Приговор № 1-370/2018 от 20 ноября 2018 г. по делу № 1-370/2018

Дело № 1-370/2018


Приговор

Именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года

Копейский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего - судьи Хребтова М.В.

при секретаре Заслоновой Н.П.,

с участием государственных обвинителей - помощников прокурора г. Копейска Челябинской области Асадуллина Д.Ф., ФИО1, ФИО2,

потерпевших К.В.П. Б.Е.А.,

подсудимого ФИО3,

защитника - адвоката Титовой С.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании в зале суда материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, родившегося ДАТА ИНЫЕ ДАННЫЕ зарегистрированного по адресу: АДРЕС, проживавшего по адресу: АДРЕС несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 и п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО3 19 июля 2017 года в период времени с 08.55 до 15.00 часов, находясь во дворе доме АДРЕС, совершил умышленное преступление против личности при следующих обстоятельствах.

В указанное время в указанном месте между гражданами К.А.А. и его племянником ФИО3 на почве ранее возникших неприязненных отношений в связи с противоправным и аморальным поведением дяди по отношению к отцу подсудимого произошёл конфликт, в ходе которого у последнего возник умысел на совершение убийства. Во исполнение своего преступного умысла, желая наступления смерти, он стал наносить оппоненту множество ударов руками, ногами и неустановленными предметами по голове, туловищу и конечностям. Затем, ФИО3 принудительно влил своему дяде через рот около двух литров этилового спирта. После этого, надел на голову К.А.А. полимерный пакет и прижал его к дыхательным путям пострадавшего, перекрыв тем самым доступ кислорода.

Данными действиями в их совокупности последнему была причинена смерть, наступившая на месте происшествия в короткий промежуток времени от телесных повреждений, отравления алкоголем и удушения. С целью скрыть следы преступления, ФИО3 во дворе вышеуказанного дома разжёг костёр, в котором сжёг труп потерпевшего.

Он же, 20 августа 2017 года в период времени с 22.00 до 23.15 часов, находясь в квартире АДРЕС, воспользовавшись отсутствием хозяйки имущества, умышленно тайно похитил ноутбук стоимостью 18000 рублей, принадлежащий гражданке Б.Е.А. С места преступления ФИО3 скрылся, похищенным распорядился по своему усмотрению, причинив собственнику значительный материальный ущерб.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании виновным себя в совершённых преступлениях признал полностью, чистосердечно раскаялся в содеянном, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ.

В связи с этим, были оглашены показания последнего, данные на стадии предварительного расследования с участием адвоката, согласно которым, его отец ФИО4 последнее время постоянно конфликтовал со своим братом К.А.А. поскольку последний претендовал на дом по АДРЕС. В июне 2017 года он был в командировке в Башкирии, по приезду узнал, что его дядя А. сильно избил брата. 19 июля 2017 года около 08.30 часов заехал к отцу, что забрать инструмент. В этот же промежуток времени туда же приехал и К.А.А. намереваясь покормить скотину. У него с дядей сразу без разговоров завязалась драка. Точнее, тот попытался его ударить, но он в ответ стал наносить тому удары по лицу и по туловищу. Продолжая избивать родственника, наносил множественные удары не только руками, но и ногами, обутыми в строительные кроссовки. Избиение продолжалось с 09.00 часов утра примерно до 14.00 часов. Сколько всего нанёс ударов сказать не может, но предполагает, что больше сотни по различным частям тела. В итоге у К.А.А. была сломана челюсть, рёбра, левая рука с ключицей, а также, если не ошибается, сломал ему одну из ног. В этот момент его как бы «замкнуло», то есть бил дядю сильно, ожесточенно, не думая о последствиях, хотя и был трезв. Удары наносил хаотично. Позже, когда К.А.А. лежал и хрипел, решил его связать, чтобы с ним немного поговорить, так как тот регулярно совершал кражи у брата, спаивал его. Он связал дяде стальной проволокой руки за запястья, а также ноги в лодыжках. Разговор с последним не состоялся, так как тот толком ничего не мог сказать. Тогда он решил его убить, опасаясь, что дядя выздоровеет и обратится в полицию, либо как-нибудь отомстит. Во исполнение своего умысла, взял два литра неразведенного спирта и залил их в рот А.. Тот начал хрипеть от его действий. Отец видел как он избивал дядю, но потом зашёл в дом. После того, как залил спирт, надел на голову К.А.А. полимерный пакет, натянув его на лицо и сжал, ограничив поступление воздуха. Пострадавший практически сразу перестал подавать признаки жизни. Он понял, что тот умер. После этого на улицу вышел отец, который помог ему посадить труп на стул. Затем он обложил дядю дровами и поджог. Жгли труп они весь день и всю ночь, то есть до утра 20 июля 2017 года. Утром он собрал останки и выкинул их за коттеджем на перекрестке улиц Матросова и Гастелло, часть выкинул в мусорный бак по ул. Майской. Остатки трупа вывозил на тележке. Вместе с погибшим сжёг одежду с себя и с отца. В дальнейшем о случившемся рассказывал своей сожительнице Б.Е.А. Считает, что К.А.А. умер только от его действий. Через месяц, ночью 20 августа 2017 года он пришёл к квартире своей сожительницы Б.Е.А., проживавшей по ул. Федячкина. Дверь ему никто не открыл. Тогда он через приоткрытое окно залез в жилище. Там зашёл в ванную и помылся. В квартире оказалась мать сожительницы, которой он высказал угрозы, что взорвёт дом. Та убежала на улицу. Поскольку был зол на Б.Е.А., решил повесить её кошку, которую сначала задушил руками, затем сломал ей шею. После этого завязал на шее животного шнур и повесил на входной ручке двери квартиры. После карандашом написал на стене, что К. (сожительница) следующая. Уходя из квартиры, вспомнил, что у последней имеется ноутбук. Он взял данную технику, решив её продать, так как нуждался в деньгах. После этого с похищенным пришёл в дом отца (т. 2 л.д. 164-170, 182-185, 205-207).

После оглашения показаний, подсудимый дополнил, что полностью подтверждает свои пояснения в качестве подозреваемого и первый допрос в качестве обвиняемого. В последующем он менял свою позицию, но зачем, затрудняется ответить. Действительно, рассказывал Б.Е.А. о совершённом убийстве. Вину признаёт полностью и добровольно, без какого-либо принуждения. Давления на него никем, в том числе, и сотрудниками полиции не оказывалось. Себя не оговаривает. Сделал должные выводы. На уточняющие вопросы отвечать не желает.

Свои пояснения подозреваемый ФИО3 полностью подтверждал в ходе проведения на стадии расследования дела проверок его показаний на месте (т. 2 л.д. 171-177, 186-200).

Кроме показаний подсудимого, суд считает, что виновность ФИО3 в совершении указанных преступлений является установленной, доказанной и подтверждается пояснениями потерпевших, свидетелей и другими фактическими данными:

В частности, по словам потерпевшей К.В.П. подсудимый приходится ей внуком. Также у неё есть два сына К.И. и К.А.. Последний и является погибшим лицом. В июне 2017 года А. сильно избил И.. Знает, что тот пьяным приехал к брату и стал его избивать без каких-либо на то оснований. К.А.А. злоупотреблял спиртными напитками. Когда он был трезв, то вёл себя нормально, но выпив, становился неадекватным, так что она боялась его пускать домой. Последнее время погибший проживал с сожительницей Б.С., занимался ремонтом автомобилей. Предъявленная ей цепочка, обнаруженная на месте происшествия, принадлежит К.А.А. Последний раз сына видела примерно, если не ошибается, 21 июля 2017 года. Тот около 10.00 часов заезжал к ней в гости. Она попросила А. отвезти таблетки от давления И.. После того, как он уехал, больше его не видела. Об обстоятельствах смерти сына ей ничего неизвестно. У К.А.А. каких-либо хронических заболеваний не было, на здоровье он не жаловался. Подсудимого может охарактеризовать с положительной стороны, но как тот ведёт себя в алкогольном опьянении, не знает. После звонка И.М.Р. с вопросом, где А., она стала обходить ближайшие стоянки, искать машину сына. Через неделю поисков, её сын Игорь сказал, чтобы она не мучалась, так как А. нет в живых. Мог ли внук совершить данное преступление, не знает. Исковых требований не имеет, настаивает на применении более мягкого наказания.

Потерпевшая Б.Е.А. в судебном заседании пояснила, что раньше сожительствовала с подсудимым. 19 июля 2017 года около 10.00 часов она позвонила ФИО3, но тот не брал трубку. Последний ответил на её звонки только в районе 14.00 часов, по голосу был пьян. На её вопрос, где тот находится, пояснил, что ремонтирует квартиру по пр. Славы. Она взяла такси, приехала по указанному адресу, но там его не оказалась. Вновь набрав подсудимого, тот назвал другой адрес, где его также не оказалось. Затем ФИО3 вообще перестал отвечать. Примерно в 16.00 часов он ей перезвонил, сказал, что убил своего дядю А., что ему надо уходить «в бега», его не будет, так как уезжает в г. Миасс. Также С. пояснял, что хотел поговорить с дядей, но перестарался. Она всерьез не восприняла эти слова, думая, что это пьяный бред. В дальнейшем телефон подсудимого был отключен. Около 22.00 часов указанного дня, тот вновь позвонил ей, пояснил, что находится дома у отца. Приехав по данному адресу, зашла во двор, где увидела горящий костёр. От огня исходил сильный неприятный запах горелого мяса. Во дворе находились ФИО3 и его отец К.И.А. Также заметила, что в лобовое стекло стоящего там же автомобиля воткнут топор. На её вопросы, отец с сыном пояснили, что к ним приехал К.А.А. который стал кидаться на них с топором, хотел данным предметом ударить подсудимого. Она спросила, где К.А.А., на что брат последнего сказал: «Хочешь посмотреть? Он там» и показал на костер. В это время С. подносил ещё дрова. Они с отцом обсуждали, сгорел ли А. или нет. Она же сама заглянуть в костёр побоялась, хотя каких-либо фрагментов тела там не видела, чувствовала только неприятный запах горящего мяса. Потом они с подсудимым ушли к ней домой. По дороге последний рассказал, что месяцем раньше А. избил брата И., якобы они делили какие-то деньги, кто-то кому-то был должен. 18 июля 2017 года, когда ФИО3 вернулся из Башкирии, то вместе с отцом решили вызвать А. к себе домой на АДРЕС и побить его. Когда тот пришёл, завязалась драка, в ходе которой погибший пытался топором ударить подсудимого, но попал в лобовое стекло автомобиля. Якобы в ходе этой драки А. избивали и И. и С.. Потом они связали его проволокой, напоили большим количеством спирта. Но тот всё равно подавал признаки жизни. Тогда подсудимый решил задушить дядю, надев ему на голову пакет. Игорь предложил отпустить брата, но ФИО3 сказал, что если отпустят, то он или обратиться в полицию или побьёт их. Затем С. сказал отцу зайти в дом, а сам задушил дядю. После этого они решили сжечь труп, предварительно переодев его в одежду брата. Со слов подсудимого всё это происходило 19 июля 2017 года. В последующем С. вернулся в дом отца. Последний на следующий день звонил ей, говорил, что вывез всю золу от трупа на перекресток улиц Гастелло и Матросова. После указанных событий они перестали сожительствовать, она забрала у подсудимого, который ушёл в запой, ключи от своей квартиры. 20 августа 2017 года тот приходил к ней на работу, просил денег, но она отказала. Ночью ей позвонила мама, которая оставалась ночевать в её квартире, сообщив, что ФИО3 через окно проник в жилище, хотел её изнасиловать, но она испугалась и убежала. Всё это время последний названивал ей, говорил, что он в квартире, которую сейчас взорвёт, сожжёт вещи. В ответ она набрала отца подсудимого, попросив его успокоить сына. Через некоторое время К.И.А. передал ей, что С. пришёл к нему домой и лёг спать. После этого она с подругой решила пойти домой посмотреть, что там случилось. Подойдя к входной двери, обнаружила, что торчит шнурок на которой была повешена её кошка. Из жилища похищен ноутбук, приобретённый ею в кредит в 2015 году за 30000 рублей. Сейчас оценивает его в 18000 рублей. Данная сумма является для неё значительной, поскольку на иждивении имеет 2 малолетних детей. Исковых требований к подсудимому не имеет, наказание оставляет на усмотрение суда.

Из показаний К.И.А., оглашенных при наличии согласия сторон, следует, что он проживал с сыном С.. У него был родной брат К.А.А. с которым сложились неприязненные отношения. В июле 2017 года подсудимый вернулся из командировки, после чего хотел встретиться с дядей, поговорить, но он ему этого не разрешал сделать. В один из дней июля 2017 года, пока он был в запое, к нему в дом пришли практически одновременно и С. и А.. Между последними завязалась ссора. А. попытался ударить С., но тот увернулся и стал бить дядю руками. В какой-то момент его брат схватил топор, вновь пытался ударить племянника. Тот снова увернулся и топор попал по лобовому стеклу автомобиля. Сын продолжил избивать К.А.А. нанеся тому большое количество ударов руками и ногами по разным частям тела. Избиение продолжалось примерно около часа. Он пытался остановить подсудимого, но тот сказал зайти ему в дом, что он и сделал. Примерно через 20-30 минут в окно постучался сын. Выйдя на улицу, обнаружил брата мёртвым. Затем он помог подсудимому посадить А. на табуретку, чтобы поджечь труп, ушёл обратно в жилище. Затем видел горящий костёр. Он с сыном также сожги и свою одежду. Помнит, что приходила к ним Б.Е.А., но когда это было, не скажет, так как находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. На следующий день С. на тележке вывез золу от трупа, выбросив её куда-то в кусты. Затем подсудимый сказал, что он сжёг свой диван на том же месте, где ранее горел труп, что он и сделал. Когда горел диван, то приезжали пожарные. В последующем, место костра они закидали навозом. А. в день убийства был одет в штаны и майку. На нём была серебряная цепочка, которую и обнаружила полиция. 19 июля 2017 года к нему домой подъезжал П.А.Н., но во двор не заходил. Он приехал за А., забрать его на работу. Они ответили, что допьют и тот придёт. В этот момент конфликт, но без драки, уже был между ними. После убийства они с сыном поставили машину К.А.А. на платную стоянку (т. 2 л.д. 68-71, 73-75).

Свидетель П.А.Н. указал, что арендует гараж, где занимается ремонтом автомобилей. Ранее с ним работал К.А.. 18 июля 2017 года они с последним готовили к покраске бампер большегрузной машины. Договорились встретиться на следующий день, чтобы красить данную деталь. Утром 19 числа по дороге из дома он проезжал мимо дома К.И.А., видел стоящий там автомобиль А.. Это было в районе 09.00 часов. Подумав, что напарник покормит свиней и приедет на работу, проехал мимо. К.А. на работе так и не появился. Он стал ему звонить, однако тот не отвечал. Около 11.00 часов 19 июля 2017 года поехал к дому К.И.. Там также продолжал стоять автомобиль его напарника. Постучавшись в ворота, крикнул: «С.». На это из ворот вышел И.. Он начал тому говорить: «И., где С., вы че творите, надо работать, там бампер ждут дальнобойщики». В этот момент услышал жалостливый голос А., просящий о помощи. Голос шёл как бы справа от входа во двор, оттуда где у И. стояла его машина и был вход в дом. После этого К.И.А. находившийся в состоянии опьянения, сказал ему со злостью: «уйди, уйди». Он плюнул на всё, ответив: «да пошли Вы все» и уехал, не став вмешиваться. Посчитал, что происходит какая-то разборка была между двумя братьями. По этой же причине не стал вызывать сотрудников полиции. После событий 19 июля 2017 года к нему на работу приходил подсудимый и его отец И.. Те пояснили, что А. забрал все деньги и куда-то уехал. Только в последующем от сотрудников полиции узнал об убийстве.

Как следует из показаний В.С.В., он работает в такси. 19 июля 2017 года около 13.00 часов к нему обратился подсудимый, с которым жили по соседству. Последний попросил забрать его из двора домов НОМЕР и НОМЕР, располагающихся по АДРЕС. Подъехав в данное место, увидел ФИО3, находящегося в состоянии алкогольного опьянения. По его просьбе они заехали в дом АДРЕС, после чего направились на озеро Тургояк. Во время поездки С. разговаривал по телефону с какой-то женщиной и распивал пиво. Приехав к озеру, долго искали какую-то базу. В итоге, подсудимый попросил вернуться в г. Копейск. Обратно приехали в районе 19.00-20.00 часов. Он высадил пассажира на парковке возле детского сада, расположенного у дома АДРЕС, после чего сам уехал на другую заявку.

И.М.Р. в судебном заседании пояснил, что вечером 19 июля 2017 года позвонил своему знакомому К.А.А. но его телефон был отключен. В этот же день разговаривал с супругой П.А.Н. Та передала ему слова своего мужа, что К.А. подрался с братом И., что у последнего руки были в крови. Затем 20 или 21 июля 2017 года ему позвонил сам И., попросил отвезти его от матери домой на АДРЕС По дороге тот рассказал, что действительно поссорился с братом, который разбил ему нос и переломал ребра. Он ещё удивился, так-так у И. не было синяков, тот спокойно дышал и передвигался. Также со слов К.И.А. следовало, что А. 19 числа выпил у него дома, переоделся в его одежду, оставив свою рабочую, и хотел уехать на машине, но И. с сыном не дали ему этого сделать. Тогда А. оставил документы, забрав только деньги, и ушёл. В дальнейшем, знает со слов самого П.А.Н., что в день исчезновения погибшего тот заезжал в дом к К.И.А. где слышал голос своего напарника с просьбами о помощи. Но он, испугавшись, ушёл.

По словам Б.Н.А., примерно с 2008-2009 года её дочь сожительствовала с подсудимым. У них имеются совместные дети. Примерно в июле 2017 года она приходила к внукам в дом отца ФИО3 В тот день отец и сын находились в состоянии алкогольного опьянения. Во дворе стояла машина белого цвета разбитая, рядом с которой находился диван. В лобовое стекло автомобиля был воткнут топор. На её вопрос подсудимый пояснил, что его дядя К.А.А. пытался ударить его топором, но он увернулся. Об убийстве она ничего не знала. 20 августа 2017 года весь день находилась в квартире своей дочери, которая была на работе. Примерно в 22.40 часов проснулась оттого, что её за плечо трогает подсудимый. Открыв глаза, увидела что ФИО3 находится в обнажённом виде. Она сильно испугалась и убежала из дома. Уже на улице позвонила дочери и сообщила о случившемся.

Из показаний свидетеля С.Е.С. следует, что в середине лета 2017 года, Б.Е.А. попросила её подменить не надолго на работе. Та сообщила, что подсудимый, с которым они сожительствовали, снова «запировал», и его надо вытащить, пока он не ушёл очередной запой. На следующий день от подруги узнала, что та приходила домой к отцу ФИО3, где во дворе горел костер. От огня исходил странный запах палёных волос и кожи. Во дворе находились отец с сыном, употребляли спиртное. Якобы С. сказал К., что убил своего дядю и сжёг. 20 августа 2017 года дети Б.Е.А. пришли к ним на работу, ждали, когда закончится смена у матери. Вечером туда же пришёл и подсудимый. Тот был пьян, просил денег на выпивку, хватал с прилавка товары, шумел, хотел забрать с собой детей. Они с Б.Е.А. выгнали С. из магазина. Уходя, тот сказал: «придешь домой, я тебе устрою». К. сильно испугалась, поэтому попросилась переночевать с детьми у неё. Придя домой, уложили детей спать. В это время Б.Е.А. позвонила мать, сказав, что пришёл С. и стал её «домагаться», она испугалась и убежала из квартиры. Спустя небольшой промежуток времени К. позвонил свёкор - отец подсудимого. Тот сказал, что его сын вернулся домой и лёг спать. Они решили вместе сходит в квартиру Б.Е.А. Когда подошли к двери, обнаружили повешенную на шнурке кошку. Также из жилища пропал ноутбук потерпевшей.

В рапорте сотрудника полиции зафиксировано обращение Б.Е.А., которая сообщила об известном ей факте избиения ФИО3 и его отцом гражданина К.А.А. произошедшем во дворе АДРЕС (т. 1 л.д. 54).

Из содержания протокола осмотра места происшествия - дворовой территории и дома АДРЕС, а также участка местности в районе дома АДРЕС следует, что во дворе под кучей навоза имеются следы горения, откуда изымаются образцы грунта. В районе улицы Гастелло обнаружены следы костра (зола, угли). В них установлено наличие обгоревших костных останков, 5 окурков, двух пачек от сигарет «Золотая Ява», цепочки из металла белого цвета со следами обгорания, части металлической заклёпки для одежды, электронной платы от телефона (т. 1 л.д. 89-104).

Осматривая истребованную из компании сотовой связи детализацию телефонных переговоров ФИО3, пользующегося абонентским номером НОМЕР, следователь выделяет следующие моменты. 19 июля 2017 года телефон подсудимого в период с 07.18 до 13.05 часов обслуживался базовой станцией, расположенной по адресуАДРЕС. В последующем, телефон работал на удалении от г. Челябинска до г. Миасса Челябинской области, и вновь в г. Копейске. Телефонный аппарат пострадавшего К.А.А. ранним утром (с 06.36 до 06.56 часов) этого же дня обслуживался базовыми станциями г. Копейска, а в районе 17.05 часов было входящее смс-сообщение, зафиксированное станцией по АДРЕС (т. 1 л.д. 144, 145-146, 148-155).

Согласно заключениям судебно-медицинских экспертов, установить конкретную причину смерти неизвестного человека неустановленного пола и возраста не представляется возможным в связи с тем, что труп на момент исследования находится в состоянии выраженного фрагментирования вследствие термического воздействия высокой температуры (открытого пламени). В связи с этим, нельзя установить возраст, пол и рост человека, которому принадлежат данные костные фрагменты. Также не представляется возможным установить давность наступления смерти. На исследование предоставлены костные фрагменты в состоянии выраженного фрагментирования. Повреждения, имеющиеся на костных фрагментах, обусловлены разрушением костной ткани вследствие воздействия высокой температуры (открытого пламени). При визуальном и микроскопическом исследовании на фрагментах костей скелета, представленных на исследование, следов каких-либо механических повреждений, имеющих признаки воздействия острыми или тупыми объектами, не обнаружено. Так как установить прижизненно или посмертно произошло повреждение костей скелета вследствие действия открытого пламени не представляется возможным, то судебно-медицинской оценке, в плане определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью, данные повреждения не подлежат. Нельзя исключить, что до действия открытого пламени, которое могло быть как прижизненно, так и посмертно, в отношении тела неизвестного человека неустановленного пола и возраста, которому принадлежат данные костные фрагменты, не были причинены другие повреждения острыми или тупыми предметами, которые не отобразились на представленных костных фрагментах. Следовательно, нельзя достоверно определить, какое именно повреждение явилось причиной смерти и какие повреждения в какой последовательности и через какой промежуток времени были причинены. Не возможно установить через какое время после причинения повреждения наступила смерть. Костные фрагменты, представленные на исследование, находящиеся к тому же в состоянии резкого обугливания, для исследования на алкоголь не пригодны. Смерть К.А.А., которому принадлежат исследуемые костные останки, возможно, могла быть причинена при обстоятельствах изложенных в допросе подозреваемого и при проверке его показаний на месте. Нельзя исключить возможность наступления смерти К.А.А. от отравления алкоголем, возникшего при обстоятельствах, изложенных в допросе подозреваемого и при проверке его показаний на месте. Отравление алкоголем, повлекшее смерть, у живых лиц по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, вызвавшего расстройство жизненно важных функций организма, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью, относится к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью. Также нельзя исключить возможность наступления смерти К.А.А. и от удушения, возникшего при обстоятельствах, изложенных в допросе подозреваемого и при проверке его показаний на месте. У живых лиц удушение, как и любые виды механической асфиксии, по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, вызвавшего расстройство жизненно важных функций организма, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью, относится к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 191-200, т. 2 л.д. 32-35).

При проведении осмотра квартиры АДРЕС потерпевшая Б.Е.А. указала, где до хищения находился ноутбук. В коридоре квартиры на стене обнаружена надпись: «К., … следующая ты ….». Входные двери и замки повреждений не имеют. Одна створка кухонного окна открыта, сломан запирающий механизм. На полу в коридоре изъят след обуви, с кухонного окна следы пальцев рук (т. 1 л.д. 81-88).

В рамках проведения 21 августа 2017 года неотложного обыска в АДРЕС был обнаружен и изъят ноутбук, ранее похищенный из квартиры гражданки Б.Е.А. (т. 1 л.д. 105, 106-108, 110).

Приведённые и другие исследованные по делу данные позволяют суду сделать выводы о доказанности вины ФИО3 в совершённых преступлениях. Вышеуказанные доказательства суд признаёт допустимыми и достоверными. Они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства РФ и являются достаточными для разрешения уголовного дела и признания вины подсудимого в совершённых преступлениях.

Органами предварительного расследования действия ФИО3, связанные с хищением имущества Б.Е.А., были квалифицированы, как кража, совершённая с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в жилище. В прениях сторон государственный обвинитель частично отказался от предложенной следствием юридической оценки, изменив обвинение в сторону его смягчения. Прокурор попросил исключить, достаточно обосновав свою позицию, как излишне вменённый, квалифицирующий признак - незаконное проникновение в жилище, поскольку оно не было связано с умыслом подсудимого на хищение чужого имущества.

Суд принимает позицию прокурора, считая её обоснованной, мотивированной, наиболее правильной и обязательной, в силу ст. 246 УПК РФ.

В связи с этим, суд квалифицирует действия ФИО3 по:

- ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку;

- п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённое с причинением значительного ущерба гражданину.

Указанный квалифицирующий признак являлся предметом исследования в судебном заседании и полностью нашёл своё подтверждение.

В обвинении подсудимого по ч. 1 ст. 105 УК РФ судом исключается указание на нанесение пострадавшему не менее 100 ударов руками, ногами и неустановленным предметом. Данную цифру никто из допрошенных лиц не называл, в ходе же судебного разбирательства установлено, что ударов было нанесено множество, без какой-либо привязки к конкретному их количеству.

Несмотря на то обстоятельство, что истинная причина смерти потерпевшего, так и не была установлена, суд считает квалификацию действий ФИО3 по ч. 1 ст. 105 УК РФ правильной. При этом учитываются и сами действия подсудимого, направленные на причинение смерти К.А.А. а также показания очевидца, брата погибшего, о том, что когда они с сыном готовили костёр и усаживали на стул тело, тот был однозначно мёртв.

Суд не усматривает в действиях подсудимого состояния внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) вызванного действиями потерпевшего, а также признаков необходимой обороны. Он осознавал характер своих действий и, нанося руками, ногами и неустановленными предметами многочисленные сильные удары по жизненно-важным частям тела, насильно вливая в организм пострадавшего большое количество этилового спирта, перекрывая доступ кислорода, целенаправленно шёл к полученному результату - причинению смерти.

Показания потерпевших и свидетелей, исследованные при рассмотрении уголовного дела по существу, являются последовательными и логичными, дополняют друг друга и согласуются, как между собой, так и с другими доказательствами по делу, в частности с результатами осмотров мест происшествия и с пояснениями самого подсудимого, данными с участием защитника. Причин для оговора и самооговора суд не усматривает, и, признавая показания данных лиц достоверными, в совокупности с иными исследованными доказательствами, кладёт в основу обвинения ФИО3 в совершённых преступлениях.

Вышеприведённые пояснения подсудимого не имеют существенных противоречий и с результатами проведённых проверок его показаний на месте. Из протоколов допросов видно, что следственные действия проводились с участием защитника, которым являлся адвокат, подтвердивший свои полномочия. Указанное исключало применение к подсудимому какого-либо давления. Из содержания протоколов проверки показаний на месте, следует, что ФИО3 самостоятельно пояснял о произошедших событиях, сообщал, где и как они происходили. Данные протоколы подписаны всеми участниками следственных действий, в том числе, самим подсудимым, понятыми, защитником. Замечаний по составлению документов у участников не возникло.

Таким образом, установив вину ФИО3 в совершённых преступлениях, суд подвергает его уголовной ответственности.

При назначении наказания, в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, данные о личности подсудимого, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, обстоятельства смягчающие наказание.

Так, ФИО3 ранее не судим, полностью признал свою вину в содеянном, чистосердечно в этом раскаивается, в рамках предварительного следствия оказал активное содействие в раскрытии и расследовании преступных посягательств, имел постоянное место жительства, где удовлетворительно характеризуется, на его иждивении находятся малолетние дети 2010 и 2012 годов рождения. Кроме того, суд учитывает состояние здоровья подсудимого, наличие заболеваний, учёт у нарколога, признаков психических и поведенческих расстройств (что не исключает его вменяемости т. 1 л.д. 206-209), а также тот факт, что поводом для преступления явилось аморальность и противоправность поведения пострадавшего лица, потерпевшие не настаивали на применении строгого наказания, исковых требований не предъявляли.

Указанные обстоятельства суд признаёт смягчающими наказание, которое подлежит назначению в пределах, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, и считает возможным не применять дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, не имеется.

Совершение подсудимым, в том числе, и особо тяжкого преступления, за которое предусмотрено единственно возможное наказание, в виде лишения свободы, приводит суд к выводу, что исправление ФИО3 должно осуществляться только в условиях изоляции от общества, что будет вполне соответствовать требованиям закона и целям назначения наказания: восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения новых преступлений. Иное, более мягкое, а также минимальное, предусмотренное санкциями ч. 1 ст. 105 и ч. 2 ст. 158 УК РФ, по мнению суда, не применимо.

Суд не усматривает оснований для применения к подсудимому положений ст. ст. 64 и 82 УК РФ, поскольку не будут достигнуты цели назначения наказания, указанные выше. Не подлежат применению и положения ст. 73 УК РФ.

Окончательное наказание по совокупности преступлений подлежит назначению подсудимому по правилам, предусмотренным ч. 3 ст. 69 УК РФ, поскольку один из составов является оконченным преступным посягательством и относится к категории особо тяжких. При этом, исходя из обстоятельств дела, личности виновного лица и иных объективных данных, суд считает необходимым применить принцип частичного сложения наказаний.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ исправительным учреждением для отбывания подсудимым наказания определяется исправительная колония строгого режима.

С учётом фактических обстоятельств преступных посягательств, степени их общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие, применительно к положениям ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО3 признать виновным совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 и п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, назначив наказание в виде лишения свободы:

- по ч. 1 ст. 105 УК РФ сроком на 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев без ограничения свободы;

- по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев без ограничения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний окончательно к отбытию ФИО3 определить 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - содержание под стражей. Срок наказания исчислять с 21 ноября 2018 года. Зачесть в срок отбытия наказания время нахождения под стражей с момента задержания 21 августа 2017 года до 21 ноября 2018 года, с учётом положений, предусмотренных п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле: следы рук и обуви, электронную плату, цепочку, металлическую заклёпку, 5 окурков, волос и 2 пачки сигарет - уничтожить, диск с детализацией телефонных соединений - оставить в материалах дела.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Копейский городской суд Челябинской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья