Решение № 2-390/2020 2-6/2021 2-6/2021(2-390/2020;)~М-447/2020 М-447/2020 от 3 марта 2021 г. по делу № 2-390/2020

№ 2-6/2021


РЕШЕНИЕИменем Российской Федерации

04 марта 2021 года п. Новоорск

Новоорский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Квиринг О.Б.,

при секретаре Егоровой Л.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 , ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ на <адрес>, по вине транспортного средства <данные изъяты> под управлением ФИО2 причинен материальный ущерб – поврежден автомобиль <данные изъяты>, принадлежащий истцу на праве собственности.

Согласно соглашениям о размере страховой выплаты по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ сумма страхового возмещения составила 100 600 рублей. Согласно квитанциям и акту оказания услуг общая стоимость работ и материалов, которые потребовались для приведения поврежденного автомобиля в доаварийное состояние, составила 165 785 рублей. Разница между фактической стоимостью ремонта и выплачены страховым возмещением составляет 65 185 руб.

ФИО2 является лицом виновным в причинении ущерба, собственником транспортного средства является ФИО5

Истец просит суд взыскать с ответчика ФИО5 сумму материального ущерба в размере 65 185 руб., расходы по оформлению доверенности в размере 1 500 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 5 500 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 9 500 руб.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО2

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания. В письменном отзыве указал, что не является надлежащим ответчиком по делу.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании иск не признала. Пояснила, что ФИО5 является ненадлежащим ответчиком, так как автомобиль находится в аренде у ФИО2 Трудовых отношений между ФИО2 и ФИО5 не имеется, трудовой договор не заключался, приказ о приеме на работу не выносился.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, пояснил с ДД.ММ.ГГГГ работает водителем у ФИО5 За ним закреплен автомобиль <данные изъяты> Трудовой договор с ним не заключался. Он возит руду, запчасти на автомобиле по поручению ФИО5 Также выполняет рейсы в <данные изъяты> по заданию ФИО5 Самостоятельно никаких рейсов он не выполняет, никаких услуг не оказывает. За свою работу он получает заработную плату два раза в месяц наличными деньгами, которые выплачивает ФИО5 Никаких выплат ФИО5 за аренду автомобиля он не производит. Заключение подобных договоров аренды практикуется на предприятии. После произошедшего он также продолжает работать у ФИО5, ремонтирует транспортное средство на территории предприятия, приходит каждый день на работу. Считает, что надлежащим ответчиком является ФИО5

Представитель третьего лица СПАО «Ресо-Ггарантия» в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о времени и месте судебного заседания.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц, которые были извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив совокупность представленных доказательств, суд приходит к следующему.

Согласно с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на законном основании (пункт 1).

По смыслу приведенной правовой нормы ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Как следует из пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на управление транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий причинителя, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, а также размер убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей <данные изъяты> под управлением ФИО2, автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО4

Из схемы места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. на <адрес> произошло столкновение двух автомобилей, наезд на движущийся впереди автомобиль.

Автомобиль <данные изъяты> имел следующие повреждения: задний бампер, задние фонари, крышка багажника, заднее левое крыло, заднее правое крыло, задние парктроники.

Из объяснений ФИО2, данных непосредственно после происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что примерно в <данные изъяты>. он управлял автомобилем <данные изъяты>. Двигался по автодороге <адрес> в сторону <адрес>. На дороге велись ремонтные работы дорожного покрытия, на дороге стоял каток, автомобили объезжали его по левой стороне обочины. В момент, когда проезжал по обочине, он не смог затормозить из-за мягкого и мокрого грунтового покрытия, в результате чего допустил столкновение с автомобилем <данные изъяты>.

Из объяснений ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ примерно в <данные изъяты>. он управлял автомобилем <данные изъяты>, двигался по автодороге <адрес> в сторону <адрес>. На дороге велись ремонтные работы дорожного покрытия, на дороге стоял каток, автомобили объезжали его по левой стороне обочины. В момент, когда он выехал с обочины на жесткое дорожное покрытие, услышал звуковой сигнал и почувствовал удар в заднюю часть автомобиля.

Обстоятельства ДТПА сторонами не оспаривались.

По сведениям ГИБДД ОМВД России по Новоорскому району Оренбургской области автомобиль <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован за ФИО4, автомобиль <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. зарегистрирован за ФИО5

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ виновным в совершении ДТП признан ФИО2, который ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. на <адрес> совершил нарушение п. 9.10 ПДД, двигался на автомобиле <данные изъяты>, со стороны <адрес> в с. <адрес> не выдержал безопасную дистанцию и допустил столкновение с впереди идущим автомобилем <данные изъяты>.

Гражданская ответственность ФИО4 застрахована в СПАО «Ресо-Гарантия».

Гражданская ответственность ФИО5 застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

Согласно соглашениям о размере страховой выплаты по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортного средства, заключенным между САО «Ресо-Гарентия» и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ сумма страхового возмещения <данные изъяты> рублей, была выплачена ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно квитанциям и акту оказания услуг общая стоимость работ и материалов, которые потребовались для приведения поврежденного автомобиля в до аварийное состояние составила 165 785 рублей.

Из представленных суду товарных чеков и квитанций от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ИП ФИО9 приобретены запасные части на сумму <данные изъяты> рублей.

Согласно товарного чека и квитанции от ДД.ММ.ГГГГ в ФИО19 приобретены следующие запасные части: крышка багажника, фонарь задний внешний правый , фонарь задний внешний левый, задний бампер, датчик парктроника (задний левый), кольцо датчика парктроника, катафот заднего бампера на общую сумму <данные изъяты> рублей.

Из акта об оказании услуг № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ИП ФИО9 оказаны услуги по ремонту автомобиля <данные изъяты> на общую сумму <данные изъяты> рублей.

Указанные документы не оспорены ответчиками, возражений по существу предъявленных документов, в ходе судебного заседания не заявлено.

Разница между фактической стоимостью ремонта и выплаченным страховым возмещением составила 65 185 рублей.

Ответчиком ФИО2 в ходе судебного разбирательства по делу было заявлено ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы, в связи с несогласием с заявленным размером ущерба.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФИО10, имеющему высшее техническое образование, квалификацию инженера-электромеханика, имеющему профессиональную переподготовку в области оценочной деятельности, в области проведения технических экспертиз транспортных средств.

Эксперт ФИО10 предупрежден об уголовной ответственности по ст. 308 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Для проведения экспертизы эксперту были предоставлены: материалы данного гражданского дела № и материалы по ДТП с материальным ущербом, фотографии представленные сторонами на диске.

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, с учетом имеющихся повреждений, причиненных в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по ценам авторизованного (дилерского) центра, без учета износа составляет 292 167,60 руб.; с учетом износа 227 154,73 руб.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, с учетом имеющихся повреждений, причиненных в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ по среднерыночным ценам не авторизованных ремонтных организаций и не авторизованных поставщиков оригинальных запасных частей в Оренбургском регионе, без учета износа составляет 184 587,42 руб., с учетом износа 127 648,68 руб.

Оценивая заключение эксперта, сравнивая соответствие заключения поставленному вопросу, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.

При этом суд считает, что оснований сомневаться в заключении эксперта не имеется, поскольку данное заключение составлено компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями, заключение составлено в полной мере объективно, а его выводы - достоверны.

Добровольная выплата страховщиком части страхового возмещения не может освобождать ответчика от осуществления доплаты в случае подтверждения ее обоснованности.

В соответствии со статьей 1072 указанного Кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования.

Таким образом, суд приходит к выводу о взыскании в счет возмещения материального ущерба причиненного в результате ДТП 65 185 рублей. При взыскании указанной суммы суд учитывает позицию представителя истца и в соответствии со ст. 196 ГПК РФ не выходит за рамки предъявленных исковых требований.

Рассматривая вопрос о том, кто обязан возмещать материальный ущерб истцу, суд пришел к следующему.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15.06.2006 принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

Пункт 9 этого документа предусматривает, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; выполнение работы лично работником и исключительно или главным образом в интересах работодателя; выполняется с графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается с работодателем; выполнение работы имеет определенную продолжительность; требует присутствия работника; предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В силу ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Согласно ст. 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате: избрания на должность; избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности; назначения на должность или утверждения в должности; направления на работу уполномоченными в соответствии с федеральным законом органами в счет установленной квоты; судебного решения о заключении трудового договора; признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Фактическое допущение работника к работе без ведома или поручения работодателя либо его уполномоченного на это представителя запрещается.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами РФ Трудового кодекса РФ", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ).

При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 Трудового кодекса РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд). Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный ст. 67 Трудового кодекса РФ срок может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить такой договор.

Таким образом, по смыслу ст. ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Кроме того, как разъяснено в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", принимая во внимание, что статья 15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения.

В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга.

Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ).

В силу статьи 642 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Статьи 644 и 645 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта, своими силами осуществлять управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую.

Кроме этого, как следует из статьи 646 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией.

В соответствии со ст. 648 ГК РФ ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса.

По сведениям ОГИБДД ОМВД России по Новоорскому району собственником автомобиля <данные изъяты> является ФИО5

Гражданская ответственность ФИО5 зарегистрирована в ПАО СК «Росгосстрах», что подтверждается страховым полисом серии ХХХ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании пояснял, что с ДД.ММ.ГГГГ. работает водителем у ФИО5 За ним закреплен автомобиль <данные изъяты>. Трудовой договор с ним не заключался, был только заключен договор аренды автомобиля. Он возит руду, запчасти на автомобиле по поручению ФИО5 Также выполняет рейсы в <данные изъяты>. Самостоятельно никаких рейсов он не выполняет. За свою работу он получает заработную плату два раза в месяц наличными деньгами в бухгалтерии. Никаких выплат ФИО5 за аренду автомобиля он не производит.

Ответчиком ФИО5 представлен договор аренды транспортного средства без экипажа, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО5 и ФИО2, по которому арендодатель предоставит за платы во временное владение и пользование арендатора автотранспортное средство, без предоставления услуг по управлению и по его техническому содержанию (обслуживанию) и эксплуатации.

Объектом аренды является автомобиль <данные изъяты>

В соответствии с п. 2.2.8 арендатор обязуется возместить в полном объеме ущерб, причиненный третьим лицам, при эксплуатации автомобиля.

Согласно акту приема-передачи, ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО5 передал ФИО2 во временное пользование транспортное средство самосвал <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО5 и ФИО2 заключено соглашение о зачете встречных требований, по которому стороны договорились зачесть взаимные обязательства друг перед другом путем проведения зачета встречных требований на следующих условиях: сторона 1 (ФИО5) имеет задолженность перед стороной 2 (ФИО2), в размере <данные изъяты> руб., возникшую из обязательства по оплате товаров, поставленных по договору поставки купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Сторона 2 имеет задолженность перед стороной 1 в размере <данные изъяты> руб., возникшую из обязательства по оплате арендной платы по договору аренды транспортного средства без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ.

Сторона 1 и сторона 2 решили произвести зачет встречных однородных требований на сумму <данные изъяты> руб.

Согласно п. 6 соглашение является документальным подтверждением сторонами факта исполнения своих взаимных денежных обязательств для третьих лиц.

По сведениям направленным по запросу суда ПАО «<данные изъяты>» сообщает, что между ПАО «<данные изъяты>» и ИП ФИО5 заключен договор № от ДД.ММ.ГГГГ об оказании транспортно-экспедиционных услуг, согласно которому индивидуальный предприниматель обязан осуществить перевозки медно-колчеданной руды.

Водитель ИП ФИО5 - ФИО2, которому выдан пропуск для доступа на территорию общества сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ, был задействован для перевозки руды с борта карьера «<данные изъяты> технологической площадки на пункт погрузки вагонов <адрес> на автомобиле <данные изъяты>. На указанный автомобиль выдан автомобильный пропуск для доступа на территорию общества сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ.

Без пропуска доступ физических лиц на территорию ПАО «<данные изъяты>» запрещен.

Анализируя представленные по делу доказательства с применением принципов относимости, допустимости, достоверности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 фактически был допущен к работе у ФИО5, водителем, учитывая, что в период с 2019 правоотношения между сторонами носили длящийся и регулярный характер, не ограничивались исполнением разовой работы, при исполнении договора истец не сохранял положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, поскольку ответчиком ему поручалась определенная работа о перевозке руды с карьеров, доставлении ее на территорию ПАО <данные изъяты>».

Так, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Указанные правовые позиции содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям".

Ответчик ФИО2 пояснил, что является на работу к ФИО5 каждый день, выполняет обязанности водителя. Подписание договора аренды на транспортное средство это практика которая существует на предприятии. До происшествия он возил руду с карьеров, сейчас занимается ремонтом транспортного средства. Зарплату он получает наличными денежными средствами у бухгалтера ФИО5 2 раза в месяц. Перед выездом на карьер за рудой ему выдавался путевой лист с указанием маршрута и количества грузов. Указанный путевой лист предъявлялся на предприятии.

Разрешая вопрос о субъекте ответственности, суд пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Правила приведенной нормы применяются и для случаев, когда вред причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам.

Таким образом, правильное разрешение спора зависело от установления владельца автомобиля Скания, государственный регистрационный знак У 551 ТМ56 как источника повышенной опасности с точки зрения положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 19 пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", разъяснено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 22 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (статьи 632 и 640 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ссылаясь на условия договора аренды, представитель ответчика ФИО3 просила суд учесть, что при управлении арендуемым транспортным средством ФИО2 выступал его владельцем применительно к положениям статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем именно на него должна быть возложена обязанность возместить причиненный при использовании этого транспортного средства вред.

Между тем, при оценке доводов ФИО2, приводимые им в подтверждение наличия между ним и ФИО5 фактических трудовых отношений. ФИО2 использовал арендуемый автомобиль в качестве средства по вывозу руды по маршруту определенному в договоре об оказании траснпортно-экспедиционных услуг, при этом выезд его осуществлялся с территории ИП ФИО5, где автомобиль находился постоянно и на основании путевого листа, который также выписывался ИП ФИО5 ФИО2 выдавался пропуск для проезда на территорию ПАО «<данные изъяты>» как работнику ИП ФИО5 Без пропуска въезд на территорию физических лиц не осуществляется.

В материалы дела не представлено доказательств внесения оплаты за арендованный автомобиль по договору между ИП ФИО6 и ФИО2

Представленное в суд соглашение о зачете суд оценивает критически, полагая, что действия ответчика по представлению указанных документов, являются способом избежать ответственности по возмещению ущерба.

В соответствии со ст. 19.1 ТК РФ, неустранимые сомнения при рассмотрении вопроса о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что фактически между ФИО5 и ФИО7 имели место трудовые отношения.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из принципа разумности, справедливости, конкретных обстоятельств дела, суд определил ко взысканию с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 9 500 рублей.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, а в случае, если иск удовлетворен частично, такие расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

ФИО4 просит взыскать расходы по оформлению доверенности в размере 1 500 руб., а также расходы по оплате юридических услуг в размере 5 500 руб.

Вышеуказанные расходы понесены истцом в связи с рассмотрением данного дела.

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины, в силу ст. 98 ГПК РФ судебные издержки подлежат взысканию с ответчика.

Расходы по производству судебной экспертизы были возложены на ответчика ФИО2 и оплачены в размере 10 000 рублей, поэтому указанная сумма подлежит взысканию с ФИО5

Руководствуясь статьями 194, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО5 , ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 в счет возмещения материального ущерба причиненного в результате дорожно- транспортного происшествия в размере 65 185 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 9500 руб., расходы по оформлению доверенности в размере 1 500 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 5 500 руб.

Взыскать с ФИО5 госпошлину в доход государства в размере 2 155,55 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 за счет ФИО2 - отказать.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 расходы по проведению судебной автотехнической экспертизы в размере 10 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Новоорский районный суд.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 12.03.2021 г.

Судья: