освидетельствование на состояние опьянения, результат был отрицательным, была составлена схема.

С родственниками ФИО10, а именно потерпевшим ФИО3 и представителем потерпевшей – ФИО8 в ходе следствия он связывался, пытался принести свои извинения, те запросили несоразмерную, явно завышенную сумму компенсации морального вреда. В ходе судебного следствия он выплатил потерпевшим ФИО3 и ФИО2 по 200000 рублей каждому в счет компенсации морального вреда, в остальной части заявленные гражданские иски потерпевших не признает. Также просил учесть, что потерпевший ФИО3 получил выплату от страховой компании.

Между тем, несмотря на непризнание ФИО1 своей вины в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, его вина в преступлении в полном объеме подтверждается собранными по делу доказательствами:

-показаниями потерпевшего ФИО3, данными в суде, согласно которым ФИО10 - его отец. <дата> около 08 часов 30 минут, ему позвонила сестра ФИО2 и сообщила, что их отец попал в дорожно-транспортное происшествие, и находится в тяжелом состоянии в больнице. В этот же день отец от полученных травм, не приходя в сознание, скончался. Ему (ФИО3) известно, что в день ДТП отец утром возвращался с работы домой, и в районе <адрес> «Г» <адрес> по нерегулируемому пешеходному переходу переходил проезжую часть, где был сбит автомобилем под управлением ФИО1 Смертью отца ему, как сыну, причинен моральный и материальный вред. Материальный вред выразился в расходах на похороны, которые составляют 133 700 рублей. Размер компенсации морального вреда составляет 3 000 000 рублей. Заявленный гражданский иск на данную сумму поддерживает в полном объеме. Страховой компанией ему было выплачено 500 000 рублей, а также от ФИО1 он получил денежный перевод на сумму 200 000 рублей.

-показаниями потерпевшей ФИО2, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ст. 281 УПК РФ, а также данными ей в суде, согласно которым ФИО10 - ее отец, который работал в Красноярском технологическом институте, являлся кандидатом технических наук, имел научную степень доцента. После выхода на пенсию отец работал посменно охранником в охранном агентстве «<данные изъяты>». <дата> около 08 часов 30 минут ей позвонили из БСМП и сообщили, что отец попал в дорожно-транспортное происшествие и находится в тяжелом состоянии в больнице, где через некоторое время <дата> отец скончался. От брата ФИО3 и согласно видеозаписи дорожно-транспортного происшествия ей известно, что в день ДТП отец утром возвращался домой с работы и в районе <адрес> «Г» <адрес> переходил проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, слева направо относительно движения автомобиля марки «<данные изъяты>», которым был сбит, находясь на нерегулируемом пешеходном переходе. Кроме нее и брата ФИО3, близких родственников у отца не было. Смертью отца ей причинены нравственные страдания, заявленный гражданский иск о взыскании с ФИО1 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> рублей поддерживает в полном объеме. Каких-либо выплат от страховой компании она не получала, в страховую компанию обращался ее брат ФИО3

-показаниями свидетеля ФИО12, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ст. 281 УПК РФ, согласно которым <дата> около 06 часов 50 минут он ехал в качестве пассажира в автомобиле марки «<данные изъяты>», регистрационный знак №, и сидел на заднем пассажирском сиденье справа. Автомобилем управлял незнакомый мужчина ФИО1 На автомобиле двигались по проспекту Свободный со стороны <адрес> в сторону <адрес> со скоростью около 60 км/ч, по крайней правой полосе для движения. На улице было темно, имелось искусственное освещение – уличные фонари, расположенные с обеих сторон проезжей части, на улице шел дождь со снегом. Во время движения он (ФИО18) за дорожной обстановкой не наблюдал. В какой-то момент он почувствовал, как водитель ФИО1 начал применять экстренное торможение. Когда поднял голову, увидел через ветровое стекло, что впереди по пешеходному переходу, светофорные объекты на котором не горели, идет пешеход, одетый в темную одежду. Мужчина шел слева-направо относительно их движения, расстояние от передней части их автомобиля до мужчины было около 1 метра. Практически сразу же произошел наезд на пешехода, который находился в пределах нерегулируемого пешеходного перехода на крайней правой полосе их движения. Водитель ФИО1 пытался избежать наезда, и отвернул рулевое колесо вправо, однако наезд произошел. Удар пришелся передней частью кузова автомобиля, а именно передней левой фарой в правую боковую часть туловища пешехода, в результате чего пешехода забросило на капот автомобиля и он плечом ударился о ветровое стекло с левой стороны, а затем его отбросило вперед по ходу движения автомобиля и он упал на проезжую часть. Автомобиль некоторое расстояние продолжал оттормаживаться, после чего, полностью остановился за пешеходным переходом. Он вместе с водителем вышел из автомобиля, подошли к пешеходу, который был в сознании. Водитель ФИО16 сразу стал звонить в экстренные службы, сообщать о произошедшем ДТП. Мужчина лежал на проезжей части, на которой местами были лужи. ФИО16 подстелил под пешехода одеяло. Первыми на место ДТП приехали сотрудники ГАИ, потом прибыла «скорая медицинская помощь» и забрали пострадавшего мужчину и увезли его в больницу. Он (ФИО17) оставил свой контактный номер телефона и ушел на работу. Какие автомобили двигались в попутном с ними направлении, и на каком расстоянии, сказать не может, так как не следил за дорожной обстановкой во время движения.

Виновность ФИО1 в совершенном им преступлении также объективно подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами дела:

- протоколом осмотра места совершения административного правонарушения <адрес> от <дата> с прилагаемыми к нему схемой ДТП и фототаблицей, где зафиксировано, что место наезда на ФИО10 расположено в границах нерегулируемого пешеходного перехода, расположенного на проезжей части в крайней правой полосе движения, в районе <адрес> «Г» проспекта Свободный <адрес>. На проезжей части нанесена дорожная разметка 1.2, 1.3, 1.14.1, 1.14.2 Приложения 2 к ПДД РФ. Место происшествия расположено в зоне действия дорожных знаков 6.16, 5.19.1, 5.19.2, 2.1 Приложения 1 к ПДД РФ. Автомобиль марки «<данные изъяты>», регистрационный знак № после наезда расположен за нерегулируемым пешеходным переходом на крайней правой полосе движения;

- протоколом осмотра места происшествия от <дата> – участка проезжей части, расположенного в районе <адрес> «Г» проспекта Свободный <адрес>, где зафиксированы аналогичные протоколу осмотра от <дата> сведения, а также расстояния между дорожными объектами;

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому видимость дорожных знаков 5.19.1, 5.19.2 Приложения 1 к ПДД РФ, имеющих светоотражающие элементы, расположенных в районе <адрес> «Г» проспекта Свободный <адрес>, в темное время суток неограниченная - более 300 метров;

- протоколом осмотра предметов от <дата> - автомобиля марки «<данные изъяты>», регистрационный знак №, на котором имеются повреждения, сконцентрированные в левой передней части: на переднем бампере, левая передняя фара, левая боковая часть капота, левое переднее крыло, верхняя передняя часть крыла, левая передняя стойка крыши, лобовое стекло. Рулевое колесо исправно, уровень тормозной жидкости находится на уровне отметки «максимум». При нажатии на педаль тормоза она проходит около 2/3 своего хода, после чего становится упругой, не проваливается;

- протоколом осмотра предметов от <дата>, согласно которому осмотрен оптический диск с двумя видеофайлами, содержащими видеозапись дорожно-транспортного происшествия от <дата> в районе <адрес> «Г» на <адрес> в <адрес>. При просмотре видеозаписи с наименованием «№» длительностью 30 минут 37 секунд, установлено, что начало записи: 06:19:40, заканчивается запись на маркере времени: 06:50:17. На данной видеозаписи просматривается фрагмент проезжей части, которая визуально мокрая, темное время суток, пасмурная погода, выпадают осадки в виде дождя. Ракурс камеры направлен на перекресток проспекта Свободный и <адрес>, на котором имеются дорожные знаки «пешеходный переход», светофорные объекты находятся в неработающем состоянии. При просмотре видеозаписи с наименованием «ДТП ФИО16 №» длительностью 00 минут 45 секунд, установлено, что начало записи происходит на маркере времени: 06:50:12, заканчивается на маркере времени: 06:50:57. На данной видеозаписи видно, что на проезжей части после нерегулируемого пешеходного перехода останавливается легковой автомобиль, а рядом с ним падает пешеход. Далее видно, что из автомобиля марки «<данные изъяты>», регистрационный знак №, выходит человек, который подходит к лежащему на проезжей части пешеходу;

- протоколом осмотра предметов от <дата>, согласно которому осмотрен оптический диск с видеофайлом с наименованием «№», содержащим видеозапись дорожно-транспортного происшествия имевшего место <дата> в районе <адрес> «Г» на <адрес> в <адрес>, и две фотографий с места ДТП от <дата>. На данном диске обнаружена видеозапись длительностью 02 минуты 01 секунда. На видеозаписи просматривается фрагмент проезжей части проспекта Свободный. Проезжая часть мокрая, определяется темное время суток, пасмурная погода, на камере слабо прослеживаются осадки, проезжая часть имеет искусственное освещение. На видеозаписи на экране имеются надписи, а именно <дата>, начало 06:48:59, конец 06:50:59. На видеозаписи просматривается пешеходный переход с соответствующими дорожными знаками и дорожной разметкой «зебра», со светофорными объектами, которые на момент съемки не работали. На маркере времени 06:50:02 определяется появление пешехода (ФИО10), который двигается слева по пешеходному тротуару. Далее, пешеход начинает пересекать проезжую часть по пешеходному переходу. Далее на маркере времени воспроизведения видеозаписи «06:50:12» запечатлено появление движущегося по крайней правой полосе автомобиля «<данные изъяты>», регистрационный знак №, который движется непрерывно. Пешеход пересекает проезжую часть слева-направо относительно движущегося автомобиля. Далее, на маркере времени воспроизведения видеозаписи «06:50:15» видно, что происходит наезд на пешехода автомобилем марки «<данные изъяты>», регистрационный знак № Перед наездом видно, что автомобиль применяет торможение, о чем свидетельствует включенные сзади стоп-сигналы, и меняет траекторию движения вправо. После наезда пешехода отбрасывает вперед по ходу движения автомобиля, а автомобиль «<данные изъяты>», регистрационный знак № полностью останавливается. Далее, просматривается, что из автомобиля выходят два человека и подходят к пешеходу. Видеозапись завершается. При осмотре листа бумаги формата А4, содержащего две фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, произошедшего <дата> в районе <адрес> «Г» проспекта Свободный, в цветном изображении, установлено, что на фотографии № просматривается фрагмент проезжей части проспекта Свободный в районе <адрес> «Г» со стороны <адрес> в сторону <адрес> фотографии определяются сумерки, мокрое дорожное покрытие. Пешеходный переход не просматривается из-за наличия на проезжей части автомобильного затора. На фотографии № запечатлен фрагмент лежащего на левом боку на проезжей части проспекта Свободный пешехода ФИО10, одетого в одежду темного цвета;

- протоколом дополнительного осмотра предметов от <дата>, согласно которому просмотрен находящийся на диске видеофайл с наименованием <данные изъяты>

При просмотре данной видеозаписи в судебном заседании установлено, что в протоколе осмотра от <дата> зафиксированы достоверные сведения по времени и событиям. Также, при просмотре видеозаписи судом установлено, что расстояние между неустановленным автомобилем темного цвета, движущегося по левой полосе впереди, и автомобилем «<данные изъяты>» под управлением ФИО16, в момент загорания на неустановленном автомобиле задних стоп-сигналов более одного корпуса автомобиля, при этом автомобиль «<данные изъяты>» в этот момент не доехал до уличного столба с освещением. На автомобиле «<данные изъяты>» загораются задние стоп-сигналы только тогда, когда данный автомобиль непосредственно приблизился к пешеходному переходу, проехав уличный столб освещения. После наезда на пешехода, автомобиль «<данные изъяты>» останавливается за пешеходным переходом рядом с уличным столбом.

- заключением комплексной видео-автотехнической экспертизы № от <дата>, согласно которому средняя скорость движения автомобиля на заданном участке проезжей части определяется равной более 61 км/ч, но менее 65 км/ч;

-заключением судебно-медицинского эксперта № от <дата> о характере, тяжести, локализации, причинах возникновения телесных повреждений ФИО10 и причине его смерти, наступившей в результате повреждений – сочетанной тупой травмы тела, осложнившейся развитием травматико-геморрагического шока тяжелой степени. Установленное телесное повреждение в виде сочетанной тупой травмы тела, состоит в прямой причинной связи со смертью ФИО10 и могло образоваться в условиях столкновения пострадавшего с движущимся транспортным средством.

Иными письменными доказательствами, содержание которых приведено в приговоре.

Оценка и анализ доказательств, положенных в основу приговора, подробно приведены в приговоре, соответствуют положениям ст. 88 УПК РФ. При этом суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы, обосновал, почему принял одни доказательства и отверг другие, дав оценку не только исследованным доказательствам, но и доводам осужденного и его защитника.

C оценкой доказательств, оценкой доводов, приведенных осужденным ФИО1 и его защитником - адвокатом ФИО14 в суде первой инстанции, данной судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку выводы суда полно мотивированы со ссылкой на конкретные обстоятельства.

Несогласие сторон с позицией суда, изложенной в приговоре, с оценкой доказательств, несовпадение выводов суда с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона, о незаконности постановленного приговора и не является основанием к его отмене.

Сам осужденный не отрицал факт наезда на ФИО10, оспаривая выводы суда о своей виновности в нарушении Правил дорожного движения, указывая на то, что он не видел пешехода вследствие ограниченного обзора и не мог предотвратить столкновение с ним.

Доводы жалоб о том, что ФИО13 не нарушал Правила дорожного движения, и не имел технической возможности предотвратить наезд на пешехода, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и суд, оценив совокупность доказательств, в том числе и показания самого ФИО1 в части фактических обстоятельств, нашел данные доводы необоснованными и не подлежащими удовлетворению, мотивировав свое решение в приговоре, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Судом первой инстанции соблюдены положения ст. 87 УПК РФ. Положенные в основу приговора доказательства были проверены судом, отвечают требованиям относимости, допустимости, достаточности. Данных о недопустимости доказательств материалы уголовного дела не содержат, вопреки позиции осужденного.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно. Выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела, которым суд дал надлежащую оценку.

Суд правомерно использовал в качестве доказательств заключения экспертов, проверив их на предмет допустимости, достоверности и относимости, учитывал при этом полноту проведенных исследований, логичность и непротиворечивость сделанных выводов во взаимосвязи с другими доказательствами по делу, руководствовался также положениями ч. 2 ст. 17 УПК РФ. Заключения экспертов по своему содержанию соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, они даны уполномоченными должностными лицами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертной деятельности (судебной медицины и автотехники), в рамках процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом и ведомственными нормативными актами, с соблюдением методик исследования, содержат ответы на все поставленные перед экспертами вопросы, научно обоснованы, аргументированы, не имеют каких-либо противоречий и не вызывают сомнений в своей объективности. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Каких-либо нарушений при назначении экспертиз, их проведении, оформлении результатов экспертных исследований не установлено. Оснований для признания заключений экспертов недопустимыми доказательствами у суда не имелось, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Из комплексной видео-фото-автотехнической экспертизы не следует, что экспертам были представлены неполные или ошибочные сведения о дорожно-транспортном происшествии.

Довод осужденного о том, что экспертиза является неполной, поскольку была проведена на участке дороги на расстоянии порядка 50 метров от пешеходного перехода и не отражает реальную скорость в момент наезда, следует признать несостоятельными, поскольку из показаний самого ФИО1 не следует, что при приближении к пешеходному переходу он снижал скорость движения, осужденный в судебном заседании суду показал, что при приближении к переходу отпустил педаль газа, его автомобиль замедлялся своим ходом, до этого его скорость была примерно 66 км/час, тормозить же осужденный начал, как только увидел пешехода ФИО10 - за секунду до наезда. Кроме того, на видеозаписи событий, исследованной судом первой инстанции, зафиксировано включение задних стоп-сигналов на автомобиле ФИО1 только перед самим пешеходным переходом на отметке времени 06:50:14 за секунду до наезда на пешехода.

Несогласие стороны защиты с заключением экспертов, проводивших автотехническую экспертизу, и установившим скорость автомобиля осужденного не менее 61 и не более 65 км/ч, не свидетельствует о недостоверности или недопустимости данного доказательства.

Доводы осужденного о том, что он не мог заблаговременно обнаружить возникшую опасность на дороге в виде пешехода, так как с момента начала торможения неустановленного внедорожника и моментом наезда на пешехода промежуток времени составлял две секунды, а внедорожник до этого момента закрывал ему обзор, подлежат отклонению, поскольку, как установлено судом первой инстанции, пешеходный переход был обозначен соответствующими знаками ПДД, дорожной разметкой, с видимостью более 300 метров в направлении движения осужденного, что подтверждается представленными в деле доказательствами, о наличии на данном участке дороги пешеходного перехода ФИО1 было заранее известно, переход надлежаще оборудован дорожными знаками и разметкой. При этом, исходя из указанного, данных о ширине проезжей части, расстояния, которое преодолел пешеход ФИО10 по пешеходному переходу до наезда на него автомобилем под управлением ФИО1, однозначно следует вывод о том, что ФИО1 имел возможность и должен был увидеть пешехода ФИО10 заранее, и выполнить требования п.14.1 ПДД РФ.

ФИО1 же, подъезжая к пешеходному переходу, в нарушение п.п. 10.1 и 10.2 ПДД РФ вел автомобиль без учета интенсивности движения, а также дорожных и метеорологических условий, в частности темного времени суток, осадков в виде дождя, ограничивающих видимость в направлении движения, наличия мокрого покрытия проезжей части, ухудшающего сцепные качества шин автомобиля с поверхностью дороги, с превышением разрешенной скорости, не обеспечивающей ему постоянного контроля за движением транспортного средства, не снизил скорость, вплоть до остановки транспортного средства, не убедился в отсутствии пешеходов, в нарушение п. 14.1 ПДД РФ не уступил дорогу пешеходу, двигавшемуся по пешеходному переходу, обозначенному знаками 5.19.1, 5.19.2 Приложения 1 к ПДД РФ, также дорожной разметкой 1.14.1 Приложения 2 к ПДД РФ, въехал на указанный пешеходный переход, где допустил наезд на пешехода ФИО10, причинив ему телесные повреждения.

О нарушении ФИО1 п. 14.2 ПДД, согласно которому, если перед нерегулируемым пешеходным переходом остановилось или снизило скорость транспортное средство, то водители других транспортных средств, движущихся в том же направлении, также обязаны остановиться или снизить скорость, свидетельствует видеозапись, на которой зафиксировано, что в момент времени 06:50:13 неустановленный автомобиль, движущийся по левой полосе движения в попутном с ФИО1 направлении, начинает притормаживать, на это указывают загоревшиеся на данном автомобиле задние стоп-сигналы. Однако автомобиль под управлением ФИО1 в этот момент каких-либо мер к торможению не предпринимает, продолжает движение с той же скоростью и начинает притормаживать только непосредственно перед пешеходным переходом на отрезке времени 06:50:14, когда корпус автомобиля ФИО1 практически сравнивается с корпусом неустановленного автомобиля.

При надлежащем соблюдении ФИО1 названных пунктов ПДД РФ, его должной внимательности и осмотрительности, у осужденного имелась возможность своевременно увидеть пешехода ФИО10, преодолевшего по пешеходному переходу встречные полосы движения, и предотвратить наезд на него, в связи с чем оснований для назначения по делу экспертизы на предмет определения момента возникновения для ФИО1 опасности в виде переходившего дорогу пешехода не имелось.

Заявленное осужденным в ходе судебного следствия ходатайство о назначении дополнительной автотехнической экспертизы разрешено судом надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. ст. 195, 207 и 256 УПК РФ и обоснованно оставлено без удовлетворения при установленных судом обстоятельствах, достаточных для принятия по делу окончательного решения и в отсутствие сомнений в достоверности представленных в деле доказательств.

Так, учитывая, что заключение экспертов N 250 от <дата> является ясным, полным, лишенным противоречий, не вызывающим новых вопросов и сомнений в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела, то у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения ходатайства осужденного о назначении дополнительной или повторной экспертизы, в связи с чем указанное ходатайство обосновано отклонено.

Мотив отказа суда в удовлетворении ходатайства защиты о проведении по делу экспертизы не свидетельствует о нарушении права ФИО1 на защиту, как и не свидетельствует о необъективности судебного разбирательства, нарушении презумпции невиновности. Обстоятельства ДТП установлены судом путем допроса осужденного, потерпевших, оглашения показаний свидетеля, исследования заключений проведенных по уголовному делу экспертиз и других доказательств, которые в своей совокупности признаны достаточными для установления вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления.

Довод осужденного об ограничении ему обзора слева внедорожником, закрывавшим ему своим корпусом двигавшегося по пешеходному переходу пешехода, как обоснованно указал суд первой инстанции, не свидетельствует о невиновности ФИО1, поскольку он вел свое транспортное средство с превышением разрешенной скорости и не учел дорожную ситуацию в виде темного времени суток, дождя, интенсивности движения и видимости в направлении движения.

Кроме того, водитель ФИО1, при любых условиях, управляя автомобилем, являющимся источником повышенной опасности, должен был вести транспортное средство таким образом, чтобы в любой момент движения, в случае обнаружения опасности для себя или окружающих, суметь предпринять все возможные меры к тому, чтобы избежать неблагоприятных последствий, чего, в свою очередь, сделано не было, а напротив, ФИО1, пренебрегая установленными для водителей автомобилей Правилами, вел свое транспортное средство со скоростью, превышающей установленное ограничение, не учел интенсивность движения, видимость в направлении движения, дорожные условия, не выбрал безопасную скорость для движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, в связи с чем совершил наезд на ФИО10, находившегося на пешеходном переходе.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно нашел доказанным факт нарушения ФИО1 требований вышеназванных пунктов ПДД РФ, нарушение требований которых находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП и наступившими в результате его последствиями в виде смерти потерпевшего, скончавшегося от полученной в ДТП сочетанной травмы.

При таких обстоятельствах подлежат отклонению и доводы жалоб о невиновности ФИО1, а также о грубой неосторожности ФИО10 при движении по пешеходному переходу, поскольку последний не нарушал требований ПДД РФ.

В приговоре суда получили оценку все доводы стороны защиты, выводы суда мотивированы и являются убедительными. Доводы жалобы о том, что суд не дал надлежащей оценки доказательствам и не учел обстоятельств, которые могли повлиять на выводы суда о виновности осужденного, являются несостоятельными.

Указанное в полной мере свидетельствует о том, что суд первой инстанции правильно рассмотрел все доказательства в совокупности и взаимосвязи, дав им надлежащую оценку, обоснованно указав по каким причинам он признал не состоятельными доводы стороны защиты и позицию подсудимого.

Оценив доказательства как с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого из них, так и с точки зрения достаточности всей их совокупности для принятия правильного решения по делу, суд обоснованно постановил в отношении ФИО1 обвинительный приговор, правильно квалифицировав его действия в соответствии с предъявленным обвинением по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Доводы жалоб об отсутствии в действиях ФИО1 инкриминированных нарушений ПДД РФ, оценка доказательств, которая дана стороной защиты и осужденным, не могут быть приняты, поскольку каждое юридически значимое обстоятельство, влияющее на правильность установления фактических обстоятельств по делу и на квалификацию действий осужденного, установлено судом первой инстанции на основании совокупности доказательств по делу, которые были всесторонне исследованы и проанализированы судом, представленные сторонами доказательства получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Судебное разбирательство по делу проведено полно и объективно, в соответствии с требованиями УПК РФ; права сторон соблюдены, в том числе право на представление доказательств, в судебном заседании были допрошены потерпевшие, оглашены показания свидетеля, исследованы материалы дела; выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании; приговор основан на относимых и допустимых доказательствах, исследованных в судебном заседании, которые в своей совокупности являлись достаточными для принятия судом законного и обоснованного решения по делу.

Психическое состояние ФИО1 судом проверено. С учетом фактических обстоятельств содеянного, поведения подсудимого ФИО1 в судебном заседании, его адекватного речевой контакта, в совокупности с данными о том, что на учете в КНД и КПНД он не состоит, суд на законных основаниях признал его вменяемым в отношении совершенного преступления.

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории средней тяжести, личность ФИО1, который не судим, на учете в КНД и КПНД не состоит, в браке не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, работает системным администратором у ИП ФИО9, где работодателем характеризуется положительно, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учтена явка с повинной, поскольку непосредственно после ДТП ФИО1 сообщил в службу «112» о том, что совершил наезд на мужчину, указал адрес происшествия и указал марку и номер своего автомобиля; в соответствии с п. «к» ч.1 ст. 61 УК РФ оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (ФИО1 вызвал скорую помощь, а именно позвонил в службу 112, а также до приезда скорой помощи положил под потерпевшего, лежавшего на дороге, коврик).

В соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ учтено признание ФИО1 фактических обстоятельств дела, состояние здоровья ФИО1, частичное возмещение компенсации морального вреда потерпевшим, а именно выплату каждому потерпевшему по 200000 рублей.

Отягчающих наказание осужденного обстоятельств судом не установлено.

С учетом совокупности обстоятельств, влияющих на назначение наказания осужденному с соблюдением требований уголовного закона, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, что цели и задачи назначенного наказания, с учетом всех данных о личности осужденного, характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, могут быть достигнуты при назначении наказания в виде только реального лишения свободы, с применением положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, с назначением обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Размер как основанного, так и дополнительного наказания, назначен ФИО1 в установленных санкцией статьи Особенной части УК РФ пределах, с учетом закрепленных уголовным законом правил назначения наказания.

Выводы суда о назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы с реальной изоляцией от общества, в приговоре в достаточной степени мотивированы и признаются судом апелляционной инстанции правильными, а назначенное ему наказание признается обоснованным и справедливым, полностью соответствующим требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, и является соразмерным содеянному и справедливым, не является чрезмерно суровым, смягчению не подлежит.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64, ст. 53.1 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, мотивировав в приговоре свое решение, оснований не согласиться с которым суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО1 назначенного наказания определен судом первой инстанции верно, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

При рассмотрении заявленных потерпевшими ФИО3 и ФИО2 гражданских исков о компенсации морального вреда, а также иска потерпевшего ФИО3 о возмещении расходов на погребение, суд обоснованно исходил из требований ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, учел характер причиненных физических и нравственных страданий, сумму понесенных расходов на погребение, требования разумности и справедливости, а также имущественное положение самого осужденного и данные о его личности.

Вопреки доводам осужденного, его мнение (отзывы) относительно заявленных потерпевшими требований учтено судом, что отражено в приговоре, а также подтверждено протоколом судебного заседания (том 2, л.д. 176-177, л.д. 195 (оборот), л.д. 203).

Присужденный размер компенсации каждому из потерпевших в размере 700000 рублей, с учетом добровольного возмещения осужденным морального вреда каждому потерпевшему в сумме 200000 рублей, с учетом страховой выплаты потерпевшему ФИО3 в счет возмещения компенсации морального вреда в размере 475000 рублей и расходов на погребение в размере 25000 рублей, по мнению суда апелляционной инстанции, является разумным и справедливым, соответствует степени нравственных страданий, причиненных потерпевшим в результате преступления, которые потеряли близкого родственника, что является тяжелым, необратимым обстоятельством и неоспоримо причинило страдания. Факт несения расходов ФИО3 на погребение отца сомнений не вызывает, их размер стороной защиты не оспаривается.

Выводы суда в этой части подробно мотивированы, основаны на требованиях действующего законодательства, и оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит. Вопреки доводам жалоб, нарушений принципов разумности и справедливости при разрешении гражданских тисков о взыскании компенсации морального вреда и расходов на погребение судом не допущено.

Приведенные в апелляционных жалобах доводы выводы суда в данной части не опровергают. Несогласие осужденного с размером определенной к взысканию компенсации морального вреда, а также с зачетом суммы страховой выплаты в пользу ФИО3, само по себе не может являться основанием к изменению приговора и изменению суммы компенсации, поскольку все обстоятельства, имеющие значение для решения данного вопроса, судом установлены правильно, представленным доказательствам дана надлежащая оценка, нарушений норм материального и процессуального права, влияющих на законность принятого решения, судом не допущено.

В соответствии с ч. 6-7 ст. 12 ФЗ от <дата> N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда имеют, в том числе, супруг, родители, дети потерпевшего. Размер страховой выплаты за причинение вреда жизни потерпевшего ограничивается размером 475 тысяч рублей, в счет возмещения расходов на погребение - не более 25 тысяч рублей.

В соответствии с п. 17 постановления Пленума ВС РФ от <дата> N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» лицо, имеющее право на страховое возмещение по договору обязательного страхования гражданской ответственности в случае смерти потерпевшего, обратившееся за страховым возмещением после того, как оно уже выплачено другим лицам, вправе требовать от этих лиц причитающуюся ему часть страховой выплаты.

С учетом изложенного, отсутствия возражений потерпевшей ФИО2 на получение страховой выплаты потерпевшим ФИО3, каких-либо оснований для изменения зачета размера компенсации в счет возмещения морального вреда суд апелляционной инстанции не находит. Кроме того, суд учитывает, что произведенный судом зачет страховой выплаты не свидетельствует о необоснованном взыскании с осужденного компенсации морального вреда, нарушении его прав.

В целях обеспечения исполнения приговора в данной части судом принято правильное решение о сохранении ареста, наложенного на имущество осужденного. В указанной части приговор сторонами не обжалуется.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского районного суда <адрес> от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и его защитника - без удовлетворения.

Апелляционное постановление, приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции. Кассационная жалоба или представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья ФИО15