Решение № 2-221/2019 2-221/2019(2-3836/2018;)~М-2801/2018 2-3836/2018 М-2801/2018 от 14 января 2019 г. по делу № 2-221/2019

2-221/2019

24RS0№-14

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 января 2019 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Каплеева В.А.,

при секретаре Вильмовой Т.А.,

с участием истца ФИО1

представителя истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ПожКрымТехнология» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «ПожКрымТехнология» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял на должности монтажника в трудовых отношениях с ООО «ПожКрымТехнология» на основании трудового договора. В обязанности истца входили работы по монтажу электрооборудования на объектах Министерства обороны РФ в <адрес>, график работ был с 09:00 до 17:00, суббота и воскресенье – выходные. Ссылаясь на то, что заработная плата истца должна была составлять 15 000 рублей в месяц, истец выполнял свои обязанности добросовестно, однако ответчик за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не выплатил истцу должностной оклад, предусмотренный договором, всего в размере 45 000,00 руб., чем истцу также причинен моральный вред, истец просит взыскать с ООО «ПожКрымТехнология» сумму заработной платы в размере 45 000,00 руб. и компенсацию морального вреда 5 000,00 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, дополнительно пояснили, что фактически ФИО1 работал по трудовому договору на полную ставку на условиях 40-часовой рабочей недели, а фактически – и больше 40 часов в неделю, поскольку из-за больших объемов работы выходил на работу по выходным, задерживался после окончания рабочего дня; условие о сокращении продолжительности рабочего дня с ним не согласовывалось. Возражения ответчика о выплате истцу суммы 21 000 руб. истец не признал, утверждая, что денежные средства ему не выплачивались вовсе, при этом истец прямо не утверждал о подложности расходного кассового ордера на сумму 21 000,00 руб. (ФИО1 указал, что подпись в ордере и расшифровка подписи «ФИО1» визуально выглядят как выполненные им); представитель истца полагал, что данный документ не может быть принят к сведению ввиду многочисленных нарушений при его составлении.

В судебное заседание представители ответчика ООО «ПожКрымТехнология» не явились, при этом ответчик получил извещение о судебном заседании заблаговременно (26.11.2018) и по двум адресам, ходатайств о рассмотрении дела в отсутствие ответчика, сведений об уважительных причинах неявки представителей ответчика в судебное заседание не поступало. При этом в письменных возражениях ООО «ПожКрымТехнология» в лице генерального директора ФИО3 указано, что ФИО1 переведен на 0,5 ставки согласно приказа и табелей учета рабочего времени, при увольнении 15.08.2017 с ним произведен расчет в полном объеме в размере 21 000 руб. Поскольку ответчик полагал, что им выполнены обязательства перед работником, причинение морального вреда не подтверждено материалами дела, просил в удовлетворении иска отказать.

Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

По смыслу ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому не явка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации права на непосредственное участие в судебном разбирательстве, иных процессуальных прав.

С учетом согласия процессуального истца, в силу ст. ст. 167, 233 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие представителей ответчика в порядке заочного производства.

Исследовав материалы дела, суд находит заявленные истцом требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, за вознаграждение на труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного законом минимального размера оплаты труда, а также на защиту от безработицы.

Статьей 2 ТК РФ установлено, что обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, является одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений.

Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работодателем и работником возникают на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Как следует из ст. 56 ТК РФ, трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, своевременно и в полном объеме выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать действующие в организации правила внутреннего трудового распорядка.

Согласно абз. 5 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу ч.ч. 1 и 5 ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований.

Конституционным Судом РФ в определении от 16.12.2010 № 1650-О-О разъяснено, что закрепляя механизм разрешения индивидуальных трудовых споров, федеральный законодатель в силу требований статей 1, 2, 7 и 37 Конституции Российской Федерации должен обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при этом учитывается не только экономическая (материальная), но и организационная зависимость работника от работодателя, в силу чего предусматриваются гарантии защиты трудовых прав работников при рассмотрении индивидуальных трудовых споров, к которым, в частности, относится возложение в отдельных случаях бремени доказывания на работодателя.

Исходя из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2, процессуальная обязанность по доказыванию факта выплаты заработной платы работнику в полном объеме возлагается на работодателя.

Таким образом, законодатель возложил бремя доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение при рассмотрении данной категории споров, на работодателя, предоставив тем самым работнику гарантию защиты его трудовых прав при рассмотрении трудового спора.

В судебном заседании установлено, что между ООО «ПожКрымТехнология» и ФИО1 15.05.2017 заключен трудовой договор № (л.д. 29-30). Согласно указанного договора ФИО1 принят на работу в ООО «ПожКрымТехнология» на должность (по профессии) монтажника (п. 1.1), по основному месту работы с испытательным сроком 1 месяц (п. 1.2-1.3), работник приступает к выполнению обязанностей с 15.05.2017 (п. 2.1), трудовой договор заключен на срок до 15.08.2017 (п. 2.2). Кроме того, из указанного договора следует, что работнику за выполнение трудовых обязанностей устанавливается должностной оклад 15 000,00 рублей в месяц (п. 3.1), заработная плата выплачивается путем выдачи наличных денежных средств в кассе работодателя или путем перечисления на счет работника в банке (п. 3.3.), работнику устанавливается график работы 8 часов в день (40 в неделю) – п. 4.1. Трудовой договор подписан работником и генеральным директором организации-работодателя.

Как следует из приказа о расторжении трудового договора с работником № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 48), трудовой договор между ФИО1 и ООО «ПожКрымТехнология» прекращен 15.08.2017 по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в связи с истечением срока трудового договора.

Законность заключения срочного трудового договора и прекращения трудовых отношений 15.08.2017 в рассматриваемом случае предметом судебного разбирательства не является, истцом предъявлены только требования о взыскании заработной платы с мая по август 2017 года.

Поскольку факт работы ФИО1 в ООО «ПожКрымТехнология» с 15.05.2017 по 15.08.2017 установлен, в соответствии со ст. 21-22 ТК РФ он вправе требования выплаты заработной платы за соответствующий период времени, и обязанность доказывания факта выплаты заработной платы в полном объеме, с учетом разъяснений, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, возлагается на работодателя.

При определении размера подлежащей выплаты заработной платы работнику суд учитывает следующее. Пунктом 3.1 трудового договора между истцом и ответчиком установлен размер заработной платы 15 000 рублей в месяц.

Ответчик, не признавая требования о выплате заработной платы в 45 000 руб. из расчета 15 000 руб. в месяц, ссылается на выполнение ФИО1 работы на условиях неполного рабочего времени. В подтверждение соответствующих доводов ответчиком представлен приказ № от ДД.ММ.ГГГГ об установлении неполного рабочего времени работнику ФИО1 (л.д. 47), согласно которого с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена неполная рабочая неделя с режимом работы: пятидневная рабочая неделя с выходными днями суббота и воскресенье; продолжительность ежедневной работы 4 часа; время начала работы 10:00, время окончания работы 14:30, перерыв для отдыха и приема пищи с 12:00 до 12:30. Данным приказом установлено производить оплату труда работнику ФИО1 пропорционально отработанному времени, в качестве основания приказа указано дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №.

Вместе с тем, указанное дополнительное соглашение к трудовому договору ответчиком не представлено, равно как и заявление работника о переводе его на условия неполного рабочего времени или иные доказательства волеизъявления и согласия работника на изменение условий трудового договора.

Кроме того, в подтверждение соответствующих возражений, ответчик ссылается на представленные табели учета рабочего времени (л.д. 49-52). Согласно указанных табелей, в мае 2017 года ФИО1 работал ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, по 4 часа в рабочий день, всего 13 дней (52 часа). Согласно табеля за июнь 2017 года ФИО1 работал ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, всего 21 день и 84 часа. Согласно табеля за июль 2017 года ФИО1 работал ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, всего 21 день и 84 часа. Согласно табеля за август 2017 года ФИО1 работал ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, всего 11 дней и 44 часа.

Согласно представленных ответчиком расчетных листков (л.д. 54), заработная плата работнику начислена исходя из вышеперечисленных объемов отработанного рабочего времени и не в полном объеме, предусмотренном договором (за полностью отработанные месяцы начислено по 7500 руб., а не по 15 000 руб.).

При оценке утверждений ответчика о необходимости начислять заработную плату работнику пропорционально отработанному времени (4 часа в неделю) и утверждений истца о том, что он работал полный рабочий день, суд учитывает, что в силу ст. 57 ТК РФ в трудовом договоре указывается режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя).

Согласно ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

В силу ст. 93 ТК РФ по соглашению сторон трудового договора работнику как при приеме на работу, так и впоследствии может устанавливаться неполное рабочее время (неполный рабочий день (смена) и (или) неполная рабочая неделя, в том числе с разделением рабочего дня на части). Неполное рабочее время может устанавливаться как без ограничения срока, так и на любой согласованный сторонами трудового договора срок. Согласно ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Таким образом, в силу приведенных норм закона изменение условий трудового договора, в том числе установление работнику неполного рабочего времени, возможно только на основании соглашения с работником; работодатель полномочиями на установление работникам неполного рабочего времени в одностороннем порядке не наделен.

Исходя из приведенных правил распределения бремени доказывания по вопросам правильности начисления и выплаты заработной платы, бремя доказывания наличия такого соглашения возлагается на работодателя, которым в нарушение ст. 56 ГПК РФ не доказано наличие соответствующего соглашения с ФИО1

Представленный приказ от 15.05.2017 об установлении неполного рабочего времени работнику ФИО1 не является доказательством изменения согласованных между истцом и ответчиком условий трудового договора, поскольку издан работодателем в одностороннем порядке, в нем отсутствуют отметки не только о согласовании данных изменений с работником, но даже и об уведомлении работника о произведенных изменениях условий трудового договора. Наличие дополнительного соглашения с работником, на которое имеется ссылка в приказе, ответчиком не доказано, обстоятельства и целесообразность одномоментного заключения договора и внесения в него изменений (вместо заключения договора на согласованных условиях) не обоснованы.

Аналогичным образом представленные табели учета рабочего времени суд не признает достоверными доказательствами выполнения ФИО1 работы на условиях неполного рабочего времени, поскольку изменений условий работы (как размера оплаты труда, так и продолжительности рабочего времени) с работником не произошло, а указание в табелях учета рабочего времени продолжительности работы по 4 часа в день фактически повторяет положения приказа от 15.05.2017, который суд не признал достаточным доказательством изменения условий трудового договора. Указанные табели суд не признает достоверными доказательствами выполнения работы в объеме меньшем, чем предусмотрен трудовым договором, с учетом, в том числе, того, что табели составлены в одностороннем порядке; табели подписаны только генеральным директором ООО «ПожКрымТехнология», графа с отметкой работника кадровой службы не заполнена; работником факт выполнения работы по 4 часа в день не признан; при том, что суд признает условия трудового договора о продолжительности рабочего времени в 8 часов не измененными, выполнение работы каждый день по 4 часа являлось бы ежедневным нарушением трудовой дисциплины, однако работодателем не представлено доказательств получения объяснений и привлечения к дисциплинарной ответственности по данному поводу.

С учетом фактических обстоятельств дела суд признает, что ответчиком не опровергнуты пояснения истца о работе в ООО «ПожКрымТехнология» на условиях 40-часовой рабочей недели с выходными днями суббота и воскресенье, с учетом, в том числе, непротиворечивости объяснений работника, нецелесообразности переезда в другой регион на заработки для работы на условиях неполного рабочего времени за 7500 руб. в месяц.

Таким образом, суд приходит к выводу, что размер заработной платы ФИО1 в спорный период работы в ООО «ПожКрымТехнология» необходимо исчислять, исходя из размера оплаты труда в 15 000 руб. в месяц и фактического выполнения им трудовой функции в дни, указанные в табелях учета рабочего времени (с понедельника по пятницу, не считая праздничных дней), но не по 4 часа в день, а по 8 часов в день, как предусмотрено трудовым договором.

При этом суд находит, что приведенный в исковом заявлении расчет предъявленной к взысканию суммы составлен некорректно, поскольку за не полностью отработанные месяцы истцом взят размер заработной платы в 7500 руб., то есть исходя из простого деления заработной платы за календарный месяц на 2 равные части, тогда как ст. 155 ТК РФ в данном случае предусматривается оплата труда в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени, а не пропорционально количеству календарных дней до и после дня начала работы.

Таким образом, заработная плата за май 2017 года рассчитывается следующим образом: отработано 13 дней * 8 часов = 104 часа; исходя из производственного календаря на 2017 год и Постановления Правительства РФ от 04.08.2016 № 756 «О переносе выходных дней в 2017 году» норма рабочего времени при 40-часовой рабочей неделе в мае 2017 года составила 160 часов, оплата труда пропорционально фактически отработанному времени составляет 104 / 160 * 15 000 = 9 750,00 руб.

За июнь 2017 года отработано 21 день * 8 часов = 168 часов, поскольку норма рабочего времени при 40-часовой рабочей неделе выполнена (168 часов), начислен должен быть должностной оклад в полном объеме (15 000 руб.).

За июль 2017 года отработано 21 день * 8 часов = 168 часов, поскольку норма рабочего времени при 40-часовой рабочей неделе выполнена (168 часов), начислен должен быть должностной оклад в полном объеме (15 000 руб.).

За август 2017 года отработано 11 дней * 8 часов = 88 часов, исходя из производственного календаря на 2017 год норма рабочего времени при 40-часовой рабочей неделе в августе 2017 года составила 184 часа, оплата труда пропорционально фактически отработанному времени составляет 88 / 184 * 15 000 = 7173,91 руб.

Всего за период с 15.05.2017 по 15.08.2017 ФИО1 за отработанное время подлежит начислению заработная плата в размере 9 750,00 руб. + 15 000 руб. + 15 000 руб. + 7173,91 руб. = 46 923,91 руб.

При оценке обстоятельств исполнения работодателем обязанности по выплате заработной платы суд учитывает следующее.

Как следует из искового заявления и объяснений истца в судебном заседании, заработная плата за отработанный период ему не выплачивалась даже частично.

Ответчиком в материалы гражданского дела представлен подлинник расходного кассового ордера ООО «ПожКрымТехнология» без номера, в котором указано основание выдачи: «заработная плата за период с 15.05.2017 по 15.08.2017», сумма выдачи «21 000 руб. (двадцать одна тысяча) рублей», в графе «получил» указан сумма выдачи прописью «двадцать одну тысячу», дата – 15.08.2017, подпись и расшифровка подписи «ФИО1», имеется также в графе «кассир» подпись генерального директора ООО «ПожКрымТехнология» ФИО3, а также печать организации. Доказательств выплаты работнику иных сумм заработной платы работодателем не представлено, напротив, исходя из возражений на исковое заявление, ответчик указывает на правомерность выплаты истцу суммы 21 000 руб. за весь период работы.

В предшествующих судебных заседаниях по гражданскому делу, на которых лично ФИО1 не присутствовал и не обозревал указанный расходный кассовый ордер, представителем ФИО1 заявлялось ходатайство о назначении судебной экспертизы для проверки подлинности соответствующего документа (ответчик при этом выразил письменное согласие на назначение экспертизы, предоставив подлинник документа).

В судебном заседании указанный документ предъявлен ФИО1 для обозрения, истец заявил, что не подписывал указанный документ, однако пояснил, что подпись визуально похожа на его и он не берется однозначно утверждать, что подпись в документе ему не принадлежит. Представитель истца в письменном виде отказался от ранее заявленного ходатайства о назначении экспертизы, вопрос о назначении экспертизы судом не разрешался; в устных и письменных объяснениях представитель истца указал, что, по его мнению, данный документ не служит достоверным доказательством получения истцом денежных средств от ответчика по причине наличия многочисленных нарушений закона при его составлении.

Вместе с тем, вопреки доводам представителя истца, ссылающегося на нарушение правил ведения кассовых операций, отклонения от унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, утвержденных Госкомстатом России, не являются сами по себе основанием признания документа недопустимым доказательством. В силу ч.ч. 1, 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При оценке достоверности и допустимости названного расходного кассового ордера суд учитывает, что истцом ФИО1 не доказан подложный характер указанного документа, при том, что в судебном заседании истцу разъяснен порядок доказывания такого обстоятельства, как выполнение подписи от имени гражданина иным лицом, требующий назначение экспертизы, с учетом того, что суд не обладает соответствующими познаниями в указанной области.

Кроме того, суд учитывает, что согласно представленных ответчиком расчетных листков (л.д. 54), истцу начислена сумма 23461,96 руб., фактически выплачено с учетом удержания налога на доходы физических лиц - 21 000,00 руб. (при этом при удержании 13% НДФЛ истцу подлежала выплата 20411,91 руб., однако ошибки в исчислении налоговым агентом удержанной суммы и излишняя выплата вознаграждения не влияют на трудовые отношения между истцом и ответчиком, а вопрос правильности исчисления налогов не является предметом судебного разбирательства). Указанные данные согласуются с данными индивидуального персонифицированного учета, представленными ООО «ПожКрымТехнология» в органы Пенсионного фонда РФ (л.д. 24-25), согласно которым истцу выплачено вознаграждение (без учета удержания НДФЛ) в размере 23461,96. Аналогичные сведения о размере фактически выплаченного вознаграждения представлены в суд налоговым органом (л.д. 43), согласно которым ответчиком выплачено ФИО1 23461,96 руб., исчислена сумма НДФЛ 3050 руб., соответственно, фактически выплачено 20411,96 руб.

При оценке возражений представителя истца о том, что в расходном кассовом ордере не указано точно, во исполнение каких обязательств денежные средства переданы истцу (реквизиты трудового договора), суд учитывает, что в материалы гражданского дела не представлены сведения о наличии между истцом и ответчиком каких-либо иных имущественных обязательств, не считая трудового договора; в судебном заседании ФИО1 пояснил, что иных обязательств ООО «ПожКрымТехнология» перед ним не имелось. Согласно табелей учетного времени ООО «ПожКрымТехнология» за спорный период не усматривается, чтобы в организации имелся иной работник с данными «ФИО1», в связи с чем доводы представителя истца о неуказании паспортных данных в расходном кассовом ордере (с учетом того, что ФИО1 подтвердил, что подпись и расшифровка подписи в документе визуально похожи на его почерк) не препятствуют установить относимость расходного кассового ордера к предмету судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что несмотря на отдельные нарушения формы расходного кассового ордера, подписанного 15.08.2017 (в том числе, отсутствие реквизитов номера, даты составления документа, наименования валюты («рублей»)) указанный документ подтверждает выплату ФИО1 со стороны ООО «ПожКрымТехнология» суммы 21 000,00 руб. по трудовому договору от 15.05.2017 и указанное обстоятельство истцом не опровергнуто.

Таким образом, иск ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате подлежит удовлетворению частично. Из установленного размера начисленной заработной платы (46 923,91 руб. до удержания НДФЛ) вычету подлежит выплаченная сумма (21 000 руб. наличными, согласно справке по форме 2НДФЛ (л.д. 43) ответчиком исчислен и удержан НДФЛ в размере 3050 руб., и с учетом НДФЛ выплаченная сумма будет равна 24050 руб., при этом при этом размер недоплаченной ответчиком в бюджет суммы налога не влияет на порядок определения задолженности по заработной плате), с учетом чего задолженность ООО «ПожКрымТехнология» по выплате заработной платы составляет 46 923,91 руб. - 24050 руб. = 22 873,91 руб. и указанная сумма в силу приведенного подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

При оценке обоснованности требования о взыскании компенсации морального вреда установлено следующее.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Положениями ст. 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу ст. 21 и ст. 237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку установлен факт нарушения трудовых прав истца, то подлежат удовлетворению и исковые требования о взыскании компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации, суд учитывает конкретные обстоятельстве дела, объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости. С учетом изложенного, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2 500 руб. В удовлетворении остальной части требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда следует отказать.

В силу ч. 1 ст.103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика государственную пошлину в размере, в котором истец в силу закона освобожден от ее уплаты при подаче иска, пропорционально размеру удовлетворенной части исковых требований в соответствии с п.п. 1, 3 ч. 1 ст.333.19 НК РФ: по исковым требованиям имущественного характера в размере 886,22 руб. по исковым требованиям о взыскании компенсации морального вреда 300 рублей, а всего 1186,22 руб.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 233 - 235 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ПожКрымТехнология» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ПожКрымТехнология» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ № за период с мая по август 2017 года в размере, 22873,91 руб. компенсацию морального вреда в размере 2500 руб., а всего взыскать 25373 (двадцать пять тысяч триста семьдесят три) рубля 91 копейку.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ПожКрымТехнология» в доход бюджета муниципального образования г. Красноярск государственную пошлину в размере 1186,22 руб.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Красноярска, в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Мотивированное решение составлено 22.01.2019.

Судья В.А. Каплеев

КОПИЯ ВЕРНА

Судья В.А. Каплеев