Апелляционное определение № 22-14/2026 22-500/2025 от 20 января 2026 г.

судья Зазимко А.Н. № 22-14/2026 (22-500/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года город Магадан

Судебная коллегия по уголовным делам

Магаданского областного суда, в составе:

председательствующего судьи Жиделева Д.Л.,

судей Агаевой Е.И., Цуруна А.В.,

при секретаре судебного заседания Мартьян Е.А.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Мусина Р.Р.,

защитника осужденного - адвоката Магаданской областной коллегии адвокатов Романовского А.В.,

осужденного ФИО1 (в режиме видеоконференц-связи),

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Магаданского областного суда апелляционные жалобы адвокатов Романовского А.В., Пятаевой Т.Г. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Магаданского городского суда Магаданской области от 20 октября 2025 года, которым

ФИО1, <.......>, не судимый,

осужден:

по ч. 1 ст. 162 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года;

по ч. 2 ст. 213 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока наказания со дня вступления приговора в законную силу.

До вступления приговора в законную силу избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 23 июля по 27 августа 2024 года включительно, а также с 20 октября 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день заключения под стражу за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и о распределении процессуальных издержек.

Заслушав доклад судьи Агаевой Е.И., изложившей обстоятельства дела, содержание судебного решения, существо апелляционных жалоб защитников, поступивших возражений государственного обвинителя, выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Романовского А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Мусина Р.Р. об оставлении приговора суда без изменения, судебная коллегия,

установила:

приговором суда ФИО1 осужден за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенный с применением насилия, опасного для здоровья, а также за хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением насилия и угрозой его применения, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступления совершены осужденным ФИО1 в гор. Магадане 21 июля 2024 года, в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 - адвокат Романовский А.В. считает приговор незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. Утверждает, что судебное и предварительное следствие проведено с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Цитируя положения Конституции РФ, Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня 1992 года № 3132-1, позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в ряде его Постановлений и Определений, указывает об ограничении судом доступа стороны защиты к правосудию, о необъективности председательствующего по делу, о неверном толковании и неправильном применении судьей законов, о вынесении заведомо неправосудного судебного акта.

Ссылаясь на п. 44 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 30 июня 2021 года, позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в ряде постановлений и определений, цитируя положения УПК РФ, указывает на наличие оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

По мнению адвоката, его подзащитному ФИО1, в изложенной в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого редакции, органом предварительного следствия обвинение не предъявлялось, поскольку в данном процессуальном документе отсутствуют подписи как самого ФИО1, так и его защитника. Считает незаконным отказ суда в вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетеля следователя А., с целью выяснения вопроса о подмене указанного процессуального документа. Утверждает о нарушении председательствующим положений ст. 256 УПК РФ, так как решение об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору принималось судом без удаления в совещательную комнату.

Аналогичным образом считает незаконным отказ стороне защиты в вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетеля следователя Р., которая, по мнению адвоката также подменила документы в уголовном деле (подлинник постановления об удовлетворении ходатайства в части от 22 января 2025 года, имеющийся в деле, не соответствует копии данного документа, выданной стороне защиты).

При этом, обращает внимание о нарушении следователем Р. порядка разрешения ходатайства стороны защиты, которая произвела допрос Н. (о чем просила защиты) не в качестве свидетеля защиты, а в качестве свидетеля обвинения.

Приводя в жалобе свое видение обстоятельств, зафиксированных на видеозаписи с камер видеонаблюдения, расположенных на крыльце <клуба № 1>, ставит под сомнение ее достоверность, считая недопустимым доказательством, поскольку информация с камер видеонаблюдения была скопирована на флеш-носитель, однако, в материалах уголовного дела данная информация содержится не на флеш-носителе, а на CD-диске. Считает, что запись предоставлена в обрезанном виде. Указывает на необоснованность в отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении судебной экспертизы для проверки подлинности указанной записи.

Далее, цитируя разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 года № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», приводя его содержание, оспаривает квалификацию действий ФИО1 по ч. 2 ст. 213 УК РФ. Утверждает, что признаки противоправного деяния усматриваются не в действиях ФИО1, а в действиях потерпевшего Ч. По мнению адвоката, именно Ч., находясь в состоянии алкогольного опьянения, не разобравшись в ситуации стал применять насилие, выражая явное неуважение к обществу, в то время как ФИО1, в указанной ситуации пытался успокоить последнего и каких-либо ударов потерпевшему не наносил.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

Адвокат Пятаева Т.Г. в защиту осужденного ФИО1, также не соглашается с приговором суда.

В обоснование своих доводов, цитируя доказательства по факту совершения разбоя в отношении потерпевшего С.: запись камеры видеонаблюдения, расположенной на крыльце <клуба № 1>, показания потерпевшего С., обращает внимание на их противоречия в части изъятия мобильного телефона из рук последнего, оспаривает квалификацию действий ФИО1

Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 года № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», указывает, что для данной квалификации необходимо наличие умышленных действий, направленных на использование лицом в ходе совершаемого хулиганства предмета как для физического, так и для психического воздействия на граждан, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством предмета, используемого в качестве орудия.

Считает, что наличие ножа в руках ФИО1 не может быть расценено как совершение хулиганства с применением предмета, используемого в качестве оружия, а отсутствие грубого нарушения общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу влечет отсутствие признаков хулиганства.

Указывает, что суд не принял во внимание противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для возникновения конфликта.

С учетом данных о личности своего подзащитного, указывает на суровость назначенного ему наказания.

Просит приговор суда отменить, ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Брянцева Е.С., утверждает о необоснованности доводов жалоб, в том числе об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Указывает, что позиция стороны защиты, изложенная в жалобах, по предъявленному обвинению являлась предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обоснованно признана несостоятельной с указанием мотивов принятого решения.

Считает, что суд в соответствии с требованием ч. 1 ст. 88 УПК РФ оценил каждое доказательство, с точки зрения его относимости, допустимости, достоверности, а совокупности - достаточности для разрешения дела, и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 и квалификации его действий.

Назначенное ФИО1 наказание полагает соответствующим требованиям уголовного законодательства.

Указывает на отсутствие нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого решения либо его изменения, в том числе по доводам, изложенным в апелляционных жалобах.

Просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, возражения государственного обвинителя, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Признается он таковым только тогда, когда постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Выводы суда о виновности ФИО1 в предъявленном ему обвинении при установленных судом обстоятельствах основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно, достоверность и допустимость которых сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Согласно обстоятельствам дела, осужденный ФИО1 в целях хищения мобильного телефона, принадлежащего потерпевшему С., находясь на крыльце у входа в <клуб № 1>, нанес С. правой рукой не менее двух ударов по голове, тем самым дезориентировав последнего и лишив возможности сопротивляться, вырвал из рук мобильный телефон. Далее, для удержания похищенного имущества, осужденный схватил С. правой рукой за шею, а левой рукой, сжимая похищенный телефон в кулаке, нанес им один удар в область головы С., после чего силой стащил последнего на парковочное место, расположенное рядом с клубом, где нанес не менее двух ударов рукой по голове, и один удар ногой в область ягодиц, после чего скрылся с места совершения преступления, распорядившись похищенным имуществом по своему усмотрению.

Помимо этого, ФИО1, находясь в помещение <клуба № 2>, умышлено, в присутствии посетителей и персонала заведения, демонстрируя пренебрежительное к ним отношение, громко выражался нецензурной бранью, хватал незнакомую ему Э., сделавшую ему замечания, за руки, применив к ней насилие и высказывая в ее адрес слова оскорбительного характера, спровоцировав конфликт с супругом Э. - Ч., в сторону которого впоследствии побежал размахивая на своей головой охотничьим ножом, с угрозами в адрес Ч. о расправе, которые последний воспринял реально опасаясь за свою жизнь и здоровье.

При этом, согласно позиции осужденного ФИО1, выраженной в суде первой инстанции, последний не оспаривает факта нанесения телесных повреждений потерпевшему С., однако утверждал, что данные действия не связаны с хищением у потерпевшего мобильного телефона. Приехав с друзьями в <клуб № 2> у него произошел словесный конфликт с Э., которая и явилась его инициатором. Конфликта с супругом потерпевшей Э. - Ч. у него не было, Ч. первый нанес удар его знакомому. Умысла на применение ножа и причинение им вреда здоровью не преследовал, использовал нож в оборонительных целях.

Аналогичные обстоятельства об отсутствии умысла на хищение чужого имущества, об отсутствии умысла на причинение вреда здоровью гражданам, находившемся на территории парковки <клуба № 2>, даны ФИО1 и на досудебной стадии процесса (том № 2, л.д. 87-91, 97-99, 171-174, 183-184, 203-204, 216-217, 218-221).

Как видно из приговора, судом первой инстанции проанализированы и оценены показания ФИО1, доводы последнего об отсутствии умысла на нападение с целью хищения чужого имущества, об отсутствии умысла на применение насилия к Э., угрозе применения насилия к Ч., использование ножа для самообороны, проверены судом первой инстанции. Позиция ФИО1, с учетом совокупности исследованных судом доказательств, обоснованно признана судом, как избранный способ защиты. Обжалуемый приговор в данной части содержит мотивированные суждения, которые судебная коллегия полностью разделяет.

Несмотря на занятую осужденным ФИО1 позицию, его виновность в совершении инкриминируемых преступлениях при изложенных в приговоре обстоятельствах, подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии, исследованных в судебном заседании с участием сторон, и подробно изложенных в приговоре.

По факту совершения разбоя

в отношении потерпевшего С. (ч. 1 ст. 162 УК РФ)

Показаниями потерпевшего С., согласно которым 21 июля 2024 года в <клубе № 1> у него произошел конфликт с ранее не знакомым ФИО1 Когда он (С.) вышел на крыльцо, намереваясь вызвать такси, ФИО1 неожиданно подбежал к нему и нанес не менее двух ударов в область головы. От ударов он почувствовал сильную боль и дезориентировался. В этот момент ФИО1 вырвал у него из рук мобильный телефон, оттолкнул его (С.) к углу крыльца, где схватил за шею, нанеся рукой, в которой сжимал телефон, удар в голову. Далее ФИО1 стащил его на парковочное место, где продолжил избиение. Вырвавшись, он забежал в клуб, где, дождавшись ухода ФИО1, уехал домой (том № 1, л.д. 225-227).

Показаниями свидетеля К. об обстоятельствах, при которых ФИО1 около 5 часов утра 21 июля 2024 года, находясь около <клуба № 1>, в грубой и оскорбительной форме вёл диалог с молодым человеком (С.), после чего нанёс ему несколько ударов в область головы и корпуса. Во время избиения С., ФИО1 выхватил из рук потерпевшего мобильный телефон, который положил в карман своих штанов (том № 2, л.д. 6-10).

О том, что у ФИО1 произошел конфликт с ранее ему незнакомым С., в руках которого находился мобильный телефон, о нанесении ФИО1 С. ударов по голове, а также о том, что именно ФИО1 вырвал из рук потерпевшего мобильный телефон и удерживал у себя, следует из показаний свидетеля М., данные им в ходе предварительного следствия (том № 2, л.д. 14-16).

Показаниями свидетеля Н. согласно которым, в июле 2024 года в <клубе № 1> у ФИО1 произошел конфликт с мужчиной (С.). Находясь на улице у ФИО1 с этим мужчиной произошла драка. Когда он разнимал дерущихся, то увидел на земле мобильный телефон. Предположив, что собственником телефона является ФИО1, поднял его и положил в салон автомобиля.

Письменными доказательствами:

- протоколом осмотра предметов от 11 февраля 2025 года, согласно которому с участием потерпевшего осмотрен CD-R диск, содержащий видеозаписи с камер видеонаблюдения, расположенные на крыльце <клуба № 1>, на которых запечатлены обстоятельства нападения ФИО1 на потерпевшего, избиения последнего и открытого хищения телефона. Указанная видеозапись была непосредственно исследована в судебном заседании в суде первой инстанции (том № 1, л.д. 194-197, 198-199; том № 4, л.д. 109);

- заключением эксперта № 77/к от 16 августа 2024 года о характере, степени тяжести и локализации телесных повреждений, выявленных 21 июля 2024 года у С., согласно которому у последнего обнаружены телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма с кровоподтеками лица слева, кровоподтеком в области лба справа, травматическим отеком мягких тканей левой скуловой области, сотрясением головного мозга, которые в совокупности квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, сроком до 21 дня, образовались от воздействий тупых твердых предметов (том № 1, л.д. 156-162);

- заключением эксперта № 20 от 23 января 2025 года о фактической стоимости похищенного телефона «Аррlе» модели «iРhоnе 14 (А2884)», составившей на 21 июля 2024 года с учетом срока использования 66 033 рубля 49 копеек (том №1, л.д.187-192);

- протоколом осмотра места происшествия от 23 июля 2024 года, согласно которому в автомобиле «Тоуоtа Нiluх», государственный регистрационный знак №..., находящемся в пользовании ФИО1, обнаружен и изъят мобильный телефон марки «iPhonе» в полимерном чехле темного цвета (том № 1, л.д. 112-119).;

- протоколом осмотра предметов от 24 января 2025 года, согласно которому осмотрен мобильный марки «Iphone 14», изъятый в автомобиле, находящемся в пользовании ФИО1, установлено, что владельцем телефона является С. (том №1, л.д.121-125), а также иными доказательствами подробный анализ которых приведен в приговоре.

По факту совершения хулиганских действий

(ч. 2 ст. 213 УК РФ)

Показаниями потерпевшей Э., согласно которым 21 июля 2024 года, находясь в <клубе № 2>, к ней стал приставать молодой человек (ФИО1), который хватал ее за руки, оскорблял, а также толкнул, в результате чего она упала, испытав физическую боль. О случившемся она сообщила супругу. На замечания супруга, ФИО1 повел себя агрессивно, завязалась потасовка, в ходе которой ФИО1 схватив супруга за шею, наносил удары. Далее ФИО1 убежал к автомобилю, а когда вернулся и направлялся в их сторону, в руках держал нож и кричал, угрожая убийством, физической расправой, совершением насильственных действий сексуального характера, все это сопровождалось нецензурной бранью в их адрес (том № 2, л.д. 17-20, 25-27).

Показаниями потерпевшего Ч., подтвердившим обстоятельства, при которых 21 июля 2024 года в <клубе № 2> молодой человек (ФИО1), в присутствии посетителей и персонала клуба оскорблял и применил насилие к его супруге. На сделанные замечания о неподобающем поведении, ФИО1 проявил агрессию, в результате чего завязалась потасовка. Когда ФИО1 оттащили, последний убежал на парковку, а когда вернулся, то держал в руках нож и стал угрожать физической расправой, угрозой убийством, совершением насильственных действий сексуального характера, сопровождая свои крики нецензурной бранью (том № 2, л.д. 30-33, 34-36, 37-39, 45-46).

Показаниями свидетеля К., согласно которым, в помещении <клуба № 2>, ФИО1 приставал к девушке, хватая ее за руки и разговаривая с ней в грубом и оскорбительном ключе. На парковке перед клубом между ФИО1 и мужчиной завязалась драка, в результате которой ФИО1 сбегал в сторону своего автомобиля и, вернувшись с ножом в руках, кричал о намерении убить (том № 2, л.д. 6-10).

Показаниями свидетеля М., согласно которым, последний видел потасовку между ФИО1 и мужчиной (Ч.), в ходе которой ФИО1 обхватив мужчину за шею, стал наносить удары. Затем ФИО1 вырвался, побежал в сторону своего автомобиля, из которого достал нож и вернулся, угрожая расправой. Он (М.) побежал к ФИО1, отобрал нож, стал удерживать ФИО1 и кричать мужчине и девушке, чтобы те убегали (том № 2, л.д. 14-16).

Письменными доказательствами:

- протоколом осмотра от 19 января 2025 года, согласно которому с участием потерпевшего осмотрен CD-R диск, содержащий видеозаписи с камер видеонаблюдения, расположенных вблизи ночного <клуба № 2> и установлены обстоятельства совершенного осужденным хулиганства, с применением насилия и угрозой его применения, а также с применением предмета, используемого в качестве оружия (том № 2, л.д. 156-161);

- протоколом осмотра места происшествия от 23 июля 2024 года, содержащий сведения об изъятии из автомобиля «Тоуоtа Нiluх» государственный регистрационный знак №..., находящегося в пользовании ФИО1, ножа с лезвием и рукоятью (том № 1, л.д. 112-119);

- заключением эксперта №16 от 23 января 2025 года об отнесении изъятого ножа к категории нескладной охотничий нож, изготовленный промышленным способом (том №1, л.д. 172-176), а также иными доказательствами подробный анализ которых приведен в приговоре.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Какие-либо неустранимые противоречия в доказательствах и сомнения в виновности осужденного ФИО1, требующие толкования в ее пользу в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ, по уголовному делу отсутствуют.

Допустимость приведенных в приговоре, в обоснование выводов о виновности ФИО1 доказательств, сомнений не вызывает, все доказательства собраны с соблюдением требований ст. ст. 74, 86 УПК РФ, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно положены судом в основу приговора.

Суд обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора показания потерпевших, свидетелей, поскольку они являются последовательными и объективно подтверждаются иными доказательствами, представленными стороной обвинения.

Данных, свидетельствующих о заинтересованности потерпевших, свидетелей при даче ими показаний в отношении осужденного, или об оговоре последнего с их стороны, по делу не установлено.

Кроме того, судом в опровержение доводов о виновности осужденного, по ходатайству стороны защиты, были допрошены свидетели И., Л., Е., Д.

Суд оценив показания указанных свидетелей обоснованно расценил показания Е. и Д. об обстоятельствах конфликта в <клубе № 2> между ФИО1 и Э., об отсутствии конфликта в помещении клуба между ФИО1 и Ч., как желание оказать помощь осужденному избежать уголовную ответственность за содеянное. Решение суда в данной части мотивировано и оснований не согласиться с этой оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Показания свидетеля Л. (охранник <клуба № 1>) о том, что ФИО1 после произошедших событий интересовался по поводу обращения посетителей клуба об утере мобильного телефона и хотел передать мобильный телефон администрации клуба, не ставит под сомнения выводы суда о виновности ФИО1

Показания Н. в части обнаружения именно им на земле мобильного телефона, в момент, когда разнимал драку с участием ФИО1, и последующем оставлении телефона в салоне автомобиля марки «Тойота Хайлюкс», находящегося в пользовании осужденного; показания И. о том, что Н. пытался ей отдать мобильный телефон, полагая, что он принадлежит ФИО1, опровергаются другими исследованными судом доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшего С., свидетелей К., М. (на предварительном следствии), согласующимися с другими доказательствами по делу.

Противоречивость показаний потерпевшего С., касающаяся каким образом его мобильный телефон попал в руки к ФИО1 были предметом исследования судом первой инстанции и получили оценку в приговоре, с которой судебная коллегия не может не согласиться. Суд обоснованно признал достоверной ту часть показаний С., которая объективно подтверждается другими доказательствами.

При этом факт хищения телефона у потерпевшего объективно подтверждается видеозаписью, на которой зафиксировано, что после примененного насилия ФИО1 изымает у потерпевшего телефон.

Наличия каких-либо оснований у потерпевших для оговора осужденного, а также каких-либо обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в привлечении осужденного к уголовной ответственности, в ходе судебного разбирательства установлено не было.

Суд первой инстанции обоснованно положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей К., М., данные в ходе предварительного расследования, изложил мотивы, по которым он принял их показания, и отверг показания, данные в ходе судебного разбирательства, при наличии противоречий признал достоверными показания К., М., данные в ходе предварительного расследования, а не в судебном заседании, в связи с чем предусмотренных законом оснований для признания данных в ходе предварительного расследования показаний указанных свидетелей недопустимым доказательством не имеется, поскольку нарушений УПК РФ в ходе их допросов не допущено, они последовательны, согласованы между собой и подтверждены иными материалами уголовного дела. Оснований для оговора ими осужденного не установлено.

Заявление свидетеля К. в суде, не подтвердившего свои показания и о их даче под давлением сотрудников правоохранительных органов, судом проверялось.

В этой связи, судом допрошен свидетель Г. (следователь следственного отдела УФСБ России по Магаданской области) по обстоятельствам производства допроса свидетеля К. Как сообщил суду Г., перед допросом свидетелю разъяснялись его процессуальные права и обязанности, а также ответственность за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, после чего тот добровольно в форме свободного рассказа дал показания, которые были зафиксированы в протоколе. К. свои показания прочитал, замечаний и дополнений не высказал, правильность показаний удостоверил своими подписями.

Из показаний руководителя следственного отдела З. следует, что на допросе в качестве свидетеля К. он не присутствовал. Допускает, что мог заходить в кабинет к следователю в ходе допроса данного свидетеля на кратковременный период. В его присутствии на данного свидетеля никакого давления не оказывалось.

Ссылка защиты о необоснованном допросе Н., как свидетеля стороны обвинения, не свидетельствует о нарушении права на защиту, поскольку адвокат осужденного не был лишен права самостоятельно в ходе судебного следствия при допросе данного свидетеля выяснять обстоятельства, имеющие для него значение.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что несоответствие подлинника постановления следователя Р. об удовлетворении ходатайства в части от 22 января 2025 года, с его копией, выданной стороне защиты, нашло свое отражение в информационном письме, вынесенном в соответствии с требованием ч. 4 ст. 29 УПК РФ, однако, безусловным основанием для отмены приговора не является.

Судом первой инстанции проверялись и доводы защиты о недопустимости видеозаписи с камеры видеонаблюдения, расположенных на крыльце <клуба № 1>, и суд обоснованно признал положенное в основу обвинительного приговора данное доказательство допустимым, указав мотивы принятого решения, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется, поскольку доказательства, полученные в результате оперативно-розыскного мероприятия «наведение справок», оформлены с соблюдением Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и в соответствии с нормами УПК РФ, поэтому доводы жалобы защитника о недопустимости доказательств, судебная коллегия находит необоснованными.

Судом апелляционной инстанции данные видеозаписи также были изучены. При этом, судебная коллегия приходит к выводу, что обстоятельства разбойного нападения осужденным ФИО1 на потерпевшего С. и хулиганства в отношении потерпевших Э. и Ч., нашли свое подтверждение и согласуются с показаниями потерпевших и свидетелей.

Неоднократно повторяемые утверждения стороны защиты об отсутствии умысла на хищение чужого имущества, противоправное поведение потерпевших Э. и Ч., явившееся поводом к совершению преступления, применение ножа, как оборонительного предмета, являлись предметом тщательной проверки в суде первой инстанции. Все эти утверждения обоснованно признаны судом первой инстанции несостоятельными с приведением мотивов, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции. Оснований для переоценки этих доводов не имеется.

Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений, правильно пришел к выводу о наличии у ФИО1 умысла на совершение разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для здоровья, а также о совершении хулиганства, то есть грубого нарушения общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением насилия к гражданам и угрозой его применения, с применением предмета, используемого в качестве оружия, обоснованно квалифицировал его действия:

- по ч. 1 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для здоровья;

- по ч.2 ст.213 УК РФ, как хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением насилия к гражданам и угрозой его применения, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Выводы суда о квалификации действий ФИО1, включая квалифицирующие признаки по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 213 УК РФ «с применением насилия и угрозой его применения» «с применением предмета, используемого в качестве оружия», в приговоре надлежаще мотивированы, со ссылкой на исследованные в судебном заседании доказательства и сомнений у судебной коллегии не вызывают.

Версия ФИО1 об отсутствии умысла на хищение телефона и отсутствии корыстных мотивов; версия о том, что телефон был им поднят с поверхности крыльца с целью его сохранности от повреждения; о предпринятой попытке вернуть телефон сразу же на крыльце клуба, была предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнута с приведением в приговоре убедительных мотивов.

Судебная коллегия, после изучения видеозаписи с камер видеонаблюдения <клуба № 1> отмечает, что вопреки утверждению защитника, данных о том, что осужденный ФИО1 именно поднимает с поверхности крыльца телефон потерпевшего С. видеозапись не содержит, поскольку обзор в данной частим закрыт свидетелем.

Вместе с тем, учитывая запечатленное агрессивное поведение ФИО1, внезапность и нанесение им ударов в голову потерпевшего, резкие движения рук, после которых в его руке оказался телефон потерпевшего, который осужденный прячет за свою спину, соответствуют показаниям С. о том, что осужденный выхватил телефон именно из рук, а не поднял с поверхности крыльца.

При этом, суд первой инстанции правильно указал, что оснований для оговора ФИО1 у потерпевшего С. не имелось.

Рассматривая версию защиты о том, что осужденный сразу же намеривался отдать телефон потерпевшему, что якобы запечатлено на видеозаписи и, следовательно отсутствие умысла именно на хищение данного телефона, судебная коллегия, как и суд первой инстанции, также не может с ней согласиться по следующим основаниям.

На просмотренной видеозаписи запечатлено, что после нанесенных первых ударов в голову потерпевшего и изъятии у него телефона, осужденный ФИО1, держа в своей правой руке телефон, делает ей движения в сторону по направлению к потерпевшему. Вместе с тем, каких-либо данных, свидетельствующих о том, что осужденный намеривался либо пытался тут же отдать телефон потерпевшему, не имеется. Учитывая, что потерпевший находился непосредственно на крыльце, при этом присутствовали иные очевидцы нападения, у осужденного имелась реальная возможность возвратить похищенное владельцу, чего не было сделано.

Вопреки утверждению защиты, переписка в мессенджере со свидетелем И., общение со свидетелем Л., не ставят под сомнение факт разбойного нападения на потерпевшего С., открытого хищения у него телефона и применения при этом насилия, опасного для его здоровья.

Действия осужденного ФИО1, связанные с хищением сотового телефона, обоснованно квалифицированы судом первой инстанции по ч.1 ст.162 УК РФ. Об указанном объективно свидетельствуют фактические обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства.

Так, в ходе заседания установлено, что ФИО1 подошел к потерпевшему С., стоящему у стены здания и в руках которого находился телефон. Сблизившись с С., ФИО1 неожиданно нанес последнему два внезапных удара кулаком в область головы. При этом, данные удары были нанесены ФИО1 с силой, о чем свидетельствует тот факт, что потерпевший не смог устоять на ногах, потерял координацию и опустился на пол. Далее, сразу после нанесенных ударов, ФИО1 забрал у потерпевшего телефон и, удерживая похищенный телефон продолжил применять к потерпевшему насилие.

Указанные обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства и зафиксированные на видеозаписи, объективно свидетельствуют о взаимосвязи между примененным к потерпевшему насилием с одномоментным хищением телефона, что опровергает доводы стороны защиты об отсутствии корыстного мотива, так как в данном случае примененное насилие фактически являлось способом хищения чужого имущества.

Согласно абз. 2 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» под насилием, опасным для жизни или здоровья, применительно к разбою следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

С учетом вышеуказанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, характера и степени тяжести, причиненных потерпевшему телесных повреждений, обстоятельств примененного насилия, которое явилось способом завладения имуществом, действия осужденного ФИО1 обоснованно квалифицированы по ч.1 ст.162 УК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 года № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, в ч. 2 ст. 213 УК РФ, следует понимать умышленные действия, направленные на использование лицом в ходе совершаемого хулиганства указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на граждан, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия, предметов, используемых в качестве оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств.

О наличии у осужденного умысла на хулиганство с применением насилия к гражданам, угрозой применения насилия, с применением предмета, используемого в качестве оружия свидетельствуют исследованные судом доказательства, в частности показания потерпевших.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что угрозы со стороны ФИО1, их восприятие потерпевшими в качестве таковых проистекают из показаний последних, а также последовательных действий виновного, имевшего при себе нож. При этом угрозой является не только высказывание применения насилия, но и иные действия лица, свидетельствующие о его намерении применить к конкретному человеку или неопределенному кругу лиц физическое насилие, что в данном случае, исходя из конкретных установленных обстоятельств по делу и конкретных действий ФИО1 имело место.

Судебная коллегия отмечает, что доводы апелляционных жалоб не содержат правовых оснований к отмене приговора суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность приговора, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены либо изменения решения суда.

Несовпадение оценки доказательств, данной судом, с позицией стороны защиты не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для изменения или отмены приговора.

Оснований для квалификации действий ФИО1 иным образом либо оправдания последнего по предъявленному обвинению, судебная коллегия не усматривает.

Уголовные дела в отношении ФИО1 возбуждены в соответствии со ст. 146 УПК РФ при наличии к тому повода и достаточных оснований. Предварительное расследование проведено в целом, в соответствии с требованиями УПК РФ, уполномоченным лицом.

Постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого соответствует требованиям ст. 171 УПК РФ, в постановлении изложено описание преступных деяний с указанием времени, места и способа их совершения, а также иные обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с п. п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ. Доводы адвоката о том, что ни он, ни его подзащитный с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого ознакомлены не были опровергаются материалами уголовного дела, согласно которым в соответствии с требованиями ст. 172 УПК РФ, постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого было вынесено 7 февраля 2025 года, в тот же день объявлено обвиняемому и его защитнику и вручена его копия (том № 2, л.д. 198-202). Кроме этого данный факт опровергается заявлением ФИО1, сделанным в самом постановлении, в котором последний указывает об ознакомлении с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого и просит предоставить время для согласования позиции с защитником (том №2, л.д. 202).

Нарушений уголовно-процессуального закона на стадии предварительного следствия, которые ущемляли бы процессуальные права и законные интересы участников уголовного процесса и препятствовали рассмотрению дела судом по существу, допущено не было.

Вопреки доводам защиты, обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, содержит описание преступления, с указанием времени, места его совершения, а также иных конкретных обстоятельств, подлежавших доказыванию, которые нашли свое подтверждение в судебном заседании в исследованных судом и приведенных в приговоре доказательствах.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденных по делу отсутствуют.

При таких обстоятельствах оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ не имеется.

Несмотря на утверждение защитника об обратном, судебное разбирательство осуществлялось с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, непосредственности и устности исследования доказательств, с учетом ст. 252 УПК РФ.

Судом первой инстанции были созданы все условия для реализации сторонами своих процессуальных прав, заявленные участниками процесса ходатайства, в том числе о допросе в качестве свидетеля следователя Р., в удовлетворении которого судом было отказано, на что указывается в апелляционной жалобе адвоката Романовского А.В., разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, без нарушения установленной ст. 256 УПК РФ процедуры их разрешения, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

При этом, сам по себе факт отказа в удовлетворении отдельных ходатайств стороны защиты не свидетельствует о предвзятом отношении или обвинительном уклоне со стороны суда, отказы в удовлетворении ходатайств, в том числе о проведении экспертизы, должным образом мотивированы судом.

Фактов необоснованного отказа в удовлетворении ходатайств, заявленных стороной защиты, оставления их без рассмотрения, а также фактов, свидетельствующих о нарушении права осужденного на защиту, об ограничении председательствующим доступа к правосудию, судебной коллегий не установлено. Каких-либо обоснованных доводов на этот счет в апелляционной жалобе адвоката Романовского А.В. не приведено.

Как усматривается из содержания протокола судебного заседания и обжалуемого приговора, суд, не ограничился исследованием только доказательств стороны обвинения. Наряду с доказательствами обвинения, судом исследованы и оценены доказательства защиты, получившие свою оценку, что нашло отражение в приговоре суда.

Должным образом судом изучена личность осужденного ФИО1, что нашло свое отражение в приговоре.

При назначении ФИО1 вида и размера наказания суд руководствовался требованиями ст. ст. 6, 43 и 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного, его возраст, семейное и материальное положение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание по всем преступлениям, признаны: наличие малолетних детей, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие установленного заболевания, оказание благотворительной помощи; по ч.1 ст.162 УК РФ - добровольное возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления; по ч. 2 ст. 213 УК РФ - принесение извинений потерпевшей Э.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

Назначенное ФИО1 за совершение тяжкого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ наказание в виде 3 лет лишения свободы, по ч. 2 ст. 213 УК РФ в виде 2 лет лишения свободы и окончательное наказание, по совокупности преступлений, путем его частичного сложения в виде лишения свободы на срок 4 года, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, чрезмерно суровым не является и в полной мере отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, соразмерно тяжести содеянного и данным о его личности.

Требования ч. 1 ст. 62 УК РФ (по отношению к преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 162 УК РФ), ч. 3 ст. 69 УК РФ судом соблюдены.

Судом первой инстанции при назначении наказания учтены все значимые сведения о личности осужденного, сделан правильный вывод об отсутствии оснований к применению положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 УК РФ.

Приобщенные в суде апелляционной инстанции документы, свидетельствующие о прохождении отцом осужденного военной службы в СВО, не являются основанием для смягчения наказания.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать наказание, определен судом верно, в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ, то есть в исправительной колонии общего режима.

Выводы суда первой инстанции относительно всех аспектов дела убедительно мотивированы в приговоре, сомнений в своей обоснованности не вызывают.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе и по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, не имеется.

Вместе с тем, судебная коллегия находит необходимым изменить приговор по следующим основаниям.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня в исправительной колонии общего режима.

Факт задержания ФИО1 в порядке ст. 90, 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ в рамках расследования уголовного дела №..., в период с 28 по 29 января 2025 года подтвержден имеющимся в уголовном деле протоколом задержания (том №1, л.д. 175-177).

В соответствии со ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора следует разрешить вопрос о зачете в срок наказания время содержания под стражей.

Согласно п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ резолютивная часть обвинительного приговора, помимо прочего, должна содержать решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, если подсудимый до постановления приговора был задержан.

Вместе с тем, суд первой инстанции данные требования закона не выполнил, в связи с чем, судебная коллегия считает необходимым, время задержания ФИО1 в период с 28 по 29 января 2025 года зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Кроме того, учитывая, что осужденному ФИО1 не назначено дополнительное наказание в виде штрафа, судебная коллегия полагает необходимым снять арест, наложенный постановлением Магаданского городского суда Магаданской области от 10 февраля 2025 года на мобильный телефон марки «Iphone 11Pro» 256 гб в корпусе серого цвета, 2019 года выпуска, принадлежащий подсудимому ФИО1, который был сохранен судом первой инстанции до исполнения наказания в виде штрафа.

Иных нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих изменение приговора, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Магаданского городского суда Магаданской области от 20 октября 2025 года в отношении ФИО1, изменить.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок отбывания наказания время его задержания в порядке ст. ст. 90, 91 УПК РФ в период с 28 по 29 января 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Снять арест, наложенный на мобильный телефон марки «Iphone 11Pro» 256 гб в корпусе серого цвета, 2019 года выпуска.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Романовского А.В., Пятаевой Т.Г. - без удовлетворения.

Состоявшиеся по делу судебные решения могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в силу итогового решения, а содержащимся под стражей осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии такого решения, путем подачи жалобы в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции (Магаданский городской суд Магаданской области). При этом осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать об участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска шестимесячного срока стороны вправе ходатайствовать перед судом первой инстанции о его восстановлении в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 401.3 УПК РФ, либо подать жалобу непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий Д.Л. Жиделев

Судьи Е.И. Агаева

А.В. Цурун