Приговор № 1-36/2017 от 25 апреля 2017 г. по делу № 1-36/2017

Дело № 1-36/2017 г.


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Барыш Ульяновской области 26 апреля 2017 года

Барышский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Пайгина Р.Х.,

с участием государственного обвинителя - помощника прокурора Барышского района Ульяновской области Аюпова Н.Р.,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого - адвоката филиала №2 по г. Барышу Ульяновской областной коллегии адвокатов Иркина С.А.,

при секретаре Чикиной Е.В.,

а также потерпевшей Г*С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 виновен в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Данное преступление им совершено при следующих обстоятельствах:

29 октября 2016 года в период времени с 00 часа 30 минут до 03 часов ФИО1, находясь в доме, расположенном по адресу: <адрес>, в ходе ссоры с Б*Н.А., возникшей на почве личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда её здоровью, умышлено, руками со значительной силой, нанес ей не менее 8 ударов по голове, не менее 3 ударов в область грудной клетки, не менее 6 ударов по рукам, не менее 6 ударов по ногам, не менее 3 ударов в область шеи, а также рукой сдавливал переднюю поверхность шеи.

В результате указанных противоправных действий ФИО1 потерпевшей Б*Н.А. была причинена тупая сочетанная травма тела: закрытая тупая травма головы: ссадина области носа, кровоподтек на веках правого глаза, кровоподтек на веках левого глаза, кровоподтек правой ушной раковины и заушной области, кровоподтек левой ушной раковины, кровоподтек области угла нижней челюсти справа, кровоизлияния в мягкие ткани лобно-теменно-височных областей, затылочной области, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку головного мозга; закрытая тупая травма шеи: кровоподтек передней поверхности шеи, кровоизлияния в мягкие ткани шеи, переломы подъязычной кости и щитовидного хряща; закрытая тупая травма грудной клетки: кровоподтеки в области рукоятки грудины, кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки, кровоподтек на спине, локальные переломы 8-9 ребер справа по заднеподмышечной линии, конструкционные переломы 2-5 ребер справа по окологрудинной линии, конструкционные переломы 2-5 ребер слева по окологрудинной линии, локальный перелом грудины, ушиб правого легкого, кровоизлияние над твердой мозговой оболочкой грудного отдела спинного мозга, осложнившаяся фибринозно-гнойным плевритом, отеком и набуханием головного и спинного мозга, вклинение ствола в большое затылочное отверстие, отеком легких, расцениваемые как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни и здоровья, а также ссадины и кровоподтеки на конечностях: кровоподтек тыльной поверхности правой кисти, кровоподтек ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти, кровоподтек тыльной поверхности левой кисти, кровоподтек внутренней поверхности правой стопы, кровоподтек средней трети левого бедра, кровоподтек в проекции 1 пальца левой стопы, которые как вред здоровью не расцениваются.

Кроме этого, 31.10.2016 года в период времени с 17 часов по 22 часа 30 минут ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме, расположенном по адресу: <адрес>, продолжая свои противоправные действия, направленные на умышленное причинение Б*Н.А. тяжкого вреда здоровью, из-за личной неприязни, подошел к лежавшей на полу потерпевшей и умышлено рукой со значительной силой нанес ей не менее одного удара в переднюю поверхность шеи, причинив повторную травматизацию данной области в зоне повреждений, образованных 29.10.2016 года.

31.10.2016 в период времени с 22 часов 30 минут до 22 часов 40 минут от причиненных ФИО1 телесных повреждений наступила смерть Б*Н.А.

Всудебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал полностью и отказался от дачи показаний, воспользовавшись своим процессуальным правом, заявив, что подтверждает показания, данные им в ходе предварительного расследования.

Помимо признания ФИО1 своей вины, его виновность подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе его показаниями, данными им при производстве предварительного расследования.

При расследовании уголовного дела подсудимый ФИО1 дал показания следующего содержания.

При допросе в качестве подозреваемого ФИО1 (т.1 л.д. 79-82) показал, что иногда он ругался со своей бабушкой Б*Н.А. из-за того, что та громко разговаривала, таким образом, мешая ему спать. 28 октября 2016 года ночью он, его мать и ФИО2 легли спать, но в 01-м часу Б*, лежа на кровати, стала громко разговаривать. Не применяя физическую силу, он уложил ее на кровать, но та продолжала громко кричать и махать руками. Возмутившись ее поведением, чтобы успокоить ее, руками нанес ей не шести ударов по рукам, не менее трех ударов по грудной клетке, не менее трех ударов по лицу и не менее шести ударов по ногам. Также он хватал Б* за переднюю поверхность шеи и сильно сдавливал, чтобы подавить все ее движения, но при этом задушить не хотел. Не исключает, что мог нанести ей удары по ребрам справа и слева. Он был трезв. От шума проснулась мать и оттащила его от бабушки. Весь день 29.10.2016 года Б* лежала на кровати, утром приехали медицинские работники, которых вызвала мать, поскольку Б* плохо ходила и еле разговаривала, при этом им не говорили, что он избил ее. 30.10.2016 года Б* также весь день лежала, а на следующий день около 22 часов она умерла. Непосредственно после нанесения им Б* телесных повреждений она с кровати не вставала не падала. Она падала с крыльца 22-23 октября 2016 года.

При допросе 04.11.2016 года в качестве обвиняемого ФИО1 вину в предъявленном обвинении по ч.4 ст. 111 УК РФ признал полностью, от дачи подробных показаний отказался, пояснив, что все происходило так, как указано в тексте предъявленного обвинения и при допросе в качестве подозреваемого (т. 1 л.д.110-111).

При дополнительном допросе 06.12.2016 года в качестве обвиняемого ФИО1 показал, что ранее данные показания подтверждает полностью, при этом уточнил, что 22-23 октября 2016 года Б*Н.А. с крыльца дома не падала, он мог спутать даты. Сотрудниками полиции давление на него не оказывалось, признательные показания дал по собственной инициативе (т. 1 л.д. 175-177).

При дополнительном допросе 29 декабря 2016 года в качестве обвиняемого ФИО1 подтвердил ранее данные показания и показал, что после нанесения им 29.10.2016 года телесных повреждений Б*Н.А. до своей смерти лежала на матрасе, на полу. Ее состояние 30 и 31 октября 2016 года было очень плохим – постоянно хрипела, не разговаривала, пищу не употребляла, его мать только периодически поила ее водой. 31.10.2016 года примерно в полдень он стал употреблять спиртные напитки. Вечером, когда его мать вышла из дома, он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, желая, чтобы Б* перестала хрипеть, он подошел к лежавшей на полу потерпевшей и с силой нанес один удар кулаком в область ее шеи, и та перестала хрипеть. Потом в дом зашла его мать, которая примерно через 30 минут или час заявила, что Б* умерла (т.1 л.д.215-217).

При допросе 25.02.2017 года в качестве обвиняемого ФИО1 вину в предъявленном обвинении по ч.4 ст. 111 УК РФ признал полностью и показал, что 29.10.2016 года в период с 01 часов до 02 часов по месту своего жительства в <адрес>, руками избил лежавшую на кровати Б*Н.А. из-за того, что последняя бормотала и кричала, не давала ему спать. Он неоднократно нанес ей удары по голове, не менее 3 ударов в область груди, не менее 6 ударов по рукам, не менее 6 ударов по ногам, не менее 3 ударов по шее, а также рукой сдавливал ее шею. Именно он причинил все повреждения Б*Н.А., за исключением тех, которые она получила 24 или 25 октября 2016 года при падении с крыльца. После избиения она сползла на пол, где в последующем и лежала на матраце, который он и его мать под нее постелили. Умысла на её убийство он не имел. Не согласен, что ударил Б* рукой по голове 8 раз. 31.10.2016 года вечером, когда Б* опять захрипела, он ударил ее один раз рукой по передней поверхности шеи и через некоторое время она умерла. Б* с кровати не падала, полагает, что его мать это выдумала, чтобы его не посадили в тюрьму (т.2 л.д. 123-125).

Свои показания ФИО1 подтвердил и при их проверке на месте происшествия с применением фотосъемки, показав обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью Б*Н.А., механизм и локализацию нанесения им ударов руками по различным частям тела потерпевшей 29 и 31 октября 2016 года (т. 1 л.д. 117-133,221-230).

Кроме указанных показаний подсудимого в ходе предварительного расследования, его непосредственная причастность к совершению вменённого ему преступления подтверждена следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, потерпевшая Г*С.А. показала суду, что 29.10.2016 года около 01 часа 30 минут ей позвонила её мать В*В.Н. и сказала, что ФИО1 убьет бабушку, попросила вызвать полицию. Она не стала этого делать, так как ранее с братом у нее возникали конфликты, из-за этого вызывала полицию, но потом мать высказывала ей претензии по этому поводу. Около 09 часов утра она пошла к матери, где обнаружила, что Б*Н.А. с множественными кровоподтеками на лице лежит на кровати, при этом ее брат ФИО1 и мать пояснили их происхождение тем, что ночью она неоднократно падала с кровати. Она поняла, что Б* была избита, и не поверила их утверждению. Сама Б* находилась в ужасном состоянии, даже не могла разговаривать. В этот же день её сожитель направил фельдшера к Б*, которой не сообщали о применении насилия в отношении последней. 31 октября 2016 года вместе с мужем она пришла к матери, чтобы забрать Б* к себе, при этом застала ее лежащей на матрасе, на полу. Из-за ее плохого состояния они не стали ее перевозить. Вечером ей позвонила мать и сообщила, что Б* скончалась. От матери и брата ей известно, что до 29 октября 2016 года Б* падала с крыльца, но после этого она сама видела ее, телесных повреждений у нее не видела и та никаких жалоб на состояние здоровья не высказывала.

Свидетель В*В.А. показал суду, что рано утром 29 октября 2016 года его сожительница Г*С.А., поговорив по телефону со своей матерью В*В.Н., сообщила ему, что последняя попросила вызвать полицию, так как ФИО1 сильно избил Б*Н.А. Им стало жаль ФИО3, поэтому не стали вызывать полицию. Утром ФИО4 пошла к матери и, вернувшись, сообщила, что Б* сильно избита, находится в тяжелом состоянии. По ее просьбе он пошел к фельдшеру Б*Н.Ю. и попросил осмотреть Б*, не сообщив, что она была избита. 31 октября он и ФИО4 пришли к В* и увидел лежавшую на полу Б*, у которой на лице имелись кровоподтеки, из ее рта сочилась кровь, под ней была наволочка со следами крови. По ее внешнему виду он определил, что она была избита, ее состояние было тяжелое, поэтому не смогли перевезти ее к себе домой. После 22 часов его жене позвонила В* и сообщила, что Б* скончалась.

Свидетель В*В.Н. показала суду, что ночью 29 октября 2016 года ее мать Б*Н.А. собралась уйти из дома, ФИО1 не понравилось ее поведение, поэтому рукой нанес Б* два удара в область спины и шеи. Она вышла на улицу и позвонила дочери Г*С.А. и попросила вызвать полицию, чтобы успокоить сына. В этот день сын спиртное не употреблял. Ночью Б* около шести раз падала с кровати и после последнего падения она не стала ее поднимать на кровать, постелила на полу под нее матрас, где последняя два дня лежала и хрипела. Вечером 31 октября 2016 года Б* скончалась. Полагает, что от действий ее сына у Б* не могли образоваться телесные повреждения, они образовались в результате того, что 25 октября она упала с крыльца, до этого случая все лицо матери было синее, последняя говорила, что тоже упала. С 25 по 29 октября к ним никто не приходил и не видел состояние матери. До 17 октября 2016 года сын только один раз ударил Б* в область уха.

Оценивая данные показания свидетеля В*Н.А.., суд приходит к выводу о том, что ее показания относительно того, что ФИО1 нанес только два удара потерпевшей, являются недостоверными, поскольку опровергаются полностью совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, противоречат также и показаниям самого подсудимого об обстоятельствах совершенного преступления.

Указанные показания В*В.А. суд расценивает, как стремление оказать содействие подсудимому в целях облегчения его участи за содеянное в силу близких отношений с ним.

Свидетель Б*Н.Ю. показала суду, что 29.10.2016 года около 22 часов В*В.А. попросил ее осмотреть Б*Н.А.. Вместе с врачом С*Д.Л. она пошла к ФИО3, где увидела лежащую на полу Б*Н.А., у которой на лице имелись кровоизлияния и засохшие следы крови. ФИО5 и В*В.А. объяснили происхождение телесных повреждений у ФИО2 тем, что в ночь с 28 на 29 октября 2016 года она упала с крыльца.

Свидетель С*Д.Л. показал суду, что ночью 29.10.2016 года он и Б*Н.Ю. прибыли в дом В-ных, где увидел лежащую на полу возле кровати Б*Н.А., у которой на лице имелись гематомы и кровоподтеки. В*В.Н. им пояснила, что телесные повреждения у потерпевшей образовались от того, что она упала с крыльца, а по ночам постоянно падает с кровати. С потерпевшей ему не удалось поговорить, поскольку она спала под воздействием медпрепаратов, ее полный осмотр не проводил, так как та находилась в одежде. При выходе из дома он обратил внимание, что на крыльце дома следов крови не имеется.

Свидетель К*И.Ф. показал суду, что 31.10.2016 года в составе следственно-оперативной группы он выезжал в с. Воецкое по поводу смерти Б*Н.А. Прибыв в дом В-ных, на трупе Б* он обнаружил телесные повреждения в области лица, происхождение которых В*В.Н. объяснила тем, что покойная падала с крыльца и кровати. Труп был направлен на судебно-медицинскую экспертизу.

Свидетель К*Р.Д. показал суду, что 31.10.2016 года совместно с сотрудником полиции К*И.Ф. он прибыл в дом В-ных, где возле кровати на полу обнаружил труп Б*Н.А. с телесными повреждениями на лице. В*В.Н. пояснила, что телесные повреждения у покойной образовались из-за того, что та периодически падала с крыльца.

Свидетель Б*М.И. показала суду, что в период с 17 по 24 октября 2016 года у нее жила свекровь Б*Н.А., у которой на теле телесных повреждений не имелось. Потом ее перевезли к ФИО3. 01 ноября 2017 года ей позвонила Г*С.А. и сообщила, что ФИО2 скончалась, причина ее смерти ей неизвестна.

Свидетель П*М.Н. показала суду, что ночью 31.10.2016 года, узнав от Г*С.А. о смерти ФИО2, она пошла к ФИО3, где на полу увидела покойную, на лице которой имелись кровоподтеки. В* ей пояснила, что телесные повреждения у покойной образовались из-за падения с крыльца дома.

Вина подсудимого ФИО1 подтверждается также и письменными материалами уголовного дела.

Из протоколов осмотра места происшествия и осмотра трупа от 01.11.2016 года следует, что при осмотре на трупе Б*Н.А. обнаружены множественные телесные повреждения в области лица, рук, ног, грудной клетки, шеи (т. 1 л.д. 12, 23-32).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 01.11.2016 года, местом совершения преступления является домохозяйство, расположенное по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 36-54). В ходе осмотра были изъяты простыня, тюль, подушка.

Из протокола выемки от 01.11.2016 следует, что у ФИО1 были изъяты черный свитер и брюки (т. 1 л. д. 88-93).

Из заключении эксперта №№1033, 1035 от 08.12.2016 г. и 12.12.2016 г. следует, что в исследованных пятнах марлевом тампонах-смыве с пластиковой панели окна, на двух марлевых тампонах-смывах с деревянной рамы левой кровати, на простыне, тюле, двух наволочках, подушке, изъятых в ходе осмотра места происшествия, найдена кровь человека, происхождение которых от Б*Н.А. не исключается (т. 2 л.д 12,21, 30-38, 39-49).

Из заключений первичной и комиссионных медицинских судебных экспертиз №282от 22.12.2016 г,, №944 от 24.01.2017 г. и №154_Д от 28.02.2017 г. следует, что при судебно-медицинской экспертизе трупа Б*Н.А. обнаружены повреждения:

Тупая сочетанная травма тела:

- закрытая тупая травма головы: ссадина области носа, кровоподтек на веках правого глаза, кровоподтек на веках левого глаза, кровоподтек правой ушной раковины и заушной области, кровоподтек левой ушной раковины, кровоподтек области угла нижней челюсти справа, кровоизлияния в мягкие ткани лобно-теменно-височных областей, затылочной области, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку головного мозга;

- закрытая тупая травма шеи: кровоподтек передней поверхности шеи, кровоизлияния в мягкие ткани шеи, переломы подъязычной кости и щитовидного хряща;

- закрытая тупая травма грудной клетки: кровоподтеки в области рукоятки грудины, кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки, кровоподтек на спине, локальные переломы 8-9 ребер справа по заднеподмышечной линии, конструкционные переломы 2-5 ребер справа по окологрудинной линии, конструкционные переломы 2-5 ребер слева по окологрудинной линии, локальный перелом грудины, ушиб правого легкого, кровоизлияние над твердой мозговой оболочкой грудного отдела спинного мозга.

Ссадины и кровоподтеки на конечностях: кровоподтек средней трети правого плеча, кровоподтек тыльной поверхности правой кисти, кровоподтек ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти, кровоподтек тыльной поверхности левой кисти, три кровоподтека области правого коленного сустава, множественные ссадины области правого коленного сустава и правой голени, кровоподтек передненаружной поверхности правой голени, кровоподтек внутренней поверхности правой стопы, кровоподтек средней трети левого бедра, два кровоподтека области левого коленного сустава, множественные ссадины области левого коленного сустава и левой голени, кровоподтек передненаружной поверхности левой голени, кровоподтек в проекции 1 пальца левой стопы.

Повреждения в области шеи могли быть получены незадолго до наступления смерти. Зона приложения травмирующего предмета в области шеи расположена на передней поверхности шеи.

Характер трупных изменений не исключает наступление смерти в срок около 1-2 суток к моменту проведения судебно-медицинской экспертизы.

Образование всего комплекса имеющихся у Б*Н.А. телесных повреждений при падении из положении стоя с высоты собственно роста исключается.

Причиной смерти явилась тупая сочетанная травма тела, проявившаяся множественными кровоподтеками, кровоизлияниями в мягкие ткани, переломами подъязычной кости, щитовидного хряща, грудины, ребер, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку головного мозга, над твердой мозговой оболочкой грудного отдела спинного мозга, ушибом правого легкого, осложнившаяся фибринозногнойным плевритом, отеком и набуханием головного и спинного мозга, вклинение ствола в большое затылочное отверстие, отеком легких.

Тупая сочетанная травма тела квалифицируется как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни и повлекшая смерть.

Ссадины и кровоподтеки на конечностях расстройства здоровья не влекут и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Выявленные повреждения носят признаки прижизненных.

Кровоподтеки в области коленных суставов, правом плече и ссадины в области коленных суставов и голеней могли быть причинены в срок 5-10 суток к моменту наступления смерти и не могли быть причинены 29.10.16 в период времени с 01.00 до 03.00.

Тупая сочетанная травма тела, остальные кровоподтеки на конечностях могли быть причинены в срок от нескольких десятков минут - часов до 2-3 суток к моменту наступления смерти, возможно, в небольшой отрезок времени. Возможность причинения данных повреждений или их части 29.10.16 в период времени с 01.00 до 03.00 не исключена.

Установить последовательность причинения данных повреждений, одновременность или разновременность в указанном отрезке времени не представляется возможным. Повреждения образовались от ударного и (или) давящего воздействия тупого твердого предмета (предметов), индивидуальные особенности которого (которых) в повреждениях не отобразились. Тупая сочетанная травма тела могла образоваться от неоднократного воздействия травмирующего предмета.

В результате падений из положения стоя на крыльце предположительно в период с 22 по 25.10.16 на переднюю поверхность тела и соударения передней поверхностью тела с деталями крыльца и табурета, не исключена возможность причинения кровоподтеков в области коленных суставов, правом плече и ссадин в области коленных суставов и голеней.

Тупая сочетанная травма тела представляет собой совокупность (единый комплекс) всех имеющихся наружных и внутренних механических повреждений в области головы, шеи, грудной клетки, т.е., является единым многокомпонентным повреждением (т. 2 л. <...> 70-86).

Из заключения судебно-медицинской медико-криминалистической экспертизы №473 от 18.11.2016 года следует, что при исследовании подъязычной кости Б*Н.А. обнаружены повреждения: полный поперечный перелом концевого отдела правого большого рога, неполный разрыв капсулы правого полусуставного сочленения и неполный разрыв капсулы левого полусуставного сочленения.

Перелом концевого отдела правого большого рога по механизму образования является конструкционным, образовался от деформации изгиба при воздействии травмирующей силы на концевой отдел рога.

Неполные разрывы капсулы правого и левого полусуставных сочленений по механизму образования являются локальным, образовались при воздействии травмирующей силы в область полусуставных сочленений.

При исследовании щитовидного хряща обнаружены полные косо-поперечные переломы верхних рогов, которые по механизму образования являются конструкционными, образовались на концевые отделы верхних рогов щитовидного хряща (т.2 л.д. 54а-54д).

У суда отсутствуют основания сомневаться в сформулированных в заключениях выводах экспертов, которые являются объективными и научно обоснованными, имеют достаточную ясность, являются мотивированными и полными, не вызывают новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела и сомнений в их обоснованности, не содержат неясностей и противоречий. Исследовав данные экспертные заключения, которые соответствует требованиям статьи 204 УПК РФ, даны экспертами, имеющими соответствующее образование, стаж работы и специальные познания, суд принимает их во внимание в качестве доказательств, которые в совокупности со всеми исследованными доказательствами подтверждают виновность подсудимого ФИО1

Приведённые выше доказательства получены в установленном законом порядке, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, а также являются относимыми, допустимыми и достаточными для установления вины подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Так, допрошенный неоднократно в ходе предварительного расследования, ФИО1 вину признавал и пояснял, что потерпевшей Б*Н.А. он причинил тяжкий вред здоровью в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, нанеся множество ударов в область головы, грудной клетки и шеи, смерть потерпевшей наступила именно в результате его действий.

Суд, оценивая показания подсудимого об обстоятельствах нанесения им ударов руками потерпевшей, приходит к выводу о том, что показания ФИО1 являются последовательными, детальными и категоричными, согласуются со всеми другими доказательствами по делу, поэтому берет за основу признательные показания ФИО1, которые он дал в ходе предварительного расследования.

Эти показания были даны ФИО1, как это видно из материалов дела, после разъяснения ему права не свидетельствовать против самого себя и с участием адвоката, что позволяет суду считать их допустимыми доказательствами.

Показания ФИО1 об обстоятельствах совершенного им преступления, проверялись на предварительном следствии с выходом подсудимого на место происшествия с применением фотосъемки, где он подробно рассказал, как он причинил тяжкий вред здоровью потерпевшей, указал место нападения и продемонстрировал, куда он наносил удары руками.

Показания подсудимого по обстоятельствам совершения преступления объективно подтверждаются показаниями потерпевшей Г*С.А., свидетеля В*В.А.

Объективность и правдивость показаний потерпевшей Г*С.А. и В*В.А. не вызывает сомнений, поскольку показания указанных лиц по существу обстоятельств дела противоречий не содержат, они согласуются с показаниями подсудимого, дополняют друг друга относительно фактических обстоятельств преступления, указывают на причастность подсудимого к умышленному причинению Б*Н.А. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности её смерть. Оснований для оговора подсудимого со стороны указанных лиц не установлено.

Утверждение свидетеля В*В.А. о том, что у потерпевшей от действий ФИО1 не могли образоваться телесные повреждения, расцениваемые как тяжкий вред здоровью, потерпевшая получила их по неосторожности при падении с крыльца и кровати, суд находит несостоятельной и расценивает как стремление помочь своему сыну избежать уголовной ответственности за содеянное.

Показания данного свидетеля в судебном заседании полностью опровергаются последовательными показаниями самого подсудимого, где он указал на свою причастность к совершению противоправных действий в отношении потерпевшей Б*Н.А. Кроме того, подсудимый показал, что мать его выгораживает, чтобы его не лишали свободы, потерпевшая телесные повреждения получила от его действий, с кровати она не падала. Данные показания подсудимого имеют последовательный характер, характеризуются конкретностью описания произошедшего с его участием события, совершенного в отношении потерпевшей противоправных действий, что свидетельствует о том, что подсудимый сам участвовал в этих действиях, и их достоверность подтверждается всей совокупностью других исследованных по делу доказательств.

Показания ФИО1 являются достоверными, поскольку он признал себя виновным полностью, его вина подтверждаются другими доказательствами по делу, которые содержат такую информацию, в тот период времени, не была известна ни работникам полиции, ни следователям.

Вопреки утверждению В*В.Н., все телесные повреждения, обнаруженные у Б*Н.А., были причинены умышленно именно ФИО1 при обстоятельствах, установленных судом и описанных в приговоре. Это следует из заключений первичной и комиссионных медицинских судебных экспертиз, а также медико-криминалистической экспертизы, согласно которым причиной смерти явилась тупая сочетанная травма тела, проявившаяся множественными кровоподтеками, кровоизлияниями в мягкие ткани, переломами подъязычной кости, щитовидного хряща, грудины, ребер, кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку головного мозга, над твердой мозговой оболочкой грудного отдела спинного мозга, ушибом правого легкого, осложнившаяся фибринозногнойным плевритом, отеком и набуханием головного и спинного мозга, вклинение ствола в большое затылочное отверстие, отеком легких. Эксперты пришли к выводу о том, что при обстоятельствах, указанных ФИО1 при допросах и продемонстрированных при проведении проверки показаний на месте возможно причинение закрытой тупой травмы шеи, большей части повреждений, входящих в комплекс «закрытая тупая травма головы», части повреждений, входящих в комплекс «закрытая тупая травма грудной клетки», в результате ударного воздействия 31.10.2016 года кулаком в область передней поверхности шеи – была возможна повторная травматизация данной области в зоне повреждений, которые могли быть причинены при давящем воздействии на область шеи 29.10.2016 года.

Кроме того, из заключений судебных медицинских экспертиз следует, что в результате падений с крыльца не исключена возможность причинения лишь кровоподтеков в области коленных суставов, правом плече и ссадин в области коленных суставов и голеней, которые как вред здоровью не расцениваются.

Доводы ФИО5 о том, что потерпевшая в ночь с 28 на 29 октября 2016 года неоднократно падала с кровати, до этого у последней уже имелись телесные повреждения на лице, полученные в результате падения при неизвестных обстоятельствах, являются надуманными и опровергаются показаниями подсудимого и потерпевшей Г*С.А.

При этом, суд приходит к выводу, что подсудимым ФИО1 Б*Н.А.. было нанесено такое количество ударов, как и указано в описательной части приговора, так как именно эти обстоятельства установлены судом и объективно подтверждаются всей совокупностью исследованных доказательств, поэтому его доводы о том, что он нанес потерпевшей меньшее количество ударов в область головы, суд считает несостоятельными и расценивает их как способ защиты от предъявленного обвинения.

Суд считает необходимым исключить из описательной части обвинения указание о том, что 29 октября 2016 года в период времени с 00 часов 30 минут до 03 часов ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, поскольку указанное обстоятельство не нашло своего объективного подтверждения.

Кроме того, протокол явки с повинной от 01.11.2016 года не может быть признан судом доказательством вины ФИО6 по уголовному делу, поскольку она оформлена без участия адвоката, Вершинин А.Н., доставленный в отдел полиции по подозрению в совершении преступления, о праве на юридическую помощь до подписания протокола явки с повинной не информирован.

Состояния аффекта у ФИО1 не имелось, поскольку каких-либо противоправных либо аморальных действий, ставших поводом для совершения преступления, со стороны потерпевшей не было, подсудимый действовал целенаправленно, на почве личных неприязненных отношений.

Приведенные доказательства свидетельствуют о том, что ФИО1 . на почве личных неприязненных отношений к Б*Н.А., имея умысел на причинение тяжкого вреда её здоровью, нанес руками со значительной силой множественные удары в область жизненно-важных органов – голову, грудную клетку и шею. В результате этого Б*Н.А. был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности ее смерть.

О наличии у подсудимого умысла на причинение потерпевшей тяжкого вреда здоровью указывают фактические обстоятельства дела, в том числе, характер и локализация телесных повреждений, множественность и интенсивность нанесенных потерпевшей ударов.

При таких обстоятельствах действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей.

Из заключения судебно - психиатрического эксперта № 3287 от 18.11.2016 следует, что ФИО1 страдает <данные изъяты> В момент совершения инкриминируемого деяния каких - либо болезненных расстройств со стороны психической деятельности, в том числе и временного характера он не обнаруживал и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 2 л.д.3-5).

В отношении инкриминируемого деяния суд признает подсудимого ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности. Каких-либо сомнений в психическом здоровье подсудимого не установлено, оснований для освобождения его от уголовной ответственности либо наказания не имеется.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает обстоятельства совершенных преступлений, характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие обстоятельства, данные о личности подсудимого, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд в отношении подсудимого ФИО1 учитывает его явку с повинной, наличие несовершеннолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, проживание с матерью, которая имеет хронические заболевания, признание вины по делу и раскаяние в содеянном, мнение потерпевшей, не настаивавшей на строгом наказании.

Суд считает возможным не признавать в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. При этом суд исходит из того, что каких-либо объективных доказательств, подтверждающих факт употребления подсудимым алкоголя до совершения им преступления 29.10.2016 года, суду не представлено. Кроме того, не имеется достаточных и достоверных доказательств того, что нахождение ФИО1 в состоянии опьянения 31.10.2016 года способствовало совершению указанного преступления.

Как личность, по материалам уголовного дела подсудимый ФИО1 характеризуется следующим образом: проживает с матерью, склонен к употреблению спиртных напитков, не работает, жалоб на его поведение не поступало, с жителями села вежлив и общителен, в употреблении наркотических веществ замечен не был (т.2 л.д. 96, 100).

Принимая во внимание общественную опасность содеянного, учитывая конкретные обстоятельства совершенного преступления, которое относится к категории особо тяжких, степени его социальной опасности, а также, принимая во внимание данные о личности виновного, суд приходит к выводу, что наказание ФИО1 должно быть назначено в виде лишения свободы и его исправление возможно исключительно в условиях изоляции от общества. Поскольку по делу установлены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные ст. 61 УК РФ, отягчающие наказание обстоятельства отсутствуют, наказание в виде лишения свободы следует назначить с применением положений частей 1 ст. 62 УК РФ.

Принимая решение о назначении подсудимому наказания за совершенное им преступление в виде лишения свободы, суд исходит из положений ст.43 УК РФ и считает, что иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

По указанным выше обстоятельствам суд не находит оснований для применения в отношении подсудимого ФИО1 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, либо для назначения наказания с применением требований ст. ст. 64, 73 УК РФ.

Оснований для назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд не находит.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы должно отбываться подсудимым ФИО1 в исправительной колонии строгого режима.

В порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ подсудимый ФИО1 не задерживался.

Учитывая данные о личности подсудимого, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу изменить ему меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Процессуальные издержки, в размере 6050 рублей, связанные с оплатой вознаграждения за счет средств федерального бюджета адвокату Иркину С.А., осуществляющему защиту ФИО1 в ходе предварительного следствия, в соответствии с ч.1 ст.132 УПК РФ, подлежат взысканию с осужденного. Оснований для освобождения его от уплаты процессуальных издержек полностью либо частично суд не находит.

При решении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется мнением сторон и положениями статьи 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 09 (девять) лет 10 (десять) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Изменить меру пресечения осуждённому ФИО1 с подписки о невыезде и надлежащем поведении на содержание под стражей, взять его под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать под стражей в ФКУ СИЗО-3 УФСИН РФ по Ульяновской области.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять с 26 апреля 2017 года.

Взыскать с ФИО1 в возмещение процессуальных издержек в доход федерального бюджета 6050 (Шесть тысяч пятьдесят) рублей, связанных с оплатой вознаграждения адвокату Иркину С.А. за осуществление защиты в ходе предварительного следствия.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства:

- простыню, тюль белого цвета, штору светло - зеленого цвета, 5 марлевых тампона со смывами, подушку, 2 фрагмента с вырезами обоев, наволочку, - уничтожить;

- две футболки, кожаную куртку, свитер, камуфляжные брюки, два спортивных трико, мобильный телефон марки «Alcatel Onetouch», - возвратить В*В.Н.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Барышский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Р.Х. Пайгин