Решение № 2-637/2018 2-637/2018 ~ М-552/2018 М-552/2018 от 3 июня 2018 г. по делу № 2-637/2018

Мотивированное
решение изготовлено 04 июня 2018 Дело № 2-637/2018

(с учетом выходных дней)

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 мая 2018 года город Кола

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Корепиной О.С.,

при секретаре Чистобаевой В.С.,

с участием истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Ямалтрансстрой» о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, оплаты проезда к месту отдыха и обратно, оплаты за ненормированный рабочий день, сверхурочную работу, работу в выходные и праздничные дни, оплату листов нетрудоспособности, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к акционерному обществу «Ямалтрансстрой» (далее- АО «Ямалтрансстрой») с иском о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, расходов по оплате проезда к месту отдыха и обратно, не доначисленной и не выплаченной заработной платы, оплаты ненормированных рабочих дней, за работу сверх установленной нормальной продолжительности рабочего дня, работу в выходные и праздничные дни, оплаты больничных листов, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указал, что работал начальником участка в АО «Ямалтрансстрой» с <дата> по <дата>, при этом ему систематически задерживалась выплата заработной платы. Кроме того, ему не была произведена компенсация за оплату проезда к месту отдыха и обратно в 2016 году, а также не произведена оплата за ненормированные рабочие дни за период 2016-2017. Помимо этого, с июля 2017 и до увольнения работодателем ему без предупреждения был занижен размер заработной платы. Не произведена оплата за работу сверхустановленной продолжительности времени, а также за работу в выходные и праздничные дни, поскольку у ответчика производство работ ведется в дневную и ночную смены (с 8 до 18 часов и с 20 до 6 часов) без учета проезда к месту работы и обратно, также ему как начальнику участка приходилось организовывать работу обоих смен, в связи с чем его ежедневная переработка, включая выходные и праздничные дни, составляла в среднем 4-5 часов. Кроме того, после увольнения ему не произведена оплата больничных листов за период нетрудоспособности с <дата> по <дата>. На его письменную претензию от 07.12.2017 работодатель не отреагировал, в связи с чем 31.01.2018 он обратился в Государственную инспекцию по труду Мурманской области, ответ из которой получил 06.03.2017. С учетом изложенного просит суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию в порядке ст. 236 ТК РФ за систематическую задержку выплаты заработной платы в сумме 33587 рублей 83 копейки, компенсацию расходов проезда к месту отдыха в 2016 году в сумме 42220 рублей, оплату за ненормированные рабочие дни 2016-2017 19606 рублей 84 копеек, не доначисленную и невыплаченную заработную плату в период июль –октябрь 2017 в сумме 136 771 рубль 75 копеек, за систематическую работу сверх установленного времени в рабочие, выходные и праздничные дни 2016-2017 207 651 рубль 68 копеек, за оплату по листкам нетрудоспособности 48938 рублей 72 копейки, компенсацию морального вреда 150 000 рублей, а также произвести перерасчет начисления процентов по вышеуказанной задолженности за использование средств на момент вынесения решения суда.

В последующем истец неоднократно изменял и уточнял исковые требования, представив 28 мая 2018 последний вариант уточненных требований, согласно которого окончательно просил взыскать с ответчика компенсацию в порядке ст. 236 ТК РФ за систематическую задержку выплаты заработной платы с мая 2016 по январь 2017 в размере 9237 рублей 50 копеек, а также компенсацию в порядке ст. 236 ТК РФ за задержку выплаты компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ с 26.10.2017 по 24.05.2018 в сумме 2431 рубль 20 копеек, а всего в сумме 11758 рублей 70 копеек, компенсацию расходов проезда к месту отдыха в 2016 году в сумме 42220 рублей, оплату за ненормированные рабочие дни 2016-2017 8234 рубля 96 копеек, не доначисленную и невыплаченную заработную плату в период июль –октябрь 2017 в сумме 136 771 рубль 75 копеек, за систематическую работу сверх установленного времени в рабочие, выходные и праздничные дни 2016-2017 207 651 рубль 68 копеек, за оплату по листкам нетрудоспособности 23126 рублей 08 копейки, компенсацию морального вреда 150 000 рублей.

В судебном заседании истец уточненные исковые требования поддержал, при этом пояснил, что по результатам проверки ГИТ по его обращению ответчик 19.04.2018 произвел выплату компенсации за задержку заработной платы в 2017 году в сумме 12920 34 копейки, но так как такие задержки являлись систематическими, начиная с момента трудоустройства, он просит взыскать с ответчика заявленную компенсацию за 2016 год, также полагает, что ст. 236 ТК РФ не запрещено требовать с работодателя компенсацию на несвоевременно выплаченную ранее начисленную компенсацию за задержку заработной платы. В части оплаты проезда к месту отдыха и обратно, указал, что по его заявлению ему был предоставлен отпуск в период с <дата> по <дата>, при этом в заявлении о необходимости оплаты проезда к месту отдыха и обратно он не указывал, поскольку не собирался выезжать. Перед самым отпуском ему предложили турпутевку в <данные изъяты>, в связи с чем он понес расходы по оплате проезда. По возвращении из отпуска он обратился к своему непосредственному начальнику с заявлением об оплате проезда, но тот предложил ему воспользоваться оплатой проезда к месту отдыха при уходе в отпуск в 2017 году, поскольку ранее он соответствующего заявления не писал. Он с этим согласился, но в 2017 году при уходе в отпуск он оплату проезда также не просил, поскольку не планировал куда-либо выезжать. После увольнения и окончательного расчета, в связи с нарушением работодателем его прав в части полной оплаты труда, 07.12.2017 направил претензию с требованием оплатить в том числе и проезд к месту отдыха, приложив копии электронных билетов, турпутевку и справки о стоимости авиаперелета до ближайшего пограничного пункта –<данные изъяты>, однако оплата произведена не была.

Кроме того, обратил внимание суда на то, что со стороны работодателя имеет место дискриминация по отношению в нему в части лишения его выплат из коллективного фонда в период июль –октябрь 2017 в связи с его решением об увольнении, поскольку каких-либо взысканий он не имел, остальным работникам его участка выплаты из коллективного фонда произведены в полном объеме, работодатель нарушил гарантию ежемесячной выплаты из коллективного фонда, установленную коллективным договором АО «Ямалтрансстрой» в абзаце 2 пункта 2.1.

Также пояснил, что ему не была произведена оплата за ненормированные рабочие дни в виде компенсации за дополнительные 2,5 дней отпуска, а также не оплачена систематическая переработка и работа в выходные, праздничные дни, которая имела место быть практически ежедневно, что подтверждается его отчетами, которые он ежедневно в соответствии с приказом работодателя № от <дата> составлял и в электронном виде отправлял в системе «Терминал» в офис в г. Москва. Поскольку данные отчеты у него отсутствуют, часы переработки им посчитаны приблизительно, исходя из отработанного количества времени 28 мая 2017 и 28 мая 2017, ответчик отказывает в предоставлении данных отчетов.

В части отсутствия оплаты листка нетрудоспособности, возникшей после его увольнения, полагал, что расчет оплаты, составленный ответчиком занижен, с учетом частичной оплаты <дата> с ответчика подлежит взысканию 23126 рублей 08 копеек. Поскольку действиями ответчика были нарушены его трудовые права, так как оплата не была произведена своевременно, просит взыскать компенсацию морального вреда.

Представители ответчика в судебном заседании исковые требования не признали, ранее представили отзыв на иск, согласно которого пояснили, что компенсация за задержку выплаты заработной платы, предусмотренная ст. 236 ТК РФ была выплачена истцу по предписанию ГИТ 19.04.2018 в сумме 12920 рублей 34 копейки, в части требований истца о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы за период с мая 2016 по январь 2017 полагали, что истцом пропущен срок давности для обращения с иском в суд, так как о том, что происходит выплаты по заработной плате задерживаются истец знал при получении ежемесячно расчетных листков и заработной платы, просили применить срок давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ. Требования истца о взыскании компенсации за несвоевременную выплату самой компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ в сумме 2431 рубль 20 копеек не соответствует требованиям закона. Также просили применить срок, предусмотренный ст. 392 ТК РФ для обращения в суд с требованиями, в части взыскания стоимости оплаты проезда к месту отдыха и обратно за 2016 год, поскольку работник с заявлением об оплате данного проезда к работодателю ни до начала, ни после возвращения из отпуска в декабре 2016 не обращался, равно как и до момента увольнения, проездные документы к оплате не предъявлял, в том числе с заявлением от 07.12.2017, срок для обращения в суд за разрешением данного спора истек в марте 2017 года, в то время как в суд истец обратился 30.03.2018.

Требование о взыскании компенсации за ненормированные рабочие дни в 2016-2017 также полагали незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку согласно условий трудового договора истцу был установлен ненормированный рабочий день (п.п1 п.1.11), в связи с чем компенсация переработки истца при ненормированном рабочем дне осуществлялась предоставлением дополнительного отпуска, установленного п.п2 п.1.11 трудового договора. При окончательном расчете в связи с увольнением истца ему была выплачена денежная компенсация за неиспользованный отпуск за период работы с <дата> по <дата> в количестве 46,5 календарных дней, в том числе 4,5 календарных дня за ненормированный рабочий день. В связи с чем также полагали незаконным и необоснованным требование истца оплаты за работу сверх установленной нормальной продолжительности рабочего времени, так как истцу был установлен ненормированный рабочий день. К работе в выходные и праздничные дни истец распоряжением работодателя не привлекался, учет рабочего времени истца отражен в табелях учета рабочего времени, в соответствии с которыми производилась оплата, к работодателю по вопросу ненадлежащего учета рабочего времени истец не обращался.

В части требований о взыскании компенсации за занижение заработной платы в июле-октябре 2017 года также полагали не подлежащим удовлетворению, поскольку действующим трудовым законодательством предусмотрена возможность выплаты работнику стимулирующих выплат (доплат и надбавок стимулирующего характера, премий, иных поощрительных выплат, при этом системы оплаты труда устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством, при этом другие виды поощрений работников за труд, чем предусмотренные ст. 191 ТК РФ, определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также положениями и уставами о дисциплине. В связи с чем, материальное стимулирование (выплата из коллективного фонда) представляет собой предусмотренную положением о порядке выплат из коллективного фонда стимулирующую выплату, не являющуюся неотъемлемой частью заработной платы, полностью зависит от выполнения объема работ на предприятии и может начисляться работнику за высокие показатели и вклад в производственный процесс, является правом работодателя, а не его обязанностью. В соответствии с указанными условиями, прибыли предприятия, а исходя из количества отработанного им рабочего времени, нахождения на больничном и в отпуске, истцу в спорные месяцы осуществлялась стимулирующая выплата. Фиксированный размер данной стимулирующей выплаты законодательством и локальными нормативными актами работодателя не предусмотрен.

В удовлетворении требований истца о взыскании пособия по временной нетрудоспособности в оставшейся части не признали, поскольку нетрудоспособность истца наступила после его увольнения из АО «Ямалтрансстрой» в период с <дата> по <дата>, требование об оплате было включено истцом в претензию наряду с иными требованиями, и с больничным листом представлены истцом работодателю <дата>, при этом копия трудовой книжки либо иной документ, подтверждающий то, что истец не трудоустроился к этому времени на другую работу, истцом представлены не были. Ответчик произвел оплату больничного листа в сумме 25812 рублей 64 копейки сразу же, как только ФИО1 предоставил трудовую книжку 25 мая 2018. Поскольку со стороны работодателя нарушений трудовых прав истца не имелось, просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Выслушав явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, материалы проверки ГИТ по МО № от <дата>, суд приходит к следующему.

Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит к основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, в частности: свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Статьей 20 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что сторонами трудовых отношений являются работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем, и работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право принимать локальные нормативные акты (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями), реализовывать права, предоставленные ему законодательством о специальной оценке условий труда. Также в данной статье установлены обязанности работодателя, в том числе, обязанность соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством, в том числе законодательством о специальной оценке условий труда, и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

Судом установлено, что <дата> между АО «Ямалтрансстрой» в лице филиала АО «Ямалтрансстрой» и ФИО1 был заключен трудовой договор № (далее- трудовой договор), согласно которого истец был принят на должность начальника участка, местонахождение работника г. Мурманск, на срок с <дата> по <дата>.

Пунктом 1.6 трудового договора установлен оклад истцу в размере 7000 рублей.

В связи с заключением соглашения об изменении условий трудового договора <дата>, с этой даты истцу был установлен должностной оклад в размере 11000 рублей.

В соответствии с п.1.7 трудового договора заработная плата выплачивается работнику 2 раза в месяц, согласно коллективному договору и Правилам внутреннего трудового распорядка работодателя (по безналичной форме путем перечисления на счета в банках, в том числе и на карточные счета, согласно заявлению работника).

Пунктом 1.9 трудового договора предусмотрено, что работнику могут выплачиваться выплаты из коллективного фонда в соответствии с Положением о порядке формирования коллективного фонда, утвержденным работодателем и профсоюзным комитетом.

В соответствии с п. 1.10 размер и система оплаты труда могут быть изменены по соглашению сторон, оформленному в виде дополнительного соглашения к настоящему договору.

Согласно пункта 1.12. трудового договора на работника распространяются гарантии и льготы, установленные Законом Российской Федерации № 4520-1 от 19.02.1993 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях», а также распространяются льготы и гарантии, предусмотренные Положениями к Коллективному договору, действующим у работодателя.

В соответствии с п. 2.1.3 трудового договора работник имеет право на своевременную оплату труда в полном размере, а работодатель в силу п. 3.2.4 выплачивать работнику заработную плату в полном размере в установленные законом сроки.

При приеме на работу до подписания трудового договора истец также был ознакомлен с локальными нормативными актами АО «Ямалтрансстрой» - Правилами внутреннего распорядка, Коллективным договором и приложениями к нему и иными локальными нормативными актами, что подтверждается подписью истца в трудовом договоре, истцом не оспаривалось.

В последующем между ФИО1 и АО «Ямалтрансстрой» было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № от <дата>, согласно которого срок действия трудового договора, установленный п.2.2 был определен с <дата> по <дата>, на основании ст. 59 Трудового кодекса РФ, на период строительства и сдачу объектов «Комплексное развитие Мурманского транспортного узла», остальные условия трудового договора остаются прежними.

Также <дата> между ФИО1 и АО «Ямалтрансстрой» было заключено еще одно дополнительное соглашение к трудовому договору № от <дата>, которым срок действия трудового договора, установленный п.2.2 был определен с <дата> по <дата>, на основании ст. 59 Трудового кодекса РФ, на период строительства и сдачу объектов «Комплексное развитие Мурманского транспортного узла», остальные условия трудового договора остаются прежними.

Приказом № от <дата> трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работника в соответствии с п. 3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ с <дата>. С данным приказом ФИО1 ознакомлен под роспись. Окончательный расчет с истцом осуществлен <дата> путем перечисления заработной платы за сентябрь, октябрь 2017, компенсации за неиспользованный отпуск в количестве 46,5 календарных дней в общей сумме 246 310 рублей 31 копейка.

05.12.2017 истец обратился к ответчику с заявлением-претензией о перерасчете заработной платы за июль-октябрь 2017 года в связи с уменьшением размера выплаченной ему заработной платы и отпускных в этот период по сравнению с его средним заработком за первое полугодие 2017 года, а также просил произвести оплату по листкам нетрудоспособности с <дата> по <дата>, за ненормированные рабочие дни 2016-2017, произвести оплату проезда к месту отдыха и обратно в декабре 2016. Ответ на данное заявление истцом получен не был.

Разрешая требования истца о довзыскании заработной платы в сумме 136 771 рубля 75 копеек в связи с занижением её размера в июле-октябре 2017 года суд исходит из следующего.

Как следует из объяснений истца, данных в судебном заседании в обоснование заявленных требований, он полагает, что ему был занижен размер причитающейся заработной платы в период с июля по октябрь 2017 по сравнению с размером выплаченной ему средней заработной платы за первое полугодие. Занижение размера заработной платы в указанный период произошло в связи с уменьшением работодателем размера стимулирующей выплаты из коллективного фонда, которая выплачивается всем работникам ежемесячно, за исключением тех, которые подлежат увольнению. Полагает, что со стороны работодателя в отношении него проявлена дискриминация в оплате труда, поскольку размер данной выплаты уменьшен в связи с его предстоящим увольнением, в то время как работодатель гарантирует неизменность размера заработной платы работникам, полностью отработавшим норму рабочего времени, не привлекавшимся к дисциплинарной ответственности.

Между тем, согласно ст. 129, 135 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) – это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты), которые устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Разделом 2 коллективного договора АО «Ямалтрансстрой», действующего в период работы истца, установлена система оплаты труда на предприятии, работникам установлены тарифные ставки и должностные оклады по видам производств, квалификации, категориям руководителей, специалистов и служащих. При этом работодатель гарантирует минимальную заработную плату работникам, полностью отработавшим за этот период норму рабочего времени и выполнившим нормы труда (трудовые обязанности) не ниже минимального размера оплаты труда, установленного Федеральным законом (и размера минимальной заработной платы в субъектах Российской Федерации, установленного региональным соглашением о минимальной заработной плате в соответствии со ст. 133-1 Трудового кодекса РФ). Установленная минимальная месячная заработная плата включает в себя месячную тарифную ставку (оклад) работника с учетом районного коэффициента и в полном размере заработанной процентной надбавки, доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, доплат и надбавок стимулирующего характера, премий и иных поощрительных выплат, предусмотренный системой оплаты труда и компенсационных выплат (п. 2.1 коллективного договора).

Порядок формирования выплат из коллективного фонда в подразделениях предусмотрен Положением (Приложение №8), которое является неотъемлемой частью коллективного договора (п. 2.8.).

Как следует из Положения о порядке формирования выплат из коллективного фонда в подразделениях ОАО «СГК-севертрансстрой», данная категория выплат предназначена для стимулирования труда работников за высокие показатели и выполнение особо важных заданий, позволяющие достойно оценить трудовой вклад каждого работника в выполнении производственной программы (л.д. 119 т. 1). Начисление выплат из коллективного фонда ежемесячно оформляется приказом по ОАО «СГК-севертрансстрой». Коллективный фонд распределяется руководителем между структурными подразделениями в зависимости от выполненного и оплаченного заказчиком объема работ на объектах выполнения строительно-монтажных работ. Сумма коллективного фонда, выделенная структурному подразделению общества, распространяется между работниками внутри этого подразделения непосредственным руководителем самостоятельно (единолично) в зависимости от вклада каждого работника в производственный процесс, а также высокие показатели и выполнение особо важных заданий, позволяющие достойно оценить трудовой вклад каждого работника в выполнение производственной программы. Работникам, которые имеют дисциплинарные взыскания (прогул без уважительной причины, появление на рабочем в нетрезвом виден и т.д.), а также работникам, не отработавшим полный календарный месяц и уволившимся по собственному желанию или виновным действиям, коллективный фонд не распределяется и не начисляется. Коэффициент доплат из коллективного фонда определяется как отношение прямых выплат (без учета РК и СН в составе общей суммы) к тарифному фонду (без учета РК и СН) списочного состава за фактически отработанное время по табельному учету. При распределении коллективного фонда между производственными, подсобными и обслуживающими участками в пределах их общего коллективного фонда могут применяться как повышающие, так и понижающие коэффициенты трудового участия, учитывающие роль этих участков в формировании общих результатов работы предприятия.

Таким образом, выплата из коллективного фонда представляет собой стимулирующую выплату, установленную коллективным договором, которая не является неотъемлемой частью заработной платы, не имеет фиксированного размера, полностью зависит от выполнения объемов работ на предприятии, прибыли предприятия, иных указанных в Положении о порядке формирования выплат из коллективного фонда факторов.

Из расчетных листков истца за январь-октябрь 2017 следует, что выплата из коллективного фонда ему производилась ежемесячно, в том числе и за октябрь 2017, несмотря на то, что истец был уволен по собственному желанию, размер данной выплаты варьировался, то есть истцу производилась выплата коллективного фонда вплоть до его увольнения, что им не оспаривалось, доказательств тому, что имеются какие-либо либо основания для осуществления данных выплат в спорный период в ином размере истцом не представлено.

Ссылка истца на расчет причитающихся ему выплат по заработной плате в июле - -октябре 2017, составленный истцом, судом отклоняется поскольку данный расчет составлен истцом произвольно, без учета норм действующего трудового законодательства, а также вышеприведенных локальных нормативных актов, действующих на предприятии.

Доводы истца о том, что ему выплата из коллективного фонда была произведена в меньшем размере, чем остальным работникам на подчиненном ему участке, судом отклоняются, поскольку сами по себе не свидетельствуют о нарушении работодателем прав истца, так как данная выплата носит стимулирующий характер, размер выплаты определяется работодателем индивидуально в отношении каждого работника, исходя из оценки трудового вклада каждого работника в выполнение производственной программы, на условиях установленных Положением о порядке формирования выплат из коллективного фонда.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований истца о довзыскании заработной платы в сумме 136 771 рубля 75 копеек не имеется.

В части требований истца о взыскании с ответчика задолженности по оплате за ненормированные рабочие дни в 2016-2017 года, а также оплаты сверхурочной работы, работы в выходные и праздничные дни в 2016-2017 года, суд исходит из следующего.

В силу ст. 97 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (далее - установленная для работника продолжительность рабочего времени): для сверхурочной работы (статья 99 настоящего Кодекса); если работник работает на условиях ненормированного рабочего дня (статья 101 настоящего Кодекса).

Согласно ст. 99 Трудового кодекса РФ сверхурочная работа – это работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия в следующих случаях:

1) при необходимости выполнить (закончить) начатую работу, которая вследствие непредвиденной задержки по техническим условиям производства не могла быть выполнена (закончена) в течение установленной для работника продолжительности рабочего времени, если невыполнение (незавершение) этой работы может повлечь за собой порчу или гибель имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), государственного или муниципального имущества либо создать угрозу жизни и здоровью людей;

2) при производстве временных работ по ремонту и восстановлению механизмов или сооружений в тех случаях, когда их неисправность может стать причиной прекращения работы для значительного числа работников;

3) для продолжения работы при неявке сменяющего работника, если работа не допускает перерыва. В этих случаях работодатель обязан немедленно принять меры по замене сменщика другим работником.

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе без его согласия допускается в следующих случаях:

1) при производстве работ, необходимых для предотвращения катастрофы, производственной аварии либо устранения последствий катастрофы, производственной аварии или стихийного бедствия;

2) при производстве общественно необходимых работ по устранению непредвиденных обстоятельств, нарушающих нормальное функционирование централизованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, систем газоснабжения, теплоснабжения, освещения, транспорта, связи;

3) при производстве работ, необходимость которых обусловлена введением чрезвычайного или военного положения, а также неотложных работ в условиях чрезвычайных обстоятельств, то есть в случае бедствия или угрозы бедствия (пожары, наводнения, голод, землетрясения, эпидемии или эпизоотии) и в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия всего населения или его части.

В других случаях привлечение к сверхурочной работе допускается с письменного согласия работника и с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год.

Работодатель обязан обеспечить точный учет продолжительности сверхурочной работы каждого работника.

Статьей 152 Трудового кодекса РФ предусмотрена повышенная оплата сверхурочной работы (за первые два часа не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном), в том время как работы в выходной или праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере в порядке. установленном ст. 153 Трудового кодекса РФ либо по желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, компенсируется предоставлением ему другого дня отдыха.

Между тем, частью 1 ст. 101 Трудового кодекса РФ определено, что ненормированный рабочий день представляет собой особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Перечень должностей работников с ненормированным рабочим днем устанавливается коллективным договором, соглашениями или локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников.

При этом ч.1 ст. 119 Трудового кодекса РФ предусмотрено предоставление работникам с ненормированным рабочим днем ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, продолжительность которого определяется коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка и который не может быть менее трех календарных дней.

Таким образом сверхурочная работа представляет собой выполнение работником своих обычных трудовых обязанностей, но сверх установленной продолжительности рабочего времени, в то время как ненормированный рабочий день -это особый режим работы, который устанавливается работнику при заключении трудового договора о выполнении работы по должности, которая локальным нормативным актом включена в перечень должностей с ненормированным рабочим днем. Поскольку в последнем случае работник соглашается выполнять работу по соответствующей должности, то работодатель в дальнейшем, привлекая его к работе за пределами нормального рабочего времени, не обязан получать его согласие, а также учитывать мнение выборного профсоюзного органа.

При этом, в отличие от сверхурочной работы, которая оплачивается в повышенном размере в зависимости от количества отработанных сверх нормы часов, работа по указанному режиму ненормированного рабочего дня компенсируется предоставлением дополнительного отпуска, который предоставляется работнику независимо от количества переработанных сверх нормальной продолжительности рабочего времени часов, даже в том случае, когда работник фактически не привлекался к работе за пределами установленной нормы рабочего времени.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела с 22.11.2013 ОАО «СГК-севертрансстрой» переименовано на ОАО «Ямалтрансстрой» без проведения реорганизации, протокол общего собрания акционеров от 14.11.2013, запись в ЕГРЮЛ от 21.11.2013, 14.09.2015 в ЕГРЮЛ внесена запись о смене наименования с ОАО «Ямалтрансстрой» на АО «Ямалтрансстрой».

Пунктом 1.11 трудового договора № от <дата> ФИО1 была установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), с ненормированным рабочим днем. Время начала и окончания работы, время перерывов в работе, продолжительность рабочего времени устанавливается Правилами внутреннего трудового распорядка общества.

Согласно п. 3.1 Коллективного договора АО «Ямалтрансстрой», утвержденным 16.08.2013 генеральным директором ОАО «СГК-севертранстрой», действующего в период работы истца, работодатель гарантировал обеспечение нормальной продолжительности рабочего времени в 2013-2016 гг в соответствии с рудовым законодательством и производственным календарем 40-часов в неделю для мужчин. Продолжительность рабочего дня для работников представительств и филиалов -40 часов в неделю.

Режим труда и отдыха регламентирован «Правилами внутреннего трудового распорядка» (п. 3.2. коллективного договора).

Норму дней и часов рабочего времени в 2013-2016 годах определять по календарю пятидневной рабочей недели (п. 3.7 Коллективного договора).

Правилами внутреннего трудового распорядка АО «Ямалтрансстрой», утвержденным 16.08.2013 генеральным директором ОАО «СГК-севертранстрой», согласованными 16.08.2013 с первичной профсоюзной организацией ОАО «СГК-трансстройямал» и действующими в период работы истца (далее-Правила), установлено, что плановый календарный фонд рабочего времени определяется «Производственным календарем», исходя из пятидневной 40-часовой рабочей недели (п.5.1).

Пунктом 5.2 Правил установлен режим работы на предприятии по графику пятидневной рабочей недели с соблюдением планового календарного фонда рабочего времени: для мужчин 40 часов в неделю.

Пунктом 5.3 Правил предусмотрено, что в непрерывно действующих производствах и участках, где не может быть соблюдена установленная ежедневная продолжительность рабочего времени, режим работы определяется индивидуальным графиком работы с соблюдением планового фонда рабочего времени на каждом рабочем месте. Индивидуальные графики разрабатываются работодателем с учетом мнения профсоюзного комитета.

Индивидуальные графики работы устанавливаются для: а) работников занятых на обслуживании и эксплуатации систем жизнеобеспечения, б) работников диспетчерских и дежурных служб аппарата управления и подразделений

Время начала и окончания ежедневной работы определяется «Правилами внутреннего трудового распорядка и графиками работы (п. 5.5 Правил).

Производство работ в выходные и праздничные дни и сверхурочные работы допускаются в строгом соответствии с Трудовым кодексом РФ.

В соответствии с п. 3.10 Коллективного договора работникам с ненормированным рабочим днем предоставлять ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью три календарных дня, (Приложение № 11), которое является неотъемлемой частью коллективного договора, если иное условие не прописано в контракте, заключенном с работником

Перечнем должностей работников с ненормированным рабочим днем (приложение № 11), предусмотрено предоставление начальникам всех наименований дополнительного отпуска согласно п. 3.10 коллективного договора.

В соответствии с п. 1.11 трудового договора, ФИО1 установлен дополнительный отпуск за ненормированный рабочий день в количестве 3 календарных дней.

Таким образом, поскольку истец был принят на должность начальника участка, для которой установлен ненормированный рабочий день, работодатель был вправе привлекать его к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени, то есть как до начала рабочего дня (смены), так и после окончания рабочего дня (смены). Данный особый режим работы истца компенсировался ему работодателем путем установления дополнительного отпуска в количестве 3 дней.

Согласно приказа о расторжении трудового договора от <дата>, а также личной карточки истца формы Т-2, за отработаннее у ответчика время с <дата> по <дата> истцу полагалась компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 46,5 календарных дней, из которых 14 календарных дней –основной отпуск, 28 календарных дней –отпуск за работу в районах Крайнего Севера, 4,50 календарных дня – отпуск за ненормированный рабочий день. Расчет причитающейся истцу компенсации за неиспользованный отпуск, представленный ответчиком, произведен в соответствии с порядком исчисления продолжительности ежегодных оплачиваемых отпусков, стажа работы, дающего право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск, а также порядка подсчета компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, установленных ст. 120,121, 127 Трудового кодекса РФ, "Правилами об очередных и дополнительных отпусках" (утв. НКТ СССР 30.04.1930 N 169, действующими в части не противоречащей ТК РФ) (в ред. от 20.04.2010) и с учетом количества дней очередных отпусков, предоставленных истцу в 2016 и 2017 годах за каждый рабочий период истца.

26.10.2017 года истцу данная компенсация была выплачена в полном объеме, в связи с чем оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика оплаты за ненормированный рабочий день в виде компенсации за 2,1 дня отпуска за ненормированный рабочий день у суда не имеется. Представленный истцом расчет количества положенных ему дней отпуска за отработанное время составлен без учета ежегодного периода работы, а также порядка, установленного действующим трудовым законодательством.

Не имеется у суда оснований и для удовлетворения требований истца в части взыскания оплаты сверхурочной работы, работы в выходные и праздничные дни, поскольку как установлено судом и подтверждается материалами дела, а также материалами проверки ГИТ, истец в спорный период к сверхурочной работе, а равно к работе в выходные и праздничные дни не привлекался.

Так, как усматривается из пояснений представителя ответчика, подтверждается материалами дела и не оспаривалось истцом, учет отработанного рабочего времени конкретного работника на предприятии ведется согласно табелям учета рабочего времени. У работодателя отсутствовала необходимость привлечения истца к сверхурочной работе либо работе в выходные и праздничные дни, в том числе и без его письменного согласия, приказы о привлечении истца к таким работам не издавались.

Из представленных представителем ответчика табелей учета рабочего времени истца усматривается, что к сверхурочной работе, работе в выходные и праздничные дни истец не привлекался. При этом истец не смог пояснить суду, когда именно и в связи с какой производственной необходимостью работодатель привлекал его к работе сверхурочно, в выходные или праздничные дни, количество данных дней, количество часов переработки в соответствии с учетом рабочего времени, кем осуществлялся такой учет в спорный период и в какой форме, указывая при этом на то, что он систематически выполнял работу за пределами установленного времени рабочей смены, в то время как ненормированный рабочий день подразумевает работу в связи с какими-то непредвиденными обстоятельствами, которые носят единичный характер, но не ежедневно. Данная позиция истца судом во внимание принята быть не может, поскольку основана на ошибочном понимании и толковании истцом трудового права в части сверхурочной работы и ненормированного рабочего дня. В связи с чем, не может быть принят судом и представленный истцом расчет компенсации за сверхурочную работу в 2016-2017 годах, сумма которой определена истцом произвольно.

Ссылки истца на приказ № от <дата> о введении перечня работников аппарата управления, подлежащего нормированию трудозатрат, и составление им отчетов о своих трудозатратах как на доказательство осуществления им сверхурочной работы, судом отклоняется, поскольку из содержания данного приказа не усматривается, что данным приказом истец был привлечен в выполнению работы в выходные, праздничные дни, а также к сверхурочной работе.

Не принимаются судом в качестве доказательства привлечения истца к сверхурочной работе и работе в выходной день представленные им отчеты о проделанной работе от 23.05.2017 и 28.05.2017, поскольку данные документы не отвечают признакам допустимости и достоверности, выполнены самим истцом, не содержат отметок о согласовании отчетов с руководителем структурного подразделения, как того предусматривает форма отчета, у ответчика экземпляры данных отчетов отсутствуют, истец в судебном заседании затруднился пояснить кому именно и когда он передал данные отчеты. При этом суд учитывает и то, что доводы представителя ответчика об издании приказа № от <дата> в целях оценки фактической загрузки сотрудников и дальнейшего нормирования их трудозатрат, действовал в период с 23 мая 2017 до 26 мая 2017, истцом опровергнуты не были.

Таким образом, оснований считать, что истец в период своей трудовой деятельности у ответчика систематически привлекался к сверхурочной работе, работе в праздничные и выходные дни у суда не имеется, поскольку истцу был установлен ненормированный рабочий день, работа истца за пределами установленной для него продолжительности рабочего времени, то есть как до начала рабочего дня, так и после окончания рабочего дня не является сверхурочной, доводы истца в этой части основаны на ошибочном понимании закона, работодатель был вправе привлекать его к выполнению своих трудовых функций, компенсировав при этом ненормированность путем предоставления дополнительных дней отпуска.

Требование истца о взыскании оплаты льготного проезда к месту использования отпуска и обратно в декабре 2016 года также не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Закон Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. N 4520-1 "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" устанавливает гарантии и компенсации по возмещению дополнительных материальных и физиологических затрат гражданам в связи с работой и проживанием в экстремальных природно-климатических условиях Севера.

В соответствии со ст. 33 Закона Российской Федерации от 19 февраля 1993 г. N 4520-1 "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" (в редакции Федерального закона от 2 апреля 2014 г. N 50-ФЗ) компенсация расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно лицам, работающим в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливается Трудовым кодексом Российской Федерации.

В силу части первой ст. 313 ТК РФ государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч.1 ст. 325 Трудового кодекса РФ Лица, работающие в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, имеют право на оплату один раз в два года за счет средств работодателя стоимости проезда и провоза багажа в пределах территории Российской Федерации к месту использования отпуска и обратно. Право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы в данной организации.

Согласно ч.3 ст. 325 Трудового кодекса РФ оплата стоимости проезда работника и членов его семьи личным транспортом к месту использования отпуска и обратно производится по наименьшей стоимости проезда кратчайшим путем.

Частью 6 ст. 325 Трудового кодекса РФ установлено, что выплаты, предусмотренные настоящей статьей, являются целевыми и не суммируются в случае, когда работник и члены его семьи своевременно не воспользовались правом на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно.

Частью 8 ст. 325 Трудового кодекса РФ определено, что размер, условия и порядок компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в государственных органах субъектов Российской Федерации, территориальных фондах обязательного медицинского страхования, государственных учреждениях субъектов Российской Федерации, устанавливаются нормативными правовыми актами органов государственной власти субъектов Российской Федерации, в органах местного самоуправления, муниципальных учреждениях, - нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, у других работодателей, - коллективными договорами, локальными нормативными актами, принимаемыми с учетом мнения выборных органов первичных профсоюзных организаций, трудовыми договорами.

Как следует из Постановления Совмина СССР от 03.01.1983 N 12 (ред. от 27.02.2018) "О внесении изменений и дополнений в Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. N 1029", а также Перечня районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, на которые распространяется действие Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 г. и от 26 сентября 1967 г. о льготах для лиц, работающих в этих районах и местностях", утв. Постановлением Совмина СССР от 10.11.1967 N 102, Мурманская область с 01 июля 1990 года отнесена к районам Крайнего Севера.

АО "Ямалтрансстрой" в силу положений статьи 96 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 2 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ (ред. от 28.12.2010) "Об акционерных обществах" не относится к предприятиям и организациям бюджетной сферы, является коммерческой организацией.

Согласно п. 4.1 Коллективного договора работодателем гарантируется оплата работникам один раз в два года льготный проезд к месту использования отпуска в пределах Российской Федерации и обратно любым видом транспорта, (за исключением такси), в том числе личным, а также стоимость провоза багажа весом до 30 килограммов (сверх установленным соответствующим видом транспорта нормы бесплатного провоза багажа). Расходы, подлежащие оплате, включают в себя: оплату стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно – в размере фактических расходов, подтвержденных проездными документами (включая страховой взнос на обязательное личное страхование пассажиров на транспорте, оплату услуг по оформлению проездных документов, предоставление в поездах постельных принадлежностей), но не свыше стоимости проезда воздушным транспортом в салоне экономического класса.

В случае проведения отпуска работником за пределами территории Российской Федерации, оплата стоимости проезда к месту использования отпуска и обратно работника и членов его семьи производится до пункта пропуска через границу Российской Федерации – последней железнодорожной станции на территории Российской Федерации при использовании железнодорожного транспорта, речного или морского порта.

Данного вида выплаты являются целевыми и не суммируются в случае, если работник своевременно не воспользовался своим правом на оплату стоимости проезда к месту использования льготного отпуска и обратно и провоза багажа.

Таким образом, в силу ст. 325 Трудового кодекса Российской Федерации, право на компенсацию указанных расходов возникает у работника одновременно с правом на получение ежегодного оплачиваемого отпуска за первый год работы на предприятии, данная выплата является целевой и не суммируется, в случае, если работник не воспользовался своим правом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 9 февраля 2012 г. N 2-П "По делу о проверке конституционности части восьмой статьи 325 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО4", компенсация расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно применительно к гражданам, работающим в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, является дополнительной гарантией реализации ими своего права на ежегодный оплачиваемый отпуск, предоставление которой непосредственно из Конституции Российской Федерации не вытекает (п. 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 г. N 2-П).

Вводя правовой механизм, предусматривающий применительно к работодателям, не относящимся к бюджетной сфере, определение размера, условий и порядка компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно в коллективных договорах, локальных нормативных актах, трудовых договорах, федеральный законодатель преследовал цель защитить таких работодателей, на свой риск осуществляющих предпринимательскую и (или) иную экономическую деятельность, от непосильного обременения и одновременно - через институт социального партнерства - гарантировать участие работников и их представителей в принятии соответствующего согласованного решения в одной из указанных правовых форм. Тем самым на основе принципов трудового законодательства, включая сочетание государственного и договорного регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, достигается баланс интересов граждан, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и их работодателей. Такое правовое регулирование направлено на учет особенностей правового положения работодателя, не относящегося к бюджетной сфере, и вместе с тем не позволяет ему лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления компенсации, поскольку предполагает определение ее размера, порядка и условий предоставления при заключении коллективного договора или трудового договора либо в локальном нормативном акте, принятом с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (п. 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 г. N 2-П).

Как установлено судом, истец работал у ответчика с <дата> по <дата>, то есть менее двух лет.

В по истечении первых семи месяцев работы истец обратился к работодателю с заявлением о предоставлении отпуска с <дата> по <дата>, приказом АО «Ямалтрансстрой» от <дата> № ФИО1 на основании его заявления отпуск был предоставлен, при этом приказ об оплате проезда истцу в отпуск не издавался в связи с отсутствием волеизъявления работника. По возвращении из отпуска истец также не обратился к работодателю в установленном порядке с заявлением о компенсации понесенных им расходов по оплате проезда к месту проведения отпуска и обратно, авансовый отчет и проездные документы работодателю не предоставил. С заявлением о предоставлении следующего очередного отпуска согласно графика с <дата> по <дата> истец обратился <дата>, о желании воспользоваться правом на оплату проезда к месту отдыха и обратно также не указал, отдельно соответствующее заявление не подавал, приказ работодателем об оплате проезда к месту отдыха и обратно не издавался.

Как следует из объяснений истца, данных в судебном заседании, только получив при увольнении окончательный расчет <дата>, в связи с тем, что размер денежных выплат не соответствовал ожидаемому, он обратился к работодателю 07 декабря 2017 с заявлением-претензией об оплате в том числе и понесенных расходов по проезду в 2016 году к месту отдыха <данные изъяты> и обратно, приложив копии электронных билетов, работодателем проезд оплачен не был.

Между тем, в соответствии с ч. 4 ст. 325 Трудового кодекса РФ оплата стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска работника федерального государственного органа, государственного внебюджетного фонда Российской Федерации или федерального государственного учреждения и членов его семьи и обратно производится по заявлению работника не позднее чем за три рабочих дня до отъезда в отпуск исходя из примерной стоимости проезда. Окончательный расчет производится по возвращении из отпуска на основании предоставленных билетов или других документов.

Аналогичный порядок предусмотрен и абз. 2 п. 39 Инструкции о порядке предоставления социальных гарантий и компенсаций лицам, работающим в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в соответствии с действующими нормативными актами, утв. Приказом Минтруда РСФСР от 22.11.1990 N 2 (ред. от 11.07.1991, с изм. от 01.12.2015).

Поскольку иной порядок осуществления оплаты коллективным договором АР «Ямалтрансстрой» не установлен, фактически применяется порядок оформления волеизъявления работника на необходимость предоставления ему данной дополнительной гарантии, а также осуществления её оплаты и соответствующей отчетности.

Таким образом, истец в установленном порядке свое право на получение компенсации понесенных расходов по оплате проезда к месту отдыха и обратно в период с <дата> по <дата> не реализовал, так как не обратился к работодателю с заявлением о выплате данной компенсации ни по возвращении из отпуска, ни в течении оставшегося периода работы в АО «Ямалтрасстрой», ни при увольнении. При этом, как следует из объяснений истца в судебном заседании, намереваясь получить компенсацию на оплату проезда он, по возвращении из отпуска, решил воспользоваться своим правом и обратился с соответствующим заявлением на оплату проезда к своему непосредственному начальнику, но тот отказался принять у него заявление, указав, что своим правом на плату проезда к месту отдыха и обратно он может воспользоваться в следующий раз, при использовании отпуска в 2017 году. Истец с этим согласился и именно поэтому заявление и проездные документы на проезд к месту отдыха и обратно в период с <дата> по <дата> он работодателю в установленном порядке не предъявлял.

При таких обстоятельствах, оснований считать, что ответчик уклонился от осуществления истцу компенсации расходов по оплате его проезда к месту проведения отпуска и обратно в декабре 2016 года у суда не имеется.

Кроме того, представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд за защитой своего права.

В соответствии с ч. 1,2 ст. 392 Трудового кодекса РФ (в действующей редакции) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно позиции Верховного суда РФ, изложенной в п.3 Постановления Пленума ВС РФ т 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015)"О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ, статья 24 ГПК РФ).

В п. 5 того же постановления разъяснено, что вопрос о пропуске истцом срока для обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. Признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (ч. 3 ст. 390 и ч. 3 ст. 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока для обращения в суд с иском о разрешении индивидуального трудового спора, будучи примерным, ориентирует суды на тщательное исследование всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд для разрешения спора об увольнении.

Учитывая установленные судом обстоятельства, а именно то, что истец понес расходы по оплате проезда к месту отпуска и обратно в период с <дата> по <дата>, обратился к представителю работодателя с уведомлением о намерении компенсировать эти расходы по возвращении из отпуска, то есть в январе 2017, в принятии заявления ему было отказано, следовательно, о нарушении своего права он знал начиная с января 2017, в связи с чем последним днем для обращения в суд с данными исковыми требованиями является 01 февраля 2018 года. В суд с иском истец обратился 13 марта 2018, то есть с пропуском установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ срока.

Оснований для удовлетворения заявленного истцом ходатайства о восстановлении пропущенного срока для обращения с данным требованием суд не находит, поскольку каких-либо уважительных причин пропуска срока не установлено, истцом не указано, при этом суд учитывает, что истец заявил ответчику о намерении воспользоваться своим правом на получение компенсации по оплате проезда к месту отдыха и обратно, понесенными в декабре 2016, лишь спустя два месяца после увольнения, при этом так и не предоставив ответчику оригиналы проездных документов и посадочных талонов до судебного заседания 10.04.2018. При этом к доводам истца о том, что оригиналы проездных документов могли быть утрачены работодателем, в связи с чем он их и не предъявлял, суд относится критически, поскольку какого-либо факта утраты ответчиком документов истца за период его работы судом не установлено.

Пропуск срока для обращения в суд за защитой нарушенного права является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного иска в данной части.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в период 2016-2017 в порядке ст. 236 Трудового кодекса РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Как установлено судом, подтверждается материалами дела и не оспаривалось ответчиком, на предприятии заработная плата большую часть времени перечислялась работникам один в месяц, в нарушение установленных коллективным договором сроков -12 и 27 числа каждого месяца, в связи с чем АО «Ямалтрансстрой» выплатило истцу компенсацию в порядке ст. 236 Трудового кодекса РФ по предписанию ГИТ 19.04.2018 в сумме 12920 рублей 34 копейки, что истцом не оспаривалось, в данной части требования истцом не поддерживались.

Истцом были заявлены требования о взыскании компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ с ответчика за систематическую задержку выплаты заработной платы за период с мая 2016 по январь 2017 в размере 9237 рублей 50 копеек, а также компенсацию в порядке ст. 236 ТК РФ за задержку выплаты компенсации в порядке ст. 236 ТК РФ с 26.10.2017 по 24.05.2018 в сумме 2431 рубль 20 копеек

Из представленных истцом выписок по счету банковской карты, на который ему осуществлялось перечисление заработной платы ответчиком, заработная плата в 2016 году выплачивалась с нарушением установленных коллективным договором сроков. Так за апрель 2016 заработная плата перечислена 03.06.2016,за май 2016 – 08.07.2016 и 27.07.2016, за июнь 2016 – 27.07.2016 и 08.08.2016, за июль 2016 - 26.08.2016, за август 2016 -23.09.2016 и 28.10.2016, за сентябрь 2016-31.10.2016, 02.11.2016 и 24.11.2016, за октябрь 2016 -28.11.2016 и 22.12.2016, за ноябрь 2016 – 23.12.2016, за декабрь 2016 27.01.2017, в связи с чем ответчику работодателем должна была быть выплачена компенсация за задержку заработной платы в порядке ст. 236 Трудового кодекса РФ.

Представителем ответчика заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд за защитой своего права.

Согласно положениям ст. 392 Трудового кодекса РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Исходя из положений ст. 236 Трудового кодекса РФ, выплата компенсации за задержку заработной платы должна была быть осуществлена работодателем одновременно с выплатой задержанной заработной платы.

Следовательно, о нарушении своего права на своевременное получение заработной платы истец должен был узнать на следующий день после наступления установленного срока её выплаты заработной платы в установленный срок.

Истец ежемесячно получал расчетные листки, знал о размере заработной и о её составляющих, а также не мог не знать об установленных на предприятии сроках выплаты заработной платы, соответственно истец имел возможность обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о взыскании компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в трехмесячный срок, определенный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации в период до 03.10.2016, а также в течение года (редакция ст. 392 ТК РФ от 03.07.2016) после 03.10.2016, а также при осуществлении окончательного расчета с ним по заработной плате за 2016 27.01.2017.

Таким образом, последним днем срока для обращения истца в суд с данными требованиями являлось 28.02.2018, в то время как исковое заявление поступило 13.03.2018.

Изложенное свидетельствует, что истцом пропущен срок обращения с иском в суд, установленный ст. 392 Трудового кодекса РФ, о применении которого было заявлено ответчиком, что в силу п. 2 ч. 2 ст. 199 ГК РФ и пп. 2 п. 6 ст. 152 ГПК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске. Оснований для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении пропущенного срока суд не усматривает, так как о наличии каких-либо уважительных причин истцом не заявлено, доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд с данным иском, истцом не представлено.

Также не подлежат удовлетворению требования истца в части взыскания пособия по временной нетрудоспособности за период с <дата> по <дата> в сумме 23126 рублей 08 копейки по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 183 Трудового кодекса РФ при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.

Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

Правоотношения в системе обязательного социального страхования на случай временной нетрудоспособности регулируются Федеральным Законом № 255-ФЗ от 29.12.2006 «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (далее Закон № 255-ФЗ), иными нормативными актами.

В соответствии с п. 1 ч.1 ст. 5 Закона № 255-ФЗ обеспечение застрахованных лиц пособием по временной нетрудоспособности осуществляется в случае утраты трудоспособности вследствие заболевания или травмы.

Частью 2 ст.5 Закона № 255-ФЗ предусмотрена выплата пособия по временной нетрудоспособности застрахованным лицам при наступлении случаев, указанных в части 1 настоящей статьи, в период работы по трудовому договору, осуществления служебной или иной деятельности, в течение которого они подлежат обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, а также в случаях, когда заболевание или травма наступили в течение 30 календарных дней со дня прекращения указанной работы или деятельности либо в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования.

В соответствии с ч.2 ст. 7 Закона № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности при утрате трудоспособности вследствие заболевания или травмы выплачивается застрахованным лицам в размере 60 процентов среднего заработка в случае заболевания или травмы, наступивших в течение 30 календарных дней после прекращения работы по трудовому договору, служебной или иной деятельности, в течение которой они подлежат обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством.

Пунктом 1 ст. 12 вышеуказанного Федерального закона предусмотрено, что пособие по временной нетрудоспособности назначается, если обращение за ним последовало не позднее шести месяцев со дня восстановления трудоспособности.

Часть 3 ст. 13 Закона № 255-ФЗ устанавливает, что застрахованному лицу, утратившему трудоспособность вследствие заболевания или травмы в течение 30 календарных дней со дня прекращения работы по трудовому договору, служебной или иной деятельности, в течение которой оно подлежало обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, пособие по временной нетрудоспособности назначается и выплачивается страхователем по его последнему месту работы (службы, иной деятельности) либо территориальным органом страховщика в случаях, указанных в части 4 настоящей статьи.

Согласно п. 1 ст. 15 указанного Закона страхователь назначает пособие по временной нетрудоспособности в течение 10 календарных дней со дня обращения застрахованного лица за его получением с необходимыми документами. Выплата пособий осуществляется страхователем в ближайший после назначения пособий день, установленный для выплаты заработной платы.

В соответствии с ч. 1 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом сохранялось место его работы (должность) (ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как уже установлено судом ФИО1 уволен с <дата> на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации по собственному желанию, поэтому последним днем перед прекращением трудовых отношений ФИО1 с АО "Ямалтрансстрой" в соответствии с ч. 2 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации является <дата>, нетрудоспособность истца наступила <дата>, то есть спустя две недели после расторжения трудовых отношений с АО "Ямалтрансстрой".

07 декабря 2017 истец обратился к ответчику с заявлением-претензией, в том числ об оплате листков нетрудоспособности за период с <дата> по <дата>, представив три листка нетрудоспособности, при этом в заявлении адрес места жительства либо адрес, по которому ему могла бы быть направлена почтовая корреспонденция в заявлении указан не был, указание на контактный телефон отсутствовало.

Как следует из объяснений представителя ответчика, до истца была доведена информация о необходимости предоставления надлежащим образом заверенной копии трудовой книжки либо предъявления в филиал АО «Ямалтрансстрой» оригинала, с целью подтверждения отсутствия иного места работы у истца на момент наступления нетрудоспособности. Истцом такого подтверждения представлено не было.

Кроме того, на необходимость подтверждения отсутствия трудовых взаимоотношений с другим работодателем на момент наступления нетрудоспособности истцу было разъяснено в ответе Главным государственным инспектором труда в Мурманской области, несмотря на это такого подтверждения работодателю представлено не было.

24 мая 2018 истец представил в филиал АО «Ямалтрансстсрой» в подтверждение отсутствия трудовых отношений трудовую книжку, в связи с чем ответчиком было насчитано пособие по временной нетрудоспособности в сумме 25812 рублей 64 копейки ив полном объеме переведено на счет истца платежным поручение № <дата>.

Также представителем ответчика суду предоставлен расчет пособия по временной нетрудоспособности истца, который принимается судом, поскольку пособие по временной нетрудоспособности исчислено из среднего заработка истца, который определен в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ и статьей 2 Федерального закона от 8 декабря 2010 г. N 343-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Расчет пособия по временной нетрудоспособности, составленный истцом судом во внимание не принимается, поскольку составлен без учета требований и порядка исчисления среднего заработка, установленного вышеприведенными нормативными актами.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения требований истца от 28.05.2018 о взыскании в его пользу пособия по временной нетрудоспособности.

Учитывая вышеизложенное, у суда отсутствуют основания и для удовлетворения заявленного истцом требования компенсации морального вреда, обусловленной не выплатой работодателем компенсации за задержку заработной платы, занижением заработной платы, оплаты сверхурочной работы и работы в выходные и праздничные дни, а также компенсации расходов по оплате проезда к месту отдыха и обратно, пособия по временной нетрудоспособности, поскольку нарушения трудовых прав истца судом не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Ямалтрансстрой» о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, оплаты проезда к месту отдыха и обратно, оплаты за ненормированный рабочий день, сверхурочную работу, работу в выходные и праздничные дни, оплату листов нетрудоспособности, компенсации морального вреда -отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий –