Апелляционное определение № 33-1443/2026 33-17793/2025 от 23 февраля 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 24.02.2026

№33-1443/2026 (№ 2-823/2025)

66RS0015-01-2025-000925-83

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 11.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Зоновой А.Е.,

судей Редозубовой Т.Л., Хрущевой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощниками судьи Безумовой А.А., Игумновой М.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 24 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Хрущевой О.В., объяснения представителей ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности №03 от 15.04.2025, ФИО3, действующую на основании доверенности №03 от 26.01.2026, представителя истца ФИО4, действующую на основании ордера №420238 от 28.01.2026, судебная коллегия

установила:

Истец ФИО1 обратилась в Асбестовский городской суд Свердловской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (далее ООО «ПФМ») о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула.

В обосновании исковых требований указала, что с 26.06.2006 она осуществляла трудовую деятельность в ООО «ПФМ» в должности заместителя директора по персоналу.

11.04.2025 трудовой договор с ней расторгнут по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на основании приказа от 10.04.2025 № 22-к. Считает приказ незаконным. При расторжении трудового договора ей не были выплачены все суммы, причитающиеся работнику от работодателя.

С учетом уточнения исковых требований просила признать незаконным увольнение по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, изменить формулировку основания увольнения на увольнение по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, возложить на ответчика обязанность внести соответствующие записи об изменении формулировки основания увольнения в трудовую книжку (в том числе электронную), взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с 12.04.2025 по 12.08.2025 в размере 695150,91 рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 369918,20 рублей, невыплаченную заработную плату за февраль-апрель 2025 в размере 35278,10 рублей, проценты за несвоевременно выплаченные денежные суммы при увольнении за период с 12.05.2025 по 08.09.2025 в размере 80282,89 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50000,00 рублей, а также судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 43000,00 рублей /том 1 л.д. 4-12, том 2 л.д. 11-12, 27-28, том 3 л.д. 68-69/.

Решением Асбестовского городского суда Свердловской области исковые требования ФИО1 (<№>) удовлетворены частично.

Суд постановил:

Признать незаконным увольнение ФИО1 (<№>) из Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) на основании приказа от 10.04.2025 № 22-к незаконным.

Возложить на Общество с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) обязанность по изменению формулировки основания увольнения ФИО1 (<№>) из Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника, по собственному желанию), с внесением соответствующих записей об изменении формулировки основания увольнения в трудовую книжку истца, в том числе электронную трудовую книжку.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<№>):

– заработную плату за март 2025 года, апрель 2025 года в размере 6309 (Шесть тысяч триста девять) рублей 71 коп., за вычетом налога на доходы физических лиц, начислением и уплатой Обществом с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) с указанной суммы страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации;

– компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 364238 (Триста шестьдесят четыре тысячи двести тридцать восемь) рублей 05 коп., за вычетом налога на доходы физических лиц, начислением и уплатой Обществом с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) с указанной суммы страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации;

– оплату времени вынужденного прогула за период с 12.04.2025 по 12.08.2025 в размере 690785 (Шестьсот девяносто тысяч семьсот восемьдесят пять) рублей 82 коп., за вычетом налога на доходы физических лиц, начислением и уплатой Обществом с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) с указанной суммы страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации;

– проценты за невыплаченные в срок сумм заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск за период с 12.04.2025 по 08.09.2025 в размере 73417 (Семьдесят три тысячи четыреста семнадцать) рублей 86 коп.;

– компенсацию морального вреда в размере 25000 (Двадцать пять тысяч) рублей 00 коп.;

– издержки в виде расходов на юридические услуги в размере 40000 (Сорок тысяч) рублей 00 коп.

В удовлетворении остальных исковых требований ФИО1 (ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ООО «ПФМ», ИНН <***>) отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» (ИНН <***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 29284 (Двадцать девять тысяч двести восемьдесят четыре) рубля 07 коп.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение отменить. Указывает, что нарушено право ответчика на предоставление доказательств по делу, в связи с чем, суд не исследовал все фактические обстоятельства. Суд не запросил по ходатайству ответчика заявление истца о явке с повинной, поданное истцом в ОВД при проведении проверки по заявлению ответчика. Данный документ подтверждает факт злоупотребления истцом своим служебным положением и хищение товарно-материальных ценностей. Материалы проверки МВД России «Асбестовский» представлены в материалы дела на 12.08.2025. После указанной даты следователем были совершены иные процессуальные действия и получены новые документы, 24.09.2025 ответчик заявлял ходатайство об истребовании данных доказательств, однако суд отказал в удовлетворении данного ходатайство. Полагает, что суд нарушил баланс состязательности сторон и не содействовал в предоставлении всех доказательств, о которых заявлял ответчик. Суд не применил положения ст. 215 ГПК РФ и не приостановил производство по делу, нарушил право ответчика на подачу и рассмотрение встречного искового заявления. Истец осуществляла обязанности по получению денежных средств в банке для выплаты заработной платы, осуществляла выдачу денежных средств из кассы, выплачивала заработную плату, то есть имела доступ к товарно-материальным ценностям. Также истец осуществляла прием и увольнение работников, контроль за кассовой дисциплиной. Таким образом, истец имела возможность оформлять на работу лиц, фактически не осуществляющих трудовую функцию, указывать в табеле рабочего времени таким лицам рабочие часы, начислять им заработную плату и оформлять документы по выплате через кассу наличными денежными средствами таким лицам заработной платы. Актом проверки от 25.03.2025 установлено, что за период 2022-2024 ООО «ПФМ» причинен материальный ущерб на общую сумму 13424339 руб., в том числе 10326339 необоснованные выплаты работникам в виде зарплаты и 3098339 обязательные налоги и взносы. Также истец, используя свое должностное положение, в 2024 году за счет средств общества приобретала для личных нужд ТМЦ и услуги – смартфон, стиральная машина, установка кондиционера на общую сумму 620298, 5 руб. Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений, эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

Из буквального содержания п. 7 ч.2 ст. 81 ТК РФ следует, что законодатель связывает возможность увольнения по данному основанию не с конкретным профессиями или должностями, а исключительно с фактом непосредственного обслуживания работником денежных ценностей, то есть наличием прямого доступа к таким ценностям.

Факт наличия доступа Истца к материальны ценностям подтверждается. Пояснениями истца и свидетеля Д. подтверждено, что списки работников и суммы для перечисления выплаты заработной платы формировались Истцом, директору на согласование не предоставлялись, за получением денежных средств в Банк ездила истец, функцию кассира выполняла также истец. Действия истца по трудоустройству работников, начислению и выплате им заработной платы, которые фактически трудовую деятельность не осуществляли, послужили основанием для утраты к ней доверия.

Доводы истца об отсутствии у нее договора о полной материальной ответственности, в связи с чем, к ней не может быть применен п.7 ч.1 ст. 81 ТК РФ несостоятелен, поскольку в обязанности самого истца входило оформление договора о полной материальной ответственности, как лица, выполняющего возложенные на него функции начальника отдела кадров, начальника отдела организации и оплаты труда и бухгалтера по расчету заработной платы.

Суд не дал оценки доводам ответчика о том, что в 2022-2024 годах истец неправомерно начисляла и выплачивала себе премии при отсутствии к этому каких-либо правовых оснований.

Суд не дал правовой оценки доводам ответчика, что все доплаты, которые истец сама себе установила, уже входят в размер оклада, установленного для должности заместителя директора. В обязанности заместителя директора по персоналу, согласно должностной инструкции входят обязанности начальника отдела кадров, специалиста по персонифицированному учету, специалиста по воинскому учету, начальника отдела по организации и оплате труда, бухгалтера по расчету заработной платы. То есть все обязанности, за которые истец получала заработную плату по ставке заместителя директора по персоналу. Истец осуществляла оформление кадровых документов, осуществляла начисление и выплату заработной платы, вела табель учета рабочего времени, готовила приказы о премировании, сама себе установила дополнительные доплаты за совмещение обязанности специалиста по воинскому учету и бронированию граждан, бухгалтера по расчету заработной платы, оплата за которые уже заложена в ставке по должности заместитель директора по персоналу.

Суд неправомерно взыскал доплату за март 2025 года за совмещение бухгалтера по заработной плате. Так, из расчетного листа за февраль 2025 года видно, что истцу доплата за совмещение должности бухгалтера по зарплате начислена в размере 23580, тогда как 20% от оклада составит 8756 руб. То есть истцу излишне выплачено 14824 руб.

Доплата за оформление документов на прием, увольнение филиала «Асбестовский» начислена в сумме 18850 руб., однако 25% от оклада составит 10945 руб. То есть истцу излишне выплачено 7905 руб.

Доплата за совмещение должности специалиста по воинскому учету составила 4720 руб., однако обязанности входят в обязанности заместителя директора по персоналу.

Всего истцу в феврале излишне начислено 27449 руб. В связи с чем, истцу в соответствии со ст. 137 ТК РФ сделан перерасчет заработной платы за март.

Суд неправомерно взыскал заработную плату за апрель в сумме 915, 40 руб. Доплата за совмещение должности специалиста по воинскому учету Истцу не начислялась, поскольку должностные обязанности специалиста по воинскому учету входят в должностные обязанности заместителя директора по персоналу.

Суд неправомерно взыскал компенсацию за неиспользованный отпуск, проигнорировав доводы ответчика о злоупотреблении правом со стороны Истца, которая по собственной инициативе не использовала право на отпуска.

Суд вышел за пределы заявленных требований, взыскав средний заработок за время вынужденного прогула за период с 12.04.2025 по 12.08.2025. Истец не оспаривала дату увольнения.

Суд неправильно исчислил средний заработок, поскольку при его расчете учтены доплаты за совмещение, которые уже входят в размер должностного оклада по ставке заместителя директора по персоналу. Соответственно неправильно исчислены проценты в порядке ст. 236 ТК РФ.

Взысканная компенсация морального вреда является чрезмерной, расходы на представителя завышены.

В заседании судебной коллегий представители ответчика поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представитель истца просила решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Истец в суд апелляционной инстанции не явилась, извещена надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации о рассмотрении дела на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов").

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Для проверки доводов апелляционной жалобы и установления юридически значимых обстоятельств судебной коллегией в соответствии с аб. 2 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены: постановление о привлечении в качестве обвиняемого от 20.10.2025, протокол явки с повинной ФИО1 от 15.04.2025, объяснение ФИО1 от 15.04.2025, материалы проверки, по результатам которых составлен Акт от 25.03.2025 на CD-дисказ.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 26.06.2006 ФИО1 принята в ООО «ПФМ» на должность инженера по организации и нормированию труда, с 05.08.2009 переведена на должность заместителя директора по персоналу /том 1 л.д. 162, 184, 230-231/.

Должностные обязанности заместителя директора по персоналу закреплены должностной инструкцией, и включают в себя, в том числе: выполнение функций начальника отдела кадров, специалиста по персонифицированному учету, специалиста по воинскому учету, начальника организации и оплаты труда, бухгалтера по расчету заработной платы /том 1 л.д. 136-147/.

18.03.2025 на основании решения единственного участника ООО «ПФМ» № 5 в обществе проведен аудит в части начисленных и выплаченных денежных средств /том 1 л.д. 58/.

В результате проведённой проверки в ООО «ПФМ» выявлены признаки фиктивного трудоустройства и необоснованных выплат денежных средств в отношении ряда работников, что подтверждается актом проверки от 25.03.2025, согласно которому за период 2022-2024 г.г. ООО «ПФМ» причинен материальный ущерб на общую сумму (предварительно) 13 424 339 рублей, в том числе 10 326 339 рублей – необоснованные выплаты работникам (в виде заработной платы) и 3 098 000 рублей – соответствующие обязательные налоги/взносы /том 1 л.д. 232-234/.

27.03.2025 ФИО1 ознакомлена с актом проверки от 25.03.2025.

В этот же день 27.03.2025 ФИО1 вручено уведомление, из которого следует, что в результате проведенной проверки начисления и выплат заработной платы в ООО «ПФМ» выявлены признаки фиктивного трудоустройства и необоснованных выплат в отношении ряда работников, что подтверждается Актом от 25.03.2025 (копия прилагается). Предложено дать объяснение в срок до 28.03.2025. /том 1 л.д. 243/.

В связи с не предоставлением работником письменных объяснений, работодателем составлен акт от 01.04.2025 № 4 /том 1 л.д. 236/.

11.04.2025 трудовой договор с истцом расторгнут п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ на основании приказа от 10.04.2025 № 22-к /том 1 л.д. 199/.

Основанием для расторжения трудового договора по указанному основанию явились решение единственного участника от 18.03.2025 № 5, акт проверки начисления и выплат заработной платы в ООО «ПФМ» за период 2022-2024 г.г. от 25.03.2025, уведомление от 27.03.2025 о необходимости дать письменное объяснение, акт от 27.03.2025 об отказе работника от предоставления письменного объяснения, должностная инструкция заместителя директора по персоналу, дополнительные соглашения от 30.12.2014 № 03-02/216, от 03.02.2016 № 03-02/54с, от 28.04.2018 № 03-02/94с-2018, от 22.04.2021 № 03-02/84с-2021, акт от 01.04.2025 о не предоставлении письменного объяснения работником /том 1 л.д. 199/.

11.04.2025 истец получила приказ, в этот же день ей выдана трудовая книжка.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования о признании незаконным увольнения, изменении формулировки и основания увольнения, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 81, 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 45, 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", исходил из того, что в обязанности истца не входило обслуживание денежных или товарных ценностей, в связи с чем, она не могла быть привлечена к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С учетом установленных обстоятельств и заявленных требований, суд первой инстанции признал незаконным приказ от 10 апреля 2025 года N 22-к об увольнении ФИО1 по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а также изменил формулировку основания увольнения на п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника).

С учетом положений статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации судом первой инстанции с ответчика в пользу ФИО1 взыскан средний заработок за время вынужденного прогула за период со 12 апреля 2025 года по 12 августа 2025 года в размере 695150, 91 руб.

Установив, что истец не использовала право на отпуск, суд в соответствии со ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации взыскал в ответчика в пользу истца компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 364238, 05 руб.

Поскольку истцу приказами работодателя установлены доплаты за совмещение должностей бухгалтера по заработной плате в размере 20% от оклада, за работу по оформлению документации в размере 25%, доплата за ведение воинского учета в размере 5% от оклада, суд взыскал в пользу истца невыплаченную заработную плату за март в размере 5392, 31 руб. и за апрель 915,40 руб.

В связи с тем, что работодатель в нарушение положений ст. 140 ТК РФ не выплатил истцу в день увольнения в полном размере заработную плату и компенсацию за неиспользованный отпуск, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации взыскал с ответчика проценты за нарушение срок выплаты заработной платы в размере 73417, 86 руб. за заявленный истцом период с 12.04.2025 по 08.09.2025.

Установив нарушение трудовых прав истца в связи с незаконным увольнением, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб., учитывая при этом характер нарушенного права, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости.

Удовлетворив исковые требования, на основании статей 88, 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 руб.; а также на основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскал с ООО «ПФМ» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 29284, 07 руб.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанций в части незаконности увольнения, поскольку они сделаны с нарушением норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, основаны на неполно установленных обстоятельствах.

В соответствии с частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

Согласно части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, требований охраны труда; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (часть 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Из разъяснений, приведенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним. При установлении в предусмотренном законом порядке факта совершения хищения, взяточничества и иных корыстных правонарушений эти работники могут быть уволены по основанию утраты к ним доверия и в том случае, когда указанные действия не связаны с их работой.

Согласно пункту 47 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если виновные действия, дающие основание для утраты доверия, либо аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то такой работник может быть уволен с работы (соответственно по пункту 7 или 8 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения порядка применения дисциплинарных взысканий, установленного статьей 193 данного кодекса. Если же виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником вне места работы или по месту работы, но не в связи с исполнением им трудовых обязанностей, то трудовой договор также может быть расторгнут с ним по пункту 7 или пункту 8 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, но не позднее одного года со дня обнаружения проступка работодателем (часть 5 статьи 81 данного кодекса).

Из приведенных положений следует, что увольнение работника по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации может быть применено только к работникам, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, и в случае установления их вины в действиях, дающих основание для утраты доверия к ним со стороны работодателя. Такими работниками, по общему правилу, являются те, которые относятся к категории лиц, несущих полную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенных им денежных или товарных ценностей на основании специальных законов или особых письменных договоров. Утрата доверия со стороны работодателя к работнику должна основываться на объективных доказательствах вины работников в причинении материального ущерба работодателю. Если вина работника в этом не установлена, то он не может быть уволен по мотивам утраты доверия. При этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения работника и соблюдение установленного порядка его увольнения возлагается на работодателя.

Приведенное толкование закона изложено в определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 08 июля 2019 года N 5-КГ19-76, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по рассмотрению судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя от 09 декабря 2020 года (пункт 19).

Суд первой инстанции нормы трудового законодательства, определяющие условия для увольнения работника, непосредственно обслуживающего денежные или товарные ценности, за утрату доверия, и разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации применил к спорным отношениям неправильно.

Указывая на то, что должностные обязанности истца ни в соответствии с условиями заключенного с ней трудового договора, ни в соответствии с характером выполняемой ею работы, не были связаны с непосредственным обслуживанием денежных или товарных ценностей, судом первой инстанции не учтено, что в соответствии с Должностной инструкцией заместитель директора по персоналу ФИО5 выполняла обязанности начальника отдела кадров, начальника отдела по организации и оплате труда, бухгалтера по расчету заработной платы (том 1 л.д. 26-37).

Выполнение ФИО1 обязанностей начальника отдела кадров, начальника отдела по организации и оплате труда, бухгалтера по расчету заработной платы не оспаривалось истцом в суде первой инстанции и подтверждается материалами дела.

Так, согласно должностной инструкции, в рамках выполнения должностных обязанностей начальника отдела кадров истец организовывала своевременное оформление приема, перевода и увольнения работников (п. 3.2.9), организовывала табельный учет, контроль за состоянием трудовой дисциплины в подразделениях и соблюдением работниками правил внутреннего трудового распорядка (п.3.2.16).

В рамках выполнения должностных обязанностей начальника отдела организации и оплаты труда истец руководила формированием фондов оплаты труда, обеспечивала контроль за расходованием фондов оплаты труда и материального стимулирования (п.п. 3.5.9, 3.5.11).

В рамках выполнения должностных обязанностей бухгалтера по расчету заработной платы истец осуществляет прием анализ и контроль табелей учета рабочего времени, подготавливает их к счетной обработке, производит начисление заработных плат работникам предприятия, осуществляет контроль за расходованием фонда оплаты труда, ведет на основе ведомостей выплату заработной платы работника предприятия, осуществляет контроль за соблюдением кассовой дисциплины, расчетами с подотчетными лицами, готовит данные для составления баланса и оперативных сводных отчетов о доходах и расходах денежных средств (п.п. 3.6.1-3.6.9).

Давая оценку должностным обязанностям истца, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они в части соответствуют обязанностям кассира, установленным Квалификационным справочником должностей руководителей, специалистов и других служащих, утв. Постановлением Минтруда РФ от 21 августа 1998 г. N 37), согласно которым последний осуществляет операции по приему, учету, выдаче и хранению денежных средств и ценных бумаг с обязательным соблюдением правил, обеспечивающих их сохранность. Получает по оформленным в соответствии с установленным порядком документам денежные средства и ценные бумаги в учреждениях банка для выплаты рабочим и служащим заработной платы, премий, оплаты командировочных и других расходов. Составляет кассовую отчетность.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ФИО1 в период работы у ответчика согласно должностной инструкции производила платежи, осуществляла расчеты заработной платы, формировала документы для осуществления выплат работникам предприятия, то есть фактически распоряжаясь денежными средствами организации, в связи с чем, судебная коллегия соглашается с доводами апеллянта о том, что истец непосредственно обслуживала денежные средства Общества, в связи с чем могла быть уволена по пункту 7 части 1 статьи 81 ТК РФ.

При этом отсутствие договора о материальной ответственности для увольнения работника по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации не является обязательным условием для увольнения.

Из Руководства по соблюдению обязательных требований трудового законодательства, утвержденного приказом Федеральной службы по труду и занятости от 11 ноября 2022 года N 253, следует, что при совершении виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, согласно пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе расторгнуть трудовой договор с работником по своей инициативе. Закон связывает возможность увольнения только с совершением работником конкретных действий. Результат этих действий не учитывается. Иными словами, вред работодателю в результате действий работника может быть и не причинен. В связи с утратой доверия возможно увольнение только работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.). Наличие при этом договора с работником о полной материальной ответственности не обязательно. Поводом для увольнения в данном случае является совершение указанными работниками виновных действий, которые дают работодателю основание для утраты доверия к работникам. Для расторжения трудового договора по указанному основанию работодатель должен иметь доказательства совершения работником виновных действий, которые послужили основанием для утраты доверия к работнику. Работник может быть уволен в связи с утратой доверия на основании результатов расследования и установления вины работника работодателем самостоятельно, без обращения в правоохранительные органы.

Из приведенного выше нормативно-правового регулирования и разъяснений следует, что юридическое значение при проверке законности увольнения работника по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации имеет установление следующих обстоятельств: возложение на работника обязанностей по непосредственному обслуживанию денежных или товарных ценностей; совершение работником действий, дающих основание для утраты доверия к работнику со стороны работодателя; наличие вины работника в совершении таких действий.

Определение указанных юридически значимых обстоятельств может производиться с учетом Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85.

В указанном Перечне приведены должности и работы, замещаемые или выполняемые работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества (приложение N 1), а также работы, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества (приложение N 3).

В соответствии с параграфом 2 Перечня должностей и работ, замещаемых и выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, предусмотрена работа по приему и выплате всех видов платежей.

Указывая на то, что на момент увольнения должностные обязанности ФИО1 не предусматривали выполнение работ, связанных с непосредственным обслуживанием денежных или товарных ценностей, а именно, их приемом, хранением, учетом, транспортировкой, переработкой и реализацией этих ценностей, предусмотренные названным Перечнем должности и работы, при выполнении которых может вводиться полная материальная ответственность, судом не были применены.

Приходя к выводу о том, что на момент увольнения должностные обязанности ФИО1 не предусматривали выполнение работ, связанных с непосредственным обслуживанием денежных или товарных ценностей, а именно, их приемом, хранением, учетом, транспортировкой, переработкой и реализацией этих ценностей, суд первой инстанции перечень возложенных на истца обязанностей и выполнявшихся работ не устанавливал, в нарушение положений статей 56, 57, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не истребовал у работодателя доказательств, явившихся основанием для принятия ответчиком решения об увольнении истца по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Между тем, как следует из материалов проверки, ФИО1, выполняя возложенные на нее обязанности начальника отдела кадров, обеспечивала оформление приема и увольнения работников, а, выполняя обязанности бухгалтера по расчету заработной платы, осуществляла ведение табелей учета рабочего времени и осуществляла начисление заработной платы работникам Б., К., которые фактически трудовую деятельность в ООО «ПФМ» не осуществляли, что достоверно было известно ФИО1

Данное обстоятельство подтверждается табелями учета рабочего времени за период с июня 2022 года, расчетными ведомостями по заработной плате, объяснениями работников, полученных в ходе проверки, запрошенных судебной коллегией и приобщенных на CD-дисках в качестве дополнительных доказательств в порядке ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Факт фиктивного трудоустройства и выплаты заработной платы Б., К. подтверждает сама истец в явке с повинной от 15.04.2025 и в объяснениях от 15 апреля 2025, которые даны ею оперуполномоченному ОБЭП и ПК МО МВД России «Асбестовский» (том 3 л.д. 225-230).

Из анализа представленных доказательств достоверно следует, что ФИО1 в силу должностной инструкции, обладая полномочиями по приему и увольнению работников, ведению табелей учета рабочего времени, контролю за расходованием фонда оплаты труда, начислению заработной платы, контролем за кассовой дисциплиной, выполняла работы, предусмотренные Перечнем должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85.

Факт доступа ФИО1 к материальным ценностям подтверждается также тем, что она имела полномочия по получению наличных денежных средств в Банке с расчетного счета ООО «ПФМ» для выплаты заработной платы работникам и фактически осуществляла выплату заработной платы в кассе предприятия. Данное обстоятельство подтверждается представленными отрывным талоном к расходному кассовому ордеру №071305 от 27.04.2024 о получении в Банке наличных денежных средств ФИО1 с расчетного счета Общества для выплаты заработной платы работникам, приходным кассовым ордером №8 от 27.04.2024 о сдаче в кассу наличных денежных средств для выплаты заработной платы, платежной ведомостью о 03.05.2024 о выплате заработной платы (том 3 л.д. 60-61).

Делая вывод о том, что реестры по перечислению заработной платы подписаны (созданы, отправлены) исключительно от имени директора ООО «ПФМ», доказательств того, что в такие действия были совершены истцом, ответчиком не представлено, суд первой инстанции не дал оценку показаниям директора Д., допрошенного в качестве свидетеля (том 3 л.д. 79), а также пояснениям самого истца о том, что ЭЦП находилась у истца, которая самостоятельно подписывала ею все документы (протокол допроса (том 2 л.д. 173-181).

При этом, вопреки доводом истца, оснований для увольнения истца на основании заявления от 01.04.2025 (том 2 л.д. 24) по собственному желанию у ответчика не имелось, поскольку двухнедельный срок предупреждения об увольнении (ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации) не истек, в период до истечения двух недель работодатель был вправе уволить работника по иному основанию.

Также самим истцом не было реализовано заявление от 25.03.2025 о расторжении трудового договора 28.03.2025 по п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ, поскольку ФИО1 продолжила осуществление трудовой деятельности после указанной даты, что не оспаривала в судебном заседании.

При таких обстоятельствах, вопреки выводов суда первой инстанции судебная коллегия приходит к выводу о том, у работодателя имелись основания для увольнения истца по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, поскольку установлен факт противоправных, то есть предпринятых вопреки требованиям должностной инструкции истца и интересам работодателя, и виновных, поскольку о такой противоправности данное лицо не могло не знать, действий со стороны ФИО1, как материально ответственного лица, выразившихся в ненадлежащем исполнении ею своих обязанностей, в частности, по ведению табелей учета рабочего времени и необоснованному начислению заработной платы фиктивно трудоустроенным лицам.

Совокупность данных действий безусловно повлекла утрату доверия к ФИО5 со стороны работодателя.

Порядок привлечения к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, установленный ст.ст. 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем соблюден.

27.03.2025 у ФИО1 истребовано объяснение по факту проведенной проверки начисления и выплаты заработной платы в ООО «ПФМ», выявления признаков фиктивного трудоустройства и необоснованных выплаты в отношении ряда работников (том 1 л.д. 243).

Поскольку истец от дачи письменных объяснений отказалась, работодателем 01.04.2025 составлен акт №4 о непредоставлении письменного объяснения (том 1 л.д. 236).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о законности увольнения истца по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истец в силу возложенных на нее должностных обязанностей относилась к субъектам ответственности по данному основанию, порядок увольнения, предусмотренный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации соблюден, в связи с чем, решение суда первой инстанции в части признания увольнения ФИО1 незаконным, изменения формулировки и основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении иска.

С выводами суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск судебная коллегия соглашается.

В соответствии с части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Правилами статьи 149 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Частями первой и третьей статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 названного Кодекса).

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности) (часть вторая статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника (часть третья статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

При совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата (часть первая статьи 151 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 151 Трудового кодекса Российской Федерации размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 настоящего Кодекса).

Из приведенных норм следует, что дополнительная работа по другой профессии (должности), выполняемая работником по согласованию сторон трудового договора, должна быть оплачена, исключений относительно оплаты в таком случае действующее трудовое законодательство не предусматривает. При этом, несоблюдение порядка заключения соглашения между сторонами трудового договора не влияет на право работника на оплату такой работы.

Вопреки доводов апелляционной жалобы, в должностной инструкции заместителя директора по персоналу (том 1 л.д. 26-37), утвержденной 02.04.2012, должностные обязанности заместителя директора по персоналу, начальника отдела кадров, специалиста по персонифицированному учету, специалиста по воинскому учету, начальника отдела организации и оплаты труда, бухгалтера по расчету заработной платы разграничены.

Доплата за совмещение должности бухгалтера по заработной плате в размере 20% от оклада установлена ФИО1 дополнительными соглашениями к трудовому договору (том 1 л.д. 43,46,47,49) и приказом №529 от 29.12.2023 (л.д. 50-51), доплата за ведение воинского учета в размере 5% оклада и доплата за оформление документации на прием, увольнение сторожей филиала «Асбестовский», а также расчета заработной платы в размере 25% установлены №529 от 29.12.2023 (том 1 л.д. 50-51).

Доплата за оформление документации на прием, увольнение сторожей филиала «Асбестовский», а также расчета заработной платы в размере 25% отменена приказом №63 от 07.03.2025 с 13 марта 2025 года (том 1 л.д. 52).

Доплата за совмещение должности бухгалтера по заработной плате отменена приказом №62 от 07.03.2025 с 13 марта 2025 года (том 1 л.д. 53)

Доплата за ведение воинского учета в размере 5% оклада ФИО1 не отменялась.

Согласно расчетного листка за март 2025 (том 1 л.д. 65), ФИО1 не начислены доплаты за совмещение должности бухгалтера по заработной плате в размере 20% от оклада и за оформление документации на прием, увольнение сторожей филиала «Асбестовский», а также расчета заработной платы в размере 25% за период с 01.03.2025 до их отмены, всего за 5 рабочих дней, учитывая период начала отпуска с 10.03.2025.

Согласно расчетного листка (том 1 л.д.65), в апреле 2025 года истцу не начислена доплата за ведение воинского учета в размере 5% оклада за 8 рабочих дней.

Учитывая вышеприведенные положения действующего законодательства, установив данные обстоятельства и произведя расчет, который подробно приведен в решении, суд первой инстанции пришел к верному выводу о взыскании в пользу истца заработной платы в размере 6309, 71 руб., в том числе, доплаты за совмещение бухгалтера за март 2025 года в размере 2397, 84 руб., доплаты за оформление документации за март 2025 года в размере 2996, 94 руб., о взыскании доплаты за ведение воинского учета в апреле 2025 года в размере 915,40 руб.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не учел, что истцу излишне выплачена заработная плата в феврале 2025 года, в связи с чем, ответчик на основании ст.137 ТК РФ произвел перерасчет заработной платы в марте 2025 года, судебная коллегия отклоняет, поскольку доказательств излишне выплаченной заработной платы и соблюдение порядка удержания ответчик не представил.

Согласно ч. 1 ст. 115 Трудового кодекса РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

На основании ст. 122 Трудового кодекса РФ оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно, т.е. в каждом рабочем году.

Рабочий год составляет 12 полных месяцев и в отличие от календарного года исчисляется не с 1 января, а со дня поступления работника на работу к конкретному работодателю.

В соответствии со ст. 127 Трудового кодекса РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В случае если работник отработал рабочий год полностью, то ему полагается компенсация за отпуск в полном объеме. Вместе с тем Трудовой кодекс РФ не предусматривает общего механизма расчета компенсации за неиспользованный отпуск.

Принцип пропорциональности выплаты компенсации за неиспользованные дни отпуска при увольнении в случае, когда рабочий год полностью не отработан, закреплен в пунктах 28 и 29 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30.04.1930 N 169 (подлежат применению в силу ч. 1 ст. 423 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с п. 35 названных Правил в случае, когда рабочий год полностью не отработан, дни отпуска, за которые должна быть выплачена компенсация, рассчитываются пропорционально отработанным месяцам. При этом излишки, составляющие менее половины месяца, исключаются из подсчета, а излишки, составляющие не менее половины месяца, округляются до полного месяца.

По расчетам истца и ответчика за отработанное у ответчика время истец не использовала 61, 5 дней отпуска, за которые ФИО1 положена компенсация в силу ст. 127 Трудового кодекса РФ.

Произведя расчет среднедневной заработной платы в соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации и в соответствии Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922, за 12 календарных месяцев предшествующих увольнению и приведя его в мотивировочной части решения, суд первой инстанции пришел к выводу, что среднедневной заработок для оплаты отпуска составит 5922, 57 руб. и взыскал компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 364238, 05 руб.

Приведенный в решении суда первой инстанции расчет судебной коллегией проверен, признается верным.

Оспаривая указанный расчет, ответчик ссылается на то, что в него включены суммы заработной платы взысканные за март 2025 и апрель 2025 оспариваемым решением, выводы о правомерности которых приведены судебной коллегией выше. В связи с чем, данные доводы судебная отклоняет. Иных доводов о неверности расчета ответчик не заявляет.

Вопреки доводам жалобы, судом правомерно не установлено в действиях истца признаков злоупотребления правом, влекущего в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отказ в удовлетворении заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец сама не реализовывала право на отпуск, не могут являться основанием для отказа в иске. Суд первой инстанции верно указал, что системное толкование ч. 5 ст. 37 Конституции Российской Федерации и ч. 1 ст. 127 ТК РФ не ограничивают право работника на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные отпуска и в случае ее невыплаты работодателем непосредственно при увольнении не лишают работника права на взыскание соответствующих денежных сумм в судебном порядке независимо от времени, прошедшего с момента окончания того рабочего года, за который должен был быть предоставлен тот или иной неиспользованный (полностью либо частично) отпуск.

Судебная коллегия также отмечает, что разумность и добросовестность участников оборота предполагается, обратное подлежит доказыванию (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Установив наличие задолженности по оплате труда и компенсации за неиспользованный отпуск на дату увольнения, суд счел подлежащими удовлетворению требования также о взыскании компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, расчет которой сторонами не оспорен.

Установив нарушение трудовых прав истца, связанных с незаконным увольнением, невыплатой компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, суд правильно применил положения статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда.

Согласно разъяснениям пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" компенсация морального вреда в соответствии со статьей 237 названного Кодекса возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из решения суда следует, что сумма компенсации морального вреда в размере 25000 рублей определена судом с учетом объема и характера причиненных истцу нравственных страданий, связанных с нарушением трудовых прав истца, степени вины ответчика, требований разумности и справедливости.

Судебная коллегия обращает внимание, что понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Несогласие с размером компенсации морального вреда, взысканной в пользу истца, выраженное в апелляционной жалобе ответчика, само по себе не является основанием к отмене либо изменению обжалуемого решения, поскольку оценка характера и степени причиненного истцу морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела.

В связи с этим, судебная коллегия полагает, что в рассматриваемом случае взысканная судом компенсация морального вреда за нарушение трудовых прав истца (невыплата при увольнении в полном объеме заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск) в сумме 25 000 рублей представляется соразмерной последствиям нарушенного права, позволяет компенсировать причиненные ему нравственные переживания, связанные с чувством несправедливости, необходимости защиты нарушенных прав в судебном порядке.

Установив факт несения истцом расходов по оплате услуг представителя, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признал их необходимыми, обоснованно определив ко взысканию с учетом требований разумности и справедливости, а также объема выполненных представителем работ, сумму 40 000 руб. При этом суд учел объем защищаемого права, характера спора, время, которое мог бы затратить квалифицированный специалист на подготовку искового заявления, участие в судебных заседаниях, а также результата правовой помощи. Судебная коллегия находит указанные выводы суда обоснованными и законными.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом необоснованно не принят к производству встречный иск, не является основанием для отмены решения суда, поскольку отказ суда принять встречное исковое заявление не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, являющемся основанием для отмены решения в соответствии с положениями статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. При этом отказ в удовлетворении ходатайства о принятии встречного иска прав ответчика не нарушает, поскольку не лишает его права на обращение в суд с самостоятельными исковыми требованиями.

Доводы апелляционной жалобы в части не согласия с отказом суда в приостановлении производства по делу, до вынесения решения по уголовному делу отмену решения не влекут, поскольку оснований в бесспорном порядке по ст. 215 ГПК РФ к приостановлению производства по делу не имелось.

Изменение решения суда первой инстанции в части является основанием для разрешения судом апелляционной инстанции вопроса о судебных расходах (ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, пропорционально удовлетворенной части имущественных исковых требований П., а также требований о компенсации морального вреда и возложении обязанности, с Общества в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 16 599 руб. (13 599 руб. за требования имущественного характера и по 3000 руб. за требование о компенсации морального вреда), от уплаты которой истец был освобожден в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ).

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебной коллегией по материалам дела не усматривается.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 24.09.2025 в части удовлетворения исковых требований ФИО1

-о признании незаконным увольнения из Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) на основании приказа от 10.04.2025 № 22-к,

-возложения на Общество с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» обязанности по изменению формулировки основания увольнения ФИО1 с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя) на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника, по собственному желанию), с внесением соответствующих записей об изменении формулировки основания увольнения в трудовую книжку истца, в том числе электронную трудовую книжку,

-взыскания с Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов») в пользу ФИО1 оплаты времени вынужденного прогула за период с 12.04.2025 по 12.08.2025 в размере 690785, 82 руб. (за вычетом налога на доходы физических лиц, начислением и уплатой Обществом с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» с указанной суммы страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации - отменить.

Принять в указанной части новое решение об отказе ФИО1 в удовлетворении данных исковых требований.

Это же решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 24.09.2025 в части размера взысканной государственной пошлины изменить.

Указать на взыскание с Общества с ограниченной ответственностью «Производство фракционированных материалов» в доход бюджета государственной пошлины в сумме 16599 руб.

В остальной части решение Асбестовского городского суда Свердловской области от 24.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий А.Е.Зонова

Судьи Т.Л.Редозубова

О.В.Хрущева