Апелляционное постановление № 22К-2535/2025 от 2 октября 2025 г. по делу № 3/1-31/2025

судья Рагимов Р.А. материал № 22К-2535/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Махачкала 3 октября 2025 г.

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Пономаренко О.В.,

при секретаре судебного заседания Хизриеве Ш.А.,

с участием прокурора Бабаханова Т.Ф.,

обвиняемого ФИО1 и

его защитника – адвоката Мирзоева В.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи материал по апелляционной жалобе защитника – адвоката Мирзоева В.Н., поданной в интересах обвиняемого ФИО1, на постанов-ление Дербентского районного суда Республики Дагестан от 17 сентября 2025 г.об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, проживающего по адресу: <адрес>, имеющего основное общее образование, женато-го, имеющего на иждивении троих малолетних детей, неработающего, не судимого, обвиняемого в соверше-нии преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, на срок1 месяц 28 суток, то есть до 15 ноября 2025 г.

Заслушав доклад председательствующего, выступления обвиняемого и его защитника – адвоката, поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших постановление суда отменить, избрав меру пресечения в виде домашнего ареста,а также мнение прокурора, полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, изучив представленные материалы, суд апелляционной инстанции

установил:

как следует из материала судебного производства, 15 сентября 2025 г. следователем следственного отдела ОМВД России по Дербентскому району ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в отношении ФИО1.

15 сентября 2025 г. в рамках указанного уголовного дела Гасанбеков задержан в соответствии со ст. 91 и 92 УПК РФ в качестве подозреваемого.

Постановлением Дербентского районного суда Республики Дагестан от 17 сентября 2025 г. по ходатайству следователя ФИО2 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 28 суток, т.е. до 15 ноября 2025 г.

На основании постановления руководителя следственного органа от 17 сентября 2025 г., уголовное дело в отношении ФИО1 для дальнейшего расследования передано следователю ФИО3

23 сентября 2025 г. ФИО1у предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Не согласившись с решением суда, защитником – адвокатом Мирзоевым В.Н. на указанное постановление подана апелляционная жалоба, в которой он считает постановление незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

Указывает, что из материалов, представленных следователем суду, следует, что ФИО1 фактически был задержан в 14:00 часов 15 сентября 2025 г. (л.д.32), поскольку с указанного времени и до составления протокола задержания в 20:00 часов 15 сентября 2025г. (л.д. 48), по указанию следователя, ФИО1 находился в здании ОМВД России по Дербентскому району.

Отмечает, что ч. 1 ст. 29 УПК РФ установлено, что после доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю, в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные ст. 46 настоящего Кодекса. Поскольку рассмотрение судом ходатайства по существу было начато после 15 часов 17 сентября 2025г., то на момент его рассмотрения истек 48-часовой срок задержания ФИО1 в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ.

Обращает внимание, что при разрешении ходатайства об избрании в отноше-нии ФИО1 меры пресечения, судом не выяснено мнение потерпевшего по рассматриваемому вопросу.

Полагает, что судом не учтено, что сама по себе уголовно-правовая характе-ристика рассматриваемого по уголовному делу преступления, не свидетельствуют о невозможности избрания более иной мягкой меры пресечения. Сведений о том, что обстоятельства, указанные в статье 97 УПК РФ, установлены следствием, представлены и исследовались судом, не имеется. Таким образом, законных оснований для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу не имелось и не имеется, что свидетельствует о нарушении судом требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Отмечает, что в ходе рассмотрения ходатайства по существу следователь ФИО2 на вопрос защиты утвердительно сообщил суду, что ФИО1 не препятствовал установлению истины по делу, а также не предпринимал мер по сокрытию следов преступления. Однако эти обстоятельства судом были оставлены без внимания.

Уверяет, что суд, решая вопрос об избрании меры пресечения в отношении подозреваемого ФИО1, не обсудил возможность применения в отношении него более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения, вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу.

Полагает, что применение меры пресечения в отношении ФИО1 при установленных судом обстоятельствах, в том числе данных о его личности (нали-чие на иждивении ребенка инвалида детства), представляется неоправданным, интересы производства по делу могли быть обеспечены нахождением ФИО1 под домашним арестом.

На основании изложенного просит постановление суда отменить, избратьв отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, проверив представленные материалы, суд апелляционной инстанции приходитк следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать обвиняемому, подозревае-мому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ, при наличии достаточ-ных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Как следует из содержания положений ст. 99 УПК РФ, при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемогов совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступле-ния, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозревае-мого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Исходя из разъяснения, данного в абзаце втором п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», в качестве подтверждения того, что лицо может скрыться от предварительного следствия и суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Согласно абзацу третьему п. 5 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, вывод о том, что лицо может продолжить заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом, в частности, совершения им ранее умышленного преступления, судимость за которые не снята и не погашена.

Согласно п. 6 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении ходатайства следователя или дознавателя об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу суду надлежит учитывать также обстоятельства, указанные в статье 99 УПК РФ, – тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства (например, совершение лицом преступления в отношении членов своей семьи при совместном проживании, поведение лица после совершения преступления, в частности явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, заглаживание причиненного в результате преступления вреда).

В соответствии с п. 3.4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2005 г. № 4-П законность и обоснованность применения избранной по судебному решению меры пресечения определяются наличием выявленных фактических и правовых оснований для её применения. При этом должна обеспечиваться соразмерность ограничений, связанных с применением в отношении лица заключения под стражу в качестве меры пресечения, тяжести инкриминируемого ему преступления, его личности, поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое в случае признания его виновным в совершении преступлений может быть назначено и может подлежать реальному отбытию с учетом уголовно-правовых институтов освобождения от наказания и смягчения наказания.

Указанным положениям закона, а также требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, разъяснениям и правовым позициям высших судебных инстанций обжалованное постановление суда соответствует.

Рассмотренное судом постановление следователя о возбуждении перед судом ходатайства об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу вынесено с соблюдением требований закона, уполномоченным на то должностным лицом, в чьем производстве находится уголовное дело, согласовано с соответствующим руководителем следственного органа. Задержание и содержание под стражей обвиняемого ФИО1 законно и обоснованно, сомнений не вызывает.

Суду представлено достаточно данных об имевшем место событии преступления, а также об обоснованности подозрений в причастности ФИО1 к инкриминируемому ему деянию, содержащему признаки преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, по которой возбуждено и расследуется уголовное дело.

ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления против жизни и здоровья, совершенного с применением предмета, используемогов качестве оружия, санкцией которого предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы на длительный срок – до десяти лет.

При рассмотрении ходатайства следователя суд первой инстанции принялво внимание положения УПК РФ, регулирующие разрешение такого ходатайства,в постановлении суда приведены конкретные фактические обстоятельства,на основании которых принято решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, учел тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется ФИО1, что предварительное следствие находится на первона-чальной стадии и по делу необходимо выполнить ряд следственных действий, направленных на установление обстоятельств по делу, а также данные о личности обвиняемого, которые были известны суду на момент рассмотрения ходатайстваи соответственно были приняты во внимание, в том числе и те, на которые указывает в жалобе защитник.

При этом фактические обстоятельства дела и данные о личности обвиняе-мого давали суду первой инстанции достаточные основания согласитьсяс доводами ходатайства следователя об избрании ФИО1 меры пресече-ния в виде заключения под стражу.

Вопреки утверждениям стороны защиты, в обжалуемом постановлении выводы суда надлежаще мотивированы, в том числе о невозможности на данной стадии избрания в отношении ФИО1 иной, более мягкой, меры пресече-ния, не связанной с содержанием под стражей, не усмотрев для этого основанийс учетом стадии предварительного следствия.

Судом первой инстанции при рассмотрении ходатайства следователя учтены требования ст. 97 и 99 УПК РФ, а также доводы стороны защиты о личности обвиняемого.

Между тем, с учетом тяжести обвинения, установленных обстоятельстви стадии предварительного следствия, следует согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что указанные данные о личности ФИО1, в том числе нахождение на его иждивении ребенка – инвалида детства, на данной стадии производства по делу не являются достаточным и безусловным основанием для избрания в отношении него более мягкой меры пресечения.

Принимая во внимание изложенное, то, что ФИО1 обвиняетсяв совершении тяжкого преступления, санкцией которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о необходимости удовлетворения ходатайства следователя о применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности применения иной меры пресечения на данной стадии производства по делу, поскольку изменение меры пресечения на иную не обеспечит в полной мере беспрепятственное расследование уголовного дела на данной стадии предварительного следствия.

Каких-либо медицинских противопоказаний, исключающих возможность содержания под стражей, подтвержденных соответствующим комиссионным медицинским заключением о наличии заболеваний, входящих в утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 г. № 3 «Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», у ФИО1 судом не установлено и суду доказательств таковых не представлено.

Как следует из протокола судебного заседания, все представленные сторонами доказательства исследованы судом, заявленные ходатайства рассмот-рены и по ним приняты мотивированные решения. Судебное заседание проведенос соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон.

В целом все доводы стороны защиты были предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе и с признанием судом необоснованными доводов защитника – адвоката Мирзоева В.Н. о том, что после завершения допроса в качестве подозреваемого ФИО1 был фактически задержан и лишен возможности покинуть здание ОМВД России по Дербентскому району, что опровергается, в частности показаниями ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции о том, что его насильно никто в отделе полиции не удерживал, он не был лишен свободы передвижения.

Несостоятельными являются и доводы стороны защиты об истечении48 часов с момента задержания ФИО1 и до начала рассмотрения судом ходатайства следователя о мере пресечения по существу, поскольку ФИО1 был задержан в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ в 20 часов 00 минут 15 сентября 2025 г., а судебное заседание было начато в 15 часов 00 минут 17 сентября 2025 г.

Также несостоятельным суд апелляционной инстанции находит довод защитника о том, что при разрешении ходатайства об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения судом не выяснено мнение потерпевшего по рассматриваемому вопросу, поскольку потерпевший ФИО8 обратился в суд с письменным заявлением (л.м. 62), в котором просил рассмотреть ходатайство следователя без его участия. Участие потерпевшего в судебном заседании является его правом, а не обязанностью. При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в силу действующего законодательства суд при рассмотрении вопросов об избрании и продлении той или иной меры пресечения в отношении подозреваемого либо обвиняемого не связан с позицией потерпевшего, в связи с чем данное обстоятельство, на которое указывает защитник, не свидетельствует о незаконности обжалуемого постановления.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену либо изменение обжалуемого постановления по существу принятого реше-ния, не имеется; постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, не противоречит положениям ст. 97 и 99 УПК РФ и разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», а также Конституции Российской Федерации.

Таким образом, оснований для отмены или изменения постановления судапо доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Вместе с тем, с учетом положений ст. 109, 128 УПК РФ, принимая во внима-ние разъяснения, содержащиеся в п. 3.3 Обзора практики рассмотрения судами ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока содержания под стражей (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 января 2017 г.), суд апелляционной инстанции полагает необходимым внести в обжалованное постановление суда первой инстанции изменения, указав об избрании обвиняемому ФИО1 меры пресеченияв виде заключения под стражу на срок 2 (два) месяца, учитывая, что в качестве подозреваемого в порядке ст. 91, 92 УПК РФ он был задержан 15 сентября 2025 г.

Других нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих изменение или отмену обжалуемого постановления, не имеется.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы об отмене постановления суда и изменении меры пресечения суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Дербентского районного суда Республики Дагестанот 17 сентября 2025 г. об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1, <дата> года рождения, на срок 1 месяц 28 суток, то есть до 15 ноября 2025 г. – изменить, указавоб избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 (два) месяца, частично удовлетворив апелляционную жалобу защитника – адвоката Мирзоева В.Н.

В остальном это же постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Мирзоева В.Н. – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силус момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственнов Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом участники судебного разбирательства вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Пономаренко