Апелляционное определение № 22-25/2026 22-4619/2025 от 19 января 2026 г.

Судья Бакишева И.М. дело № 22-25/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 г. г. Волгоград

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего Олейниковой Г.В.,

судей Лоншакова Ю.С., Коноваловой Ю.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Луневым Д.А.,

с участием

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Волгоградской области Меньшова Н.Н.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Мансурова Д.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Мансурова Д.С. на приговор Котельниковского районного суда Волгоградской области от 6 октября 2025 г., в соответствии с которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден:

по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 10 лет 2 месяца.

по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (13 преступлений) к лишению свободы сроком на 8 лет за каждое преступление.

по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 9 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 11 лет, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В приговоре разрешены вопросы о начале исчисления срока наказания в виде лишения свободы, мере пресечения и зачете времени содержания под стражей до вступления приговора в законную силу в срок наказания, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Лоншакова Ю.С., выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Мансурова Д.С., поддержавших апелляционную жалобу, прокурора Меньшова Н.Н., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, суд

установил:

по приговору Котельниковского районного суда Волгоградской области от 6 октября 2025 г. ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в значительном размере; покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой (8 преступлений); покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой (5 преступлений); покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Обстоятельства преступлений, за которые осужден ФИО1, подробно изложены в приговоре.

В судебном заседании при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции ФИО1 вину по предъявленному ему обвинению признал частично, оспаривая квалификацию его действий по оборудованию 13 тайников-закладок как оконченных преступлений, а также по признаку «совершение преступлений в составе организованной группы».

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Мансуров Д.С. считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим изменению.

Указывает, что суд в полной мере не принял во внимание смягчающие наказание обстоятельства, не учел, что благодаря активным действиям ФИО1 органам предварительного следствия стало известно о 13 фактах незаконного сбыта наркотических средств.

Полагает, что суд неверно квалифицировал действия ФИО1, так как осужденный не довел свой умысел до конца по независящим от него обстоятельствам, в связи с пресечением его действий сотрудниками полиции.

По мнению автора жалобы, суд первой инстанции неверно квалифицировал действия осужденного по признаку «организованной группы», так как отсутствует признак системности совершения преступлений, учитывая, что ФИО1 занимался незаконным сбытом лишь один месяц.

Просит приговор изменить: смягчить ФИО1 назначенное наказание за каждое из преступлений до 8 лет лишения свободы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как усматривается из материалов уголовного дела, виновность осужденного ФИО1 в совершении преступлений подтверждается следующими доказательствами:

-показаниями ФИО1, данными на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, оглашенными в судебном заседании, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он в мессенджере «Телеграмм» увидел объявление о работе в интернет-магазине «<.......>», который осуществляет сбыт наркотических средств на территории <адрес>, перешел по ссылке и написал сообщение, что хочет работать там курьером. В присланной ему инструкции были указаны лица, к которым можно обращаться по различным вопросам, в том числе лицо, курировавшее работу курьеров под псевдонимом «<.......>»; «<.......>» - вопросы бухгалтерии; «<.......>» - вопросы по «ненаходам»; «<.......>» - вопросы открытия новых локаций, повышение квалификации; «<.......>» - выгрузка кладов на витрину. Скачав согласно присланному ему сообщению приложения «Element», «NoteCam», «Mega.nz», от лица под псевдонимом «<.......>» он получил фотографию с местом нахождения «мастер клада» с наркотическими средствами, поехал по указанному в фотографии адресу на принадлежащем ему автомобиле «<.......>», гос. рег. знак <.......> и в районе старого завода «<.......>» <адрес> забрал тайник с фасованными свертками, в которых находилось 5 свертков с наркотическим средством «мефедрон». Указанные свертки он разложил на территории <адрес>. Фотографии с местами тайников-закладок отправил куратору в приложении «Element». ДД.ММ.ГГГГ от лица под псевдонимом «<.......>» он получил расчетной лист, где содержались сведения о начисленной ему заработной плате. Также он взаимодействовал с лицом под псевдонимом «<.......>», когда покупатель не мог найти тайник с наркотическим средством. ДД.ММ.ГГГГ ему пришло сообщение с координатами местонахождения тайника с наркотическими средствами, проследовав по указанным координатам, он обнаружил сверток из изоленты и положил его в салон автомобиля, выехал на участок местности, расположенный примерно в 1 км. северо-восточнее <адрес>, с целью оборудования тайников-закладок. Находясь на данном участке, он распаковал сверток, в нем находились свертки из изоленты с наркотическими средствами внутри. Оборудовав тайники с 5 свертками в изоленте желто-зеленого цвета с наркотическим средством «гашиш» и и 8 свертками в изоленте красного цвета с наркотическим средством «мефедрон» на расстоянии примерно 50 метров друг от друга, он с оставшимися свертками с наркотическими средствами последовал домой и был остановлен сотрудниками полиции. При проведении осмотра его автомобиля «<.......>» в присутствии понятых сотрудниками полиции были обнаружены и изъяты оставшиеся свертки с наркотическими средствами, мобильный телефон, банковские карты и денежные средства. Далее он вместе с сотрудниками полиции проследовал на участок местности, где были обнаружены и изъяты ранее разложенные им 13 свертков с наркотическими средствами. Один из свертков из изоленты синего цвета с наркотическим средством «соль» он сбыл путем оборудования тайника-закладки (под камнем) в середине <.......>. напротив <адрес>. Свою вину признает полностью, в содеянном искренне раскаивается;

-показаниями свидетеля Свидетель №1, оперуполномоченного по контролю за незаконным оборотом наркотиков ОМВД России по Котельниковскому району Волгоградской области, данными на стадии предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ в ходе ОРМ им была получена оперативная информация о том, что на автомобиле «<.......>», гос. рег. знак <.......> будут передвигаться лица, которые незаконно перевозят наркотические средства. Данную информацию он передал сотрудникам ОГИБДД ОМВД России по Котельниковскому району Волгоградской области Свидетель №2 и ФИО2, которые остановили указанный автомобиль под управлением ФИО1 для проверки имеющейся информации. В ходе досмотра автомобиля, проводимого сотрудниками полиции в присутствии понятых в салоне, на переднем пассажирском сидении, были обнаружены и изъяты 10 свертков в изоленте желтого цвета и 7 свертков в изоленте красного цвета, мобильный телефон, банковские карты и денежные купюры. Далее на его предложение показать места оборудования тайников, по указанию ФИО1 они с сотрудниками полиции и понятыми проследовали на участки местности, где ФИО1 указал на места, где оставил закладки в виде свертков с наркотическими средствами. В ходе осмотра участков местности были обнаружены и изъяты 13 свертков: 8 свертков из изоленты красного цвета, 5 свертков из изоленты желто-зеленого цвета с наркотическим средством внутри. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ему поступила оперативная информация о том, что Свидетель №5 хочет приобрести наркотическое средство по <адрес>. Получив данную оперативную информацию, он вместе с сотрудниками полиции проехали на <адрес>, были приглашены понятые. Выйдя из служебного автомобиля, они остановили мужчину, который смотрел в телефон и что-то искал. Данный мужчина представился как Свидетель №5 В ходе осмотра телефона Свидетель №5 была обнаружена фотография, при этом Свидетель №5 пояснил, что приобрел наркотическое средство, но еще не нашел его. По координатам, содержащимся в фотографии, они проследовали на участок местности, где был обнаружен и изъят сверток в изоленте синего цвета;

-показаниями свидетелей ФИО3, Свидетель №8, данными на стадии предварительного следствия, принимавшими участие в качестве понятых при проведении досмотра автомобиля ФИО1 марки «<.......>», гос. рег. знак <.......>, в ходе которого в салоне указанного автомобиля сотрудниками полиции в их присутствии были обнаружены и изъяты 10 свертков из изоленты желтого цвета и 7 свертков из изоленты красного цвета. ФИО1 пояснил, что данные свертки принадлежат ему, в них находится наркотическое средство, которое он получил с целью сбыта на территории <адрес>, часть закладок он уже разложил и готов показать, где они находятся. После чего они по указанию ФИО1 вместе с сотрудниками полиции проследовали на участки, где им были оставлены закладки с наркотическим средством. В ходе осмотров участков местности сотрудниками полиции в их присутствии были обнаружены и изъяты 13 свертков с наркотическим средством внутри. По окончанию проводимых осмотров участвующие лица поставили свои подписи в протоколах осмотров;

-показаниями свидетеля Свидетель №5, данными на стадии предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он решил заказать наркотическое средство и попросил помочь в этом своего знакомого Свидетель №4, который со своего телефона осуществил заказ наркотического средства «соль». Спустя примерно 10 минут, Свидетель №4 получил фото с местом закладки с наркотическим средством, которое переслал ему. По пути следования к месту закладки с наркотическим средством, которая находилась напротив <адрес>, он был задержан сотрудниками полиции, которые попросили его показать мобильный телефон, что он и сделал в присутствии понятых. В ходе осмотра телефона была обнаружена фотография с местом закладки с наркотическим средством. Далее он с сотрудниками полиции и понятыми проследовали на участок местности, где сотрудниками полиции был обнаружен и изъят сверток с наркотическим средством;

-показаниями свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №7, данными в судебном заседании, согласно которым они принимали участие в качестве понятых при проведении осмотра участка местности на <адрес>. В изъятом у Свидетель №5 сотовом телефоне была обнаружена фотография с координатами закладки. На участке местности по указанным в фотографии координатам сотрудниками полиции в их присутствии был обнаружен сверток в изоленте синего цвета. По итогам осмотра был составлен протокол, в котором участвующие лица поставили свои подписи;

-протоколом проверки показаний на месте от 28 мая 2025 г., в ходе которой ФИО1 указал на место на территории <адрес>, где он в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ извлек наркотические средства («<.......>»);

-протоколом досмотра транспортного средства от 22 апреля 2025 г., согласно которому в ходе досмотра автомобиля «<.......>», гос. рег. знак <.......> были обнаружены 10 свертков в изоленте желтого цвета, 7 свертков в изоленте красного цвета;

-протоколом осмотра происшествия от 22 апреля 2025 г., согласно которому в ходе осмотра участка местности напротив <адрес> в салоне автомобиля «<.......>», гос. рег. знак <.......>, принадлежащего ФИО1, были обнаружены 10 свертков в изоленте желтого цвета, 7 свертков в изоленте красного цвета, мобильный телефон «<.......>», банковские карты, денежные купюры;

-протоколом осмотра места происшествия от 22 апреля 2025 г., согласно которому в ходе осмотров участков местности в районе <адрес> были обнаружены и изъяты 13 свертков: 8 из изоленты красного цвета и 5 из изоленты желто-зеленого цвета;

-заключениями физико-химических экспертиз, содержащих сведения о виде и массе наркотических средств, изъятых в ходе осмотров участков местности и досмотра автомобиля «<.......>», гос. рег. знак <.......>, принадлежащего ФИО1;

-протоколом осмотра предметов от 30 апреля 2025 г., согласно которому были осмотрены выписки по счетам банковских карт ФИО1, выпущенных ПАО «<.......>» и ПАО «<.......>», из которых усматриваются систематические денежные переводы на банковские карты ФИО1 от неустановленных лиц;

-протоколами осмотров предметов от 8 мая 2025 г., согласно которым были осмотрены наркотические средства, изъятые в ходе осмотров участков местности и досмотра автомобиля «<.......>», принадлежащего ФИО1;

-протоколом осмотра предметов от 10 мая 2025 г., в ходе которого был осмотрен мобильный телефон марки «<.......>», принадлежащий ФИО1, содержащий файлы с фотоизображением тайников с наркотическими средствами, а также сведения о незаконном сбыте наркотических средств;

-протоколом явки с повинной от 25 апреля 2025 г., в котором ФИО1 добровольно сообщил об оборудовании им тайника-закладки с наркотическим средством на участке местности напротив <адрес>.

-копией протокола места происшествия от 16 апреля 2025 г., в ходе которого был осмотрен мобильный телефон Свидетель №5, где была обнаружена фотография с местом нахождения тайника-закладки, географическими координатами и описанием наркотического средства;

-копией протокола осмотра места происшествия от 16 апреля 2025 г., в ходе которого был осмотрен участок местности, расположенный напротив <адрес>, где был обнаружен сверток из изоленты синего цвета с наркотическим средством.

Виновность ФИО1 в совершении преступлений подтверждается также другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Доказательства по делу оценены судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела.

При этом судом апелляционной инстанции не установлено каких-либо данных, свидетельствующих об ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела.

Суд в приговоре указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие, в том числе, показания осужденного ФИО1 в суде первой инстанции о том, что он не осуществлял незаконный сбыт наркотических средств в составе организованной группы.

Вопреки доводам, приведенным в апелляционной жалобе, указанная версия осужденного были предметом тщательного исследования в суде первой инстанции, обоснованно признаны несостоятельной и отвергнута, поскольку опровергается совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств, положенных в основу приговора, в том числе показаниями свидетелей, письменными доказательствами, выводами экспертов. В приговоре приведены мотивы принятого судом решения, с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться.

Показания свидетелей обвинения не имеют существенных противоречий, являются последовательными и согласуются как между собой, так и с другими приведенными в приговоре доказательствами. Свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в ходе производства по уголовному делу пояснили те обстоятельства, очевидцами которых они являлись. Каких-либо данных, которые являлись бы основаниями для оговора осужденного свидетелями обвинения, из материалов уголовного дела не усматривается и в ходе производства по делу не установлено.

При этом УПК РФ не содержит запрета на допрос сотрудников полиции в качестве свидетелей по уголовному делу об обстоятельствах выявления преступлений, а исполнение указанными лицами своих профессиональных обязанностей, не свидетельствует об их заинтересованности в исходе дела.

Таким образом, оснований для признания показаний свидетелей обвинения недостоверными и недопустимыми суд апелляционной инстанции не усматривает.

Заключения проведенных по уголовному делу экспертиз судом обоснованно признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку каких-либо нарушений требований закона при назначении и проведении экспертиз допущено не было. Экспертизы назначены постановлениями следователя в пределах его компетенции, с постановлениями о назначении экспертиз осужденный и его защитник были ознакомлены. Заключения выполнены экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, квалификация которых сомнений не вызывает, оформлены надлежащим образом, не содержат противоречий, выводы экспертиз являются понятными и мотивированными, даны по существу поставленных перед экспертами вопросов. При этом выполненные по делу экспертные заключения согласуются с совокупностью представленных стороной обвинения и положенных в основу приговора других доказательств, в частности с показаниями свидетелей обвинения, а также письменными доказательствами по уголовному делу, подтверждают виновность осужденного ФИО1 в совершении преступлений. Нарушений норм УПК РФ при проведении экспертиз не установлено.

Протокол явки с повинной ФИО1 обоснованно признан допустимым доказательством, поскольку оформлен им добровольно, содержит сведения о разъяснении права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования, отражает обстоятельства совершенного им противоправного деяния. В судебном заседании в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции осужденный ФИО1 обстоятельства, изложенные в явке с повинной, не оспаривал.

Представленные стороной обвинения другие письменные доказательства обоснованно признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку получены в соответствии с требованиями УПК РФ и согласуются с показаниями свидетелей обвинения, выводами экспертов.

Положенные в основу приговора показания осужденного ФИО1, данные ими на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого получены в соответствии с требованиями УПК РФ. Каких-либо оснований для самооговора осужденным ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции не установлено. При его допросе на стадии предварительного следствия были соблюдены требования п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК РФ, п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ: разъяснено право давать показания по поводу имеющегося в отношении него подозрения, либо отказаться от дачи показаний, право возражать против обвинения, давать показания по предъявленному обвинению либо отказаться от дачи показаний, а также он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе, и при его последующем отказе от этих показаний, что подтверждается подписями ФИО1 в протоколах допросов. Более того, допросы ФИО1 на стадии предварительного следствия проводились в присутствии адвоката. Каких – либо данных о применении к ФИО1 недозволенных методов допроса, либо оказании на него давления не установлено, его показания на предварительном следствии получены в соответствии с требованиями УПК РФ и по основным моментам согласуются с другими доказательствами – показаниями свидетелей обвинения, письменными доказательствами, выводами экспертов.

То обстоятельство, что ФИО1 был допрошен с участием защитника, исключало возможность оказания на него незаконного воздействия и об этом ничто объективно не свидетельствует. С содержанием данных им показаний ФИО1 и его защитник были ознакомлены. О нарушениях прав при проведении допросов, заявлено не было, осужденный и его защитник лично подписывали все протоколы следственных действий после ознакомления с ними. Кроме того, в компетентные правоохранительные органы по вопросу оказания на него давления сотрудниками полиции, либо иными лицами, осужденный, либо его защитник не обращались.

Давая оценку показаниям осужденного ФИО1 в судебном заседании о том, что не совершал преступлений в составе организованной группы суд первой инстанции обоснованно расценил их как способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку они опровергаются совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, положенных в основу приговора – показаниями свидетелей обвинения, а также совокупностью письменных доказательств, заключениями проведенных по уголовному делу экспертиз.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение данную судом первой инстанции оценку указанных выше доказательств, поскольку каких-либо противоречий, которые свидетельствовали бы об их недостоверности, не имеется; указанная совокупность доказательств не содержит взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу; положенные судом в основу приговора доказательства взаимодополняют друг друга, согласуются между собой по месту, времени и способу совершения преступлений.

Как усматривается из материалов уголовного дела, предварительное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с достаточной полнотой и объективно. Материалы дела не содержат каких-либо данных, свидетельствующих о фальсификации доказательств, а также сокрытии, изъятии из уголовного дела доказательств, подтверждающих невиновность осужденного. Следователем в установленном УПК РФ порядке рассмотрены все ходатайства стороны защиты осужденного, по каждому ходатайству вынесены мотивированные постановления. Необоснованных отказов в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств не установлено.

Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности сторон, поскольку председательствующий предоставил стороне обвинения и стороне защиты равные возможности по представлению и исследованию доказательств.

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе судебного следствия все ходатайства сторон были разрешены в установленном законом порядке, по заявленным ходатайствам приняты мотивированные решения, оснований не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется. В каждом случае выяснялось мнение сторон по заявленным ходатайствам. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств не имеется. Председательствующим в суде первой инстанции выполнены требования ст.ст. 15, 243, 244 УПК РФ об обеспечении состязательности и равноправия сторон, созданы условия для реализации процессуальных прав участников процесса на судебных стадиях производства по делу, каких-либо ограничений прав сторон при предоставлении и исследовании доказательств по делу не допущено. Материалами дела не установлено данных о том, что со стороны председательствующего по делу проявлялись предвзятость, необъективность или иная заинтересованность в исходе дела.

Дав оценку достоверности и допустимости приведенным доказательствам в их совокупности, суд квалифицировал действия осужденного ФИО1:

по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства – смеси, содержащей производное N-метилэфедрона, массой 0,388 грамм) как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой;

8 преступлений по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,373 грамм, 0,455 грамм, 0,417 грамм, 0,408 грамм, 0,426 грамм, 0,390 грамм, 0,377 грамм, 0,410 грамм) как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в значительном размере, организованной группой;

5 преступлений по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,491 грамм,0,473 грамм, 0,454 грамм, 0,429 грамм, 0,479 грамм) как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой;

по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства – вещества, являющегося смесью, содержащей мефедрон (4-метилметкатинон) общей массой 7,264 грамма) как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), в крупном размере, организованной группой.

Между тем, при квалификации действий ФИО1 судом требования уголовного закона соблюдены не в полном объеме, в связи с чем приговор подлежит изменению.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является применение не той статьи или не тех пункта или части статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, которые подлежали применению.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таким признается приговор, постановленный в соответствии с требованиями УПК РФ и основанный на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2023 г. N 43 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о длящихся и продолжаемых преступлениях» продолжаемым является преступление, состоящее из двух или более тождественных противоправных деяний, охватываемых единым умыслом. О единстве умысла виновного в указанных случаях могут свидетельствовать, в частности, такие обстоятельства, как совершение тождественных деяний с незначительным разрывом во времени, аналогичным способом, в отношении одного и того же объекта преступного посягательства и (или) предмета преступления, направленность деяний на достижение общей цели. В продолжаемом посягательстве отдельные акты деяния связаны между собой объективными обстоятельствами, местом, временем, способом совершения преступления, а также предметом посягательства.

Незаконный сбыт наркотических средств может квалифицироваться как единое сложное (продолжаемое) преступление при доказанности единого умысла на сбыт всего объема наркотических средств. О такой направленности умысла, с учетом вышеуказанного разъяснения, могут свидетельствовать, в частности, такие обстоятельства, как размещение наркотических средств, расфасованных из одной партии, в нескольких тайниках-закладках, оборудованных в пределах ограниченной территории, совершение данных действий одновременно или через небольшой промежуток времени и т.п. Указанные обстоятельства должны подтверждаться доказательствами, собранными органами предварительного расследования и представленными стороной обвинения в судебном заседании.

Указанные требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ судом при квалификации действий ФИО1 выполнены не в полной мере.

Как следует из установленных судом обстоятельств инкриминированных ФИО1 преступлений, не позднее ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, получил от неустановленного лица, зарегистрированного под ник-неймом «<.......>» в качестве «куратора», электронное сообщение о месте нахождения партии наркотического средства – смеси, содержащей мефедрон (4-метилметкатинон) массой не менее 10,52 грамм и наркотического средства – гашиш (анаша, смола каннабиса) массой не менее 2,326 грамма на участке местности, расположенном у <адрес>. После получения координат с местом нахождения тайника с указанными наркотическими средствами, ФИО1 направился к участку местности, указанному в поступившем к нему сообщении и извлек из заранее оборудованного тайника свертки с наркотическими средствами, затем осуществил оборудование 8 тайников с наркотическим средством - мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,373 грамм, 0,455 грамм, 0,417 грамм, 0,408 грамм, 0,426 грамм, 0,390 грамм, 0,377 грамм, 0,410 грамм и 5 тайников с наркотическим средством - гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,491 грамм, 0,473 грамм, 0,454 грамм, 0,429 грамм, 0,479 грамм. После чего, продолжая удерживать оставшуюся часть наркотических средств – смесь, содержащую мефедрон (4-метилметкатинон) массой 7,264 грамма, ФИО1 на принадлежащем ему автомобиле «<.......>», гос. рег. знак <.......>, ДД.ММ.ГГГГ направился в <адрес> с целью дальнейшего незаконного сбыта указанных наркотических средств, где ДД.ММ.ГГГГ был остановлен сотрудниками ГАИ ОМВД России по Котельниковскому району Волгоградской области. В результате досмотра автомобиля ФИО1 марки «<.......>», гос. рег. знак <.......> было изъято наркотическое средство - смесь, содержащая мефедрон (4-метилметкатинон) массой 7,264 грамма, которую ФИО1 планировал сбыть на территории <адрес>, а в результате осмотров участков местности, расположенных северо-восточнее <адрес> были изъятые оборудованные ФИО1 в 13 тайниках наркотические средства - мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,373 грамм, 0,455 грамм, 0,417 грамм, 0,408 грамм, 0,426 грамм, 0,390 грамм, 0,377 грамм, 0,410 грамм, гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,491 грамм, 0,473 грамм, 0,454 грамм, 0,429 грамм, 0,479 грамм.

Как органом предварительного следствия, так и судом было установлено, что обнаруженные ДД.ММ.ГГГГ в автомобиле ФИО1 наркотические средства и оборудованные им в тайниках наркотические средства, не позднее ДД.ММ.ГГГГ были приобретены им единовременно из одного источника – оборудованного «оптовым закладчиком» тайника на участке местности, расположенном у <адрес>, с целью последующего незаконного сбыта в короткий промежуток времени посредством оборудования тайников с наркотическими средствами на территории <адрес> и <адрес>.

При таких обстоятельствах, оснований полагать, что у ФИО1 отсутствовал единый умысел на сбыт наркотических средства, обнаруженных в оборудованных им тайниках-закладках северо-восточнее <адрес> и в ходе досмотра его автомобиля «<.......>», гос. рег. знак <.......> ДД.ММ.ГГГГ, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Давая юридическую оценку действиям ФИО1, суд апелляционной инстанции исходит из того, что его умысел был изначально сформирован и направлен на незаконный сбыт всего объема незаконно приобретенных им не позднее ДД.ММ.ГГГГ наркотических средств на участке местности, расположенном у <адрес>, путем совершения однородных тождественных действий в короткий промежуток времени – оборудования тайников с наркотическими средствами на территории <адрес> и <адрес>.

С учетом изложенного, руководствуясь требованиями ст. 14 УПК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым действия ФИО1 квалифицированные судом первой инстанции восемью составами преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,373 грамм, 0,455 грамм, 0,417 грамм, 0,408 грамм, 0,426 грамм, 0,390 грамм, 0,377 грамм, 0,410 грамм); пятью составами преступлений, предусмотренных ч. 3, ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,491 грамм, 0,473 грамм, 0,454 грамм, 0,429 грамм, 0,479 грамм); одним составом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства – вещества, являющегося смесью, содержащей мефедрон (4-метилметкатинон) массой 7,264 грамм) квалифицировать одним составом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере, что не ухудшает положение осужденного, не увеличивает объем предъявленного ему обвинения, и не изменяет фактические обстоятельства дела.

Выводы суда первой инстанции о квалификации действий ФИО1 по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства – смеси, содержащей производное N-метилэфедрона массой 0,388 грамма) отвечают требованиям уголовного закона, надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Доводы в апелляционной жалобе защитника-адвоката Мансурова Д.С. о неверной квалификации действий ФИО1 как совершенных в составе организованной группы, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

Судом первой инстанции достоверно установлено и подтверждается исследованными доказательствами, что преступная группа в составе неустановленных лиц – «организатора», «куратора», «оптовых закладчиков, «закладчиков», в качестве которого действовал ФИО1 характеризовалась устойчивостью, сплоченностью, организованностью, строгой конспирацией, наличием денежного фонда, а также целью совместного совершения особо тяжких преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств на территории <адрес> и <адрес> для получения прямой финансовой выгоды, то есть обладало всеми признаками организованной преступной группы.

При этом, «устойчивость» группы выразилась в постоянстве форм и методов преступной деятельности, в объединении ее участников единой целью - для совместного совершения особо тяжких преступлений, связанных с незаконным сбытом наркотических средств, корыстном мотиве участников преступной группы; «сплоченность» группы заключалась в наличии совместной цели и умысла на совершение особо тяжких преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств с целью систематического получения финансовой выгоды; «организованность» выразилась в наличии организатора, осуществляющего единое руководство деятельностью группы, значительном количестве участников группы и координировании организатором их преступной деятельности, четком распределении ролей и функций между участниками преступной группы, в строгом иерархическом подчинении исполнителей преступлений организатору, выполнении его распоряжений и указаний, сложном многоступенчатом способе совершения преступлений, полном контроле за исполнителями на всех стадия преступления со стороны организатора; строгая конспирация при осуществлении преступной деятельности заключалась в наличии специальной системы общения и оплаты, в исключении личного общения между участниками организованной группы и использовании ими для общения сети «Интернет» и программ мгновенного обмена сообщениями, использовании псевдонимов, передаче наркотических средств соучастникам и потребителям при помощи тайников, наличие денежного фонда позволяло организатору оплачивать деятельность исполнителей организованной группы.

Для этих целей общение между участниками преступной группы и с приобретателями наркотических средств осуществлялось исключительно при помощи сети «Интернет» и интернет-программ обмена сообщениями, с использованием псевдонимов; передача наркотических средств соучастникам и приобретателям осуществлялась при помощи тайников. Примененная система общения участников организованной группы, осуществлявших различные функции, позволила исключить возможность их общения между собой; оплата деятельности исполнителей преступлений осуществлялась безналичным расчетом. При этом каждый участник преступной группы осознавал, что выполняя отведенную ему преступную роль, он действует в составе организованной группы, что сбыт наркотических средств осуществляется благодаря согласованным действиям всех членов организованной группы.

Из исследованных судом первой инстанции доказательств, в частности показаний свидетелей, письменных доказательств, выводов экспертов, показаний осужденного ФИО1 на стадии предварительного следствия, усматривается, что ФИО1, выступая в роли «закладчика» наркотических средств в составе организованной группы, с помощью интернет-мессенджера «Телеграмм», получал от «куратора» сведения о месте нахождения тайников с оптовыми партиями наркотических средств, заранее расфасованных по отдельным гриппер-пакетикам, извлекал и самостоятельно помещал каждый сверток с наркотическим средством этой партии в подобранный им по своему усмотрению тайник на территории <адрес> и <адрес>, о месте нахождения оборудованных им тайников и их массе он должен был уведомлять неизвестное лицо, выполняющее роль «куратора», посредством направления с помощью интернет-мессенджера «Телеграмм» фотографии с координатами наркотического средства, за что получал денежное вознаграждение.

То обстоятельство, что не все члены организованной группы были установлены и задержаны сотрудниками правоохранительных органов, а также отсутствие между участниками группы визуального контакта, не свидетельствует о наличии оснований для исключения квалифицирующего признака – совершение преступления в составе организованной группы.

Давая оценку наличию в действиях осужденного квалифицирующего признака незаконного сбыта наркотических средств «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что объективную сторону преступлений ФИО1 выполнял, используя сеть «Интернет», а именно: посредствам сети «Интернет», в интернет-мессенджере «Телеграмм» он получал информацию о месте нахождения тайника с оптовой партией наркотических средств, которые он получал и в последующем свертки из указанной партии наркотических средств размещал в тайники, сведения о точном нахождении которых должен были посредством интернет-мессенджера «Телеграмм» передавать «куратору» для их последующего сбыта потребителям. Указанные выводы суда соответствуют разъяснениям, содержащимся в п. 20, 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 декабря 2022 г. N 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет»».

При определении размера наркотических средств судом учитывалось Постановление Правительства РФ № 1002 от 1 октября 2012 г. «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» (в редакции Постановления Правительства РФ от 7 февраля 2024 г. № 135).

Квалифицируя действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотических средств - мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,373 грамм, 0,455 грамм, 0,417 грамм, 0,408 грамм, 0,426 грамм, 0,390 грамм, 0,377 грамм, 0,410 грамм; гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,491 грамм, 0,473 грамм, 0,454 грамм, 0,429 грамм, 0,479 грамм); вещества, являющегося смесью, содержащей мефедрон (4-метилметкатинон) массой 7,264 грамм), как неоконченное преступление, суд апелляционной инстанции исходит из того, что наркотические средства, помещенные в тайники, а также изъятые в ходе досмотра транспортного средства ФИО1, не были получены потребителями и информация об оборудованных тайниках с наркотическими средствами не была доведена до потребителей наркотических средств и «куратора» в связи с пресечением сотрудниками правоохранительных органов преступной деятельности ФИО1, в результате чего наркотические средства были изъяты из незаконного оборота.

Вместе с тем, квалифицируя действия осужденного ФИО1 по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ как оконченное преступление, суд первой инстанции правильно исходил из того, что ФИО1 выполнил все действия, входящие в объективную сторону преступления, согласно отведенной ему роли, а именно получил наркотическое средство, поместил его в тайник на участке местности, направил лицу, выступающему в качестве «куратора» сообщение с указанием координат тайника в целях последующего сбыта наркотического средства. Иные соучастники преступления подыскали потребителя для данного наркотического средства, сообщили ему место его сокрытия и получили оплату за сбытое наркотическое средство.

Наказание ФИО1 за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4. ст. 228.1 УК РФ назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, которое отнесено законом к категории особо тяжких преступлений; данных о личности виновного, смягчающих наказание обстоятельств, которыми суд признал: в соответствии с п.п. «г» «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие на иждивении <.......> ребенка; явку с повинной; активное способствование раскрытию и расследованию преступления; на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание вины; раскаяние в содеянном; наличие брата, являющего участником специальной военной операции на территориях <.......>; состояние здоровья и <.......> отца; отсутствие в прошлом судимости; наличие медали «За службу на Северном Кавказе»; а также с учетом отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание осужденному.

Исходя из совокупности всех вышеуказанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания за совершенное преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в виде лишения свободы в пределах санкции указанной статьи, с учетом ч. 1 ст. 62, ст. 67 УК РФ. Выводы суда являются мотивированными, а назначенное наказание за данное преступление справедливым и соразмерным содеянному.

В связи с переквалификацией деяний ФИО1 суд апелляционной инстанции при назначении ему наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, учитывает характер и степень его общественной опасности, сведения о личности осужденного, состояние его здоровья, возраст, влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, которое направлено против здоровья населения и общественной нравственности, ранее не судим, на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансере не состоит, по месту жительства характеризуется посредственно, по месту военной службы и учебы характеризуется положительно, имеет постоянное место жительства.

В соответствии с п.п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающим наказание ФИО1 обстоятельствами суд апелляционной инстанции признает наличие на иждивении <.......> ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления (что выразилось в активных действиях ФИО1 на первоначальном этапе расследования уголовного дела, поскольку он сотрудничал с органами расследования, сообщил пароль для разблокировки своего сотового телефона, в котором содержались сведения о его незаконной деятельности; при осмотре мест происшествия указал на места, где им были осуществлены закладки наркотических средств).

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд апелляционной инстанции признает частичное признание вины; раскаяние в содеянном; наличие брата, являющегося участником специальной военной операции на территориях <.......>; состояние здоровья и <.......> отца; отсутствие в прошлом судимости; наличие медали «За службу на Северном Кавказе».

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденному, по делу не установлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства по всем преступлениям – заключение ФИО1 досудебного соглашения о сотрудничестве, поскольку во внесении представления об особом порядке проведения судебного заседания прокурором было отказано в связи с невыполнением ФИО1 в полном объеме принятых на себя обязательств в рамках заключенного досудебного соглашения о сотрудничестве.

Оценив в совокупности вышеперечисленные обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает, что цели наказания могут быть достигнуты лишь при назначении ФИО1 наказания в виде лишения свободы.

Судом апелляционной инстанции при назначении наказания ФИО1 в соответствии с положениями ст. 67 УК РФ учитывает характер и степень фактического участия ФИО1 в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда.

При определении размера, подлежащего назначению ФИО1 наказания в виде лишения свободы, суд апелляционной инстанции учитывает требования ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В связи с применением требований ч. 3 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ нижний предел предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 228.1 УК РФ наказания в виде лишения свободы преодолен.

Судом первой инстанции принято решение о возможности достижения целей уголовного наказания без применения в отношении ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Не находит оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания и суд апелляционной инстанции.

Окончательное наказание ФИО1 суд апелляционной инстанции назначает на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, поскольку одно из совершенных им преступлений является оконченным особо тяжким преступлением.

Оснований для применения при назначении осужденному ФИО1 наказания за совершенные им преступления ст. 64 УК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку материалы дела не содержат сведений о наличии каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных им преступлений, его ролью и поведением во время или после совершения инкриминированных ему деяний, существенно уменьшающих степень их общественной опасности, которые могли бы послужить основанием для применения указанной нормы уголовного закона.

В приговоре приведены мотивы принятого судом решения о невозможности применения в отношении осужденного условного осуждения. Оснований не согласиться с выводами суда в данной части у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку данные о личности осужденного, обстоятельства совершения им преступлений, его последующее поведение свидетельствуют о возможности его исправления лишь при реальном отбытии наказания в виде лишения свободы. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что осужденным совершены два особо тяжких преступления, в составе группы лиц по предварительному сговору, одно из них было направленно на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, имеющих повышенную степень общественной опасности, поскольку их объектом является здоровье и нравственность населения, а противодействие незаконному обороту наркотических средств в настоящее время является одной из важнейших проблем национальной безопасности в Российской Федерации. Каких-либо объективных данных, свидетельствующих об изменении осужденным своего отношения к содеянному в такой степени, которая могла бы явиться основанием для применения в отношении него положений ст. 73 УК РФ, материалы дела не содержат. Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что за преступление, предусмотренное п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ФИО1 судом было назначено наказание, превышающее 8 лет лишения свободы (ч. 1 ст. 73 УК РФ).

С учетом фактических обстоятельств дела, степени общественной опасности совершенных преступлений, суд апелляционной инстанции не находит оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории совершенных осужденным преступлений на менее тяжкую.

Вопреки доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, все смягчающие наказание обстоятельства и данные характеризующие личность осужденного ФИО1, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи были учтены судом при назначении ему наказания. Каких-либо новых существенных данных, которые бы свидетельствовали о наличии оснований для смягчения осужденному наказания в суд апелляционной инстанции не представлено.

На основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ судом правильно назначен вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать назначенное наказание – исправительная колония строгого режима.

Правильно разрешены судом первой инстанции вопросы об исчислении срока наказания в виде лишения свободы, о мере пресечения, зачете времени содержания под стражей до вступления приговора в законную силу в срок наказания.

Принятое судом решение в части вещественных доказательств по уголовному делу соответствует требованиям ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Иных нарушений уголовного или уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, судом первой инстанции допущено не было.

Руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

о п р е д е л и л:

приговор Котельниковского районного суда Волгоградской области от 6 октября 2025 г. в отношении ФИО1 изменить.

Действия ФИО1, квалифицированные судом первой инстанции восемью составами преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства - мефедрон (4-метилметкатинон) массой 0,373 грамм, 0,455 грамм, 0,417 грамм, 0,408 грамм, 0,426 грамм, 0,390 грамм, 0,377 грамм, 0,410 грамм); пятью составами преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства - гашиш (анаша, смола каннабиса) массой 0,491 грамм, 0,473 грамм, 0,454 грамм, 0,429 грамм, 0,479 грамм); одним составом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (в отношении наркотического средства – вещества, являющегося смесью, содержащей мефедрон (4-метилметкатинон) массой 7,264 грамм) - квалифицировать одним составом преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Назначить ФИО1 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 9 лет.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет 6 месяцев, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальном приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Г.В. Олейникова

Судьи: Ю.С. Лоншаков Ю.Ю. Коновалова

Справка: осужденный ФИО1 содержится в <адрес>.